12 Ника

С Глебом мы договорились встретиться возле клуба, потому что как-то глупо ему с Полянки за мной на такси ехать, а машину мой отличник не водит.

Стоя перед развороченным шкафом, я подумываю надеть ультра-мини, чтобы дать Глебасе возможность погордиться ногами своей девушки, но в последний момент передумываю: потанцевать я хочу, а регулярно одёргивать подол, чтобы прикрыть зад, – нет. Так что мой выбор падает на голубые Levi's, а в качестве компенсации за подобную скромность свою соблазнительную тройку я упаковываю в не менее соблазнительный кружевной корсет. Смотрюсь в зеркало и, оставшись удовлетворённой увиденным, вызываю Яндекс.

– Глеб, ты где? – мне приходится кричать в трубку, потому что шум толпы, собравшейся возле клуба, перебивает любой другой звук. – Я справа возле входа стою.

Сквозь томное кряканье чикуль по соседству мои барабанные перепонки улавливают какой-то треск и виноватый голос Глеба.

– Никуш, я немного задерживаюсь. Мама на дачу качели садовые заказала, а они мудрёные оказались. Полдня помогал устанавливать. Звонил предупредить, что задержусь, но у тебя телефон был недоступен.

И ведь даже не упрекнёшь его. Телефон у меня и правда лежал разряженным, и я лишь в самый последний момент это заметила, после чего в течение десяти минут нетерпеливо прыгала возле розетки, чтобы подзарядить его до жалких десяти процентов. Б – безалаберность.

– Я буду ждать тебя внутри, – говорю со смиренным вздохом. – Стол в ВИП-зоне на имя Максима.

– Хорошо, малыш. Извини, что так получилось.

Я вешаю трубку и, обернувшись, оглядываю забитый вход. Если уж Кэп на ВИП разорился, негоже Супер-Женщине в очереди с простыми смертными стоять. Поправляю волосы и шагаю ко входу, огороженному красной бархатной лентой, рядом с которым, помимо скучающего охранника, маячат ещё два парня.

Заслышав стук каблуков, они словно голодные псы, почуявшие близость сахарной косточки, перестают разговаривать и поворачивают головы в мою сторону.

– Потанцевать идёшь, зайчонок? – щерится тот, кто в их паре, очевидно, отвечает за связи с общественностью.

Две пары глаз немедленно зарываются в моё кружевное декольте, вызывая жгучее желание навсегда лишить их функции зрения.

– Я тебе не зайчонок, слюнявый. Если закончили меня разглядывать, разошлись в стороны, я тороплюсь.

– А чё ты такая дерзкая? – тявкает второй, обиженно расправляя грудь с брендовыми письменами. – Мы вроде нормально к тебе обращаемся.

– Ничего личного, чувак, – успокаивающе похлопываю его по плечу. – Просто не люблю слюнявых.

Когда-нибудь я за свой бесперебойно работающий язык огребу. Знаю, что нужно быть умнее и промолчать, но задиристый нрав моего папаши-боксёра регулярно берёт верх над маминым интеллектом.

Пока эти двое скребут пальцами челюсти, придумывая остроумный ответ, дверь ВИП-входа распахивается и на пороге появляется Кэп. Красивый говнюк. На нём нет ничего из того, чем так любят прихвастнуть местные клубные завсегдатаи: ни ультрамодных кед, ни дизайнерских барсеток, висящих под кадыком, ни подкатанных узких трикошек, но даже в простой белой футболке и с небрежным бардаком на голове Гасович выглядит круто.

– А я думаю, где ты застряла, Ни-ка. – Вздернув тёмную бровь, он оценивающе пробегается взглядом по моему наряду и хлопает охранника по плечу. – Это моя девчонка, Борь.

Вообще на такое заявление можно и повозмущаться, но, глядя, как вянет боевой дух гопников-плейбоев, я решаю перенести возмущение на минуту позже. Эффектно взмываю вверх по ступенькам и даже позволяю Гасовичу приобнять меня за талию, пока мы заходим внутрь.

– Классно выглядишь, Бэмби, – горячее цитрусовое дыхание щекочет мне висок, от чего предплечья покрываются гусиной кожей.

Дождавшись, пока дверь с тяжёлым хлопком закроется, я демонстративно смотрю на удерживающую меня руку и учтиво замечаю:

– Руку уже можно убрать. И я не твоя девчонка.

– Ну кто-то должен был заявить права на твою красивую мордашку, если воскресный парень снова хлопает ушами. Где, кстати, он? Стас говорил, ты сегодня со своим самоваром на чаепитие пожалуешь.

– Глеб скоро приедет. Сушек тебе в любом случае не достанется, Максим Гасович.

Высвободившись из объятий Кэпа, я с видом уверенной независимой женщины шагаю вперёд, но, вспомнив, что не знаю, куда идти, незаметно притормаживаю и, поймав в фокус упругую задницу, следую за ней как за путеводной звездой.

– Ни-ку руками не трогать, – объявляет шеф, едва мы входим в ВИП-зону, где по-царски накрыт фуршет, а на диванах кучкуются мои верные гномы: Стас, Эдик, Сева и ещё один парень, который по утрам приносит мне кофе. – Оштрафую.

Щека вдруг начинает зудеть, а глаз слезиться, и, скосив взгляд, я понимаю почему: с дивана справа, сверкая блеском для губ и трусами, на меня зло глазеет Алёна Семенович.

Рассчитывала на тестостероновую монополию, ревнивица? Ну, соррян.

– Что будешь пить, Ни-ка? – Кэп склоняется надо мной, задевая плечом, и я машинально отшатываюсь в сторону.

Да что ты как хомяк под напряжением, Ни-ка? Он же случайно.

Моя субботняя концепция отдыха не подразумевает стопроцентную трезвость, но я хочу дождаться Глеба. Вряд ли ему будет приятно, если его встретят мои ошалевшие от текилы глаза и ядовитое амбре.

– Я буду сок.

Брови Максима удивлённо ползут вверх, но он тем не менее кивает и делает знак щуплому задохлику в белой рубашке с бабочкой.

– Один свежевыжатый сок. Тебе какой, Ни-ка?

Я машинально втягиваю носом воздух, и, прежде чем успеваю подумать, рот сам выдает:

– Грейпфрутовый.

Получив свою дозу цитрусового наваждения с торчащей из него соломинкой, я оставляю Максима разговаривать с приставучим парнем из технического и, подойдя к перилам, опускаю взгляд на танцпол. Вертлявая обезьянка во мне просит немедленных плясок, но если я сейчас уйду, то Глеб не сможет меня найти.

Ругая себя за непредусмотрительность, я оглядываю критические семь процентов батареи и набираю Глебу. Один гудок, три, шесть… нет ответа. В метро он, что ли, едет?

Уже собираюсь вернуть мобильный в карман, как раздаётся весёлая «Эба» в исполнении группы «Хлеб», которая стоит у меня на Глеба.

– Малыш, я приехал домой, и меня срубило от усталости… – звучит в трубке заспанный голос. – Я точно тебе нужен?

Я успеваю повесить трубку до того, как ударная волна моего гнева разнесёт к чертям сотовые вышки МТС и разорвёт барабанные перепонки Глеба. Сжимаю телефон так сильно, что он начинает жалобно хрустеть в ладони. Ну ты, Глебася, и гад.

Резко обернувшись, я окидываю взглядом стол в поисках бодрящего спиртного и, уткнувшись в изучающий взгляд Кэпа, отталкиваюсь от перил и направляюсь к нему:

– Думаю, я созрела, чтобы выпить, босс.

– Выглядишь решительно, Бэмби. Чего изволишь?

– Текилу.

Кэп услужливо наполняет рюмку пахучей жидкостью, и я, не дожидаясь традиционных снэков в виде соли и лайма, опрокидываю её в себя.

– Ты в порядке? – Прищурив густой лес ресниц, он внимательно оглядывает моё лицо. – Где твой суслик?

Я даже поправлять его не собираюсь. Потому что Глеб – настоящий лживый суслик. Бросил меня одну. Не сдержал обещания. Мелкий грызун.

– Он не придёт. Задержали домашние дела.

Готовлюсь парировать усмешки и огрызаться, но Кэп, на удивление, сохраняет молчание и продолжает разглядывать меня. Мне вдруг становится неуютно и нервно, и будто бы снова хочется покраснеть, поэтому я закатываю глаза и чересчур измученно стону:

– Кстати, музыка здесь полный отстой. Интересно, если я станцую на коленях у диджея, он сможет поставить что-то, от чего у меня не будет течь кровь из ушей?

Срабатывает. Кэп перестаёт выглядеть так, словно я мутант Икс, а у него на голове Церебро, и начинает задорно скалить зубы.

– То есть, если сейчас зазвучит то, что тебе понравится, ты организуешь приватный танец для диджея?

Пф. Да этот лошок за пультом звуковиком в «Голубом огоньке» работает, судя по музыкальной подборке. Ни единого шанса.

– Если сейчас зазвучит что-то хотя бы отдалённо удобоваримое, я его колени так задом отполирую, что он в них сможет своё отражение увидеть.

– Обещаешь?

Мне бы засомневаться, потому что вид у Кэпа в этот момент такой, словно он только что единолично Таноса отмудохал. Но так как я девчонка самоуверенная и упрямая, то киваю головой и подтверждаю:

– Слов на ветер не бросаю.

Я с удивлением принимаю в ладонь холодный стакан с виски, который мне бесцеремонно вручает шеф, и наблюдаю, как он быстро идёт к узкому проходу, соединяющему ВИП-зону и диджейский помост. Жду, что здоровый цербер охранник остановит наглое вторжение, но он лишь приветливо улыбается Кэпу и отходит в сторону.

А дальше происходит совсем уж странное: говнюк делает знак источнику моих слуховых мук, и тот, сняв наушники, радостно машет ему рукой, показывая подниматься. Через несколько секунд они стоят рядом, тискаясь, словно на съёмках «Жди меня», после чего чёртов диджей снимает наушники и передаёт их Гасовичу.

От такого неожиданного поворота я машинально отхлёбываю виски, который терпеть не могу, и обречённо вздыхаю, когда ловлю взгляд Кэпа и читаю по расплывшимся в улыбке губам:

– Наслаждайся.

Загрузка...