Пролог

– Привезли? Отлично. Я уже подъезжаю, – закончив короткий разговор, мужчина отключил гарнитуру и свернул с трассы на дорогу к элитному коттеджному посёлку.

Уже наступил поздний вечер, светили фонари, а лес по обочинам казался монолитной тёмной стеной. Въезд на территорию охранялся, как и полагается, здесь селились те, кто хотел уединения и спокойствия. Мужчина кивнул охранникам, подождал, пока поднимется шлагбаум, и поехал вдоль коттеджей за высокими заборами. Некоторые утопали в зелени, отгородившись ещё и деревьями, между самими участками тоже имелись проходы. Дома не лепились тут, как соты, друг к другу, и делами соседей никто особо не интересовался. Ещё одна причина, по которой мужчина решил купить участок с жильём именно здесь.

Большой тонированный джип доехал почти до самого конца широкой центральной улицы и остановился у высокого кирпичного забора. Достав из кармана брелок, мужчина открыл ворота и завёл машину на широкий двор перед трёхэтажным коттеджем с террасой над крыльцом. Горел только дежурный фонарь, окна дома оставались тёмными, да из дальнего угла участка раздался хриплый, низкий лай здоровенной овчарки, которую выпускали на ночь. Мужчина вышел из машины, поднялся по крыльцу и зашёл в дом, уверенно направившись вглубь. Большая гостиная находилась с другой стороны, и в ней уже горел камин, наполняя комнату живым теплом. Там же мужчину ждали. Едва он показался на пороге, как с дивана поднялся навстречу крепко сбитый, широкоплечий парень лет двадцати пяти в свитере и джинсах, с коротким ёжиком волос.

– Как она, Андрей? – осведомился гость, слегка ослабив галстук – поскольку мужчина приехал прямо с офиса, на нём оставался деловой костюм.

– Почти, Глеб Витальевич, – с готовностью ответил Андрей и довольно улыбнулся. – Алла уже подготовила девочку.

– Супер, – кивнул Глеб и направился к двери из гостиной.

За ней находилась довольно крутая лестница вниз, в подвал, куда они с Андреем и спустились. Здесь имелось ещё несколько помещений, оборудованных совсем по-другому. И откуда-то доносился негромкий, томный женский смех. Глеб прошёл коротким коридором до приоткрытой двери, откуда падала неяркая полоска света, и чуть поморщился: в воздухе витал едва уловимый сладковатый запах травки.

– Не переборщил? – вполголоса уточнил он у Андрея, остановившись у двери. – Мне не нужно безвольное мясо в кадре.

– Обижаете, Глеб Витальевич, – протянул Андрей. – Я же знаю требования. Всё в порядке, просто расслабили девочку. Да сами смотрите, – он распахнул перед начальником дверь.

В полутёмной комнате, центральную часть которой занимала широкая кровать с красивым кованым изголовьем, находилась целая студия для съёмок. Сам предмет мебели, сейчас застеленный белоснежным покрывалом, ярко освещался прожектором, стояли отражатели и камера на треноге, около неё суетился оператор Сергей. На кровати лежала стройная длинноногая блондинка в кружевном откровенном пеньюаре, едва прикрывавшем грудь, чулках, поясе и крошечных трусиках, которые можно было назвать бельём чисто символически. Пеньюар украшал лебединый пух, золотистые локоны разметались по подушке, верхнюю часть лица закрывала тоже белая ажурная маска, а обнажённая кожа мерцала, присыпанная пудрой с блёстками. Глаза девушки неестественно блестели, зрачки были расширены так, что радужка почти совсем пропала. Блондинка время от времени тихо смеялась, поворачивая голову и двигая руками и ногами, но сбежать не пыталась.

– То-о-оль, ну куда ты исче-е-ез? – протянула она, снова хихикнув. – Зачем ты меня сюда принёс?.. И одел во всё это? – подцепив пальцем пеньюар, она посмотрела сквозь него на свет и опять зашлась глупым смешком. – Я никогда таких штучек не носила! И я так странно себя чувствую…

– Годится, – вполголоса одобрительно отозвался Глеб, усевшись на стул, стоявший в тёмном углу комнаты. – Начинайте.

Тут же из другого угла к кровати бесшумно вышел мужчина в чёрной маске, с обнажённым торсом и одетый лишь в кожаные штаны, сидевшие низко на поясе. Выглядел он, как с картинки мужского журнала: рельефные бицепсы, кубики, татуировка на плече, хищный взгляд сквозь прорези. Скользнув на кровать к блондинке, незнакомец поймал её запястья, легко поцеловал и завёл за голову. Девушка не сопротивлялась, глядя на мужчину с рассеянным любопытством.

– А что ты дела… – начала было она, но не договорила, мужчина прижался к её губам в долгом поцелуе.

Сергей замер, склонившись над камерой с сосредоточенным лицом, Глеб, положив ногу на ногу, молча наблюдал, потирая пальцами подбородок. Девушка издала тихий, невнятный возглас, слегка изогнулась, предприняв слабую попытку высвободиться, но мужчина ловко пристегнул её руки к кровати кожаными наручниками и затянул ремни потуже. Не отрываясь от губ блондинки, провёл ладонью вдоль тела, небрежно откинув пеньюар, и стянул тонкую лямку с плеча, оголяя розовое полушарие с кораллово-красной, уже твёрдой вершинкой. Отстранился, по-прежнему не говоря ни слова, а девушка дёрнула руками, задрав голову, и слегка заплетающимся языком спросила с лёгким беспокойством:

– Толь, ты что з-зад-думал?.. Я не собираюсь с тобой сексом заниматься… – она запнулась, широко распахнув глаза, потому что мужчина склонился над её грудью, накрыв ртом напряжённый сосок.

Блондинка громко охнула, выгнувшись, а ладонь мужчины поползла вниз, к тонкому треугольнику кружева, и накрыла холмик. Девушка снова издала невнятный звук, дёрнула пристёгнутыми руками и попыталась отодвинуться, но тело слушалось плохо.

– Т-толя, То-оль… – она облизнула губы и попыталась крепче сжать ноги. – Н-не надо… Р-развяжи меня…

Мужчина, которого блондинка звала Толей, оторвался от груди, не обратив на слова никакого внимания, поднял голову и улыбнулся в камеру, а потом выпрямился и ухватил свисавшую с края изголовья длинную ленту. Вернулся к девушке, провёл ладонью по бедру и легко подхватил её ногу под колено, согнув и отведя в сторону.

– Эй!.. – дёрнулась она и снова попыталась высвободиться, но безуспешно.

Спустя несколько минут её ноги были уже широко разведены и крепко зафиксированы лентами так, что девушка оказалась полностью открыта камере и едва могла двигаться. В её глазах мелькнули проблески осознания, что что-то очень сильно не так, однако было поздно. Она ничего не могла поделать, только кричать и плакать, задыхаясь от страха, но Глеба это не волновало: всё равно потом на картинку в студии наложат музыку, да и вскоре девица будет стонать от наслаждения. Заказчик хотел в этот раз не изнасилование, а соблазнение невинного ангела. А Стас у него спец по девственницам. Единственное, Глеб строго следил, чтобы девочкам исполнилось восемнадцать.

Между тем, Стас, которого блондинка знала, как Толю, приступил к дальнейшим действиям, и Сергей придвинул камеру чуть ближе, делая крупный план. Девушка что-то бормотала еле разборчиво – наркотик ещё действовал, а пальцы Стаса медленно провели по тонкому кружеву трусиков, приподняли и скользнули под него. Бормотание блондинки прервалось громким вздохом, её бёдра шевельнулись, то ли в попытке отстраниться, то ли наоборот, податься вперёд, к ласкающим пальцами. Губы Стаса прижались к обнажённому животику девушки над поясом, и девушка совсем затихла, лишь тяжело и шумно дыша.

– Пусть трусики снимет, – скомандовал вполголоса Глеб, и Андрей, щёлкнув пальцами, подал знак актёру на кровати.

Стас потянул завязки сбоку на белье и одним движением избавил девушку от трусиков. Тёмно-розовые, влажно блестевшие складки вызвали у Андрея громкий вздох, а по губам Глеба лишь скользнула усмешка. Пальцы Стаса медленно раздвинули, погладили нежное местечко, стараясь не закрывать удачный ракурс, и от блондинки донёсся короткий, жалобный стон.

– То-оль… – то ли она собиралась попросить перестать, то ли продолжить, но прервалась – палец Стаса нашёл нужную точку и нежно обвёл, а потом нажал.

Блондинка выгнулась, раскрываясь шире, и комнату огласил ещё один громкий стон. А Стас продолжил, легко скользя по увлажнённой шелковистой плоти, проникая в узкое отверстие, пока неглубоко. Сергей, встав на колени у края кровати и опустив треногу на камере, замер, снимая жаркие кадры, Андрей тяжело сопел рядом, и Глеб, не оборачиваясь, бросил:

– Выйди, а. Много лишних звуков.

– Глеб Витальевич… – громким шёпотом произнёс Андрей. – А потом с этим ангелочком что?..

– Как обычно, – приглушённым голосом ответил Глеб. – Иди, приготовь всё, чтобы девчонка не очухалась раньше времени.

Он знал, как заставить своих непрофессиональных актрис замолчать и не идти в полицию с заявлением. Ролик с их участием в грязной групповушке, где сами девушки, напичканные наркотиками, отдавались двум-трём, а то и больше, мужчинам, и одновременно, и по очереди, и с применением разнообразных игрушек. Причём лица девушек были хорошо видны, а остальные участники оставались в тени или в масках, отбивали у жертв подпольной порностудии всю охоту делиться тем, что с ними произошло. Глеб тратил на безопасность достаточно денег, и то, что вкалывали девушкам, чтобы они не истерили и не сопротивлялись, очень быстро выводилось из организма без всякого следа.

Между тем, на кровати Стас уже вовсю доводил блондиночку до оргазма на камеру, работая пальцем и теперь языком, и у Глеба невольно мелькнула мысль, а не позвонить ли своей игрушке… Хотя зачем. Нужно ведь только дождаться конца съёмок и потом присоединиться к приятному. Перед тем, как отдать актрису своим людям, Глеб всегда развлекался с ними сам, без всяких камер. Считал это оплатой за то, что съёмки приходилось высиживать до конца, а они порой бывали весьма забористыми и горячими. Поудобнее устроившись на стуле, Глеб продолжил наблюдать, как «ангелочек» на кровати пытается извиваться и подставиться под пальцы и рот Стаса. Девочка уже возбудилась достаточно, чтобы не задаваться вопросом, а хочет ли она того, что происходит.

Даже если сначала не хотела, теперь поздно. Стас и фригидную заставит кричать от удовольствия и просить ещё и ещё, умолять трахнуть её как следует. Взгляд Глеба не отрывался от набухших, влажных складок, между которыми скользили палец и язык Стаса, и громкие стоны и всхлипы блондинки только добавляли сцене пикантности. Его член уже стал каменно-твёрдым и причинял ощутимое неудобство, но Глеб, стиснув зубы, приструнил эмоции. Это Андрей мог, притаившись за дверью, или даже не особо скрываясь, удовлетворять себя во время съёмок, его начальник до такого не опускался. Блондинка на кровати вскрикнула особо громко и заметалась, насколько позволяли путы, сотрясаясь от оргазма. Заказчикам понравится зрелище истекавшей соками, возбуждённой и распаленной нежной плоти…

Глеб незаметно сглотнул, переменив ногу, а Стас, выпрямившись и оставив ненадолго блондинку, уже расстёгивал штаны, высвобождая внушительных размеров орудие, готовое к продолжению. Сергей пока снимал крупным планом лоно дрожавшей и тихо всхлипывавшей актрисы поневоле, а потом перевёл объектив на толстый ствол, гладкая головка которого прижалась к складочкам, легко скользя по ним.

– Т-толя-а-а-а… – беспомощно захныкала блондинка, а в следующий момент под потолком спальни раздался болезненный вскрик, когда член Стаса резко вошёл в неё, лишая ангелочка невинности.

Что ж, теперь будет поинтереснее. Заказчик пожелал, чтобы девочку трахнули и в попку, и в ротик, и при этом без насилия. А у Стаса делали минет даже самые скромницы, в этом Глеб не раз убеждался.

Загрузка...