3

– Мирр, а ты не думаешь, что у Никиты кто-то есть? Девка другая, я имею в виду. Ну просто странно как-то… Ты сама по себе, он сам по себе. Полгода вы вместе, и никакого прогресса в отношениях. Ни совместного путешествия, ни сожительства, ни знакомства с семьёй… Вообще ни хрена.

– Подожди, Вик… – я накрываю динамик рукой и быстро перечисляю ожидающему официанту свой заказ: – Мне салат с уткой, тыквенный суп и американо.

– Ты на ланч, что ли, вышла?

– Ага. Другая женщина? Хм-м… я так не думаю. Чтобы иметь двух любовниц, нужно инвестировать в них время, а Никита слишком помешан на своей работе, чтобы так щедро им раскидываться.

– Он до директорского кресла, что ли, хочет дорасти? – фыркает динамик. – Так пусть не мечтает: Пронин всё равно кого-то из своих посадит. Я гнилую кухню их компании ещё со времён работы в «Эвересте» знаю. Пусть лучше расслабит булки и свозит тебя отдохнуть.

Я смотрю в окно на разноцветный поток людей, хлынувший из стеклянных дверей метрополитена, и пробую на вкус Викино предположение. Вдруг у Никиты действительно есть другая женщина. Что я чувствую при этом? Ревность, обиду на него, боль от предательства? Представляю ли, как они держатся за руки и занимаются сексом?

Ничего подобного нет. Есть раздражение и непонимание: для чего столько времени клепать мне мозги? Ну и ещё брезгливость от того, что Никита приносил в мою квартиру запах другой женщины. Как-то так. По поводу венерических заболеваний не переживаю: сексом мы занимались исключительно с презервативом.

Может быть, дело всё же во мне? Я чёрствая, и Никита это чувствует. Поэтому его ко мне не слишком тянет: я много работаю, не заморачиваюсь на готовке, ужинать предпочитаю в ресторанах. Помню, бабушка говорила, что мужчинам необходим домашний уют и миссия каждой женщины – этим уютом их обеспечить, в противном случае высоки шансы коротать старость одной.

– Эй, ты здесь? – снова подаёт голос Вика. – В выходные давай куда-нибудь выберемся? Можно в «Артель». Выпьем по бокальчику, ты глазами по сторонам постреляешь.

– И ты тоже, – с усмешкой вставляю я, макая ложку в опустившуюся передо мной тарелку с супом.

– Куда мне? – ворчливо откликается подруга. – Со своими бы двумя справиться.

Вика замужем шесть лет, половину из которых у неё есть любовник. Раньше я часто задавалась вопросом, что послужило причиной такой полигамии, потому как, по её же собственным словам, в отношениях с мужем Вику всё устраивало, но со временем перестала. Её личная жизнь меня не касается.

– В общем, будем на связи, и приятного аппетита, – резюмирует подруга и перед тем, как я успеваю сбросить вызов, выдаёт финальное наставление: – И всё-таки подумай над «Тиндером».

Нет, это точно не она «сдала» меня кому-то из своих знакомых во имя втягивания в мир виртуального разврата.

Повинуясь мимолетному порыву, я разблокирую погасший экран и открываю то самое приложение. Перечитываю вчерашнюю переписку с двадцатишестилетним Саввой и снова ёжусь от его прозорливости. Может быть, парень обладает какими-то экстрасенсорными способностями? Это бы многое объяснило. С таким даром наверняка очень удобно заводить знакомства с противоположным полом. Ведь даже скептик во мне заинтересовался.

Савва был в сети вчера, в двадцать один пятьдесят один. Его последнее сообщение отправлено в это же время. Мне.

Я вдавливаю большой палец в красную иконку и тащу её к корзине, появившейся внизу экрана. Ни к чему засорять телефон и собственные мозги интернет-мусором. В противном случае в чём смысл всех этих медитаций и детоксов?

Но рука замирает, потому что в этот момент телефон издаёт короткое бульканье, сигнализирующее о новом сообщении. Из приложения, которое я в данный момент собираюсь удалить.

«Доброго дня, Мирра. Тебе можно пожелать приятного аппетита или для обеда в твоём случае ещё рано?»

Мне не нравится, что при взгляде на эти строки, сердце начинает барабанить сильнее. Я уже давно не школьница, чтобы получать удовольствие от переписки. Или дело в том, что этот Савва снова угадал? Я ведь и впрямь обедаю.

Значок приложения, выбравшись из-под моего пальца, радостно пружинит на своё место.

«Как раз заканчиваю с бизнес-ланчем».

«Значит, всё же приятного аппетита. Как спала?»

Я делаю глоток кофе и, вернув чашку на стол, раздражённо тру виски. Мирра, к чему весь этот детский сад? «Как спала?» Что дальше? Рацион ему свой перечислишь? Ты ведь понятия не имеешь, кто скрывается по ту сторону. За этой аватаркой может оказаться не двадцатишестилетний парень, а озабоченный старик, прыщавый подросток или мающаяся от скуки лесбиянка.

«Мне нужно идти. Хорошего тебе дня».

Я вкладываю в счёт тысячную купюру и заталкиваю телефон в сумку. Лучше на договоре с «Альянсом» сосредоточиться, а не вот это вот всё.

Бульк.

Резко задёрнув молнию на сумке, я поднимаюсь. Чёрта с два. Я не позволю себя в это втянуть.

С работы мне удаётся уйти вовремя: у генерального возникли срочные семейные обстоятельства и некому было мариновать меня в своём кабинете. Пару дней назад я бы наверняка набрала Никите с предложением сходить в ресторан или в кино, но вместо этого захожу в «Азбуку» и закидываю в корзину два вида пасты, сыр, вяленые помидоры и ещё пару приглянувшихся мне банок с итальянскими надписями. Я собираюсь смотреть фильм и готовить.

Когда тальятелле доходят до идеального состояния «аль-денте», в дверь неожиданно звонят. На пороге в костюме, безукоризненном даже после девятичасового рабочего дня, стоит Никита. В его руке – увесистый букет.

Затянувшееся переглядывание и вопрос «Что ты здесь делаешь?» грозят превращением аль-денте в слипшийся комок теста, поэтому я молча забираю цветы и, впустив Никиту в прихожую, иду на кухню.

– Соскучился по тебе, малыш, – раздаётся мне в ухо меньше чем через минуту, а тело, прижавшееся сзади, окунает меня в облако туалетной воды, которую я выбирала.


Я уворачиваюсь от губ Никиты, настойчиво прокладывающих дорожку поцелуев по моей шее, и подхватываю кастрюлю с плиты.

– Ты есть хочешь? Через пять минут будет карбонара.

Никита покорно отступает, но не перестаёт при этом улыбаться.

– Я не голоден. Предпочту вино и тебя.

Почему бы мне не подойти к вопросу отношений практично? Никита приехал сам, и он меня хочет. Неземной любви я, как выяснилось, к нему не испытываю. Так почему бы не перестать рыть землю и не начать довольствоваться тем, что есть?

– Вино в шкафу справа, бокалы в сушке. Отнесёшь их в гостиную? Я собиралась посмотреть фильм.

Который, как мы оба знаем, мне досмотреть не удастся, потому что Никита непременно поимеет меня на диване.

Бульк.

Под грохот сердца я отсчитываю удаляющиеся шаги Никиты и гипнотизирую глазами телефон, лежащий на столешнице. Да-а-а, Мирра. Мужа и любовника, как Вика, ты бы точно не потянула. Даже в такой безобидной ситуации тебя буквально парализовало.

«Ты не ответила на предыдущее сообщение. Напоминаю, что ты задолжала мне ужин. Чем занимаешься?»

Мои пальцы порхают по экрану как у заправской стенографистки:

«Занята. Не могу разговаривать».

Бульк.

«Ты с мужчиной?»

Я напрягаю слух, ловя малейшие шумы, доносящиеся из гостиной. Судя по всему, Никита переключает телевизионные каналы.

«Это не твоё дело, но да, я с мужчиной»

«Планируете заняться сексом?»

Я с секунду разглядываю вопиюще наглые буквы, набирать которые этот Савва, будь он хоть трижды экстрасенсом, не имеет никакого права, и с раздражением печатаю:

«Повторюсь: это не твоё дело».

Ответ приходит через секунду:

«Наш секс будет несравнимо лучше. Ты обязательно в этом убедишься».

Загрузка...