Макар Дримчуков Через преступление к мечте

Глава 1. Не останавливайся

Мы что есть силы бежали по дороге, вокруг был настолько дивный пейзаж, просто находка для фотографа. Справа шумел залив, укрытый лунным светом, а слева простиралось бескрайнее поле, уходящее за горизонт. По самой береговой линии шла дорога, которая вела к зданию, похожему на средневековую крепость. В данный момент оно охвачено пожаром, и с минуты на минуту туда должны прибыть пожарные расчёты и полиция. Нам нужно торопиться, сейчас нас хорошо видно с любой точки в округе. Нам лишь нужно было добраться до одного-единственного дерева у дороги, до которого сейчас немногим меньше одной мили.

Пробежали мы уже примерно столько же, охрана не сразу опомнилась, поэтому у нас оставалось ещё в запасе время. Стив бежал чуть впереди меня, его босые ноги уже были сбиты в кровь об асфальт, но он не останавливался. Мои силы почти на исходе, я старалась об этом не думать, ведь это наш единственный шанс. Ноги от усталости стали ватными, я почти их не чувствовала, дыхание сбилось, но я пыталась держаться. Я даже не заметила, как оступилась и приземлилась коленями, которые были едва прикрыты летним платьем, на асфальт. Стив, увидев, что я упала, подбежал ко мне и, схватив за руку, попытался поднять.

– Мэгги, вставай! – обратился он ко мне.

– Я не могу!

– Можешь! Поднимайся, ещё чуть-чуть! Бежим, не останавливайся! – Стив помог мне встать и, взяв за запястье, буквально поволок за собой. С трудом, но мы добрались до дерева.

– Где? Я не вижу! Под камнем вроде должен был быть! – крикнул он. – Нашёл!

Стивен, откинув камень в сторону, вытащил слегка присыпанный землёй металлический кейс.

– Она здесь где-то должна быть? – обернувшись на меня, спросил он.

– Да, где-то там.

– Вот она! – Он вытащил из кейса Библию. Также достал старую потёртую кожаную куртку, которую тут же накинул на свой обнажённый торс.

Я взглянула на свои колени – они были сбиты, и кровь, смешиваясь с грязью и пылью, стекала вниз. Глаза мне стали застилать слёзы, и я, чуть не рыдая, сказала:

– У нас не получится!

Стив подошёл ко мне, обнял, мой подбородок уткнулся в его плечо, и он произнёс:

– Разве у нас когда-то что-то не получалось? – Он взял меня ладонями за щёки и, глядя прямо в глаза, шёпотом добавил: – Мы почти у цели, паром будет через несколько дней.

– А если мы не успеем?

– Мы успеем… И отправимся на нём туда, куда хотели. Теперь у нас есть всё, чтобы то, о чём мы всегда мечтали, сбылось.

– Их люди уже в городе, я сегодня в новостях слышала. Сопротивление не справилось.

– Это неважно, мы же не военные.

– Да, но наши лица крутили по телеканалам, нас каждая собака в округе уже знает, наверное.

– Не преувеличивай, у людей другие заботы. Возможно, в мирное время это стало бы событием, которое все обсуждали бы, но сейчас война полным ходом идёт, это уж куда более подходящая для волнения и обсуждения новость, чем какие-то подростки. Ладно, всё, нет времени, обсудим это позже.

Стивен устремил взгляд вдаль.

– Здесь же дорога делает крюк, получается. Да?

– Да, – ответила ему я.

– Через поле будет короче, и мы не будем на виду.

– Да, но как ты босиком пойдёшь по сухой траве? Она тебе все ноги изрежет, и вообще…

Стивен, дав мне договорить, приставил к моим губам указательный палец.

– Слышишь? – шёпотом спросил он.

Я в ответ покачала головой, давая понять, что ничего не слышу.

– Сирены, – добавил он.

Я прислушалась и услышала приближающийся гул сирен. На дороге был небольшой овраг, поэтому и они нас, и мы их не видели. Зато мы могли услышать, что они приближаются. Ещё несколько месяцев назад я и представить себе не могла, что их звук будет у меня вызывать мурашки от ужаса по всему телу.

В городе, где я провела большую часть своей жизни, они вообще воспринимались как фоновый шум или тиканье часов в комнате, в какой-то момент ты просто перестаёшь это слышать. Для мегаполиса это норма: постоянные сирены, гул машин и непрекращающаяся суета. Но сейчас же всё изменилось. Последнее время звук сирены вызывает у меня лишь выброс адреналина в кровь из-за страха.

Стив схватил меня за руку, и мы побежали к небольшой насыпи у дороги. Мы легли на землю, он сверху накрыл меня курткой. Мы, затаив дыхание, стали ждать. Сердце отбивало такую чечётку, что ей позавидовал бы даже Майкл Флэтли.

Стив прижал меня к себе, страстно поцеловал. Адреналин с выброшенными в кровь эндорфинами слились в единое целое, такого эффекта не даст ни один наркотик в мире.

По дороге пронеслись машины, гул сирен стал отдаляться.

– Бежим, – прошептал мне на ухо Стив.

И мы, собрав все оставшиеся силы, побежали через поле. Через какое-то время впереди показались огни заправки, она-то нам и была нужна. Когда мы были от неё совсем близко, Стивен остановил меня.

– Стой, нужно отдышаться сначала и как-то хоть чуть-чуть привести себя в порядок.

– Это будет весьма сложно, учитывая, что мы все в пыли, а у тебя ноги в крови к тому же.

– Неважно, говорить буду я. Если тебя о чём-то спросят или как-то обратятся, старайся отвечать односложно и без подробностей.

– Я постараюсь.

Мы вышли на трассу футов за 500 от заправки, чтобы нас заранее никто не обнаружил. Она стояла на развилке, вправо уходила дорога, ведущая к заднею, от которого мы убегали, а прямо дорога вела к небольшому и ещё мирному городу – Крескоту. Туда нам и нужно, до него было больше ста миль, и пешком уже не добраться.

Стив крепко взял меня за руку, и мы пошли в сторону заправки. Когда мы приблизились и на нас стали падать лучи света здешних, пусть и старых ламп, я поняла, что мы измазаны в пыли гораздо больше, чем мне казалось изначально.

Он увидел, что я стала нервничать, крепче сжал мою руку и полушёпотом, слегка наклонившись ко мне, сказал:

– Всё нормально.

Я одобрительно кивнула в ответ и, чтобы хоть чуть-чуть отвлечься от неприятных мыслей, что так и лезли в голову, решила осмотреться по сторонам.

Это была классическая старая заправка, которую явно когда-то пытались ремонтировать, но это не особо помогло. Большая бетонная плита, которая стояла на двух, будто металлических ножках, они держали её над землёй. Между металлическими столбами располагались две заправочные колонки годов так восьмидесятых. Чуть дальше за ними были окошко кассы и небольшая прозрачная дверь, за которой, вероятно, располагался магазин.

Мы вошли внутрь. Это был привычный для провинциальных заправок мини-маркет. По правую сторону несколько рядов с разного рода продуктами, которые хорошо подходят для небольшого прикуса во время длительного переезда. За ними стояли холодильники с газировкой. По левую сторону была небольшая стойка, на ней автомат, который делает кофе, а на электрогриле крутились сосиски для хот-догов.

За стойкой сидел полноватый мужчина в белой футболке, его было практически не видно. Когда мы вошли, он даже не посмотрел в нашу сторону, он, не отрывая глаз от телевизора, обратился к нам:

– Кофемашина не работает.

Стив шёпотом сказал мне:

– Идём.

Мы подошли ближе к стойке, мужчина продолжал смотреть в небольшой переносной телевизор, там как раз показывали новости, которые он так увлечённо слушал.

– Отряды, которые называют себя Сопротивлением, продолжают сдерживать правительственные войска. На штурм рубежа сейчас брошены все силы. Правительство считает эту точку приоритетной. С места событий детальнее расскажет наш корреспондент. Эрл, тебе слово.

– Спасибо, Сьюзен. Как вы можете видеть, сюда сейчас стягиваются все силы Сопротивления. Теперь это уже не просто какие-то разрозненные группы вооружённых людей, как это было ещё совсем недавно, – здесь они объединяются в настоящую армию. Мы встретили тут и ветеранов прошлых войн и совсем молодых людей, которым на вид немногим больше восемнадцати, но они уже готовы вступить в бой с правительственными войсками. С некоторыми сопротивленцами нам удалось пообщаться. Вот что они говорят, прямая речь:

«Когда было голосование, мы лишь хотели, чтобы нас услышали! Лендерсон был нашим кандидатом, который абсолютно честно победил на выборах, но у нас этот выбор отобрали. Они списывают всё на каких-то сумасшедших, которые на него напали, но мы все прекрасно понимаем, кто это сделал. Те набитые жадностью и деньгами мешки, которые засели в правительстве сейчас. Они просто не могли допустить его победу, а когда поняли, что проиграли, совершили то, что совершили. И теперь хотят сидеть у власти ещё несколько лет, если не вечно. Они отстаивают лишь права таких же, как они, а на нас, простых людей, им наплевать! Мы пытались с ними поговорить, они не хотели нас слышать. А теперь называют бандитами и бросили на нас армию. Вот здесь, буквально в двухстах пятидесяти милях отсюда, вчера они убили семнадцать наших ребят. У них даже экипировки не было, только джинсы, футболки и автоматы. Они их расстреляли из боевых дронов. Они боятся подходить к нам ближе, потому что наши парни воюют за свои семьи и будущее, а их армия воюет за деньги…»

– Извините, – обратился Стив к мужчине за стойкой.

Тот, наконец, оторвался от телевизора и окинул нас взглядом. Наш внешний вид явно ввёл его в ступор, он даже на секунду впал в ступор и не знал, как реагировать. Но спустя секунд пять молчания всё-таки ответил:

– Вы откуда такие красивые?

– Мы из Вармонда…

Мужчина его перебил и, не дав договорить, переспросил:

– Из Вармонда… Так вы беженцы?

Стив всегда говорил, что для того, чтобы обмануть любого человека, много усилий не требуется. Дай человеку отправную точку, а дальше он всё сам за тебя придумает. Тебе лишь остаётся подыграть его фантазиям, в которые он уже сам верит, ведь это именно его легенда, в которой всё логично. Так было и сейчас. Увидев нас, благодаря информационному полю, которое вокруг витало, он пришёл к выводу, что мы беженцы. Начни это рассказывать мы, у него тут же появился бы десяток вопросов. Например, как мы, якобы беженцы, оказались здесь, за сотни миль от Вармонда, который уже как месяц под правительственными войсками, босиком, без денег и без машины. Но так как он сам это придумал, легенда казалась ему вполне логичной и убедительной.

Стивен положил на стойку Библию и обратился к мужчине:

– Вы ещё раз извините, у нас совсем мало денег, нам ничего не нужно, только стаканчик воды. Можно из-под крана.

– Конечно. У меня здесь кулер служебный есть, сейчас я вам налью, ребята. Вам тоже, мисс? – обратился он ко мне, я утвердительно кивнула в ответ.

Мужчина тяжело, из-за своей комплекции, встал из кресла и вздыхая пошёл в каморку к кулеру.

Стивен поднёс руку к Библии и думал было её открыть, но тут по окну блеснули фары. К колонке подъехала машина.

– А нам сегодня везёт. Взгляни, это же «Кадиллак Эльдорадо», года так 1973, если не ошибаюсь, да ещё и с откидным верхом. На нём и поедем.

В помещение вошёл парень лет двадцати пяти на вид. На нём были тёмные джинсы, синие кеды и ярко-оранжевая футболка. Была она такого ядрёно-кислотного цвета, что первым делом бросалась в глаза. Он подошёл к стойке. Стив, не дав ему ничего сказать, произнёс:

– Тут, сказали, какие-то проблемы. Пойдите другой пистолет возьмите.

Парень как-то пренебрежительно взглянул на нас и направился к выходу. Буквально только его нога оказалась за дверью, из каморки показался мужчина с двумя стаканами воды в руках. Вид на улицу ему загораживали многочисленные рекламные вывески, наклеенные поверх окон, и стенды со жвачками. Тем временем парень подошёл к машине и вынул пистолет из бака.

Мужчина поставил на стойку два стакана воды. Стив, сделав вид, что берёт один из них, намеренно толкнул его вперёд. Вода из стакана разлилась на стойку и на телевизор. Мужчина тут же принялся его переставлять, а Стив, сделав виноватый голос, извиняться.

Парень вставил в бак другой пистолет и направился в нашу сторону.

– Извините, мы все на нервах, – произнёс Стив.

– Да я понимаю всё, – ответил мужчина, пытаясь спасти телевизор, который тут явно был его единственным развлечением. Он повернулся к нам спиной, поставил его на стул, на котором до этого сидел, и стал тянуться за салфетками.

– Чёрт, таблетки, которые я хотел запить, в машине остались. Я сейчас, – сказал Стив, схватил Библию со стойки и быстрым шагом направился к двери, пытаясь опередить парня, который должен был сюда зайти.

Последнее, что я увидела, как Стивен, прихрамывая из-за стёртых об асфальт и исколотых сухой травой ступней, буквально выбегает из магазина. Он вышел навстречу тому парную, окликнул его, у них произошёл небольшой диалог, и они вдвоём отправились в сторону машины.

– Как же вас занесло-то в эти края? Есть же вроде лагеря какие-то специальные для беженцев. Родственники у вас тут, что ли? – обратился ко мне мужчина, обтерев телевизор салфетками.

– Да, – ответила я. – Бабушка.

– Где? В Крескоте?

– Да.

– Ну тогда вам недалеко осталось ехать.

Я перевела взгляд на улицу. Около машины никого не было.

– Вообще, места тут, конечно, глухие. Вблизи вон только поля да тюрьма. Там сегодня что-то случилось, видимо. Пожарные туда поехали, да ещё и в компании копов. Может, диверсанты правительственные чего наделали, я слышал, они тут в окрестностях орудуют. А там ещё, в этой тюрьме, наши вроде как содержат сейчас пленных.

– Не знаю, – ответила я, – по дороге мы никого не видели, всё вроде спокойно было.

– Вот это доля на ваши судьбы молодые выпала. Тебе вот сколько? Лет двадцать от силы? – спросил у меня мужчина.

Я перевела на него взгляд и ответила:

– Двадцать два.

– Да? Выглядишь моложе. Ты как дочка моя, она старшеклассница, поставь вас рядом, подумал бы, что одногодки.

– Понятно.

Я снова перевела взгляд на улицу. Сюда уже направлялся Стив. У него на ногах были синего цвета кеды, а под курткой оранжевая футболка. В руках он держал Библию.

– Я вот за дочь переживаю. Хоть бы до нас вся эта война не дошла, – продолжил мужчина. – Дети войну видеть не должны.

В помещение вошёл Стив и, подойдя к стойке, достал бумажник из кармана куртки.

– Нам бы, наверное, всё-таки заправиться, а то мало ли, дальше заправок не будет, да? – спросил у меня Стив.

– Наверное, – ответила я, а мужчина продолжил:

– Ближайшая заправка дальше только в Крескоте.

– Ну тогда нам на все, – сказал Стив и положил на стойку несколько банкнот.

Мужчина стал возиться с кассовым аппаратом. Я взглянула на Стива, он одобрительно мне кивнул, давая понять, что всё в порядке.

Мы попрощались с мужчиной и направились к машине. Стив достал пистолет из бака, повесил его на колонку и сел за руль. Я села на пассажирское сиденье. Стивен положил Библию под лобовое стекло, вставил ключ в замок зажигания, и мы стали медленно отъезжать от заправки.

Я обернулась назад – на заднем сиденье лежал без сознания тот парень.

– Пришлось позаимствовать у него кеды, почти мне по размеру, и футболку. Там, кстати, на заднем сиденье сумка. Посмотри, может, там ещё какие-то вещи.

Я вытащила из-под парня сумку, в ней была кипа каких-то проводов и непонятных приборов.

– Нет, вещей здесь никаких нет, только провода вон какие-то.

– Что за провода? Дай гляну.

Стив вытащил из сумки провод, помял его в руках и сказал:

– Отлично, довольно длинный и плотный. Вон впереди, видишь, лесок небольшой. Привяжем его там к дереву и бросим.

– Как?

– Обычно, а ты предлагаешь его с собой таскать?

– А если он там замёрзнет насмерть?

– Разная херня в жизни случается, может, замёрзнет, а может, и нет.

Мы остановились около небольшой рощи.

– Действовать нужно быстро, стоящая среди ночи на дороге машина внимание точно привлекает. Я его сейчас тащу и там, подальше от дороги привязываю. А ты пока посмотри, что в багажнике, а то вдруг сопротивленцы остановят, чёрт знает, что он там везёт.

Стив взял Библию и положил мне её на колени.

– Если что, знаешь, что делать, но лучше, чтобы делать ничего не пришлось.

Он меня поцеловал, взял провода, вышел из машины и поволок этого парня в рощу. Я тоже вышла из машины, оглянулась по сторонам – никого в округе не было. Открыла багажник – он был забит чем-то непонятным. Тоже какие-то провода и маленькие электронные приборы. Я подошла к пассажирской двери и стала осматривать салон. Под задним сиденьем валялся фонарь. Взяв его, я подошла к багажнику снова. Было неудобно одновременно держать фонарик и Библию, поэтому я взяла её подмышку и, подсвечивая себе фонариком, старалась понять, что лежит в багажнике. Из чащи вышел Стив, куртка у него снова была надета на голое тело.

– Иди сюда! – окликнула я его. – Смотри, что это.

– Ну-ка посвети, – Стив стал рассматривать небольшие приборы. – Похоже на метки для дронов. Такие ставят, чтобы дроны на них ориентировались, – сказал Стив.

– В каком смысле? – спросила я.

– Грубо говоря, ими отмечают цели, по которым непилотируемые дроны потом будут наносить удар. Нужно всё это добро выбрасывать, а то сопротивленцы быстрее ментов нас посадят или сразу убьют.

Мы быстро перетащили всё это в лес и бросили около парня, затем ещё раз осмотрели багажник и салон и отправились дальше.

– Он жив? – спросила я.

– Жив, я проверил.

– А если его найдут, а по его следу и нас?

– Если и найдут, то, во-первых, мы уже будем в Крескоте. А во-вторых, с таким барахлом ему вряд ли кто-то поверит. Мы, считай, сейчас для сопротивляющихся вообще полезное дело сделали, хоть и не специально.

– А мужик с заправки? Он так настойчиво со мной говорил, про дочь что-то рассказывал.

– Не переживай. Он тут сидит один, трасса вон почти пустая, нужно же с кем-то хоть изредка говорить. Хотя, конечно, туда про нас пойдут первым делом спрашивать. И что он сразу скажет? Была девушка с белыми волосами и парень в кислотно-оранжевой футболке. Это старый приёмчик, которым ещё разные уличные разводилы давно пользовались. Надеваешь яркую футболку, странную обувь или клеишь пластырь на нос, и жертва запоминает только это, как главную примету, не обращая внимания на другие детали.

– Мы сейчас, получается, в Крескот, оттуда в Фонфорд, забираем…

– Да, забираем всё, что нам нужно, и на паром, а там свобода и прощай эта ужасная страна.

Стивен меня поцеловал и повернул ручку радио. Ловила станция, по которой передавали новости.

«Мы задерживаем наступление. Они бросают против нас все силы, но мы сопротивляемся и будем сопротивляться, потому что это долг каждого из нас…» – стало доноситься из колонок.

– Сопротивление захватило радиостанцию? – спросила я.

– Наверное, – ответил Стив и выключил радио. – Хрен с ними, достали уже.

– Я в новостях слышала, что правительство около Фонфорда. Мы можем не успеть.

– Успеем, не переживай. Я даже не обратил внимания, – ответил Стив, – смотри, какая здесь старая магнитола, ещё кассетная. Кассета, кстати, внутри есть.

Он нажал кнопку «плей», и из колонок заиграла песня «For The Love of the Game» группы Pillar.

– Чёрт, а у этого парня хороший музыкальный вкус, – сказал Стив.

– Был… Возможно, – добавила я.

– Возможно, и был, но это неважно. Вон, взгляни, важно, – Стив кивнул головой вперёд, – уже виднеются огни Крескота.

Загрузка...