Анастасия Пенкина Черная ведьма. Считай это сделкой

Первый поцелуй черной ведьмы

Владислав никогда не чувствовал себя опустошенным настолько. Последний год вообще прошел словно в тумане вечного пьяного угара. А сейчас пришла соответствующая расплата. Никак в голове не укладывалось, как он допустил, что у ведьмы вышло снять с него его демона. Но самое ужасное, что он даже сказать об этом толком ничего не может. Сильная стерва.

Стефания будет недовольна.

Женщина, для своего преклонного возраста, двигалась удивительно грациозно, только скрипнувшая половица известила Владислава о ее приближении.

Он нервно обернулся и встретился с леденящим душу желтым взглядом. Да уж, «всего лишь ведьмачка», но даже у оборотней и вампиров от нее поджилки трясутся и зубы сводит.

«Всего лишь ведьмачка» — истинная глава рода Молотовых вошла в мрачную гостиную. Горящий камин не мог ни осветить, ни как следует согреть слишком большое помещение. Такого рода проблемы Стефанию кажется не волновали. Сама выбрала вековую развалину, где ни канализации нормальной нет, ни системы отопления. А электрические сети то и дело замыкает. Но это уже из-за демонов вокруг.

— Здравствуй, тетя, — стараясь больше не смотреть на женщину, тихо приветствовал колдун.

Влад не был уверен, что Стефания все еще его тетя. Существование с демоном такого уровня не могло пройти бесследно. Даже его демон, на порядок слабее и проще, требовал слишком много душ.

— Влад, — она коротко кивнула, и села в соседнее кресло. Высокая спинка с резными узорами по краям возвышалась над обманчиво щуплой и хрупкой фигурой, только придавая женщине величественности. Желтый взгляд был уже давно пустым, все меньше походил на человеческий. — Ты приехал без своего демона.

Она не спрашивала, она точно знала. И Влад поежился. В глубине души, его сей факт расстраивал не так уж сильно. Давно он не мыслил настолько ясно.

— Расслабься, — безразличным тоном произнесла Стефания, что этому никак не способствовало. — Его отсутствие не так сильно вредит моему плану, как ты думаешь.

Влад порывался что-то сказать, но никак не мог ни слова о той девчонке вымолвить. Слишком сильная магия его удерживала.

— Ты все также остаешься лицом рода, — продолжила Стефания, — а освободившееся место скоро займет другой, куда достойнее прежнего.

Она приложила ладонь к сердцу. Там, где Влад чувствовал пустоту теперь.

— Тот, кого мы призовем достоин такого тела как твое, — желтые глаза сверкнули в предвкушении, — но нам все еще нужен самый могущественный артефакт красного потока. Рубиновое сердце ты не привез, я так понимаю.

Снова Влад чувствовал, что ей известно все. Может даже больше чем ему самому.

— Старцев так просто не отдаст его, — напомнил Влад. — Моя поездка лишь подтверждает это.

— Я выделю людей, — сухо отмахнулась от оправданий Стефания. — К тому же, теперь нас поддерживает Пражский клан. Смерть Виктории не была напрасна.

— Не была, — повторил Влад. С этим не поспоришь. Да только смысл он придавал этим словам свой.

Он не любил Викторию, а сейчас так вообще не понимал, что она делала рядом с ним. Делила жертву одну на двоих, постель — и только. Он забирал душу, а она кровь и жизненные силы. Экономно, но мерзко. Настолько, что Влад сейчас мечтал стереть эти воспоминания, гораздо больше, чем следовать великому плану Стефании.

— Прежде чем вернуться за рубиновым сердцем, достань мне кровь черной ведьмы, — проговорила ведьмачка. Влад не мог не насторожиться. Конечно, Стефания не впервые просит его о чем-то, а точнее раздает указания, но сейчас он не в лучшей форме, чтобы выполнять подобные поручения. Черные ведьмы на дороге не валяются. Любую высшую ведьму найти непросто, их мало, и они живут по одиночке. Это как искать иголку в стоге сена, старательно выдающую себя за это самое сено.

— Не волнуйся, все уже выяснили за тебя, — догадавшись о мыслях Влада успокоила Стефания. Но разочарование в ее голосе говорило само за себя. — Я уже выбрала ту, которая пожертвует кровь. Тебе нужно только уговорить девушку отдать ее добровольно. Это поможет избежать проблем в будущем.

Стефания встала, вцепилась в полированный подлокотник из красного дерева, помогая телу удерживать вертикальное положение.

На худых иссушенных пальцах кольца-артефакты казались слишком огромными, но одно из колец не имело камня, наполненного магическим потоком. Кольцо в форме змея, хвост которого приходил в движения, острым концом был способен разрезать кожу.

Влад знал, зачем Стефания потянулась к нему.

— Нет, — резко остановил он ее.

Глаза ведьмачки вспыхнули холодом.

— Я слишком слаб сейчас, настолько, что новый демон меня может убить, мне нужно восстановить силы, — тут же пояснил Влад свой протест.

Но он совсем не был уверен, что восстановить душу еще возможно.

* * *

Покой. Покой мне только снится. Я думала, когда пройду испытание все станет проще. Буду маленьким механизмом в системе, что создали колдуны. Обеспечу себе спокойную жизнь, если буду следовать простым правилам. Для себя я выделила основные: не люби (чтобы не было кого терять), не борись (чтобы не было больно проигрывать), не связывайся с колдунами (и так понятно почему).

Но я нарушила последние два правила. Испытание далось нелегко. Подобраться к жертве стоило немалых усилий. Но кто же знал, что мэр захудалого городка на задворках России водит дружбу с криминальным авторитетом, который, конечно, не простой человек. Колдун, преимущественно использующий по иронии матери-богини, черный поток. Он был очень удивлен, когда узнал, кто виноват в отравлении. Чертовы камеры слежения. А я была не меньше удивлена, когда узнала, как он хочет отомстить. Жаль, что заступиться за меня было некому, и пришлось бежать, только пятки сверкали.

Я, пожалуй, единственная ведьма сирота. Мои бабки погибли в пожаре несколько десятилетий назад, причины которого мне до сих пор неизвестны, а мать забрали колдуны. Она нарушила много правил, и не желала вписываться в систему. Не будь я высшей ведьмой, решила бы, что род Новак, мой род, проклят. Но я знаю, что пожар — это случайность, а нежелание матери жить по навязанным правилам, всего лишь ее выбор, и нет здесь никакого воздействия магических потоков и воли богов. Но я не моя мать. Во мне нет того внутреннего сопротивления, что двигало ею, и я готова жить по чужим правилам. Но с тем, что предложил этот упырь, точнее колдун, да поглотит его мрак, даже я не готова смириться. Так я нарушила правило номер два.

А потом нарушила и свое третье правило, пообещав себе, конечно, что это в первый и последний раз.

В неоновом свете наполненного людьми бара, шум толпы заглушали сильные басы современной музыки. Ничего не имею против людей. В конце концов, они изобрели много хорошего, но вот эта, бьющая по ушам какофония, не относилась к человеческим достижениям. А вот крепкий коктейль на основе абсента, вполне заслужил моего одобрения. И я сделала очередной глоток, отбросив в сторону пластиковую трубочку. Ожидание встречи, с одним из самых опасных и беспринципных колдунов этого мира, проходило не без напряжения.

— Здравствуй, Катэрина, — вдруг раздалось над ухом. Молотов, пришел все-таки.

— Привет, — бросила я, все еще не веря, что он может мне помочь.

Но он сам вышел на меня и предложил помощь, как только великий и ужасный Северьян Старцев, отказался поставить на место провинциального колдуна, любителя черных ведьм. Тот сделал еще хуже — официально признал, что этот псих в перстнях и наколках, с лохматой гривой, будто он не колдун, а дикий зверь, даром, что в костюме, имеет право использовать меня по своему усмотрению. А я должна, принять новое назначение достойно. Все мои мольбы о том, что этот колдун собирается держать меня в рабстве, никто и слушать не стал.

В тот момент я стала лучше понимать маму и, покинув Москву, приняла решение, совсем несвойственное мне — бежать, бежать и еще раз бежать. Не о таком спокойном существовании в рамках системы я мечтала. До сих пор перед глазами стоит тот ошейник, способный удержать мою силу. Не готова я стать черной ведьмой на привязи, а может и в клетке, кто его знает.

«Будешь служить мне, а там посмотрим на что еще сгодишься,» — до сих пор помню, как при этих словах, он готов был надеть на меня ошейник, а ледяной взгляд голубых глаз скользил по мне совсем недвусмысленно. И сомнений не оставалось, что значит «что еще». От этого взгляда стало действительно страшно. Я не знала, какого это — быть с мужчиной, но при мысли о том, что увязавшийся за мной колдун может стать первым — все внутри перевернулось, а сердце в страхе забилось из последних сил.

Я могла убить своего преследователя, но его время еще не пришло, черный поток был далек от него, а я не готова была изменить это. Изменить уготованный ему час смерти. Хватит с меня и того что пришлось сделать для испытания. Тогда я дала себе еще одно обещание — больше никогда не убивать. К тому же, я не хотела пойти по стопам матери и оказаться в тюрьме, из которой не возвращаются.

— Влад, ты пришел, — начала я с глупой констатации факта и нелепой улыбки симпатичному молодому блондину, просто не зная, с чего начинать. Он так и не сказал по телефону, как собирается помочь.

— Я же сам тебя позвал, — напомнил он. Сейчас, наверное, думает, что я совсем идиотка. И не только из-за глупостей, которые несу. Факт того, что явилась сюда не говорит ничего хорошего о способностях высшей ведьмы.

Он ухмыльнулся, заметив мое смущение, но глаза так и оставались неподвижными в своей холодности. Вновь закралось в голову сомнение, а не сделаю ли я хуже? Этот колдун, может оказаться ничуть не лучше.

— Да, конечно, — пролепетала я, устыдившись собственной глупости. — Я очень надеюсь, что ты поговоришь с Алексеем Соболевским, и он перестанет меня преследовать.

— Так и будет, — снова улыбнулся Молотов одними губами, глаза так и оставались замороженные печалью. — Только обговорим условия.

— Условия? — повторила я.

— Ну да, ты же не думала, что я стану помогать по доброте душевной? — вдруг тон Молотова стал резкий, а рука легла на воротник пиджака, прижимая ладонь к сердцу. На лице отразилась будто гримаса боли, но мне не до жалости к колдунам.

Конечно, я не думала так. Не совсем уж я наивна. К тому же знаю какие слухи ходят о роде Молотова. Но все-таки надеялась на что-то, раз уж он сам вызвался помочь. Как оказалось, зря.

— Ты говорил, что хочешь помочь, — напомнила я о телефонном разговоре, — разве помощь не должна быть бескорыстной?

Впервые в серебристо-голубых глазах заискрилось что-то похожее на жизнь. Он засмеялся. И я улыбнулась в ответ, пусть и веселит его моя глупость.

— Обсуждение условий напоминает больше сделку, — продолжила я. Теперь прекрасно осознавая, что могу влипнуть с этим Молотовым в еще одну неприятность.

— Все верно, — согласился колдун, — услуга за услугу.

Звучит по крайней мере честно.

— Что ты хочешь?

Колдун оценивающе осмотрел меня. Хотя оценивать, на мой взгляд, особо нечего. Некогда светлые волосы стали иссини черными после начала испытания. Бледно зеленые глаза, теперь сверкали как черные изумруды, наполненные потоком. При своей бледности стала я выглядеть лишь более приметно, но внимание — это не то, чего я желала. При довольно щуплой фигуре и серой внешности, какая была у меня раньше, я могла слиться с цементной стеной, и это меня вполне устраивало. К моему удивлению, Молотов не выглядел разочарованным, и я тяжело сглотнула, прокрутив в голове пару вариантов, что он мог предложить.

Наверное, он заметил мой испуг на лице, потому что, когда наклонялся ко мне, вид у него был очень самодовольный.

— Немного твоей крови, — прошептал он на ухо.

— И все? — выдохнула я.

— И все.

Теплое дыхание приятно щекотало кожу. И я не сразу осознала, чем придется платить. Но подумать над последствиями не успела.

Влад положил ладонь на мое оголенное плечо, потеребив тонкую бретельку шелкового топа.

— Думай быстрее, Катэрина, — снова прошептал колдун. Взгляд его скользнул по толпе позади меня, и я обернулась, заинтересовавшись тем что отвлекало Молотова.

Увиденное заставило меня резко подняться, но под сильной рукой Влада я снова оказалась на своем месте.

— Ты согласна отдать немного крови? — уже настойчивее потребовал он ответа. — Взамен я разберусь с Соболевским. Он не причинит тебе больше вреда, обещаю.

Я не стала долго думать, это было невозможно под взглядом колдуна, которого я боялась, в отличие от Молотова. Синя-голубой взгляд прожигал мне спину, я чувствовала его, он уже заметил меня.

— Да, да, я согласна, — чуть ли не плача от безысходности, проблеяла я.

— Тогда бежим, — веселясь скомандовал Молотов, хватая меня за руку и утягивая за собой в толпу, в противоположную сторону от Алексея.

Я не знала куда мы побежим. Ведь город чужой, и вообще я собиралась завтра же его покинуть. Оставалось надеяться, что Влад знает что делает. Хотя, признаться, я думала, что он будет с Соболевским говорить, а не убегать. Но он, в конце концов, мужчина, колдун, и знает, как решать такие проблемы лучше меня.

Мы вышли через служебный выход. Неприятно пахло из мусорных баков, но мы остановились.

Влад схватился за сердце, и я было подумала, что у него приступ. Но посмотрев на него глазами черной ведьмы, я не увидела подступающего к нему мрака, говорящего о скорой кончине. Присмотревшись внимательней, я поняла что меня смущает. Высшие ведьмы видят душу после вступления в полную силу не так хорошо, как красные ведьмы когда-то, и душу Молотова я почти не видела. Едва уловимое, тусклое сероватое сияние. И это было странным — слишком мало видно.

— Я не спец по душам, — неуверенно сжала губы, сомневаясь говорить ли об этом колдуну, — но с твоей что-то не так, Влад.

— Что ты видишь? — впился он в меня ледяным взглядом, крепко держа руку, будто я собиралась убегать от чумного.

— Она меньше чем должна быть…

Но тут железная дверь с надписью «служебный вход», из которой мы только что вышли, распахнулась чуть не разрушив старую кирпичную стену.

— Катэрина! — прорычал Алексей, словно раненый зверь. — Хватит бегать!

Он пристально смотрел на нас с Молотовым, не спеша что-то предпринимать.

— Черт, — выругался Влад, нервно переводя взгляд с меня на Алексея. Выглядел он явно нерешительным, что никак не вписывалось в сложившийся в моей голове образ.

Но мы снова побежали. Я старалась не подвернуть ноги, ругая себя за такую непрактичность. Подумаешь встреча в баре, можно было и без каблуков обойтись.

Влад вел нас по закоулкам, как мне казалось, вполне уверенно. Но когда мы уткнулись в тупик из кирпичной стены и мусорных баков, я поняла, что заблуждалась насчет своего спутника.

— И что теперь? — неуверенно поинтересовалась я.

Колдун извлек из кармана пиджака пробирку со специальной иглой для забора крови. Все было упаковано и стерильно. Но я все равно поежилась — в иголках нет ничего приятного.

— А как же спиртом продезинфицировать?

Влад удивленно приподнял брови и уставился на меня.

— Н-да, так как сегодня, я давно не веселился, — когда он улыбался, то выглядел не таким холодным как показалось вначале. И почему-то, когда на его лице появлялась не усмешка, а искренняя улыбка, как сейчас, мне было все равно над чем он смеется, и было сложно оторваться от красивого лица. И почему его так боятся? Милый же парень. Хотя и непонятно чем я его так развеселила.

— Ай! — крикнула я. Резко потянув мою руку на себя, Влад с легкостью нащупал вену, правда попал только со второго раза, что мало приятно.

— Спиртом, блин, — фыркнул он. — Нашла чего бояться, ты же высшая ведьма.

Да, тут с ним тоже не поспоришь.

Кровь быстро наполнила стекляшку, и Влад убрал ценную добычу в карман. Жидкость, олицетворяющая мои жизненные силы, и одновременно смерть для вкусившего, не сразу остановилась, а спасительной ватки мне никто не предложил.

— Почему ты его не убила? — вдруг спросил колдун. Я непонимающе уставилась на него, широко распахнув глаза. А колдун озирался по сторонам, правильно ожидая, что Алексей последует за нами. Как он вообще додумался такое спросить? Даже убивай я направо и налево не призналась бы в этом колдуну.

— Если отбросить то, что я не желаю нарушать правила, придуманные колдунами? — на всякий случай уточнила. Но Влад промолчал. — Не убила потому, что его время еще не пришло, и не мне сдвигать установленное высшими силами.

И это был честный ответ.

— Странно слышать такие рассуждения от черной ведьмы, — голос его лишком цинично прозвучал в ночной городской тишине. И на секунду мне показалось, что он действительно может оказаться именно таким, как о нем говорят. «Беспринципный колдун, трупами усеявший дорогу рода наверх…», «своей жесткой политикой он подмял под себя заграничные кланы нелюдей, и их все больше…», «У Молотовых есть сила, которой нет у Старцевых, они откроют для нас новые возможности…». Все это я слышала в барах для нелюдей, где за последнее время, сбегая от Соболевского, мне довелось побывать особенно часто. Но можно ли слухам доверять?

Когда он повернулся ко мне я поняла, нет. Нельзя верить. В серебристо-голубых глазах затаилась такая скорбь, что мне захотелось тут же утешить молодого мужчину. К тому же, вызвавшегося помочь.

— Влад, — мягко произнесла я, и не удержалась, провела кончиками пальцев по его лицу, от виска к подбородку, желая смахнуть печаль с красивого лица. — Спасибо.

Но он только больше нахмурился.

— Рано благодаришь, — недовольно проговорил он, и тут же выругался. Со стороны выглядело так, будто борется он сам с собой.

— Хорошо, считай это сделкой, — глядя мне прямо в глаза, он слишком быстро стал приближаясь, что я невольно попятилась назад, не ожидая нарушения своего личного пространства, — а это ее закреплением.

Не успела я опомниться, как оказалась прижата к кирпичной стене. Поверхность была мало приятной: шершавой и прохладной на ощупь даже в летнюю ночь. Но больше всего меня удивили действия колдуна. Что это он собирается делать? И почему мне вдруг стало так душно? Не оттого ли, что его губы так близко и он крадет мой воздух? Сердце стучало так, что заглушало все остальные звуки, а я не могла отвести взгляд от мужских губ, чуть обветренных, но наверняка мягких. Хотя откуда мне знать каковы мужские губы на ощупь или на вкус? Неужели мой первый поцелуй произойдет в темной подворотне незнакомого города с колдуном? Я так и не смогла «сблизиться» ни с кем, а после вступления в полную силу, было совсем не до того.

— Это? — еле слышно произнесла я, не зная сама точно, о чем хочу спросить. Ведь мы уже договорились об условиях нашей «помощи» друг другу.

Но задать более внятный вопрос я не успела. Влад не коснулся моих губ как я ожидала. Продолжая прижимать своим телом, обхватил запястья и поднял их над головой. Не успела я спросить, что он делает, как к хватке теплых ладоней присоединился холодный металл, и клацнул замок. Я думать не хотела о том, что это, и смотреть, чтобы подтвердить свои догадки тоже.

— Знаешь, я не любительница подобного… — попыталась я пошутить, чтобы успокоить в первую очередь себя, но не успела договорить, тут все-таки он поцеловал меня. Осторожно потянув и прикусив нижнюю губу. От неожиданности я в прямом смысле слова чуть не задохнулась; не успев сделать вдох перед этим наплывом чужой мягкости, и, видимо, от нехватки кислорода начала кружиться голова, и если бы он не продолжал удерживать мои руки, то ноги бы точно подкосились. Кроме стука собственного сердца я больше ничего не слышала.

Но все впечатление от первого поцелуя испортили мысли о том, зачем он надел на меня наручники. Те самые, которые способны достаточно долгое время сдержать силы высшей ведьмы. Но ведь я ничего не нарушила.

Запустив руку в мои волосы, он отстранился от моего лица.

— Это вынужденная мера, чтобы ты не пошла за мной, — пояснил он, и тут я почувствовала, как его пальцы ловко выдрали мне пару волосинок.

— Эй, зачем тебе мои волосы?! — возмутилась я.

— Я хотел разобраться с ним по-своему, но твои слова меня переубедили…

Не договорив, он задумчиво всмотрелся в мое лицо.

— А вообще, узнаешь чуть позже, — снова очаровательно улыбнулся колдун. Но сейчас мне было не до созерцания. У него есть моя кровь, зачем еще и волосы? И тут мой мозг начал усиленно работать, пытаясь понять зачем все это может понадобится колдуну.

— Что ты будешь делать с моей кровью?! — выкрикнула я ему в спину, просто на удачу, уже не надеясь получить ответ.

И, конечно, мне никто не ответил. Даже не обернулся.

— Какая это, блин, сделка?! — возмутилась себе под нос.

Бежать за ним следом было глупо. Без сил и на каблуках — заранее обреченная на провал затея.

Ночь набирала обороты, и я уже начала жалеть, что оставила жакет в баре. Хорошо хоть сумочку не забыла. В сторону своей дешевой гостиницы, в которой я остановилась, плелась чисто интуитивно, и надеясь, что не ошиблась в направлении.

Загрузка...