Де-Вита. Часть 1

I. Часть: Когда всё совпало

I. Дворец Жака

Большой зал, где каждые будни не утихал оркестр с вечно мерцающим на возвышенной части зала дирижером был, как и прежде в минувшие для нас дни среды набит людьми по очередному важному случаю. Событие и оркестр могут подождать немного, пока вы не вообразите себе тот зал и помпезность здания, где сегодня начинается сия лирическая с переходом в трагедию история.

Этот дворец тируамского священнослужителя Жака был выполнен в романском стиле и с момента его постройки, он ничуть не утратил узы, которые его связывали с этим стилем и той идеей, которую хотели изобразить в дворце романским почерком. Дворец до сего момента живёт с опорами, которым свыше шестисот лет и за которыми, то и дело следил сам монсеньёр Грен Туальдьё. Туальдьё многое сделал для этого дворца. Когда монсеньёр стал заведующим в части внешнего вида города Тируам, первое, что он сделал, так это восстановил внешний лик этого дворца, как и, впрочем, многих других памятников предыдущих эпох в этом городе. Но у Туальдьё и дворца Жака были с самого начала исключительные отношения. Грен Туальдье как-то издал приказ о том, что нужно ухаживать и восстанавливать сей дворец раз в десять лет, а близлежащая площадь Роберти Третьего быть в чистоте и привлекать горожан со всего Тируама.

Кажется, мы немного отвлеклись от нашего дворца. Хотя то, что вы знаете местного смотрителя за внешним обликом города, уже хорошо, и если что, то вы знаете кто виноват или кого нужно хвалить. Так вот, дворец священнослужителя Жака был уже не совсем в стиле романизма. Несмотря на узнаваемость уже названного стиля в дворце, барокко насело также хорошо и без изъянов. Сочетание этих стилей тяжело представить, так как они максимально про разное. Но этот дворец, изначально бывший в белоснежной чистоте внешней, чистым от излишних деталей и стройным из-за своей точности, спустя четыреста лет своего романизма, надев барокко в тех местах, где он сам не терялся и не заканчивал романизм. Это отчётливо видно в фасаде здания, от чистой и лишь слегка расчерченной груды точных своим резцом камней исходили барочные орнаменты, вплетённые в карнизы и убегающие в пилоны что у входа в дворец. Полукруглые окончания длинных окон с незамысловатым рисунком тоже не оставались без внимания и были в объятиях более простых орнаментов стиля барокко. Выше, где дворец уже уходил в крышу, фасад делал мягкий прыжок в стороны, увеличивая тем самым площадь, размах, а соответственно и величие верхней части дворца. А сама же крыша была выполнена черепицей морковного цвета и хорошо сочеталась с белым цветом всего остального фасада м даже теми глубоко-синими от свободного внутри пространства окнами. Окна были не просто длинными, они увеличивали размер этажа и направляли взгляд зрителя на верх, где на верхних карнизах стояли статуи маленьких ангелов, по легенде однажды защитившие этот дворец от завоевателей, когда тут разгоралась война с другими королевствами. После того случая, количество статуй ангелов увеличилось, и считается что всякий, кто сюда заходит будет охраняем этими ангелами.

На этом моменте, мы можем уже рассмотреть сей дворец изнутри и наконец обратить внимание на тот большой зал. Перед входом мы можем заметить другой гранит на полу. Этот более благороден цветом и близок своей насыщенностью к нашей душе. Дворец встречает хорошим настроением и это видно сразу по большим дверям, которые распахиваются почти до стен и сквозь которые могут течь несколько потоков людей. Из-за хорошего витража, улица не кажется какой-то суровой и меланхоличной какой была до того, как вы зашли во дворец. Сразу войдя, мы можем увидеть коридор с двумя дверьми расположенным по сторонам, ведущим, то на балконы большого зала, то в гримёрную для актеров, то в кабинеты для гостей. А ещё одна дверь, что идёт прямо со входа, заводит нас в тот самый большой зал. Войдя в неё, мы переносимся в другой мир, иначе объяснить наше ощущение, что мы крохотные существа, попросту нельзя. Наверху мы наблюдаем сложный симметричный узор из люстр и светил, так ярко и грандиозно освещающих этот зал. От потолка аккуратно и не принуждённо спускается потолочный плинтус, где барокко поиграло с узорами как нигде в этом дворце. Стены в дворце были гладкие и всё, что их делало интересными для гостя, так это картины и статуи раскинувшиеся по углам зала. Все статуи были королями первой династии, которые чудом сохранились и остались целыми в этом дворце. Эти статуи стояли на колоннах, также выполненных изначально в романском стиле, но после разукрашенные барокко. Все детали, стоит отметить, были выполнены в тёплых цветах и оттенках, преимущественно в коралловом, оранжевом и бардовых тонах. Несмотря на возможность, золото старались добавлять меньше и к месту. Было тяжело найти хоть какой-то ясно видимый элемент интерьера, внутреннего убранства, где фигурировало бы что-то золотое. И из-за этого, когда это что-то позолоченное или же полностью золотое попадалось, то оно обретало ту самую, истинную ценность.

Больше нельзя ждать и задерживать события, нужно побыстрее переходить с ждущему своего момента появления, оркестру. Хоть сейчас люди просто собираются и до начала события ещё есть ворох времени, нам стоит поторопиться и отдать уже дань уважения оркестру и тому месту, где они собираются сегодня представлять нам «Змеиного короля и рыцаря из Лариоты». Сам оркестр должен был располагаться на той сценке, где, как и в любых других были деревянные полы, кулисы и занавес, хоть этот и отличался своей тканью, которая всем видом показывала свой кич и благоговение. Но было кое-что, что отличало эту сцену от множества других. Занавес в этой сцене, сам по себе уже бывший необычайностью, при раскрытии, заходил за барочные пилоны, любезно скрывающие занавес во время представления и придававшим любому выступлению на той сцене драматичности. Перед сценой располагались восемь рядов мест, предназначенных для зрителей, предпочитающих смотреть представления сидя. Эти ряды были разделены ещё на два ряда, чтобы от середины сцены, до входа в зал могла простираться ковровая дорожка и соответственно те, кто освободился от деловых встреч, проводимых в кабинетах, могли без проблем приходить и усаживаться на места.

Сам оркестр уже во всю сидел на местах и готовился к грядущему выступлению, где, как я уже имел честь рассказать, будут представлять вышеназванную сюиту.

Сия сюита была про то, как один человек низших слоёв общества, собрал такую-же братию и устраивал беспределы на улицах города в целях привлечения внимания на проблемы таких как они. Эта идея сразу не была принята горячо и тогда разразился настоящий конфликт между богатыми и высоко нравными господами и низшими и мерзковзращеными людьми общества И в тот момент, когда вся шайка, в основном состоявшая из убийц, воров, насильников и маньяков в очередной раз громила улицы, убивала людей высшего света и переманивала таких же как они на свою сторону, объявился рыцарь, посланный настоящим королём того королевства, королевства Лариото, где и происходил этот беспредел. Он отлично справлялся посмертно со всеми, кто вставал ему на пути и кого он встречал из той шайки.

В одно мгновение, когда он в привычных для себя обстоятельствах громил очередной дом с засевшими там убийцами и мелкими ворами, наш рыцарь заметил одну молодую особу, которая очень тепло и с красивым узором осталась у него в сердце. Рыцарь полюбил ту девушку, он из последних сил старался её найти, и он то и дело, в свободное от дел время, ходил по окрестностям города и искал её. Это всё закончилось после одного случая. Рыцарю передали письмо, где говорилось о местонахождении так называемого, Змеиного короля, а также всех его приближенных. По началу рыцарю понравилась сия затея и он охотно решил закончить это дело, чтобы больше времени стало на поиски его любви. Но по приходу в это логово он разочаровался и испугался как никогда. Та самая милая и прелестная девушка так коварно впившаяся в сердце нашего вольнолюбивого рыцаря, оказалась одной из приближённых того Змеиного короля. Изначально он думал, что ещё не всё потеряно и он сможет её с собой забрать. Но не тут-то было, эта девица была женой того короля и ни за что не соглашалась на условия рыцаря. Последнему ничего более не оставалось, как сквозь боль и сердечный вой выполнить ордонанс до конца. По окончанию их боя с змеиным королем, как и после убийства всех приближенных, рыцарь упал без стука сердца. Оно не выдержало той боли и горя пережитого им за последние моменты.

Конечно, сюита не лучший способ учить таким сюжетам и тем более, через них нельзя полноценно познакомиться с этим произведением. Изначально это была повесть, а лишь после она прославилась и ей начали посвящать сюиты и композиции. Хозяином дворца, коим был не Грен Туальдьё, что для вас может быть странно, была одна особа, которая является дочерью короля. Этим дворцом владела госпожа Аврила Вторая Дрели. Это вторая дочь короля Клода Третьего Дрели. Она сегодня собрала знать для теплого приёма гостей из Испомайи. Это королевство, что находиться северо-восточнее Аворского королевства, где мы с вами и находимся в дворце священнослужителя Жака. Сегодня на встрече они должны были, как и прежде, а именно пробалаболить не о чём несколько часов, а в конце закрепить сие событие, как поддержка дружественных отношений между королевствами. Это очень хорошо показывает всю неряшливость политики. Казалось бы, от решения этих господ зависят судьбы людей и целых цивилизаций, а в свою очередь, этим занимаются политические импотенты, которые никак не смыслят и не знают базовых понятий в устройстве государства и даже виды этих самых государств. Эти проблемы ясны почти всем дворянам этого королевства. Эти же дворяне часто ходили к крестьянам в деревни, чтобы просветить их и рассказать по-настоящему про «сильных»-хилых мира сего. Но им противопоставляли подавления королевскими войсками или сами жители, глупо продолжающим подчиняться королю, гнали прочь и не были против распустить руки. В конце концов всех граждан можно было разделить на ничтожную по размерам, правящую верхушку, дворян потакающим и отрицающих режим монархии, а также крестьян, которых то и дело постоянно переманивают то люди новых, либеральных взглядов, то люди консервативного мнения. Самое занимательное, что эти люди могут пересекаться. Больше! Жить в одних и тех же городах. Это конечно даёт свои плоды, конечно, хоть это и относительно новая проблема, всё началось примерно с появления либерального движения. Так что нельзя говорить, что их появление улучшает ситуацию. Скорее они просто расшатывают уже устоявшееся, притом, не зная, снесут ли своих заклятых врагов.

Аккуратно опять вернёмся в зал и посмотрим, кто же всё-таки пришёл и что сейчас твориться. В передней части зала, где в основном люди просто беседовали или наблюдали за всем из-за стороны, уже собралось немало людей. В основном тут находились люди деловитые и знатные видом. Но среди них также были и позёры, люди, что своим поведением никак не гармонировали с внешностью. И это не всегда крестьяне или люди низшего света, это также были и довольные знатные, чаще всего потомки тех самых знатных, которые явно не по желанию и по праву находились там. Их поведение было ужасней поведения животных.

Не будем уделять столько внимания приматам и удостоим внимания того, кто этого достоин или просто нуждается, ведь вам их стоит запомнить. Прежде вам стоит познакомиться с Эмилией Луконтри. Она является дочерью графа, имеющего винодельный бизнес почти по всей Авории. Его вино поставляется, как и к королю, Клоду Третьему Дрели, так и к тем, кто имеет возможность купить его довольно недоступное для не дворян, вино. Она сегодня прекрасно выглядит, её лицо, как и прежде играло эмоциями, особенно в разговорах с юными, потенциальными, ухажёрами. Было прекрасно и платье, в котором она не тяжелела и не легчала, а просто делалась ярче лицом и лицом и чувством. Если посмотреть правее, то по мимо пьяниц, там вели вольную беседу Луиза Робесньери и Эрик Монтульзен. Одеты, как и полагалось тому месту, то есть очень по-светски и в элегантных рамках приличия. Луиза-дамуазель (мадемуазель тогда говорили по отношению к девушке более высокого статуса) была главной садовницей при дворе Короля. Вернее, руководила работами в королевском заду и попала сюда только из побуждений в том, что ей нужно развеяться. Эрик Монтульзен, он же господарь оруженосный, был владельцем лавки, где продавал оружие и давал его в аренду. Помните, мы как-то упоминали тех, кто стоит с краю в этом зале или просто пришел сюда за разбавлением своего жизненного досуга. Одной из таких была Анжелика Дорногаль. Она тихонько стояла у левой стены, ближе остальных располагалась к стульям и, видимо, одна пришла сюда наслаждаться тем, что сегодня представит оркестр. Дорногаль была дочкой Маттео Дорногаль. Последний в свою очередь являлся кардиналом. Наверное, из-за её такого высокого положения, с ней никто и не хотел, или попросту не мог говорить о чем-то земном. Тем более, зная, какая власть в руках у кардиналов в нашем обществе. Дорногаль сегодня была и приглашённой гостью, Аврила Вторая пригласила её, как одну из важных персон. Вернее, она хотела пригласить самого кардинала, но тот был в отъезде, он находился вообще на юге Авории. А дочь его пригласили как доверенное лицо самого кардинала.

Всё ближе наступало время полуночи, а именно в это время они хотели начать сие мероприятие. Сначала они представят сюиту, затем объявление Испомайских господ. Это, казалось бы, короткое мероприятие, но оно считается чуть ли не самым важным. Хоть вы и понимаете, что это не так. К моменту, сейчас уже без четверти полночь и зал притих в ожидании распашки занавеса. Но тут, откуда не возьмись, появился Кристиан Вангер.

II. Кристиан Вангер

Когда атмосфера была переходной из активного в спокойное состояние, когда шумные гостьи и крики с улицы превращались в тихие разговоры и изоляцию от мира извне, в большой зал зашел Кристиан Вангер. Просто зайдя в этот дворец, сделалось какое-то необычное ощущение, он был будто первая плитка домино, которая, пока и ничего не сделала, но в будущем мы сможем понять, кто стал зачинателем. Вангер уже делая первые шаги в дворце, кого-то искал глазами и параллельно был на своём ладе. Никакая мирская суета не могла пошатнуть его олимпийское спокойствие. Но он продолжал пристально чесать глазами каждое видимое ему место в дворце и делал это довольно ярко, часто приподнимаясь на носочки или смотреть из-за людей. Вдруг, когда он уже гулял в зале и как прежде пялился в поисках кого-то, раздался еле слышный, но отчетливый голос зовущий Вангера. Кристиан посмотрел в сторону голоса и глаза, как будто поставили метку на том человеке, которого он искал. С облегчением от успешных поисков он начал тесниться через людей, направляясь с той персоне стоявшей у правой стороны зала и пристально наблюдающей за этим самым Вангером с входа, но решившейся его позвать только сейчас. На половине его пути, оркестр решил проверить инструмент, и они начали играть спокойную и легкую мелодию, что тут же привлекло внимание всей толпы в зале.

– Уже началось?

– Так рано.

– Моя подруга ещё не пришла!

– Чем раньше начнём, тем раньше закончим.

Зал в миг покрылся такими репликами, звучащими то и дело ото всех сторон тихим шёпотом, который, казалось бы, вот-вот начнёт возмущаться и переходить в голосину. Тем временем Кристиан уже добрался до того человека, им был Виктор Соньеляр.

– Привет, Виктор. – сказал слегка запыхавшийся Кристиан, который тут же протянул руку Соньеляру.

– Ты взял, что я просил? – Виктор не спешил жать руку Вангеру и решил сначала спросить последнего, выполнил ли он уговор.

– Да, я принёс тебе деньги. – После этого их руки состыковались, и они наконец-то поздоровались подкинув, или просто слегка наклонили торс, как сделал Вангер.

– Отлично. – Затем не останавливаясь, убирая конверт с деньгами себе под тунику, он продолжил свою речь. – Стоит признаться, я сюда пришёл только ради этого. Только подумать, это же столько времени, чтобы просто сделать вид политической активности, они потратили?

Кристиан тут же захотел возразить и поспорить с Виктором, но понимая, какой иногда бывает вспыльчивый Соньеляр, он не решился и просто направил взгляд на занавес, на который тогда уже все смотрели. Мелодия продолжала перетекать в тонах в то время, как оркестр продолжал проверять инструменты, и они иногда, включали самые разные и неподходящие на первый взгляд музыкальные приборы, но в конце концов получалась непринуждённая мелодия, которая лишь раздразнила на разговоры всех присутствующих. В зале опять поднялся гам, с улицы доносились звуки, чаще всего это были свисты и кривляния, а наш Виктор решил не отставать от остальных и решил поднять диалог вновь.

– А откуда у мистера Дюпона нашлись деньги? – Спросил он, слегка развернувшись к Вангеру телом и облокотившись на стену.

– Знаете, то откуда деньги у Лорана Дюпоне, вас волновать не должно. – Сказал Кристиан размеренно и переживая за реакцией на каждое слово.

– А уже спросить нельзя? – Быстро промолвил Виктор и кинул злой взгляд на Вангера. Взгляд был таким заметным и ярким, что, казалось бы, он притягивает взглядом, чтобы потом вас поглотить.

Кристиан долго стоял и якобы безразлично смотря вперёд на занавес, на самом же деле, он боялся того, что Виктор может не согласиться на заранее уготовленный контракт и он будет в очередной раз понижен в звании. Учитывая плохое положение Вангера, это последнее, что ему поможет. После определённого времени ожидания, что Виктор сделается легче, он решил, что будет куба проще и легче просто уйти сейчас и никак не портить и без того плохие отношения с Виктором.

– Господин Виктор, извольте, я пойду. – Сказал Вангер немного повернувшись передом и приклонив тело, как для поклона Виктору.

– Ступай. – Непременно послышалось от господина Соньеляра, но, как и прежде подумав, он добавил. – Передай господину Дюпон, что я предоставлю ему коней в тот день. И может рассчитывать на сотрудничество со мной.

– Непременно передам. – Сказал Кристиан, который уже повернулся и шел к выходу из дворца, также идя через толпу людей.

Пока Вангер занимался делом, которое ему дал Лоран Дюпон, во дворец явилась ещё одна особа, которая должна появиться в повествовании. Екатерина Моретти, так зовут ещё одну девицу, что пришла в это место из нужды провести хоть как-то этот вечер. Она пришла после Кристиана, можно сказать по его следам, только она не ходила с ним в большой зал, она решила для начала пойти на балкон и посмотреть на всё оттуда. Довольно хорошая стратегия, сначала присматриваешь себе людей для знакомства, а потом уже, предполагая заранее подходишь к тем, с кем больше шансов познакомиться для отношений. Сегодня, Екатерина, как и практически любая девушка, решила, что найти потенциальную любовь в таком месте, можно без проблем.

Сперва, наша красавица зашла в женскую комнату и решила проверить красоту лица и точность одежды. Она зашла в комнату сразу увидела ряд зеркал и расположенными умывальниками ниже них. Екатерина подошла к самому ближнему и вцепилась руками в рамку зеркала, разрезая себя взглядом в поисках какого-нибудь изъяна в её макияже и одежде. А зря! Сегодня она выглядела, как и прежде отлично. Она была в элегантных тёмно-синих туфлях, которые гармонировали с её кожей и делали её форму ног выразительной. Ноги её были идеальных пропорций, любой молодой человек, желавший себе красавицу, хотел бы, чтобы у неё была такая форма и грация ног. Они были ни на пол дюйма пухлыми, ровным счетом, как и не худощавыми. Эти ноги манили и сами вызывали желание их погладить. Эти ноги плавно и с загадкой уходили под платье, сегодня она одела не пышное, а даже очень простое, но от этого всё также красивое. Оно лишь слегка делало черты её талии и давало хорошую линию изгиба спины. Она была осанистой, и хоть была не большого роста, она благодаря ровной спине возвышалась и лик её делался красочней и приятнее. У плеч, платье, которое заканчивалось пышными акцентами у плеч и маленьким, но эстетичным вырезом, цвела красота. Ниже были аккура…