Леси Филеберт Грани настоящего

Пролог. Грани памяти.

Говорят, в минуту отчаянья начинает дуть попутный ветер.

Сейчас Заэль Филеберт не отказался бы от целого урагана…

Заэль обессилено рухнул на каменный пол, когда за ним закрылась дверь тюремной камеры.

Прислонившись к теплой стене, закрыл глаза и попробовал сосредоточиться на ментальном сообщении. Надо было хотя бы попробовать, постараться отправить весточку…

Без толку.

Он скривился, до боли стиснув виски. Магические силы в нем по-прежнему почти полностью отсутствовали, а тех крохотных искр, что согревали изнутри, не хватило бы и на простенькое боевое заклинание, не говоря уже о большей концентрации, да еще в чужом измерении

Надо было выбираться из камеры, но как? На территории Ароны были лучшие тюремные камеры во всей Вселенной, не иначе. Идеально ровные стены, дверь исчезала сразу же, как только ее закрывали снаружи. Каждая камера представляла собой отдельно взятый куб, который погружали в озеро кипящей дряни, похожей на лаву, но много хуже.

Заэль был очень могущественным волшебником. И не просто волшебником, а фортемином – солдатом равновесия. Ни хорошим, ни злым – вынужденным.

Таких во всем мире было всего около пары сотен, среди них десять пар самых сильных называли Арма. Пар – потому что все Арма должны быть парой Бойца и Стражника: воина, который идет в битвы, и Стражника, который питает своего Бойца силой и управляет его действиями. Каждый из них был наделен каким-то Даром, особым умением, способностью, данной только ему и отличающей его от обычных волшебников.

Заэль был Первым Арма, лучшим Бойцом во всей академии Армариллис, где фортеминов особенно усердно натаскивали на борьбу против демонов и прочей нечисти.

Он был Первым и лучшим. Но сейчас был полностью истощен.

Всей магии хватило только на крошечный сгусток света, слетевший с кончиков пальцев и повисший под потолком.

Становилось жарко. Пространство медленно нагревалось.

Заэль устало закрыл глаза и улегся на уже теплый пол. Он знал, что камера не раскалится добела и не сварит его заживо, но прогреется так, что ни думать, ни колдовать у него более не будет сил, и он погрузится в полубессознательное состояние, в котором его будут держать до следующей пытки.

Заэль посмотрел на руку, исколотую шприцами, и вяло подумал о том, что следующая пытка будет последней. Он знал, что еще одна доза сыворотки его убьет. Растворит изнутри разум, оставив после себя жалкую горстку пепла. Останется только оболочка, пустая и звонкая, готовая подчиняться любым приказам.

До полного помутнения рассудка оставалось где-то пару часов, и Заэль вновь устало закрыл глаза, стараясь дышать ровно и спокойно.

В этот раз его никто не спасет. Тогда, много лет назад его вырвал из лап демонов… кто?

Заэль мучительно пытался вспомнить, кто же его тогда спас, но воспоминания неумолимо ускользали, и вместе с ними, казалось, утекал сам смысл жизни.

Медленно, очень медленно он погружался в полузабытье. Заэль перебирал жемчужины воспоминаний, ведь кроме них у него сейчас ничего не было. Вспоминал дивный последний месяц, проведенный с Эльзой в райских кущах, и улыбался – мысленно, так как даже для малейших физических потуг сил попросту не хватало.

Эти дни были наполнены яркими красками любви и тепла, такими долгожданными и желанными, что никак невозможно было насытиться друг другом. Они никого не хотели видеть, выпивали друг друга досуха, а простыни под ними плавились от страсти.

Божественные дни и ночи, насквозь пропитанные запахом моря, звонким смехом, искрометным счастьем и надеждами на будущее.

В глазах защипало, и одинокая слеза скатилась по щеке.

Он ее больше не увидит. Не сможет успокоить, обнять, приласкать… просто быть рядом. Он снова попался в ловушку, как тогда, много лет назад. Снова… Но на этот раз все иначе, и выбраться ему никто не даст. Да и как можно выбраться, находясь демон знает где на дне озера с ядовитой пакостью?

Сердце сжалось от тоски. Не так, совсем не так он представлял себе свою кончину. И уж точно не сейчас, когда жизнь только-только наполнилась смыслом и чудом, когда Эльза стала его полноценным Стражем, и к ней вернулись воспоминания.

Камера покачнулась. Заэль с трудом разлепил веки под звуки лязгающих цепей. Ему было очень плохо от невыносимой жары и голода. Мозг заполняла недееспособная субстанция, а руки и ноги словно налились свинцом.

Он дышал очень медленно в попытке растянуть те остатки кислорода, которые еще заполняли эту каменную коробку, поднимающуюся сейчас вверх.

Значит, его пришли добить…

Порыв ветра ударил в лицо, и легкие радостно наполнились живительным воздухом. Какое же это счастье – дышать и чувствовать запахи! Пусть гнилостные и тошнотворные, но такие живые… Жаль, что чувствовать их осталось недолго.

Но среди привычных заплесневелых тюремных запахов вдруг стал отличим какой-то новый и странный, явно нездешний. Сначала лекарственный аромат доносился словно издалека, а потом резко ударил в нос.

Заэль закашлялся, вдохнув слишком глубоко, глаза заслезились. Зато в голове внезапно стало не так душно и ватно.

Кто-то неприятно встряхнул его и злобно зашипел в ухо:

– Вставай, дилмоново отродье! Я не смогу вытащить твое тельце в одиночку!

Некто ставил его на ноги, матерясь и не скупясь в выражениях. Заэль ничего не соображал и на автопилоте передвигал ноги, которые неожиданно стали его слушаться. Перед глазами все плыло, очертания предметов сливались в разноцветные пятна, так что Заэль не понимал, куда именно его уводят. Одно можно было сказать точно: подальше от тюрьмы, явно хитрыми знакомыми тропками.

В нос снова ударил приторный аромат, но в этот раз Заэль нарочно вдохнул его поглубже, чувствуя, как от этой благовонии начинает слушаться тело.

– Сюда, – продолжал командовать голос, как теперь можно было различить – женский. Вроде бы.

Заэль нахмурился. Он не помнил женских особей среди тюремной демонической охраны. Конечно, демоны способны выбирать любой облик, но именно здесь покои узников охраняли только мужские особи.

– Ты кто? – вяло спросил он.

– Рилэй в пальто, – проворчал некто, больно толкая его локтем в бок. – Давай свалим отсюда, потом болтать будем.

– Куда свалим?

– Не куда, а откуда.

– Так откуда?

– Отсюда! – услышал он раздраженное шипение, вслед за которым последовал сильный толчок в спину.

Миг – и земля ушла из-под ног. Падение было коротким, но приземление – очень жестким. Тело не слушалось как должно, и сейчас Заэль лежал, уткнувшись носом в сырую землю, не в силах даже повернуть голову. Здесь было очень темно и тихо. Непонятно было, где именно они находятся, но сюда явно не проходили посторонние звуки. В нос снова ударил пряный запах, и некто попытался влить в Заэля непонятную вонючую жидкость, но он отчаянно сопротивлялся, не желая так просто сдать свой организм на растерзание.

Ну как – отчаянно. Просто намертво сцепил челюсти, не давая флакону пробраться сквозь плотно сжатые губы.

– Да чтоб тебя! Это дилмоны мечтают твои кишки на деревьях развесить, а я не собираюсь тебя убивать! Мне на ноги тебя поднять нужно! Давай пей же, надо валить отсюда, но ты не сможешь двигаться, если не выпьешь эликсир!

Ему всё-таки влили в глотку тошнотворную дрянь, и он закашлялся от невыносимой горечи во рту. Однако, похоже, это и впрямь был не яд.

Постепенно к нему вернулось зрение, и Заэль наконец смог оглядеться.

Кажется, они находились в одном из подземных ходов Тенебриса. Заэль слышал о них, но никогда ранее здесь не бывал. Тенебрис являлся пристанищем ныне поверженной Ароны и всех ее многочисленных прихвостней. Территория эта находилась в отдельном измерении, куда невозможно было попасть посторонним.

А Заэль вот попал.

Нет, не сам: кто-то толкнул его в портале, и вместо академии Армариллис Заэль вылетел сюда, прямехонько в объятия демонов, которые явно устроили засаду и громогласно радовались возможности всласть поиздеваться над новоприбывшей жертвой.

В иное время Заэль легко уложил бы всех пятерых, но сейчас его магический резерв был почти на нуле. Остатки магии он потратил на пространственное перемещение, потому стал легкой добычей даже для низших демонов, хоть и потрепал их изрядно. Заэль многое бы отдал за информацию о гаденыше, который поменял координаты портала, настроив его на Тенебрис. А еще его волновала судьба фортемина Криса, который должен был прыгнуть вслед за ним, но здесь, в Тенебрисе, его точно не было.

Однако в первую очередь нужно было разобраться с настоящим.

Рядом с ним сидел некто в узнаваемом обмундировании местных охранников. Черно-белые металлические доспехи и белый шлем полностью скрывали собеседника, не давая ни малейшего представления о его внешности.

Однако незнакомка явно не собиралась убивать, иначе давно бы уже это сделала.

Заэль осторожно сел, придерживая голову, которая грозилась расколоться на части, и витиевато выругался, заслужив одобрительный смешок спутницы.

– Собирай скорее свой мозг в состояние осознанности. Надо шевелить шпалами.

– Ты кто вообще такая? – настороженно спросил Заэль, разминая затекшие кисти рук.

В нынешнем состоянии он ни то что активно драться, а даже сопротивляться толком не смог бы, поэтому нужно было хотя бы попробовать выведать как можно больше информации.

– Давай позже это обсудим, – охранница не отрывалась от дисплея на руке. – Черт бы их побрал, эти помехи. Надо войти в другую зону… Дуй за мной сюда.

Заэля буквально поволокли по разбитым ступеням то вверх, то вниз. Запах гари витал в воздухе, в горле першило.

Он облизнул потрескавшиеся губы. Во рту пересохло, жутко хотелось пить, но где ж тут найдёшь хоть глоток воды. Заэль бросал хмурые взгляды на лужицы вдоль стен. Еще немного такого галопа по подземельям Тенебриса – и он будет готов жадно присосаться к этой зловонной жиже под ногами.

На очередной развилке его спутница вновь надолго уставилась на дисплей, на котором отсчитывал секунды таймер. Улучив момент передышки, Заэль предпринял еще одну попытку заговорить.

– А звать-то тебя как?

– Никак.

– Эй, Никак, ты куда меня ведёшь?

Тихое рычание возвестило о явном неудовольствии с таким обращением.

– Ладно, можешь звать меня Несси.

– Ну хоть что-то, – буркнул Заэль, потирая ушибленное плечо. – Признавайся, ты хочешь меня съесть в одиночку, поэтому тащишь кружными путями к логову, чтобы с друзьями не делиться?

– Прав был Наставник, ты действительно сумасшедший, – вздохнула Несси, продолжая путь по тускло освещенным коридорам.

– Ты фортемин? – ахнул Заэль. – И тебя отправили меня спасать? А я тебя знаю?

– В каком-то смысле, – последовал уклончивый ответ.

Они свернули за угол, но тут же спрятались за торчащей из стены арматурой: в конце слабо освещенного магическими шарами коридора появились другие охранники. Они о чем-то бурно спорили, но, к счастью, скоро ушли по своим делам.

Заэлю же не терпелось докопаться до истины.

– А лет тебе сколько?

– Это допрос?

– Это интерес. Я только что подыхал в раскаленной каменной коробке, как меня вытащил некто и куда-то ведет. Чрезвычайно интересно понять хоть что-то и узнать побольше о своём спасителя. Ну так сколько тебе?

– Семнадцать недавно исполнилось. Но дядя Иль говорит, что у меня сознание взрослого человека из-за сущности фортемина.

– Ранее взросление сознания, обычное дело среди наших, да… А дядя Иль – это кто? – нахмурился Заэль, на ходу пытаясь распутать длинные волосы, которые уже не выглядели белоснежными.

Смутная догадка бороздила сознание, но измученный пытками разум никак не мог поймать ускользающую мысль за хвост.

– Сильно же тебя головой приложили, – с досадой цокнула языком Несси.

– Есть такое дело, – Заэль с силой потер пульсирующие болью виски. – Я потерял счет количеству влитой в меня дряни. Даже не знаю, что именно в меня вливали…

– Память тебе изменить хотели. Пробивали все защитные блоки, благо дядя Иль их на тебя понавешал, как елочные игрушки на елку.

Заэль вскинул голову и подозрительно уставился на Несси. При всем желании он не смог бы увидеть выражение ее лица, надежно укрытого шлемом. И это очень мешало лучше понять собеседника.

Он закончил заплетать в косу растрепанные волосы и стер пот со лба тыльной стороной ладони. От слабости его знобило, бросало то в холод, то в жар.

– Ты как-то подозрительно много знаешь обо мне и о том, что тут со мной делали. Но при этом вытащила каким-то образом из камеры и тащишь явно подальше от охранников, а не к ним. Кто ты на самом деле, и какова твоя истинная цель?

– Я солдат Армариллиса, этого тебе должно быть достаточно.

Несси потянула его за локоть, но Заэль уперся, намереваясь добиться правды.

– Никуда я не пойду, пока ты не расскажешь, откуда тебе известно, как снять охранные заклинания с тюремной камеры.

– Да чтоб тебя в воронку демона засосало! – вспылила Несси, и можно было быть уверенным в том, что ее глаза сейчас метали молнии. – Я агент Армариллиса, врубаешься? Я тут туеву тучу времени ошивалась, зарабатывая к себе доверие. Тебе в подробностях рассказать, как именно я его зарабатывала?

Заэль невольно поежился. Ему доводилось видеть, через что проходят новобранцы армии Ароны. Стало жутко от мысли о том, что этой юной девушке пришлось убить не один десяток людей, чтобы доказать, что она стоит за тёмные силы душой и телом.

– Академия никогда не посылала подростков на такие жестокие задания, – неуверенно произнес Заэль. – Либо ты врешь про возраст, либо про цель, либо…

– Меня не посылал Армариллис, я сама вызвалась тебя спасать. Ильфорте не в курсе.

– Ильфорте? А это еще кто?

Несси дернулась, как от удара, и яростно двинула кулаком по стене, с которой тут же посыпалась каменная крошка.

– Плохо дело, – слабо произнесла она. Голос ее глухо доносился из шлема. – Кажется, я опоздала, и они успели внести какие-то изменения в твоей голове…

– А это очень важно – помнить, кто такой Ильфорте? – Заэль почесал в затылке, мучительно пытаясь вспомнить, выудить из закромов памяти вроде бы знакомое имя.

Бестолку, память не выдавала даже поверхностной информации.

– Кто Наставник Армариллиса? – неожиданно резко спросила Несси.

Академией руководил Наставник – это учитель, самый главный в Армариллисе. На нем, как и на всех Арма, тоже была метка силы – цифра "0", знаменующая абсолютное превосходство в знаниях и понимании воспитания фортеминов. Его еще называли Нулевой Арма, но чаще все же просто – Наставник. Его приказам подчинялась вся Академия, и именно он некогда единолично обучал Заэля всем искусствам.

– Ну как же? – он улыбнулся ей, как ребенку. – Рилэй, кто же еще?

Несси нервно усмехнулась и покачала головой.

– Вот значит, кто за этим стоит. Понятно…

А вот Заэлю ничего было непонятно. Его сильно напряг тон его новой знакомой. Она знала то, о чем он забыл, и от этого он чувствовал себя неуютно.

– Какие-то проблемы?

Несси неожиданно свернула в крохотную дверку слева и рывком дернула на себя Заэля. Миг – и он обнаружил себя привязанным к ржавой трубе с заклеенным скотчем ртом. Он совершенно не понимал, как это могло произойти, потому что по его ощущениям прошло не больше секунды, за которую ну никак нельзя было незаметно связать пусть ослабшего, но всё-таки Первого Арма.

Осознание собственной беспомощности напугало настолько, что на какое-то время Заэль перестал дышать и задёргался в верёвках, поддавшись панике. Руки были связаны мастерски, сложить пальцы для создания даже хиленького заклинания было невозможно. Заэль лихорадочно перебирал в голове заклинания, которыми он мог бы воспользоваться без рук. Ментальные блоки… щиты… все не то.

Он постарался успокоиться и настроиться на эмоциональную волну спутницы. У него же есть Дар, позволяющий управлять некоторыми эмоциями, влиять на настроение окружающих! Мысль об этом вмиг успокоила бешено колотящееся сердце. Сейчас он проникнет в ее сознание и…

И ничего. Заэль пытался пробиться к Несси, изменить ее эмоциональный фон, заставить смягчиться, развязать.

Однако нельзя изменить то, чего нет: эмоций у Несси не было. Она была спокойна и холодна, попытки Заэля повлиять на ее настроение разбивались вдребезги, как о глыбу льда. Абсолютное спокойствие и полный контроль ситуации, каждого движения, каждой эмоции. Чистый робот в человеческом обличье, даже среди фортеминов таких были единицы.

Заэль нервно дышал, обводя глазами помещение, словно искал помощь, которой тут, конечно, взяться было неоткуда. Они находились в маленькой комнатке, больше похожей на кладовку. Света здесь почти не было, под потолком витал один-единственный крохотный светящийся шарик, чьего тусклого огонька едва хватало для того, чтобы разглядеть очертания спутницы.

Несси бормотала под нос непонятный набор цифр, вводя код на боевом браслете. Кажется, она даже не почувствовала попытку вторжения в свою голову, или просто не придала этому значения. На браслете мигнула красная лампочка, послышался странный жужжащий звук, тихий и зловещий. Глаза Заэля расширились от ужаса, когда он увидел черный силуэт непонятной штуковины, выползающей из браслета и приближающейся к его лицу.

Он инстинктивно подался назад, вжимаясь в трубы, но деваться было некуда.

– Сейчас будет очень больно, – услышал он горячий шепот в ухо и содрогнулся от металлической нотки в голосе. – Будет лучше, если ты попробуешь расслабиться. Постарайся нащупать внутри себя ту самую гармонию, которая приходит на четвёртый день абсолютного безделья в отпуске, например. Прости, но так нужно…

Это "прости" еще долго гулко отдавалось в голове, пока Заэль орал от боли. Ну как орал – рот-то был заклеен намертво, поэтому из горла вырывались скорее не крики, а стоны и хрипы. Из глаз ручьем потекли слезы, он обессилено повис на державших его веревках. Господи, что же эта девица воткнула ему в голову? Какой-то металлический штырь? Заэль не знал, но эта "штука" плавила мозги похлеще горячей тюремной камеры. Боль, острая, пронзительная, набатом била по вискам, Заэль пытался увернуться, как-то увильнуть от странного приспособления, но штырь проник глубоко внутрь, и любое движение только усиливало боль.

"За что? Ну за что мне это!?"

Через несколько минут перед глазами замелькали картинки. Казалось, вся жизнь проносится у него перед глазами, и Заэль подумал, что это он наконец-то умирает.

Но картинки продолжали мелькать, и в них часто фигурировал болтливый парень, который пил с ним кофе, играл в карты, сражался с демонами, шел по коридорам Армариллиса, показывал цифру 0 на запястье…

Ильфорте.

Картинки мелькали дальше, возвращая память о людях, про которых он успел забыть за время, проведенное в Тенебрисе. Это было потрясающей новостью, если бы не адская боль, раздирающая при этом изнутри.

Штырь с тошнотворным чмоканьем вылез из головы, и Заэль судорожно втянул носом воздух. Кто-то – по-видимому Несси – снял с него скотч и отвязал от трубы. Заэль мешком рухнул на землю, вдыхая гнилостный запах почвы, будучи не в силах пошевелиться и издать хоть какой-то звук.

– Прости, – вновь услышал он извиняющийся шепот.

Тонкие пальцы ласково погладили его по волосам.

– Очень нужно было, чтобы ты вспомнил, как все было на самом деле. Я использовала сыворотку, которую… кхм, позаимствовала у дя… у Ильфорте на такой случай. Она изгнала из твоей головы фальшивые воспоминания. Во всяком случае, должна была изгнать… Ты ведь понимаешь, о чем я?

Он понимал. Но сил даже кивнуть у него не было вовсе.

В голове и правда многое прояснилось, стало понятно, что ему заменили воспоминания не только про Ильфорте, но и про многих других друзей. Изменения не затронули только Эльзу. Заэль слабо улыбнулся собственным мыслям: эту часть его души не могли выкинуть из головы никаким способом, а ведь явно старались.

– Думаю, основной их целью было изменить твои воспоминания об Эльзе и Ильфорте, – озвучила Несси его вялотекущие мысли. – Сыворотка имеет разгоночный эффект, так что может еще не все личности в твоей голове встали на место. Но самое главное, что тебе нужно помнить: Ильфорте – нынче Наставник Армариллиса, Рилэй – предатель. Он не помогает Тео напрямую, но косвенно оказывает ему поддержку своей маниакальной идеей перерезать тебе глотку. Что ж… У нас есть немного времени, чтобы привести тебя в порядок. Тебе необходимо поспать пару часов, а потом мы двинемся в путь.

Заэль рассмеялся бы, если б мог. Поспать? Сейчас? Тут? Нет, она серьёзно?

Однако Несси провела ладонью над его головой, и глаза сами собой закрылись, не устояв под напором сонных чар. Сознание погрузилось в приятную темноту, Заэлю даже снились сны: об Эльзе, академии Армариллис и событиях минувших дней, предшествующих его попаданию в Тенебрис.

Загрузка...