– Потрогай себя…
Голос Дианы прозвучал почему-то только по телефону. Не в комнате номера.
Но в тот момент я вообще ничего не соображал, обхватил член через ткань трусов, думая, что уже через секунду нырну в податливое тело той, по которой с ума сходил.
– Открой глаза, Хан. Наслаждайся.
В этот момент член едва трусы не порвал от напряжения.
Когда открыл глаза, не сразу понял, в чём прикол. Пальцы так и были намертво сцеплены на члене, через ткань трусов.
Я оказался в номере отеля, как того и хотел.
Но на кровати передо мной лежала на Диана, а какая-то голая, размалёванная баба лет под сорок, потасканная, блондинистая – не натуральная, с желтизной.
Проститука!
Призывно машет мне одной рукой, а второй себя между ног трогает. И я, млять, член в кулаке сжимаю.
Как будто ушат ледяной воды на голову.
– Это что такое?! – спросил мёртвым голосом. Медленно разжал пальцы. – Ты кто, млять?! Вали нахер… Или…
Или я номером ошибся?! Но ключ-то подошёл!
Смех в трубке телефона.
– Чудесной и жаркой ночи, Хан! – ядовито пропела в телефонную трубку Диана. – Поздравляю с рождением сына и с началом семейной жизни! Однако, твоя жёнушка еще месяц, как минимум, не сможет сексом заниматься. Я сняла тебе проститутку. Это подарок от нашей семьи – вашей. От Самарских – Асадовым!
Резко натянул джинсы и вышел, громыхнув дверью номера.
– Что за шутки, Диана?! – прорычал в трубку. – Где ты, коза?!
– Неужели ты думал, что после всего я стану с тобой кувыркаться и позволю тебе стать моим первым мужчиной?! Ни за что, Хан. К слову, тебе уже никогда не стать первым.
– Что?! – долбанул кулаком по стене. – С кем… ты? С кем ты переспала?
– Не знаю! – весело отозвалась Диана. – Всё произошло в клубе, а имя я не успела спросить. Но ты не переживай за меня. Я уже взрослая и сама справлюсь. Со всем справлюсь. Без тебя! Ты никогда не станешь ни первым, ни тем более, последним мужчиной. Только и остаётся, что фантазировать… о моей маме! – выплюнула злобно. – Папа мне всё рассказал. Счастливо оставаться, Хан.
– Ди, маленькая, послушай…
Последняя попытка успокоить разбушевавшуюся и обиженную дочь друга, чтобы она не погнала свою жизнь под откос.
– Не буду я тебя слушать. У тебя был шанс. Ты его упустил. Теперь живи с тем, что есть. С Люськой. Счастливо… К слову, я в Россию и не прилетала. Я в Мюнхене и устроила тебе свидание с женщиной твоей мечты дистанционно. Не отказывайся. Я за всю ночь той шмаре заплатила. Она выглядит точь-в-точь как твоя Люська. Полностью в твоём вкусе. Наслаждайся…
И отключилась, зараза мелкая!
Всю душу вымотала мне за жалкий час. Вилочкой намотала медленно, и со вкусом, а потом выдернула её к чертям.
Я разозлился так, что телефон в руке треснул.
Но кого я мог винить?! Только себя.
Ди решила отомстить и плюнула мне в лицо, посмеялась над моими чувствами к ней.
Любой бы на моём месте себя почувствовал кретином, а я – так ещё и кретином влюблённым.
Ведь я по-настоящему в тот момент был готов отказаться от сына, лишь бы с Дианой быть.
Моментально в голове план набросал: буду Люську материально поддерживать, но жить она станет отдельно от меня, а я – с Дианкой, кучу ребятишек ей заделаю.
Так вот хер тебе, Хан, а не семья с любимой.
Плевок в рожу.
Пришлось возвращаться к себе на квартиру, отремонтированную до идеала.
Состояние поганое.
Хотелось крушить всё кругом.
Без разбора. И пить. Снова. Нагнать градусом всё, что выветрилось. Забыться…
Но это же не конец. Конец был бы, если бы я в тот момент слабости поддался.
А я решил перешагнуть и пойти дальше.
Ну, не судьба, значит, мне быть счастливым в любви.
«Не везёт мне в смерти, повезёт в любви…»
Нет, это не про меня.
У меня с точностью до наоборот. Может быть, эту суку-любовь вообще никто в глаза не видел, похоть с высокими чувствами путает и обманывает всех кругом.
Может быть, и нет ничего. Но почему же так хуёво-то, а?
Потом я решил ради других целей жить и идти вперёд. У меня родился сын. Пусть жена – нелюбимая и нежеланная, но… был сын.
Была вдова брата и любимые племянники…
Было желание во что бы то ни стало и самому раскрутиться, бизнес свой начать – ведь бабки на моём личном счету имелись немалые, можно было их в оборот пустить.
Вот ради этого я и начал жить. Люська после родов за полгода в форму пришла, схуднула до состояния сушёной воблы и снова ко мне в трусы залезть попыталась.
Но у меня к ней всякую охоту давным давно отбило. На неё даже в самый голодный час у меня бы теперь не встал.
Я отбил её попытки сблизиться.
– Люська, всё в прошлом. У нас семья. Только ради сына. Трахать тебя я не собираюсь.
– Других баб иметь будешь? – спросила с обидой.
– Буду. Шлюху снять – не проблема. И ты можешь себе хахаля заиметь, только в дом его не тащи, идёт? На виду у всех и в доме у нас с тобой – любящая семья. Ради сына. И только…
Грудью Люська не кормила, молока изначально не было. Сын сидел на смесях.
После моих слов Люська обиделась и загуляла, на несколько дней оставив сына.
Пришлось скорым ходом нанимать няню и искать жёнушку, вытаскивать из чмошного отеля, где она спала в обнимку с каким-то чёрным турком.
Тот ещё в драку захотел кинуться, но после одного удара к стене отлетел и заткнулся. Рыкнул в сторону Люси:
– Возвращайся к сыну, шалава. Или я его отберу и ты больше никогда Тимура не увидишь. Я тебе свои условия озвучил – играешь роль примерной жены, а вот эту поебень на люди не показываешь. Усекла?
Люська закивала быстро-быстро, вернулась домой, откисла в ванной, отмылась до скрипоты и направилась быть примерной мамашей и женой.
С той поры у нас всё наладилось. Внешне мы так вообще идеальная семья. Внутренне – мы не муж и жена, лишь родители. Секса с Люськой не было.
Бабу себе постоянную я так и не завёл, предпочитал трахаться с теми, с кем проблем не возникнет, одна-две встречи, не больше, для чистой физики.
У меня получилось раскрутить свой собственный бизнес.
Впахивал я, как проклятый раб, с ночи до утра.
Люська тоже делом занялась. На мои деньги, естественно.
Не сказать, что начатое ей дело оказалось сильно прибыльное, но не в минус, к тому же меньше дурить стала.
Сын рос на радость…
Наладилось. Закрутилось…
Но вот снова дочь друга возникла в моей жизни. Как ураган, вломилась, прося о помощи.
Не смог бы отказать, ни за что.
Сейчас я вспомнил всё, до последнего вздоха, и снова начало ломить в груди. Жгло сильно, я даже ладонь приложил, боль унять.
Прошло два года с той ночи выходки Дианы, когда всё внутри полыхнуло и вымерло.
Но теперь снова болит. Выходит, я ещё жив?