Измена, или Холодная месть

Пролог

— Мариш, я сегодня задержусь на работе допоздна. Очень много дел накопилось. Ты не жди меня и ложись спать, — произносит муж, целуя меня в висок.

От прикосновения его губ по телу проходится неприятный озноб. Дела ли накопились? Или кое-кто уже давно вешает мне лапшу на уши? В последнее время от него буквально разит чужой женской парфюмерией. Андрей отдалился от меня и редко бывает нежен. Не так давно подруга сказала, что видела, как он покупает дорогие украшения, но я не получала подарков.

— Конечно. Ты не перестарайся, ведь о своём здоровье тоже важно позаботиться.

Делаю вид, что всё в порядке, стараясь подавить все свои подозрения. Сегодня я планирую навестить его «на работе». Однако планы резко меняются, когда ближе к вечеру звонит подруга и слёзно молит о помощи.

— Я не знаю, что за напасть такая. Столько персонала отравилось после вчерашнего корпоратива. Мы просто зашиваемся. Дел так много. Я уже выбилась из сил. Ты можешь мне помочь?

Отец Эллы владеет гостиничным бизнесом. Одну из гостиниц он передал в управление дочери и следит, как она будет справляться, желая сделать её своей преемницей. Хотя я и планировала проверить, действительно ли муж допоздна задерживается на работе, но отказать подруге никак не могу.

— Не паникуй, главное. Я собираюсь. Скоро буду.

Уж не знаю, какую помощь я могу оказать, но если всё так плохо, то пара рук лишними точно не будет. Кошусь на телефон и подумываю написать мужу сообщение, спросить, как он справляется, но что-то останавливает меня.

Наскоро собираюсь и еду. Дорога не занимает много времени, и вот я уже паркуюсь у служебного входа, а Элла бежит встретить меня.

— Это какой-то кошмар, — всхлипывает подруга. — Спасибо, что не отказалась. У нас и обслуживающего персонала половина не вышла, и на стойке регистрации некому стоять. Ты куда пойдёшь?

На стойке регистрации мне точно лучше не светиться. Во-первых, я ничего там не смыслю, а во-вторых, кто знает, кого из знакомых могу встретить?

— Давай мне форму. Побегаю по номерам. Могу с уборкой помочь.

— Мне так совестно. Прости, что прошу тебя этим заниматься. Я уже и в службу клининга звонила, думала, отправят девочек, но нигде и ничего. Такое чувство, что отец устроил мне экзамен и наблюдает — справлюсь ли в такой ситуации.

Я улыбаюсь. Вижу, как подруга измотана, но это ничего. Она сильная. Справится. А я помогу всем, чем только смогу. В конце концов, она бы сделала для меня тоже самое, ведь дружба именно для этого существует.

Переодевшись, я беру чистое постельное бельё, приятно пахнущее свежестью, и поднимаюсь, чтобы отнести в освободившиеся номера. Едва выворачиваю из-за угла, как сердце начинает бешено биться, а взгляд прилипает к заселяющейся парочке. Они не могут открыть дверь, потому что готовы сожрать друг друга уже в коридоре. Ненасытные поцелуи и похотливые движения пробуждают тошнотворные позывы, но это неспроста. Я сразу же узнаю собственного мужа, который должен сейчас «работать допоздна».

— Потерпи немного, малыш. У нас ещё много времени сегодня. Я сказал своей клуше, чтобы не ждала меня и ложилась. Даже если вернусь под утро, она слова не скажет. Для начала поужинаем, примем расслабляющую ванну, а потом…

Он всё-таки открывает дверь и вваливается в номер со своей девицей, а я… Как ещё удерживаюсь на ногах? Слышу хруст белья, которое так сильно прижала к себе. Оно чистое, выглаженное, а я сейчас безжалостно сминаю — единственное, на что хватает сил. Даже сдвинуться с места не могу.

Мой муж… с другой женщиной заселился в номер, чтобы предаться разврату. Сердце, кажется, перестаёт биться. Я ожидала чего-то подобного, но почему теперь настолько больно столкнуться с удручающей правдой?

Может, мне показалось?.. Фантазия разыгралась?

Заношу постельное бельё в номера, которые указала Элла. Делаю всё как-то на автомате, а потом спешу спуститься, чтобы проверить — кто заселился в тридцать четвёртый номер. Паника охватывает меня. Конечности покалывает. В висках так сильно пульсирует.

— В тридцать четвёртый заселилась Германова Ольга Павловна. Она попросила не вносить имя своего спутника для сохранения анонимности, — говорит парнишка, которого подруга поставила на стойку.

Германова?..

Жена или дочь?

Дочь, скорее всего…

Германов Павел Юрьевич — партнёр, которого мой муженёк давно желал заполучить, чтобы поднять свой бизнес.

Решил подписать договор через постель?

Да бред какой-то!

Тяжело в это поверить, но и отрицать факты я не могу.

— В тридцать третьем или тридцать пятом пусто? — спрашиваю сухим тоном.

— В тридцать третьем есть жилец, тридцать пятый пустует, — отвечает парнишка, так и не понимая, что именно мне нужно.

— Тогда давай ключ от тридцать пятого. Ну же!..

— Но Элла Владимировна!..

Зыркаю на парня так, что пригвождаю его взглядом, и ему ничего не остаётся, как поддаться. Он протягивает мне ключ от номера, и я мчусь наверх. Спешно поднимаюсь по лестнице, слушая гул собственного сердца, которое будто бы пробудилось и теперь распространяет по венам волны ярости.

Войдя в номер, я ищу место, где слышимость будет получше. Хорошо, что она здесь достаточно высокая, а мой муженёк не снял номер люкс, решив сэкономить средства.

Из-за стены доносится приглушённый женский смех. Спасибо, что пока не стоны!

— Я уже всё решил. Как только вынужу свою жёнушку продать квартиру и загородный дом, то сразу же заберу все деньги и свалю в закат. Я разведусь с нею, и никто не помешает нам быть вместе. Женюсь на тебе, и нас уже не смогут разлучить. Как же я жду этого момента. Мы будем принадлежать друг другу, и между нами не останется лишних существ, — нашёптывает мой муж той другой, которую притащил сюда. — Она такая деревянная, не то что ты. Про красоту я вообще молчу. Такое чувство, что женился на мужике, притворяющемся бабой.

Обида захлёстывает. Слёзы брызгают из глаз, ведь этого мужчину я сумела полюбить и даже поссорилась с родителями, потому что они были против нашего брака. Вот так он решил отплатить мне? Мы женаты всего полтора года, а он… Всё это время притворялся?

Хочется ворваться в их номер и поймать с поличным. Хочется заставить предателя заплатить за всё, но… Сжимаю руки в кулаки так сильно, что ногти впиваются в кожу и царапают ладони. Не могу так просто отпустить его. Хочу, чтобы он заплатил за всё двойную цену, чтобы жалел о своих действиях, о каждом слове. Я жажду заставить его страдать. Отомстить так красиво, чтобы на всю жизнь запомнилось.

— Что вы здесь делаете? — приятный мужской голос, вибрирующий на окончаниях слов, доносится из-за спины, возвращая меня в реальность.

Вздрагиваю и резко оборачиваюсь, едва ли не вскрикнув, потому что передо мной стоит довольно соблазнительный мужчина. Да я таких только по телику видела. Кубики пресса, идеальная фигура и симпатичная мордашка. С влажных волос стекают капли. Он только вышел из душа. Спасибо, что хотя бы обернулся полотенцем вокруг пояса. Продолжаю пялиться, не зная, что можно сказать, потому что не успела отойти от шока, а тут новый…

— Так что вы здесь делаете? Я не просил персонал врываться в мой номер и отказался от ужина. Что за произвол вы себя позволяете?

— Вы! Да как вы! Этот номер должен быть пустым! — заявляю я, вздёргивая подбородок. — Я принесла чистое постельное бельё и…

— И подслушивали, что происходит в соседнем номере. А может, мне пойти и рассказать об этом соседям? Или пожаловаться владельцу? Как думаете?

Вот гад! Он ведь может! Мне следовало срочно что-то придумать, но отчего-то в мгновение накатывает обида на весь мужской род, поэтому я зло гляжу на него.

— Не смейте!

— Так требовательно меня ещё никогда не просили. Мне даже интересно узнать, кто остановился по соседству со мной, и почему вам так хотелось услышать происходящее за стеной. Пойду, проверю!

— Нет!

Бросаюсь к мужчине, хватаю его за руку, а он не осторожно разворачивается, и полотенце, прикрывающее то, что я не должна была видеть, падает на пол. Густой румянец ползёт по лицу. Я вырываюсь из хватки мужчины, успевшего перехватить меня за локоть.

— Вы извращенец! — говорю я, семеня к двери. — Но не волнуйтесь! Я не стану жаловаться, а вы сохраните втайне то, что видели меня здесь. Так мы будем квиты.

С его губ срывается смешок, но я уже не слушаю, а вылетаю из номера и спешу спуститься. Этот парнишка со стойки регистрации спутал и дал мне ключ от занятого номера? Проучить бы его как следует!.. Да только мне сейчас самой хочется провалиться сквозь землю. От нахлынувшего стыда, от чувства собственной беспомощности… от ужаса, ведь теперь моя жизнь изменится, и я не знаю — в лучшую ли сторону.