Глава 15

С Раисой Петровной у Артура отношения не сложились с первой встречи. В ее глазах он был недостоин Жанны, да и не такое будущее для своей дочери пророчила жена крупного бизнесмена. Парень с окраины был определённо далек от их круга общения, поэтому выбор дочери был для нее настоящим шоком.

Мать жены он откровенно недолюбливал, но ради Жанны старался не показывать этого, лишь в ее отсутствие мог ответить теще колкими фразами, несмотря на то что точно знал о том, как ежедневно она настраивает против него Жанну и якобы случайно знакомит с перспективными холостяками из богатых и влиятельных семей. Она не успокоилась, даже когда они с Жанной объявили о том, что ждут ребёнка.

А сейчас, спустя четыре года после смерти жены, их с Раисой Петровной отношения накалились до предела. А причина тому — она всяческими путями старается отобрать у него опеку над Лизой. С одной стороны, он понимает женщину, внучка — единственное, что осталось от любимой и единственной дочери, но и она должна понимать: отец ребенка он. Он, а не она со своими банковскими счетами и роскошным домом в столице. И указывать ему, что делать и как жить, не посмеет.

Артур прекрасно понимал, что родители жены с их связями с легкостью могли бы отобрать у него Лизу и что лишь благодаря тестю, с которым у него на удивление нормальные отношения, этого еще не случилось. Даже несмотря на то, что Раиса Петровна все силы прикладывает к тому, чтобы выставить его в плохом свете. И если она хоть как-то прознает о том, чем именно он зарабатывает на жизнь, и о визитах к ним соцработников — дочери он больше может не увидеть.

– Вы надолго? — игнорируя ее предыдущие вопросы, спрашивает Артур, с трудом сдерживая злость и досаду. Нужно же ей было появиться в самый неподходящий момент.

Или же подходящий?

Артур пристально вгляделся в лицо женщины, пытаясь прочитать ее мотивы. А что, если до нее дошла информация из опеки и она поэтому примчалась так внезапно? Чтобы не упустить момент и успеть подсуетиться в нужных местах. Хотя он и не удивится, если узнает, что службу опеки на него натравила именно она. В этом есть смысл. Ведь зачем соцработница так отчаянно пытается найти хоть какую-то причину, чтобы доказать его неспособность воспитывать ребёнка в одиночку? В стране тысячи семей, которые живут намного хуже них, но на учёт поставили именно его.

Если эти предположения окажутся правдой, Артур сделает так, что Раиса Петровна больше никогда в жизни не увидит внучку.

— Еще не решила, но на какое-то время остановлюсь у вас. Хочу как можно больше времени провести с внучкой. Привет, мое солнышко. — Она присаживается на корточки перед Лизой, которой визиты бабушки совершенно не нравятся, так как в такие моменты ее отец становится злым и почти не улыбается.

— Почему бы вам не снять номер в гостинице, как вы это делаете обычно? — не скрывая своей неприязни, интересуется Волков. — У нас тесно и диван неудобный. И в подъезде запах неприятный, — возвращает ее же слова, сказанные как-то во время одного из визитов.

— Через день-два так и сделаю. Холодно-то как, ребенок заболеет, идем в дом, — отмахивается от него Раиса Петровна, с интересом поглядывая на застывшую рядом с ними Дашу, которая не понимает, как вести себя и кто именно перед ней.

— Выглядишь отвратительно, — с презрением фыркает женщина, когда они входят в лифт, где в хорошем освещении виден каждый кровоподтек на лице Артура.

— Зато вы, как всегда, прекрасны, — едко произносит в ответ, нажимая на кнопку нужного этажа.

— Папу ударил плохой дядя, — хмурится Лиза.


— Прекрасно, ты ещё и подрался на глазах у ребёнка.

— Дочери не было со мной в тот момент. Возвращался ночью из супермаркета, — холодно произносит он, и Даша удивленно вскидывает на мужчину взгляд. Значит, никто не знает, чем занимается Артур, и он предпочитает держать это в тайне.

— Ну да, ну да, — недовольно цокает языком Раиса Петровна. — Может, все же познакомишь меня со своей… спутницей? — холодно спрашивает она, пока лифт поднимается на нужный этаж. Молчаливая пауза затянулась, напряжение между ними почти достигло своего пика.

— Не думаю, что для вас это такая уж важная информация, — ровным тоном отвечает Артур, даже не повернув голову в ее сторону.

— Вообще-то, я вправе знать, с кем общается моя внучка. И, кстати, ты собирался мне сообщить, что женишься? — ее голос раздражал не только Волкова, но и Дашу. Бабушка Лизы абсолютно ей не понравилась. Высокомерная. Наглая. Напыщенная. Даше было интересно, была ли жена Артура такой же, и если да, то что такого он в ней нашёл, раз женился.

— Женюсь? — Волков наконец-то переводит взгляд на тещу, его бровь вопросительно изгибается. Удивление проскальзывает на его лице, но он быстро берет себя в руки. — С чего вы взяли, что у меня есть девушка, и о какой свадьбе идет речь? Очень странно, что вы знаете о моей личной жизни намного больше меня. — В его глазах загорается подозрение. Возможно, это совпадение, но все же…

— Я… — Она отводит взгляд в сторону, недовольно поджимая губы. — Ну это ведь понятно невооруженным взглядом, — невозмутимо произносит она, кивком указывая на Дашу, на что Артур лишь недоверчиво хмыкает в ответ.

— Меня Даша зовут, — встревает в разговор девушка, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. Она чувствовала себя неловко оттого, что о ней разговаривают в третьем лице, словно ее и нет здесь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍


— И чем вы занимаетесь, Даша? — теперь Раиса Петровна уже не стесняясь рассматривает девушку, хотя не факт, что до этого она вообще имела представление об этом чувстве. Скорее всего, просто не считала, что Даша стоит ее внимания.

— Это не ваше дело, — встревает Артур, опуская ладонь на талию девушки и прижимая ее слегка к своему телу.

— Еще как мое. Так что?

— Даша работает в детском саду! — подает голос Лиза и тянет ладошку к Дарье. — Мы с Дашей теперь спим в одной комнате и читаем сказки, — радостно сообщает она.

Раиса Петровна бросает в сторону Артура вопросительный взгляд.

— У меня были ночные смены, поэтому Даша составила компанию Лизе, — и даже не соврал. Ведь все почти так и есть.

Наконец-то лифт останавливается и створки открываются, наполняя пространство прохладным воздухом. Артур только сейчас почувствовал, насколько был напряжен. Гадкое чувство засело в груди, Раиса Петровна точно не просто так заявилась сюда. Зря он расслабился и списал ее со счетов. Ведь если служба опеки сейчас действует по ее указаниям, то стоит быть очень осторожным со своими словами и действиями.

— Чувствуйте себя как дома, — закатывая чемодан в квартиру, произносит Артур. — Даша… — мужчина вдруг замолкает, переводя взгляд от девушки к дочери. Он не может решить, как действовать дальше: оставить Дашу с тещей, пока проведет с Лизой серьезный разговор насчет того, что стоит говорить при Раисе Петровной, а что нет, либо наоборот.

Но Даша, кажется, и сама понимает, в чем дело, потому что вдруг перестает вести себя словно гостья в его квартире. Быстро снимает с себя и девочки верхнюю одежду и убирает ее в шкаф.

— Я пока что сделаю нам чай, вчера вечером мне нечем было заняться и я испекла яблочный пирог. Вот и пригодился. — Она улыбается, и на ее щеках появляются милые ямочки.

— Тогда мы с Лизой помоем руки, а Раиса Петровна пока размесится в детской комнате, — кивает он, беря за руку дочь.

Раиса Петровна все так же неподвижно стоит у входной двери, не спеша заходить. Осматривается, сканируя все вокруг придирчивым взглядом, пытаясь понять, не изменилось ли здесь что-то с ее прошлого визита. Но нет, все точно так же, как и в то время, когда ее дочь была ещё жива.

Она цепляется взглядом за розовые тапочки Даши в углу комнаты. Их наличие в квартире Волкова только подтверждает ее догадку о том, что у Артура с этой девицей отношения отнюдь не просто дружеские.

Волков знает, что этот визит, скорее всего, не закончится ничем хорошим, но все же надеется, что Раиса Петровна давно успокоилась и приняла тот факт, что основные решения в воспитании Лизы принимает он, а не она. Но на всякий случай решает поддержать ту историю, которую наплёл соцработнице. Подстраховаться, так сказать.


— Помнишь, как нужно вести себя во время приезда бабушки? — спрашивает он Лизу, включив воду. Сегодня он нервничает больше прежнего, все навалилось на голову слишком внезапно. Соцработник, Даша, теща. Он не любил ложь и сам редко прибегал к таким методам, потому что рано или поздно правда выплывет и ему аукнется в десять раз сильнее. Но выбора нет. Если он хочет быть рядом с дочерью, придётся выкручиваться любыми методами.

— Болтать о всякой ерунде и молчать о том, что ты подрался с каким-то дядей? — с умным видом спрашивает девочка.

— Ну, о дяде в этот раз не рассказать не получится, — кривится он, ловя своё отражение в зеркале, — но никаких секретов бабушке не раскрывать.

— Хорошо, пап! Я все помню. Говорить с ней о мультиках, зверушках и друзьях и ни слова о том, что я хожу на карате.


— Все верно. Иначе бабка засунет тебя в школу благородных девиц и будешь там бальные танцы разучивать, — Артур не может удержаться от смешка, хотя это была вовсе не шутка. Раиса Петровна прислала ему на одобрение целый список пансионатов. По ее мнению, это отличный вариант для Лизы, именно в таком заведении ей дадут лучшее образование.

Образование, конечно, может, и дадут, но родительская любовь важнее. Он даже представить не может, чтобы Лиза так долго находилась вдалеке от него.


— Не хочу танцы, пап, хочу карате, — капризно хныкает девочка.

— И ещё, дочь, — медлит он, не зная, как бы так поаккуратней завести с ней этот разговор, — возможно, при бабуле придётся сказать, что Даша моя невеста, поэтому не удивляйся и подыграй, хорошо? И ни слова о том, что я не забрал тебя из детского сада и за тобой приехала чужая тетя. Договорились?

— Конечно, пап, только… — Лиза вдруг замокает, устремляя на отца взгляд, в котором отражались неуверенность и грусть.

— Что, чертёнок? — Он приглаживает ее кудряшки и целует в щеку.


— Если Даша на самом деле твоя невеста, ты можешь сказать мне об этом честно. Я пойму. Не надо врать. Ты всем вокруг говоришь, что у тебя есть невеста, а мне говоришь, что это не по-настоящему. Разве бывают ненастоящие невесты?


Слова Лизы позабавили Артура. Иногда она выдаёт такие вещи, которые ему самому ни за что в голову не пришли бы. Да и вообще, она была у него очень смышлёной девочкой, умной не по годам. Или же он, как и любой другой родитель, считал, что именно его ребёнок особенный и выделяется среди других.


— Чертенок, поверь, тебе я никогда не вру. Даша не моя невеста, но надо, чтобы та злая тетя, которая к нам приходила, думала иначе.


— Жаль. Я бы хотела, чтобы Даша была твоей невестой. Вы бы поженились, и она стала бы моей мамой.

— У тебя уже есть мама.

— Я хочу настоящую маму, — с досадой произносит она. Такие разговоры Лиза заводит часто, несмотря на то что Артур объяснял, что мама бывает лишь одна. Но девочке так хотелось быть как другие дети, учить в садике стишок про маму на Восьмое марта, на рисовании изобразить на листе не только себя и папу, чтобы из детского сада ее забирал не только он, что она каждый раз упрямо просила отца найти ей вторую маму.


— Идем, там чай, наверное, уже остыл и Даша ждет, — Артур решает не продолжать тему разговора и впервые задумывается о том, что, возможно, ему давно стоило бы найти женщину, которая заменила бы дочери мать. Ведь, как не крути, она девочка, и как бы он ни старался, а ей не хватает материнской любви и нежности. Но память о Жанне и та любовь, которая была между ними и навсегда осталась в его сердце, не давали ему завести настоящие отношения и привести в этот дом другую женщину.

Загрузка...