Глава 17

Я оттягиваю момент появления в спальне Артура насколько могу. Убедившись, что Лиза и Раиса Петровна в детской комнате, прикрываю дверь в кухню и решаю позвонить Коле, чтобы хоть как-то отвлечься от этого всего и заодно поделиться радостной новостью — часть кредита погашена. Да и соскучилась я уже по нему, что таить-то? Так надолго мы не разлучались с тех пор, как начали жить вместе и вот теперь от непривычки все внутри меня подначивает вызвать такси, сорваться с месте и хоть на одну ночку рвануть к нему. Это кажется весьма романтичным.

Я одергиваю себя от таких мыслей, всего несколько дней прошло, лучше отложить такие спонтанные поступки на потом, к тому же, сейчас не самый подходящий момент, чтобы исчезать на ночь.

В трубке звучат короткие гудки и женский монотонный голос сообщает, что абонент находится не в сети. Волнение за Колю неприятно щекочет душу. Хотя бы не случилось ничего. Он так и не рассказал о своей новой работе. Вдруг охранником устроился? Это ведь опасно.

Еще немного покрутившись в кухне я пишу парню короткое сообщение, чтобы отзвонился сразу же как выйдет на связь и начинаю чувствовать как слипаются глаза. На носочках крадусь к спальне Артура. Здесь я еще не была. Это казалось неправильно — входить в комнату мужчины в его отсутствие, а когда он был дома — надобности в этом не было.

Тихонько приоткрываю дверь и заглядываю внутрь. Комнату освещает тусклый свет от ночника. Первое что бросается в глаза — большая кровать посередине с чёрным шелковым постельным бельём. Но мужчины в ней нет. Глаза расширяются от удивления, когда обнаруживаю, что Артур постелил себе на полу, и одновременно с этим становится спокойно. Глупый страх спать с ним в одной постели развеивается. На губах появляется улыбка и я уже более уверенным шагом иду к кровати. При этом не могу отвести взгляд от спящего мужчины. Он словно манит меня.


Хмурая складка залегла между его бровей, он дышит глубоко и ровно. Укрыт лишь до пояса, футболка задралась и я могу рассмотреть часть его татуировки. Какие-то иероглифы и символы. Ловлю себя на том, что откровенно пялюсь на Артура, поэтому одергиваю себя, резко отворачиваюсь и ищу свою сумку с вещами.


Переодеваться прямо здесь не решаюсь. Вдруг Волков проснётся в самый неподходящий момент? Поэтому иду в ванную комнату, в который раз проклиная себя за то, что взяла ночную сорочку, а не пижаму. Спать в ней рядом с Артуром будет некомфортно. Если я раскроюсь во сне, то утром он будет лицезреть прекрасную картину моего полуобнаженного тела.


Я проскальзываю обратно в комнату, откидываю край одеяла и ложусь, щелкая выключателем бра. Несмотря на усталость и то, что всего десять минут назад я с трудом держала открытыми глаза, сон не идёт. То ли запах чужого мужчины, которым пропахло все постельное белье, то ли чужая кровать, то ли дыхание Артура в темноте — но бессонница плотно окутывает меня, заставляя ворочаться со стороны в сторону и время от времени проверять свой мобильник на наличие сообщения от Коли.


— Чего не спишь? — раздаётся вдруг из темноты и я вздрагиваю от неожиданности. Притворить я спящей уже не получится, телефон в моих руках освещает полкомнаты и мои широко раскрытые от удивления глаза.


— Мой жених вне зоны, волнуюсь за него, — произношу честно, лишний раз напоминая Артуру о том, что несвободна и что в случае чего за меня есть кому постоять.

— Жених, — пренебрежительно фыркает вдруг он. — Что это за жених такой, что не может кредит погасить? Где он работает у тебя?


То, каким тоном он произносит это, вызывает во мне обиду и возмущение.

— На работе работает. Спокойной ночи, Артур, — поворачиваюсь к нему спиной и с силой жмурюсь, желая как можно быстрее провалиться в сон.

— Обидчивая какая, — фыркает он. — Но серьезно, что это за мужик, который не может позаботиться о своей женщине? А может его у тебя вообще нет? А, Даш? Наврала? Я бы вот не отпустил свою невесту жить под одной крышей с другим мужиком. Пусть и в роли няни доя его дочки.

Волков явно насмехается надо мной, вот только не могу понять какого черта он это делает. И что самое ужасное — попадает прямо в цель. Потому что мне хотелось бы именно этого: чтобы Коля, а не я решал все проблемы. Особенно с выплатой кредита. А получается, что посторонний мужчина взялся за этот вопрос, и если бы не он — очень скоро жить нам с Колей было бы негде.


— К чему этот разговор, Артур? Чего ты добиваешься? Мне казалось мы пришли к некому взаимопониманию. Да и моя личная жизнь тебя абсолютно не касается, — злюсь я, повышая голос и забывая о том, что в квартире мы не одни.


— Да вот думаю, может ввести в твои обязанности ещё кое-что, м? Я бы заплатил сверху. Что скажешь? — явно насекая на нечто грязное, произносит мужчина.

— Мне вдруг перехотелось спать. Пожалуй, посмотрю в кухне телевизор, — сажусь я в кровати, чувствуя как внутри меня зарождается целая буря. Слова Артура возмущают и оскорбляют меня одновременно. А ещё мне становится безумно обидно. Хотелось бы к себе больше уважения с его стороны, а не всего вот этого.

— Ляг, — доносится до меня в темноте его холодный голос. — Я пошутил, спи. Больше не буду трогать тебя, шуток совсем не понимаешь.

Лицо заливает краской. Пошутил? Что-то мне кажется, что это была вовсе не шутка, именно поэтому я медлю, не решаясь ложиться обратно.

— Раиса Петровна выпьет за время своего визита из нас всю кровь, так что набирайся сил, Дарья. И, кстати, история для неё та же что и доя соцработника: ты моя невеста. И завтра Лиза в сад не пойдёт, старая карга наверняка потащит ее по магазинам, так что на работу поедешь одна.


— Хорошо, — мой голос звучит сипло и неуверенно. Я ложусь обратно, укрываюсь одеялом до подбородка и закрываю глаза. — Спокойной ночи.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ага, тебе тоже, — слышится раздраженное из темноты.

Когда я просыпаюсь на улице еще темно, а Артур спит, повернувшись ко мне спиной. Мне становится немного неудобно за то, что из-за меня он вынужден был лечь на холодном полу, но кто ему виноват? Я же предлагала уехать домой и ничего бы не случилось из-за моего отсутствия. По его версии мы не женаты, а значит можем жить порознь.

А еще его упрек в сторону Коли засел обидой в груди. Или может быть это так задело меня потому что он прав? Ведь если посмотреть на Волкова, то у него есть и жилье, и машина, и судя по всему деньги. Правда то каким путем он их зарабатывает не самый лучший способ. Но все же… Он из кожи вон лезет, чтобы обеспечить себя и дочь, а Коля даже водителем работать не хочет.

Я иду в ванную комнату и быстро пытаюсь привести себя в порядок, отгоняя от себя противоречивые мысли. Я люблю Колю, у всех бывают трудные периоды в жизни, из-за того что человек один раз споткнулся нельзя винить его в несостоятельности. К тому же, с каких пор я успела стать такой алчной, что думаю о деньгах и о том, как жаль что Коля не получает достаточно для нашей хорошей обеспеченной жизни.

Пока завтракаю пытаюсь понять как лучше добраться отсюда на работу, читаю новости, а ещё проверяю входящие сообщения. Но тот от кого я хочу увидеть хоть несколько строчек молчит. И тревога за Колю нарастает ещё больше.


До детского сада намного ближе чем от моего дома, поэтому на работе появляюсь когда на часах ещё и полвосьмого нет. Окидываю взглядом пустую игровую зону старшей группы и подхожу к окну, всматриваясь в хмурые тучи. Снова набираю парня, но его номер все ещё вне зоны доступа. Страх за него удваивается, плохое мысли лезут в голову. Нужно было не лениться, взять такси и поехать перед работой домой, чтобы удостоверится в том, что с Колей все в порядке. А теперь весь день не смогу найти себе места.

Где-то к обеду, когда сил дождаться конца дня уже не было, телефон пиликнул, оповещая о том, что абонент «Любимый» снова на связи. Я ухватилась за мобильник и быстрым шагом вышла в раздевалку, набирая на ходу Колю.


— Алло, Коля? — чуть ли не кричу в трубку взволнованно.

— А? Даша? Чего ты в такую рань звонишь?

— Уже обед, — теряюсь я.

— Ты что забыла что я в ночную смену пашу? — его тон резко меняется и становится агрессивным.

Обида заполняет меня в одночасье, а в уголках глаз собираются слёзы. Я ведь волновалась за него, а ещё безумно скучала, а все что может он — упрекнуть меня в том, что я не даю ему выспаться.


— Ладно, раз с тобой все хорошо, позвоню вечером, — произношу потухшим голосом.


— Погоди, Даш.

Я слышу его тяжелое дыхание, какое-то копошение, щёлкает зажигалка и я морщусь: просила же не курить в квартире, да и для здоровья это плохо. Но сейчас решаю промолчать и обойтись без нотаций.

— А что там с подработкой твоей? Когда аванс будет? Я если что закину деньги в банк, чтобы ты с ними сама по маршруткам не тягалась.


— Так уже.

— Что уже?

— Вчера в банк отвезла.


В ответ слышится напряженная тишина.

— Ты что дура? А если бы украли? Чего меня не набрала? Ты вообще головой думаешь или чём-то другим? — срывается он на крик, окончательно добивая меня.

До этого момента Коля ни разу не кричал на меня. Разве что за немытую посуду мог прикрикнуть и за то, что ушла на работу, не приготовив ему завтрак. А вот так чтоб по-настоящему — ни разу.

Крупные капли слезы уже не сдерживаясь катятся по щекам, я прислоняюсь спиной к стене, чувствуя как дрожат ноги. Несколько длинных секунд мне понадобилось, чтобы взять себя в руки и ответить мужчине:

— Во-первых, если ты встал не с той ноги, то не стоит вымещать на мне своё плохое настроение. Во-вторых, не смей меня больше называть дурой, эта как ты говоришь «дура» сейчас пашет больше тебя, чтобы нас не выбросили на улицу. И в третьих, Артур подвёз меня к банку с деньгами. Или ты думаешь он такой идиот чтобы отдать их мне — чужому человеку — посреди улицы и уйти, не удостоверившись что я перекрою кредит, а не исчезну с ними, кинув его?


Меня буквально трясет и распирает от злости и обиды. Напряжение прошедших недель наконецто вырвалось наружу, превращая меня в разъяренную фурию. Я прижимаю к уху телефон, вслушиваясь в то, что происходит по ту сторону, но в ответ лишь его тяжелое дыхание и тишина. Короткая. После которой слышится едкий вопрос Коли:

— А жена этого Артура в курсе того какие бабки он тебе платит, да ещё и лично печётся и возит на тачке по городу?

— У него нет жены, — ровно и холодно.

— Как это нет? Ребёнок есть, а жены нет? — ещё больше заводится он. Лучше бы я промолчала.

— Так я же говорила тебе, он отец-одиночка.

— Отец-одиночка, значит. Вот оно что, — протягивает Коля и от его тона по спине проходит неприятный озноб.

Мне хочется закрыть эту тему, не люблю ссориться, да и запал прошёл, но Колю уже не остановить.

— А я то думаю, какой идиот заплатит столько за то, чтобы воспиталка посидела с его дочерью? А оно вон как. И какие же ты услуги ещё оказываешь ему, а, Даш? А может это все с ребенком чёс? Хотела побыть немного со своим любовничком и не знала как от меня отделаться? А что, удобно! Без пяти минут жених по ночам пашет как проклятый, чтобы она ни в чем себе не отказывала, а она кувыркается в это время с какие-то перцем!

— Прекрати! — выкрикиваю я, не в силах поверит что Коля всерьез несёт этот бред. — Ты вообще отдаёшь отчёт тому что говоришь? Не могу поверить что ты обо мне такого мнения. А знаешь, если так, то может нам вообще лучше разойтись? Если нет доверия, то о каких отношениях может идти речь? — Не верю что предложила это. Неужели и в самом деле предложила ему разойтись?


Коля медлит. Отвечает не сразу.

— Солнышко, ну ты что? — его тон меняется в мгновенье, теперь он нежный, заискивающий. — Ну, погорячился немного. На самом деле я приревновал тебя. Ну сама подумай, как бы ты себя повела, если бы я сказал что живу у одинокой женщины?


Я упрямо молчу. По большому счету мне бы вообще стоило сбросить вызов и отключить на время телефон. Но и в то же время не могу отрицать, что где-то в глубине души радуюсь тому, что Коля не поддержал мое предложение разъехаться. Да и прав он, я бы закатила скандал, будь я на его месте.

— Даш, ну не молчи. Скажи, у вас с ним ничего нет?


— Ты с ума сошёл, Коля? я просто работаю няней для его дочери. На этом все, господи, — устало выдыхаю я, размазывая ладонью по щекам соленые слёзы.

— Хорошо, Даш. Хорошо. Я тебе верю. Но в следующий раз мне позвони.

— Ага.


— Кстати, а когда следующая часть денег будет? Ты надави на него, скажи что срочно надо…

— Коль, прости, меня зовут уже. Нужно идти, — не выдерживаю я и отключаюсь, не попрощавшись. Почему у меня сейчас ощущение, что моя жизнь развешивается по частям? И что это только что вообще было?

Загрузка...