Глава 1

Ночь. Очередная бессонная ночь.

Как обычно, когда уснуть не получалось, я стояла на балконе, укутавшись в мягкий, тёплый плед. Наслаждалась тёплым, свежим ветром, набирающей обороты весны. Кому-то может показаться, что стою я здесь одна ночью по причине каких-то великих терзающих меня дум. В какой-то степени именно так оно и есть. Не так-то просто уснуть, когда не можешь перестать думать о том, почему всё живое и неживое на этой планете не плющит от столь высокой скорости вращения Земли вокруг своей оси и Солнца.

На самом деле, бессонница связана с банальным волнением. Завтра мне предстояло выходить на новое рабочее место, где меня ждут новые обязанности и новый, незнакомый мне коллектив.

Интроверт во мне готов потерять сознание прямо сейчас, лишь бы я не несла его в место полное людей и необходимости поддерживать разговоры с малознакомыми людьми.

Так и стояла уже больше часа, погруженная в свои многочисленные мысли, в промежутках между ними считала овечек, надеясь на то, что очень скоро Морфей испугается их количества и откроет передо мной врата в своё сладкое сонное царство.

Подперев голову ладонями, опираясь локтями о перила балкона, лениво созерцала ночной город, который, впрочем, тоже не спал. Он, вообще, никогда не спит. Круглые сутки что-то происходит, звуки его жизни никогда не замолкают, просто ночью их становится меньше и можно различить отдельные из них: где-то вдалеке слышен стук колес проезжающего поезда; где-то за домом веселиться компания и, тихо смеясь, старается не нарушать минимализм звуков ночного города.

Напротив моего дома находилась небольшая пешеходная дорожка в окружении тополей и цветущей черемухи. Не спеша по ней шёл темный силуэт, судя по очертанием фигуры — мужчина.

«Маньяк в ожидании очередной жертвы», — заключила я и присмотрелась к нему внимательнее.

Что ещё можно подумать о человеке, прогуливающемся в три часа ночи? Но вот, этот человек остановился, медленным взором окинул парк, детскую площадку, дом, балкон.

Балкон, на котором, стараясь не дышать, стояла я.

«Упс! — промелькнуло в моей голове, — Прощайте котятки, печеньки, цветочки, которые я опять забыла полить. Налюбовалась ночным городом? Теперь будешь любоваться им из багажника какого-нибудь черного авто, лежа в разных пакетах».

Мужчина продолжал молча смотреть на меня некоторое время.

Смотрела и я в ответ, не в силах отвести взгляд, словно под гипнозом. Хотя, гораздо разумнее было бы вбежать в квартиру и закрыть балконную дверь поплотнее.

- Привет, — неожиданно произнёс он и я вздрогнула.

- П-п-привет, — ответила на автомате.

«Лучше его не злить. Всё хорошо. Тем более, что мёртвой притворятся уже поздно. Он определенно заметил, что я моргнула».

— Не спится? — спросил он.

— Не получается, — неопределённо пожала плечами.

— Вот и у меня тоже не получается, — в его голосе была слышна легкая тоска и… одиночество, что ли.

— П-почему? — заикаясь, спросила я.

Помни — не зли его!

— Мысли… — лаконично ответил он

— Только не говорите, что тоже думаете о, вращающейся на бешеной скорости, планете, — решила я поддержать наш случайный разговор. — Или Вы слишком просты и думаете о том, не мараются ли у Колобка глаза во время его покатушек? Или они у него мозолятся? Или выпуклые они или впуклые? Глаза, я имею ввиду. И, вообще, есть такое слово — впуклые?

- Боюсь, мои мысли не столь грандиозны, как ваши, — в его голосе стала слышна улыбка, что, от чего-то, зародило в моей груди приятное тепло.

— Но что-то же не даёт вам уснуть, ведь так?

— Так.

— Вы не слишком многословны для человека, который сам начал разговор, не находите? — саркастично подметила я.

— Дело в том, что я не планировал с кем-то сейчас говорить, просто хотел вас успокоить, чтобы вы не думали, что я какой-то полуночный маньяк.

— Пф. И в мыслях не было, — нервный смешок сдержать не получилось.

- Врёте.

— Если только самую малость, — улыбаясь, ответила ему.

— Не посчитайте меня наглым, но не могли бы вы спуститься? — видимо, страх на моем лице был столь очевидным, что его без труда можно было разглядеть, находясь на два этажа ниже меня, так как парень поспешил меня успокоить. — Нет-нет-нет, не пугайтесь вы так. Было бы проще разговаривать, если бы наши лица находились, хотя бы, на уровне одного этажа.

— Ага, уже бегу… спать!


— В таком случае не пугайтесь, — он стремительно направился в мою сторону.

У меня же от страха сжалось все, что только могло сжаться.

— Ты куда полез, ямакаси чёртов? Это второй этаж, даже если очень сильно поднатужишься, шансы невелики, — с неверием произнесла я, но бояться меньше не получалось.

- А вот это мы сейчас и проверим, — ехидно ухмыльнулся он, карабкаясь по соседним балконам. И вот, буквально в мгновении ока парень оказался прямо передо мной, улыбаясь, как мальчишка. — Совсем несложно, а вы боялись!

— Несложно!? Зато как мне сейчас сложно не потерять сознание или не заверещать на всю улицу от страха! Ты зачем сюда залез? — со злобным шипением спросила я, ткнув его пальцем в крепкую, широкую грудь.

- Вот, мы незаметно и перешли на «ты», — улыбаясь, произнёс он.

- Ха-ха! Очень смешно. А ну, брысь, отсюда! — махнула руками так, словно пыталась прогнать кота с балкона, а не рослого парня, что сантиметров на двадцать выше меня.

— Всё же так хорошо начиналось. Что ж ты злая-то такая? Не собираюсь я тебя убивать или насиловать, — произнёс так, словно устал от моего общества. И это только за одну минуту нашего внезапного знакомства. — Я хочу просто поговорить: ты не спишь, я не сплю — просто поговорим и разойдёмся.

— Хорошо, но я, на всякий случай возьму в руки… — огляделась вокруг себя в поисках возможного оборонительного средства от всяких там непрошенных, ночных разговорщиков. — Лак для волос. Сойдёт.

— Зачем он тебе? — непонимающе спросил парень, вскинув брови.

- Будем делать причёски. Давно мечтала, чтобы меня ночью заплёл совершенно незнакомый мужик. Что тут непонятного? — ответила с иронией и потрясла баллончиком. — Набрызгаю тебе в глаза, если мне что-нибудь не понравится, так что веди себя хорошо и постарайся не шалить

— О, Боги! Женщины… — театрально хватаясь за голову, произнёс он в небо.

- О, Боги! Балконный маньяк! — передразнила его.

- Сколько тебе лет? — неожиданно спросил и осмотрел меня с ног до головы так, словно пытался сам угадать мой возраст.

— Очко.

— Что «очко»? — непонимающе нахмурился, на всякий случай, осматривая себя.

- Очко, значит, двадцать один, — улыбаясь, ответила и облокотилась о перила.

— А, теперь понятно. Столь «поэтичное» обозначение возраста связано с какими-либо переживаниями? Или тебе просто нравится, как это звучит?

— Знаешь, никогда об этом не задумывалась, но что-то, как ты заметил, в «поэтичном» обозначении моего возраста, есть. Или, если сказать другим языком, то определенная задница в ней точно вырисовывается.

Он вопросительно поднял брови в ожидании продолжения.

Повернув к нему голову, посмотрела в его светлые глаза, цвет которых при таком освещении не был понятен: голубые или серые, но красивые — точно. Прикусила нижнюю губу и решила немного поделиться мыслями, что терзали меня последние несколько лет. Сам напросился. Нечего было ко мне в гости карабкаться, так что пусть теперь выслушивает мою словесную диарею.

— Вот, смотри: мне двадцать один год. Казалось бы, уже большая девочка, которая так или иначе определилась в этой жизни, ну или хотя бы знает, чего хочет в ближайшие лет пять, допустим. Да? — он неуверенно кивнул. — А вот и нет! Я вообще ничего не знаю о своих планах хотя бы на завтра, не говоря уже о послезавтра. И мне, в принципе, живется весьма неплохо: у меня есть друзья, учеба, квартира, с завтрашнего дня выхожу на новое место работы, — вспомнив о том, что завтра придется осваивать новые обязанности, невольно вздрогнула. — Так о чём это я? Ах, да! Так вот, мне двадцать один, все ждут от меня серьезности, ответственных действий и поступков. Ну, знаешь, чтобы ходила с таким лицом, будто я самая важная пися на этой планете, которая, не переставая, думает о глобальных проблемах человечества, но при этом дальше своего носа не видит. А я так не хочу. Понимаешь? Не могу. Я привыкла радоваться мелочам, смеяться, если мне смешно, плакать, и плевать, что потечет тушь или сопли. Прости, не слишком поэтично, — усмехнулась я, поймав едва заметную улыбку на его привлекательных губах.

— Хм, продолжай, я как-нибудь перетерплю.

— Понимаешь, я хочу быть собой! Не играя какую-то, видимо, только мне не понятную, роль. Особенно сильно я боюсь потерять себя, когда вижу своих, теперь уже бывших, одноклассниц. Они с ролью взрослости весьма неплохо справляются: ходят все такие деловые, будто познали все тонкости этой жизни вдоль и поперек. У некоторых даже есть дети. Представляешь? Дети! В двадцать один год они уже стали мамами, а я… — тяжело вздохнула и заглянула в глаза своему собеседнику. — А я вчера в парке с аттракционами искала самую большую сладкую вату на палочке.

Тихий приятный смех парня нарушил короткую паузу.

— Никогда ещё не встречал девушку с такими необычными тараканами в красивой голове, — покачав головой, спокойно произнес он. — Может, лучше вместо лака для волос взять дихлофос?

- Ой, всё! — отмахнулась и плотнее укуталась в пушистый плед. — Вот тебе сколько лет?

— Тридцать один.

— Ого, такой древний!? — округлила от удивления глаза. В ночи ему больше двадцать пяти не дашь. — А у Годзиллы, правда, верхние лапки маленькие? — с неподдельным интересом в глазах спросила у парня, который, как выяснилось теперь, не парень вовсе, а вполне себе взрослый мужчина.

— Я тебя сейчас с балкона скину, — угрожающе прищурившись, парировал он.

- Вообще-то, напомню тебе, это мой балкон и скидывать отсюда, кого захочу, могу только я. И не забывай о многофункциональном лаке для волос в моих руках, — тряся баллоном пред его лицом, многозначительно намекая на то, что кто вооружен, тот и решает, кто с балкона летает.

- Хорошо, женщина, сдаюсь, — поднял руки.

— То-то же! Так вот, продолжу свою мысль. Ты же не против? — спросила я, деловито перебрасывая баллон из руки в руку.

— Продолжайте, барыня. Как вам будет угодно, — в реверансе ответил он.

— Ох, великодушно благодарю Вас, сударь, — не осталась я в долгу. — Так вот, тебе тридцать один. У тебя, наверняка, есть образование, работа, на которой ты, скорее всего, занимаешь не последнее место, девушка или жена, может быть, даже дети… Неужели тебе не было тяжело во время достижения всего того, что ты сейчас имеешь? Хотя, перефразирую вопрос: ты вот, прям так, сразу вошёл в поток этой взрослой жизни без сопротивления и точно знал, чего ты хочешь от жизни и к чему стремишься?

— Знаешь, никогда не задумывался об этом, — в светлых глазах отразилась глубокая задумчивость и он перевел взгляд на пешеходную дорожку близ моего дома. — Всё как-то само собой случилось: меня просто выкинули из родительского гнезда в семнадцать лет со словами: «Ну, вот ты и вырос, сынок. Давай дальше как-нибудь сам». Так что пришлось входить в этот — как ты говоришь — поток, с серьёзным выражением на лице. Общество не доверяет счастливым людям. Так что, если хочешь, чтобы к тебе относились серьёзно, нужно и рожу серьёзную носить, — с ноткой горечи в голосе заключил он.

— Печально, не правда ли?

— Возможно…

— Кстати! Вопрос вопросов: почему ты гуляешь в столь поздний час, ну, или уже ранний? На бомжа, вроде, не похож, что-то случилось? — спросила участливо.

— История слишком банальна: поругался с девушкой, она решила пойти в клуб, а я выступил против этой затеи…

— Ну да, возраст-то уже не тот.

— Язва ты, — беззлобно ответил он.

— Я так понимаю, она ушла в клуб, громко хлопнув дверью перед твоим лицом, а ты гордо потопал гулять по ночному городу?

— Именно так оно и было…

— Возвращался бы ты домой, — толкнула его в бок плечом. Она, скорее всего, просто решила показать характер, маленько подёргалась на танцполе, да и вернулась домой. И сидит сейчас догрызает последний ноготь на пальце левой ноги, терзаемая не самыми приятными мыслями о твоём местонахождении, — поёжившись от холода, предположила я.

— Замёрзла? — участливо поинтересовался он. Внезапно, но очень нежно схватил меня за руки и спрятал холодные пальцы в теплом плену своих ладоней. — Я погрею. Надеюсь, твой парень не будет сильно злиться.

— Ну, ты же мне не вагину греешь силой трения, а только руки. Так что вряд ли тебя настигнет кара, — ответила ему, лукаво улыбаясь.

Говорить о том, что никакого парня у меня вовсе нет, не стала в целях безопасности. Вдруг, он, всё-таки, маньяк, балконный насильник или ещё что-то в этом роде. Хотя, руки у него теплые, а прикосновения очень приятные.

— Что же происходит в твоей двадцатиоднолетней голове!?

— То же, что и во всех двадцатиоднолетних головах. Наверное. Ладно, давай ограничим этот телесный контакт. А-то еще немного и я забеременею, — произнесла я, высвобождая свои руки из тепла его ладоней. — И разойдёмся по домам. Вернее, ты сейчас возьмешь и разойдёшься.

— Прямо с балкона!?

— Ну да! У тебя же получилось сюда забраться, ямакаси чертов, теперь делай всё тоже самое, но в обратной последовательности.

— Хорошо, убийца прекрасных мужчин, спущусь так.

От скромности он точно не умрёт.

— Давай, прекрасный мужчина, до свидания. Мне пора скрыться от этого жестокого мира под мягким одеялком.

- Мы ещё встретимся? — с надеждой во взгляде спросил мужчина.

— Думаю, это будет лишним. Одна ночь, одна встреча… Не стоит, — ответила ему и улыбнулась уголками губ.

— Согласен, — вот только его согласие показалось обманчивым, — Тогда, спокойной ночи?

— Мне спокойной, а тебе неспокойного примирения с твоей девушкой, старикашка.

— Не можешь без колкостей, да? Маленькая язвочка, — сощурил он ехидно глаза.

— Так точно, Капитан Очевидность! Не можу? — шуточно салютовала ему.

— Пока, язва, — щелкнул он меня по носу и перелез через перила.

На короткое мгновение он задержал на мне задумчивый взгляд, будто хотел ещё что-то сказать, но так и не решился.

Медленно спустился вниз по балконам тем же путем, что и забрался сюда.

Внимательно проследила за его благополучным спуском на землю обетованную, проводила взглядом темный удаляющийся силуэт и скрылась во мраке квартиры. Нужно успеть хоть немного поспать, перед началом пар и новым рабочим днем.

Глава 2

«На новом месте платите тысяч двести» — подумала я, заходя в кафе, в котором с сегодняшнего дня буду работать официанткой.

Приятное заведение, в котором я однажды была со своей подругой Ксюшей, которая и посоветовала мне устроиться на должность официантки, пока место было вакантно. Сама же девушка работал здесь барменом, ловко обслуживая клиентов, профессионально улыбаясь каждому из них.

Приятное спокойное место радовало отсутствием кричащего дизайна. Приглушенные тона, мягкие диванчики вместо стульев, плавная, льющаяся из колонок музыка — всё это придавало определенный уют и шарм этому кафе.

Думаю, именно здесь я и возьмусь за написание своего будущего диплома, оккупировав один из диванчиков в углу.

— Ди! — услышала я знакомый голос подруги, что махала мне рукой из-за барной стойки. — Сюда иди!

Улыбнувшись ей и коротко махнув рукой, подошла к подруге, которая поспешила меня обнять, не обходя барной стойки. В итоге, мы потрогали друг другу плечи, придя к немому соглашению о том, что это тоже сойдет за обнимашки.

— Так, пока клиентов особо нет, переодевайся в униформу. Она в подсобке и ждёт только тебя, — указала она в сторону серой двери с надписью «служебное помещение». — Скоро обед и голодный народ подтянется. Блокнот и ручку я тебе сейчас дам. Ах, да! — ударила она себя ладонью по лбу. — Алексей Олегович просил, чтобы ты дождалась его и подписала оставшиеся бумаги.

— А вчера он не мог мне сразу все бумаги на подпись дать? — повела я бровью, наблюдая за тем, как подруга носится за барной стойкой в поисках обещанного блокнота. — Сейчас отработаю день, а потом окажется, что я это сделала за бесплатно.

— Не за бесплатно, а по чистой любви, — подметила Ксюша и рассмеялась. — Это же Алексей Олегович, он уже в таком возрасте, что скоро дорогу в собственное кафе забудет, ни то, что там какие-то бумажки.

— Ладненько, — подытожила я и поднялась с барного стула. — Пойду, переоденусь пока.

— Давай, ага, — кивнула подруга, протирая стойку сотый раз, казалось, по привычке.

Униформа кафе оказалась вполне себе привлекательной. Хотя, больше она напоминала костюм теннисистки, нежели форму официантки. Ещё раз взглянув на себя в высокое зеркало, собрала в пучок на макушке светлые волосы и поправила невидимые складки на сером льняном платье, поверх которого надела бордовый фартук с большими карманами, видимо, под тот самый блокнот и ручку.

Вышла из подсобки и сразу направилась к Ксюше, что обслуживала одного из четырех посетителей этого кафе.

— Шикарно выглядишь, — осмотрела она меня и протянула блокнот, в который была вложена ручку. — Это твой рабочий инструмент. Принимаешь заказ: напитки мне, а закуски в кухню, — указала она рукой в том направлении, в котором, видимо, и находилась кухня.

— Всё понятно, — кивнула я. — А какие столики я обслуживаю?

— Правые, — подошла ко мне рыжая девушка с вековой усталостью на красивом веснушчатом личике. — Мои сегодня — левые. Меня Аня зовут, а тебя?

— Ой, точно! — воскликнула Ксюша и на секунду спряталась за барной стойкой. — Вот, Ди, держи.

Протянула мне бейджик, на котором было написано моё полное имя.

— Приятно познакомиться, Диана, — усмехнулась Аня. — Добро пожаловать в обжираловку для фитоняшек.

— Да? — притворно удивилась я. — А на вывеске написано — «кафе Маргарита».

— Это маскировка, — сузила глаза девушка.

— Почему, обжираловка для фитоняшек?

— Тут напротив открылся недавно фитнес-центр, — поспешила пояснить Ксюша. — Мы сначала думали, что закроемся с таким соседством, но в итоге прибыли начали только расти. Фитоняшки любят после занятий побаловаться всякими фрэшами и коктейлями, заедая их салатами.

— Ага, — усмехнулась Аня. — Их, кстати, поэтому Алексей Олегович и называет козочками. Так что не пугайся, если он вдруг заговорит о зелени для пышногрудых козочек.

— Всё понятно. Я домой, — ответила я и девушки рассмеялись.

До обеда успела обслужить двух посетителей, которые ограничились кофе и пирожными. Всё остальное время тусовалась вместе с Ксюшей у барной стойки, чему девушка была рада, так как Аня, если не было посетителей зависала в телефоне, смеясь с мемасиков или же с кем-то переписываясь.

— А чего ты с предыдущего места работы ушла? — поинтересовалась подруга. — Мало платили?

— Нормально, — пожала я неопределенно плечами. — Просто начальник положил… руку на мой зад и предложил повышение.

— Ого! — округлились глаза подруги. — И на каких условиях? Трогать твой зад на постоянной основе?

— Хорошенько поскакать.

— На чем? — не поняла Ксюха, нахмурив брови.

— На его большой скакалке, Ксю. Не тупи.

Подруга засмеялась в голос, чем привлекла к нам внимание немногочисленных посетителей.

— Ди, солнце, — молящим тоном произнесла подруга, усмирив смех. — Постой у барки пару минут.

— А ты куда собралась?

— Носик попудрить, блин, — ядовито ответила та, развязывая пояс фартука. — Две минуты и я вернусь.

— А если кто-нибудь захочет сделать заказ? — вскинула я брови.

— Постой с важным видом и скажи, что его обслужит через пару минут лучший бариста. Придумаешь, в общем. Я побежала, а то сейчас вся пудра просыпется.

Быстрыми шагами девушка удалилась в сторону узкого коридорчика. Я же зашла за стойку и сделала все ровно так, как завещала подруга — встала с самым важным видом, ожидая клиентов. Для большей убедительности взяла белое полотенце и стала натирать стакан, демонстрируя свой исключительный профессионализм.

Но не стоило забывать о том, что заводскими настройками мои рученьки растут из одного известного места, что в народе величают магнитом для всякого рода приключений. Поэтому уже через две минуты стакан выскользнул из моих рук и разлетелся, к счастью, на четыре крупных осколка.

— Черт! — выругалась я и поспешила их поднять и выкинуть, пока не вернулась напудренная Ксюха.

— Есть тут кто? — знакомый мужской голос заставил меня замереть, словно на месте преступления.

Неуверенно выглянула из-за барной стойки настолько, чтобы были видны одни глаза, которые, впрочем, тут же полезли на лоб, так как по ту сторону стойки, прямо напротив меня, стоял сегодняшний ночной балконный гость.

— Кофе без добавок, пожалуйста. С собой. И побыстрее, если не сложно… — сказал он раздраженно, но осёкся, когда я полностью выглянула из-за стойки. — Вы?

Какие же у него красивые голубые глаза, как озера летним днем под ярким солнышком.

— Мы, — кивнула я и, испытывая неловкость, улыбнулась мужчине.

Сегодня он был сказочно хорош: белая футболка, обтягивающая его литые, рельефные мышцы, легкая светлая щетина, которой хотелось коснуться и убедиться в том, что она хоть и колючая, но, все равно, приятная. Светлые волосы находились в художественном беспорядке и в них тоже захотелось запустить пальцы, чтобы проверить их на мягкость и шелковистость.

В общем, полапать я его хотела знатно.

— Я вас раньше здесь не видел, — опомнился мой новый знакомый. Затем, словно вспомнив что-то, произнес. — Ах, да! Первый день работы на новом месте. Помню. Поздравляю.

— Спасибо, — смутилась я под его пристальным взглядом, которым он изучал меня с нескрываемым любопытством. — Кофе без добавок?

Повторила я его заказ и взяла один из чистых стаканчиков. Уж без добавок кофеёк я точно смогу приготовить.

— Как спалось? Выспалась? — задал он мне вопрос, пока я возилась с кофемашиной.

— Знаешь, — задумчиво протянула я. — Мне сегодня один маньяк балконный спать мешал, так что выспаться не удалось.

— Да? — воскликнул он так, будто и правда удивился. — А мне вот сегодня не дала спать одна сумасшедшая парикмахерша.

— То-то я вижу, что прическа у тебя, что надо, — игриво ответила ему и взяла маркер, чтобы написать имя своего неожиданно навязчивого знакомого. — Как тебя зовут?

— Если дашь мне свой номер, то скажу, — лукавая улыбка отразилась на красивых губах.

— Не хочешь, не говори, — пожала плечами, сделав вид, что мне безразлично его имя и, вообще, он в целом.

Тоже мне, мужик-ребус.

— Диана, значит, — протянул он, прочитав имя на бейдже.

— Буквы знакомые увидел? — усмехнулась я, злорадно подписывая стаканчик с горьким кофе. — С девушкой помирился?

— Не важно, — отмахнулся он раздраженно и хорошее настроение в одно мгновение сошло на нет. — Скоро там мой кофе будет готов? — постарался он произнести как можно мягче, но вышло у него это, откровенно говоря, паршиво.

— Почти, — ответила, дописывая последние буквы.

В этот момент ему кто-то позвонил, и, взглянув на дисплей телефона, он стал мрачнее тучи. Немного подумав, сбросил входящий звонок.

Только сейчас я разглядела, как на костяшках его пальцев алели ссадины. Ночью я этого не заметила. Либо невнимательно смотрела, либо он повредил их уже после того, как спустился с моего балкона.

Подозрения о том, что он всё же маньяк, вновь окрепли в моей голове.

— Держи, — протянула ему стаканчик, который он принял с натянутой улыбкой.

Его мысли были явно далеки от этого места и уж точно далеки от моей скромной персоны.

— Надеюсь, ещё увидимся, — в его голос вернулась игривость, что уже мне казалась привычной. Словно мы знакомы с ним много лет и у нас есть свои шутки-секретики.

— Это неизбежно, — развела я руками. — Ты знаешь, где я живу. Знаешь, где я работаю, а теперь ещё и имя моё знаешь. Так что увидеться мы с тобой сможем, теперь, только по твоему хотению.

— Хм, — ухмыльнулся он. — Кое-что ты обо мне, всё же, знаешь.

— Ах, ну да! — закивала я активно. — Ты пьёшь отвратительный кофе и гуляешь ночью в парке. Сомнительный набор качеств. Моей маме такой зять не нужен.

— Это мы ещё посмотрим, Диана, — подмигнул мне мужчина и направился к выходу из кафе.

Проводив его взглядом, тяжело вздохнула, поняв, что эта встреча, вполне может стать последней.

Глава 3

Матвей

Всю ночь эта девчонка не выходила у меня из головы. Наваждение какое-то. Маленькая хрупкая фигурка стояла на балконе и задумчиво смотрела куда-то вдаль, словно и не находилась здесь и сейчас на том месте, что стояла. Своими мыслями она была очень далеко.

Ещё и этот плед — пушистый предатель, что внезапно упал с её плеча, столь нежно и сексуально его обнажая.

Я даже забыл, куда шёл. Хотя, определенного маршрута и не было. Просто следовал туда, куда несли меня ноги.

Наташа, моя девушка, в очередной раз устроила скандал по детской причине. Снова не захотел прожигать с ней вечер в клубе и снова оказался скучным стариком.

Её можно понять — она молода, привлекательна, ей хочется веселья и новых ощущений. Мне же всё это давно наскучило и не несло ничего интересного, кроме головной боли и пустых финансовых затрат.

Видимо, Наташка, всё-таки, права. Я, и в самом деле, скучный старик.

В моём возрасте многие мужики уже богаты не только капиталом, но и семьёй. А я встречаюсь с какой-то девчонкой уже около месяца, с которой случайно познакомился в клубе, в который приехал, чтобы забрать пьяного в дым друга.

Тогда она была довольно активной и разговорчивой и виделась мне этим забавной, но, чем больше я её узнавал, тем больше её общительность казалась мне навязчивой, а порой, и вовсе выводила из себя.

Как итог: частые ссоры с хлопками двери и ночные загулы нас обоих, а затем непременно сумасшедший примирительный секс, после которого наступало пару дней затишья и опять всё по новой.

Эта малышка на балконе тоже оказалась молода, но в ней таилось столько нежности, женственности и какого-то особого спокойствия, что будь моя воля и, знай, я, что девчонка не будет меня и дальше бояться, остался бы с ней до самого утра, стоять на том балконе, согревая её маленькие пальчики.

Но начинать новые отношения, не закончив старые и изжившие себя, было не в моих принципах. Поэтому, спускаясь тогда с балкона, посмотрев напоследок в большие янтарные глаза той хрупкой незнакомки, чьё имя мне стало известно только сегодня, я решил закончить те пустые отношения, что были у нас с Наташей.

И сама судьба решила распорядиться моим выбором в пользу той, которую я встретил лишь несколько часов назад.

Подходя к подъезду собственного дома, увидел стоявший у входа черный спорткар друга, с которым несколько месяцев назад открыли фитнес-центр и достаточно удачно вели дела.

Дверь авто открылась и с водительской стороны вышел Лёха, закрыл дверь, обошёл машину и подошел в пассажирской стороне.

Распахнув дверь, из машины выпорхнула моя Наташка.

Я думал, что моя, пока она не бросилась на шею друга, весьма недвусмысленно его целуя.

И этот говнюк ответил ей взаимностью, повалив девчонку на капот своей спортивной тачки.

Вышел из тени дерева и уверенно направился в сторону парочки, чтобы выяснить отношения прежде всего с тем мудаком, что считал своим другом более десяти лет.

Завязалась драка, во время которой Наташа верещала как сумасшедшая, умоляя меня, чтобы остановился и… перестал бить Лёху. Тот факт, что я тоже неслабо получал по ребрам, её не заботил.

Плевать.

Двумя предателям в жизни меньше и это к лучшему.

Они уехали, просвистев шинами по сухому асфальту, а мои ноги вновь привели меня к тому дому, где совсем недавно стояла незнакомка. Вот только теперь балкон, к сожалению, был пуст.

Наверняка спит. В объятиях парня, наличие которого она не опровергла, хоть, и не подтвердила.

Я даже не подозревал, что буду столь сильно рад, когда увидел её за барной стойкой того кафе, в котором частенько брал кофе.

С собранными волосами она казалась ещё моложе, чем была тогда на балконе. Маленькая, робкая нимфа, что мило и в то же время сексуально прикусывала нижнюю губу, пока писала, что-то на моем стаканчике.

Кстати, об этом.

Повернул стаканчик в своих руках, таким образом, чтобы разглядеть надпись, выведенную красивым аккуратным почерком.

«Балконный маньяк» — было написано на нём, а ниже пририсован улыбающаяся злодейской улыбкой рожица.

Всё-таки, она та ещё язва.

Глава 4

Мой балконный незнакомец пропал. Он не появлялся ни в кафе, ни, даже, на моём балконе.

Неделя подходила к концу, а я всё больше начинала убеждаться в том, что он и не планировал продолжать наше знакомство, если даже не посчитал нужным назвать своё имя.

Эх, а так всё красиво начиналось. Я почти влюбилась в этого обаятельного негодяя.

Но, видимо, не судьба.

Помечтала маленько о красивой сказке и хватит. Пора возвращаться в реальную жизнь.

Рабочий день в кафе подходил к концу. Сегодня мне выпала вечерняя смена, что заканчивалась только в одиннадцать часов, затем полчаса на уборку зала и можно возвращаться домой с чувством выполненного долга и приятным звоном чаевых в боковом кармашке рюкзачка.

К счастью, нужная мне автобусная остановка находилась близ фитнес-центра напротив и это значило, что бродить по темному городу, в поисках приключений и неприятностей, мне не придется.

Остановка была пуста, поэтому без особых волнений устроилась на скамейке под ее козырьком, включив в наушниках любимый рок. Болтая ногой в такт барабанным партиям, лениво смотрела по сторонам, ожидая увидеть на горизонте появление нужного мне автобуса.

Вечер выдался, на удивление, теплым и приятным. В такую погоду хорошо бы гулять по ночному городу, а не прижимать задницу к автобусной остановке. Но рисковать своей жизнью ради приятных ощущений, как-то не хотелось.

Но как выяснилось после, чтобы найти приключения, куда-либо ходить совершенно не обязательно, ибо они и сами отлично меня находят.

Вибрируя мощными басами, что были мне слышны даже через громкую музыку в наушниках, к автобусной остановке подъехал черный тонированный седан. Безразлично мазнула взглядом по машине и уставилась в сторону, создавая видимость, что увлечена чтением рекламного баннера, что гласил о том, что если я буду курить, то у меня со стопроцентной вероятностью будет импотенция.

Прискорбно всё это.

Боковым зрение уловила, что тонированные стекла поползли вниз, а из машины выглянули две головы не самой приятной наружности. На всякий случай убрала руку в карман толстовки и убавила громкость музыки до минимума.

— Эй, красотка! — окликнул меня тот, что сидел на переднем сидень. — Садись, прокатим.

— Нет, спасибо, — покачала я головой, стараясь оставаться вежливой с этими сомнительными типами. — Я автобус жду.

— Да хрен с ним! — отозвался тот парень, что сидел сзади. — Садись с нами, прокатим с ветерком и комфортом. Ещё добавки будешь просить.

После его последней фразы в машине разразился смех, достойный лучших конюшен.

— Парни, спасибо, но я сама прекрасно доберусь и без ветерка, — ответила им с нажимом.

— Мы всё же настаиваем, — сально произнес тот, что сидел впереди и открыл дверцу, выходя из машины. — Номер телефона хоть дай, чтобы созвонились, если что. Я могу и один приехать, если тебе не нравится, когда парней много.

До дрожи в коленях испугавшись его приближения вкупе с теми словами, что он сейчас сказал, поднялась со скамейки и приготовилась бежать.

Вот только далеко убежать у меня не вышло, так как уже через пару шагов, тот парень, что вышел из машины, догнал меня и, схватив за локоть, развернул к себе, тесно прижимая.

— Любишь поиграть? — выдохнул он мне в лицо ядовито смердящими алкогольными парами и сигаретами. — Мы тоже любим игры.

— Руки свои от меня убери, — прошипела ему в лицо, пытаясь выдернуть собственную руку и не чувствовать при этом боли.

— Иначе что? — насмешливо изогнул он бровь и поволок меня в сторону машины.

— Я буду кричать и у вас появятся большие неприятности, — строго ответила, стараясь не выдавать страха, что сковал внутренности холодными цепями.

— Ты будешь кричать от больших приятностей этой ночью, сучка! — его тон был омерзителен, а в темных глазах горел огонек бешенства и сумасшествия.

— Помогите! — закричала, что было сил. — На помощь! Скорее! — кричала я, в то время как к парню присоединился напарник и они вдвоем стали запихивать меня в машину.

Внезапно за спиной послышалась возня, а на моем теле на одну пару рук стало меньше. Резко развернулась к парню, чем обескуражила его. Взмахнула свободной рукой и ударила ему в горло ребром ладони.

Схватившись за ушибленное место, парень начал кашлять и хрипеть.

Отбежала от него на безопасное расстояние и в суматохе заметила, что один из обидчиков корчиться от боли на асфальте, держась за живот. Над ним возвышался мой балконный гость, грудь которого тяжело вздымалась под тканью белой рубашки, а в голубых глазах промелькнуло узнавание.

— Сзади! — только и успела я прокричать, когда увидела, как стремительно к моему спасителю надвигается ещё один парень из компании обидчиков.

Мой спаситель настолько быстро развернулся на месте, что казалось, напугал нападающего. Один уверенный, техничный удар и парень присоединяется к своим друзьям, корчиться вместе с ними на асфальте близ автобусной остановки.

— С тобой всё хорошо? — участливо спросил мужчина, разглядывая меня на предмет возможных травм и повреждений.

— Нормально, — отмахнулась я. — Ты как?

— Теперь тоже нормально, — ответил он и рывком прижал меня к своему боку, обняв одной рукой. Другой же рукой он достал из кармана брюк мобильный телефон и набрал какой-то номер. — Пришли к автобусной остановке двоих ребят. Живее!

Убрав телефон в карман, мужчина обнял меня и второй рукой. Сердце бешеными ударами билось в его груди. А запах сладких цитрусов и горького кофе, что исходил от него, заставлял и моё сердце биться в такт его.

— Испугалась? — спросил он, после того, как двое появившихся парней в форме с надписью на спине «охрана», увели поверженных подальше от остановки.

— Нет, что ты, — иронично протянула я. — Мы с этими пацанами каждый день собираемся здесь на остановке для славного боя. Обычный вечер.

— Когда-нибудь я откушу твой маленький дерзкий язычок, — сказав это, он обхватил моё лицо теплыми ладонями и притянул в себе, до тех пор, пока мы не соприкоснулись кончиками носов.

— Кажется, с меня только что слетели трусы. Ты такой властный, — выдохнула ему в губы и услышала его тихий смех.

— Язвочка моя маленькая, — произнес он и прильнул к моим губам, даруя сладкий мимолетный поцелуй. Даже грустно стало, что этот трепетный момент был таким коротким. — Давай, я отвезу тебя домой и разберусь с теми парнями. Хорошо?

— Как ты с ними разберешься? — нахмурила я брови, ненашутку испугавшись за него. — А, если они тебе что-нибудь сделают?

— Мне они точно ничего не сделают, они если их не сдать нужным органам, то они могут и дальше заниматься той грязью, что хотели сотворить и с тобой. За одно только это, я готов их стереть в порошок голыми руками.

В груди разрослось приятное тепло и очень хотелось улыбаться, как дурочка. Но увидев, что мужчина ни чуточку не шутит, собрала всю имеющуюся у меня серьёзность и лаконично ответила:

— Хорошо. Поехали.

— Умница, — сказал он и взял меня за руку, ведя за собой, словно маленькую девчонку, которую нужно держать крепче, чтобы я вновь не нашла приключений на свою… голову.

— У тебя кровь, — указала на его руки, когда он сжал руль.

— Бывает, — отмахнулся он и завел двигатель своего пикапа. — Потом обработаю.

— Нет, сейчас, — запротестовала я и притянула его руку себе на колени. — Аптечку давай.

— Для этого мне придется убрать руку с твоих коленей, а что-то этого совсем не хочу, — в омуте голубых глаз блеснул опасный огонёк.

— Аптечку, — настояла на своем, стараясь сохранять на лице маску непоколебимости.

— Настырная какая, — тяжело вздохнув, он потянулся к бардачку и открыв его, достал небольшой черный пластиковый кейс с красным крестом на крышке. — Держи.

— Свет включи, пожалуйста.

Мужчина молча повиновался и салон осветил мягкий свет.

Вернула его руку на свои колени, которые он тут же посчитал нужным поглаживать через ткань джинс. Шустрый он, всё же.

Смочив ватку перекисью водорода, собрала кровь вокруг ран, затем промыла и сами маленькие ранки.

За всё это время мы не проронили ни слова.

Неустанно ощущала на себе его пристальный взгляд. Иногда робко смотрела в ответ, но смущенно отводила глаза, стоило его губам растянуться в плутовской улыбке.

Было неловко, но одновременно с этим я испытывала легкий трепет. Словно этот сильный, обладающий мощной магнетической аурой, без малейшего сомнения — сексуальный мужчина, вот-вот переступит ту грань запретного, что становилась тоньше с каждым новым прикосновением рука к руке. Казалось, ещё немного и он заключит меня в свои объятия, посадит себе на колени и накроет губы страстным требовательным поцелуем.

Судя по его темпераменту, именно так он и целуется и никак иначе.

— Готово. Пациент скорее жив, чем мертв, — заключила я и для большей целительной силы своих действий, поднесла к губам его руку и подула на раны.

— Матвей, — произнес он низким голосом, посылая по моему телу табун волнительных мурашек.

— Кто это? — свела я брови, глядя в его голубые глаза, что сейчас казались абсолютно синими.

— Я, — ответил он и чуть криво улыбнулся. — Должна же ты, когда узнать моё имя.

— Пятый элемент, просто, какой-то, — улыбнулась я своим мыслям и положила его ладонь себе на колени.

— Что за пятый элемент?

— Ты не видел этот фильм? — подняла я удивленно брови.

Матвей отрицательно покачал головой.

— Там один из элементов был воздух, и нужно было подуть на один из камней, чтобы тот раскрылся, выпуская энергию. Так и с тобой: пришлось подуть, чтобы выведать имя. Знала бы раньше, то дунула на тебя ещё на балконе.

— А, если бы сдула меня совсем? — притворно возмутился мужчина.

— Ну, и к лучшему, — пожала плечами. — Зачем мне такой дохленький мужик в хозяйстве? Пусть летит. Через запад, на восток…

— Когда-нибудь я тебя придушу, — рассмеялся он и повернул ключ зажигания.

— Если только в крепких объятиях, — произнесла я тихо и отвернулась к окну, наблюдая за тем, как за стеклом проплывает ночной город.

Глава 5

Весь путь до дома Матвей уверенно держал ладонь на моем колене, будто боялся, что я могу выпрыгнуть из машины на полном ходу.

Довез меня до самого подъезда, проводил до двери квартиры и поцеловал… в тыльную сторону ладони, чертяка!

Пожелал спокойной ночи и уехал разбираться с теми гопниками, что напали на меня.

Я ждала, что он, всё же, вернётся. Но прошел час, второй, настал третий, а его всё не было. Поняв, что сегодня он уже не вернется, приняла душ, завернулась в махровый халат и перед тем, как отправится бегать по волшебным полянкам в царстве Морфея, решила выйти на балкон, чтобы немного подышать свежим воздухом перед сном, и, возможно, увидеть его пикап на парковке близ дома.

Вышла на балкон и едва нашла в себе силы сдержать вскрик ужаса. Матвей, оказался ближе, чем я думала и уже, довольно-таки, вальяжно освоился в небольшом кресле, что я поставила здесь еще в начале весны.

— Какого…?! — ударила его в плечо кулаком. — Я ж от страха чуть не спрыгнула отсюда!

— Я бы тебя поймал, — улыбнулся он мне нежно и, схватив за талию, притянул в свои объятия, в которых оказалось невероятно уютно и тепло.

— Почему через дверь не зашёл? Не ищешь легких путей? — уткнулась ему в изгиб шеи, вдыхая цитрусовый аромат.

В момент, когда его губы, едва ощутимо поцеловали меня в висок, чуть не потеряла равновесие от внезапной лавины дрожи и мурашек от этого мимолетного прикосновения.

— А вдруг, у тебя в квартире есть парень, — прошептал он, нежно касаясь губами мочки уха. Провел ими к подбородку и остановился напротив моих губ, слегка коснувшись. — Не хотел бы быть третьим лишним.

Рокот его низкого голоса отражался приятной вибрацией во всем моем теле.

— Тогда тебе придется стать любовником, что прячется на моем балконе, — прошептала в такт ему и сделала вид, что вот-вот поцелую, но когда до заветных губ оставались считанные миллиметры, отстранилась и лукаво взглянула в его голубые бездонные глаза.

— Нет. Думаю, мне придется вышвырнуть того паренька с балкона, — в его голосе звучали приятные опасные нотки. — Делить тебя с кем-то ещё я не согласен. Ты. Только. Моя.

— Целуй уже! — не выдержала я и притянула его к себе, даруя нежный, но требовательный поцелуй, получая в ответ в разы больше. Впрыскивая в кровь чувство, что подобно электричеству пробиралось под самую кожу, касаясь каждой клеточки.

Загрузка...