Мэхелия Айзекс Мера в любви

1

Человек темной тенью проскользнул в предрассветных сумерках по двору. Аккуратно, чтобы не скрипнули, приоткрыл ворота конюшни и вошел. Внутри царил полумрак, пахло душистым сеном, сонно всхрапывали лошади, изредка раздавался стук копыт, когда какое-нибудь животное переступало с ноги на ногу.

Ему не надо было читать таблички, чтобы найти то, что нужно. Он чувствовал себя здесь как дома и вел соответственно. Осторожно, чтобы не испугать чуткое животное, он открыл дверь одного из стойл и подошел к грациозной рыжей кобыле с белой звездочкой на лбу. Ласково потрепав ее по холке и тихо пробормотав: «Умница, хорошая девочка», он потянул лошадь за недоуздок, и та послушно пошла за ним.

Отведя кобылу в самый дальний конец конюшни, мужчина оставил ее в пустующем стойле. Затем прошел по проходу и открыл еще одну дверь. Лошадь, как две капли воды похожая на предыдущую, угрожающе всхрапнула и, прижав уши к голове, попыталась встать на дыбы, чтобы ударить незваного гостя передними копытами. Когда ей это не удалось, она вся словно подобралась и, задрав верхнюю губу, обнажила крупные белые зубы, которые легко могли бы раздробить пальцы взрослому человеку.

Но мужчина был не робкого десятка, к тому же прекрасно знал, как справиться с норовистой красавицей. Не прошло и нескольких минут, как рыжая кобыла заняла место своего двойника. И в конюшне вновь стало привычно тихо. Удовлетворенно вздохнув, мужчина направился к выходу.

Когда он вышел наружу, занималась заря, и в ее еще не ярком свете глаза мужчины на миг сверкнули безумным блеском. Но уже в следующее мгновение он упрямо тряхнул головой и посмотрел туда, где за деревьями был полускрыт дом, в котором он прожил почти всю свою жизнь. Лицо его выражало непримиримость и с трудом сдерживаемую ярость.


Человек, сидевший по другую сторону стола, откашлялся.

— Вам ведь приходилось сталкиваться с подобными вещами, не так ли? — спросил он, с сомнением оглядывая офис.

Айрин догадывалась, что его взгляд, должно быть, споткнулся на комнатных цветах и пальме в кадке. Возможно, они и выглядят не слишком официально, недовольно подумала она, зато очень оживляют комнату.

— Неоднократно, — ответила она, перебирая бумаги, лежавшие на столе, с таким видом, словно у нее дел невпроворот.

Однако с тех пор как умер отец, число клиентов заметно уменьшилось. Не каждый решится доверить свои секреты женщине, которая выглядит намного моложе своих тридцати двух лет. Кроме того, табличка, висевшая на двери офиса, гласила: «Кристофер Бейтс. Частный детектив» и входивший сразу испытывал разочарование, видя вместо означенного какую-то девицу.

— Вам достаточно подробно описать свою жену и рассказать, при каких обстоятельствах вы видели её в последний раз. Я сделаю все возможное, чтобы добиться удовлетворительных результатов.

Мужчина колебался, по-видимому все еще неуверенный в том, что она справится с задачей, и Айрин подавила нетерпеливое восклицание. Проклятье, думала она, что в этом сложного — отыскать пропавшую половину?! Отец расследовал сотни таких случаев, и, как правило, беглянку находили в постели другого мужчины.

— Вы, конечно, понимаете, что все должно держаться в строжайшем секрете? — продолжал занудствовать посетитель, и Айрин состроила самую убедительную мину из тех, что были в ее арсенале. Но она никак не могла отделаться от впечатления, что перед ней сидит не самый выгодный клиент. Поношенный костюм и стоптанные ботинки заставляли Айрин сомневаться в том, что он в состоянии оплатить ее услуги.

— Любая информация, которую мне предоставляют, сугубо конфиденциальна, — заверила она, все больше чувствуя, что ей не хочется браться за это дело. Но нищие не привередничают, да и мать не похвалит ее, если она начнет швыряться клиентами.

— А цены? — проговорил ее визави, словно стараясь оттянуть момент, когда придется давать описание жены. — Они договорные?

— К сожалению, нет. — Айрин всегда ненавидела эту сторону дела. — Сто фунтов в день плюс расходы. И боюсь, мне придется попросить у вас аванс.

— Аванс?! — Глаза, полуприкрытые до сих пор, округлились, сделав малопривлекательное, незапоминающееся лицо похожим на совиное.

Айрин полагала, что мужчине лет пятьдесят, но преждевременные морщины и опущенные уголки рта добавляли еще лет шесть.

— Так принято, — проговорила она как можно официальнее. — В конце концов, если вы не будете удовлетворены результатами поисков вашей жены, вы всегда можете отказаться платить. Но вы сами понимаете… — Айрин натянуто улыбнулась, — что расходы предстоят немалые. Однако я буду подробно записывать свои траты каждый день и при первом же требовании отчитываться перед вами.

— Хм…

Мужчина нахмурился, и Айрин почувствовала еще большую неловкость. Если бы дело касалось ее одной, она с удовольствием послала бы его куда подальше. Например, в другое агентство, где им занялся бы мужчина, внушающий ему большее доверие.

Но Айрин не могла себе этого позволить. Несмотря на юридическое образование, получить которое стоило уйму времени и сил, это была единственная доступная ей работа. Конечно, если бы она решилась отправиться в Манчестер, может, и удалось бы найти адвоката, который согласился бы дать ей шанс. Но в маленьком городке вроде Хартфорда всегда существует армия опытных клерков, только и ожидающих, чтобы освободилось чье-нибудь место.

Мужчина пошарил в кармане и достал оттуда бумажник, оказавшийся на удивление толстым. Открыв его, он бросил пачку банкнот на стол перед Айрин.

— Для начала этого будет достаточно? — спросил он. — Здесь две тысячи.

Айрин постаралась скрыть изумление. Большинство клиентов, с которыми ей приходилось сталкиваться, оплачивали вперед лишь двухдневные расходы, и ни пенсом больше. Да с этими двумя тысячами можно решить массу проблем! Например, внести арендную плату за помещение и дать Эмми деньги, чтобы та смогла поехать с одноклассниками на двухдневную экскурсию.

— Я… Прекрасно, — невпопад сказала она, однако удержалась от того, чтобы сразу потянуться за деньгами. Отцовские наставления не прошли даром. Прежде чем взять деньги, надо было выяснить, за что их платят. Даже если на первый взгляд дело казалось совершенно невинным.

Мужчина, который прежде сидел, положив ногу на ногу, выпрямился в кресле и подался вперед.

— Значит, вы хотите узнать ее имя? И когда в последний раз я видел ее?

— Не мешало бы, — шутливо заметила Айрин, но, не видя ответной реакции, посерьезнела. К тому же она еще не дала согласия. О чем ей без конца твердил отец? Сначала убедись, что все законно.

— Ладно. — Мужчина кивнул. — Ее фамилия Кларк, Аделейд Кларк.

— Аделейд… Кларк. — Айрин, схватив чистый блокнот, записала имя женщины на обложке. Аделейд… Почему-то это имя показалось ей пришедшим совсем из другого мира, нежели тот, к которому принадлежал скользкий субъект, сидевший напротив. Хотя…

— Ее никто не видел вот уже два месяца. — добавил мужчина.

Час от часу не легче, вздохнула Айрин. Неужели он ждал два месяца, прежде чем сообщить о пропаже жены? Или до сих пор этим делом занималась полиция?

— А как зовут вас? Мистер Кларк? — отважилась спросить она, приподняв темные брови. — Разумеется, эта информация только для меня.

Он нахмурился:

— Это необходимо?

— Если вы не возражаете.

Он немного поколебался.

— Джейнус… Меня зовут Джейнус Кларк, — фыркнув, повторил он. — Можно продолжать?

Айрин записала его имя под именем жены, затем подняла взгляд:

— Конечно. Наверное, лучше начать с описания. Или, может быть, у вас есть фотография?

— Что? Ах да. — Джейнус Кларк снова порылся в карманах и выудил откуда-то маленький снимок. — Эта устроит? — спросил он, в явном раздражении дернув плечом.

Айрин взглянула на карточку. Изображение блондинки с пышными формами было немного смазано, поэтому рассмотреть детали не удалось.

— Хм… Сколько миссис Кларк лет? — спросила Айрин, удивленная привлекательностью женщины.

— Я… — Он поколебался, а затем, решившись, громко выдохнул: — Тридцать девять. Да, именно так!

Айрин кивнула и занесла информацию в блокнот.

— Полагаю, вы сообщили о ее исчезновении в полицию?

Мужчина уставился на свои руки, лежавшие на коленях.

— Да-да. Разумеется, я поделился с копами своими подозрениями. Но знаете что? — Он поднял взгляд. — Они не захотели меня слушать.

— В это трудно поверить! — воскликнула Айрин.

— О, меня подробно расспросили, — хрипловато пробормотал он. — Но я не смог предоставить никаких доказательств. И тогда я понял, что придется разыскивать ее самому.

Айрин растерялась:

— Хотите сказать, что сообщили в полицию об исчезновении жены и там ничего не предприняли?

Джейнус Кларк пожал плечами.

— Что-то в этом роде. — Затем, видя недоверие, написанное на ее лице, сказал: — Да, именно так.

— Но…

— Видите ли, когда она исчезла, мы уже жили врозь, — резко добавил он, и Айрин начала подозревать, что посетитель понапрасну отнимает у нее время.

— Жили врозь?

— Да. — Кларк бросил на нее неприязненный взгляд. — Она ушла от меня полгода назад. Женщины! — Он нахмурился. — Эта сука даже не оставила записки.

Сука!

Айрин что-то пометила в блокноте, а затем прикрыла его сверху другим листком бумаги, не желая, чтобы мужчина прочел написанное.

— Если ваша жена оставила вас полгода назад… то вряд ли вас должно волновать, куда она направилась. Возможно, она сама не хочет, чтобы вы это знали, мистер Кларк…

— Я знаю, куда она направилась, — грубо перебил он.

Айрин почувствовала легкую тревогу. Она была одна во всем здании, сотрудники других контор разошлись по домам больше часа назад. Айрин отпустила и Дорис, заверив ту, что справится одна. Она задержалась только ради Кларка, который объяснил ей по телефону, что не может освободиться раньше шести.

— Если вы знаете… — тихо начала Айрин, вспоминая, что старый револьвер отца все еще лежит в верхнем ящике стола. Правда, неизвестно, есть ли там патроны.

— До того как она исчезла, я точно знал, где живет Аделейд, — чуть менее раздраженно сообщил он. — Но, как я уже говорил, никто не видел ее в последнее время, и мне бы хотелось узнать, где она. Вам понятно?

— Понятно. — Айрин вздохнула, обдумывая, как лучше сформулировать следующий вопрос. — Не могли бы вы сказать мне, почему она… ушла?

— А вы как думаете? Этот подонок соблазнил ее, почему же еще? — Кларк заскрежетал зубами. — Он увел мою жену, миссис Бейтс. А теперь она исчезла, и он не может сказать куда.

Айрин не стала его поправлять. Хотя ее фамилия была не Бейтс, иногда было удобнее позволять людям думать, что это так. Это сохраняло некоторую анонимность личной жизни; а настоящей фамилией она пользовалась, когда не хотела афишировать род своей деятельности.

Итак, все становилось на свои места. Эта женщина, Аделейд Кларк, ушла к человеку, которого знал ее муж. Возможно, к его другу. Теперь уже бывшему, конечно. Если все именно так, то Айрин не видела причин отказываться от дела.

— Этот мужчина… — осторожно начала она. — Вы его знаете?

— О да! Я его знаю, — прорычал Кларк, оскалив пожелтевшие от никотина зубы. — Его фамилия Роуленд. Ли Роуленд. Вы наверняка о нем слышали. Это его владения простираются к западу по шоссе.

Нельзя демонстрировать клиенту свое потрясение. Но Ли Роуленд… Айрин не могла в это поверить. Что общего может иметь человек вроде Ли Роуленда с женой Джейнуса Кларка?

Однако, судя по фотографии, Аделейд Кларк — красивая женщина, с ней не стыдно показаться на людях любому мужчине. А то, что у Ли Роуленда полно собственных проблем, вовсе не означает, что он потерял интерес к противоположному полу. Жизнь полна неожиданностей. Уж ей-то следовало бы об этом знать.

— Я знаю, кто такой мистер Роуленд, — сказала Айрин. И добавила, чтобы ее слова не были поняты превратно: — Конюшни Роуленда известны каждому не только в городе, но и далеко за его пределами. — Она набрала в легкие больше воздуха: — Мм… Как ваша жена познакомилась с мистером Роулендом? Вам известно об этом?

Кларк с усмешкой посмотрел на Айрин.

— Еще бы мне не знать! Ведь она работала у него.

— Вот как? — Темные брови Айрин снова приподнялись, но на этот раз она решила, что ее не смутить. — Ну что ж, это многое объясняет. И чем же она там занималась?

— Вы имеете в виду, какую работу он ей предложил, не так ли? — После того как Айрин кивнула, он потер переносицу грязным пальцем. — Вроде бы канцелярскую. Во всяком случае, так она говорила.

— Хорошо. — Айрин добавила эту информацию к своему списку. — Как долго она там проработала?

— Довольно долго. — В голосе Кларка зазвучала горечь. — Достаточно долго для того, чтобы мерзавец смог убедить ее бросить меня. Мы были вполне счастливы, пока она не начала работать в Хиллтопе.

— И где же она жила, оставив вас? — Айрин нетрудно было об этом догадаться, но ей хотелось, чтобы Кларк сказал сам.

— У Роуленда, конечно. Она поселилась там полгода назад.

— А-а! — Айрин прикусила нижнюю губу. — И вы считаете, что у них был роман?

— Я так не считаю. Я знаю это. — Кларк поморщился: — Она ведь оставила меня, верно? Почему же еще она могла это сделать?

Айрин могла бы назвать ему не одну причину, но решила оставить их при себе.

— А теперь, вы говорите, она там больше не живет?

— Она пропала, — мрачно поправил ее собеседник. — Я… я ведь любил эту глупую сучку. И ни на минуту не упускал из виду, с тех пор как она ушла.

Айрин усомнилась в том, есть ли связь между любовью и слежкой, но тут же выбросила эту мысль из головы. Мотивы поступков клиентов ее не касаются. Если жена ушла от Кларка, вряд ли потребует много труда узнать, где она сейчас.

— Итак, вы бы хотели выяснить, где сейчас работает миссис Кларк, — осторожно сказала Айрин, исключая более зловещее объяснение событий.

— Если она еще где-нибудь работает, — мрачно вставил он, и Айрин с трудом подавила тревогу, вызванную этими словами. — Я же сказал, что она исчезла больше восьми недель назад, и, похоже, с тех пор никто о ней ничего не слышал.

— Ваша жена могла уехать из города, — предположила Айрин, не давая воли дурным предчувствиям. — Возможно, миссис Кларк не хотела, чтобы… кто-нибудь узнал, куда она направилась.

— Я не верю в это, — хрипло возразил Джейнус Кларк. — Этот ублюдок что-то скрывает. Вы ведь наверняка помните, что случилось с женой Роуленда.

Айрин втянула в себя воздух.

— Неужели вы всерьез думаете, что…

— ….что он убил Аделейд? Почему бы и нет? Ведь в первый раз ему удалось выйти сухим из воды, не так ли?

Айрин судорожно выдохнула.

— Миссис Роуленд погибла в результате несчастного случая.

— Вот как?

— Конечно, — заявила она, чувствуя, однако, что едва сдерживает внутреннюю дрожь. — Кроме того, миссис Кларк была наемной служащей. Чтобы избавиться от нее, мистеру Роуленду достаточно было ее уволить.

Кларк заметил нерешительность Айрин и поспешил возразить:

— А что, если Аделейд не захотела уйти по-тихому? Она довольно благоразумна и осторожна, однако может причинить массу неприятностей, если сочтет это выгодным. Сомневаюсь, что бизнесу Роуленда пошла бы на пользу плохая реклама.

Айрин покачала головой. То, что поначалу казалось ей рутинным делом, внезапно приобрело масштабы серьезного расследования. Или приобретет, если она поверит хоть слову из обвинений этого человека. Господи, он что — сумасшедший? Ли Роуленд вовсе не Синяя борода. Его жена умерла при подозрительных обстоятельствах, но все обвинения были с него сняты.

И все же…

Айрин прекрасно помнила душераздирающие газетные заголовки пару лет назад, когда Синтия Роуленд сломала себе шею, катаясь на лошади, чей скверный нрав был известен ее мужу. Женщина находилась на третьем месяце беременности; это был бы второй их ребенок.

Однако несмотря на беременность Синтии, всем было известно, что Ли Роуленд не ладит со своей женой. Поговаривали, будто они продолжают жить вместе только из-за дочери, которой тогда шел третий год. Намекали даже, что ребенок, которого носила Синтия, был не от мужа. Что у нее был роман, и за это-то муж ей и отомстил.

Разумеется, все это высказывалось в форме предположений. Газеты очень старались не пропустить ничего, что могло бы дать повод Ли Роуленду возбудить против них судебное преследование. Но факт оставался фактом: Синтии Роуленд не следовало кататься на той лошади, и никто не дал удовлетворительного объяснения, почему две лошади одинаковой масти, но очень разных темпераментов оказались не в своих стойлах.

Расследование приняло драматический оборот, когда отец Синтии на судебном заседании во всеуслышание обвинил во всем своего зятя. Адвокату даже пришлось увести его из зала. Ли Роуленд на протяжении всего процесса сохранял хладнокровие и был крайне немногословен, однако доказательств его вины найдено не было.

Нет, Айрин не могла позволить Кларку выдвигать ничем не подкрепленные обвинения.

— Смерть миссис Роуленд признали несчастным случаем, — твердо повторила она. — Меня вовсе не удивляет, что в полиции вас не приняли всерьез, если вы пришли туда с голословными утверждениями вроде этого.

— Вы обещали, что все сказанное останется между нами, — резко напомнил он. — Так вы хотите получить эту работу или нет? У меня нет времени… ходить вокруг да около.

Айрин сделала вид, что изучает свои записи, чтобы выиграть время и собраться с мыслями. Действительно ли арендная плата и поездка Эмми стоят той головной боли, которую ей, похоже, сулит это дело? Пока что Айрин приходилось заниматься только разводами и распутыванием махинаций со страховками. Она зарабатывала на пропитание, но и только.

Если не обращать внимания на домыслы клиента, все может ограничиться обычными расспросами, Аделейд Кларк какое-то время работала у Ли Роуленда, поэтому наверняка найдутся люди, которые помнят ее. Так что нетрудно будет выяснить, почему и куда она скрылась. Должно быть, зная о том, кто такой Кларк, они просто не захотели делиться с ним информацией.

— Мне нужно еще кое-что выяснить, — сказала наконец Айрин, надеясь, что ей не придется жалеть о своем решении. — Когда вы заподозрили, что Ли Роуленд проявляет интерес к вашей жене? Разговаривали ли вы с ней, после того как она вас оставила? И забрала ли она с собой все свои вещи?


Было уже больше восьми часов, когда Айрин добралась до своей квартиры, где жила с матерью и дочерью. Пока она ехала в старом отцовском «мини-купере» по пустынным улицам городка, стемнело и похолодало, однако в квартире было тепло и уютно. Бабушка и внучка смотрели телевизор в гостиной, освещенной мягким светом настольной лампы.

— Как ты поздно! — воскликнула Маргарет Бейтс. — Я поставила в духовку твой ужин часа два назад, так что вряд ли он теперь съедобен.

— Не беспокойся. Днем я съела бутерброд в кафетерии, поэтому не очень голодна, — ответила Айрин, улыбаясь дочери, которая вяло помахала ей рукой. — Привет, дорогая. Надеюсь, ты сделала уроки, прежде чем уставиться в ящик?

— Сделала, — небрежно сказала Эмми, — еще до ужина.

— Конечно, мне следовало бы предупредить вас, что я задержусь. Но я не думала, что это займет так много времени, — виновато улыбнулась Айрин.

— Да, позвонить не мешало бы, — с укоризной заметила мать. — Дорис была с тобой?

— Да нет. — Айрин почувствовала легкое раздражение. — У нее сегодня важное свидание, поэтому я ее отпустила. — Не говоря уж о том, что Дорис еще не было восемнадцати и она только отвечала на телефонные звонки и кое-что печатала на машинке.

Миссис Бейтс покачала головой:

— Ну и глупо. Ты знаешь, как я отношусь к встречам с клиентами после рабочего дня. Твой отец — другое дело, он был мужчиной и мог постоять за себя.

— Я тоже могу за себя постоять, — поморщившись возразила Айрин, — Честное слово, мама, ты порою бываешь такой шовинисткой!

— Реалисткой, — поправила Эмми, отвлекаясь от мыльной оперы, которую смотрела, и с теплом глядя на мать. — Не спорь, мы ведь обе знаем, что твоя храбрость не спасет тебя от ножа. Смотри на вещи здраво. Тебе не справиться с настоящим разбойником.

— Я не имею дела с настоящими разбойниками, — произнесла Айрин, взглядом умоляя дочь попридержать язык. Эмми ведь знала, как тревожится бабушка! Неужели не могла придумать что-нибудь получше, чем предположить, что Айрин подвергается риску? — Ты слишком много смотришь телевизор, — добавила она. — Мои дела намного ординарнее.

— Пока. — Эмми, судя по всему, решила проигнорировать немую мольбу матери и оставить последнее слово за собой. — А кто был тот человек, с которым ты встречалась сегодня? Тоже ординарный?

Айрин подумала о двух тысячах фунтов, лежавших в сумочке, и тем не менее решительно заявила:

— Ординарнее не бывает! И, насколько тебе известно, я никогда не обсуждаю с тобой мою работу.


Только оказавшись в постели, Айрин позволила себе снова подумать о свалившемся на нее деле. Она до сих пор не была уверена в том, что приняла правильное решение, взявшись за него. Айрин плотнее закуталась в одеяло, словно пытаясь спастись от охватившего ее внезапно озноба.

Но ведь об исчезновении Аделейд Кларк она знала только со слов ее мужа. И то, что в этом исчезновении — если оно действительно имело место — было что-то подозрительное, не более чем предположение. Ее клиент не вызывал особого доверия, и, имея такого мужа, Аделейд вполне могла сбежать от него.

Возможно, она переехала, нашла другую работу и позаботилась о том, чтобы замести следы. Айрин и на миг не поверила в причастность Ли Роуленда к исчезновению женщины. Все это казалось надуманным и попахивало скорее местью, чем желанием установить истину.

Если же предположить, что Аделейд связывали с Ли Роулендом личные отношения, то что из этого следует? Нет такого закона, который запрещал бы мужчине иметь роман со своей служащей. Единственный неприятный аспект ситуации заключался в том, что он привел чужую женщину в дом, который делил с Синтией. Он должен был понимать, что подобный поступок вызовет пересуды. Или его это не волновало?

Роуленды были женаты всего три года, когда произошла трагедия. Айрин выяснила это сегодня вечером, просматривая старые газетные отчеты. Она также узнала, что их дочь едва не стала свидетелем рокового несчастного случая.

Айрин вздохнула. Уже не в первый раз ей ужасно захотелось, чтобы отец был жив и она могла поделиться с ним своими сомнениями. Она была бы благодарна ему за любой совет. Его опыт дорогого стоил. Какая жалость, что им удалось поработать вместе всего несколько месяцев, прежде чем он умер от инфаркта! Инфаркта, вызванного, по глубокому убеждению матери, перенапряжением на работе.

Как бы мне сейчас пригодилась его мудрость, да и любая мужская поддержка, с грустью призналась себе Айрин. Но с тех пор как погиб Сэм, она как огня боялась серьезных привязанностей и, несмотря на то что после смерти мужа прошло уже больше десяти лет, крайне редко допускала мужчин в свою жизнь.

Поначалу оправданием служила Эмми, и действительно, после случившегося она уцепилась за маленькую дочку, как утопающий хватается за соломинку. Айрин испытывала тогда горечь и боль. Она столь многим пожертвовала ради Сэма Тревора и, какое бы опустошение ни ощущала после его гибели, не могла не осуждать его за предательство.

Конечно, родители Айрин оказались на высоте. Несмотря на то что им никогда не нравился Сэм, в трудную минуту они поддержали дочь. Дали Айрин и Эмми крышу над головой, когда пришлось продать домик Сэма, и помогали деньгами.

Айрин взбила подушку, пытаясь устроиться поудобнее, но мысли о предательстве мужа еще больше усилили тревогу, которую она испытывала на протяжении всего вечера. Слушая рассказ Джейнуса Кларка о неверности жены, она вспоминала о многом, что давно следовало бы забыть…

Айрин познакомилась с Сэмом, когда училась на втором курсе университета. В пасхальные каникулы она приехала в родной городок и работала в супермаркете — расставляла продукты на полках, чтобы заработать деньги на оплату учебы. Тогда-то он и обратил на нее внимание. Ее это так воодушевило, вспоминала Айрин. Все девушки были очарованы красивым молодым помощником менеджера, и, поскольку ничто человеческое не было ей чуждо, Айрин польстило это внимание..

Они стали встречаться. Поначалу все было легко и весело, но к Рождеству их отношения серьезно осложнились. Сэм хотел, чтобы она осталась в Хартфорде, вместо того чтобы продолжать учебу. Он без ума от нее, твердил Сэм, и не знает, что сотворит с собой, если сейчас она уедет.

Айрин поняла это так: если она вернется в университет, он не станет ее дожидаться. И поскольку считала, что влюблена в него, то плюнула на юридическое образование, вышла за Сэма замуж, переехала в принадлежавший ему крошечный домик и устроилась на постоянную работу в супермаркет.

Они были счастливы — во всяком случае, какое-то время. Даже родители, крайне разочарованные ее решением оставить учебу, преодолели свою гордость и помогли им купить машину. Появление на свет внучки они восприняли с радостью, хотя и считали, что Айрин и Сэму следовало бы скопить немного денег, прежде чем заводить ребенка.

А потом, за неделю до второго дня рождения Эмми, мир Айрин разлетелся на куски. Сэм сказал ей, что едет в Манчестер по делам. Но когда полицейские пришли сообщить ей ужасную новость, им пришлось признаться, что в машине помимо Сэма была женщина. Смерть обоих наступила мгновенно, когда «форд» врезался в фургон, стоявший на площадке для отдыха. Айрин оставалось только гадать, что заставило Сэма съехать с полосы движения.

На дознании выяснилось, что оба были пьяны, и за отсутствием доказательств обратному был вынесен вердикт о смерти в результате несчастного случая, вызванного алкогольным опьянением. Позже стало известно, что у Сэма с этой женщиной был длительный роман, начавшийся, когда Айрин еще была беременна.

Нельзя сказать, чтобы она сожалела обо всем, связанном с Сэмом. Дочь была постоянным источником радости для Айрин. Но когда Эмми исполнилось шесть лет, она поняла, что пора устраивать собственную жизнь. Айрин поступила в университет и завершила образование. Правда, приходилось каждый день ездить в другой город, а вечером возвращаться домой, чтобы поцеловать Эмми на ночь.

Однако по окончании университета, когда Айрин попыталась найти работу, выяснилось, что это практически невозможно. Никто не хотел брать тридцатилетнюю мать-одиночку, когда вокруг полно было ничем не обремененной дипломированной молодежи. После нескольких месяцев безуспешных поисков отец предложил ей временный выход! Его секретарша ушла на пенсию, и ему нужен помощник, сказал он, а знание законов, приобретенное Айрин, будет весьма кстати.

Поначалу она думала, что это лишь проявление доброты со стороны отца. Совсем не похоже было, чтобы ему требовался помощник, так как работы едва хватало на одного. Но постепенно Айрин пришла к выводу, что и от нее может быть польза. Она сосредоточилась на юридическом оформлении документов, чтобы отец смог направить свои таланты на расследование дел.

Мы были хорошей командой, думала Айрин, чувствуя, как к горлу подступает комок. Кроме того, работа увлекла ее и она с интересом вникала во все тонкости. Но затем с отцом случился инфаркт, и на некоторое время деятельность агентства прекратилась. Айрин уже опасалась, что придется искать себе новое занятие.

Но постепенно ей удалось завоевать доверие людей, и, поскольку несколько дел Айрин завершила успешно, все опять наладилось. Вот почему она не колебалась, когда Кларк попросил ее о встрече в неурочный час. Она не могла позволить себе дать отрицательный ответ.

И все же…

Лунный свет, проникший сквозь шторы, упал на ремешок сумки, которую она принесла в спальню. Айрин не рискнула оставлять конверт с деньгами там, где его могла бы обнаружить дочь. Или мама, со смущением добавила про себя Айрин. Она не была уверена в том, что мать одобрит ее. Откуда взялись эти деньги? Законно ли их происхождение? И зачем Джейнусу Кларку понадобилось, чтобы она выслеживала его жену?

Загрузка...