Метаморфы

Глава 1. Встреча

В лесу было холодно, я зябко ёжилась и куталась в шубейку, корни той самой травы упорно не находились. Я уже час бродила среди деревьев, но видимо сегодня духи леса не хотели быть ко мне благосклонными. И вот выйдя на опушку и побродив по ней в безуспешных попытках, я спустилась снова в лес и замерла. Передо мной стоял барс. Снежно-белый и красивый, чуть поодаль из-за кустов вышла, кажется, волчица, отливающая серебром. Оба зверя уставились на меня, а я на них. Затем я вдруг произнесла:

— Удачной дороги.

И развернувшись, продолжила свой путь, сердце колотилось, как сумасшедшее, и я пыталась уговорить себя, что все будет нормально. Я ведь не трогала их и не лезла в их дела, и даже не нападала на них, а значит они не должны преследовать меня. Зачем им это делать? Я прислушалась к шуму позади себя, не сбавляя шага. Сзади было тихо, ни шага, ни дыхания. Не сдержавшись, я все же обернулась. Никого не было. Облегчённый вдох помимо моей воли вырвался из меня. Я ходила по лесу, раздумывая о том, что это странно, что барс, такой прекрасный и гордый зверь, бродит тут, в захолустье? Допустим, волк ещё понятно, здесь часто их видеть стали. Не нападают, просто видят людей и уходят. Кстати, как раз волчицу и видели… я призадумалась.

Забыв про всякие уже корешки, я решила двигаться домой, сегодня погода не радовала совсем, дул промозглый ветер и от него задубели руки так, что я не чувствовала пальцев. Неожиданно я словно почувствовала какую-то волну воздуха, едва не сбившую меня с ног и ещё холод, не такой, который был вокруг, а такой холод, от которого поднимаются волосы на ногах дыбом. Я поёжилась и беспомощно оглянулась, и даже вздрогнула, когда раздалось волчий вой.

Та волчица… неужели что-то случилось? Чтобы могла означать эта волна?

До дома оставалось совсем немного, когда вдруг передо мной выскочила та самая волчица, она резко затормозила, и мы пару мгновений смотрели друг на друга, затем она подскочила ко мне и вцепилась в полу шубейки. Я дёрнулась, пытаясь вырваться, но волчица явно не собиралась меня кусать, она тянула меня за собой. Первые мгновения мне захотелось оттолкнуть её любыми силами, но видя её какое-то отчаяние и слыша странное по-собачьи поскуливание, я вдруг сдалась, и мы понеслись по снегу в глушь леса. Она неслась впереди, иногда останавливаясь, чтобы посмотреть добежала ли я. Я бежала следом, мне было жарко, а горло обжигал холод, я взмокла и раскраснелась наверняка, и меня мучили всякие мысли. Я и представить не могла, что может случится с гордым и большим в принципе зверем настолько плохое, что его не смогла спасти волчица, и она попросила помощи у меня, маленькой травницы из глуши, скачущую по сугробам в рваной шубейке не со своего плеча.

Мы неожиданно вылетели на полянку, волчица затормозила у дерева и, скуля подползла к сугробу, и тихонько завыла, вся её поза вызывала боль и тревогу. Я медленно подошла, это был не сугроб, а барс, но его тело почти было не заметно на фоне снега, лишь когда он раскрыл свои глаза и посмотрел на меня, я заметила его среди этой белизны. Я упала рядом с ним на колени, ему было больно, я почти физически чувствовала эту боль, но меня больше терзало отчаянье. Я не могла ему помочь. Осмотр ничего не дал, никаких повреждений, а его дыхание становилось все слабее. А глаза бледнее. Что с ним? Что?

Волчица снова завыла, да так, что мурашки взметнулись вверх, я положила руки на тело барса и, закрыв глаза, поводила ими над ним. Странный способ, но говорят у женщин есть интуиция, и она часто помогает лечить людей. Правда он не человек, впрочем, он и не похож на обычного зверя. Звери такого плана не ходят странными компаниями по заснеженному лесу и не воют так от боли и страданий, я думаю.

Я приоткрыла глаза и ойкнула, отдёргивая руки. Видение пропало. Просто тело, ничего больше, я снова прикрыла глаза и постаралась настроиться как в первый раз. Приоткрыв глаза, я внимательно всмотрелась в то, что меня так напугало сначала. Тёмное пятно прям напротив сердца, похожее на ураган. Оно кружилось, словно поглощая тело барса и на фоне его белой шерсти казалось ещё более темным. И оно становилось больше. Я не могла его коснуться, хоть и старалась.

— Не трогай его!

Я вздрогнула и, обернувшись, отползла немного в сторону. Среди деревьев появился парень, высокий и тёмный, он тяжело дышал и переводил взгляд с меня на барса, потом на волчицу и опять на меня. Я подняла в примиряющем жесте руки. В его руках было что-то, шар..? Похоже он маг…

— Отойди от него, ты!

Я медленно начала вставать, его шар был направлен прямо на меня, но вдруг передо мной встала волчица, словно бы защищая меня и опять завыла, я опомнилась.

— Ему нужна помощь, но я не могу ему помочь.

— Помощь? — Парень нахмурился ещё сильнее и посмотрел на меня так, словно пытаясь прочитать у меня лбу, вру я или нет, потом перевёл тяжёлый взгляд на волчицу.

— Да… Она меня сюда привела… к нему, но я не могу помочь ему, правда. На нем нет ран.

Про пятно тьмы я говорить не стала, это звучит слишком… странно, что ли? Нет, магия — это конечно здорово, но я не слишком опытна в этом деле и не могу сказать точно, что я видела. Может мне вообще показалось… парень, не слушая меня, потушил магический шар в своих руках и бросился к барсу. Осмотрев его, он видимо пришёл к тем же выводам, что и я, потом снял с себя накидку и бросил мне, и подхватив браса, потащил его с опушки. При чём сделал это так легко словно не нёс гигантскую кошку на руках, а просто прогуливался по лесу. Я присоединилась к нему, неся его куртку. Наверняка он наложил на себя какое-то заклинание, вряд ли бы такому не слишком выдающемуся силой парню удалось бы поднять барса без этого. Волчица неслышно бежала за нашей странной процессией.

Вскоре мы подошли к порталу, и парень вместе с волчицей просто скрылись в нем. Я задержалась немного перед ним, чтобы попытаться всё обдумать, но мне было слишком любопытно, да и к тому же я почему-то действительно переживала за этого барса. Портал принял меня как родную и схлопнулся за моей спиной, словно там никогда и не было сияющего круга-двери в другое пространство. Мы прибыли в точно такой же, по моему мнению, лес, только ветра тут было меньше, а я пришла как раз вовремя чтобы застать злые слова мага и потерять от них дар речи:

— Ты тупая дура.

Чего? Я запнулась и уставилась на этого странного незнакомца, потом он, заметив мой возмущённый взгляд, лишь бросил «Это не тебе», чем привёл меня ещё в большее изумление и даже лёгкий испуг. Если не мне, так кому? Я обернулась к волчице, она прижала уши и выглядела весьма и весьма опечаленной. Это он ей? Он разговаривает с волчицей? Похоже парень где-то умом повредился, я промолчала.

— Когда твой брат узнает, он тебе голову оторвёт и правильно сделает. — Опять начал бубнить маг, — а если он ещё узнает, что ты шашни с котом этим переростком замутила, так вообще…

Я молчала, понимая, что процессия и правда странная… И этот маг меня начинал пугать, мне уже не казалось такой уж хорошей идеей шагнуть за ним в портал. Кроме того факта, что он разговаривал с волчицей, так ещё и говорил с ней так, словно она разумное животное и что-то да понимает, ах да и ещё шашни водит с вот этим данным барсом. Ну все… надо уходить, пока ему деревья отвечать не начали…. Волчица в ответ на его отповедь тихо зарычала.

— Я-то не расскажу, успокойся, думаю он и сам сообразит, что к чему. Ну надо же было додуматься! А если он умрёт? — Парень обернулся к волчице и зло взглянул в её глаза. — Это будет на твоей совести, так и знай.

Дальше шли в безмолвии. Потом я начала словно бы отставать, планируя сделать вид, то запнулась, а потом потеряться совсем.

— Не отставай, — Когда мой план почти удался, парень поймал мой взгляд, — мне ещё понадобится твоя помощь. Она, — он кивнул на волчицу, — все равно пока ничем не может помочь.

План провалился, и я была признаюсь ужасно расстроена этим, мне казалось, он совсем меня не замечает и слишком увлечён распинанием волчицы и своей ношей.

— Почему ты с ней разговариваешь? — Все же не выдержала я, поравнявшись с магом, он был выше меня, тёмные каштановые волосы были неопрятными и слишком длинными, сзади они были перехвачены наполовину тонким ремешком, видимо, чтобы не лезли в глаза. Лицо было смугловатым и каким-то жестоким, оно мне не нравилось, откровенно говоря, но все же это пока был единственный мой собеседник, я послала волчице косой взгляд. С ней я пока я не собиралась разговаривать, по мне это было чересчур. До такого я ещё не докатилась, впрочем, волчице было не до меня.

— С кем?

— Ну с ней… — я смутилась, может, это я чего-то не понимаю, — она же зверь…

Парень посмотрел на меня очень внимательно, и вдруг ответил вопросом на вопрос:

— Ты думаешь, он тоже просто зверь?

Я осторожно кивнула, ну конечно я подозревала что-то тут не так, но все же не догадывалась, что именно.

— Это не так. Он метаморф, и она тоже.

— Метаморф? Что это значит?

— Это значит, что он человек, который по своему желанию может перевоплощаться в животное.

— В какое-то одно?

— Да.

— Как оборотень?

— Не совсем, но да…

— То есть она девушка на самом деле?

Я попыталась представить, что это не волчица передо мной, сверлящая меня взглядом голубоватых глаз, а девушка, которая может в любой момент сбросить свою шкурку, как в сказках и заговорить, и барс… я тоже перевела на него взгляд. Он станет парнем? Таким же белым?

— Да, я же сказал, — раздражённо буркнул парень.

— Невероятно…

— О, да, просто магия, бум… — саркастически прокомментировал мой недовольный собеседник. — Беги вперёд, там впереди будет избушка, стучи туда и скажи Генри, что Саймона сейчас принесу, и он ранен.

Я кивнула и неловко побежала вперёд, куртка парня изрядно мешала бегу. Но я старалась, и больше всего боялась заблудиться, потому что это совсем не тот лес, который я знала. Это было совершенно другое место. Наконец, к моему облегчению из деревьев показался деревянный сруб, из трубы которого вился дым. Я, задыхаясь, примчалась и с грохотом обрушила свои кулаки на деревянную дверь. Мне открыли сразу, и там, на пороге, возник мужчина, больше похожий на лесоруба или кузнеца, чем на того, кто мне поможет помочь.

— Мне нужен Генри… там Саймон… он ранен.

— Что? — Глаза мужчины под густыми нахмуренными бровями сверкнули и снова потухли. — Где он?

— Он там с парнем в чёрном, кажется, магом… и волчица ещё. Они идут сюда, — оборачиваясь и показывая на лес, сообщила ему я. После он скрылся за дверью, оставленной незакрытой. Из дома пахнуло деревянной стружкой и ещё травами, как в моей избушке. Я бросила куртку мага на табурет около входа.

— Распахни дверь, — скомандовал мне Генри из глубины сруба, что я и сделала, сначала с любопытством заглянув внутрь. В избушке было тесновато, хоть и мало мебели. Генри подошёл к столу и смахнул все со стола и расстелил на нем ткань, похожую на скатерть, потом начал рыться в сундуке, звеня какими инструментами. Неужто лекарь?

— На нем нет ран, — вдруг почему-то сообщила я, все также стоя на пороге тёплой избушки и чувствуя себя несколько неуютно. Мужчина прервался и посмотрел на меня:

— Правда?

— Да, я осматривала его…

Мужчина бросил искать и доставать инструменты, а вместо этого выудил холщовый мешочек из сундука и стал доставать из него кристаллы по комнате их набиралось много. К тому времени как он закончил, из леса показалась волчица и за ней парень с барсом Саймоном.

— Генри, — кивком парень поприветствовал лекаря, тот не обратил на него внимания, даже принимая тело уже бессознательного барса и выкладывая его на стол. Я стояла, прикрыв дверь, и мялась на пороге, не зная, что делать. Вдруг дверь открылась, едва не задев меня краем, на пороге появилась девушка, она куталась в короткую куртку из-под которой виднелась длинная белая рубаха явно мужского кроя. Её лицо было заплаканным, пепельные волосы спутанными и распущенными.

— Где Рэйн? — Её голос дрожал.

— Он на охоте, — не отрывая взгляда от барса, проговорил парень в тёмном. Она тихо всхлипнула. Похоже это была та самая волчица. Они все были так обеспокоены, на их лицах были страх и сомнения за здоровье друга, это трогало моё сердце, но чем я могла им помочь? Генри установил кристаллы и те кружили над телом барса, едва помещавшегося на столе, маг стоял неподалёку, переминаясь с ноги на ногу, волчица плакала. И вдруг я увидела это снова. Тьма образовала словно дыру в его груди и высасывала из него что-то. Что это было? Я видела, как Генри словно пытается что-то сделать с этим, залатать эту дыру, но все без толку.

— Что это? — Мой голос прозвучал в тишине как-то печально и слишком громко, все обернулись ко мне, потом раздался сдавленный шёпот девушки:

— Что ты видишь?..

— Воронку… чёрную… она словно высасывает из него жизнь… а ты видишь? — Я обернулась к ней, её глаза вдруг расширились… потом она выпалила:

— Генри! Это поцелуй тьмы! Это не цветок!

— Черт! Много уже? — Генри выжидательно посмотрел на меня, я поняла, что боюсь этого всепоглощающего внимания со всех сторон, но меня вытолкали поближе к середине комнаты, где лежал барс. Я оглядела его, воронка занимала примерно всю его грудину и доставала до шеи почти. Я молча показала руками размер, а потом быстро отдёрнула руку, потому что воронка жглась. В прошлый раз, когда я пыталась нащупать её, она была чуть тёплой, сейчас же жглась как сумасшедшая. Генри заковыристо выругался. Девушка зашлась в оглушающих рыданиях. Что-то было не так, парень в тёмном стоял, сцепив руки, и на его лице отражалась боль. Видимо они не могли уже ничего делать, раз просто стояли, когда умирал их друг и любимый. Хм… в голове промелькнула идея. Я сбросила шубейку с плеч и попробовала снова коснуться воронки, она жглась больно, но все ещё терпимо. Я тянула руку к середине воронки, откуда бил скрученный луч жизненной энергии Саймона. Я смогла его коснуться, по ощущениям, это был тёплый канат. Когда я коснулась его, я почувствовала жар, любовь, трепетность, боль, словно сами чувства Саймона проходили через меня потоком. Мне даже казалось я вижу обрывки его воспоминаний. Я прикрыла глаза, его душа… Да, наверное, это была она и она словно билась в испуге, я протянула руку и коснулась маленького огонька, интуитивно погладила его, посылая ему лучи любви и спокойствия. Его энергия, она уходит, ещё немного и огоньку будет нечем питаться. Я обхватила этот канат и дёрнула изо всех сил, Саймон издал глухой полурык-полустон. Я дёрнула увереннее, канат поддавался. Хм…

— А ножницы или нож есть? — Мой вопрос повис в воздухе, а лица окружающих отражали недоумение и страх, все смотрели на мои руки. Да уж…

— Зачем? — Рыдания девушки затихли ненадолго.

— Я… — я смутилась, — Я обрежу этот канат, чтобы он больше не высасывал энергию из него и все…

— И все? — Генри, насупившись, посмотрел на меня, — это может убить его, но может и сработает… У нас все равно нет выбора, держи.

Мне вручили тяжеленный нож. Руки жгло сильнее, и я морщилась, когда снова пришлось погружать их в воронку тьмы. Я сильно дёрнула за канат вниз, словно пытаясь сбросить какого-то человека, ползшего наверх. Канат поддался на мгновение, и тут я резанула ножом. Ещё мгновение ничего не происходило, но воронка ослабла, а потом растаяла совсем. А барс в одну секунду словно задёргался на столе, из его пасти потекла кровь, зверь словно пытался соскочить со стола. Я отшатнулась от него в испуге. Но он дышал… тяжело с хрипотцой, но дышал.

— Саймон! — Крики слились воедино, его все тискали и обнимали, и напряжённость, стоявшая в избушке, растаяла в тот же миг. Они были счастливы. Внутри кольнула зависть, у меня таких друзей сроду не было, чтобы в огонь и в воду…

— Он будет жить, — утирая скупую слезу, сообщил Генри, подтверждая мои собственные мысли, — помят, но жить будет…

Следующей для обнимания оказалась я… Меня грубо сжали в тисках, от чего мои лёгкие, признаюсь, были не в восторге, я охнула и когда меня все же перестали хлопать по спине и плечам и поздравлять, слиняла из избушки на улицу, выдохнуть. Там я с наслаждением сунула руки в снег. Они не выглядели обожжёнными, но все равно саднили. Я не знаю, сколько сидела за избушкой, я уже стала подмерзать, когда вдруг позади раздались шаги, я резко встала, руки были красными от снега. Передо мной стоял высокий парень в темной одежде с мехом, его лицо было перекошено от гнева, и он в ярости сжимал кулаки. Увидев меня, накал его страстей поубавился.

— Здрасте… — тихо поприветствовала я его, вспомнив о приличиях, а сама подумала, как потактичнее свалить отсюда.

— Ага здрасте, — он отвернулся, затем все же вернулся ко мне взглядом, — это ты спасла что ли Саймона?

— Ага… — кивнула я, опуская взгляд долу.

— Спасибо… — его сдержанное спасибо кажется было куда большим внутри, я подарила ему улыбку и отвернулась, снова опуская руки с снег.

— Ты здесь ещё долго будешь? Холодно же…

— Там слишком шумно и… радостно.

Я надеялась, что моя заминка не будет замечена, поэтому просто продолжала разглядывать снег. Вдруг на плечи лёг тулуп, я удивлённо приподнялась.

— Это похоже надолго, ну шумно и радостно, — он послал мне веселую улыбку, я робко улыбнулась в ответ, — возвращайся скорее, хорошо? А то замёрзнешь, да и мы будем ждать тебя.

— Ждать? — я была озадачена, но тот похоже озадачился моим озадачиванием ещё больше.

— Ну да, ты теперь наша героиня, не можем мы тебя просто так отпустить. Впрочем… если бы не некоторые, то всего можно было избежать… — словно снова надевая маску гнева, проговорил парень, — но как есть, так пусть и останется.

С этими словами он ушёл, я смотрела ему вслед, машинально поправив сползающий тулуп. По-моему, это Рэйн, пронеслась мысль, тот самый, что брат волчицы. Интересно он тоже волк?

Я ещё некоторое время простояла на улице и все же рискнула вернуться обратно, где меня ожидал новый мир, встретивший меня улыбками и одобрением. Этот новый мир был потрясающим, и он поглотил меня на долгие месяцы. Моя избушка была теперь моим пристанищем только на ночь, а все оставшееся время я проводила у них, куда меня любезно переправлял тот вечно недовольный и хмурый парень по имени Лойель. Обычно мы оставались либо в доме у Генри, либо в доме у Лейлы, той волчицы, и её брата Рэйна. Саймона отправили отдыхать и восстанавливаться куда-то далеко, и я почти о нём не слышала сначала. Потом правда Рэйн отобрал у Лойеля какой-то магический шар и с помощью него я могла отправлять Саймону сначала записки, а потом целые письма.

Я наслаждалась каждым днём. Я была шаманкой и травницей, но это не афишировала, впрочем, у кучи метаморфов как-то не было к ним неприязни, а вот к темным — да. Кто такие эти тёмные конкретно и что их отличает от нормальных людей, я не слишком поняла, а уточнять не стала, потому что я и так просила все разжёвывать, чтобы понять, и Рэйн периодами смотрел на меня как на несмышлёного ребёнка. А мне это не нравилось, мне хотелось выглядеть перед ним самым лучшим образом.

В последнее время мы с Рэйном проводили много времени вместе. Гуляли, смотря друг на друга и даря глупые улыбки, но первое время, когда ещё с его уст не снизошли слова о симпатии ко мне, мы просто бродили по заснеженному лесу и разговаривали. Тогда я и узнала о темных подробнее. Есть какой-то культ, как я поняла, которые занимаются запрещённой и не очень хорошей магией. Эта магия очень разрушительна и требует много энергии, а в качестве носителя энергии для своих очень больших и ресурсозатратных экспериментов — они ловят метаморфов, а их и так не очень много, и они редко открываются кому-либо. Боятся. Вот то, что было с Саймоном, — это было проклятие, которое высасывало его энергию и передавало им, напитывая их его жизнью. Звучало жутко. В других случаях они обычно просто похищают метаморфов и тогда они уже не возвращаются обратно. Никогда. Как мне удалось прервать столько опасный и дико сложный процесс — не знаю, но видимо, как сказал Генри, у меня просто не было осознания, что не получится, и я не знала, что это сложно. Потому и получилось. Рэйн считал меня феей добра, чем вызывал каждый раз у меня улыбку.

Рэйн… да, за эти седмицы, чтобы мы прогуляли вместе и проболтали, мы так привязались друг к другу, что его признание лишь открыло нам новые горизонты и сблизило нас ещё больше. Однако я так и не ответила ему «Я тебя тоже», просто не смогла. Он нравился мне, это была правда, но не до такой степени. Правда я решила не акцентировать на этом внимание и просто позволила всему идти так, как будет. Потом был первый поцелуй и ещё один, и ещё. Нам было хорошо вместе. Лейла шутила. что мы точно нашли друг друга, потому что она никогда не видела своего брата таким счастливым. Счастье все длилось и длилось и, казалось, ему не будет конца.

Но у всего бывает конец.

Он настал в снежный вечер. Снег шёл весь день, покрывая новыми слоями деревья перед моей избушкой, сейчас же только редкие снежинки кружили над землёй и тихо ложились на сугробы. Я тихо напевала и пряла нить, было тепло и тихо, когда посреди этой тишины раздался стук. Деревенские часто приходили ко мне по вечерам, потому без страха или удивления я встала и открыла дверь. На пороге стоял высокий парень, закутанный в плащ с шарфом из грубой вязки на шее, из его рта вылетали клубы пара. Я задумалась, но никак не могла его вспомнить.

— Чем могу помочь?

— Аселия? — Парень стянул капюшон и с тёплой улыбкой взглянул на меня, он был худощав, лицо с острым подбородком, измождённые черты лица, словно после долгой болезни, голубые глаза и тёмные короткие волосы. Но я все ещё не узнавала его.

— Да…

Кого он мне напоминает? — Мелькало в голове, но я никак не могла понять, кого…

— Я Саймон.


Загрузка...