Музыка сердца

Кэти Эшли «Музыка сердца» 2015

Серия: «Сбежавший поезд»

Номер в серии: 1

Перевод с английского языка

Переводчик, редактор, оформитель:

Светлана Дорохова

Глава 1 Эбби

Мои ковбойские сапоги громыхали по неровному тротуару, когда я ныряла между рядами гастрольных автобусов. Вокруг звучала скримо[1] рок-музыка, отдаваясь эхом на тесной парковке. Мимо меня проходили роуди[2] и техники со звучащей в гарнитурах и рациях скрипучей болтовней. Как только они бросали свои взгляды на висящий у меня на шее пропуск, то уже не спрашивали, что я тут делаю, и не предлагали помощь.

Сильная июньская жара палила спину и обнаженную кожу выше тонких бретелек сарафана. Я заворчала и дернула катящийся за мной чемодан, в то время как кейс с гитарой на правом плече казался мне набитым свинцом.

«Рок-нация» — один из самых крупных музыкальных фестивалей в стране. На протяжении трех дней выступали сотни групп, и шоу продолжалось круглосуточно. Музыкальные фанаты разбивали лагеря посреди пустыни и воссоздавали что-то наподобие Вудстока. Ну, это только то, что мне рассказали. Сама я последние два дня проводила не с тысячами вонючих и грязных незнакомцев. Я только что сошла с Боинга-737, следовавшего из Аустина, штата Техас, и села в ближайшее такси до арены.

Моим единственным настоящим интересом на «Рок-нации» была возможность увидеть «Лестницу Иакова» — возглавляющую чарты группу в стиле кроссовер и христианский рок. Так случилось, что три ее участника Гейб, Эли и Миха — мои старшие братья и причина, по которой я брожу по парковке посреди пустыни.

Обливающаяся потом, потерянная и разочарованная — это не совсем то, что я себе воображала, когда мои братья попросили меня присоединиться к их летнему туру. Я уже не в первый раз колесила с ними по стране с тех пор, как они оказались в центре внимания два года назад. Но мне впервые приходилось решать, действительно ли неприкаянное существование музыканта по мне. После того, как, по словам моего брата Эли, я выложилась по полной программе для руководителей студии грамзаписи, мне предложили роль солистки. Она была свободна, потому что мой самый старший брат Миха покидал группу в связи с тем, что женился и поступал в семинарию.

Докатив чемодан до остановки, я опустила на землю кейс с гитарой. Прикрыв ладонью глаза от яркого солнца, я посмотрела на автобусы. Поверьте мне: если вы видели один гастрольный автобус, то можно считать, что вы видели их все. Далеко не все группы могли назвать их своим домом вдали от родного очага. И прямо сейчас я столкнулась с бесконечными рядами тесно прижавшихся друг к другу автобусов, между которыми едва можно было пройти.

Вглядываясь в лобовые стекла, я искала привычную разноцветную бумажку с номером автобуса. Хоть убейте, но я не могла вспомнить номер, который должна была искать. Я вытащила из сумки телефон и просмотрела сообщение от Мики. «Не можем тебя встретить, как планировали. Отсыпаемся после шоу в 4 утра. Пропуск будет в билетной кассе. Подходи к автобусу. Номер 419. Мы уезжаем в 9 утра с тобой или без тебя».

С разочарованным ворчанием я сунула телефон обратно в сумку. Большую часть времени мальчики были гораздо внимательнее ко мне. Видимо, они посчитали, что раз это мое не первое пребывание на родео, то я смогу, так сказать, сама о себе позаботиться. Обычно они пытались обращаться со мной, как с десятилетним ребенком, а не двадцатиоднолетней девушкой.

— Где же этот 419-ый автобус? — прорычала я.

— Ага, так насколько сильно ты хочешь увидеть Блэйна Беннетта? — раздался у меня за плечом голос.

Я обернулась и увидела роуди, гадко ухмыляющегося очень бедно одетой девушке. После упоминания о возможности приблизиться к своему кумиру та прижалась к нему.

— Очень сильно, — промурлыкала она.

Ой, фу. Для такого дерьма как-то рановато.

— Э-э, простите? — спросила я.

В то время как девушка меня заметила, роуди проигнорировал.

— Эй, я с тобой разговариваю! Может, я, конечно, и не трусь о тебя, но обращаюсь именно к тебе.

Роуди раздосадовано крякнул, прежде чем развернуться. Но его раздражение немного угасло, когда он окинул меня с головы до ног своим взглядом извращенца.

— И что я могу для тебя сделать, сладенькая?

Девушка, должно быть, подумала, что теряет свой шанс увидеть Блэйна, кто бы он ни был, потому что обошла роуди и попыталась загородить меня.

Вытянув шею, я сказала:

— Послушай, мне нужен автобус номер 419. Я должна найти «Лестницу Иакова».

Роуди закатил глаза, и мне даже не хотелось гадать, что эта дамочка с ним вытворяла. Я отвернулась, меня накрыла волна отвращения. Я уже собиралась сказать парням все, что я о них думаю, когда, наконец, найду их. Поняв, что ничего не добьюсь от роуди, я топнула ботинком о тротуар, как раздосадованный ребенок, каковым я себя и ощущала.

— Послушай, у меня есть пропуск, и если я не доберусь до автобуса «Лестницы Иакова» как можно быстрее, то они очень сильно разозлятся. А еще я дам им твое полное описание, чтобы они могли уволить твою бесполезную задницу!

Роуди тут же вернулся к реальности и слегка отодвинул девчонку.

— Подожди секундочку, детка. Блин, она так и будет меня доставать, пока я не отведу ее к автобусу.

Девушка надула губы.

— Ты же обещаешь, что вернешься ко мне и отведешь к Блэйну?

Он с энтузиазмом закивал головой.

— Если только ты продолжишь делать то, что делала.

Она усмехнулась, а он повернулся и побрел ко мне.

— Если я не доставлю Джейку его телку, он точно меня уволит, — пробормотал роуди.

— Что? — переспросила я, когда тот дернул меня за локоть.

Мы протиснулись между еще несколькими автобусами. Подойдя к одному из них, он постучал в дверь. В проеме показался водитель с печеньем в одной руке и наушниками в другой.

— Да?

— Она должна быть в автобусе, — ответил роуди.

Водитель осмотрел мой багаж и кейс для гитары.

— Ты уверен?

Я раздраженно выдохнула и помахала перед его носом пропуском, висящим у меня на шее.

— Да, и парни действительно придут в ярость, если вы уедете без меня, — рявкнула я.

Роуди фыркнул.

— Наверно, она – их развлечение в дороге.

— Я их сестра, но большое спасибо.

— Как скажешь, детка. Судить не мне, — ответил водитель. Он положил печенье и наушники и потянулся вперед, чтобы взять мой кейс. — Парни...

— Еще спят. Да, я знаю, и поверьте мне, знаю, что лучше их не беспокоить! — ответила я, поднимаясь по ступенькам. Я обернулась, когда роуди сунул мне чемодан. — Спасибо. Ты так мне помог.

Тот что-то проворчал себе под нос и ушел. Водитель запер дверь, а потом с облегчением снова уселся на свое место.

Показывая в сторону своеобразной гостиной, я сказала:

— Пойду устроюсь, пока парни не проснулись.

— Хорошо, — пробормотал он, а потом надел наушники. Думаю, он был очень рад отделаться от меня.

Я прошла по проходу и плюхнулась в одно из капитанских кресел. Уф, абсолютно дерьмовое утро. Потирая виски, я пыталась унять уже нарастающую головную боль. Ее вызвало не только стрессовое утро, но и то, что я еще ничего не ела – при моей гипогликемии это недопустимо. Я проспала и так сильно торопилась в аэропорт, что забыла взять коробку с закусками, которую собрала мне мама, до сих пор непонимающая, что мне двадцать один, а не двенадцать. Я не осмелилась заглянуть в шкафчики, чтобы посмотреть, какая еда имеется у ребят. Я была уверена, что они жили, перебиваясь лишь одним фаст-фудом.

Поэтому вместо этого я откинулась назад и закрыла глаза, надеясь, что быстрый сон поможет избавиться от головной боли. Произошло это незадолго до того, как меня убаюкало мягкое покачивание автобуса, катящего по шоссе.

Когда я проснулась, у меня болели голова и шея от ударов о большое панорамное окно. Подняв руки над головой, я потянулась и зевнула. За окном виднелись пшеничные поля, простирающиеся так далеко, насколько хватало моих глаз. Боже, как долго же я спала? Часы на телефоне показывали почти час. Я развернулась на кресле и обнаружила, что в гостиной автобуса по-прежнему пусто и тихо, как в могиле.

Должно быть, парни пребывали в одном из своих коматозных состояний после вызывающих море адреналина кутежей. Иногда они могли провести сорок восемь часов без сна, но потом целый день ходили разбитые и гашеные.

Я взяла телефон и отправила Гейбу сообщение: «Просыпайся, соня! Мне одиноко. Мои братья совершенно не умеют приветствовать свою младшую сестренку!».

Прошла всего секунда, прежде чем телефон зажужжал. «Привет, Малышка. Заходи в спальню. Я просто отдыхаю».

Я улыбнулась и написала ему в ответ: «Сейчас буду».

Вытащив себя из кресла, я прошла мимо коек, где похрапывали Эли и Миха. Осторожно приоткрыла дверь в комнату, утопающую в темноте.

— Гейб?

Я удивилась, не обнаружив включенного телевизора или его самого, играющего в Иксбокс.

— Я только что тебе отправила сообщение, так что не думай, что сможешь притворяться спящим.

Споткнувшись о груду одежды, я приземлилась прямо на край кровати.

— Габриэль Эндрю Ренард, если так ты хочешь пошутить, то это не смешно!

Из-под одеяла вырвался долгий стон, и ко мне подвинулось тело. Когда я была маленькой, то парни, особенно Гейб, любили меня пугать. Я уже чувствовала, к чему все это клонится, и после такого утра у меня совсем не было настроения.

— Ну, что ж, отлично. Если ты собираешься вести себя как придурок, то я возвращаюсь обратно.

Я разочарованно проворчала и начала подниматься с кровати.

И тут вокруг моей талии обвилась рука и дернула меня назад на матрас.

— Что... — начала я, когда теплое мужское тело толкнуло меня на спину и придавило своим весом. Мне потребовалась всего одна секунда, чтобы понять, что это не Гейб.

Обжигающие губы накрыли мои собственные, и я вздрогнула. Они жадно и с сильным желанием прижались ко мне, пока пальцы погрузились и запутались в моих волосах. Когда я открыла рот, чтобы возразить, внутрь ворвался язык, кружа и дразня мой.

Мгновение мое предательское тело наслаждалось ощущениями, пульсирующими во мне. А потом я осознала, что позволяю незнакомцу бурно осуществлять первый этап отношений, в то время когда его рука переходит уже ко второму раунду. Со всей силой я его оттолкнула.

— Отвали от меня! — завизжала я.

Он проигнорировал меня, а его пальцы сжали подол моего платья. Он издал ленивый смешок.

— Бри, детка, какого черта ты легла в постель в одежде?

Бри? Этот придурок лапал меня, потому что принял за другую. Я стиснула зубы и ударила его по голой и очень рельефной груди.

— Я не Бри!

С моего тела тут же убрались руки, и я услышала над собой мычание. На прикроватной тумбочке зажегся свет. Увидев зависшее надо мной сногсшибательное, потрясающее лицо, я глубоко вздохнула. Его темные волосы торчали в разные стороны, а в ушах было несколько сережек. Сверху на меня смотрели голубые глаза, затуманенные смесью недосыпа и желания. Он упивался моей внешностью, задержавшись на вздымающейся груди и том, как платье собралось на моих бедрах. На его лице растянулась соблазнительная улыбка.

— Нет, ты определенно не Бри. Ты ее превзошла, мой Ангел.

Когда он снова начал наклоняться ко мне, чтобы поцеловать, я вскинула перед его лицом руку.

— Послушай, если на это тебя подначил Гейб, то шутка окончена. Ты меня поймал. Ха-ха.

Его брови нахмурились, и в одной из них я заметила серебряное колечко.

— Кто, черт возьми, такой Гейб?

Мое сердце слегка встрепенулось, и я попыталась унять покалывающий мое тело страх.

— Разве не мои братья подговорили тебя на это?

— Нет, детка, я так не думаю.

— О, Боже, — простонала я, прижимая к глазам ладонь.

— Так ты хочешь сказать, что забралась ко мне в постель не специально?

Я убрала руку и взглянула на него.

— Конечно, нет! Я даже тебя не знаю.

— Ну, так дай мне шанс узнать тебя получше. — Он снова вжался в меня, и на краткий миг я боролась со страстным желанием, охватившим все мое тело. В конце концов, я никогда не целовалась с незнакомым парнем и не оказывалась в постели незнакомца. Я даже никогда не была в постели со своим парнем. Мой опыт с парнями, по большей части, отсутствовал.

— Нет, мне нужно идти, — пробормотала я в его настойчивые губы.

— Тебе не нужно с этим бороться. Обещаю, я не буду потом плохо думать о тебе. И я доставлю тебе такое сильное наслаждение, что ты и сама не будешь плохо о себе думать, мой Ангел.

Когда стало ясно, что отпускать меня он не собирается, мое желание погасила ярость. Кто он вообще такой, чтобы прижимать меня и пытаться узнать лучше? Собрав все силы, на которые была способна, я двинула коленом прямо ему в пах.

— ТВОЮ МАТЬ! — простонал он, скатываясь с меня.

Воспользовавшись случаем, я выбралась из постели. Распахнула дверь спальни и вывалилась в коридор.

— Ладно, парни, повеселились и хватит, пора заканчивать этот цирк! Лучше вам прямо сейчас притащить сюда свои жалкие задницы! — прокричала я.

С коек свесились три пары ног. Почти одновременно они спрыгнули на пол. С выражением недоумения на лицах на меня глядели мутными глазами полностью покрытые татуировками три рокера разной степени раздетости.

— Вот дерьмо, — пробормотала я, покачнулась, и у меня перед глазами все померкло.

Глава 2 Джейк

Мою промежность охватила убийственная боль, и я застонал. Минуту назад я обнимался с ангелом, сошедшим прямо с небес, а в следующее мгновение в моем хозяйстве бушевал пожар.

Сквозь туман в голове я услышал, как ангел устроила истерику, а потом раздался громкий стук. Как только перед глазами перестало все расплываться, я сжал зубы и, шатаясь, выбрался из постели. Зажав ладонями сквозь боксеры свои ноющие от боли яйца, я вывалился из дверей спальни.

Ангел, превратившаяся в бушующую стерву, без сознания лежала в коридоре. Рядом с ней сидел Эй-Джей, прижимая ее голову к своим коленям, пока мои товарищи по группе, Брайден и Рис, стояли на коленях и глядели на нее в безмолвном удивлении.

Когда Брайден заметил меня в дверях, то сощурил свои темные глаза. Он встал и шагнул мне навстречу, крепко сжав челюсти. Его двухметровая мускулистая фигура могла бы казаться угрожающей, если бы я не знал, каким сердобольным слабаком он был.

— Чувак, что, черт возьми, происходит?

Я всплеснул руками.

— Откуда я знаю? Я проснулся и обнаружил ее в своей постели, а потом она заехала мне по яйцам!

Эй-Джей покачал темноволосой головой и хихикнул.

— Тебе нужно поработать над своей игрой, чувак.

Я отмахнулся от него, а потом протер кулаками глаза, прогоняя сон.

— Я думал, это Бри... То есть, она все время на гастролях прокрадывается ко мне в постель на остановках. Но потом эта цыпочка что-то сказала про чувака по имени Гейб и ее братьях, которые подговорили меня на это.

— Это все проясняет. Иначе что такой милой пуританской девушке делать в твоей постели? — заметил Рис, его голубые глаза мерцали весельем, когда он крутил свою бриллиантовую сережку-гвоздик в ухе.

Мы все уставились на девушку. Нет, она, определенно, не была поклонницей группы, как Бри. Она напомнила мне жену Брайдена, Лили. Они влюбились еще в школе, и каким-то образом их отношения пережили последние восемь лет безумия, когда наша группа переехала из гаража на крупнейшие арены страны.

Почесав темную щетину на подбородке, Эй-Джей гадко усмехнулся.

— Хм-м-м, в этом сарафане и ободке она похожа на Сьюки Стэкхаус из «Настоящей крови». Чистая, но чертовски сексуальная.

Рис поморщился и покачал темно-русой головой.

— Черт возьми, нет. На лицо она в сотни раз красивее, чем Сьюки! — Он жестом показал на декольте ангела. — И, черт побери, только посмотрите на этот бюст.

Брайден в отчаянии хмыкнул.

— Парни, вы можете хотя бы на минуту перестать думать передним местом и сосредоточиться на том, что у нас на полу лежит в обмороке бедная беспомощная девушка!

— Брай, ты слишком долго женат, — задумчиво проговорил я, продолжая рассматривать блондинку. В ее лице ко мне будто прижимались сами небеса. Ну, до тех пор, пока она со всей силы не ударила меня между ног.

Раздался стон, и мы все отскочили назад, будто нас поймали за чем-то неприличным. Она несколько раз похлопала глазами, прижав ладонь ко лбу. Ее брови нахмурились, когда она кончиками пальцев потерла линию волос. А потом распахнула глаза и уставилась на нас. Ее лицо сморщилось от разочарования.

— О, Боже, это не кошмар.

Эй-Джей рассмеялся.

— Знаешь, обычно девчонки гораздо более взволнованы от встречи с нами, чем ты.

Ее синие глаза расширились.

— О, простите, если я показалась грубой. Я совсем не это имела в виду.

Я скрестил руки на груди.

— Ударить меня между ног было грубо, детка.

Она склонила голову набок и одарила меня убийственным взглядом, а потом кое-как села.

— Ты бы не перестал приставать ко мне. Что еще мне было делать? — огрызнулась она.

Брайден ощетинился, встав между нами.

— Каким-то образом эту пикантную подробность ты умудрился опустить в своем рассказе.

Эй-Джей протянул руку.

— Давай, Сьюки, поднимем тебя с этого грязного пола.

Она кинула на него озадаченный взгляд.

— Но меня зовут не Сьюки. Я Эбигейл... то есть, Эбби.

Как только Эй-Джей поднял ее, она упала ему на грудь, пытаясь удержать равновесие. Я закатил глаза, когда тот, похоже, стал получать намного больше удовольствия от того, что она прижималась к нему, цепляясь ладонями за его рубашку.

Должно быть, Брайден тоже это понял, потому что взял Эбби за руку.

— Давай садись сюда.

Он указал на одно из капитанских кресел.

— Ну что, придурок, повеселился, полапав ее? — прошипел я Эй-Джею.

Тот усмехнулся.

— Только что тут был маленький кусочек небес. — Он закрыл глаза и прижал ладонь к сердцу. — Diablo linda, esas tetas se sienten increible. Me gustaria metertelo hasta que estes gritando. Черт возьми, какие потрясающие сиськи. Как бы мне хотелось входить в тебя, пока ты не закричишь.

Эбби застыла перед нами. Она отпрянула от Брайдена и развернулась.

— ¡Ni te lo pienses sucio! Даже не думай об этом, пошляк!

Глаза Эй-Джея распахнулись, а брови в шоке взлетели вверх.

— Откуда ты, черт возьми, знаешь испанский?

— Мои родители были миссионерами. И большую часть своих ранних лет я провела за границей: в Мексике, Центральной Америке и Бразилии. Хотя мой португальский не настолько хорош, как испанский. — Она задрала голову, чтобы посмотреть на Эй-Джея. — ¡Pendejo! Придурок!

— Ха-ха! Да, я придурок, что сказал такое! — покатился он со смеху. — Приношу свои извинения, Сьюки... то есть, Эбби. — Потом он протянул ей руку. — Меня зовут Алехандро Хоакин Ресендиз, иначе известный как Эй-Джей — исключительный барабанщик «Сбежавшего поезда» и твой потенциальный латиноамериканский любовник.

Эбби улыбнулась и протянула ему руку, чтобы пожать его ладонь.

— Эбби Ренард.

Темные глаза Эй-Джея расширились.

— Черт... Ренард, как Ренард Пэриш в «Настоящей крови»? Видишь, ты бы точно могла быть Сьюки!

— Вполне себе чародейка, не так ли, Эй-Джей? — со смехом спросила Эбби.

— Все что угодно для тебя, mi amor, любовь моя. Ты вообще знаешь, какую реакцию вызывает разговор на свободном испанском, слетающий с таких губ, как у тебя? — Он закатил глаза от удовольствия.

— Нет, но я уверена, что ты мне расскажешь поподробнее, да?

Я не мог не захихикать. Чем дольше Эбби «Ангел из ада» говорила, тем больше я от нее балдел. Она не благоговела перед нами и даже отлично парировала — мои яйца служили тому свидетельством.

Тут вперед вышел Рис и протянул Эбби руку.

— Рис Макгоуэн — басист и, если ты ищешь настоящего мужчину, гораздо лучший выбор, чем этот придурок. — Он ткнул пальцем в сторону Эй-Джея.

Тот поднес ладонь Эбби к своим губам.

— Просто помни. Латиноамериканские мужчины самые лучшие.

— Я постараюсь это запомнить, — пробормотала она. Забрав свою руку у Эй-Джея, она прижала ее к голове. — Уф, и почему у меня до сих пор так кружится голова?

Эй-Джей нырнул в холодильник за бутылкой воды и протянул ее Эбби, пока Брайден опустился на колени рядом с ней.

— Может, зажать голову между коленями? — предложил он спокойным, успокаивающим голосом.

В этот момент Рис оторвал бумажное полотенце, сунул его под струю воды и протянул Эбби. Я глядел на своих товарищей по группе со смесью недоверия. Они так увлечены тем, чтобы впечатлить Эбби своей заботой. Такого никогда, никогда не происходило с девушкой в автобусе. Находящиеся здесь цыпочки ошеломляли и поражали нас своими сексуальными талантами. А когда с ними было покончено, их бесцеремонно выпроваживали из автобуса.

Но полагаю, что мотивы Брайдена отличались от наших. Он выполнял роль отца и опекуна группы, будучи при этом отцом четырехлетнего Джуда и восьмимесячной Мелоди. И несмотря на сиськи и задницы, крутящиеся перед его лицом двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю, он оставался верен своей жене. И хотя я подкалываю его по этому поводу, но на самом деле я восхищаюсь его преданностью.

Эбби судорожно выдохнула.

— Со мной все в порядке. Правда, вам не нужно возиться со мной. — Она пригладила волосы и смахнула несколько пылинок со своего платья. — У меня гипогликемия, поэтому иногда я отключаюсь, когда не поем... а с притоком адреналина из-за того, что я оказалась в постели незнакомца и увидела вас, вместо своих братьев, меня все это подкосило.

Сделав нерешительный глоток воды, Эбби промокнула щеки влажным полотенцем. Когда она подняла глаза, то обнаружила, что мы все пялимся на нее.

— Так, э-э, я полагаю, вам интересно, как я оказалась здесь, да?

Брайден жестом указал на разрешающий пропуск, покоящийся на ее глубокой ложбинке между грудей.

— Я выскажу дикую догадку, но ты села не на тот автобус.

Эбби кивнула. Потом она начала рассказывать, почему вообще оказалась на «Рок-нации». А когда объяснила про роуди и «Лестницу Иакова», я глубоко вздохнул.

— Он думал, что ты искала меня.

— А? — переспросила она.

— Я Джейк Слэйтер. Он же, наверно, был не слишком внимателен, да?

Она кивнула.

— Я хочу сказать, что Джейк Слэйтер и «Лестница Иакова»[3] звучат немного похоже, а если он козел, то, наверно, даже не слышал ничего после буквы «Джей». Он просто предположил, что ты пришла ко мне.

Брови Эбби взлетели вверх.

— А к вам часто в автобус приходят случайные девушки с багажом и кейсом для гитары? — возразила она.

От моей усмешки, которой я наградил ее, на щеках Эбби вспыхнули розовые пятна.

— Неважно, — пробормотала она, отворачиваясь от меня.

Нас прервал звук ее вибрирующего телефона, лежащего на столе. Она схватила его и яростно прижала к уху.

— Гейб, Боже мой, я так рада тебя слышать!

Голос на другом конце провода что-то отчаянно говорил. Она покачала головой.

— Нет, нет, я не струсила отправиться в турне. Просто... я, э-э, я села не на тот автобус.

Его ответ омрачил ее лицо яростью.

— Да неужели? Ну, может, одному придурку из вас все-таки следовало встретить меня! — На следующие его слова она выпалила с негодованием: — Не ты ли критикуешь меня за ругательства? Я взрослая женщина и говорю то, что хочу! Не могу поверить, что ты поставил меня на громкую связь. Эли, если ты не прекратишь смеяться, я вышибу из тебя весь дух, как только увижу! А если ты думаешь, что я не смогу, то просто вспомни Коста-Рику!

Наблюдая за ее вспыльчивостью, я не мог сдержать смех. Остальных ребят тоже поразил извергающийся перед нами вулкан.

— Как это произошло? Там стояло более сотни автобусов, Гейб. Когда я спросила про «Лестницу Иакова», то они подумали, что я имею в виду Джейка Слэйтера.

На другом конце провода голос Гейба завизжал так громко, что мы все смогли его услышать:

— Ты в автобусе «Сбежавшего поезда»?!

— Да, — ответила она и на его следующее заявление фыркнула. — Ну, я пока успела ублажить только барабанщика и басиста, но думаю, что смогу заполучить и остальных. Может, мы еще устроим групповушку с роуди, когда остановимся на обед!

Рис сдержал поднимающийся в горле шум, когда Эй-Джей пробормотал себе под нос: «Твою мать». От ее столь образного предложения даже я не смог унять некое шевеление под своим ремнем.

Она закатила глаза.

— Гейб, разве ты не можешь хоть немного мне поверить? Я держусь за свою девственность уже так долго. Думаю, продержусь еще какое-то время.

Мы все обменялись обезумевшими взглядами. Рис с такой силой потянул свою сережку, что она выскочила из уха и упала на пол. Эй-Джей нащупал рядом с собой бутылку пива и осушил ее одним большим глотком — его грудь тяжело вздымалась, когда он смотрел на Эбби. Даже Брайден занервничал из-за ее заявления. Мы все подумали об одном и том же. Как такое возможно, чтобы сидящая перед нами горячая штучка оказалась... девственницей?

Эбби развернулась и увидела наши выражения лиц. Ее щеки залил румянец, и она опустила голову. Вжалась в кресло и уткнулась лицом в колени.

— Не могу поверить, что только что в этом призналась в комнате, полной парней, — прошептала она. Когда Гейб что-то сказал, ее голос дрогнул от волнения. — Послушай, я просто хочу знать, как мы все это уладим. — После всхлипываний в течение нескольких секунд она подняла голову и осмотрела наши лица. — Да, одну секунду. — Она протянула телефон Брайдену. — Он хочет узнать график вашего турне, чтобы я могла сойти с автобуса и сесть на самолет как можно скорее.

Он кивнул, взял телефон и отошел от нас.

— Привет, Гейб. Это Брайден Ванденбург. Не беспокойся, чувак, я хорошо присмотрю за Эбби, пока мы не сможем вернуть ее вам... — Он дернулся, будто от потрясения. — Я не это имел в виду. Тем более, я женатый человек. Сейчас там, где мы находимся... — его голос оборвался, когда он прошел дальше по коридору.

Рис успокаивающе похлопал Эбби по спине.

— Эй, не волнуйся. Все будет в порядке.

Закрыв голову руками, она пробормотала:

— Спасибо. Я на это надеюсь.

Обойдя Риса сбоку, я опустился на колени рядом с Эбби. Взяв ее подбородок в свои ладони, я приподнял ее голову, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Не переживай, Ангел. Твой брат с Браем все уладят. Обещаю, мы вернем тебя в твой культурный мирок как можно быстрее и раньше, чем тебя слишком травмирует пребывание в нашей компании.

Она отбросила мою руку.

— Что ты имеешь в виду под «культурным»?

Я пожал плечами.

— Я лишь хотел сказать, что ты, очевидно, привыкла к определенному образу жизни.

Ее светлые брови уползли вверх так далеко, что я подумал, будто они достанут до ее белого ободка.

— Ты намекаешь на то, что я маленькая испорченная девчонка, которая привыкла, что перед нею все раскланиваются на каждую ее прихоть?

— Может быть.

Эбби прищурила глаза.

— Мои родители были миссионерами. Ты вообще понимаешь, что это значит?

Мои губы изогнулись в ухмылке.

— Я знаю все о миссионерской позе, Ангел. На самом деле, я пытался познакомить тебя с нею, когда ты ударила меня между ног.

— Ты просто отвратителен! — прокричала она, вскочив с кресла. Она чуть не сбила меня, но я успел встать. Она уткнула мне палец в грудь. — Я заставлю тебя поверить в то, что я не какая-то там примадонна, которая не может обойтись без чьей-либо заботы. Жизнь миссионеров и их семей очень аскетична, так что поверь мне, когда я говорю, что видела множество трудностей. Да, мы жили в крупных города, таких как: Рио в Бразилии и Гвадалахара в Мексике, — но я также пробиралась сквозь джунгли и несколько дней шла без душа, не говоря уже о сотовых телефонах и вай-фае. Так что могу тебя заверить, что ни ты, ни твоя группа веселых негодяев ничем не сможете меня шокировать или напугать!

Я закатил глаза.

— Ой, да ладно. Ты же грохнулась в обморок при виде парней, не говоря уже о том, что выставила на всеобщее обозрение и чуть не скинула свои кружевные трусики, когда я обжимался с тобой.

— Ты пытаешься сказать, что я не смогу продержаться в этом автобусе? — возразила она.

Я склонил к ней голову.

— Да ладно тебе, Ангел. Ты умрешь тысячу раз, если останешься здесь хотя бы на одну ночь: с нами и нашим непредсказуемым либидо, отвратительным языком и плохими манерами за столом.

— Похоже, ты забыл, что у меня три старших брата. Я хорошо знакома с буйными парнями.

Скрестив руки на груди, я ухмыльнулся.

— То есть ты хочешь сказать, что если за ближайшие несколько часов тебе представится возможность сойти с автобуса, ты этого не сделаешь?

Она медленно двинулась вперед, встав лицом к лицу со мной.

— А ты хочешь сказать, что у меня не хватит смелости остаться?

— Именно так.

Эй-Джей поднял руки.

— Эй-эй, какого хрена вы тут творите?

— Назови мне условия, при которых я смогу это доказать, — произнесла Эбби.

Даже не задумываясь, я выпалил:

— Неделя в автобусе.

Ее несгибаемая, как гвозди, решимость чуть пошатнулась.

— Неделя? — пискнула она, ее голос дрогнул.

Рис попытался развести нас в стороны.

— Ну, ладно, это действительно смешно, но вы двое можете остановиться уже на этом, — заявил он. — Позволь мне напомнить тебе, что у Эбби, как и у нас, запланировано турне, на котором она должна присутствовать. Никто никому не должен ничего доказывать, понятно?

Я оторвал взгляд от Эбби и посмотрел на него.

— Тебя это не касается, чувак. Это только между мной и Ангелом.

— Эбби, — прорычала она.

Я выгнул брови, глядя на нее.

— Ну, так что, Ангел?

В ее синих глазах вспыхнула ярость, а потом Эбби развернулась. Протопала к Брайдену и выхватила у него телефон.

— Гейб, планы изменились.

Глава 3 Эбби

— Ты с ума сошла? — распалялся мне на ухо Гейб. С тех пор, как я забрала у Брайдена телефон и сообщила ему о пари, его голос поднялся на октаву. Я отошла подальше от парней, практически вернувшись в спальню, куда влетела не больше двадцати минут назад.

Как только я поняла, что меня никто не слышит, я ответила:

— Нет, большое спасибо, но я совершенно нормальная.

Я снова была на громкой связи с парнями, потому что следующим вмешался Эли:

— Послушай, Эбстер, мы все знаем, когда твой характер берет над тобой верх, а когда ты ведешь себя как испорченная девчонка в духе «я привыкла получать свое». Но ты борешься не с кем-то из нас, этот придурок — мега рок-звезда! Поверь мне, ты ничего не обязана Джейку Слэйтеру. А после сегодняшнего даже не увидишь его больше, поэтому я советую тебе покончить с этим дурацким пари и убраться к черту из этого автобуса! Сейчас же!

— А что такого, Мэтью Элайя Ренард? Только не говори мне, что сейчас ты ругаешься на меня. Как твои небезызвестные подвиги с девушками во время и вне турне отличаются от того, что бывает у Джейка? Что бы мама с папой сказали? — упрекнула я его в трубку.

— Не дерзи мне, Эбигейл Элизабет! — возразил он.

Я шумно выдохнула и прислонилась к стене.

— Да ладно вам, ребята. Турне есть турне. Все это опыт, так что, в конце концов, для меня это будет отличной возможностью.

Эли простонал.

— Возможностью для чего? Быть униженной, пожираемой глазами и потенциально совращенной на одной из зараженных венерическими заболеваниями постелей?

Закатив глаза, я ответила:

— Нет, я просто думаю, что было бы полезно посмотреть на внутреннюю работу другой группы. И думаю, ты очень несправедлив и предвзят к этим парням.

Ну ладно, может, он и прав насчет наличия таких мыслей у всех, кроме Брайдена, но я не сдамся и не позволю Эли это узнать — я никогда не услышу концовки этой истории.

— Эбби, ты же двадцатиоднолетняя девственница, у которой нет опыта с мужчинами, помимо отношений с двумя молодыми солистами групп. Да и с теми у тебя, наверняка, дальше первого этапа не заходило.

— Ха, да будет тебе известно, что с Полом был и второй! — В тот момент, когда слова слетели с моих губ, я съежилась. Последнее, что мне было нужно, чтобы мои братья знали о моем сексуальном прошлом... или его отсутствии.

— Мне нужно избавиться от картинки, которую я только что себе представил, — простонал Гейб.

— Дело твое, — проворчала я.

Эли фыркнул в трубку.

— Независимо от того, что ты делала или не делала, но нам, поскольку мы парни и у нас есть члены, известно немного больше о том, что группа «Сбежавший поезд» думает о тебе сейчас: все они, может, кроме женатого, хотят с тобой переспать! — рявкнул он.

Я выдохнула в тот же момент, когда на другом конце провода раздался шлепок.

— Не говори ей такие вещи, — сделал выговор Миха.

Я была рада, наконец, услышать его голос. Из всех ребят он был самым застенчивым, глубокомысленным, с нежным сердцем и глубокой как океан душой.

— А ты что думаешь, Майк? — спросила я.

Он глубоко вздохнул.

— Помимо того, что я разделяю мнение ребят, я еще пытаюсь смотреть на это, как на важное стечение обстоятельств. Ты — яркий лучик, Эбби, и кто знает, сколько хорошего ты сможешь дать этим парням за столь короткий отрезок времени.

— Точно. Мама с папой воспитывали нас давать людям всех общественных положений и обстоятельств шанс, правильно?

Прежде чем Миха успел ответить, Эли истерично засмеялся.

— Черт, если ты хотя бы на минуту допускаешь, что папа одобрит твое пребывание в автобусе с четырьмя настоящими рокерами, то ты сошла с ума.

Упоминание о нашем отце погасило мою уверенность. О, Боже, что же я наделала? Он убьет меня. Двадцать один мне или нет, но чрезмерно опекающие отцы, похоже, никогда не осознают, что их дочери уже стали взрослыми.

На мое молчание Миха сказал:

— Не беспокойся, Эбби. Я поговорю с ним и попытаюсь все сгладить. В конце концов, мы все знаем твой настоящий характер. Мы знаем, что ты в состоянии это сделать и не поддаться искушению. Верно?

— Ну, да, конечно.

— Тогда с нетерпением жду нашей встречи через неделю.

— Я тоже, Майк.

Он шумно выдохнул в трубку.

— Но даже не думай, что я не буду звонить каждый день, чтобы проверить тебя... может, дважды.

Я рассмеялась.

— Меньшего я от тебя и не жду.

— Люблю тебя, Малышка.

— Я тоже тебя люблю. — Когда остальные парни промолчали, я добавила: — И вас, Гейб и Эли, я тоже люблю, хотя вы и ведете себя как болваны!

Эли издал глубокий смешок.

— Ты знаешь, что мы тебя любим, Эбстер. С тех пор, как мама привезла тебя домой из больницы, ты была такой занозой в заднице.

— Большое спасибо, — проворчала я.

— Если хоть один из тех придурков посмеет положить на тебя даже палец, я забуду призыв подставлять другую щеку и надеру ему задницу, поняла? — прорычал Гейб.

Покачав головой, я усмехнулась.

— Да, я обязательно передам им твое сообщение.

— Рад это слышать.

— Ну, ладно. Полагаю, на этом пока.

Громкий хор возгласов «Пока» эхом отозвался вокруг меня, и я повесила трубку. Прижимая телефон к груди, я задрожала, когда вся чудовищность произошедшего, наконец, обрушилась на меня. Я заключила пари с отъявленным развратником, лидером группы «Сбежавший поезд», что останусь в их автобусе на целую неделю. И о чем, черт возьми, я только думала? Я разочарованно выдохнула. Что ж, нет времени на то, чтобы сейчас переживать об этом. Как говорила моя мама: «Как постелешь, так и поспишь».

При мысли о постели и спальных местах я застонала. И где я собиралась спать? Как бы мне хотелось, чтобы мне не пришлось спать с одним из этих парней. Я оглядела кровати, мысленно посчитав их. Если один из парней спал в спальне, то оставались еще два дополнительных места. Фух, ладно, по крайней мере, мне не придется делить постель с мистером Слэйтером «Руки как щупальца у осьминога».

Глубоко вздохнув, я оттолкнулась от стены и направилась обратно по коридору. Парни, развалившись, сидели за столом, когда я прошла по проходу.

— Все в порядке? — спросил Брайден с выражением глубокой озабоченности.

— Э-э, ну, насколько это возможно, да. Учитывая, что мои братья считают меня сумасшедшей, раз я заключила пари, чтобы остаться в автобусе с группой совершенных незнакомцев, которые еще и настоящие рокеры. — Я выдавила улыбку. — Но, не считая этого, у меня все замечательно.

Брайден кивнул.

— Я могу понять их чувства. У меня самого две младшие сестры, а также восьмимесячная дочка.

— Ой, а можно посмотреть ее фотографию?

Счастливый он вытащил из кармана телефон и протянул его мне. На скринсейвере у него стояла фотография красивой темноволосой и темноглазой улыбающейся девочки, а также мальчика с рыжеватыми волосами и голубыми глазами.

— Это Мелоди Лейн. А это Джуд Пол — ему четыре.

— Дай угадаю. Ты случайно не ярый поклонник «Битлз»? — с улыбкой спросила я.

Рядом с нами простонал Джейк.

— Скорее, Брай одержим «Битлз». Ему нравится думать, что он Пол Маккартни.

На колкость Джейка Брайден лишь добродушно покачала головой.

— Я пишу много песен, прямо как Пол, а еще я отлично играю на гитаре.

Я улыбнулась ему.

— Ну, я тоже обожаю «Битлз». Они любимая группа моих родителей, поэтому я выросла на их песнях.

— Любимая песня? — спросил Брайден.

— Без сомнения, «Пусть будет так»[4].

Он радостно захлопал в ладоши.

— Моя тоже! И она написана потрясающим Полом Маккартни.

Я рассмеялась.

— Точно. — Я снова посмотрела на фотографию. — Брайден, у тебя абсолютно очаровательные дети. У Джуда прямо на лице написано, что он будущий сердцеед.

— Да, он весь пошел в свою мать, а Мелоди, ну, она — точная копия меня.

— Уже в восемь месяцев она потрясающая. Через двенадцать-тринадцать лет у тебя будет куча проблем.

Он поморщился.

— Не напоминай мне об этом. Я буду ее опекать еще больше, чем своих сестер.

Я кивнула.

— Могу только представить, потому что мой отец еще более безумен, чем мои братья. Быть девочкой не просто, особенно с разницей в возрасте. Близнецам, Гейбу и Эли, — двадцать шесть, а Михе — двадцать восемь.

— Должно быть, ты и, правда, избалованная, — с самодовольной ухмылкой заметил Джейк.

Я покачала головой.

— Да, но не так, как ты думаешь.

— Посмотрим, — прошептал он, а потом подмигнул мне.

Я опустилась в одно из кресел напротив парней.

— Так что случилось? — спросил Эй-Джей.

В замешательстве мои брови поползли вверх.

— Случилось?

— Для чего ты приехала на «Рок-нацию»? Просто проверить сцену и потусоваться со своими братьями или что?

Я уже было открыла рот, чтобы ответить, когда Джейк саркастично заметил:

— Очевидно же, что по делу. Она приехала с гитарой, тупица.

— Ну, да — чтобы участвовать в деле, и нет — чтобы тусоваться со своими братьями. Предполагалось, что осенью я возглавлю их группу. По крайней мере, с Гейбом и Эли. Миха планирует покончить с музыкальной карьерой после того, как женится в августе.

— Ух ты, возглавить группу — довольно серьезное дело, — заявил Брайден.

Я кивнула.

— И не говори. Участие в их гастролях во второй половине лета — своего рода предварительная проверка, чтобы посмотреть, действительно ли я этого хочу. Если нет, то парни наймут кого-то другого или останутся дуэтом.

Джейк презрительно фыркнул.

— Тебе в руки падает возможность всей твоей жизни, а ты не уверена, хочешь ли этим заниматься?

— Дело не в том, что я это не ценю. Последние три года я училась на медсестру. Как раз собиралась пройти клиническую практику. — При виде его раздраженного выражения лица, я добавила: — В конечном счете, я считаю, что спасать жизни и помогать людям немного важнее развлечений.

Он вскинул бровь.

— А разве ты не считаешь, что музыка спасает людей?

— Ну, я...

— Определенная песня может показать разницу между жизнью и смертью для того, кто находится в депрессии и хочет покончить с собой. Музыка может вдохновлять и дарить надежду. Она может показать лесть и поклонение, прославлять любовь и людей. — Он многозначительно посмотрел на меня. — В том числе и Бога.

Я несколько раз моргнула, удивленная той страстью, которую он вложил в свои слова.

— Ты прав. Музыка меняет жизнь.

Джейк показал в сторону моего кейса с гитарой.

— Так сыграй нам что-нибудь.

— Серьезно? — спросила я, переводя взгляд с Джейка на других парней.

— Si, mi amor. Да, моя любовь, — усмехнулся Эй-Джей.

Я закатила глаза.

— Хватит испанского.

— Но я же говорил, как сильно меня заводит, когда я слышу его в твоих устах.

— Но я не собираюсь заводить тебя, — с кривой улыбкой ответила я.

По салону разнесся хор возгласов Джейка и Риса: «О-о-о», — на что Эй-Джей только покачал головой.

— Жги, чувак, — с улыбкой поддразнил Рис.

— Ладно, думаю, сейчас самое время, чтобы установить несколько основных правил для нашего пари, — сказала я.

— Надеюсь, ты не ссышь? — спросил Джейк.

Я сморщила нос.

— Фу, ненавижу это слово. — Когда он начал его повторять, я ткнула пальцем в его сторону. — Я останусь на неделю в этом автобусе и выиграю пари, но будет несколько правил или, так скажем, несколько правил вежливости, которым вы, как я ожидаю, будете следовать.

— Согласен с Эбби, — сказал Брайден.

— Еще бы, — проворчал Джейк.

— Во-первых, вы должны уважать меня и мои границы. На данный момент я нахожусь здесь не в качестве вашей игрушки и не для заигрываний, так что буду очень признательна, если вы перестанете ко мне приставать.

Веселое выражение Эй-Джея исчезло.

— То есть ты хочешь сказать, что я, по-твоему, не сексуальный?

Поскольку его это почти задело, мне пришлось пересмотреть свою стратегию.

— Эй-Джей, ты очень привлекательный парень. Я даже могу сказать, что у тебя большое сердце и отличное чувство юмора. Только слепая не захотела бы тебя. — Когда он просиял и выпятил грудь перед остальными парнями, я подняла руку. — Но ведь нам обоим известно, что ты не ищешь со мной отношений, так? Ты просто хочешь залезть ко мне в трусы.

При упоминании моего нижнего белья из его горла донесся сдавленный звук.

— Да, это так, — с робкой улыбкой, наконец, признался он.

Я улыбнулась ему в ответ, скользнув взглядом по Джейку и Рису.

— Поэтому, как я уже сказала, я буду признательна, если вы проявите ко мне немного уважения, перестав приставать ко мне, а также, по крайней мере, попытаетесь смягчить некоторые формулировки и сексуальные намеки. Где-то глубоко внутри в вас есть потенциал быть джентльменами, и вы просто ждете повода отнестись к женщине не только как к желаемой игрушке, не так ли?

Джейк с ухмылкой возразил:

— Мне об этом неизвестно.

— О, так если бы твоя мама была в этом автобусе, ты бы вел себя так же, как и сейчас?

Он нахмурился.

— Нет, не так.

— Хорошо. Тогда мы все согласны с тем, что ты попытаешься вести себя со мной как джентльмен. Так, а чего ты хочешь от меня?

Джейк шагнул вперед, чтобы возвышаться надо мной, и мне пришлось подавить в себе желание спрятаться от него.

— Если мы будем вести себя как джентльмены, тогда тебе тоже придется убедиться, что твой гардероб... не соблазнительный.

Я глянула на свой сарафан. Поскольку он был ниже колен, и я часто носила его в церковь, то его просьба шокировала меня.

— А с ним что-то не так?

Когда я снова посмотрела на него, то голодный взгляд Джейка был прикован к моему вырезу. Я откашлялась, на что он ответил:

— С такими тонкими бретельками ты открываешь слишком много кожи и ног, поэтому теперь я предлагаю джинсы и футболки — чем мешковатее, тем лучше.

— Отлично. Буду рада оказать такую услугу, — ответила я.

— Это также касается и пижам. Никаких ночных рубашек с короткими шортиками.

Я пожевала губу, думая о том, какие пижамы имелись у меня в чемодане.

— Хм, ладно. Я могу попробовать. Но мне, возможно, к вечеру придется остановиться у «Уол-марта» или «Таргета», чтобы прикупить несколько пижам и футболок.

Лицо Джейка расплылось в улыбке.

— Рад слышать, что ты готова работать с нами. Тем более что хорошего может получиться, если раззадорить кучку сексуально озабоченных мужчин?

Он похотливо облизнул губы, и я, стиснув зубы, ответила:

— Абсолютно ничего.

— Хорошо. — А потом Джейк повернулся и принес мне мой кейс с гитарой. — А теперь, пожалуйста, порадуй нас своими вокальными способностями.

— С удовольствием. — Я наклонилась и расстегнула замки на кейсе. Когда я вытащила свою гитару, Джейк в удивлении уставился на нее. — Что с ней не так?

— Ничего. Я просто ожидал...

— Да будет тебе известно, это Гибсон Хаммингберд, которая стоит три штуки! Я работала не покладая рук, чтобы заплатить за нее!

Он усмехнулся.

— Ангел, это чудесная гитара. Просто, прежде чем ты меня перебила, я собирался сказать, что ожидал увидеть такую всю блестящую, как у Тейлор Свифт.

Достав свой медиатор, я помахала им перед ним и подмигнула. Он посмотрел на мерцающую фиолетовую штуковину, а потом запрокинул голову назад и от души рассмеялся.

— О, Ангел, я так рад это увидеть. Ты меня не разочаровываешь.

Как только я пристроила гитару на коленях, я вскинула голову на ребят.

— Хм-м, так что вы хотите, чтобы я сыграла?

— Сыграй то, что играла для звукозаписывающих компаний. Очевидно, ты их поразила, раз они позволили неизвестному хедлайнеру провести турне, — предложил Рис.

Я кивнула.

— Хорошо, я играла гитарную, а не фортепианную, версию песни Адель «Такого, как ты».

Брови Джейка в удивлении взлетели вверх.

— Адель?

По его тону было ясно, что он считал, будто мой голос ни за что не сравнится с ее голосом. Я поджала губы.

— Да, Адель, — возразила я.

Он скрестил руки на груди и продолжил скептически смотреть на меня.

— Тогда ладно. Удиви нас, Ангел.

Я закатила глаза, потом прочистила горло и проиграла несколько аккордов для разогрева. А потом начала играть вступительную часть песни.

— Я слышала, ты остепенился и стал семейным человеком...

Мне хотелось впечатлить парней, но больше всего хотелось сыграть намного лучше, чем от меня ждали, и тем самым поставить ухмыляющуюся задницу Джейка на место. Поэтому я сделала лишь то, что умела, когда дело касалось выступления, — я перестала их замечать. Осталась только я, гитара, музыка и мелодия. Когда мой голос эхом разнесся по закрытой кабине автобуса, я закрыла глаза, живя и дыша словами песни. В высокие и низкие ноты я вложила всю свою душу, в то время как мои пальцы перебирали знакомые аккорды.

Закончив припев, я распахнула глаза и замолчала. Я продолжала наигрывать аккорды, посматривая на окружавших меня парней. При виде их лиц я не могла сдержаться от смеха.

— Ну как? — поинтересовалась я.

Эй-Джей заулыбался.

— Tu cantas como un angel. Ты поешь словно ангел.

Я фыркнула.

— Пою словно ангел, да? Думаю, это хорошее описание, раз вы, ребята, продолжаете меня так называть.

Когда я посмотрела на Риса, тот качал головой.

— Черт, девочка, неудивительно, что ты взорвала администрацию. Ты же, как мини-Адель.

К моим щекам прилил жар.

— Правда?

— Черт возьми, да! Хотя меньше и красивее. — Рис сердечно похлопал меня по спине, как одного из парней. Но слишком сильно, потому что я даже взвизгнула. У него расширились глаза. — О, прости. Я и забыл, что ты такая изящная.

Я засмеялась.

— Я не настолько хрупкая, но и не одна из вас, ребята.

Потом я посмотрела в сторону Брайдена, на лице которого читалось неподдельное восхищение.

— Потрясающе. Не только твой мощный голос, но и та эмоция, которую ты вложила в песню... — На мгновение он закрыл глаза. — Просто вдохновляет.

Не в силах сдержать сияющую улыбку на лице я выпалила:

— Ах, спасибо.

Наконец, я решилась взглянуть на Джейка. Тот стоял, прислонившись к кухонной стойке, со скрещенными на груди руками.

— Ну и? — в конце концов, спросила я.

Его губы изогнулись в характерной ухмылке.

— После таких восторженных отзывов, тебе действительно важно то, что я скажу?

— Конечно, важно. Все-таки ты солист «Сбежавшего поезда».

— Э-э, мы с Браем тоже поем, — возразил Эй-Джей.

— Как скажете, — рассмеялась я.

Джейк потер ладонь о подбородок.

— Когда-нибудь брала уроки вокала?

Я нахмурила брови.

— Когда мои братья выступали на сцене, то мои родители позволяли мне немного тренироваться. Ну а раньше мы не могли себе этого позволить. Иногда с нами работали кое-кто из духовенства.

Он быстро закивал головой.

— Как я и ожидал.

— Что?

— Настоящий талант от Бога, — ответил он и подмигнул.

Его ответ потряс меня, и я просто сидела с гитарой на коленях и глядела на него. Он оттолкнулся от стойки и подошел ко мне.

— Есть люди, которые могут потратить тысячи долларов на уроки вокала и никогда не проявить даже унции того таланта, что показала ты в этом вонючем автобусе, разъезжающем между штатами.

— Спасибо, — пропищала я.

— Думаю, однажды ты еще сможешь дать Адель сто очков вперед.

С моих губ сорвался нервный смешок.

— Э-э, ну, я об этом не думала.

Джейк опустился передо мной на корточки, и я попыталась игнорировать то, как мое тело зазвенело в ответ на его близость. Никогда в жизни я не испытывала ничего подобного. В моем теле будто ожила каждая молекула, и чем ближе он находился ко мне, тем сильнее я ощущала звон. Ух ты. Как я вообще могла реагировать на него? Он же эгоистичный придурок!

Его взгляд упал на мою гитару.

— Значит, ты играешь баллады. А можешь сыграть что-нибудь еще?

Поджав губы на его вызов, я начала играть вступительную часть песни «Дорога в ад» группы «AC/DC».

Джейк тут же взорвался от смеха.

— Черт, Ангел, только я начинаю недооценивать тебя, как ты тут же доказываешь мне, что я не прав.

Продолжая играть, я поддразнила его:

— А теперь я недооценила, что ты можешь признать свою неправоту в чем-то.

— Обычно я не признаю. Но у меня ощущение, что я сделаю для тебя исключение еще во многих вопросах.

По его озорной улыбке я точно поняла, что он имел в виду.

— Мечтать не вредно, — пробормотала я.

— Ты же знаешь, что фантазировать полезно. Может, тебе нужно чаще это делать.

Закрыв глаза, я продолжила играть «Дорогу в ад». Я облизала губы.

— Хм-м, да, ты прав. Фантазировать приятно.

— О чем ты думаешь, Ангел? — спросил Джейк, его дыхание ощущалось возле моей щеки. — Или я должен спросить, о ком?

— О тебе, — прошептала я. Мои глаза распахнулись, и я увидела его удивленное лицо.

— Серьезно?

— М-м-м-хм-м, — ответила я, слегка задыхаясь для пущей убедительности. Он выжидательно выгнул брови. — Я фантазирую о том, как было бы здорово снова ударить тебя по яйцам за то, что ты такой эгоистичный дурак!

Вокруг меня раздался смех парней, в то время как Джейк только покачал головой. Потом с улыбкой ответил:

— Все-таки признайся. Ты до сих пор думала о моих яйцах.

— Ты невыносим.

Прежде чем Джейк смог сказать еще что-нибудь остроумное, у меня заурчало в животе так громко, что чуть ли не эхом откликнулось в помещении. Выражение лица Джейка стало обеспокоенным, когда его взгляд остановился на моем животе.

— Почему ты не сказала нам, что голодна?

С моих губ сорвалось смущенное хихиканье.

— Слишком много всего произошло, чтобы обращать внимание на свой желудок.

— Любишь омлет? — поднимаясь на ноги, спросил он.

— Да.

— Тогда омлет уже на подходе.

— Хм, спасибо.

У меня отвисла челюсть, пока я наблюдала за тем, как Джейк направился к кухне и достал все необходимые продукты, чтобы приготовить мне поздний завтрак. Я осторожно положила гитару в кейс.

— Ребята, вы будете? — бросил он через плечо, начав взбивать яйца.

— Нет, думаю, я доем оставшуюся пиццу, — ответил Эй-Джей, обходя его и подходя к холодильнику.

Рис сморщил нос.

— Ты отвратителен. — Потом он кивнул Джейку. — Я буду.

— Брай? — спросил Джейк.

— Нет, я перекушу бутербродом, когда вернусь. Подошло время для моего разговора с Лили по скайпу.

Когда он направился к спальне, Джейк фыркнул.

— Только не делай с Лили ничего непристойного теперь, когда в автобусе Ангел.

Брайден развернулся, чтобы бросить на Джейка убийственный взгляд.

— Тебе прекрасно известно, что во время моих звонков всегда рядом Джуд и Мелоди, осел!

Посмеиваясь, Джейк вернулся к приготовлению своего кулинарного шедевра, а Брайден захлопнул дверь в спальню. Эй-Джей подошел к столу с коробкой «Доминос» и начал сгребать холодны куски пиццы с пепперони.

— Ты даже это жуешь? — спросила я.

Он подмигнул мне и ответил:

— Я нагулял сильный аппетит, Ангел.

Я погрозила ему пальцем.

— Манеры, помнишь?

Не отрывая от меня взгляда, он взял со стола салфетку и элегантно вытер уголки губ.

Я улыбнулась.

— Меня волнует грязь не только снаружи, извращенец.

Эй-Джей запрокинул голову назад и проревел:

— Черт, Эбби, я в полнейшем восторге, что ты едешь с нами в автобусе. С тобой будет чертовски весело.

— Надеюсь на это. Мне бы не хотелось ныть. — Заметив озорной блеск в его темных глазах, я покачала головой. — Даже не начинай.

— Что ты имеешь в виду?

— Не произноси никаких отвратительных фразочек, типа: «О-о, детка, ты можешь ныть со мной всю ночь напролет — два или три раза!».

Темные глаза Эй-Джея расширились, а кусок пиццы упал на стол.

— Да уж, действительно жутковато, что ты можешь читать мои мысли, но все же... черт! Так сексуально, что ты можешь думать, как парень!

Я рассмеялась.

— Старшие братья, помнишь?

На его лице расползлась широкая улыбка.

— Напомни мне когда-нибудь поблагодарить их за то, что воспитали тебя правильно, Ангел.

Рис провел рукой по своим растрепанным волосам.

— Кстати, о твоих братьях, Я застал часть их шоу. Они неплохи.

— Неплохи? — возмущенно пропыхтела я.

Его щеки порозовели.

— Ну, ты знаешь, что я хотел сказать... для мягкого рока.

Эй-Джей вскинул голову.

— Да, когда их представили, я ожидал услышать какую-то фигню вроде «Джонас Бразерс»[5]. Но для христианского рока они действительно круты.

Облокотившись на стол, я глядела на Эй-Джея и Риса.

— Мои братья — фантастические музыканты! Вот вы умеете играть на нескольких инструментах?

— М-м, нет... — начал Рис.

Я усмехнулась, а потом скрестила руки на груди.

— Несмотря на то, что Гейб, возможно, меньше всего предрасположен к музыке, он — потрясающий барабанщик и может писать песни, как никто другой. Миха умеет играть на гитаре, бас-гитаре, банджо, цимбалах и фортепиано, не говоря уже о том, что у него удивительный голос для гармонизации мелодии. А Эли — он играет на басу и скрипке и тоже поет. Вместе с Гейбом они с десяти лет пишут свои собственные песни и сочиняют свою музыку.

Сдаваясь, Рис поднял руки.

— Признаю свою ошибку, Ангел. Твои братья абсолютно крутые!

Джейк перевернул омлет на тарелку и добавил:

— Их сестренка тоже классная.

— Спасибо — за все ваши комплименты насчет общей крутости ДНК моей семьи, — рассмеялась я.

Подмигнув мне, Джейк переместился к холодильнику и достал пакет апельсинового сока.

— Вообще-то я бы выпила диетической колы, если у вас есть.

Он проигнорировал меня и налил два больших стакана, а потом протянул мне один.

— Апельсиновый сок для тебя полезнее.

Рис покачал головой.

— И это говорит парень, который почти все время на завтрак пьет пиво.

— Заткнись, придурок. — Глядя на меня, он сказал: — Около получаса назад ты упала в обморок от низкого уровня сахара в крови, помнишь?

— Ты прав. — Я сделала большой глоток сока – должна признать, он был вкусным. — Спасибо.

— Пожалуйста, Ангел.

Я разочарованно выдохнула.

— Ну, почему вы все настаиваете на том, чтобы так меня называть?

Джейк указал на мое платье.

— Во-первых, ты вся одета в белое.

— Но это же просто сарафан.

Удерживая три тарелки, Джейк подошел к столу и поставил на него омлет.

— Во-вторых, ты появилась из ниоткуда, как падший ангел с небес.

— Как поэтично, — огрызнулась я.

Эй-Джей усмехнулся.

— Не говоря уже о том, что ты кардинально отличаешься от всех тех девушек, что обычно бывают в этом автобусе.

— Точно, — ответил Джейк. Склонив голову, он пронзил меня своим взглядом. — И еще вокруг тебя витает прекрасная аура света – чистая и утонченная.

От искренности его слов я чуть не подавилась своим апельсиновым соком.

— Правда?

— Да. — Плюхнувшись напротив меня, Джейк добавил: — Ну и, наконец, ты показалась мне настоящими небесами, когда прижималась ко мне в постели.

И вот так идеальный момент был разрушен.

— Пожалуйста, — пробормотала я, схватив вилку. Откусив омлет, я закрыла глаза, мой желудок испытал экстаз. — Ух ты, это действительно вкусно.

— Помимо пения и игры на гитаре, у меня хорошо получаются многие вещи, — ответил Джейк.

Я открыла один глаз и взглянула на него.

— Здесь кроются еще более милые намеки, не так ли?

Джейк усмехнулся и забрал у меня стакан, чтобы налить еще сока.

— Не-а, я же хороший мальчик.

— Сомневаюсь, что это серьезно.

За столом воцарилось молчание, когда мы все поглощали еду. Из спальни вышел Брайден с улыбкой от уха до уха.

— Судя по твоему выражению лица, звонок прошел хорошо? — спросила я.

Он просиял.

— Сегодня Мелоди сказала «папа» и слала мне воздушные поцелуи. Она никогда раньше этого не делала.

— Ах, как мило, — ответила я.

Выражение лица Брайден помрачнело.

— Мне только не нравится, что еще две недели до нашей встречи. Каждый раз, как я вижу Джуда, он становится все больше и больше.

— Может, тебе стоит подумать о том, чтобы снова взять их с собой в турне, — предложил Джейк.

Я удивленно уставилась на него.

— Ты любишь детей?

На его лице появилась знакомая фирменная ухмылка.

— Конечно, люблю. А особенно я люблю Джуда и Мелоди. А еще мне нравится, когда рядом Лили, потому что она готовит нам и убирается.

Брайден швырнул в Джейка салфетку, попав ему в лицо.

— Моя жена не какая-то там повариха и уборщица, придурок.

— Я знаю, идиот. Но еще я знаю, что ее присутствие улучшает тебе настроение. Когда рядом с тобой твои дети, и ты часто трахаешься, то у нас все проходит гладко.

Стиснув челюсти, Брайден хлопнул дверцей холодильника.

— Где-то в этом заявлении встречались пристойные слова, но как всегда ты все испортил, — проворчал он, ставя еду на стол.

Вытянув руки над головой, я зевнула.

— Уже устала от нас, Ангел? — с веселой улыбкой спросил Джейк.

— Нет, просто ночью мало спала. Нервы и все такое. А потом мне пришлось вставать с утра пораньше, чтобы добраться до аэропорта на свой ранний вылет.

С выражением возрастающего беспокойства Брайден, сидя на стуле, наклонился вперед.

— Почему бы тебе не прилечь на какое-то время?

Я поглядела на парней.

— А вы не будете возражать?

Эй-Джей покачал головой.

— Не-а, наверно, мы тоже разделимся. У нас вся неделя была заполнена концертами перед «Рок-нацией», так что мы сами вымотаны.

— О, ну ладно.

Прижав руку к груди, Джейк любезно проговорил:

— И я даже позволю тебе забрать спальню.

— Ужасно мило с твоей стороны, но я всегда могу поспать на одной из коек.

С блеском в глазах Джейк ответил:

— Я настаиваю.

— Тогда спасибо.

Я поднялась со своего места, и он повел меня в комнату. Забрав чемодан, Джейк покатил его по проходу в спальню. Я оглянулась на парней и увидела их открытые рты, округлившиеся глаза с выражением недоверия на лицах. Ступая с ним в ногу, я следовала за ним. Как только Джейк закатил мой чемодан внутрь, он развернулся.

— Все к твоим услугам, Ангел. Гарантируем, что разбудим тебя к ужину. Наверно, мы сделаем остановку немного раньше обычного, потому что омлета надолго не хватит, а у нас почти закончились продукты.

— О, хорошо, спасибо.

От дверного проема Джейк не отошел, поэтому мне пришлось протискиваться мимо него. Наши тела оказались прижаты друг к другу, и я боролась со знакомым покалыванием на коже, вызванным его близостью. Такое ощущение я не испытывала ни с кем. Оказавшись внутри, я повернулась к нему.

— Очень мило с твоей стороны отдать мне спальню. Уединенность важна.

Он придвинулась ко мне ближе.

— Кстати, хочу предупредить тебя, что замок сломан. Так что если ты захочешь, чтобы я посмотрел дверь, пока ты переодеваешься во что-то более удобное, я сделаю это с большим удовольствием. Ну, знаешь, чтобы ребята не копались в твоих вещах.

— Как мило, — заметила я, двинувшись к нему навстречу. Прижав ладонь к его груди, я с силой толкнула его так, что он вылетел в коридор. — Я прослежу за тем, чтобы поставить свой багаж перед дверью, на всякий случай. — И с отвратительно приторной улыбкой добавила: — И еще раз спасибо, что так переживаешь за мои вещи.

Все парни позади Джейка разразились хохотом. Вместо злости в его небесно-голубых глазах блестело веселье. Он погрозил мне пальцем.

— Однажды я до тебя доберусь, Ангел. Я разрушу все эти стены хорошей девочки, что ты выстроила вокруг себя.

— Поживем — увидим.

И с этими словами я захлопнула дверь перед его лицом.

***

Фургон дернулся и остановился, отчего я проснулась. Веки распахнулись. Я осмотрела темную окружающую обстановку, и ко мне подкралась паника. Погодите, где я, черт возьми, нахожусь? Оглядывая затемненную комнату, я попыталась сориентироваться.

— Уф, — пробормотала я, когда все события дня пронеслись у меня в голове.

Но тут на ночном столике зажглась лампа, и я напугалась до смерти. На краю кровати сидел Джейк, практически сверху меня.

— Ч-что, черт возьми, ты делаешь? — закричала я, дернув на себя одеяло.

Он закатил глаза.

— Да не беспокойся ты так, Ангел. Я здесь не для того, чтобы повторить утреннее представление. — Взмахнув ботинком, он добавил: — Прости, что нарушил твой прекрасный сон, но все мое барахло здесь.

— О, прости, — прошептала я.

— Кроме того, мы останавливаемся на ужин, поэтому я решил, что лучше тебя разбудить.

— Спасибо.

Он выгнул свою бровь с пирсингом.

— А ты знаешь, что храпишь?

Мои глаза в ужасе расширились.

— Нет!

— Да.

Прикрыв рот ладонью, я пробормотала:

— О, Боже, правда?

Джейк улыбнулся и наклонил голову.

— Хотя это довольно мило. Ничего общего с ужасно громким храпом моим и парней.

— Как унизительно.

— Тебя слишком легко смутить, Ангел. Как ты собираешься провести с нами неделю, если тебя так возмущает небольшой храп?

— Я справлюсь, спасибо.

Из-за двери высунулась голова Эй-Джея.

— Эй, мне нужно забрать свои вещи.

— Пожалуйста. — Я откинула одеяло. — А сейчас извините меня, я возьму свои вещи и пойду в ванную, чтобы переодеться к ужину.

Джейк широко распахнул руки и плюхнулся спиной на кровать.

— Да пожалуйста.

Когда он не двинулся с места, я разочарованно проворчала. Как только я начала перелезать через Джейка, Эй-Джей широко распахнул дверцу шкафа, чтобы достать свои вещи. Поскольку мы находились в таком тесном помещении, как спальня автобуса, я не смогла сдвинуться. К своему ужасу, я застряла между ног Джейка.

Когда я поймала его взгляд, он улыбнулся и подмигнул мне. Мое лицо запылало.

— Эй-Джей, не мог бы ты поторопиться с этой чертовой дверью! — рявкнула я.

Он выглянул из-за края двери и фыркнул со смеху.

— Упс, виноват.

Я раздраженно вздохнула.

— Сейчас же, Эй-Джей!

Стоило мне сказать это, как я поняла, что он совершенно не будет торопиться: все, что угодно, лишь бы оставить меня в этом рискованном положении — верхом на Джейке.

— Тебе не нужно уходить, Ангел. Уверен, это могла бы быть беспроигрышная ситуация для нас обоих, — поддразнил Джейк.

На мгновение я уставилась на него, перекатившись на другую сторону кровати. Я покачала головой.

— Зачем ты это делаешь?

— Делаю что?

— Ведешь себя, как потаскун, который воспринимает женщин только в качестве сексуального объекта.

Джейк приподнял брови.

— О, прости. Я только что объектом выставил тебя?

— Да, — прошипела я и сощурила глаза. — Я требую слишком многого, прося тебя вести вежливый разговор без постоянной попытки все между нами свести к намекам на секс?

Брови Джейка нахмурились.

— А с этим что-то не так?

— Для меня — да. — Я бросила на него пронзительный взгляд. — И для нашего пари.

Он перевернулся на бок, чтобы оказаться со мной лицом к лицу.

— Я не проигрываю пари, Ангел.

— Тогда начни играть по правилам. — С самой милой улыбкой, на которую только была способна, я захлопала ресницами. — Или я начну расхаживать здесь в нижнем белье.

У него отвисла челюсть.

— Ты не посмеешь!

— Посмотрим, большой мальчик. Мой спортивный бюстгальтер и трусики — это по сути бикини, так почему бы и нет?

Ошарашенно глядя на меня, Джейк прерывисто вздохнул.

— Мне не удастся тебя запугать, ведь так?

Я пожала плечами.

— Нет.

— Черт. Я не знаю, как тебя очаровать, Ангел.

— А зачем тебе меня очаровывать? Разве ты не можешь просто со мной общаться, как с любой другой девушкой?

Усмехнувшись, он ответил:

— Если я так буду делать, то нам это не поможет.

Я подперла голову рукой.

— Когда в последний раз ты действительно разговаривал с женщиной, не считая твоей мамы, не заводя непристойных разговоров?

— Черт, если бы я знал, — ответил он.

— Я так и знала.

— Подожди секунду... — Он щелкнул пальцами. — Вообще-то во вторник. Я разговаривал со своей младшей сестренкой по телефону.

Мои брови в удивлении поползли вверх.

— У тебя есть сестра?

— Ну, она моя сводная сестра. Мой отец и мачеха поженились, когда у каждого из них было по ребенку. Потом появилась Элисон. Ей пятнадцать, и она испорчена до мозга костей.

Я улыбнулась искренности в его голосе, когда он говорил о своей сестре.

— Держу пари, она боготворит своего знаменитого брата.

Откинувшись на спину, Джейк положил руки под голову и усмехнулся.

— Да, боготворит. Она всегда считала меня классным, но еще больше стала, когда я стал знаменитым. — Выражение его лица медленно омрачилось. — Некоторые засранцы злятся на нее из-за этого — они пытаются стать ее друзьями лишь бы только посмотреть, что можно от нее получить. Ненавижу это.

— Бедняжка. Должно быть, иногда очень трудно иметь знаменитого брата.

Джейк нахмурился.

— Я все время пытаюсь подлизаться к ней, вешая всякую лапшу на уши.

Я рассмеялась.

— Вот почему она испорченная младшая сестренка?

— Наверно. Черт, мы с парнями даже через несколько недель будем играть ей «Милые шестнадцать лет».

— Ах, так мило. — Я игриво подтолкнула его. — Кто бы знал, что глубоко-глубоко внутри скрывается хороший парень.

Эй-Джей закрыл дверцу шкафа.

— Ну, все, я закончил.

— Наконец-то, — пробормотал Джейк, слезая с кровати.

Показав на джинсы и футболку-поло, Эй-Джей сказал:

— Эй, будьте снисходительны. Нелегко переодеваться за дверью шкафа и при этом скрываться от Мисс Невинные Глазки.

Сев на кровати, я засмеялась.

— Сначала ты пытаешься сделать так, чтобы я увидела тебя голым, а потом меня же защищаешь.

Эй-Джей подмигнул мне.

— Просто знай, что я сделаю все, что угодно, и буду всем для тебя, mi amor, моя любовь.

Я взяла с комода платье и свои ковбойские сапоги.

— Большое спасибо.

Глава 4 Джейк

Как только Эбби скрылась в ванной комнате, Эй-Джей вопросительно поднял свои темные брови.

— Лучше бы ты радовался, что это я, а не Брайден вернулся сюда.

— Что это значит? — спросил я, натянув чистые джинсы.

— Ты же сказал, что пришел сюда, чтобы забрать свое барахло и разбудить Эбби, но вместо этого вернулся к ней в постель. Черт, она же оседлала тебя.

— Это твоя, а не моя вина, что ты так открыл дверь шкафа.

— М-м-хм, — ответил он, с намеком приподняв брови.

Я пожал плечами.

— Поверь мне, она не была в восторге от того, что я оказался с ней в постели.

— А ты?

Я застыл, натягивая через голову пахнущую свежестью футболку. Выглянув из-за горловины, я бросил на Эй-Джея взгляд.

— Чувак, смотри на вещи трезво. Мне настолько неинтересна Эбби.

Он усмехнулся.

— Скажи это себе. — Он направился к двери, но потом повернулся ко мне. — Так, если тебе неинтересна Эбби, ты не возражаешь, если я приударю за ней?

По каким-то причинам, которые я не мог понять, я стиснул челюсти при мысли об Эбби с Эй-Джеем. В то же время мои руки по бокам сжались кулаки.

— Она не глупая. Ей прекрасно известно, что мы трое за кобели, когда дело доходит до женщин.

— Я мог бы изменить ее мнение.

— Ага, тогда удачи тебе, — проворчал я, проходя мимо него.

Все еще сжатым после заявления Эй-Джея кулаком я постучал в дверь ванной.

— Ты там закончила, Ангел?! Остальным из нас тоже нужно привести себя в порядок.

— Иду, иду, — пробормотала она, отпирая замок. Когда она открыла дверь, при виде нее у меня перехватило дыхание. Каким-то образом за две короткие минуты, которые Эбби провела в ванной, она умудрилась не только переодеться, но и освежиться. Ее длинные светлые волосы волнами спускались по спине, а также она повторно нанесла макияж. Ее полные сверкающие блеском губы так и умоляли меня потянуться к ней и поцеловать их.

— Что? — спросила она, проведя руками по бедрам.

Пытаясь скрыть свои похотливые мысли, я усмехнулся:

— Ничего. Просто ты быстро привела себя в порядок.

С ее сочных губ сорвался смешок.

— Ага, все благодаря одной ванной, шестерым человек и по большей части отсутствию горячей воды. Вы бы видели, какие у меня раньше были условия.

Она протиснулась мимо меня, а потом направилась к Эй-Джею, который возился с развлекательной системой. Пока мой взгляд тут же начал блуждать по ее мягко раскачивающимся бедрам, когда она шла по проходу автобуса, Рис обошел меня и устремился в ванную.

— Эй, черт возьми, чувак, нет! Я был здесь первым!

Он одарил меня злобной усмешкой.

— Ты был слишком занят разглядыванием задницы Эбби, а не беспокойством о ванне.

— Я не разглядывал ее задницу, — прошипел я себе под нос и оттолкнул его с дороги.

Мы начали отпихивать друг друга локтями от зеркала, когда из акустической системы в автобусе вдруг загремела музыка. Мы обменялись с ним взглядами, а потом простонали в унисон.

— Эй-Джей, только не снова это мексиканское дерьмо! — прокричал я.

Время от времени Эй-Джей мучил нас музыкой в стиле банды и кумбии, на которой он вырос, пока мы не доканывали его тем, чтобы он ее выключил. Я высунул голову из-за двери ванной.

— Чувак, серьезно, ты же знаешь, что я не могу терпеть...

Не успел я пожаловаться ему насчет музыки, как меня ошеломил вид танцующих Эй-Джея и Эбби, заставив замолчать. Конечно, это был не какой-то традиционный танец или обжималки, к которым я привык в клубах и на концертах. Такие танцы я видел на семейных вечеринках Эй-Джея.

На полном серьезе, Эй-Джей мог бы заткнуть за пояс любого с «Танцев со звездами». Он родился с природным чувством ритма, которое улучшило его игру на барабанах. Не говоря уже о том, что, танцуя, он с такой латиноамериканской непринужденностью раскачивал бедрами, что все женщины изнемогали от желания. Но в данный момент меня не столько волновали движения Эй-Джея, сколько Эбби. Прислонившись к двери, я наблюдал за тем, как она танцевала так же естественно, как и Эй-Джей. Она справлялась даже со сложными шагами, соответствуя его плавным движениям. Я наслаждался этим выступлением, рассматривая то, как подол ее платья вызывающе закручивался вокруг ног.

Почесав щетину на подбородке, я не смог удержаться от мыслей: если она могла такое вытворять своими бедрами, стоя, то что же она могла делать, лежа на спине.

Эй-Джей поймал мой взгляд и подмигнул.

— Она очень одаренная, да?

— О, да, она умеет двигаться.

Забыв о бритье, а больше всего о прическе, я подошел к ним ближе.

— Где ты этому научилась, Ангел?

Не пропустив ни одного шага, Эбби ответила:

— Долгие годы мы жили в некоторых местах Мексики: Гвадалахара, Мехико. Тогда я была еще ребенком, но ходила на множество вечеринок. Все хотели научить маленькую блондиночку-гринга[6] танцевать. — Она захихикала. — А поскольку мои братья были старше меня и хотели впечатлить девчонок, то приглашали меня в качестве партнерши. Таким образом, всего и набираешься.

Я скрестил руки на груди.

— Я действительно впечатлен. Ты настоящее тройное удовольствие: поешь, играешь на гитаре и танцуешь.

Эй-Джей раскачивал Эбби на грязном полу автобуса.

— Она четверное удовольствие, потому что еще чертовски хороша!

Эбби закатила глаза, но все же позволила Эй-Джею закрутить себя, а потом низко опустить в конце песни.

Когда она, откинувшись, лежала в его руках, я спросил:

— Скажи мне, есть что-то, чего ты не умеешь делать, Ангел?

— Хм, может сдать экзамены на медсестру или найти достойного парня?

Эй-Джей простонал:

— Один пункт уже здесь, перед тобой, mi amor, моя любовь! Скажи только слово, и позже мы сможем восстановить эту сцену... но уже в спальне.

Эбби игриво шлепнула его по груди.

— Ты же обещал прекратить все эти сексуальные намеки. Джентльмен, помнишь?

— Да, да, — мрачно пробормотал он, подтянув ее наверх.

Она засмеялась, пригладив свои волосы и поправив бретельки сарафана.

— Правда, Эй-Джей, тебя ничто не может остановить? Я даже выбрала для нашего танца «Дороги жизни»[7] из твой испанской коллекции, потому что знаю, что это наименее сексуальная песня в мире. Она же о парне, который беспокоится о своей умирающей матери.

При упоминании о смерти матери мою грудь сдавило, а рука тут же полезла в карман, где лежал телефон.

— Эй, хм. Ребята, увидимся снаружи, ладно?

Эбби кивнула, а Эй-Джей сказал:

— Я позову Брая и Риса.

— Звучит неплохо.

Как только я спустился со ступенек автобуса, то тут же набрал мамин номер. Она ответила на второй гудок:

— Привет, милый.

Несмотря на то, что она не могла меня видеть, на моем лице расползлась широкая улыбка.

— Привет, мам. Я просто хотел узнать, как ты следуешь предписаниям врача.

Хотя я никогда и не признавался ей в этом, но я до смерти волновался о ней. Три года назад мы столкнулись с критической ситуацией, когда во время обычного осмотра у нее обнаружили опухоль в груди. Она прошла весь спектр химиотерапии и излучения, а также ей удалили молочную железу. К счастью, она сильная и с тех пор не болеет. Ей просто нужно ходить на плановые осмотры и сдавать кровь на анализы.

— О, просто замечательно. Все отлично. Не нужно беспокоиться.

— Ты уверена? У тебя усталый голос.

Она засмеялась.

— Это потому что некоторые девчонки снова убедили меня станцевать. Я перестаралась, решив, что мне двадцать, а не пятьдесят.

В прошлом моя мама – классическая балерина. И хотя ее мечтой было поступление в Джульярдскую школу[8], она также путешествовала и выступала с местными труппами. Когда она стала слишком стара для танцев, то открыла танцевальную студию. Она стала финансово успешной для себя самой и меня, поскольку я познакомился и соблазнил многих танцовщиц.

Я покачал головой. Несмотря на то, что она пыталась храбриться, я чувствовал, что за этим кроется что-то еще.

— Я могу приехать домой, если я тебе нужен.

— Джейкоб, я в порядке. Что мне нужно от тебя сейчас — так это, чтобы ты выполнял свои обязательства перед группой. От тебя зависит множество людей.

Мама — одна из немногих, кому я позволяю называть себя полным именем.

— Ладно, ладно. Но ты знаешь, что если нужно будет, я тут же примчусь.

Я услышал в ее голосе удовольствие, когда она ответила:

— Конечно, знаю. Но папа и остальные члены семьи сейчас в дороге. Так что просто береги себя.

В этот момент открылись двери автобуса. Пропустив последнюю ступеньку, Эбби вывалилась из него, поэтому мне пришлось броситься к ней и поймать ее прежде, чем она упадет. Она ухватилась за мои бицепсы, чтобы удержать равновесие.

— Ой, какой неловкий момент, — прошептала она, ее лицо вспыхнуло от смущения. — Спасибо, Джейк.

Я ухмыльнулся и подмигнул ей.

— Рад, что спас тебя от впечатывания лицом в землю.

Эбби слегка улыбнулась, а потом поспешила прочь от меня и скрылась на пассажирском сиденье ожидающего нас Шевроле Тахо, чтобы отвезти на ужин. Вышли Рис и Брайден, за ними следовал Эй-Джей.

— Джейкоб? — мамин голос, наконец, вернул меня из моих мыслей о том, как приятно чувствовать на себе руки Эбби и как вкусно от нее пахнет.

— Прости, мам. Небольшой женский кризис.

— Это была Бри?

Всего в нескольких словах мамин тон выразил все презрение к моим отношениям с темноволосой богиней, которая время от времени путешествовала со своим отцом, роуди нашей группы. Маме очень не нравилось то, что Бри возникала везде, в любой точке страны, чтобы быть со мной рядом.

— Нет, не она. Ее зовут Эбби. И прежде чем ты спросишь, нет, она не поклонница. — А потом я быстро объяснил маме всю ситуацию.

— Она кажется милой.

Я закатил глаза, но не смог удержаться от смеха.

— Да, уверяю тебя, она такая и есть. Для меня это просто какой-то кошмар: предположительно девственница, которая не позволит мне залезть к ней в трусики, не применив «челюсти жизни»[9]. Она совсем меня не боится. Не говоря уже о том, что у нее есть драйв и амбиции не только в мире музыки, но и в медсестринском деле. И в довершение всего, она происходит из безумно религиозного окружения.

— Джейкоб Итан Слэйтер! Не могу поверить, что ты вот так запросто говоришь при мне о том, чтобы залезть к ней в трусики! — упрекнула меня мама.

— Прости, — робко проговорил я. — Думаю, я слишком долго находился с парнями.

Она рассмеялась.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты не ведешь себя, как животное, и выказываешь все уважение, которое я тебе привила... особенно, по отношению к этой Эбби.

— Я пытаюсь... и с ней тоже.

— Она хорошенькая?

Не задумываясь, я ответил:

— Она красивая... как ангел. — Я вздрогнул в тот момент, когда эти слова сорвались с моих губ. Что, черт возьми, со мной происходит?

— М-м-хм, — понимающе пробормотала мама в трубку. — Она может подойти тебе, если ты дашь ей шанс.

— Джейк, поехали! — прокричал Эй-Джей.

— Мам, мне надо идти. Мы остановились на ранний ужин.

— Хорошо, дорогой. Поговорим позже.

— Я люблю тебя, — проговорил я.

— Я тоже тебя люблю, — ответила она. И прежде чем я повесил трубку, она сказала: — Джейкоб?

— Да?

— Я серьезно насчет того, чтобы дать Эбби шанс. У судьбы свои забавные способы вмешательства в жизни людей.

Я знал, что, упоминая ее, она имела в виду не судьбу. Она имела в виду Бога. Со своей верой – то, что я так и не усвоил, к большому маминому разочарованию – она действительно хорошо бы поладила с Эбби.

— Да, как скажешь.

Она рассмеялась.

— Упрямство — худшая черта, которую ты от меня унаследовал.

— Я также унаследовал и много хорошего.

— Да, как и от своего отца.

При его упоминании я прорычал в трубку. Будучи святой, мама смогла простить этого ублюдка за то, что тот оставил ее ради своей красивой секретарши, когда мне было десять. У меня же, наоборот, до сих пор проблемы с ним и мачехой.

В машине засигналил наш главный роуди Фрэнк, отчего я подпрыгнул на месте.

— Прости, мам, мне, правда, пора идти.

Очередной раз обменявшись словами «я тебя люблю», я отключился и поспешно запрыгнул во внедорожник. Наклонившись вперед, я похлопал Фрэнка.

— Так, где мы едим?

Он повернулся ко мне и улыбнулся.

— Команда захотела ту пиццерию, которую мы видели чуть дальше по дороге.

Я взглянул на остальных парней, которые скорчили рожи и сморщили носы. Последние несколько дней на «Рок-нации» мы жили за счет пиццы и «Сабвея». Поскольку мы находились в пустыне, вокруг на многие мили не было ничего, а значит, выбор еды был не велик.

— GPS показывает, что в пяти минутах езды есть спорт-бар-закусочная. Популярное местечко у туристов и дальнобойщиков.

Я засмеялся.

— Если его так любят дальнобойщики, то там должно быть хорошо, а?

— Я хочу чизбургер размером с мою голову, — заявил Рис.

Эй-Джей облизал губы.

— Нет, большой сочный стейк с печеным картофелем в соусе из масла и сметаны.

Поймав взгляд Эбби, я наклонил к ней голову.

— Стоянка дальнобойщиков тебе подойдет, Эбби?

И хотя она пыталась не показать виду, я видел, что ей очень неловко от этой мысли. На мои изогнувшиеся в улыбке губы она закатила глаза.

— Звучит прекрасно.

— Уверен, ты не к такому качеству привыкла.

Развернувшись на своем сиденье, она посмотрела на меня.

— Ты до сих пор не понял, да? Я ела чуть ли не каждое животное, которое можно себе представить, и качество еды, естественно, не было одобрено Министерством сельского хозяйства США. И еще одно, образ жизни миссионеров суров. Пока мы оставались в Хилтоне, до людей было не добраться. Это джунгли, захолустье и трущобы.

Я закатил глаза.

— Да, да, ты жила жестокой миссионерской жизнью. Хочешь медаль за это, что ли?

— Нет, я просто пытаюсь доказать, что я не какая-то там примадонна, как ты думаешь!

— Ну, ты жила в США с двенадцати лет. Не говоря уже о том, что твой отец — пастор одной из пяти самых крупных церквей в Техасе, — уверен, он получает довольно хорошую зарплату с множества обложенных десятиной прихожан.

Светлые брови Эбби взлетели вверх.

— Откуда ты узнал?

Я улыбнулся ей.

— Поискал кое-какую информацию на своем айПеде, пока мы отдыхали.

— Я не отрицаю того, что сейчас у нас хороший дом и вещи. Но большинство денег уходит прямо в пасторство — даже парни отдают большую часть своей зарплаты. Так нас воспитали. Но, несмотря на то, что у моего отца БМВ, а мама обернута брюликами, как бы усердно ты ни пытался, я все еще собираюсь победить, Джейк. Можешь поставить на это свою очаровательную попку!

Рис с Эй-Джеем разразились хохотом, когда Фрэнк оторвал взгляд от дороги и удивленно посмотрел на Эбби. Убрав одну руку с руля, он протянул ее к ней.

— Могу я пожать руку единственной девушке, которая при мне смогла поставить Джейка Слэйтера на место?

Эбби хихикнула и пожала Фрэнку руку.

— У меня три старших брата, так что я привыкла.

— Нас до этого не представили, потому что эти болваны, похоже, забыли о своих манерах. Я Фрэнк Паттерсон.

— Эбби Ренард. Очень приятно с тобой познакомиться.

— Взаимно. — Он дернул головой в мою сторону. — Этот умник как сын для меня, но его время от времени надо ставить на место.

— Хорош трепаться, Фрэнк, — пробормотал я.

Он усмехнулся и включил поворотник, чтобы cвернуть к закусочной. По устроенной парковке я предположил, что здесь, должно быть, приятнее, чем во многих местах, где мы останавливались по дороге. Припаркованные сбоку фуры, блестящие хромированные спереди мотоциклы придавали этому месту какой-то особый обветшалый колорит. Большую часть времени на первом плане в нашем списке значились ужасные забегаловки, потому что мы не хотели, чтобы нас узнавали. Больше ценилась возможность спокойно поужинать без фанатов, сующих тебе под нос всякую фигню или твои фотографии для автографов.

Фрэнк въехал на парковочное место, но оставил двигатель включенным.

— Я собираюсь вернуться обратно и проверить парней. Напишите мне, когда будете готовы уезжать, и я заеду за вами.

— Спасибо, чувак. Убедись, что ребята получат все, что захотят, но следи за алкоголем, — проинструктировал я.

Фрэнк глянул назад и подмигнул мне.

— Не беспокойся. Я всегда так и делаю.

Я похлопал его по плечу, а потом выпрыгнул из внедорожника.

Даже не задумываясь, я открыл перед Эбби дверь. Она оторвала взгляд от Фрэнка и удивленно уставилась на меня. Я протянул ей руку.

— После того, как ты чуть не упала, я должен убедиться, что ты благополучно вылезешь из машины. Мне не хотелось бы отправлять тебя к твоим братьям всю в синяках. — Но себе под нос я пробормотал: — Ну, если только они получены не от удовольствий.

Она вскинула голову, а уголки ее губ приподнялись в легкой улыбке.

— Я слышала, что ты там сказал по поводу синяков, которые получены в процессе... ну, ты знаешь.

Я засмеялся.

— Теперь я, как ты и просила, веду себя как настоящий джентльмен. А то, куда мои замечания приведут твой маленький заблудившийся разум, — уже твое дело.

Взяв меня за руку, она рассмеялась.

— Тогда ладно. — Как только ее ковбойские сапоги уверенно встали на тротуар, она отпустила мою руку. — Спасибо, Джейк.

— Пожалуйста.

Когда мы заходили в закусочную, я снова открыл ей дверь. Она улыбнулась мне.

— Ты знаешь, что к такому девушка может и привыкнуть?

— Ну, я недавно разговаривал по телефону со своей мамой. Так она постаралась напомнить мне, чтобы я вел себя с тобой воспитанно.

— Я даже с ней не знакома, но она уже мне нравится. — Эбби наклонилась ко мне ближе, ее дыхание щекотало мою щеку. — И в глубине души ты — мужчина, которого, я уверена, она очень старалась вырастить. Просто ему нужно чаще показываться.

— Правда?

— М-м-хм. — Ее синие глаза пронзили меня взглядом. — Потому что, когда появляется джентльмен Джейк, он делает тебя ужасно неотразимым.

От того, как она произнесла эти слова, меня пронзила дрожь. Пытаясь прийти в себя, я положил руку на ее поясницу, чтобы проводить к столу.

— Да, но не слишком к этому привыкай, Ангел.

На ее лице отразилось разочарование, но она опустила голову раньше, чем я смог бы это увидеть. Брай попросил официантку усадить нас подальше от толпы, и нас отвели в боковую комнату со сценой и старомодным караоке. Я удивился, заметив, что диджей настраивает музыку.

— О-о, у них есть караоке! — взвизгнула Эбби, опустившись на стул.

Ее взволнованность вызвала у Эй-Джея улыбку.

— Как насчет того, чтобы спеть дуэтом? Доказать тебе, что и за барабанной установкой есть голос?

Она закивала.

— С удовольствием!

Именно в этот момент к нашему столику подплыла очень сексуальная полураздетая официантка с потрясающим бюстом, и тут же мой член дернулся в штанах, оставив в стороне всякие идеи о том, чтобы быть хорошим парнем.

— Что я могу для вас сделать?

Откинувшись на спинку стула, я взглядом блуждал по ее телу.

— Хм-м-м, провокационный вопрос, — с намеком ответил я.

Она подмигнула мне, а потом сказала:

— Давай пока что придерживаться меню, мой сладкий.

Я усмехнулся.

— Ну ладно, раз мы должны. Нам пять бокалов пива...

— Четыре. Я буду Колу Зеро, — перебила Эбби.

Официантка, чье имя на бейдже гласило Билли Джин, даже не посмотрела в сторону Эбби. Вместо этого она поджала свои сильно накрашенные блеском губы, глядя на меня.

— У нас здесь нет Колы Зеро.

Оторвав взгляд от официантки, я посмотрел на Эбби — я практически увидел, как у нее из ушей повалил пар.

— Что-то другое, Ангел?

— Тогда диетическую колу, — проворчала она.

Я наклонил голову к Билли Джин.

— Ангел будет диетическую колу, остальные хотят пиво. Может, просто принесешь нам кувшин или два.

— Для тебя все, что угодно, — подмигнув, ответила девушка и записала наш заказ в блокнот. — Закуски?

— Да, мы возьмем всего понемногу из ваших закусок, — ответил Эй-Джей.

Когда Билли Джин ушла, чтобы выполнить заказ, Эбби уставилась на Эй-Джея.

— Ты серьезно хочешь после всех этих закусок заказать еще еды?

Он усмехнулся.

— Видела бы ты меня, когда я действительно голоден, Ангел.

— Имея троих братьев, меньшего я уже не могу ожидать, верно?

— Еще бы.

Брайден постучал по меню Эбби.

— Заказывай все, что хочешь. Сегодня ужин за мой счет.

— Нет, тебе необязательно.

Он улыбнулся.

— Необязательно, но я хочу.

— Тогда ладно. На этот раз я тебе позволю.

Билли Джин вернулась с пивом и диетической колой для Эбби и начала принимать наш остальной заказ.

— Я буду двойной чизбургер, картофель фри и на гарнир печеные бобы, — сказала Эбби, а потом протянула Билли Джин меню.

— Ты, правда, все это съешь? — спросил я.

Она усмехнулась.

— Я проголодалась. Может, даже закажу еще десерт.

Когда Эй-Джей открыл рот, чтобы сказать что-то, по-видимому, неприличное по поводу Эбби и десерта, она показала на него пальцем.

— Даже не начинай. Только ты, я и время караоке.

Он рассмеялся.

— Я не против.

Эй-Джей отодвинул свой стул и последовал за Эбби на сцену. В нашей части кафе сидело всего несколько посетителей, в основном, дальнобойщики, которые потягивали пиво и ели гамбургеры. Не похоже, что их вообще волновало выступление Эй-Джея и Эбби.

Когда Эй-Джей стал просматривать каталог с песнями, то сморщил нос.

— Похоже, все это дерьмо из 70-х и 80-х годов, — простонал он.

— Глядя на это местечко, ты действительно ожидал, что здесь будет что-то из нашего репертуара? — прокричал я.

Эй-Джей бросил на меня неодобрительный взгляд, прежде чем вернуться к каталогу с песнями.

— О-о, как насчет этой? — предложила Эбби, ткнув пальцем в каталог.

Темные брови Эй-Джея нахмурились.

— «Острова в течении»[10]. Блин, ты, наверно, шутишь!

— Пожалуйста, я так люблю Долли Партон и Кенни Роджерса. — Она выпятила губу, а потом сказала: — Вообще-то я певица кантри, помнишь? У меня это в крови.

— Ну, я люблю у Долли Партон... — начал Эй-Джей, но Эбби тут же игриво шлепнула его по руке.

— ¡La próxima vez que te pegue en las bolas! В следующий раз ты получишь по яйцам!

Сдаваясь, он поднял руки.

— Ладно, ладно, я перестану. Не хочу, чтобы ты била меня по яйцам, если только не рукой!

— Спасибо.

— Так что для тебя, Ангел, «Острова в течении», но я буду читать с экрана все, кроме припева.

— Все нормально, — ответила Эбби, кивнув диджею. Затем она передала Эй-Джею микрофон и один взяла себе. — Ну что ж, Эй-Джей. Удиви меня.

Он подмигнул ей.

— О, это я и планирую сделать.

Заиграла музыка, и Эй-Джей глянул на экран, чтобы начать петь первые строчки:

— Детка, когда я встретил тебя, покой мне был неизвестен. Я подбирался к тебе очень внимательно.

Когда его голос разлетелся по комнате, брови Эбби взлетели вверх, а рот открылся – было видно, что она очень удивлена, что он действительно умеет петь, а не просто вешал лапшу ей на уши. А потом она начала подстраиваться к нему, когда подошла часть Долли. Дойдя до припева, который Эй-Джею был знаком, в основном, потому, что мы привыкли устраивать джемы на ремикс Маи и Джей-Зи «Суперзвезда гетто», он медленно придвинулся к Эбби. У него был талант к импровизации, так что ему удалось одновременно с Эбби пропеть строчки о занятии любовью. Она обладала таким же даром, как и он, и меня впечатлила ее способность к выступлениям даже в грязном караоке закусочной. Все в ней говорило о звездном будущем.

Несколько сидящих вокруг нас дальнобойщиков обратили внимание на их пение. Ну, точнее сказать, они обратили внимание на маленькую сексуальную штучку в белом сарафане, поющую и обнимающуюся с каким-то придурком.

Поскольку мне не понравилось то, что я увидел, я встал со стула.

— Пойду отолью, — пробормотал я, а потом сбежал в туалет. Что, черт возьми, со мной такое? Почему меня волнует то, что Эбби выступает с Эй-Джеем? То есть, она чертовски ясно дала понять, что собирается каждого из нас игнорировать. Помыв руки, я поймал свое отражение в зеркале.

— Возьми себя в руки, чувак. Ты не хочешь с ней связываться, — пробормотал я.

— Что? — спросил какой-то парень из кабинки.

— Ничего, — проворчал я и вышел за дверь.

К счастью, когда я вернулся из уборной, Эбби с Эй-Джеем больше не пели и сели за стол. Поскольку закуски уже принесли, мы тут же на них набросились. Эбби тоже съела не мало. Как только тарелки опустели, мы стали с нетерпением ждать, когда нам принесут основные блюда. Мой взгляд упал на трубочку, которую Эбби крутила в своей диетической коле. В голове тут же возник вопрос, и я за него ухватился.

— Эбби, тебе же двадцать один и по закону можно, разве ты не пьешь?

— Нет, не пью, — ответила она, прежде чем деликатно отпить свою диетическую колу.

— Значит, кофеин — твое единственное незаконное вещество? — с усмешкой расспрашивал я.

Пожав плечами, она ответила:

— Получается так.

— Когда-нибудь пробовала пиво?

Она смерила взглядом мою кружку пенистого напитка и сморщила нос.

— Нет, спасибо.

— Ой, да ладно. Попробуй глоточек. — Я придвинул к ней свой бокал. Когда она закусила губу, я не смог удержаться, чтобы не подзадорить ее: — Только не говори мне, что ты боишься его пробовать.

Эбби резко впилась в меня взглядом, вспыхнувший в ее глазах огонь заставил меня поерзать на стуле. Блин, и как это мисс Придире удается влиять на меня одним лишь взглядом? Я могу только предположить, что с правильным розжигом это пламя в спальне будет просто пылать.

Не говоря мне ни слова, она потянулась вперед и схватила мою кружку. Облизнула губы, когда я наклонился, молча подбадривая ее. Набрала в рот пива, но ее глаза тут же расширились, и она отвернулась, чтобы его выплюнуть.

— Боже. Мой! Как ты это пьешь? На вкус оно как лошадиная моча! — воскликнула она, проводя ладонью по губам.

На ее ответ Эй-Джей и Рис засмеялись.

— А ты в последнее время много пила лошадиной мочи, Ангел? — спросил я, забирая свое пиво обратно.

Она сердито посмотрела на меня.

— Нет, не пила. И даже близко ни к одной не подходила с тех пор, как в десять лет упала с лошади и сломала руку.

— Тебе нужно вернуться в седло.

Эбби бросила на меня испепеляющий взгляд.

— Дай угадаю. И это ты меня можешь научить?

Я проигнорировал ее тонкий намек об обучении.

— Вообще-то я действительно вырос на ферме, и у меня было шесть лошадей — то есть у нас с мамой.

Презрительное выражение лица Эбби медленно сникло, и она оглядела меня с любопытством.

— Ты до сих пор живешь со своей мамой на ферме?

— Когда у меня нет гастролей, это единственное место, где мне хочется находиться.

— Никакого большого города, холостяцкого гнездышка и диких вечеринок?

Я улыбнулся и покачал головой.

— Не-а, дайте мне вместо этого костры в лесной глуши, грязь и рыбалку.

— Хм-м, я бы не назвала тебя парнем из глубинки.

Эй-Джей фыркнул.

— Ты больше нигде не встретишь столько парней из глубинки, чем там, где вырос Джейк —Болл Граунд в Джорджии.

Эбби нахмурила брови.

— Но я думала, что вы, ребята, знаете друг друга с подросткового возраста.

— Это так. После того, как мои родители развелись, отец переехал в Атланту. Я навещал его по выходным, а по соседству жила семья Эй-Джея.

Тот кивнул.

— Моя семья всегда была городскими жителями. Мы не живем в лесной глуши. Ты знаешь, что деревенщины вообще нетерпимы?

Я рассмеялся.

— О, да ладно, это не правда.

— Нет, правда. Ты не знаешь, сколько раз я уже слышал: «Ты же не отсюда, парень», — протянул Эй-Джей своим самым лучшим деревенским говором.

Я стукнул его по руке.

— Не мели чепуху, Эй-Джей. Моя деревенская семья — одни из лучших людей, и ты это знаешь, не отрицай.

Эй-Джей усмехнулся.

— Ладно, может, мне и понравилось немного в деревне у Джейка.

— Ага, я научил его изнеженную городскую задницу охотиться, ловить рыбу и связывать веревкой скот.

У Эбби открылся рот.

— У вас еще и коровы есть?

— Не-е, у моего деда.

Эй-Джей подтолкнул Эбби.

— Ты это слышала? Иногда Джейк забывается и говорит как полный валенок.

Я закатил глаза.

— Скажешь тоже.

— Мне нравится южное растягивание слов, — улыбнулась Эбби. — Когда мне было двенадцать, мы переехали в Штаты, поэтому я не могу по-настоящему назвать себя жительницей Техаса, но уверена, что мне бы там понравилось. У брата моего отца есть огромное ранчо где-то в глуши. Я могла днями гулять по полям и перебираться через ручьи, кормить коров и ухаживать за лошадьми. — Она немного вздрогнула. — Клянусь, в один прекрасный день я переборю свой страх и снова сяду на лошадь.

Мгновение я смотрел на нее, осознавая искренность ее слов. Я никогда не встречал девушки, которая бы говорила, что любит деревенскую жизнь настолько же сильно, как я.

— Если ты возглавишь группу своих братьев, то у тебя не останется времени на ранчо.

Выражение ее лица немного помрачнело.

— И не говори. Осенью они собираются устроить нам изнурительное турне. Я даже не помню, сколько в нем будет городов. Хорошо, если мы вернемся домой к Рождеству. — Она вздохнула. — Не такой жизни я себе ищу. Впервые мне хочется осесть и ничего не менять. — У нее слегка покраснели щеки, когда она добавила: — Не говоря уже о том, что я хочу свой собственный дом и детей.

Эй-Джей усмехнулся.

— Ты хочешь все это сейчас?

— Собственно говоря, да. — Она склонила к нему голову. — Ты думаешь, я слишком молода, чтобы выйти замуж и иметь детей?

В тот же миг Рис, Эй-Джей и я ответили в унисон:

— Абсолютно.

Она закатила глаза.

— Учитывая, кто это говорит, я предпочту проигнорировать эти слова.

— Что это значит? — спросил я.

Наш разговор прервала Билли Джин и еще одна официантка, которые принесли нашу еду. Как только они ушли, Эбби облокотилась на стол и пригвоздила меня жестким взглядом.

— Это значит, что вас трое интересует только ни к чему необязывающий секс. Вы не можете представить себе, что кто-то может хотеть больше, чем просто встречу на одну ночь и бессмысленные отношения. Уверена, что если бы я спросила у Брайдена, он бы ответил по-другому.

Брай подмигнул Эбби.

— Возможно, я не лучший человек, которого можно спрашивать. Я всегда был старой закалки. Мы с Лили поженились в твоем возрасте, Джуд появился год спустя. — На его губах заиграла искренняя улыбка. — То, что для меня значит семья, я не променяю ни на славу, ни на лесть фанатов, ни на деньги.

От этих слов ее взгляд растаял, и она практически растеклась лужицей у его ног.

— О, это так мило. — Она потянулась вперед и похлопала его по руке. — Очень надеюсь, что однажды у меня будет то же самое.

— Будет. Просто прояви терпение. Появится нужный парень — тот, который примет все в тебе и будет уважать твои принципы и твой характер.

Эбби одарила Брая сияющей улыбкой.

— Спасибо.

При упоминании ее «принципов», у меня возник вопрос, который я должен был задать.

— Так, Ангел...

Она фыркнула, преувеличенно вдохнув.

— Вам всем обязательно так меня называть?

— Хорошо. Эбби, — с улыбкой начал я. — То, что ты говорила до этого, правда? Ну, то, что ты девственница. Или ты просто дурила нас, чтобы мы не пытались залезть к тебе под юбку?

— Джейк, — предупредил Брайден.

Я поднял руки.

— Что плохого в том, чтобы задать вопрос для ясности?

— А то, что часть вашего с Эбби пари закрепило правило, что ты будешь вести себя как джентльмен. А, насколько мне известно, джентльмен не спрашивает о прошлом женщины или его отсутствии.

Эбби покачала головой.

— Все в порядке, Брайден. Я не против ответить на этот вопрос. — Она уставилась прямо мне в глаза. — Да, это правда, я — девственница.

— Черт, — пробормотал Эй-Джей.

— Но как это вообще возможно? — спросил Рис.

Эбби рассмеялась.

— Главным образом, потому что у меня твердая система убеждений, а также довольно высокие принципы.

Я взглянул на ее руку.

— А где же тогда твое кольцо целомудрия?

У нее слегка порозовели щеки.

— Ну, я не ношу его, потому что оно означает, что ты ждешь до брака, а мне необязательно так считать.

— Разве? — надавил я.

— Я так считала, когда была моложе, а теперь скорее жду, пока влюблюсь.

Я нахмурил брови.

— Так значит, тебе нужно просто влюбиться в какого-нибудь парня, и ты сдашься? Вот так? — Для пущего эффекта я щелкнул пальцами.

— Ты так говоришь, будто это легко. Серьезно влюбиться в кого-то, а потом заставить его полюбить тебя в ответ — настоящее чудо.

— Тогда ты еще долго будешь со своей девственностью, Ангел.

Она пожала плечами.

— Посмотрим. Я просто знаю, что ожидание того стоит.

— Молодец, Эбби, — сказал Брайден с полным ртом стейка.

С отвратительным ворчанием я ответил:

— Для тебя это все замечательно, но должен сказать, что у парня больше власти. Лично я никогда не свяжусь с девственницей.

Эбби открыла рот и выронила гамбургер.

— Ты врешь!

— Что?

— Т-ты почти... ну, знаешь, сегодня утром со мной в кровати, — пролепетала она.

Проглотив свой чили-дог, я закатил глаза.

— Потому что сначала я решил, что ты Бри, которая все время появляется во время поездки, чтобы переспать со мной.

Ткнув меня пальцем в грудь, она возразила:

— О, нет, ты все равно продолжил приставать ко мне, даже когда включил свет и увидел, что это не Бри. — Она поджала губы. — Может, я многого и не знаю, но что это было, мне известно.

Ребята прыснули со смеху, на что я только покачал головой.

— Прости, Ангел, но это все равно бесполезно. В тот момент я понятия не имел, что ты — девственница. Если бы тогда я знал то, что знаю теперь, моя эрекция быстро бы спала.

Эй-Джей фыркнул.

— Да ладно, Джейк. Что за чепуха! У любого парня, который посмотрит на Эбби, будь она девственницей или нет, совершенно точно встанет.

— Э-э, спасибо... наверно, — ответила Эбби.

Подмигнув, Эй-Джей ответил:

— Просто знай, что у меня проблем не возникнет, mi amor. В любое время и в любом месте.

— У меня тоже, — добавил Рис и облизнул губы, вызывающе глядя на Эбби.

Она разочарованно фыркнула.

— Не могу поверить, что мы это обсуждаем. Я даже готова сказать вам спасибо, Эй-Джей и Рис, за то, что вы признались, будто могли бы... ну, вы знаете, даже с девственницей. — Она взглянула на Брайдена, у которого округлились глаза.

Подняв руки в защитном жесте, он быстро возразил:

— Я не могу комментировать такой разговор.

От его замечания у Эбби покраснели щеки.

— О, нет, я не имела в виду тебя! — Потом она уткнулась лицом в ладони. — Это так унизительно.

Брай поерзал на стуле и прочистил горло.

— Хотя я скажу. — Эбби осторожно подняла голову, чтобы взглянуть на него. — Моя жена Лили была девственницей. — У него появилась робкая улыбка. — Мы оба были.

— Правда? — спросила Эбби.

Он кивнул.

— Меня никогда не беспокоило то, что до этого она ни с кем не была.

Я хмыкнул:

— Ага, потому что ты был озабоченным шестнадцатилетним подростком, который ничего лучше и не знал.

Брай прищурился.

— Да, это произошло в тот год, когда мы расстались, а группа добилась успеха, и я спал со всем, что двигалось, пытаясь забыть, как сильно я любил и нуждался в Лили. — На его лице промелькнуло ожесточенное выражение. — Но ни одни эти впечатления не могли сравниться с занятиями любовью с Лили, и она была только со мной. Да, возможно, тогда мы были двумя неловкими подростками, но нет ничего сексуальнее, чем открывать друг друга вместе.

Я потрясенно уставился на Брайдена. Я никогда не слышал, чтобы он так страстно говорил о сексе с Лили. Обычно он был очень осторожен и угрожал надрать нам задницу, если мы упоминали что-либо связанное с их отношениями.

— Ничего себе, — пробормотала Эбби на заявление Брая.

Он улыбнулся ей.

— Извини, я слегка увлекся.

Она покачала головой.

— Нет, я оценила это и уверена, что Лили тоже бы оценила.

Я шумно выдохнул.

— Что бы вы трое ни говорили, я буду стоять на своем: я никогда не смогу связаться с девственницей. — Когда Эбби вскинула голову в мою сторону, я сказал: — Ну ладно. Специально я бы не смог, что в этом такого?

Она закусила губу и отвернулась от меня. Весь стол погрузился в неловкое молчание, а потом Эбби пробормотала:

— Э-э, я скоро вернусь.

Она практически свалилась со стула и выскочила из-за стола.

Допив остатки своего пива, я поднял взгляд и заметил, что парни смотрят на меня.

— Что?

Брайден наклонился вперед через весь стол так, что его локти врезались в мои.

— Ты полный и абсолютный придурок, потому что ранил ее чувства по поводу девственности.

— Я придурок, потому что сказал правду?

Эй-Джей презрительно фыркнул.

— Это называется чертов фильтр, чувак. Постарайся время от времени им пользоваться.

Когда я взглянул на Риса, тот прищурил глаза.

— Очень не круто заставлять Эбби чувствовать себя плохо, особенно, когда она так невероятно хороша.

Я открыл было рот, чтобы поспорить, когда мое внимание к сцене привлек визг микрофона для караоке. Эбби, глядя на нас, одарила меня отвратительно милой улыбкой. Мой желудок тут же скрутило, и я понял, что у меня возникли проблемы, потому что теперь меня публично назовут придурком.

— Надеюсь, вы не возражаете, если я снова спою.

Разрозненная группка дальнобойщиков засвистела и благодарно загудела, отчего Эбби заулыбалась и, задыхаясь, проговорила:

— Спасибо. — Сжав микрофон крепче, она сказала: — Просто мне бы очень хотелось выиграть сегодня пари, а спеть песню — единственная для этого возможность. — Еще раз ее синие глаза встретились с моими. — Джейк, это для тебя.

Она кивнула диджею, который нажал на кнопку, и заиграла музыка. Мне потребовалось две секунды, чтобы по начальным низким басам узнать песню.

— Вот черт, — пробормотал я, когда по всему бару заревела песня Мадонны «Как девственница». Как только несколько нетрезвых дальнобойщиков поняли, что играет, они закричали и захлопали в ладоши.

С той минуты, когда Эбби начала петь, было ощущение, что она посылала в мою сторону прямые лучи похоти. Конечно, мне было известно, что на сцене нужно кривляться, поэтому ее поведение должно было стать менее правдоподобным. Но, черт возьми, она так убедительно соблазняла. Каждые вибрации и раскачивания ее привлекательного тела, каждый раз, когда она откидывала голову назад и проводила пальцами по волосам, каждый ее крадущийся шаг и толчки бедрами просто чертовски сводили меня с ума.

Если я был потрясен, то остальные ребята сидели с открытыми ртами и расширенными от ее выступления глазами. Краем глаза я заметил, что Эй-Джей глотает свое пиво, как умирающий от жажды человек. Даже Брайден разглядывал Эбби так, как я не видел у него многие годы, хотя и гораздо невиннее, чем мы с Эй-Джем и Рисом пожирали ее глазами.

Поерзав на стуле, я понял, что совсем немного, и проиграю пари. Я опустил взгляд и посмотрел на свой предательский член. Когда я снова взглянул на Эбби, с моих губ сорвался болезненный звук, потому что ниже пояса у меня начался кромешный ад от того, что я увидел. Опустившись на колени, она начала вытворять немыслимое. Она поползла к краю сцены, не пропуская ни одной строчки и ноты. Я сидел чуть ниже, и меня буквально прострелило при виде ее платья с эпическим видом на потрясающую грудь. Достигнув края сцены, она взмахнула ногами, и на краткий миг перед моими глазами промелькнула верхняя часть ее бедер, а потом она спустила ноги со сцены.

Она спрыгнула вниз и, крадучись, двинулась к нашему столику. Не глядя на других парней, она соблазнительно поманила меня пальцем. Я покачал головой и усмехнулся, пытаясь внушить ей мысль, что она никак на меня не действует – абсолютная ложь. Но Эбби это не волновало. Она шагнула ко мне, проведя рукой по своим бедрам и заду, когда пела о первом прикосновении. А потом ее пальцы скользнули по моим волосам, накрыли щеку и игриво шлепнули по ней.

Только я подумал, что она направилась обратно к сцене, как Эбби попятилась назад и оседлала меня. С моих губ сорвалось шипение, когда она начала двигать задницей у моей промежности. Я не мог сдержаться, откинул голову назад и простонал. В былые времена мне показывали первоклассные «танцы на коленях» самые высокооплачиваемые стриптизерши. Эбби была неуклюжей и не знала точно, как двигаться на мне, чтобы доставить наибольшее удовольствие моему члену, но будь я проклят, если не почувствовал сквозь джинсы то, какой горячей и обжигающей она была. Если до этого у меня встал не до конца, то теперь я осознал, что во время ахов и вздохов в песне моя ширинка может лопнуть в любой момент.

Даже с отсутствием опыта она знала, что делать – без преувеличений. Песня продолжала играть, Эбби оглянулась через плечо и бросила на меня торжествующий взгляд.

— Так ты признаешь, что есть парни, которые могут сознательно и добровольно связаться с девственницей, или мне продолжить?

Хотя моему члену и было бы приятно, чтобы она продолжила свою неуверенную попытку приватного танца, но я покачал головой.

— Хорошо, Ангел, ты выиграла пари.

Когда Эй-Джей и Рис зааплодировали и засвистели, Эбби начала слезать с моих коленей. Но я схватил ее за руку, развернул и снова усадил на себя верхом – на этот раз мы оказались лицом друг к другу. В ее синих глазах промелькнул испуг. Я ближе наклонился к ней. Мое дыхание защекотало мочку ее уха, и она вздрогнула.

— Ты разгорячила и взволновала меня. О, зачем же ты теперь оставляешь меня неудовлетворенным!

Ее грудь поднялась и тяжело опустилась.

— Цитируешь «Ромео и Джульетту»?

— А почему ты так удивляешься?

— Ты не показался мне тем парнем, который любит читать, тем более Шекспира.

— Я полон сюрпризов, Ангел. — Мои руки крепче сжали ее бедра. — Просто нужно узнать меня чуточку лучше.

Эбби закатила глаза.

— Ты серьезно сейчас пытаешься использовать неумелые фразочки для того, чтобы подцепить меня?

— А кто сказал, что так я пытаюсь подцепить тебя? Может, я просто хочу, чтобы ты узнала меня лучше. — Когда она приподняла брови, я засмеялся. — И не только в книжном плане.

— Учитывая все то, что ты знаешь обо мне, и при этом не спишь со мной, ты по-прежнему хочешь узнать меня?

По непонятным мне причинам я кивнул.

— Да, хочу.

Она глядела на меня так, будто я в любую минуту мог сказать: «Попалась! Я пошутил!». Но когда я не сказал этого, на ее лице медленно расползлась улыбка.

— Хорошо, я тебе позволю узнать меня. — Она закусила нижнюю губу, на что мой член тут же откликнулся. — И я бы тоже могла попробовать.

— Отлично. Рад это слышать. — Я поерзал на стуле. — А теперь не могла бы ты слезть с моих коленей? После твоего маленького спектакля мне снова понадобится отойти в туалет.

У нее вспыхнули щеки, когда она поняла, что я имел в виду.

— Не очень-то по-джентльменски признаваться мне в подобном.

Я рассмеялся.

— Я говорю о том, чтобы умыться холодной водой, Ангел. Не нужно думать, что я стал бы дрочить в уборной какой-нибудь закусочной.

Теперь румянец с ее щек сполз и на шею.

— О, э-э, хорошо. — Она быстренько спрыгнула с моих коленей и, больше не глядя на меня, опустилась на свой стул. Подмигнув парням, я сказал: — Скоро вернусь. — Я кинул свой телефон Эй-Джею. — Напиши Фрэнку, что мы готовы, и оплати счет.

— Будет сделано, — ответил Эй-Джей.

Я уже почти дошел до уборной, как сзади меня кто-то схватил за футболку и с силой дернул.

— Какого черта? — воскликнул я, споткнувшись назад, когда меня втолкнули в какую-то темную комнату и захлопнули дверь. — Эй, что за черт?

Вспыхнувший свет открыл моему взору ухмыляющуюся Билли Джин. Она прислонилась спиной к двери, и я услышал отчетливый щелчок замка. Затем она шагнула вперед.

— Сначала я тебя не узнала, но теперь знаю, кто ты.

Я приподнял брови.

— И кто же?

— Джейк Слэйтер из «Сбежавшего поезда».

— Да, это я.

Ее взгляд переключился с моих глаз на вставшую выпуклость у меня в штанах.

— Похоже, у тебя небольшая проблемка. — Она засмеялась. — Думаю, следует сказать, большая проблема. — Ее наполненные желанием глаза встретились с моими. — Я бы все отдала, чтобы ее уладить.

Вот дерьмо. Этого не может быть. Как вообще возможно, что горячая красотка хочет поиметь меня всего в десяти шагах от девственницы, которую я попросил дать мне шанс вести себя по-джентельменски? Просто все оттенки того, что я облажался. Когда комната буквально сомкнулась вокруг меня, я понял, что мне нужно быстро выбираться отсюда.

Я направился к двери, но путь мне преградила Билли Джин.

— Пожалуйста!

От ее настойчивости мой член дернулся. Определенно, для одного вечера уже достаточно домоганий. Пытаясь прояснить мозг, я покачал головой.

— Да, но мне уезжать через две минуты, так что у меня нет времени для перепиха с тобой.

Ее пальцы потянулись к молнии на моих джинсах. Я вздрогнул, когда она взяла в руку мой возбужденный член.

— Я была бы счастлива от одной возможности сказать, что отсосала у самого Джейка Слэйтера.

— Мне правда нужно идти, — настаивал я, когда она опустилась на колени. А стоило ей глубоко взять его своими теплыми губами, как я застонал. Больше никаких сопротивлений — я просто сдался и получал удовольствие в темной кладовой, окруженный салфетками и упаковками кетчупа.

Но всякое удовольствие, которое я испытал, улетучилось в тот же момент, когда я кончил. На самом деле, впервые за всю свою жизнь я чувствовал себя грязным и использованным, а это говорило о многом. О чем я думал, черт возьми? Я хотел узнать Эбби, а не чтобы какая-то случайная официантка отсосала у меня в кладовке. Моя голова откинулась на коробку с солью, и я с отвращением вздохнул.

Когда Билли Джин поднялась с пола, я даже не мог на нее взглянуть.

— Спасибо, сладенький, — пропела она.

— Да не за что, — пробормотал я, направляясь к двери.

Я застегивал ширинку и поправлял свое хозяйство, когда столкнулся с Эбби в коридоре.

От моих действий к ее щекам прилил жар.

— О, привет, ты знаешь, где тут туалет? — спросила она.

И в этот краткий миг она абсолютно неправильно истолковала ситуацию. Но тут позади меня появилась Билли Джин, Эбби перевела взгляд с меня на нее, а потом ее глаза расширились. У нее в голове будто лопнула лампочка, и она без тени сомнения поняла, что о той эрекции, которую вызвала она, позаботилась Билли Джин — стервозная официантка, отказавшаяся с ней разговаривать.

Эбби уставилась на меня и тихонько покачала головой.

— Вот так ты хотел узнать меня, да?

— Эбби, я...

— Где здесь дамская комната? — потребовала она у Билли Джин.

— Дальше по коридору.

Устремив взгляд в пол, Эбби пробормотала:

— Спасибо.

Твою мать! Я так облажался!

Глава 5 Эбби

Когда я заперлась в грязной кабинке, то с трудом сдерживала свои эмоции. Мне казалось, будто я катаюсь на неисправной карусели. Сначала Джейк проявляет ко мне интерес, а уже в следующую минуту перепихивается со случайной официанткой. Какого черта он добивается? Наверно, лучше спросить, чего добиваюсь я? Зачем я вообще даже отдаленно заинтересовалась каким-то придурком, который вытворяет такое? Наверно, я сбрендила, раз решила, что такой человек, как Джейк Слэйтер, действительно заинтересуется мной или будет готов бросить свое легкое поведение.

— Я такая глупая! — воскликнула я.

Как только я закончила свои дела в уборной, то сделала глубокий вздох и вышла. Отчасти я ожидала, что Джейк будет ждать меня, чтобы попытаться поговорить или объясниться, но он снова меня разочаровал. Вместо этого он сидел за столом, подперев рукой подбородок, пока другие парни болтали и смеялись.

Опустившись за стол, я не осмелилась посмотреть на него. Было слишком неловко. Я попыталась занять себя телефоном, но чувствовала на себе его прожигающий взгляд. А потом, когда он наклонился, тепло его тела приблизилось ко мне, заставив меня задержать дыхание.

— Ангел, по поводу того, что произошло там...

Его прервал телефонный звонок. Один взгляд на имя звонившего, и он уже вскочил со стула.

— Чувак, что случилось?

— Это Салли, — ответил Джейк, прежде чем выйти из ресторана.

Несмотря на то, что я ненавидела себя за это, я все-таки спросила:

— А кто такая Салли?

— Его тетя, — скривившись, ответил Эй-Джей. Потом он допил остатки своего пива и добавил: — Надеюсь, это не значит, что с его мамой что-то случилось.

Вскоре я с парнями вышла из ресторана. Фрэнк еще не приехал, поэтому в ожидании него мы стояли под навесом. Вглядываясь в ночь, я увидела фигуру Джейка. Телефон был плотно прижат к уху, а сам он расхаживал по парковке. Свободной рукой он яростно жестикулировал. Как бы то ни было, то, что говорила ему тетя, очевидно, очень его расстроило. Как только он закончил разговор, на парковку, скрипя шинами, въехал знакомый черный внедорожник.

— Джейк! — позвал Эй-Джей.

Не отвечая, он подошел к нам. На этот раз он даже не потрудился открыть дверь и помочь мне залезть внутрь. Вместо этого, он исчез на заднем сиденье, не сказав никому ни слова.

Я запрыгнула внутрь, а потом прикусила изнутри щеку. Должна ли я забыть, каким тупицей он себя выставил, и, по крайней мере, поинтересоваться? Несмотря на то, что какая-то часть меня хотела его послать, я, в конце концов, стиснула зубы и повернулась, чтобы посмотреть на него. Выражение его лица было мрачным, он смотрел вперед.

— Все в порядке? — осторожно спросила я.

— Отлично, — пробормотал он.

Поняв, что он не в настроении для разговора, я спокойно развернулась и уставилась в ветровое стекло. По дороге обратно парни громко и шумно общались, а Джейк так и не проронил ни слова. Как только внедорожник остановился напротив автобуса, он выпрыгнул и затопал по ступеням.

— Интересно, какая муха его укусила? — прежде чем вылезти, спросил Рис.

Парни все высыпали из внедорожника, когда Фрэнк дотронулся до моего плеча. Я в удивлении повернулась к нему.

— Эбби, я знаю Джейка и по тому, как он ведет себя, беспокоюсь, что что-то случилось с его семьей. Он не так легко открывается, но если ты сможешь, пожалуйста, попытайся узнать, что с ним происходит.

— Но ты же видел, что он и двух слов мне не сказал.

— Знаю. Но, пожалуйста, попробуй еще раз.

— Хорошо. Я попробую.

Я вылезла из внедорожника и направилась к автобусу. Пока остальные ребята развалились в гостиной, Джейк заметно отсутствовал. Я вытянула шею, чтобы посмотреть, не проскользнул ли он в ванную.

— А где Джейк? — спросила я, когда водитель автобуса завел двигатель.

— Он взял айПод и завалился спать.

Часы на микроволновке показывали всего лишь восемь часов. Я не могла представить, что такой парень, как Джейк, лег бы спать так рано. Я решила, что лучше сменить тему.

— Кстати говоря, где я буду сегодня спать?

— Сегодня моя очередь спать на кровати, но я целиком отдаю ее тебе, — предложил Рис.

— Нет, нет, я не хочу какого-то особенного отношения. Я серьезно отношусь к пари и испытаю все аспекты жизни в дороге. Я и раньше спала на койке, так что смогу снова это сделать.

Эй-Джей усмехнулся.

— Дай угадаю. Ты предпочитаешь нижнюю койку.

Я кивнула.

— Да, люблю быть поближе к земле. Пару лет назад я спала на верхней койке, когда мы попали в ужасную бурю с градом. Автобус занесло на скользкой дороге, и я упала.

— Тогда нижняя койка — твоя, Эбби, — с улыбкой проговорил Брайден.

— Спасибо.

Он указал на диван.

— Мы как раз собирались посмотреть фильм, если хочешь, присоединяйся.

— Надеюсь, не рейтинга 18+? — поддразнила я.

Брайден засмеялся.

— Нет, может, какую-нибудь комедию с Уиллом Ферреллом рейтинга 16+. Сойдет?

— Если про Рики Бобби, то идет.

— Великие умы мыслят одинаково.

— Дайте я только переоденусь.

Когда я шла к спальне, то остановилась у постели Джейка.

— Джейк? — осторожно спросила я. Он не ответил, тогда я пошла дальше. Несмотря на то, что к двери я придвинула свой чемодан и кейс с гитарой, я с рекордной скоростью стянула с себя платье. Потом накинула свою старую футболку «Лестницы Иакова» и штаны для йоги. Завязала волосы в хвостик и вышла из комнаты.

Фильм уже начался, когда я опустилась на диван рядом с Брайденом. Несмотря на то, что все мы, возможно, видели этот фильм сотню раз, мы все равно истерично хохотали. Должна признаться, что без Джейка с парнями весело тусоваться. Казалось, что его отсутствие сняло напряжение, и Эй-Джей с Рисом вели себя как братья, скорее даже как потенциальные любовники.

Когда начались «Сводные братья», усталость за день вкупе с покачиванием автобуса привели меня в сонливое состояние. Мои веки все тяжелели, пока я, в конце концов, не заснула. Проснулась я уже в конце фильма, а моя голова покоилась на плече Брайдена. Я отпрянула от него.

— О, прости, пожалуйста!

Он улыбнулся.

— Все в порядке. Ты устала. — Он взглянул на остальных парней. — Наверно, нам всем пора уже ложиться. Завтра снова предстоит долгий день дороги перед очередным шоу.

Когда все мы по очереди воспользовались ванной, то каждый устроился на своей кровати. Я посмотрела на свой телефон и ответила на несколько сообщений ребят. К счастью, мои родители находились на конференции с множеством мероприятий, поэтому парням пришлось осторожно сообщить им новости за несколько часов до моего происшествия. Поскольку было уже поздно, яростного звонка, который я обычно получала, так и не последовало.

Вместо этого меня наводнил шквал разгневанных сообщений от отца, которые, не будь он священником, можно было приравнять к возгласам: «Какого черта ты делаешь в автобусе с кучкой озабоченных рокеров?». Моя мама, всегда выступавшая в качестве миротворца, тоже подключилась к сообщениям и попыталась уговорить отца, — это было довольно весело, учитывая, что они находились в одной комнате.

В конце концов, я надавила на самое больное место, сказав, что как священник он не должен осуждать людей. После продолжительной паузы он, наконец, ответил: «Ты права, Эбигейл. Мы знаем, что у тебя хорошая голова на плечах. Просто убедись, что тебя направляют твоя совесть и моральные принципы».

Ощутив огромную вину из-за предстоящей поездки, я поборола желание закатить глаза. Поэтому быстро написала в ответ: «Конечно. Увидимся, ребята, через неделю».

Родители прилетели, чтобы посмотреть мое первое выступление с парнями. И эта неделя должна была стать подготовительной, но теперь я прямо с автобуса отправлюсь на концерт. При этой мысли я проглотила поднимающуюся в горле желчь.

Пожелав спокойной ночи, я положила телефон и устроилась на тесной кровати. Как только я закрыла глаза, возле моей головы раздался громкий стон. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что я нахожусь буквально в нескольких сантиметрах от Джейка. Каждый раз, когда я начинала задремывать, Джейк издавал шум, и я снова просыпалась.

Я взбила подушку уже, наверно, в сотый раз и постаралась игнорировать звуки, исходящие с кровати Джейка. Мое лицо накрыл жар, когда с его стороны усилились всхлипывания и стоны. Господи, это похоже на порно! По опыту своих братьев я прекрасно понимала, чем он занимался, и меня это привело в бешенство, особенно, после того, что произошло с Билли Джин.

Они все клялись мне, что будут вести себя как настоящие джентльмены, если я останусь с ними в автобусе! Я молча закипала. И каким же сексуальным маньяком должен быть Джейк, если ему снова нужно этим заниматься после того, как он вытворил такое во время ужина? Меня не волнует, что ему нужно снять стресс после недавнего телефонного звонка. Бред!

Плюхнувшись обратно на матрас, я скрестила руки на груди, а потом с моих губ сорвалось разочарованное ворчание.

— ¿No puedes dormir, Angel? Не можешь заснуть, Ангел? — из-за моей занавески раздался глубокий голос Эй-Джея.

Я отодвинула тяжелую ткань. Он наполовину лежал на своей койке, листая спортивный журнал.

— Нет, не могу спать, когда рядом со мной шумят.

Он встретился со мной взглядом и улыбнулся.

— Не стоит теребить свои сексуальные кружевные трусики, которые я мечтаю увидеть на тебе. Он не дрочит.

— Я так и не думала.

— Ну да, конечно, — с усмешкой фыркнул он.

И как по команде Джейк издал долгий стон. Я покачала головой.

— Ну, тогда, если он этого не делает, значит, с ним все в порядке?

— Последнее время ему снится много кошмаров. Я пытаюсь не обращать внимания — позволь ему сохранить репутацию и не выглядеть придурком.

Я закатила глаза.

— А ты когда-нибудь думал спросить у него, что с ним происходит?

Брови Эй-Джея выгнулись.

— Если бы я стал себя вести чересчур сентиментально, Джейк спросил бы, когда я отрастил себе вагину.

—Но кто-то все-таки должен поинтересоваться. Просто видно, что его, похоже, мучает физическая и эмоциональная боль.

Когда Эй-Джей не пошевелился, я раздраженно вздохнула, а потом выскочила из кровати. Я не могла поверить, что после всего, через что мы прошли с Джейком за последние двенадцать часов, во мне еще осталась капля заботы о нем. Но я что-то видела внутри него – какой-то проблеск приличия, заставлявший меня беспокоиться и заботиться о нем, даже когда этого не нужно делать.

Я кинула на Эй-Джея убийственный взгляд, в ответ на который тот поднял руки.

— Послушай, mi amor, любовь моя, парни просто не занимаются такой трогательно-сентиментальной фигней, понятно? Если бы я разбудил Джейка сейчас, чтобы обнять, он бы очень сильно разозлился.

Я проигнорировала его и на цыпочках подошла к Джейку. Дрожащими пальцами я приоткрыла тяжелую занавеску у его кровати. Одеяло закрутилось вокруг его талии. Грудь с множеством татуировок покрывали капли пота. Его брови нахмурились, а губы изогнулись в гримасе. Моя рука зависла над его плечом. Наконец, я осторожно потрясла его.

— Джейк, проснись, — тихо потребовала я.

Его тело дернулось, прежде чем дикие глаза распахнулись, и взгляд скользнул по верхней койке.

— Ш-ш-ш, все хорошо, — прошептала я.

Безумный взгляд Джейка метнулся к моему, когда он открыл рот и стал ловить им воздух.

Я обнадеживающе ему улыбнулась, поглаживая плечо.

— Тебе приснился кошмар.

Джейк продолжал тяжело дышать. Я успокоилась, когда он высунул ноги и опустил их на ковер. Сидя на краю кровати, он наклонился вперед и обхватил голову руками.

— Прости, что разбудил тебя, — ответил он.

С повышенным стремлением защищать я бросилась к нему, прижав руки к его волосам. Нежно провела пальцами по его темным потным прядям, убирая их с глаз.

— Ты меня не разбудил. Я беспокоилась о тебе.

Его голова дернулась, а лицо охватило удивление.

— Правда?

Я кивнула.

— После телефонного разговора со своей тетей ты выглядел немного расстроенным. А потом этот кошмар. — Я взглянула на Эй-Джея, который с любопытством следил за нами. — Знаю, большинство парней не достаточно мужественны, чтобы справиться с эмоциями и проблемами...

Эй-Джей фыркнул.

— Это твои слова, не мои.

— В любом случае, я просто хотела, чтобы ты знал: я здесь с тобой. Если тебе нужно о чем-то поговорить или просто нужен кто-то, кто посидел бы с тобой, пока ты не уснул, я тоже здесь.

С широко раскрытыми глазами и открытым ртом Джейк на мгновение уставился на меня, будто у меня выросли рога. Осознав, что у нас с ним ничего не получится, я подняла руки.

— Или я просто могу оставить тебя в покое и лечь спать. Оба варианта хороши.

Когда я повернулась, чтобы уйти, Джейк схватил меня за руку.

— Подожди, — хриплым голосом приказал он.

— Ладно.

— Это, правда, милое предложение, Ангел. Но из-за него я чувствую себя настоящим придурком. Мне нужно сказать тебе, как сильно я сожалею о произошедшем. Это был по-настоящему сволочной поступок. Конечно, сейчас это не имеет значения, но это она пришла ко мне. Хотя я должен был сказать ей «нет» и объяснить то, что сказал тебе.

Я не ожидала от него извинения, поэтому мне потребовалась минута, чтобы собраться с мыслями и, меньше всего, чтобы принять его слова.

— Спасибо. — Когда он одарил меня смущенной улыбкой, я вздохнула. — Как бы я ни ценила эти слова, но тебя вовсе не это беспокоит, да?

Он покачал головой.

— Просто... — Он откашлялся. — Моя тетя Салли звонила моей матери. Она сказала, что та не хотела беспокоить меня посреди турне и отказалась рассказывать мне правду о том, что происходит...

— Что случилось? — встревожилась я.

Его грудь поднялась и опустилась с резким выдохом.

— После трехлетней стадии ремиссии мамин рак вернулся. Тетя Салли говорит... — Его лицо исказилось от боли. — Она говорит, что на этот раз ничего нельзя сделать — никакого лечения. Она будет принимать лекарства, чтобы сделать комфортными свои последние... несколько месяцев.

Я ахнула.

— Ох, Джейк, мне так жаль.

Я взяла его ладони в свои и сжала. На его лице отражались истинное страдание и опустошение, и мою грудь сжало от боли, которую он излучал.

На его измученные голубые глаза навернулись слезы.

— Просто... — Он махнул рукой в сторону коек. — Можешь спросить у остальных парней, что я настоящий маменькин сынок. После того, как мой отец сбежал со своей секретаршей и заново женился, я стал для нее всем. И она для меня — все. Я даже не могу подумать... — Его слова утонули в потоке эмоций, а потом он заплакал. Это были резкие, сотрясающие тело рыдания. Я обхватила его руками за шею, притянув к себе. Он зарылся лицом в мой живот, его тело поднималось и дрожало от плача.

От этих рыданий даже Брайден слез со своей койки, а Рис, пошатываясь, вышел из спальни. Они оба недоверчиво глядели на Джейка, будто тот был каким-то представителем инопланетной жизни. Не знаю, то ли из-за того, что он плакал, то ли потому что я обнимала его. Когда я посмотрела на Эй-Джея, его лицо выражало беспокойство, а в глазах читалась боль. В конце концов, он вырос вместе с Джейком и очень хорошо знал его маму.

Я бросила на Эй-Джея сопереживающий взгляд.

— Только не Сьюзен, — тихо проговорил он и зажмурил глаза. Я видела, что он сам с трудом сдерживал слезы. — Твою мать, — пробормотал он себе под нос.

В следующий миг я упала назад, когда Джейк опустился коленями на пол автобуса. Потянув меня за бедра, он дернул меня к себе и заключил в свои медвежьи объятья.

— Ш-ш-ш, все будет хорошо, — тихонько пропела я ему на ухо.

Он яростно потряс головой из стороны в сторону.

— Нет, не будет. Если бы все не было так плохо, тетя Салли не стала бы мне звонить. — От его рыданий мое тело так сильно вздрагивало, что зубы стучали друг о друга. — О, Боже, я не вынесу этого, Ангел. Без нее я умру.

Несмотря на то, что я выросла, видя, как мои родители каждый день справляются с эмоциональными прихожанами, сейчас я чувствовала себя абсолютно беспомощной, когда дело дошло до утешения Джейка. Я пыталась подобрать правильные слова, чтобы его успокоить, круговыми движениями гладя по спине.

— Послушай, я позвоню своим родителям и попрошу их помолиться о ней. Церковь моего отца не просто так называют Божьим куполом! И, может быть, ее мог бы осмотреть другой врач. Знаешь, получить второе мнение и все такое. — В голове крутились мысли, пока я пыталась думать, что делать или как утешить Джейка, поскольку он продолжал неудержимо рыдать. Не успев что-то придумать, я выпалила: — Эй, один из дьяконов нашей церкви сейчас лечится в центре онкологии. Мы можем определить туда твою маму.

Рыдания Джейка стали ослабевать, но он по-прежнему крепко меня обнимал. Его голос, хриплый от плача, прозвучал приглушенно возле моей груди:

— Я ценю это, Ангел. Но тетя Салли ясно выразилась. Рак вернулся, и я ни черта не могу сделать, только наблюдать за тем, как она умирает.

Проведя пальцами по его волосам, я наклонилась вперед, чтобы прошептать ему на ухо:

— Мне так жаль. Я бы все отдала, чтобы забрать твою боль.

— Спасибо, — пробормотал Джейк и отодвинулся, чтобы посмотреть на меня. В его голубых глазах блестели слезы, а лицо по-прежнему искажало горе. — Ты это серьезно? — Когда я в замешательстве приподняла брови, он ответил: — Хотела бы забрать мою боль и что-то сделать для моей мамы.

— Конечно.

Он недоверчиво продолжал смотреть на меня, будто думал, что я в любой миг исчезну — будто я была иллюзией. Его дрожащая рука легла на мою щеку.

— Ты действительно ангел, да?

Я улыбнулась.

— Нет, я лишь просто забочусь о тебе и твоей маме.

— Но как ты не понимаешь? Я никогда не встречал девушки, которая бы по-настоящему заботилась обо мне и не только потому, что я Джейк Слэйтер из «Сбежавшего поезда».

— Тогда это грустно, потому что, несмотря на все твои ошибки, ты действительно заслуживаешь того, чтобы о тебе знали и заботились.

На мои слова Джейк несколько раз моргнул, проведя большим пальцем по моей скуле. Потом потянулся и, когда я вздохнула, потому что думала, что он хочет меня поцеловать, оставил на моей щеке нежный поцелуй.

— Спасибо, Эбби. Может, мама была права, когда утверждала, что нас вместе свела судьба.

От его заявления у меня расширились глаза.

— Может, и так, — пробормотала я.

Мы несколько минут глядели друг на друга, а после я похлопала Джейка по плечу.

— Сейчас тебе лучше?

Он пожал плечами.

— Насколько это возможно.

— Может, хочешь молока или воды перед тем, как лечь спать?

Уголки его губ поползли вверх.

— Следующим ты предложишь мне почитать сказку на ночь?

Я рассмеялась.

— Нет, просто я пытаюсь позаботиться о тебе.

— Ты относишься ко мне по-матерински, — пробормотал он, когда его лицо охватила грусть.

— Ну, если тебе ничего больше не нужно, то я пойду спать.

Как только я направилась к своей койке, Джейк схватил меня за руку и потянул к себе.

— Поспи со мной, — прошептал он мне на ухо.

Я отшатнулась, готовая разразиться тирадой, что он играет на моих эмоциях и пристает ко мне, когда мученическое выражение на его лице остановило меня.

Он умоляюще смотрел мне в глаза.

— Мне до сих пор чертовски страшно, Ангел. Мне просто нужно ночью кого-нибудь обнимать, чтобы не чувствовать себя одиноко.

Мне пришлось приложить усилия, чтобы отдышаться. Как это возможно, чтобы сломленный ранимый парень передо мной и дерзкий эгоцентричный Джейк, который меня бесил, был одним и тем же человеком?

— Никаких глупостей?

Он покачал головой.

— Клянусь.

Я закусила нижнюю губу, взвешивая все варианты. После его эмоционального срыва было бы жестоко оставлять его одного. Я пыталась думать, что бы чувствовала я, если бы такое произошло с моей мамой.

— Ну, хорошо. Если тебе так станет лучше.

Наклонившись вперед, он нежно поцеловал меня в щеку.

— Спасибо, Ангел.

Мое сердцебиение так быстро ускорилось, что мне пришлось прижать ладонь к груди, чтобы убедиться, что оно сейчас не взорвется. Что со мной происходит? Вот только что я утешала Джейка, а потом у меня возникли эти неуместные чувства из-за его прикосновения. Наконец, я произнесла:

— Пожалуйста.

Тут вперед шагнул Рис.

— Сегодня возьми кровать, приятель.

— Нет, сегодня твоя ночь.

Пожав плечами, Рис ответил:

— Это меньшее, что я могу сделать. — Его взгляд метнулся к моему. — Кроме того, там будет удобнее Эбби.

— Я это ценю, но мне не нужна жалость, понятно? — сказал Джейк.

Несмотря на то, что Рис предлагал это из доброты, а не жалости, он склонил голову.

— Как скажешь. Она твоя, если хочешь. Просто помни об этом.

— Спасибо, приятель.

Раскачиваясь взад и вперед, Рис, наконец, прошел еще вперед и неуверенно обнял рукой Джейка.

— Мне жаль, приятель. Правда, очень жаль.

Джейк похлопал Риса по спине.

— Спасибо. Я ценю это.

Когда Рис отстранился, его место занял Брайден. Джейк прижался к нему, и было видно, что он с трудом сдерживается, чтобы снова не потерять контроль.

— Мы с тобой, брат. Мы пройдем с тобой до конца — в ад и обратно. Понял? — сказал Брайден.

— Да, я знаю.

Взяв Джейка за плечи, Брайден посмотрел на него почти как отец на сына.

— Ты получишь все, что нужно. Отменить гастроли или сдвинуть сроки выпуска альбома, все будет сделано, хорошо? Никаких вопросов и никаких возмущений от студии грамзаписи.

— Я не могу вас подвести, ребята, — возразил Джейк.

— В мире полно и других вещей помимо грампластинок и билетов на концерт. Когда бы тебе ни понадобилось побыть со своей мамой, у тебя есть мое благословение. — Он окинул взглядом Риса и Эй-Джея, а потом добавил: — И если кто-то из этих придурков имеет что-то против, я башку ему снесу.

Рис поднял руку.

— Эй, парни, вы же мои братья. Мы четыре мушкетера — «один за всех и все за одного». Я участвую во всех решениях, которые принимает братство, и буду бороться со всеми, кто обидит нас. Я же бросил юридическую школу, помнишь? Поэтому смогу найти лазейку в таких договорах. — Он щелкнул пальцами для пущего эффекта.

В глазах Джейка заблестели слезы.

— Спасибо, парни.

Я заметила, что Эй-Джей заметно притих. Наконец, он спрыгнул со своей койки. Они с Джейком стояли и смотрели друг на друга несколько секунд, прежде чем кинуться друг другу в объятья.

— Чувак, я не знаю, что сказать, черт возьми. Мое сердце разбито — из-за Сьюзен и тебя, — сокрушался Эй-Джей, его голос звучал приглушенно из-за груди Джейка.

— Все нормально, чувак. Тебе не нужно ничего говорить, — ответил Джейк.

— Но я хочу. Я хочу говорить и поступать правильно, потому что ты был моим самым лучшим другом с одиннадцати лет.

По моим щекам потекли слезы при виде такой любви между парнями. Тыльными сторонами ладоней я смахнула их. В конце концов, Джейк отодвинулся от Эй-Джея и печально улыбнулся.

— Ладно, хватит слез — мы ведем себя как кучка слюнтяев. Не знаю, куда делись наши яйца, но достаточно этой эмоциональной чепухи.

Услышав мой резкий вдох и заметив мое испуганное выражение лица, Джейк начал смеяться. И скоро к нему присоединились остальные парни. Скрестив руки на груди, я фыркнула:

— Ну, я рада, что смогла вас удивить, ребята!

Эй-Джей подмигнул мне.

— Нам это было нужно, Ангел.

— Как скажете, — ответила я.

— Ладно, шоу окончено. Парни, возвращайтесь по кроватям, — раздал указания Брайден.

Рис зевнул и склонил голову.

— Спокойной ночи, парни. Спокойной ночи, Эбби, — сказал он и повернулся, чтобы отправиться в спальню.

— Спокойной ночи, — крикнула я ему вслед.

Брайден и Эй-Джей тоже пожелали спокойной ночи, а потом вернулись к своим койкам, оставив нас с Джейком совершенно одних.

Оглядев смятые простыни на его кровати, я спросила:

— И как мы будем спать?

— Мы можем спать в позе «ложки».

Мои брови взметнулись вверх.

— Мы можем что?

На его губах появилась тень улыбки.

— Ты, правда, не знаешь, что это такое?

Мои щеки залил румянец от смущения, когда я опустила голову.

— Нет, — пробормотала я.

Палец Джейка опустился на мой подбородок и приподнял голову, чтобы я посмотрела на него.

— Ничего страшного. Я покажу.

Стоя на коленях, он придвинулся к краю кровати, где прижался к стене. Потом повернулся набок ко мне лицом. А затем поманил меня рукой к себе. Я вздохнула. Сейчас или никогда. Я опустилась рядом с ним.

— Теперь ложись набок, — наставлял он.

Я быстро перевернулась так, чтобы не оказаться к нему лицом. Мое дыхание перехватило, когда я почувствовала, что он прижался ко мне сзади. Его рука обхватила меня за талию, накрыв бедро. Потом он устроил свой подбородок у меня на шее. Его дыхание грело мою кожу, когда он спросил:

— Тебе удобно?

Я пыталась успокоить свое частое дыхание. По правде говоря, было очень приятно находиться настолько близко к нему. Несмотря на то, что все затевалось для того, чтобы просто его утешить, делить постель с Джейком казалось опасным и запрещенным мероприятием.

— Эбби, тебе удобно?

Джейк редко использовал мое настоящее имя, поэтому я поняла, что он действительно беспокоится. Я потянулась вниз, чтобы взять его за руку. Сжала ее, а потом оглянулась на него через плечо.

— Да, хорошо.

От его искренней улыбки мое сердце затрепетало.

— Спасибо. Я никогда этого не забуду. — И еще тише он пробормотал: — И я никогда не забуду тебя.

Я закрыла глаза и приказала себе заснуть. Ощущая возле себя тепло тела Джейка и ритмично вздымающуюся и опускающуюся грудь у своей спины, в скором времени я погрузилась в глубокий довольный сон.

Глава 6 Джейк

Ко мне прильнуло восхитительное тепло и прорвалось сквозь все уровни моего сознания. Я не стал бороться с пробуждением от столь чудесного сна. В конце концов, я лег спать один, да? Но когда мои бедра утренним стояком машинально уперлись в мягкие округлости, мне все показалось таким реальным. Не открывая глаз, моя рука скользнула к груди девушки из сна, чтобы накрыть ее ладонью. Тихий стон, сорвавшийся с ее губ, мог превратиться в душераздирающий крик, потому что в это мгновенье я осознал, что эта девушка не являлась частью моего сна, и, что хуже всего, я лапал Эбби.

Я отдернул руку как ошпаренный. К счастью, она спала без задних ног, и мои похотливые нападки ее не разбудили. Я осторожно перелез через нее и выбрался из своей постели. Оглянувшись назад, я окинул взглядом ее спящую фигурку. Мое сердце сжалось. Ни одна девушка раньше меня не утешала — по крайней мере, с тех пор как я стал знаменитым. Девчонкам просто нужна была часть славы или возможность сказать, что они переспали со мной. С нашим-то графиком иметь девушку доставляло лишь больше хлопот. По крайней мере, так я говорил себе.

Откинув светлые пряди с ее лица, я нежно погладил щеку Эбби, но она все равно не пошевелилась. Наоборот она так мило хрюкнула, за что в состоянии бодрствования ей стало бы стыдно. Она самый настоящий ангел, спустившийся прямо с небес, которая утирала мои слезы, утешала меня, не говоря уже о том, что спала со мной, хотя и не должна была.

Черт. И почему она должна быть такой красивой? Было бы гораздо проще, если бы она оказалась какой-нибудь простушкой или уродиной. Нет, моя спасительница — мой ангел — должна быть фантазией любого мужчины. С расстроенным ворчанием я ретировался в ванную. Несмотря на искушение, я не стал бы сегодня утром дрочить. Дело не в такой уж моей чистоте — черт, я же позволил официантке отсосать у меня прошлым вечером в подсобке закусочной. А в том, что, чтобы возбудиться, мне бы пришлось фантазировать об Эбби.

Поэтому я включил холодный душ и смотрел, как мое возбуждение спадает вместе со стекающими потоками воды. Только я собрался выключить воду, как меня накрыл рифф[11], словно проехавшийся в голове поезд. Он буквально застал меня врасплох, так что мне пришлось прислониться к кабинке, чтобы не упасть. Зажмурив глаза, я напел вслух то, что крутилось у меня в голове.

Вылетев из душа, я запахнул на талии полотенце и вышел из ванной. Обычно я шел в спальню за вещами голышом, но сейчас не посмел бы столкнуться с Эбби в таком виде. Одевшись, я взял гитару, блокнот, какие-то ноты и карандаш и отправился на кухню. Включив кофеварку, я плюхнулся за стол.

Я быстренько записал рифф, который услышал, и стал работать над мелодией. Покончив и с этим, я начал подбирать подходящий текст. В этот момент вырвались все мои эмоции. За все время яростной писанины я остановился только один раз, когда у меня свело руку от быстрых движений.

Потом я пристроил гитару на коленях и стал наигрывать только что написанную мелодию. Я стер и изменил несколько аккордов, а потом начал заново. Прикрыв глаза во время игры, я сосредоточился на словах в своей голове.

Но тут кто-то подошел ко мне сзади, и мои веки распахнулись.

— Доброе утро, — тихонько пробормотала Эбби.

Я оглянулся на нее и улыбнулся.

— Доброе. Я тебя разбудил?

— Да, но ничего страшного.

— Прости. Моя муза решила, что мне больше не нужно спать, — солгал я, потому знал, что очень разозлю ее, если скажу правду. Дернув головой поверх плеча, я сказал: — Там есть кофе, если хочешь. Хотя тебе, наверно, лучше выпить апельсинового сока. — Я подмигнул ей. — Не хочу, чтобы ты снова у меня на глазах свалилась в обморок.

От моей внимательности ее щеки порозовели.

— Спасибо. Но со мной теперь все в порядке.

Я кивнул.

— Мы остановимся на завтрак, может, через час или около того.

— Хорошо. — Она махнула рукой в сторону блокнота и записанных текстов и аккордов. — Как продвигается?

Я скорчил рожу.

— Хорошо, но она никогда не выйдет в свет.

— Почему нет? — спросила она, опустившись на сиденье рядом со мной.

— Студии грамзаписи нужны от нас очень своеобразные вещи, — я махнул блокнотом, — а это не из их числа.

Подтянув колени к груди, она уперлась в них подбородком.

— Не узнаешь, пока не попробуешь.

— Поверь мне, этого не будет.

Она вскинула брови.

— Ой, да ладно тебе, мистер Стакан Наполовину Пуст. О чем она?

С некоторым сомнением я ответил:

— О моей умирающей маме.

Ее лицо сникло.

— О, Джейк, мне так жаль, — прошептала она.

— Я знаю. И спасибо. — Стоило мне начать вырывать слова песни из блокнота, как она потянулась ко мне и схватила за руку.

— Не надо.

Я решительно сжал челюсти.

— Ничего не получится, Ангел. Я должен петь о любви, отношениях и сексе. О всякой такой хрени. Песня о моем чертовом сердце, разрывающемся на части из-за того, что моя мама умирает, не приведет нас к альбому, не говоря уже о сингле.

— А как насчет Эрика Клэптона и его «Слез в небесах»?

Я бросил на нее испепеляющий взгляд.

— Это же Клэптон. Он мог послать любую студию грамзаписи, если бы тем не понравились его песни.

— Хорошо, тогда дай мне подумать. — Несколько секунд она барабанила пальцами по столу. — Ладно, а что ты скажешь про песню Альтер Бридж «Светлой памяти»?

Мои брови приподнялись от удивления.

— Ты, правда, слушаешь Альтер Бридж?

Она закатила глаза.

— Вопреки твоему мнению, я не пребывала всю жизнь в дремучем лесу и не слушала только Джонас Бразерс.

Я не смог сдержать уголки своих губ, которые тут же поползли вверх.

— Ну, хорошо, руководство Альтер Бридж преподносит их не таким образом, как наше.

— Ты и правда собираешься так быстро сдаться в том, что тебя действительно захватывает? — Она подвинула ноги туда, где ее локти опирались на стол. — Это совсем не похоже на дерзкого, плюющего на всех Джейка, которого я знаю.

Минуту я хмурился, а потом разочарованно выдохнул.

— Ну, хорошо, мисс Все Исправим, что мне сделать, чтобы она зазвучала?

Склонив голову, она задумчиво закусила нижнюю губу.

— Почему бы тебе не выбрать что-то символическое, что бы олицетворяло твоей мамы... — Она не могла заставить себя выговорить эти слова вслух.

— Ты же большая девочка, скажи прямо. Ее смерть. — Эбби уже было открыла рот, но я остановил ее рукой. — Да-да, тебе жаль. Я знаю. А теперь давай дальше про всю эту символическую фигню.

— Ну, это как в 60-е годы люди пели песни с зашифрованными в них символами из-за законов Федерального агентства по связи. Как у Бердс в «Мистере Тамбурине» говорится о торговце наркотиками, и уверена, ты знаешь о «Паффе, волшебном драконе».

Я сердито взглянул на нее.

— Ты, конечно же, думаешь, что я знаю песни с подтекстом о наркотиках?

Она усмехнулась.

— Я не хотела тебя обидеть.

— Хочу тебе сообщить, что наркотики я не употреблял со времен средней школы, Ангел, — рассмеялся я.

— Приятно слышать.

Я покрутил пальцем у виска.

— Они мешают моей творческой личности, так что я просто говорю «нет».

— Хм-м, а что с алкоголем? — поинтересовалась она.

Черт, вот тут она меня подловила. Я не смог сдержать застенчивости, мелькнувшей на моем лице.

— Ну, у нас у всех свои недостатки. — Потом я показал на блокнот. — Так ты хочешь, чтобы я написал о смерти своей мамы с использованием символов — чтобы эмоции выражало что-то еще, помимо смерти.

— Верно.

Несколько секунд мы сидели молча. Когда я щелкнул пальцами, Эбби подпрыгнула.

— Что, если смертью я сделаю человека — типа, чувак, с которым я борюсь ради мамы?

— Сделай ее девушкой — единственная в мире женщина, которую ты когда-либо любил.

— Точно.

Она с энтузиазмом закивала.

— Ты, безусловно, убедишь всю публику. Посмотри, например, на песню «Я всегда буду любить тебя».

Я в замешательстве нахмурил лоб.

— Уитни Хьюстон?

— Нет, ее написала Долли Партон, а Уитни сделала ее великой.

Я усмехнулся.

— Ангел, по-моему Долли Партон для тебя – небольшой фетиш, что меня немного беспокоит.

— Вообще-то это фетиш моей мамы, — рассмеялась Эбби. — Она родом из Севьервилла, штата Теннесси, откуда и сама Долли. Так что я выросла на ее альбомах, а мама читала ее книгу. В ней Долли объясняет, что когда в песне поется об освобождении от любовных отношений, то на самом деле в ней говорится о разрыве отношений с ее партнером по бизнесу и пению, Портером Вагонером.

— Ты просто кладезь знаний, — поддразнил я.

— Поверь мне, когда ты вырастешь с периодическим отключением электричества или вовсе с его отсутствием, то научишься себя развлекать. Для нас с братьями это было обучение игре на инструментах и написание песен. Для мамы — книги.

Вытащив из-за уха карандаш, я моментально начал грызть ластик.

— Хм-м, значит, если смерть — это крадущий у меня девушку отморозок, то остальной текст мне придется еще дописать. Нужно кое-что улучшить. И мне кажется, что мелодия подойдет. — Я пристроил гитару на коленях. — Что скажешь об этом? — спросил я, прежде чем проиграть несколько аккордов.

Эбби закрыла глаза и позволила музыке захлестнуть ее.

— Ух ты, здорово. В ней есть что-то такое запоминающееся.

— Ты так считаешь?

Не успела она открыть глаза, как я пристально уставился на нее. Обычно мне не требуется чье-то одобрение по поводу моих творений, за исключением костюмов на пластинке. Но мне отчаянно хотелось услышать подтверждение от Эбби.

— Да. Даже отложив в сторону то, что я знаю о значении песни, мне хочется плакать уже от одних звуков музыки, а ты даже еще не добавил слова.

— Спасибо. Дай мне еще несколько минут, ладно?

— Конечно.

Пока она наливала себе апельсиновый сок, я взялся за переделывание текста. Удовлетворенный тем, что теперь все эмоции на своих местах, я отложил карандаш. Не знаю, сколько времени я работал над песней. Должно быть, прошло немало времени, поскольку стакан Эбби уже был пуст. Она терпеливо сидела передо мной.

— Готова?

Она кивнула.

Сосредоточив все свое внимание на Эбби, я спел слова песни, в которые вложил все свои чувства. В ее синих глазах сверкнули слезы, а потом побежали по щекам.

— Ох, Джейк, — пролепетала она.

— Думаешь, то, что надо?

Она прижала ладонь к груди, чуть выше сердца.

— Это бесподобно.

Так мы минуту сидели и смотрели друг на друга, пока Эбби, наконец, не вытерла свои влажные глаза. Мелкая дрожь пробежала по ее телу, и она ахнула.

— Ты в порядке?

Не ответив мне, Эбби встала со стула.

— Ты куда? — спросил я.

— Принести свою гитару. Ничего особенного, но у меня есть идея.

Я схватил ее за руку.

— Нет, нет, я принесу.

— Но...

Взмахом руки я заставил ее замолчать.

— Ангел, Рис славится тем, что любит спать в чем мать родила, не думаю, что твои девственные глазки к такому готовы.

На ее щеках вспыхнули багровые пятна, и она не стала со мной спорить. Я торопливо направился по проходу. Рис, лежа на животе, храпел как медведь, а его голый зад торчал из-под одеяла. Как я и ожидал, он предстал бы перед ней во всей своей красе.

Перед тем, как достать гитару, Эбби вырвала из моего блокнота листок бумаги. Я не удержался от вопроса:

— Думаешь, сможешь написать лучше?

Она яростно замотала головой.

— Нет, нет, я просто подумала, как ее улучшить. — При виде моего скептического выражения лица она добавила: — В этой истории нужны обе стороны: его и ее.

— Дуэт?

— Да. А теперь минутку помолчи.

Я усмехнулся, когда Эбби начала записывать слова.

— Ангел, ты когда-нибудь писала песни?

— Не-а, — пробормотала она, уйдя с головой в песню. Несколько минут спустя она, наконец, подняла на меня взгляд и робко улыбнулась. — Я постоянно видела, как это делали парни, но сама никогда не пробовала. А сегодня почему-то... оно само пришло ко мне.

— Когда не можешь остановиться, пока не сделаешь?

Ее глаза расширились.

— Да, именно так.

— По-моему тебя посетила муза, — улыбнулся я.

— Хм-м, не знаю, — пробормотала она.

Показав на бумагу, я подбодрил ее:

— Ну же, давай послушаем.

Она нахмурила лоб и пожевала губу.

— Ты же не будешь смеяться, да?

— Конечно, нет.

— Поклянись.

Я прижал палец к груди.

— Слово скаута.

— Ну, ладно.

Наклонившись, она достала из футляра гитару и пристроила ее на своих коленях. А потом воспроизвела мелодию, которую я написал до этого, с абсолютным совершенством.

«Малыш, мне разбивает сердце то, что приходится оставлять тебя здесь — сломленного и одинокого.

Никому не собрать эти кусочки и не облегчить твою боль.

Я ничего не могу сделать для тебя и твоей любви.

Каждое мгновение с тобой стало удивительным даром свыше.

Я завернусь в одеяло этих воспоминаний, пока зима уничтожает мою душу.

И хотя я не могу остаться, ты навсегда будешь со мной».

Закончив петь, она продолжала играть мелодию. Было видно, что ей трудно поднять на меня взгляд. Наконец, она осмелилась посмотреть.

— Это просто потрясающе!

— Правда?

— Черт возьми, да! Мы должны записать это вместе.

Ее пальцы скользнули по струнам, отчего гитара взвизгнула.

— Ты шутишь, да?

— Нет, я абсолютно серьезно. Она просто обязана быть на вершинах чартов.

Глаза Эбби расширились от страха, когда она яростно замотала головой.

— Но я никогда не бывала в кабинке для записи. Это важная песня, поэтому тебе нужен кто-то более опытный, чтобы отдать ей должное.

Я наклонился вперед, чтобы взять ее за руку.

— Да я бы даже ничего не записал, если бы не ты. А что касается певицы, то лучше мне и не найти. — Одарив ее ободряющей улыбкой, я добавил: — И тем более, я не хочу записывать эту песню ни с кем, кроме тебя.

— Серьезно?

— Да, так что хватит со мной спорить.

Она улыбнулась.

— Хорошо, если ты так настаиваешь.

— Почему бы нам не попробовать сейчас соединить обе партии?

— Отличная мысль.

Когда мы с Эбби прошлись по песне еще несколько раз, начали просыпаться остальные парни. Перед тем, как запрыгнуть в душ, Брайден помахал нам рукой, Рис появился одетым и с идеально уложенными светлыми волосами.

Не говоря ни слова, он уселся за стол и внимательно слушал нас. По тому, как он несколько раз закрывал глаза, я предположил, что он представляет, как сыграть свою партию.

— Это офигенно, дружище, — сказал он, когда мы закончили.

Я поднял взгляд от гитары и подмигнул Эбби. Она наградила меня сияющей улыбкой, от которой на ее щеке появилась милейшая ямочка.

— Ты так думаешь? — спросил я.

— О, да. Телочки просто обомлеют из-за того ужаса, через который тебе придется пройти, чтобы спасти свою любимую.

— Я тоже так считаю. Как думаешь, остальные парни оценят?

Рис склонил голову.

— Брай захочет ее исполнить в максимально акустической версии, чтобы показать все эмоции. Ты же знаешь, какой он слюнтяй.

Я засмеялся.

— Согласен: насчет акустики и Брайдена-тряпки.

Не успела Эбби начать меня доставать по поводу слова, которое она ненавидела больше всего, как с койки слез Эй-Джей и присоединился к нам.

— Чем, придурки, занимаетесь в такую рань? — спросил он. Только его рука на автопилоте опустилась к промежности и начала чесать яйца, как он осознал, что Эбби тоже сидит за столом. — Виноват, — пробормотал он себе под нос.

И хотя она опустила голову, я все же уловил мелькнувшую на ее губах улыбку из-за выходки Эй-Джей.

— Почти девять. Остановка на завтрак будет через несколько минут, — сообщил я.

Эй-Джей простонал и потер лицо.

— Девять? Господи, еще же только рассвет.

Эбби засмеялась.

— Дай угадаю. Не ранняя пташка?

— Нет, черт возьми. — Потом его взгляд упал на блокнот и наши гитары. — Эй, погодите-ка. Только не говорите мне, ребята, что вы написали песню?

— Да, мы только что написала дуэт. Разве это не замечательно? — выпалила Эбби.

Темные брови Эй-Джея взметнулись вверх, когда взгляд встретился с моим. И хотя я чувствовал себя самой настоящей тряпкой, я смутился под его пристальным взглядом. В основном из-за того, что мой секрет вот-вот раскроется, а он изменит все, даже мои отношения с Эбби.

Эй-Джей с ухмылкой скрестил руки на своей широкой груди.

— О да, это не просто замечательно. Это чертовски невероятно, учитывая то, что этот чувак никогда, никогда не позволяет никому участвовать в написании песен. Они даже с Брайденом не работают вместе — каждый из них просто пишет свою партию, а потом их соединяют.

Эбби в полном недоумении уставилась на меня.

— Но я... я не знала. Ты должен был сказать мне, что тебе нужно уединение или что...

— Нет, все в порядке, — пробормотал я, взглянув на открывшийся за окном пейзаж, когда мы ехали по федеральной автостраде.

— Это ты сейчас так говоришь, подожди, когда об этом услышит Брай, — сказал Эй-Джей и похлопал меня по спине. — Конечно, я не могу сказать, что виню тебя. Кто бы не захотел писать музыку с Ангелом?

Слова Эй-Джея оказали на меня тот же эффект, как если бы на мои кровоточащие открытые эмоции натянули темный тяжелый плащ. Вся открытость и честность, которые выудила из меня Эбби, автоматически отступили. В ушах эхом отдавался мамин совет о том, чтобы дать Эбби шанс, и том, как судьба свела нас вместе. Ее слова вместе с тем, что произошло прошлой ночью и этим утром, заставили мое горло сжаться, не давая мне вздохнуть. Не проронив ни слова, я развернулся на своем месте и протопал по проходу в спальню. Распахнул дверь и обнаружил одевающегося Брайдена.

— Где пожар, чувак? — спросил он.

— Нигде. Нам просто надо побыстрее поесть и вернуться в путь.

Брай кинул на меня смешливый взгляд, прежде чем оставить в спальне. Натянув джинсы и накинув чистую рубашку, я не возвращался в гостиную, пока не убедился, что мы вот-вот припаркуемся.

Автобус, наконец, дернулся и остановился, но я не мог быстро с него сойти. Я ничего не сказал ни Эбби, ни ребятам. Просто не мог находиться рядом с ней даже минуту. Одно ее присутствие вызывало крошечные трещинки в моей тщательно выстроенной стене эмоций. Она подобралась ко мне слишком быстро и слишком близко. Ни одна женщина, кроме моей мамы, не видела настоящего меня, а я не хотел подпускать Эбби.

Поэтому я спустил свою задницу по ступенькам и быстро зашагал через парковку.

— Джейк? — позвал Брайден.

— Наверно, он злится, — ответил Рис.

Не обращая на них внимания, я распахнул дверь закусочной и вытянул шею в поисках уборной. Оказавшись внутри, я сполоснул лицо водой и попытался взять себя в руки. Перед глазами возник образ — столь же непорочный, как и у Эбби. Ее звали Стефани, и она была моей первой и единственной любовью. Мне было восемнадцать, когда я впервые с ней познакомился: она училась у моей мамы в танцевальной студии. Встречались мы два года, а потом я принял решение бросить колледж и отправиться в турне с парнями. Поскольку я не выполнил своих обязательств перед ней, она не просто порвала со мной — она разорвала мое сердце на клочки.

Конечно же, все песни, что я писал на основании своего отвратительного опыта, привели «Сбежавший поезд» к славе. С тех пор я не открывался ни одной девушке и уверен, что сейчас ни фига не смог бы этого сделать, учитывая, что все в моей жизни выходило из-под контроля. Я не мог позволить своим чувствам к Эбби завладеть мною.

Собрав всю свою волю в кулак, я вышел из уборной и направился к шведскому столу. Наполнив тарелку до краев, я развернулся и поискал глазами, куда бы сесть. При виде Эбби, сидящей с остальными парнями, я быстро обошел их стол и уселся с Фрэнком и другими роуди. Краем глаза я поймал недоуменный взгляд Эбби, ставший практически болезненным.

Ее реакция заставила меня проткнуть французский тост с большей решительностью, чем я намеревался. Да, я вел себя как ублюдок, игнорируя ее после того, через что мы прошли ночью и утром. Но я не мог и дальше открываться ей и чувствовать то, что чувствую. Этому поезду суждено потерпеть крушение.

— У тебя все хорошо? — спросил Фрэнк.

— Прекрасно, — пробормотал я, жуя бекон.

— Джейк...

— Я не хочу об этом говорить, ясно?

— Ясно, сынок. — Он задумчиво отпил кофе и прерывисто вздохнул. — Чтобы ты знал, сегодня утром мне звонила твоя мама.

Я поперхнулся апельсиновым соком. Преодолев приступ кашля, я переспросил:

— Звонила?

Фрэнк кивнул.

— Она знает, что тебе звонила Салли, и хотела убедиться, что я не спускаю с тебя глаз. Она боится, что ты... погубишь себя.

Мучительная мысль о моей умирающей маме снова вонзилась в мою душу, и мне стало трудно дышать. Меня накрыла тошнота, и я испугался, что сейчас потеряю свой завтрак. Я понимал, что мне нужно с ней еще раз поговорить. Так что я сполз со стула и вылетел из закусочной. Когда она ответила на звонок, я требовательно набросился на нее с вопросом:

— Почему?

— Я думала, так будет лучше, — вздохнула мама.

— Ты думала, что не сказать своему единственному сыну, что ты умираешь, будет лучше? Ты понимаешь, как нездорово и извращенно это звучит?

— Просто я не хотела расстраивать тебя в оставшиеся несколько недель твоих гастролей.

Из моего горла вырвался расстроенный рык.

— Хотя бы раз ты можешь перестать ставить меня или кого-то еще на первое место? Пришло время быть чертовски эгоистичной. Я хочу сказать, что ты... — Закрыв глаза, я все равно не мог заставить себя произнести эти слова.

— Дорогой, у нас еще куча времени, чтобы попрощаться, когда ты вернешься.

— К черту все. Я сейчас же еду домой.

— Нет, Джейкоб, не едешь.

— Послушай, все парни непротив. Черт, даже Рис готов воспользоваться своими знаниями из юридической школы, чтобы пободаться с руководством, если те начнут возмущаться.

— Я пока что еще твоя мать и говорю «нет».

Меня душили мучительные рыдания. Я крепче прижал телефон к уху, пытаясь совладать со своими эмоциями и рассудком.

— Но нам осталось не так много времени вместе. Как ты можешь быть такой жестокой, черт возьми, и отказывать мне всего в одном мгновении с тобой?

— Джейкоб, у тебя абсолютно отвратительный язык! — проворчала она.

— Хватит! Я не хочу слышать о том, как неправильно я себя веду, понятно?

— Послушай, дорогой, сейчас для всех трудные времена. На тебя работает множество людей, и они, как и их семьи, зависят от тебя. — Когда я начал возражать, она вздохнула. — Я сейчас разбита, дорогой, — эмоционально и физически. Я не хочу, чтобы ты видел меня такой. Еще до того, как я узнала наверняка, что это последняя стадия, я на всякий случай снова начала лечение. Меня это подкосило. Так что дай мне несколько недель, хорошо? — На ее всхлипываниях я и сам сломался. — Дорогой, мне больше всего на свете хотелось бы пожить еще месяц или два, чтобы просто побыть твоей мамой и позаботиться о тебе, прежде чем тебе придется заботиться обо мне.

По моим щекам заструились слезы, когда я подумал обо всем, через что она прошла, только чтобы побыть для меня мамой.

— Зачем тебе все это?

Она усмехнулась.

— Джейкоб, нам с тобой двоим знакомо это упрямство, помнишь?

— Я люблю тебя... Боже, как же я люблю тебя, — прорыдал я.

— Я знаю, малыш. До самых до небес, да?

Я так отчаянно плакал, что не мог ответить. Хотя она меня и не видела, я согласно покачал головой на фразу, которой она научила меня в детстве.

— Ты знаешь, как сильно я люблю тебя, Джейкоб?

— До самых до небес, мама!

— Верно, мой милый.

— Джейкоб, — тихим успокаивающим голосом, как в детстве, начала мама. — Я знаю, что это тяжело, но постарайся все оставить позади. Сосредоточься на своей музыке. Найди в ней спасение, и в следующие три недели подари своей публике самые лучшие концерты, на которые ты только способен. И каждый вечер будь уверен, что я горжусь твоей силой и мужеством.

Ладонями я пытался вытереть свое зареванное, сопливое лицо.

— Хорошо, я постараюсь.

— Вот это мой мальчик. Я буду звонить тебе каждый день.

— Уж лучше бы.

— Буду. Я люблю тебя, дорогой.

— Я тоже тебя люблю.

И с этими словами она повесила трубку. Согнувшись, я уперся ладонями в колени. Мое тело вздрагивало, когда я пытался взять себя в руки.

— Джейк?

Зажмурив глаза, я взмолился про себя, чтобы она ушла. Сейчас я не мог с ней говорить, тем более в таком состоянии.

— Не сейчас, — пробормотал я.

Она обхватила меня руками за талию.

— Малыш, что случилось? — тихо проговорила мне на ухо Бри.

— Дерьмо, которое ты вряд ли поймешь. Тем более, я только что сказал тебе, что ни хрена не хочу об этом говорить, понятно?

Обойдя меня, Бри пальцем приподняла мой подбородок, чтобы я посмотрел на нее.

— О, Джейк, ты выглядишь ужасно.

— Спасибо, — проворчал я.

— Мне очень жаль, что я не смогла вчера прийти. Но поверь мне, если ты будешь доходить до такого состояния каждый раз, когда я ухожу, то я просто брошу работу, — поддразнила она.

— Ты уже и так едва работаешь. Я удивляюсь, что тебя до сих пор не уволили, учитывая, сколько раз ты отпрашивалась.

Она засмеялась.

— Вот еще одно преимущество работы в дедушкином бизнесе по буксировке. Членов семьи трудно уволить.

— Все равно.

— Тем более, ему нравится говорить всем, что я отлыниваю от работы, потому что встречаюсь с Джейком Слэйтером из «Сбежавшего поезда».

Я подавил желание сказать, что ее дедушке не все известно, чтобы радоваться тому факту, что его внучка — прославленная поклонница, которая зависает со мной на различных остановках турне.

Язык Бри скользнул по мочке моего уха, заставив меня содрогнуться.

— Я могла бы работать у тебя полный рабочий день. Потому что, поверь мне, малыш, это просто ужасно иметь настоящую работу, удерживающую меня вдали от тебя и твоего фантастического петушка, — протянула она. Похоть в ее голосе заставила мой член предательски дернуться.

— Это правда?

— М-м-мхм-м. — Ее губы изогнулись в кошачьей улыбке. — Ты скучал по мне?

По правде говоря, нет. Конечно, я скучал по сексу, но между мной и Бри никогда не будет ничего сильнее. Но именно сейчас мне отчаянно нужно было эмоциональное спасение, и единственное, что я мог придумать, — это вышвырнуть все свои проблемы из головы.

— Да.

— М-м-м, не хочешь показать мне как, когда мы вернемся в автобус?

— Да, но для начала мне нужно напиться.

Она усмехнулась.

— Но еще нет и десяти, Джейк.

— Мне плевать. Скажи своему отцу, что мне нужна его фляжка — с чем-нибудь отменным.

— Ла-а-адно, если ты так хочешь. — Она провела руками по моей груди. — Но не слишком сильно напивайся, иначе не сможешь заставить меня кричать не меньше трех раз.

Я выдавил улыбку.

— С какой стати мне это делать?

Глава 7 Эбби

Я могла только размазывать еду по тарелке, когда Джейк отказался сесть со мной за стол. Я пыталась рассуждать, что это не было неуважением ко мне. Может, ему нужно немного пространства после тех колкостей Эй-Джея по поводу нашего сочинительства или, может, ему хотелось какое-то время провести с роуди и коллективом. Очевидно, что он уже открылся мне гораздо больше, чем всем остальным, так что я решила, что ему просто нужно время все это переварить. Мне пришлось напомнить себе, что я поведу себя как настоящая стерва, если буду слишком его винить, особенно учитывая то, через какой ад ему сейчас приходится проходить из-за болезни мамы.

За двадцать четыре часа мы едва узнали друг друга, так что он ничем мне обязан. Но в глубине души его поведение пронзило мое сердце и кольнуло в самое больное место. Если бы я позволила себе, то действительно смогла бы что-то испытывать к нему — что-то большее, чем симпатия или сострадание. Все могло бы даже дойти до того... что он бы мне понравился.

Когда я увидела, что Джейк вскочил со своего стула и вылетел из закусочной, мне пришлось приложить все усилия, чтобы не броситься за ним. Вместо этого я попыталась сосредоточиться на историях Брайдена о своих детишках или том, как родители Риса чуть не отреклись от него после того, как он бросил свое окружение Лиги Плюща, чтобы провести жизнь с группой. Эй-Джей оставался молчалив, и время от времени я краем глаза замечала, что он смотрит на меня.

Когда мы направились обратно к автобусу, он схватил меня за руку. Я развернулась, на его лице читалась боль.

— Тебе начинает нравиться Джейк, да?

— Нет! Почему ты меня об этом спрашиваешь?

Уголки его губ дернулись в хитрой усмешке.

— Считай это моей латиноамериканской интуицией.

— А я считала это прерогативой ирландцев.

— Хочешь сказать, что у нас, мексиканцев, ее тоже не может быть?

С моих губ слетел смешок облегчения.

— Конечно, может.

Эй-Джей рассмеялся.

— Чем бы это ни было, но я сказал именно то, что сказал. — Когда я начала возражать, он поднял руку. — Знаешь, это безумие, но после встречи с тобой я подумал, что могу попытаться на какое-то время стать мужчиной для одной женщины. Посмотреть, сможет ли твоя ангельская натура приручить меня. — Он подмигнул, на что я закатила глаза, но все равно рассмеялась. — Но после вчерашней ночи и сегодняшнего утра я понял, что в этом нет смысла. — Ветер бросил длинные пряди моих волос мне в лицо, и Эй-Джей протянул руку, чтобы убрать их. — Я мог бы стать старомодным и сражаться за тебя, но это бессмысленно. Между вами с Джейком существует какое-то магнитное притяжение.

Не успев сдержаться, я невесело рассмеялась.

— Ага, но твою теорию о магнетизме я называю чепухой, судя по тому, как сегодня утром он пронесся мимо моего стола. Не говоря уже о том, что он позволил той официантке из закусочной... — К моим щекам прилил жар, когда я поняла, что сболтнула лишнее.

Эй-Джей покачал головой.

— Сегодняшнее утро — это моя вина, что я наехал на Джейка из-за написания песни. А официантка... Ты возбудила его. И я уверен, что именно она была готова позаботиться о нем, потому что он — Джейк Слэйтер из «Сбежавшего поезда», а не Джейк симпатичный парень, который разбирается с множеством нелицеприятных демонов.

Глянув вниз, я повозила ботинками по неровному тротуару.

— Послушай, Эй-Джей, я ценю твою честность, но не думаю, что у нас с Джейком что-то получится. — И пока он не успел ничего сказать, я вскинула руку. — И с тобой тоже. Я хочу остаться друзьями, ладно?

— Конечно, Ангел. Все, что пожелаешь. — Затем он обхватил меня рукой за плечи и повел к автобусу. Фрэнк и Брайден стояли на кухне, а Рис растянулся на диване.

— Ладно, я по-быстрому сбегаю за продуктами, а потом отправимся в путь, — сказал Фрэнк. Он окинул взглядом внутреннюю часть автобуса. — Где Джейк? Я думал, он захочет пойти со мной.

— Не знаю. Я не видел его с завтрака, — ответил Брайден.

Фрэнк поморщился.

— Давайте я поищу его.

Брайден обменялся с Фрэнком понимающим взглядом.

— Я пойду с тобой.

Пока они ушли искать Джейка, Эй-Джей посмотрел на меня.

— Хочешь поиграть в видеоигры, Ангел?

Я сморщила нос.

— Нет, спасибо, все хорошо. Я немного позанимаюсь.

— Как хочешь. — Эй-Джей скинул ноги Риса с дивана. — Готов, чтобы я надрал тебе задницу, чувак?

— Верно, придурок. Ты же знаешь, что я постоянно вытираю тобой пол, — ответил Рис.

Вскоре они устроили шумный марафон в «Зов долга», а я направилась по коридору в спальню. Откопала в чемодане свой огромный учебный набор для экзамена по медсестринскому делу и некоторые учебники. Потом вернулась в гостиную и уселась. Удерживая на коленях учебник по анатомии и психологии, я развалилась на диване, пока Эй-Джей и Рис выкрикивали непристойности игровым персонажам друг друга.

Прошло пятнадцать минут, когда появился раскрасневшийся и запыхавшийся Брайден. Он взлетел по ступеням, что-то бормоча себе под нос. Плюхнувшись напротив меня, он бросил на стол журнал. По его дрожащим рукам я поняла, что его что-то разозлило.

И в этот момент, пошатываясь, в автобус вошел Джейк с длинноногой темноволосой богиней. Я не смогла не охнуть, поскольку мою грудь оплела боль. Вид его с другой девушкой — с которой я не могла конкурировать в сексуальной привлекательности — заставил меня сделать несколько тяжелых отчаянных вздохов. А при виде его настолько пьяным нож, который я ощущала в груди, провернулся еще дальше. Стоящий передо мной Джейк, раскачивающийся взад и вперед, не был тем Джейком, которого я обнимала, когда он плакал, или с которым мы сочиняли музыку сегодня утром. Но больнее всего было от того, что он даже забыл о моем существовании. Слишком быстро, чтобы можно было в это поверить, он выстроил обратно те стены, что мне удалось сломать.

Молодец, Эбби. Ты действительно думала, что, утешив Джейка и написав с ним песню, он волшебным образом станет другим парнем? Да ни фига подобного. Джейку Слэйтеру все время нужно от женщин только одно — секс. Он как будто играет в Высшей лиге по сексу, а ты даже не состоишь в резервной команде.

Из моего уничижительного внутреннего монолога меня вырвала рука богини, обвившаяся вокруг талии Джейка, пока ее язык лизал ему шею. Его взгляд метнулся ко мне, а потом он повернулся к парням.

— Я занимаю спальню.

— Она же вчера была твоей, — возразил Эй-Джей.

— Полегче, ворчун, надолго она мне не понадобится, — ответил Джейк с сексуальной улыбкой на губах.

— Ты недооцениваешь свою выносливость, малыш, — проворковала темноволосая девушка. Я невольно пискнула, когда ее рука с талии перебралась к его джинсам и накрыла ширинку.

— Прибереги это до спальни. Тут же дама, — захлопнул журнал Брайден.

Когда возбуждение Джейка стало заметно, он снова стрельнул в меня остекленевшими глазами. Я покраснела и зарылась с головой в учебник.

— Ты всегда можешь присоединиться к нам, Ангел. Бри не против поделиться, ведь так?

Я вздернула подбородок. Так это Бри — фанатка, за которую он принял меня тогда в своей постели.

Она оглядела меня и пожала плечами.

— Только пока я не закончу.

Но язык ее тела ясно говорил о том, что она всеми силами оставит Джейка для себя и скорее выцарапает мне глаза, чем позволит дотронуться до него.

— Что скажешь? Хочешь, я реально быстро заставлю тебя кончить? Покажу, наконец, что значит быть с мужчиной? — невнятно пробормотал Джейк.

Я в ужасе открыла рот, а Эй-Джей вскочил с дивана. Из его горла донесся глухой рык, прежде чем он изо всех сил толкнул Джейка, отчего тот отшатнулся назад.

— Пьяный осел! Ты уже переходишь черту с Эбби, не говоря уже о том, что заключил с ней сделку.

— Да неужели? — возразил Джейк.

Эй-Джей выгнул брови.

— Да, особенно после прошлой ночи и даже этого утра.

Мысли о том, что произошло между нами, похоже, слегка отрезвили Джейка, и его ухмылка погасла. На лице возникла смесь раскаяния и стыда.

Я похлопала Эй-Джея по руке, которая дрожала от злости.

— Перестань, все в порядке. Я хоть и ценю мужскую дикость, но могу сама о себе позаботиться. — Встав со своего места, я шагнула к Джейку. — Большое спасибо за приглашение, но твое мерзкое предложение «быстро заставить меня кончить», а также твое пьяное состояние в данный момент не только вызывают у меня желание сблевануть, но и отвращение. Поверь мне, ты будешь последним мужчиной на земле, кому я позволю стать моим первым.

Джейк смерил меня сердитым взглядом, а потом потащил Бри по узкому коридору и захлопнул дверь спальни.

— Он может быть таким придурком, — с дивана пробормотал Рис.

Стараясь не показать, насколько мне больно, я быстро добавила:

— Ага, но он сейчас очень переживает из-за своей мамы.

Эй-Джей в отчаянии вскинул руки.

— Значит, это оправдывает то, что он еще до полудня надрался в стельку и ведет себя с тобой как подлый кретин?

При виде его скептического выражения лица я выдавила из себя успокаивающую улыбку.

— Все нормально. Правда.

А потом стало предельно ясно, что звуки из спальни не так уж нормальны. Стоны и крики эхом разносились по салону автобуса. Волна жара накрыла мои щеки и разлилась по шее. Я крепче ухватилась за края своего учебника, отчаянно желая свернуться в норе и умереть, чем слушать звуки того, как трахаются Джейк и Бри. А еще парни, похоже, совершенно не реагировали на звуки, доносящиеся из спальни.

— Держи. Это должно помочь, — предложил Эй-Джей, протянув мне беруши.

Я глядела на них, когда Джейк издал еще один долгий стон.

— О, да, детка, пососи сильнее!

— Э-э, а если подумать, то лучше вообще пойти подышать свежим воздухом.

Я слезла с дивана и бросилась по проходу. Выбравшись из автобуса, я шумно выдохнула. Согнулась, уперлась локтями в колени и попыталась выкинуть из головы то, что слышала. Придя в себя, я стала уходить от автобуса как можно дальше.

Из-за вышедших из-под контроля мыслей у меня кружилась голова. И о чем я только думала, когда соглашалась остаться в автобусе с тремя совершенно незнакомыми парнями и одним невообразимым, бесчувственным, развратным придурком? Я не смогу. Я не смогу снова смотреть на Джейка, по крайней мере, все время пребывания с ним в автобусе. Я просто сдамся и проиграю пари.

Я вытянула шею и попыталась разобраться, подойдет ли мне это место, чтобы остаться здесь, когда автобус уедет. Я нахмурилась, поняв, что мы находились в каком-то безлюдном месте и, наверно, за много миль от ближайшего аэропорта. Сомневаюсь, что сюда доезжают такси.

Сзади меня раздался визг шин черного внедорожника. К счастью, в опустившемся окне показался Фрэнк.

— Эй, Ангел, а ты что здесь делаешь?

— О, мне, э-э, нужно немного подышать свежим воздухом.

Он понимающе улыбнулся мне.

— Джейк развлекается с Бри?

Я покраснела и опустила голову.

— Можно и так сказать.

Он усмехнулся.

— Тогда залезай. Съездим в город за продуктами. Клянусь, эти парни уминают все быстрее, чем я успеваю покупать!

— Похоже на моих братьев, — с улыбкой ответила я. — Ты уверен, что не против?

— Мне будет это в удовольствие.

— Тогда ладно. — Я открыла дверцу Тахо и запрыгнула внутрь. Я пристегнула ремень безопасности, и Фрэнк подмигнул мне.

— Знаешь, мои мотивы не были такими уж искренними, Ангел.

— Правда?

Он усмехнулся и нажал педаль газа.

— Ага, я решил, что путешествие пройдет быстрее, если заставлю тебя составить список.

Я захихикала.

— Я так и думала.

Стоило нам выехать с автобусной парковки на шоссе, как мое любопытство насчет Бри взяло верх надо мной. Поерзав на сиденье, я повернулась к Фрэнку.

— Так что там у Джейка с Бри?

Он шумно выдохнул.

— Эта девчонка — одна сплошная неприятность, а Джейку меньше всего нужна еще одна неприятность в жизни. Конечно, отчасти мне ее жалко. Ей достались не самые лучшие в жизни родители.

— Да? — небрежно бросила я, стараясь получить от него как можно больше информации.

— Ты еще не имела удовольствия встретиться с ее отцом?

— Он работает на «Сбежавший поезд»?

— Ага. Лайл — роуди, как и я. — Фрэнк с отвращением сморщил нос. — Можно сказать, что он поднялся только за счет того, что использовал Бри в качестве доступа к рокерам.

Я охнула.

— Серьезно? Он вроде... ее сутенера?

Фрэнк усмехнулся.

— Ох, Ангел, не могу поверить, что ты это сказала. — Он глянул на меня. — Не то чтобы он официально продавал ее. Она всегда была готова пойти ко всем парням и предложить себя. Она присоединяется к Лайлу на остановках — у нее откуда-то есть деньги, чтобы так много путешествовать. В последнее время она положила глаз на одного конкретного рокера, так что никто не посмеет к нему приблизиться, чем ее отец невероятно гордится.

У меня в горле внезапно скрутился узел, отчего я себя возненавидела.

— Джейк?

Он кивнул.

— Конечно, Джейку, на самом деле, на нее наплевать — ему всегда было наплевать на девчонок, с которыми он был, с тех пор, как группа обрела знаменитость. Они для него всего лишь объекты для удовлетворения своих потребностей. — Он криво усмехнулся. — Если у этого парня вообще есть потребности.

Мой мозг атаковали ужасные воспоминания о выходках Джейка в спальне.

— Есть. Очень плохо, что они встают у него на пути к порядочному парню.

Фрэнк оторвал глаза от дороги и пронзил меня удивленным взглядом.

— Только не говори мне, что ты попала под очарование Джейка.

Я сжалась на сиденье.

— Я просто сказала, что он не конченый придурок. — Очевидно, что Фрэнк заботился о Джейке, так что я не могла сказать всего, что думала о нем — а это в основном подразумевало то, что Джейк был абсолютным придурком. Поэтому я, чтобы обуздать свой язык, попыталась сосредоточиться на его вчерашнем срыве и нашем написании песни, а не на поведении с Бри. — Просто любой парень, который так сильно любит и обожает свою маму, не может быть так ужасен со всеми женщинами, да? — Очевидно, может, раз он притворялся, что ты ему интересна, а потом отшвырнул тебя в сторону ради той, что дала ему то, что нужно, — секс.

— Я рад, что за его грубой внешностью ты видишь в нем настоящего человека. Я люблю его как одного из своих сыновей, но этого не было бы, если бы я не знал, какой он на самом деле.

Несколько минут мы молча ехали по шоссе, пока Фрэнк не откашлялся. По тому, как он поерзал на сиденье, я поняла, что он собирался заговорить о чем-то неловком для него.

— Знаешь, у Джейка действительно могла бы быть такая девушка, как ты.

Я удивленно уставилась на него.

— Я бы посмеялась, но ты же не шутишь, да? — Когда он покачал головой, я пробормотала себе под нос: — Сначала Эй-Джей, теперь ты.

— Что?

— Ничего.

— Я совершенно серьезно говорю. Сейчас Джейк переживает действительно тяжелые времена, которые станут еще хуже. Ему не нужна тьма в виде Бри. — Он повернулся ко мне и улыбнулся. — Ему нужен свет, и, черт меня побери, если в тебе нет этого прекрасного света, Ангел.

— Ага, учитывая, что десять минут назад, он приглашал меня присоединиться к нему с Бри для секса – не думаю, что его вообще заботит мой свет, если только он находится у меня не между ног!

Фрэнк от ужаса выпучил глаза и втянул воздух.

— Боже мой, — пробормотала я, а потом удрученно склонила голову. Неужели я это сказала Фрэнку? Двадцать четыре часа в автобусе с кучкой похабных парней совершенно лишили меня всяких манер, которые привили мне родители. — Мне так жаль. Это было совершенно неуместно.

— Я, э-э... — запнулся он.

Мои щеки залило румянцем.

— Вот, что я скажу — как бы я ни ценила сентиментальность, Джейк никогда не заинтересуется такой девушкой, как я. Мы настолько разные, и разного хотим от людей, с которыми встречаемся. — Я поморщилась. — То есть, Джейк не встречается.

Фрэнку потребовалось несколько минут, чтобы переварить мои замечания.

— Он бы мог, если бы ему дали шанс.

Я презрительно фыркнула.

— Мы сейчас говорим об одном и том же парне?

— И почему у меня закрадывается подозрение, что твои чувства и реакция могли бы быть немного другими, если бы этот разговор состоялся сегодня утром?

Не успев закусить губу и прикусить язык, я выпалила:

— Я не маленькая злобная стерва. Ты не знаешь, насколько это больно, когда он все утро меня игнорирует, а потом выбирает Бри!

— Ох, Ангел, мне очень жаль. Я не должен был заводить об этом разговор.

— Все нормально. Ты просто пытаешься присматривать за Джейком. Но даже если бы он не сделал того, что сделал, и не игнорировал меня так демонстративно, я не уверена, что смогла бы справиться с многочисленными Бри в жизни Джейка.

Фрэнк въехал на забитую битком парковку «Уол-Марта». Припарковав внедорожник и выключив зажигание, он повернулся ко мне.

— Послушай, когда дело доходит до этого вопроса, то здесь я всего лишь дряхлый вдовец, который ничего не знает, кроме любви к своей школьной подружке. Но я видел, как Джейк смотрит на тебя... — Я открыла было рот, чтобы возразить, но он поднял руку. — Нет, это больше чем просто взгляд на кусок мяса, который он хочет проглотить. — Он улыбнулся. — В прошлом он видел достаточно девчонок, расфуфыренных снаружи, чтобы различить красоту внутри. Я даю гарантии, что чем бы он ни занимался сегодня с Бри, это не просто удовлетворение своих потребностей. Он хотел выкинуть тебя из головы. — На моем лице мелькнули опасения, и он покрутил на пальце ключи. — Так что сделай старику одолжение, сохраняй объективность и прощающее сердце, когда дело будет касаться Джейка, ладно?

Я повозилась с ручкой дверцы, пытаясь избежать пристального взгляда Фрэнка.

— Я попытаюсь, но ничего не обещаю.

На лице Фрэнка расплылась широкая улыбка.

— Хорошо, я рад это слышать. А если ничего не получится, у меня есть сын не намного старше тебя.

Я рассмеялась.

— Ты когда-нибудь перестаешь заниматься сводничеством?

— Не-а. — Он открыл дверь. — Пошли. Купим нашим ребяткам поесть.

Глава 8 Джейк

С моих губ сорвался долгий стон, а глаза закатились от удовольствия.

Бри оседлала меня, как обезумевшая девчонка-ковбой. Пальцы впивались в мои бедра, отчего ее акриловые ногти царапали кожу. Она подпрыгивала и дергалась на мне, а я подавался навстречу ее безумным движениям.

— Твою мать, — пробормотал я, когда она крепче сжала ноги. Единственное, что знала Бри, — это как удовлетворить меня и подарить самый лучший секс и самый лучший оргазм в жизни.

Но стоило мне открыть глаза, как я не увидел выгнутой в экстазе спины Бри. Вместо нее на мне верхом сидела Эбби — у нее от удивления расширились глаза. Она с любовью смотрела на меня сверху вниз — это был взгляд не полуприкрытых от похоти глаз, как всегда делала Бри.

— Ангел? — Когда она мне не ответила, я прошептал: — Эбби, — на что девушка улыбнулась. Я приподнялся, чтобы взять ее покачивающуюся грудь губами, и начал посасывать сосок, тем самым заставив ее стонать.

— Да, возьми меня жестче, Джейк! — по спальне разнесся рев Бри.

Я заморгал, пытаясь прогнать из головы образ Эбби. В тот миг, когда я снова посмотрел, Эбби больше не было, только Бри с силой впивалась ногтями в мою грудь, сидя на мне верхом. Потрясенный своей галлюцинацией я попытался сосредоточиться на извивающейся фигуре Бри. Что вообще со мной такое? Мне сносит башню богиня секса, а я фантазирую о краснеющей девственнице! С моих губ слетел рык, я перевернул Бри на спину и начал жестко ударять ее бедрами.

— ДА, ДЖЕЙК! Да, вот так! — кричала Бри, шлепая меня по заднице.

Я втянул губами один сосок и, дразня, прикусил его. Она вскрикнула и сильнее обхватила меня ногами. Но только я поднял голову от груди Бри, как на меня уставилась Эбби.

— О, я так долго хотела заняться любовью, Джейк. Я так рада, что ты у меня первый.

Я несколько раз моргнул, но мне по-прежнему улыбалась Эбби. На ее лице появилось умоляющее выражение.

— Ни с одним мужчиной я не кончала. Пожалуйста, будь первым.

Эти слова на ее устах стали для меня погибелью, и я почувствовал, что начал содрогаться.

— Эбби! О, Господи, Эбби, да, да! — кричал я, все сильнее входя в нее.

В комнате стало подозрительно тихо.

— Что ты сейчас сказал, черт возьми? — потребовала Бри. Не успел я опомниться от своего блаженства, как она столкнула меня с себя. — Кретин!

— В чем дело? — выдохнул я, пытаясь перевести дыхание.

— Ты назвал меня Эбби, придурок!

Вот черт... назвал. Я не только фантазировал о том, что трахался с Эбби, так еще действительно выкрикнул ее имя, когда кончил.

Бри покачала головой.

— Блин, не могу в это поверить. Сначала мне показалось, что я услышала, но теперь знаю точно, что ты сказал! Какого черта, Джейк?

— Я не знаю, почему так сделал. Я пьян. — Я провел пальцами по волосам, пытаясь успокоиться. Дело не в том, что я должен что-то объяснять Бри — она всего лишь фанатка, с которой я время от времени перепихиваюсь. Скорее всего, я перепугался себя и того, что сделал, поэтому мне захотелось дать этому какое-то рациональное объяснение.

— Это не оправдание!

Озвучив свои мысли вслух, я пробормотал:

— Прошлой ночью она утешала меня по поводу моей мамы. Может, поэтому я думал о ней.

— Ага, думал о ней в то время, как трахал меня! — взвизгнула Бри, натягивая платье через голову.

— Ты раздуваешь из мухи слона. Мы не вместе, так что можем трахаться или фантазировать о ком захотим. — Тут я едва увернулся от брошенной в меня туфли. — Ты спятила? — выкрикнул я.

— Иди к черту, Джейк! — закричала она, а потом вылетела из комнаты, оставив черную туфлю, которая чуть не влетела мне в голову.

— Надо выпить, — пробормотал я, а потом поплелся в коридор.

Судя по застывшему в расширенных глазах парней ужасу, я понял, что они все слышали. Больше не сказав мне ни слова, Бри вылетела из автобуса.

Эй-Джей наклонился вперед.

— Чувак, ты и, правда, выкрикивал имя Эбби?

Я застонал и направился к холодильнику. Достав пиво, я сделал два долгих глотка. Когда они продолжили выжидательно на меня смотреть, я пожал плечами.

— Может, и да. Только не говорите мне, что вы никогда не выкрикивали что-то безумное, когда кончали.

— Я уж точно никогда не называл девушку чужим именем, — ответил Эй-Джей. Брайден в знак согласия закивал головой.

Когда я взглянул на Риса, тот одарил меня застенчивой улыбкой.

— В свою защиту скажу, что у меня был секс втроем. Потом я сбился, кто есть кто.

Я закатил глаза.

— Послушайте, ничего не было. Последние несколько месяцев Бри пытается поглубже вонзить в меня свои коготочки. Будет лучше, если я найду кого-нибудь другого для любовных утех после шоу.

Из горла Брайдена вырвался низкий рык.

— Такие козлы, как ты, вызывают у меня тревогу за мою милую невинную девочку, ждущую меня дома, — проворчал он, направляясь в ванную.

Как только дверь захлопнулась, Эй-Джей наклонился вперед.

— Так ты не хочешь хотя бы на секунду задуматься, почему выкрикнул имя Эбби?

Рис кивнул.

— Когда ты это делал, ты фантазировал о ней?

Я допил пиво и кинул бутылку в мусорное ведро. Потом без колебаний взял еще одну.

— Полегче, приятель. Сегодня вечером мы идем слушать, как играет группа кузена Брая, помнишь? — предостерег Эй-Джей.

Не обращая на него внимания, я сделал большой глоток пенного напитка. Стоило мне представить Эбби, сидящую на мне верхом и упрашивающую, чтобы она кончила, я вздрогнул. Как могла девушка совсем не моего типажа так меня заводить?

— Так ты фантазировал о ней? — с понимающей улыбкой на лице спросил Рис.

— А что если и так? — заявил я.

Он фыркнул.

— Ты выжил из ума, если полагаешь, что сможешь соблазнить Эбби, как Бри или одну из своих поклонниц.

Эй-Джей усмехнулся.

— Рис прав.

Сократив между нами расстояние, я спросил:

— Это вызов?

Выражение лица Эй-Джея стало мрачным.

— Нет, черт возьми. И я надеру тебе чертову задницу, если ты с ней что-то сделаешь. — Когда я прищурил глаза, он приблизился ко мне. — Думаешь, после ее вчерашнего выступления я не представляю, каково это трахнуть ее? Почувствовать, как ее ноги обхватывают меня за талию, ощутить ее губы на своих. — Он прерывисто втянул воздух, а его самого пробила дрожь. Вернувшись из своих фантазий, он яростно покачал головой. — Но все это останется только мыслями. Эбби — девушка для отношений и брака, а я абсолютно уверен, что сейчас не могу ей этого дать. И я слишком ее уважаю, чтобы приставать к ней, и не хочу, чтобы ей причинили боль.

— Должен признаться, такое мне тоже приходило в голову, — добавил Рис.

При виде этих двух заблудших Рыцарей в Сияющих Доспехах я закатил глаза.

— Последнее, что мне хочется, — так это что-то начинать с ней, ясно? — прошипел я.

Рис покачал головой.

— Говори это себе, приятель. Ты уже погряз по уши, и чем дольше она остается в автобусе, тем глубже ты увязаешь.

От слов Риса у меня по спине пробежали мурашки. Неужели он прав? То, что я увидел Эбби, пока трахался с Бри, несет в себе двойной смысл: после всего лишь двадцати четырех часов она начала мне нравиться? Я мысленно вернулся к тому моменту, когда она обнимала меня, пока я плакал, нежные изгибы ее тела прижимались ко мне, слова ободрения, которые она шептала. Нет, нет, нет! Этого не может быть. Я не позволю.

— Уф, пойду обратно в спальню. Разбудите меня, когда надо будет уходить.

Не успели они возразить, как я достал из шкафчика бутылку «Джека Дэниелса», отчаянно надеясь выкинуть из головы все мысли о сексе с Эбби Ренард или вообще ни о чем не думать.

***

Осушив полбутылки Джека, я, должно быть, отрубился, потому что уже в следующее мгновенье надо мной стоял Эй-Джей и тряс меня за плечо.

— Просыпайся, кретин.

Я застонал и протер глаза.

— Который час?

— Шесть. Выступление Кейда начнется в семь, так что нам пора поторапливаться.

Взглянув на электронные часы, я понял, что времени на душ у меня нет. Придется пахнуть смесью выпивки и Бри. Стоило мне свесить ноги с края кровати, как комната начала вращаться.

— Господи, Джейк. Ты абсолютно бухой, — посетовал Эй-Джей, душась одеколоном.

— Вот и нет, — проворчал я, с трудом поднимаясь на ноги.

Качнувшись вперед, мне пришлось уцепиться за его талию, чтобы не отключиться. Он в отчаянии хмыкнул и удержал меня на ногах.

— Друг, зачем ты занимаешься этой фигней? Сьюзен бы очень не понравилось, увидь она тебя в таком виде.

Приведя себя в вертикальное положение, я ткнул его пальцем в грудь.

— Не впутывай сюда мою мать, — прорычал я.

Когда я разглядел в темноте выражение лица Эй-Джея, оно излучало скорее жалость, а не злость.

— Прости, чувак. Ты же знаешь, что я люблю ее и тебя тоже, — пробормотал он.

Я ощутил поражение, и мои плечи поникли. Боже, только этого мне сейчас не хватало. Пытаться разобраться с мамой — это одно. А добавлять к этому то, что произошло с Бри и Эбби, приплетая сюда эмоциональные речи Эй-Джея, уже слишком.

— Послушай, я тоже тебя люблю, но я справлюсь, если только окончательно не сойду с ума.

— Ладно. Я понимаю.

— Черт, у меня сейчас голова взорвется. Фрэнк уже вернулся из магазина с адвилом?

— Да, они с Эбби вернулись некоторое время назад. — При упоминании имени Эбби, я напрягся, осознав, что сказал ей и сделал с Бри.

— Э-э, она... понимаешь, я и Бри?

Эй-Джей выгнул свои темные брови и скрестил руки на груди.

— Конечно, она слышала тебя. Твои хрипы и стоны ее чертовски смутили, так что она, в конце концов, взбесилась и убежала из автобуса на твоей фразе: «Пососи сильнее!».

Я поморщился. Совершенно точно, я обладал особым даром портить все, что касалось Эбби. Теперь она, наверно, ненавидит меня. Кого я обманываю? Она ненавидит меня еще с того самого момента, как мы встретились, а прошлая ночь и сегодняшнее утро были всего лишь приступом жалости. Я покачал головой. Постойте, а почему меня вообще волнует, ненавидит она меня или нет? Нет, меня не могла волновать Эбби — если только не в сексуальном плане.

Пока Эй-Джей повернулся ко мне спиной, я схватил с тумбочки бутылку Джека и начал пить. Зажмурившись, я позволил крепкому алкоголю выжигать огненную дорожку у меня в желудке. Но мою пирушку бесцеремонно прервали, когда отобрали у меня бутылку.

— Проклятье, Джейк! Ты уже и так в хлам! Как ты собрался идти в таком состоянии?

— Отвали, — проворчал я, а потом вывалился из спальни.

В нос мне ударил аромат специй и помидоров, отчего мой наполненный алкоголем желудок сжался. Кто-то готовит? Я выглянул и увидел Риса и Брайдена, расслабленно сидящих перед пустыми тарелками чего-то похожего на чили.

Когда я встретился взглядом с Рисом, тот покачал головой.

— Чувак, выглядишь ужасно.

— Спасибо, козел. Я и чувствую себя так же.

Эбби стояла у плиты ко мне спиной. Звук моего голоса заставил ее развернуться. Ее волосы были собраны в хвост, в одной руке она держала кухонную лопатку, что было удивительно, поскольку я не знал, что у нас в автобусе имеются кухонные принадлежности.

Заметив мой внешний вид, ее синие глаза расширились, а потом она быстро отвернулась. До меня не сразу дошло, что она что-то от меня скрывает — то, чего она никогда до этого не делала.

— Что с тобой такое? — потребовал я.

— Оставь меня в покое! — прошипела она, не отходя от плиты.

— А, вот это моя вздорная девочка.

Эбби развернулась с мрачным лицом.

— Не смей меня называть своей девочкой после всего того, что ты сказал и сделал сегодня!

— А у тебя какие-то проблемы?

— Ух ты, похоже, ты надрался еще сильнее, чем я предполагала, раз спрашиваешь о таком! — огрызнулась она.

— Поверь мне, он пьяный в стельку. Этот придурок выпил две бутылки пива и почти литр Джека, — ответил Брайден, покачав головой.

Позади меня появился Эй-Джей.

— Давайте не будем начинать, ладно? Мы сегодня идем смотреть шоу. Давайте просто выйдем за дверь без неприятностей.

Эбби вскинула руки.

— Я ничего не начинала. Я вообще не сделала ничего плохого.

С моих губ слетела усмешка.

— Ты так ничего и не поняла, Ангел? Плохое здесь — это ты.

— Джейк... — предупредил Эй-Джей.

Ее глаза расширились, когда она прижала руку к груди.

— Я?

— Да, ты. — Я дернулся вперед, заставив ее неуверенно отступить назад. — Это все ты со своими чертовски сексуальными ковбойскими сапогами, которые мне так и хочется обернуть вокруг своей задницы и трахать тебя, пока ты не начнешь выкрикивать мое имя. А эти безупречные сиськи... — От одной только мысли, как мой рот оказывается на них, я облизал губы. Но благодаря этой паузе, мой затуманенный рассудок повернул в другое, менее извращенное русло. — То, как на твоей щеке появляется ямочка, когда ты широко улыбаешься, и как ты краснеешь, когда я поддразниваю тебя.

Я втянул воздух, туманное воспоминание о предыдущей ночи поглотило меня.

— То, как твои нежные, мягкие руки утирали мои слезы, а твое тело сворачивалось рядом со мной, когда ты позволяла мне себя обнимать. Так я чувствую, всего лишь на мгновение, что все действительно будет хорошо. Никто никогда так меня не утешал... кроме мамы. — Что за черт? Я все это произнес вслух? Я яростно затряс головой из стороны в сторону, когда комната начала вращаться, как на ярмарочном аттракционе в моем родном городе.

Эбби схватила меня за плечи, чтобы удержать на ногах. Я заморгал, пытаясь сфокусировать взгляд на ее размытом, но при этом прекрасном образе.

— Но больше всего, я хочу, чтобы такая, как ты, хотела меня... именно меня, а не Джейка Слэйтера, певца из «Сбежавшего поезда». — Я с силой ударил ладонью по своей груди. — То настоящее, что внутри меня.

Эбби ахнула.

— О, Джейк, я...

Но у нее так и не появилось возможности сказать мне то, что я надеялся услышать, потому что мой взбунтовавшийся желудок выбрал именно этот момент, чтобы сжаться, и меня вырвало на чистый сарафан Эбби.

Глава 9 Эбби

Отшатнувшись от пьяных признаний Джейка, я и не предполагала, что меня окатят рвотой. Я стояла, застыв от ужаса, когда Джейка еще раз вырвало. Я сбросила его руки со своих плеч и подавила свой собственный рвотный рефлекс.

Джейк поднял ко мне свои остекленевшие глаза. В них плескалась боль, помноженная на смущение, а потом они закатились, и он стал отключаться.

— Твою мать! — простонал Эй-Джей и подхватил падающее тело Джейка.

— Он без сознания, — заявил Рис.

— Фу, голосую за то, чтобы закинуть его вонючую задницу в спальню и дать ему проспаться, — предложил Эй-Джей.

— Поддерживаю. — Рис помог Эй-Джею затащить Джейка в спальню. Закончив, они захлопнули дверь.

— Мне так жаль, Эбби, — извинялся Брайден. Он уже начал идти ко мне, но сморщил нос и отступил назад.

— Да, я понимаю. От меня воняет. — Я направилась в душ, а парни проскочили мимо меня к выходу из автобуса. — Эй, погодите-ка. — Они остановились и развернулись. Я оглянулась на спальню, а потом на них. — Хотите сказать, что оставите меня наедине с Джейком?

— Нет, ты всегда можешь пойти с нами. За нашим ВИП-столиком есть свободное место, если Джейк не пойдет, — предложил Эй-Джей. Он хитро подмигнул мне, а потом добавил: — И я куплю тебе всю диетическую колу, которую ты сможешь выпить, если обещаешь раз или два станцевать со мной.

Я рассмеялась.

— Очень заманчиво, но лучше я останусь здесь. Ну, знаешь, немного позанимаюсь или приберу этот свинарник. — Я посмотрела на свои покрытые рвотой вещи. — Тем более, парни, вам уже пора идти, а времени ждать, пока я приведу себя в порядок, нет.

Брайден улыбнулся.

— Мы найдем время, чтобы ты переоделась, Эбби.

— Ах, это так мило. Иди сюда — обниму! — с дразнящей улыбкой предложила я.

Вскинув руки в насмешливой капитуляции, Брайден ответил:

— Как-нибудь в другой раз.

— Так я и думала. Нет, ребята, вам пора идти, чтобы ваша бронь не пропала.

— Ты уверена? — спросил Рис, прежде чем нырнуть в ванную и последний раз проверить свою внешность.

— Да, уверена. — Я бросила еще один беспокойный взгляд на спальню. — А вы уверены, что с Джейком все будет хорошо?

— Хочешь сказать, все ли хорошо будет у тебя с Джейком? — с ухмылкой поинтересовался Эй-Джей.

— Нет, я хочу сказать не это.

Выйдя из ванной, Рис усмехнулся:

— Все будет хорошо, Эбби. Он пробудет в отключке несколько часов. И держу пари, после того, как проснется, его будет мучить слишком сильное похмелье, чтобы что-то пытаться сделать. Твое целомудрие в безопасности.

Я фыркнула, а он подмигнул мне.

— Отлично. Повеселитесь. Пока я буду нянчиться с этим пьяницей и озабоченным придурком!

Разразившись хохотом, парни вывалились из автобуса и направились к ожидающему их внедорожнику.

— Мужчины, — пробормотала я и пошла за своим чемоданом и чистой сменной одеждой. Оказавшись в ванной, я по-быстрому заперла дверь. Мне не хотелось рисковать, чтобы Джейк на меня наткнулся.

Под обжигающими струями воды мой мозг снова вернулся к тому, что сказал Джейк до того, как отключился. Мо тело тут же накрыла волна возбуждения при упоминании о том, как мы занимаемся сексом. В то же время внутри разгорелась жажда при мысли о том, что он предложил, и впервые я испытала настоящее желание и страсть к парню. Ни с кем раньше из тех, кто мне нравился или с кем я встречалась, я не испытывала ничего подобного. И хотя я не была влюблена в Джейка, я хотела его. Ужасно.

— ЧТО?! Ты с ума сошла? — закричала я, обращаясь к стенам душа и запустив пальцы в волосы. А потом яростно замотала головой. Что со мной происходит? Нет, нет, нет. Я не могла так думать о Джейке. Он — потаскун, который только использует женщин. Он никогда не сможет полюбить меня или дать того, что я хочу в жизни... или сможет?

Но тут мой мозг вернулся к нашему недавнему разговору с Фрэнком, а также тому, о чем Джейк признался после своих пошлостей. Ему хотелось девушку, как я, которая бы действительно любила его. Он впервые делал такое заявление. Объявил об этом после того, как я его утешила. Но в глубине души хотел ли Джейк отношений, тем более с такой девушкой... как я?

— Уф! — промычала я, закончив промывать волосы. Я утверждала, что во всей этой ситуации с пари мне хотелось получить некий опыт, но, к сожалению, получаю я гораздо больше, чем ожидала. Я находилась в автобусе почти тридцать шесть часов, а вся моя жизнь уже полностью перевернулась с ног на голову.

Выключив воду и выйдя из душа, я поежилась при мысли о том, что меня может ждать в оставшуюся неделю. Попытавшись выкинуть дикие и безумные мысли, крутящиеся в голове, я принялась вытирать волосы. Мне пришлось облиться лосьоном, чтобы, не дай Бог, не остался запах рвоты.

Поскольку до магазина еще нужно было добраться, а мои штаны для йоги и единственная футболка были испачканы рвотой, я натянула домашнюю кофту и трикотажные шорты. Отперев дверь, я приложила ухо к косяку двери, прислушиваясь, не ходит ли там Джейк. А потом закатила глаза, когда осознала, как глупо я, наверно, выгляжу. Понятия не имею, из-за чего у меня такая паранойя. Дело не в том, что Джейк может что-то предпринять. Скорее, я боюсь, что не захочу остановить его, а не потому что не смогу.

С глубоким вздохом я вышла из ванной. Джейка нигде не было видно, так что я предположила, что он все еще в отключке лежит в спальне. Уперев руки в бока, я стала размышлять, что же делать со своим вечером. В моем списке приоритетов учеба и возможность не отстать за время гастролей находились на самом верху, поэтому я достала из сумки учебники. Но прежде чем сесть, я осмотрела внутреннюю обстановку автобуса и сморщила нос. Эти парни такие же ужасные неряхи, как и мои братья. Собрав волосы в хвостик, я поняла, что в окружении всей этой грязи на учебе мне не сосредоточиться.

Наклонившись, я достала из-под раковины пару резиновых перчаток, моющее средство и губки. Стоило мне начать вытирать столы, как я поняла, что как-то совсем тихо. Я подошла к стереосистеме и стала просматривать коллекцию дисков Эй-Джея. Дойдя до Лучших хитов Майкла Джексона, я остановилась.

— О да, старый добрый Майкл Джексон отлично подойдет.

В динамиках загремела синтезированная мелодия «Прочь». Кивая головой, я стала подпевать, губка превратилась в импровизированный микрофон. Когда я вымыла стол и стулья, то начала, пританцовывая и раскачивая бедрами, двигаться по автобусу. Нет ничего лучше уборки под хорошую музыку, а я, скажем так, была одержима Майклом Джексоном.

Я уже дошла до игры на воображаемой гитаре под соло Эдди Ван Халена, когда рука на моем плече заставила меня вскрикнуть. Я резко развернулась, выронив губку и моющее средство. Они с грохотом ударились об пол.

Мне широко ухмылялся Джейк.

— Неплохо двигаешься, Ангел, но не могла бы ты это выключить?

Мои щеки вспыхнули.

— Ах да, прости, — пробормотала я, торопливо подбегая к стерео, чтобы выключить его. Я пыталась успокоить свое неровное дыхание, когда в автобусе повисла тишина, и мы с Джейком уставились друг на друга. — Э-э, как себя чувствуешь?

Он вздрогнул и потер голову.

— А ты как думаешь? Я проснулся словно в аду от стучащего в ушах Майкла Джексона.

Когда я хихикнула, он добавил:

— Не говоря уже о том, что я вылез сюда, чтобы наорать на парней, а обнаружил тебя в этом наряде, — он показал на мою кофту и шорты, — трясущую задом. — Он выгнул брови. — Совершенно не вписывается в условия нашего пари, Ангел.

Уперев руку в бок, я выпалила:

— Прости, но во время уборки мне нужна музыка, а что касается вещей, то ты обрыгал мой якобы наименее провокационный наряд.

— Господи, — пробормотал он. Казалось, будто воспоминания о произошедшем вдруг обрушились на Джейка — он вздрогнул и прислонился к стойке. Взгляд его усталых глаз встретился с моим. Он провел ладонями по лицу и нахмурил брови, почувствовав засохшие пятна рвоты. — Блин, я так набрался.

— Все нормально. Присядь.

Включился на полную мощность мой инстинкт заботливости, так что я подтолкнула Джейка к одному из кресел. Достав из ящика чистую тряпку, я намочила ее теплой водой, а в это время гнала прочь мысли о том, о какой части нашего разговора он больше всего сожалеет: о желании трахнуть меня или желании нравиться мне.

Я сполоснула тряпку и передала ее Джейку.

— Не могла бы ты это сделать, а то у меня нет зеркала? — Я одарила его скептическим взглядом, а он рассмеялся. — Я не пытаюсь приставать, Ангел. — Он показал мне свою слегка дрожащую руку. — Я не очень-то доверяю себе идти в ванную.

— Тогда ладно, — пробормотала я и начала мыть его лицо.

Он закрыл глаза и вздохнул.

— Блин, как же приятно. — Я запрокинула его голову назад и потерла подбородок. Приоткрыв один глаз, он спросил: — Почему ты все время заботишься обо мне?

— Потому что ты все время попадаешь в неприятности, — возразила я.

— Знаю, — пробормотал он. На его лице отразилась печаль. — Наверно, ты мазохистка.

— А?

— Ну, та, которая любит боль.

— И к чему ты это сказал?

— К тому что, несмотря на то, что я веду себя как полной засранец, ты все равно мила со мной и по-прежнему хочешь мне помочь.

— Ты не всегда... — я сморщила нос, прежде чем ответить: — засранец.

Джейк несмело улыбнулся.

— По большей части, да. Особенно с тобой. И я очень сожалею об этом. Правда.

Услышав его извинение, пока вытирала ему лицо, я застыла. Определенно, этих слов я от него не ожидала, а когда поискала его глаза, в них читалась искренность.

— Спасибо, я это ценю.

Вокруг нас повисло молчание, пока Джейк не откашлялся.

— После всего ты, правда, не считаешь меня полным придурком?

Я засмеялась.

— Ну, не все время. Сегодня днем ты был огромным придурком. — Заметив его гримасу, я добавила: — Но при этом ты позволил мне мельком увидеть парня, прячущегося глубоко внутри. А еще у тебя есть подкупающие качества. — Я оставила его, чтобы еще раз сполоснуть тряпку. — И я не знаю, каково это быть мазохисткой. Но знаю, как пытаться быть хорошим человеком, которым меня воспитали родители.

Мука в его глазах сменилась весельем.

— Ах, да, якобы хорошая девочка с золотым сердцем, но со ртом сапожника.

От его собирательного образа я не смогла сдержать смеха.

— Ага, очень точно. Но я же не пью и не сплю со всеми подряд. У меня должен быть хоть один порок, так что «грязный рот», видимо, он и есть.

Я провела тряпкой по его груди, стирая рвоту с украшающих его кожу замысловатых татуировок.

— Так много татуировок, — прошептала я.

— Тебе они не нравятся?

— Нет, наоборот. У моих братьев тоже есть. На самом деле, я и сама думала сделать себе одну.

Джейк взвыл от смеха.

— Ты же не серьезно, да?

— Вообще-то серьезно, — фыркнула я, шлепнув его тряпкой по руке.

— Ох, Ангел, как бы мне хотелось это увидеть.

— Тогда ладно. Может, ты сможешь отвести меня за татуировкой.

В его голубых глазах мелькнул озорной блеск.

— Хочешь заключить со мной еще одно пари?

— Может быть.

Он медленно покачал головой.

— Я так не думаю, детка. Если ты вернешься к своим братьям вся разрисованная, они надерут мне задницу.

Я закатила глаза.

— Не приплетай сюда моих братьев.

Джейк вскинул руки.

— Ладно, ладно. Я отведу тебя за татуировкой.

У меня округлились глаза.

— Правда? — взвизгнула я.

Он поморщился и закрыл уши.

— Господи, убавь громкость. — Когда я взглянула на него, он ухмыльнулся. — Да, правда. Адам — единственный парень, кому я доверю твою нежную кожу. Но тебе лучше не выеживаться на меня.

Я поняла, что он ожидал от меня какой-то реакции, потому что использовал слово, которое я ненавидела. Но я сохраняла спокойный вид.

— Чудно. — А потом снова продолжила его умывать.

Но стоило мне коснуться пояса его джинсов, как он схватил меня за руку.

— Здесь я справлюсь сам. — Он подмигнул мне. — Ты слишком близка к тому, чтобы нарушить мой покой, Ангел.

— Ох, э-э, прости, — ответила я. В попытке скрыть свое смущение я развернулась и прошла на кухню. Пока я пыталась занять себя уборкой чистых тарелок, Джейк поднялся с кресла.

— Мне, наверно, надо по-быстрому принять душ.

— Хорошо.

Он протянул мне тряпку, и на его лице промелькнуло робкое выражение.

— Когда я выйду, ты сможешь приготовить мне тот чили, что делала парням?

— А ты уверен, что твой желудок это выдержит?

— О, да, обычно после того, как меня вырвет, мне лучше несколько часов поголодать.

— Фу, — пробормотала я.

Он усмехнулся.

— Прости. Но это правда.

— Хорошо. Иди в душ, а я приготовлю тебе ужин.

— Спасибо, Ангел, — ответил он, а потом притянул меня к себе в сдержанном объятии. Он поцеловал меня в макушку, и я попыталась сдержать дрожь от накрывшего все мое тело возбуждения. У меня потрясенно открылся рот, когда он протопал в ванную и закрыл за собой дверь.

— Чудеса в решете, — пробормотала я себе под нос, а потом взялась греть Джейку ужин.

Я обернулась на звук открывающейся двери в ванную. Там стоял Джейк в обернутом вокруг талии крошечном полотенце, с его тела капала вода. Он опустил взгляд на свой оголенный торс.

— Прости. Мой опьянелый мозг забыл взять с собой одежду.

— Э-э, да нет, все в порядке. Я тут тебе чили разогреваю. Он будет готов, как только ты оденешься.

— Отлично.

Даже при том, что не должна, я стояла и пялилась на него, пока он шел по проходу в спальню. Трепетание сердца и порхающие бабочки в животе дали мне понять, что у меня серьезные проблемы.

Я решила переключиться и стала накрывать для Джейка стол. Он появился несколько минут спустя в футболке, которая была слишком ему мала, поскольку подчеркивала каждую рельефную мышцу, и малюсеньких трусах-боксерах.

Застыв на месте, я смотрела на него, как на видение. Его волосы были по-прежнему влажные, и несколько капель блестели на лице. Когда он поймал меня за этим занятием, к моим щекам прилил жар.

— Ты меня пожирала глазами, Ангел?

— Нет, вовсе нет.

Он тихонько рассмеялся.

— А я думаю, что да.

Я развернулась и уперла руки в бока.

— Хорошо, я пожирала тебя глазами. Теперь доволен?

— Бесспорно. Мне нравится, когда ты смотришь на меня так, будто хочешь. Будто считаешь меня... красивым.

Мои брови от удивления взлетели вверх.

— Красивый? Это слово не очень-то подходит к твоему описанию.

С ухмылкой он поинтересовался:

— А как меня можно описать?

— Хм-м-м, сексуальный, чертовски привлекательный и вызывающий у женщин желание скинуть трусики? — предложила я, протягивая ему колу.

— Да, ты права. Это лучше мне подходит.

Я поставила на стол стакан воды.

— Чтобы выпил весь стакан и колу. У тебя, наверно, обезвоживание.

— Слушаюсь, доктор Ренард, — ответил он, в его глазах плескалось веселье.

— Медсестра во мне сказала бы тебе ничего не есть и уж точно не чили.

— Поверь мне, Ангел, я знаю свое тело.

— Как скажешь.

Проглотив целую ложку чили, он закрыл глаза и с одобрением промычал:

— Черт, как же это вкусно.

— Спасибо.

— Так ты еще умеешь готовить?

— Немного. Моя бабушка — консервативная уроженка Техаса, а это ее секретный рецепт.

— Это пипец как вкусно.

Я ухмыльнулась.

— Я ей передам.

Он фыркнул.

— Ага, точно. Хоть у тебя и грязный рот, но я не представляю, как ты скажешь своей бабушке такое.

— Верно, в самую точку.

Несколько минут мы и сидели в тишине, пока он поглощал чили, будто не ел несколько дней. Я не понимала, как он собирается все это удержать в себе и насколько плохое ему может стать завтра, но решила просто помалкивать.

Наконец, Джейк поднял на меня взгляд.

— Эбби, нам нужно поговорить о том, что произошло.

— Правда? — переспросила я, дергая потрепанную веревочку на подставке для тарелок.

Он склонил голову.

— Знаю, сегодня днем я напортачил и всякого наговорил тебе. — Он поморщился как от боли. — Мне прекрасно известно, что во всей этой ситуации с Бри я вел себя как грубый кретин. Я не должен был приводить ее сюда, в автобус, пока ты здесь. Мне очень жаль.

Мне показалось, что моя челюсть отвисла настолько сильно, что ударилась об стол, когда он снова начал приносить мне свои сердечные извинения. Я уже решила, что меня больше ничто не шокирует, как он продолжил:

— Но ты проявляла ко мне лишь заботу и сострадание, когда я этого не заслуживал. И поверь мне, когда я говорю, что действительно искренне сожалею.

— Спасибо. Я это ценю.

— Значит, мы все уладили? Никаких обид?

Я рассмеялась.

— Ты веришь в моментальное прощение и избавление от обид, да?

— Не совсем, но я надеюсь, что ты не будешь долго злиться на меня из-за того, что я сделал.

— Я постараюсь, ладно? Но это не значит, что ты можешь вести себя со мной как раньше и ждать при этом, что я упаду в твои объятья.

Он нахмурил брови.

— Не могу?

— Э-э, нет, со мной такое не сработает. Может, с твоим гаремом поклонниц — да, но я другая.

— Полностью с тобой согласен, — пробормотал он. Как только его ложка заскребла по дну тарелки, я встала, чтобы налить ему еще. — Нет, мне хватит.

— Уверен?

Он улыбнулся.

— Не хочу переусердствовать.

Я засмеялась.

— Мне кажется, две столовые ложки и так уже перебор, но я же не знаю, твое тело, да?

По тому, как глаза Джейка слегка расширились, я поняла, что совершила ошибку, даже невинно упомянув его тело.

— Послушай, мне нужно еще кое-что у тебя спросить о том, что было. — У меня перехватило дыхание от одной только мысли даже отдаленно вспомнить то, что произошло. — Я сказал тебе что-нибудь неловкое, прежде чем меня вырвало и я отключился?

— Джейк...

Его голубые глаза сверкали от волнения, когда он, наконец, встретился со мной взглядом.

— Кое-что из этого я помню. Я сказал, что хочу трахнуть тебя, но не говорил ли я чего-нибудь еще? Чего-то более... откровенного?

— Говорил, — прошептала я.

— Что именно? — наседал он.

Дословно я помнила все, что он сказал, поэтому повторила его слова. Глаза Джейка округлились, и он резко втянул воздух.

— Но ты не беспокойся из-за слов, чтобы такая как я полюбила тебя. Я же понимаю, что ты был пьян, — быстро добавила я, вскочила со своего места, как чертик из табакерки, и забрала у него тарелку. Поспешив на кухню, я положила ее в раковину и включила воду.

Но тут я охнула, когда к моей спине прижался Джейк.

— Ангел, — прошептал он, его дыхание обжигало мою шею. Несмотря на жар, я задрожала. — Я подразумевал каждое слово, которое произнес: как плохое, так и хорошее.

Развернувшись, я уставилась в его глаза. Но стоило мне увидеть в них искренность, как мое сердце забилось сильнее.

— Правда?

— Да, я действительно хочу заняться с тобой сексом, когда на тебе будут ковбойские сапоги, — с невозмутимым видом произнес он.

Не сдержавшись, я засмеялась. Я знала, что для такого, как Джейк, очень трудно иметь дело с чувствами, поэтому ему все это нужно перевести в шутку.

— Приятно слышать, но, к сожалению, это вряд ли произойдет в ближайшее время.

— Облом, — ответил он и потянулся ко мне, чтобы смахнуть с моего лица выбившуюся прядь. Заправив ее за ухо, он улыбнулся.

Но это мгновение нарушил звонок моего сотового. Увидев запрос на видео-звонок, я сморщилась.

— Прости. Мне нужно ответить.

— Твои родители?

— Нет, это парень, открывающий концерт моих братьев. В первый вечер моего приезда и во время всего турне мы должны были петь дуэтом.

— Хм-м, — таков был ответ Джейка.

Когда мой палец неохотно скользнул по кнопке, я нацепила фальшивую улыбку.

— Привет, Гаррет.

На экране появилось его улыбающееся изображение. В некотором смысле Гаррет напоминал мне версию Джастина Бибера глубоко за двадцать, хотя и был намного талантливее.

— Привет, красавица. Как поживаешь?

— Хорошо, спасибо. А ты?

— Хорошо — это все, что я услышу? Твои братья рассказали мне о твоем небольшом приключении в автобусе «Сбежавшего поезда».

Я засмеялась.

— Да, я в этом и не сомневалась. В данный момент я что-то вроде паршивой овцы в нашей семье.

— Для меня ты тоже вроде паршивой овцы. Потому что мне откажут в драгоценном времени на репетицию нашего с тобой дуэта.

Я ахнула.

— О, нет! Я совсем про это забыла. Мне так жаль. Послушай, если ты считаешь, что я не буду готова, то мне не нужно выступать.

Гаррет усмехнулся.

— Эбби, я всего лишь поддразниваю тебя. Я знаю, что ты справишься, даже если у нас будет всего один прогон.

— Ох, — ответила я, а потом с облегчением выдохнула.

— Мне просто жаль, что теперь я не смогу провести с тобой время.

У меня вспыхнули щеки, но тут Джейк пробормотал себе под нос:

— Козел.

— Что, прости? — спросил Гаррет.

— О, ничего. Должно быть, в спальне работает телевизор. — В попытке сменить тему я поинтересовалась: — Так мы по-прежнему выступаем в воскресенье вечером?

— Черт возьми, да. Не могу дождаться, когда мы с тобой окажемся на сцене. «Разве ты не хочешь остаться» — потрясающая песня, ты не находишь?

Я закивала.

— Может, во время турне мы добавим еще несколько дуэтов.

— Конечно. Было бы отлично.

— Пять минут, Джи, — донесся голос из-за плеча Гаррета.

— Мне пора, Эбби. Я просто хотел позвонить и узнать, как ты там.

— Спасибо. У меня все хорошо. Клянусь.

Выражение его лица слегка помрачнело.

— И поверь мне, если хоть один из этих придурков дотронется до тебя, им придется отвечать не только перед твоими братьями.

Когда рядом со мной зарычал Джейк, я быстро добавила:

— Ой, как это мило. Но они ведут себя как настоящие джентльмены.

— Для них же лучше. Увидимся в воскресенье. — Он коротко взмахнул рукой, на что я так же помахала в ответ, и завершил звонок.

— Уф, ну что за хрен! — воскликнул Джейк.

— Вообще-то с его стороны было очень любезно, что он позволил мне спеть с ним. Это очень хороший способ представить себя людям.

Джейк закатил глаза.

— Конечно, он хочет, чтобы ты спела, Ангел. Он хочет залезть к тебе под юбку.

— Судя по вам и моим братьям, разве не этого хочет каждый парень?

Он сердито посмотрел на меня.

— Поверь мне, когда я говорю тебе быть с ним осторожнее.

Я пожала плечами.

— Мне все равно, какие у него намерения на мой счет. Мне он точно не интересен.

— Да неужели?

— Да.

Уголки его губ дернулись вверх.

— Это из-за его эпической тупости или тебе просто интересен кто-то другой?

Мгновение я с недоверием глядела на него. Уперев руки в бедра, я поинтересовалась:

— Ты всегда ходишь вокруг да около, когда тебе не хватает мужества открыто признаться в своих намерениях?

— Что ты хочешь этим сказать?

— У тебя еще хватает наглости спрашивать меня об этом? — А когда он не ответил, я практически прорычала, сделав к нему шаг: — Ты постоянно меняешь свою позицию относительно меня, что я уже не знаю, где правда. Удивительно, что после твоих эмоциональных всплесков мне до сих пор не понадобился хиропрактик. Сначала ты мне говоришь, что тебе хочется, чтобы такая девушка, как я, заинтересовалась тобой, а потом стыдливо спрашиваешь, что я чувствую к Гаррету. — Наконец, приблизившись к нему вплотную, я посмотрела на него снизу вверх. — У тебя действительно отлично получается в два счета очаровать девушку и уложить ее в постель, но ты даже не можешь сказать ей лично, что чувствуешь на самом деле.

Джейк выпучил глаза, открывая и закрывая рот, словно рыба, вынутая из воды.

— Эбби... я... вот это да, — наконец, пробормотал он.

— Что?

На его губах заиграла робкая улыбка.

— Не думаю, что когда-нибудь со мной так разговаривала девушка. — Он содрогнулся. — Блин, это было круто.

Я оттолкнула его к кухонной стойке.

— Ты невыносим!

— А ты именно то, что мне нужно.

Мой рот, который было уже открылся, чтобы выплеснуть на него очередную порций оскорблений, тут же захлопнулся. Скрестив руки на груди, Джейк усмехнулся.

— Только не говори мне, Анегл, что я лишил тебя дара речи.

— Ты приводишь меня в растерянность, так что я не понимаю, чему ты удивляешься, — возразила я.

— Отлично. Готова к такому? — Он оттолкнулся от стойки и снова встал передо мной. — Ты мне нравишься, Ангел. Очень сильно нравишься. Прошло всего тридцать шесть часов, но мне нравится то, что я вижу, и мне хочется большего. Но я без понятия, как это делается, так что будь со мной немного терпеливее, ладно?

Мое сердце затрепетало от его слов и того, как он их преподнес.

— Значит, мы просто продолжим узнавать друг друга?

— Думаю, да. — Он задумчиво почесал подбородок. — Полагаю, нормальные люди обычно ходят на свидания, чтобы узнать друг друга?

— Ага. Ужин, кино и все такое.

Он склонил голову.

— Ну, что-то вроде ужина у нас уже было. Тогда как насчет кино?

— Звучит отлично, — усмехнулась я.

— Могу я рассчитывать на то, что ты предпочтешь глупую комедию, а не всякие девчачьи фильмы?

— Если у вас в автобусе есть девчачий фильм, то мы просто обязаны его посмотреть.

Джейк скорчил рожу.

— Ну, может, Лили оставила несколько DVD-дисков.

— Правда?

— Но это всякая диснеевская фигня для Джуд.

— Хм-м, давай посмотрим, что у нас есть, — ответила я и подошла к развлекательному центру. Он был полностью забит DVD-дисками и видеоиграми.

Пока я просматривала его содержимое, из горла Джейка вырвался огорченный звук.

— После моего дурацкого поведения ты накажешь меня своим выбором фильма?

Оглянувшись через плечо, я бросила на него невинный взгляд.

— Я? Да как ты мог такое подумать?

— Ну, как скажешь, — проворчал он и плюхнулся на диван.

Я повернулась к нему.

— Ладно, как насчет «Вышибал»? — спросила я.

Его глаза загорелись.

— Охренительно!

Одарив его злобной усмешкой, я ответила:

— Отлично. Мы посмотрим его после «Рапунцель: Запутанная история».

— Ты серьезно?

Я наклонила голову.

— Мне нужно напоминать, что сегодня тебя на меня вырвало?

— Ты же не позволишь мне об этом забыть, да?

— Не-а. Но помимо этого, тебе еще много придется потрудиться, чтобы доказать мне, что ты стоишь моего времени.

— И для того, чтобы это доказать, я должен смотреть дурацкий Дисней?

— Это только начало.

Я сунула диск в проигрыватель и взяла пульт. Без каких-либо колебаний я плюхнулась на диван рядом с Джейком.

— До сих пор не могу поверить, что ты заставляешь меня смотреть чертов диснеевский мультик, — проворчал он.

— Ты и не должен его смотреть. Ты всегда можешь заниматься своими делами. Но если ты действительно хочешь от меня большего, то тебе придется это заработать.

Он что-то пробормотал себе под нос. Может, сама идея ему и не нравилась, но он посвятил мультфильму все свое внимание, когда тот начался. Думаю, интерес у него вызвала играющая в нем музыка, хотя ему и не хотелось в этом признаваться. Когда я прижалась к нему, он с удивлением посмотрел на меня.

— Я замерзла, — призналась я.

— Держи, — сказал он, залезая в ящик рядом с диваном. Он достал одеяло и завернул нас в него. — Ну как?

— Замечательно. Спасибо.

— Не за что.

А потом он обхватил меня рукой за плечи и придвинул ближе к себе.

В середине мультфильма у меня начали тяжелеть веки, и в скором времени я задремала. Не знаю, как долго я спала, но меня разбудили громкие голоса и смех, доносившиеся не из мультфильма. Потирая глаза, я посмотрела на Джейка, который тоже просыпался.

По ступеням автобуса, возвращаясь с вечернего шоу, поднимались парни. При виде меня и Джейка, завернутых в одеяло, они замерли.

— Что за... — начал Эй-Джей.

Они с Брайденом бросились вперед, будто собирались защитить меня от нежеланных приставаний со стороны Джейка. Я высунула руку из-под одеяла и выставила перед собой.

— Парни, успокойтесь. Все хорошо.

Брайден переводил взгляд с Джейка на меня, а потом выгнул брови.

— Серьезно?

Я засмеялась.

— Да. Джейк попросил прощения за свое плохое поведение, и теперь у нас все в порядке.

С озорным блеском в глазах, направленных на парней, Джейк добавил:

— И даже больше, чем просто в порядке. Мы типа встречаемся.

Парни дружно издали потрясенный возглас.

— Вообще-то, это не совсем правда, — ответила я.

Брайден недоверчиво вскинул руки.

— Простите, но мой мозг не может переварить эту мысль. Как тебе удалось совершить квантовый скачок из траха с Бри в день, когда ты встречаешься с нашим Ангелом?

— На самом деле, мы не встречаемся — мы просто лучше узнаем друг друга. Ему придется еще доказать, прежде чем я начну с ним встречаться, — объяснила я.

Джейк склонил голову.

— И мне придется очень для этого постараться.

Проведя ладонями по лицу, Брайден проговорил:

— Будь я проклят.

Взгляд Эй-Джея с телевизора переключился на нас.

— Он попросил прощения и теперь смотрит «Рапунцель». Думаю, Эбби отлично промыла ему мозги в наше отсутствие, — пошутил он в попытке поднять всем настроение.

В ответ на его предположение мы с Джейком рассмеялись.

— Нет, промывка мозгов не использовалась, — проговорил Джейк, а потом подмигнул мне. — Она просто помогла мне понять, каким полным придурком я был.

Рис с ошеломленным выражением лица стоял и смотрел на нас.

— Чувак, я не буду врать и говорить, что меня это ни капли не удивляет. — А потом он посмотрел на меня. — Ты уверена, что знаешь, во что ввязалась?

— Не совсем, но с другой стороны, а кто-то вообще знает? — возразила я.

— Полагаю, что никто. — Он подмигнул мне. — Вот почему я избегаю всяких отношений.

— Ну, конечно, — фыркнул Джейк.

Рис уже открыл рот, чтобы поспорить, как Брайден откашлялся.

— Ладно, ладно, думаю, нам пора расходиться. Это был чертовски длинный день, столько всякого безумия произошло, не говоря уже о том, что завтра вечером мы выступаем.

— Да, папочка, — поддразнил Эй-Джей.

— Кретин, — пробормотал Брайден себе под нос и направился в спальню.

Я выбралась из одеяла и быстро сбегала в ванну. К тому времени, как я вышла, Джейк уже ждал меня возле моей койки. Он отодвинул занавеску в сторону, как джентльмен открыл бы дверь.

— И снова себя проявляет твоя хорошая сторона, — заметила я.

Он ухмыльнулся.

— Спокойной ночи, Ангел.

— Спокойной ночи, Джейк.

Наклонившись ближе, он прошептал:

— Спасибо, что дала мне еще один шанс.

— Пожалуйста. Только впредь строго придерживайся правил, и у нас не будет никаких проблем.

Он тихонько засмеялся.

— Ты меня в могилу сведешь.

Я послала ему воздушный поцелуй, прежде чем задернуть занавеску.

— Сладких снов, Ангел, — пробормотал он.

Закутавшись в одеяло, я провалилась в сон с самой глупой улыбкой на лице.

Глава 10 Эбби

На следующее утро мы въехали в Индиану — еще одна остановка в гастролях «Сбежавшего поезда». Пока мы сидели за столом и завтракали, в воздухе так и витало напряжение. Потрясающе наблюдать за возникающими в парнях изменениями с приближением их следующего выступления. Чем ближе мы подъезжали к Индианополису, тем беспокойней они становились. Автобус едва мог выдержать их четверых. Эй-Джей неустанно барабанил на маленькой пластиковой версии своей настоящей барабанной установки. Прошлое Риса в Лиге Плюща выражалось в том, как он сосредоточенно играл в гольф на приставке Wii. И хотя обычно Брайден был самым уравновешенным из всех, сейчас он мерил пол шагами, словно зверь в клетке, время от времени останавливаясь, чтобы попереписываться с Лили.

Сидя с наушниками в ушах, Джейк переживал меньше всех парней. Как мне кажется, музыка ему нужна была, чтобы отключиться от остальных. Он сидел за кухонным столом напротив меня и разукрашивал какие-то наброски, которые Брайден нарисовал для следующей обложки альбома группы.

Что касается меня, то я держалась от них подальше и готовилась к своему экзамену. Вскоре после двух часов мы въехали на парковку Музыкального Центра Клипш. Я читала и пыталась отвлечься от нелепых выходок парней. Но тут передо мной возник Джейк, подпрыгивая на носках и протягивая мне руку.

— Пошли, — скомандовал он.

Я с подозрением вскинула бровь.

— А куда мы идем?

Он усмехнулся.

— Увидишь. Это сюрприз.

— Я не очень-то люблю сюрпризы. Последний привел меня не в тот автобус и в кровать к прославленному Джейку Слэйтеру.

С усмешкой он ответил:

— Это больше похоже на исполнение мечты, чем на неудавшийся сюрприз.

— Ну, это ты так считаешь, — рассмеялась я.

— Пошли. И доверься мне. — Тон его голоса стал практически жалобным.

Поджав губы, я не смогла сдержать дрожи волнения, накрывшей меня из-за его многообещающего выражения лица.

— Ладно. Тогда удиви меня, — ответила я, опуская книгу.

— Ха! Я знал, что ты сдашься. Никто не может устоять перед моими чарами.

— Какой же ты эгоист, — пробормотала я себе под нос и вложила свою ладонь в его руку.

Пока мы пробирались по проходу автобуса, Брайден ухватил Джейка за руку.

— Ты куда идешь? У нас через час саунд-чек и репетиция.

— Мне нужно кое-что сделать для Эбби. — Он оглянулся на меня и улыбнулся. — Ну, знаешь, компенсация за то, что вчера я вел себя как невообразимый ублюдок и кретин.

Брови Брайдена в удивлении взлетели вверх, но спорить он не стал.

— Ладно, чувак, как скажешь.

Мы спустились по ступеням автобуса, а там нас ждал Фрэнк с накачанным афро-американцем, который, казалось, мог лежа поднять нас с Джейком.

— Эбби, это Ллойд, — представил Джейк, указывая рукой на парня.

Ллойд глянул на Джейка.

— Вообще-то Эл-Эл.

Джейк засмеялся.

— Обожаю его дразнить по поводу настоящего имени.

— Ага, и однажды ты за это заплатишь, маленький хрен, — зловеще пригрозил Эл-Эл.

На мгновение я помедлила, а потом протянула руку.

— Э-э, приятно познакомиться.

Его мрачное лицо просветлело, и он одарил меня улыбкой.

— Взаимно.

А потом Фрэнк повел нас к арене, за нами следовал Эл-Эл. Как только мы оказались внутри, Джейк поднял руку.

— Тут мы уже сами.

— Я буду поблизости, но никуда не уйду, — ответил Эл-Эл.

— Без проблем.

Когда мы обогнули сзади затемненную арену, я хихикнула.

— Привет, Кливленд, — прошептала я себе под нос.

— Что? — спросил Джейк.

— Просто мне показалось, что мы потерялись, и я чуть не подумала про фильм «Это — Spinal Tap»[12].

Джейк развернулся с открытым ртом.

— Ты действительно знаешь об этом фильме?

— Конечно, знаю. Раньше я все время смотрела его с мальчишками.

Он медленно покачал головой.

— Как ты вообще можешь быть настоящей?

— Что?

Джейк улыбнулся.

— Ты как из мужского эротического сна.

Сморщив нос, я ответила:

— Фу, спасибо за комплимент.

— Ладно, прозвучало не так, как я хотел.

— Я на это надеюсь.

Он поморщился, когда провел рукой по волосам.

— Я просто хотел сказать, что ты просто девушка-мечта музыканта — полный комплект. Ты понимаешь, как работать в этой индустрии, и каким даром и проклятьем может быть муза. Кроме того, ты все знаешь о музыке и пении. И в довершение ко всему парень с тобой может просто общаться и смотреть глупые комедии. Знаешь, каково это видеть перед собой красивую девушку, которая полностью тебя понимает?

— Спасибо, — пробормотала я. От его слов мои щеки тут же вспыхнули. Он стоял и смотрел на меня, так что я, в конце концов, призналась: — Кстати, это было гораздо лучше комплиментов.

— Пожалуйста. — Он взял меня за руку. — А теперь пошли. У меня большой сюрприз для тебя.

— И еще раз повторяю, я очень-очень не люблю сюрпризы, — возражала я, пока он тащил меня дальше за кулисы.

— Этот тебе понравится.

Наконец мы прошли за кулисы. Но вместо того, чтобы остановиться, Джейк вытащил меня прямо на сцену. Я озирала пустую, но огромную арену. Склонив голову, я развернулась и оглядела все вокруг.

— Ух ты, огромное местечко.

— Обожаю, когда все так, — признался Джейк, показывая на снующую повсюду команду с оборудованием. — Это сродни затишью перед бурей. — Он покачался на носках, и все его тело загудело от волнения.

— Бурей по имени Ураган Джейк? — поддразнила я.

Он засмеялся.

— Наверно, это будет Тропический Шторм Джейк и, скорее всего, Ураган Сбежавший Поезд.

Я улыбнулась.

— Мне нравится, что ты никогда не исключаешь парней из этого уравнения. Не как Адам Левин и остальные парни из «Мэрун Файв».

Джейк покачал головой.

— Некоторое время назад, сразу после того, как мы прославились, студия грамзаписи пыталась провернуть такую фигню. Но я сказал: либо мы с парнями, либо ничего.

Протянув руку, я похлопала его по груди.

— Здесь скрывается такое доброе сердце.

Он накрыл мою ладонь своей и прижал ее к груди.

— Ты не представляешь, как для меня ценно то, что сквозь всю эту фигню ты это видишь.

— Я вижу гораздо больше, чем ты думаешь.

— И? — подсказал он.

Под его пристальным взглядом я с трудом сглотнула.

— Мне нравится то, что я вижу. Очень.

А потом он поднес мою руку к своим губам и нежно коснулся ими пальцев.

— Я рад это слышать.

Мой пульс пушечным взрывом отдавался в ушах, и мне казалось, что Джейк его слышит. И только он наклонился ближе ко мне, как снизу от сцены прогремел голос:

— Мы готовы, ждем вас.

Его глаза на мгновение закрылись.

— Как всегда чертовски вовремя, — проворчал он, прежде чем повернуться к парню. — Спасибо, Джо. Давай начинать шоу.

— Шоу? — пропищала я.

Джейк снова повернулся ко мне.

— Да, прошлым вечером после твоего разговора по телефону с этим говножуем...

— Гарретом, — поправила я.

— Как скажешь. В любом случае, я подумал о том, как ты испугалась и занервничала из-за того, что тебе не хватает времени на репетицию дуэта с этим придурком, и решил, что мог бы помочь.

Вдруг рядом со мной возник Джо и стал пихать в руку микрофон.

— Джейк, что происходит? — спросила я.

— Ты отрепетируешь свой дуэт, чтобы в воскресенье вечером все было прекрасно.

— Но как...

Он взмахнул в мою сторону микрофоном.

— Мы споем вместе.

— Что? — я чуть не взвизгнула.

Игнорируя мое потрясение, он сказал:

— Знаю, будет не то же самое, раз нам придется использовать фонограмму. Я хочу сказать, что у парней не будет времени выучить песню, но я знаю все слова.

Я вспомнила сегодняшнее утро, когда он сидел с наушниками, и мое сердце с трепетом остановилось.

— Ты выучил песню?

— Конечно. — Он подмигнул мне. — К твоему счастью, я быстро учусь.

— Не могу в это поверить, — прошептала я.

Джейк усмехнулся, заправив прядь моих волос за ухо.

— Ты готова раскачать эту арену?

Если до этого я и сомневалась о глубине моих усиливающихся чувств к Джейку, то в этот момент они испарились. Я провела с ним всего сорок восемь жалких часов, но все равно каким-то образом влюбилась в него. Постойте, как это вообще возможно? Я всегда смеялась над понятием любви с первого взгляда. Такие вещи не случались. Страсть с первого взгляда — да, но любовь?

Никогда.

Но теперь, когда Джейк стоял передо мной, я задавалась вопросом, может ли это быть правдой. Ну, это частично было правдой, поскольку, когда я положила на него глаз, это нельзя было назвать любовью, а скорее злостью, особенно после того, как я пнула его между ног.

— Ангел, ты меня слышишь?

— А, что?

— Я спросил, ты готова?

— Ах, да, конечно. — Я прочистила горло и попыталась перевести дыхание. Как я вообще собралась петь с таким неровным дыханием?

Джейк окинул меня скептическим взглядом.

— Ты уверена? Ты аж вся позеленела, будто тебя вот-вот вырвет.

С моих губ сорвалось хихиканье, и я прикрыла рукою рот.

— Думаю, я просто нервничаю.

Джейк в удивлении вскинул брови.

— Серьезно? Здесь же только я.

Так, именно ты и заставляешь меня невероятно нервничать.

— Знаю, но я никогда не занималась разогревом публики или пением гамм. Должно быть, я говорю, как больная корова или вроде того.

Он пренебрежительно взмахнул микрофоном в мою сторону.

— Тебе и не нужно этого делать. Ведь для чего еще нужны репетиции, а?

— Ну, если так. — А потом я склонила голову. — Давай сделаем это, пока я не начала паниковать.

Джейк подмигнул мне, а потом крикнул:

— Ладно, Джо, врубай!

В считанные секунды над ареной заревела музыка, заставив меня подпрыгнуть. Джейк поднес микрофон к своим губам:

— Я, правда, очень не хочу упустить этот момент, — начал он.

Я не могла пошевелиться, как будто в меня выстрелили из пистолета «Тазер»[13], и меня полностью парализовало. Я не могла моргнуть или даже сделать вдох. Я просто стояла и смотрела на Джейка, который с такой страстью и чувством пел свою партию. Только когда он перестал петь, я пришла в себя.

— Выключи музыку! — воскликнул Джейк. Музыка замолкла, и он озадаченно посмотрел на меня. — Что случилось?

— А?

— Ты не вступила в припев.

Боже мой. Меня настолько захватили голос Джейка и его выступление, что я совершенно забыла о пении.

— Я... э-э... наверно, у меня совсем сдали нервы, и я все забыла, — солгала я.

С улыбкой он потянулся ко мне и погладил мою руку.

— Да ладно, тебе не нужно нервничать. Просто отключись от всего и сосредоточься на мне и музыке.

Ага, точно, именно сосредоточенность на тебе и помешала мне начать! Поэтому я решила, что лучше будет сконцентрироваться на музыке и словах, которые я должна петь.

— Хорошо. Давай еще раз попробуем.

— Джо, еще раз! — крикнул Джейк.

В этот раз я, как и до этого, была очарована выступлением Джейка, но сумела вступить в свою часть припева. Когда мой голос эхом разлетелся по зрительному залу, я подпрыгнула, отчего Джейк разразился хохотом.

— Эй, на этот раз ты меня сбил!

В капитуляции он вскинул руки.

— Прости. Но ты бы видела свое лицо!

— Джейк, — прорычала я.

— Ладно, ладно, извини. — Он направил взгляд в сторону от сцены. — Прости, Джо. Давай еще раз сначала.

Теперь эту часть мы прошли без проблем. Когда настал мой черед петь одной, все это время я не сводила взгляда с Джейка. Горящее в его глазах мерцание вызывало во мне дрожь, но я не теряла внимания и, в конце концов, полностью растворилась в музыке. Слова песни настолько точно отражали то, что я испытывала к Джейку. Мне хотелось оставаться в этом мгновении с ним как можно дольше.

Когда музыка стала затихать, Джейк улыбнулся.

— Ты это сделала, Ангел.

— Я это сделала! — завизжала я. А потом затанцевала на сцене от счастья, чем вызвала у Джейка смех.

— Это твой победоносный танец? — спросил он дрожащим от изумления голосом.

Продолжая раскачивать бедрами и переступать на носках, я кивнула.

— Ага, думаю, это он и есть.

Парень покачал головой и протянул руку, чтобы потрепать меня по голове.

— Дурилка картонная.

— Эй, то, что я спела на большой сцене, все-таки чего-то стоит.

— Хочешь еще раз попробовать?

— О-о, а можно?

— Конечно, можно. — Его губы изогнулись в хитрой улыбке. — Я же Джейк Чертов Слэйтер и могу делать все, что захочу.

Закатив глаза к потолку, я удрученно выдохнула, отчего несколько выбившихся прядей моих волос сдуло с лица.

— И только я подумала, что твое эго сильнее уже не раздуется.

— Оставь мое эго в покое, на этот раз тебе нужно сосредоточиться не только на своем пении, но и на подаче. Уверен, в последний раз ты попала во все ноты, но была немного скована.

— Правда?

Над моей покорностью Джейк рассмеялся.

— Я не сказал, что ты была как робот, но тебе нужно немного расслабиться. Позволь своему телу прочувствовать слова так, как это делает твой разум.

— Ладно, — пробормотала я.

Теперь, когда музыка снова заиграла, Джейк стал совершенно другим. Казалось, будто он от всего отключился. Его пение было более откровенным и наполненным эмоциями. Если раньше я думала, что мне трудно сосредоточиться, то сейчас было намного сложнее, поскольку он настолько заворожил меня: как исполнитель и как мой объект воздыхания.

Стоило мне начать свою сольную партию, как Джейк приблизился ко мне и обнял рукой за талию. Поскольку я решила, что он пытается меня сбить, то стала концентрироваться изо всех сил, но в то же время позволила своему телу следовать за ним. Когда снова настало время припева, его ладонь накрыла мою щеку. Я закрыла глаза и продолжала петь, при этом потянувшись вслед за его прикосновением.

Он отодвинулся от меня, но я последовала за ним, взяв его за руку и переплетя наши пальцы. Песню мы закончили, держась за руки и не сводя друг с друга глаз. Музыка подходила к концу, и я почувствовала, что Джейк в любую минуту сможет услышать стук моего сердца.

— Это было потрясающе — ты была изумительна! — воскликнул Джейк.

— Значит, часть, касаемая выступления, у меня получилась лучше?

Он быстро закивал.

— Но я бы предложил тебе так сильно не увлекаться, когда ты будешь петь с Гарретом.

— Почему?

Он ухмыльнулся.

— Потому что ты заставишь меня ревновать, если будешь смотреть на него тем же взглядом, что и только что на меня.

От этого его замечания я чуть не растеклась эмоциональной лужицей по полу сцены.

— Тогда ладно. Это только для тебя.

— Хорошо. Я рад это слышать.

***

Оставшаяся часть дня превратилась в вихрь событий. После того, как мы с Джейком закончили петь, на арену для своих саунд-чеков и репетиций приехали остальные ребята. Фрэнк повесил мне на шею бейджик персонала с правом доступа, так что я стояла за кулисами и наблюдала за ними. Когда саунд-чек завершился, мы направились в кафе на другой стороне улицы, чтобы поужинать пораньше. Мне не верилось, сколько еды эти парни могли в себя вместить. Я же слишком нервничала, чтобы есть, но они все забрали с собой, включая и десерт.

А потом мы вернулись на арену, чтобы подготовиться к шоу. Пока Джейка и парней увели для последней примерки костюмов, а потом в раздевалку, я просто бродила повсюду и заглядывала в закулисные комнаты, заполненные людьми, которых я никогда раньше не видела. У «Сбежавшего поезда» была огромная команда и антураж по сравнению с оборудованием моих братьев. Я всеми силами старалась не путаться под ногами, когда у меня звякнул телефон от пришедшего сообщения.

Это был Джейк.

«Ты где?».

«Жду, когда вы, ребята, будете готовы».

«Приходи сюда к нам».

«Я не хочу мешаться»,

«Ты никогда не мешаешься. Ты же со мной».

При виде его слов мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов.

«Ты уверен?».

«Сейчас же тащи сюда свою хорошенькую задницу!».

Я улыбнулась.

«Ты такой властный».

«Сейчас же, Ангел».

«Есть, сэр!».

Я уже стала пробираться по помещению в поисках Джейка, как тут ко мне потянулась рука и схватила меня. Я вскрикнула, когда кто-то попытался усадить меня к себе на колени. В его темных глазах сверкал похотливый блеск.

— Привет, куколка, где же ты пряталась все это время?

Вот тогда я узнала в нем Тайлера Мейнса, вокалиста «Победителей» — группы, открывающей выступление «Сбежавшего поезда». Его темные волосы уже были идеально уложены, а на лице красовался толстый слой сценического грима. Полагаю, чтобы скоротать последние минутки перед выходом на сцену, он решил поприставать ко мне.

— Я нигде не пряталась! — огрызнулась я, шлепая его по рукам. Я уже начала извиваться в попытке слезть с его коленей, как его руки обвили меня за талию.

Его взгляд скользнул по моему внешнему облику.

— Просто как-то раньше я тебя тут не видел. Следует заметить, что ты первоклассная киска. — Он ухмыльнулся и потрогал подол моего сарафана. — М-м-м, обожаю, когда дело касается быстрого перепиха. У тебя уже есть планы после окончания шоу?

— Да, козел, и в них не входит быть твоей игрушкой!

Он осклабился.

— О-ох, агрессивная штучка. Мне это нравится. — Запустив пальцы в мои волосы, он дернул меня ближе к себе, пока его благоухающее алкоголем дыхание не коснулось моей щеки. — А ты так же агрессивно трахаешься, как и говоришь?

— Отпусти меня! — заорала я.

— Тайлер, убери свои проклятые клешни, пока я не сломал тебе не только твою рабочую руку! — прорычал Джейк.

Мой взгляд от мистера Козел Мейнс метнулся к возвышающемуся над нами Джейку. Тот сжимал по бокам кулаки, а на шее от злости пульсировали вены. Тайлер тут же меня отпустил.

— Прости, Слэйтер. Я не знал, что это твоя баба. — Он усмехнулся мне. — Черт, должно быть, ты действительно потрясающе трахаешься, раз Джейк готов так тебя защищать. Но поскольку однажды я поделился с ним киской в один и тот же вечер, может, пока он на сцене, ты покажешь мне, что такого потрясающего у тебя там между ног?

— Ах ты, сукин сын! Я убью тебя на хрен! — зарычал Джейк, рванув вперед.

— Джейк, нет! — закричала я. На мгновение я оказалась зажатой между ними двумя. Я качнула головой в его сторону. — Это того не стоит — он того не стоит, — возразила я.

Как только Джейк отступил назад, Тайлер усмехнулся и прошептал: «Киска», — себе под нос. Внутри меня закипела кровь, я подняла руку и залепила Тайлеру пощечину. Изо всех сил.

— Даже не смей больше говорить такое мне или обо мне! — Потом я слеза с его коленей. — И к твоему сведению, ты — последний мужчина на земле, которому я позволю до себя дотронуться! — Не говоря ни слова Джейку, я бросилась в его раздевалку. Тот следовал за мной по пятам, потому что я чуть не врезала его дверью по лицу.

Заметив мое негодование, с кресел для грима на меня удивленно уставились Эй-Джей и Рис.

— Что случилось? — спросил Рис.

Я была слишком расстроена, чтобы говорить, поэтому пролепетала:

— Эт-тот козел Мейнс пытался ко мне приставать, а потом говорил такие вещи... — Я содрогнулась.

Тут с кресла вскочил Эй-Джей.

— Я надеру ему задницу!

Джейк поднял руку.

— Полегче, Терминатор, в этом нет необходимости. Я уже позаботился об этом. — Он оглянулся на меня и улыбнулся. — Точнее, Ангел справилась со всем сама.

Брови Эй-Джея в удивлении поползли вверх.

— Что же ты сделала?

— Дала ему пощечину.

Посмеиваясь, Джейк добавил:

— Ага, а еще она устроила ему разнос.

На губах Эй-Джея появилась широкая улыбка.

— Молодец, малышка! Продолжай в том же духе!

— Спасибо, я постараюсь, — хихикнула я.

Тут меня сзади собственнически обняли за талию руки Джейка. Он уткнулся носом мне в шею, и я поежилась от удовольствия.

— Прости, что тебе пришлось через это пройти. Знаю, что он сказал тебе довольно много неприятных вещей.

— Верно. Но я отшила его.

Джейка поманил гример, и тот, покорно вздохнув, убрал от меня руки. Я опустилась на диван и стала следить за всеми приготовлениями парней к выходу на сцену.

Когда ребята почти закончили, я услышала рев толпы и открывающую выступление музыку «Победителей».

— Надеюсь, сегодня вечером он облажается, — пробормотала я.

Рис с Джейком взревели от хохота, а Эй-Джей оглянулся на меня через плечо.

— Если найти хороший порошок кайенского перца и его сменные штаны, то сегодня вечером ему ни одни действия фанаток не понравятся.

Я рассмеялась.

— Эй-Джей, это ужасно.

Он злобно усмехнулся и поиграл бровями.

— Ты мне только скажи. У меня есть роуди, который всегда может его достать.

— Думаю, не надо, но все равно спасибо.

Закончив с прическами и гримом, парни столпились в костюмерной. Несколько минут спустя появился Джейк в облегающих кожаных штанах и красной рубашке, подчеркивающей его мышцы.

— Как я выгляжу? — поинтересовался он.

— Ух ты... выглядишь потрясающе!

Джейк презрительно оглядел свои штаны.

— Они из кожзама в целях политкорректности. Слава Богу, в середине шоу я смогу переодеться, потому что предпочел бы быть в джинсах.

— Да, но эти штаны... — Я перевела на него взгляд и улыбнулась. — Очень-очень сексуальные!

В его глазах заплясали озорные огоньки.

— Хочешь сказать, мне нужно их оставить и как-нибудь надеть для тебя?

Я засмеялась.

— Сейчас я уже в этом не уверена.

Джейк потянулся ко мне, чтобы привлечь к себе, но тут из-за двери высунулась голова Брайдена.

— Ладно, Джейк, пора.

— Вот всегда не вовремя, — пробормотал себе под нос Джейк.

Затем он взял меня за руку и повел к двери. Я вслепую следовала за ним, когда мы лавировали между роуди и техниками.

Стоило нам оказаться за кулисами, как Джейк повернулся ко мне.

— Сначала я хотел отвести тебя в ВИП-зону, но здесь тебе будет лучше видно.

— Так, я могу стоять здесь и смотреть на вас? — спросила я.

— Конечно. — Он притянул меня к себе. — Я хочу, чтобы ты была как можно ближе.

— Спасибо.

— Еще я сказал Фрэнку присматривать за Тайлером.

— Это, конечно, очень по-рыцарски с твоей стороны, но думаю, я смогу справиться и сама.

Джейк тихонько рассмеялся.

— Уверен, что сможешь, Ангел, но мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты под присмотром.

— Хорошо. Как пожелаешь, — ответила я.

Когда «Победители» начали уходить со сцены, Джейк крепче сжал меня в объятьях. Тайлер одарил нас лишь мимолетной усмешкой и удалился.

А потом освещение на сцене изменилось, и заиграла вступительная музыка «Сбежавшего поезда». Первым вышел Эй-Джей, размахивая руками толпе и пальцами показывая рокерские жесты. Судя по одобрительным свисткам и аплодисментам, он явно был любимцем публики. Он уселся за барабанную установку, несколько раз провернул между пальцами палочки и начал отбивать ритм в слабых долях. С него я переключила свое внимание туда, где техники подавали Рису его бас-гитару. Он перекинул ремень через голову, пристроил гитару в удобную позицию и выбежал на сцену, маниакально размахивая руками и улыбаясь как Чеширский кот. Затем он присоединился к ритму Эй-Джея. Уже с гитарой в руках Брайден кивал головой в такт, звучащий со сцены. Понятия не имею, откуда он знал, когда ему выходить, поскольку шум был настолько громким, но вот он вышел на сцену, и огни тут же замерцали и стали менять цвета.

Джейк склонился к моему уху.

— Время волшебства.

Когда он уже направился к сцене и своему важному выходу, я схватила его за руку и поцеловала в щеку. Он одарил меня озадаченным взглядом.

— Это на удачу, — сквозь рев толпы прокричала я.

Его губы изогнулись в усмешке.

— Спасибо, Ангел, но она мне не нужна.

Я игриво шлепнула его по руке.

— И снова ты ведешь себя как эгоист!

Он засмеялся и подмигнул мне. Свет на сцене снова изменился и засиял красным, когда из-за кулис вышел Джейк. Уже и без того неистовствующая толпа стала еще безумнее. От шума у меня звенело в ушах, но я подавила желание заткнуть уши.

Стоило Джейку взять микрофон со стойки, как его губы растянулись в фирменной самоуверенной улыбке. По стадиону пронесся оглушительный рев.

— Привет, Индианаполис! Вы готовы зажечь? — спросил Джейк.

Получив от них ответ, он оглянулся через плечо на Риса и Брайдена. Те покачали головами.

— Подождите. Что-то я не расслышал вас. Я спросил, готовы ли вы ЗАЖЕЧЬ, ЧЕРТ ПОБЕРИ?

Если бы возможно было заорать еще сильнее, толпа бы так и сделала. Люди затопали ногами, захлопали в ладоши, засвистели и закричали. Джейк ухмыльнулся и кивнул.

— Это уже ближе к истине.

Свет потускнел, и зазвучали первые ноты их последнего хита «Распутай меня». В песне использовалось огромное количество тяжелого гитарного звучания, и меня потрясло мастерство Брайдена и Риса. Еще огромное значение имела та эмоция, которую во время пения выражал Джейк. Сначала в его голосе слышались жесткие горькие нотки в таких песнях, как: «Распутай меня» и «Запутанная реальность».

А когда дело дошло до баллад, он тут же изменился – его плавный бархатистый голос эхом разносился над ареной. Моей любимой песней у них была «Никогда до тебя», о которой я узнала из общения с парнями, – ее Брайден написал для Лили. Я закрыла глаза и стала раскачиваться под музыку. Трудно было признаться даже себе, насколько сильно голос Джейка эмоционально и физически влиял на меня — особенно, когда он пел о любви.

Песня закончилась, и я открыла глаза, обнаружив, что Джейк смотрит на меня. Наверно, у меня было очень серьезное выражение лица, потому что он подмигнул, а потом призывно провел языком по губам. Несмотря на то, что я должна была разозлиться, я не смогла сдержать смеха. Только Джейк мог разрушить такое романтичное мгновение. Я погрозила ему пальцем, на что он откинул голову назад и рассмеялся.

В следующей части шоу на сцену подняли фанатку, чтобы та спела с Джейком. У меня округлились глаза, когда один из рабочих вывел на сцену старушку. С широко раскрытыми от удивления глазами женщина глядела на Джейка. А когда он улыбнулся и подмигнул ей, она покраснела и захихикала, как подросток. Он начал петь песню «Твоя улыбка».

Спустя еще несколько быстрых песен шоу закончилось, и парни, измученные и мокрые от пота, начали уходить со сцены. Я не смогла сдержаться, чтобы не броситься к Джейку. Обхватив его руками, я позволила ему покрутить меня.

— Полагаю, это означает, что тебе понравилось, да? — сквозь гомон толпы прокричал он мне на ухо.

Отстранившись, я уставилась в его улыбающееся лицо.

— Понравилось? Ты шутишь? Мне безумно понравилось! Ты был неотразим!

— Ага, а теперь я еще потный, как свинья.

Я прижалась к нему.

— Если я пропитаюсь твоим потом, то, возможно, смогу заработать целое состояние, продав это платье на Ибэй, — поддразнила я.

— О, я знаю еще несколько способов, чтобы вспотеть сильнее. — Он пошевелил бровями.

Я выбралась из его объятий.

— Нет, спасибо! Я пас.

— Я так и думал, Ангел. — Он оглянулся на Эй-Джея и Риса, которых уже окружила толпа девчонок. — Дай мне пять минут переодеться, а потом я приглашаю тебя на ужин.

Я посмотрела на свое платье.

— Надеюсь, туда, где попроще.

— Я думал насчет «Айхоп»[14] или чего-то наподобие. Ничего необычного, Ангел.

Я засмеялась.

— Ты, определенно, знаешь, чем меня потчевать, да?

— А как же, — пробормотал он, прежде чем удалиться в раздевалку.

Верный своему слову Джейк появился меньше чем через пять минут в линялых драных джинсах и черной футболке. Только на нем грубый мешок может смотреться горячо и сексуально. Пока мы шли к выходу, он спросил:

— Не возражаешь, если к нам присоединится Брай?

— Конечно, нет. — Мы сели в лимузин Хаммер. — Эй-Джей и Рис не идут?

Джейк скорчил гримасу.

— Нет, они заняты.

Внезапно я поняла, что он имел в виду.

— Ах, я понимаю. — Мысли о них со случайными девушками вызвали у меня тошноту. — Если бы меня не было здесь, ты бы тоже был занят?

Глядя в окно, Джейк отказывался встречаться со мной взглядом.

— Да, наверно.

— Прости, что удерживаю тебя.

Его голова резко повернулась, и он пригвоздил меня взглядом.

— Ты ни от чего меня не удерживаешь. Я именно там, где хочу быть в данный момент и с кем хочу.

— Ох, — пробормотала я.

— Не похоже, что ты мне веришь.

— Нет, просто я удивлена, вот и все.

Он выгнул брови.

— Тем, что я хочу поесть с тобой оладий, а не переспать с какой-нибудь случайной красоткой?

Услышав вывод, к которому он пришел, я резко втянула воздух.

— Да, и очень сильно.

Джейк ухмыльнулся.

— Тогда поверь, Ангел, потому что это правда. Ты все, что я хочу и что мне нужно в данный момент.

Отвернув лицо, я попыталась скрыть глупую улыбку, появившуюся на моих губах. Джейк Слэйтер хотел быть со мной, а не с фанатками. И это просто потрясающее чувство.

Глава 11 Джейк

Как бы я ни сопротивлялся, но следующие четыре дня пролетели с сумасшедшей скоростью и идущими подряд шоу. Я бы все отдал, чтобы остановить часы, — чтобы можно было насладиться временем с Эбби и продлить его. В ней есть все, что я когда-либо хотел или нуждался в девушке, и чем дольше мы бываем вместе, тем больше я осознаю, что не врал ей, когда говорил, что никогда не встречал никого, похожего на нее.

Вот какая девушка будет сидеть со мной, всю ночь напролет разговаривать о музыке, жизни и семье? Она — единственная девушка, которую я смог притащить в «Айхоп» после шоу, а потом вернуться в автобус и устроить джем-сейшн[15]. Мы распевали дуэтом безумные песни: «Женщина из Миссисипи, мужчина из Луизианы» Конвей Твитти и Лоретты Линн, а потом «Навечно закрою свои глаза» Оззи Осборна и Литы Форд.

Когда Эбби удалось превзойти меня в знании и пении некоторых наших песен, я поклялся ей, что на следующем шоу вытащу ее с собой на сцену.

— Ох, черт, нет! — воскликнула она.

В последнюю ночь Эбби в автобусе я попросил ее снова лечь со мной, но на этот раз кровать была только в нашем распоряжении. Между нами не было ничего, кроме того, что мы лежали, прижавшись друг к другу, но я был рад тому, что она рядом.

Совсем скоро наступило воскресенье — день, когда она, наконец, вернется к своим братьям. Мы остановились, чтобы провести наш мрачный завтрак, в «Крекер Баррель» — любимом месте Эбби. Но она едва притронулась к еде. Вместо этого, она пустила ее по кругу, переводя взгляд с одного на другого и приводя нас в отчаяние.

Удрученно проворчав, я опустил вилку, и та громко клацнула о тарелку.

— Ты прекратишь? Из-за твоего печального вида люди решат, что мы тебя похитили или мучаем.

Она всхлипнула и вытерла нос платком.

— Я не могу сдержаться. Я буду скучать по вам, парни. — И хотя она сказала «парни», но при этом многозначительно смотрела на меня.

— Мытожебудемпотебескучать, — с полным ртом оладий пробормотал Эй-Джей. Заметив на ее лице отвращение, он выпятил губу. — Что еще я могу сказать? Я чувствую твою потерю, Ангел. Просто я не должен поддаваться, потому что на нервной почве переедаю.

Благодаря его комментарию, на ее лице промелькнула улыбка, но так же быстро исчезла. Как только мы закончили есть, Эбби вызвала такси, чтобы то заехало за ней.

— Мы можем довезти тебя до отеля.

— Он не по пути. Я уже и так вам помешала, — возразила она.

Я ответил с улыбкой:

— Да, но ты ужасно милая помеха.

Она рассмеялась.

— Спасибо.

В этот момент я отступил назад и стал наблюдать за тем, как Эбби прощалась с парнями. Первым подошел Рис. Он обнял ее и что-то прошептал ей на ухо, отчего она захихикала. Когда вышел Брайден, в глазах Эбби показались слезы. Взяв ее за руки, он что-то тихо ей говорил, а та согласно кивала головой. Она потянулась и поцеловала его в щеку, а потом он притянул ее в свои объятья. Он поглаживал ее спину широкими круговыми движениями, пока она всхлипывала. Когда Эбби, в конце концов, отстранилась, Брай тоже поцеловал ее в щеку.

Вот очередь дошла до Эй-Джея, и Эбби не смогла сдержать расползающейся на губах улыбки. Низким и нежным голосом он начал что-то говорить ей по-испански. Она склонила голову и слушала его, иногда смеялась, порой перебивала. Закончив, он обхватил ее руками и крепко сжал.

Чем дольше Эбби оставалась в объятьях Эй-Джея, тем труднее мне было бороться с накрывшей меня ревностью. Наконец, выпустив, он поцеловал ее в обе щеки. А потом Эбби повернулась ко мне, в ее глазах блестели слезы, и я ощутил, будто меня ударили под дых.

Вот оно. Момент, которого все эти дни я так боялся, — момент, когда я должен попрощаться со своим Ангелом. Взяв за руку, я отвел ее от автобуса, чтобы мы смогли немного побыть наедине. Когда мы оказались на достаточном расстоянии от парней, я повернулся. Под глазами Эбби пролегли темные круги — прошлой ночью я чувствовал ее рыдания, хотя она думала, что я сплю.

Раскачиваясь на пятках, я сунул руки в задние карманы своих линялых дырявых джинсов.

— Что ж...

— Что ж, — запинаясь, повторила Эбби.

Я склонил к ней голову.

— Довольно глупо прощаться, потому что это не значит, что мы никогда не увидимся или не поговорим друг с другом. У меня есть твой номер, а у тебя — мой.

— Да, независимо от того, что произойдет, мы всегда будем друзьями.

— Точно. Только потому что ты сходишь с автобуса, это еще не конец. Черт, мы же теперь даже с тобой соавторы песни.

Она закусила губу в попытке сдержать наворачивающиеся слезы.

— Конечно.

Я неуверенно шагнул к ней.

— Ангел, ну, что такое происходит в твоей головке?

Взглянув на меня, Эбби несмело улыбнулась.

— Просто я никак не могу избавиться от мысли — не такая ли у тебя линия поведения со всеми девушками. «Эй, детка, мы не прощаемся». Не говоря уже о твоем грандиозном веском замечании: «У меня есть твой номер». Так и кажется, будто вереница девчонок мучительно глядят на свои телефоны в ожидании твоего звонка, которого никогда не будет.

Мои брови сердито нахмурились.

— Во-первых, это не моя линия поведения. Когда я говорю, что мы снова увидимся и я позвоню, то так оно и будет. А, во-вторых, этот автобус, может, и покидала вереница девчонок, но могу тебе точно сказать, что ни у одной из них я не брал номер телефона.

— Нет?

— Нет, Ангел. — Я убрал с лица Эбби шелковистую светлую прядь волос, чтобы нежно провести большим пальцем по ее щеке. — Что бы ни началось между нам, я совершенно не хочу, чтобы оно заканчивалось.

Она резко втянула воздух.

— Значит, ты чувствуешь это так же сильно?

Я улыбнулся.

— Конечно, да. Меня будто пробивает гребаная молния каждый раз, когда ты рядом со мной. Ты заставляешь меня чувствовать то... чего я никогда не чувствовал раньше.

— Как и ты, — тихонько прошептала она. Ее ладони легли мне на грудь. — Джейк, я очень сожалею о том, что сказала раньше. Я понятия не имею, что делать со всеми своими чувствами, тем более что у меня нет опыта отношений с мужчинами.

— Могу тебе сказать, что мы с тобой находимся в равном положении — я и сам ни черта не имею понятия, что со всем этим делать.

Подняв руку, она накрыла мою ладонь, прижимающуюся к ее щеке.

— Знаю, что скажут люди: из-за того, что у меня нет опыта с парнями, я могу ошибаться в своих чувствах к тебе. — Она встряхнула головой. — Но без тени сомнения могу сказать, что сила моих чувств к тебе настоящая.

Легкими поцелуями я покрыл ее ладонь и пальцы.

— М-м-м, и сейчас?

— Я влюбляюсь в тебя, Джейк.

На краткий миг мне показалось, будто она снова заехала мне по яйцам. Так сильно потрясли меня ее слова. Сделав несколько успокаивающих вздохов, я умудрился улыбнуться.

— Что ж, это хорошо, потому что я втрескался в тебя по уши, Ангел.

Она засмеялась.

— Ты умеешь обращаться со словами.

— А что еще я могу сказать? Ты пробудила во мне романтика.

К автобусу подъехало такси, и я поморщился. Грудь сдавило от осознания того, что она меня покинет, и я с трудом попытался вздохнуть. Я чувствовал себя полнейшим придурком. Твою мать, и когда это я превратился в зависимого чувака, которому для выживания нужна женщина? Но как бы мне ни хотелось признаваться, правда такова — мне нужна Эбби. Она оживила и вдохнула мир в мою беспокойную душу — ангел, посланный прямо с небес. Лишь один ее взгляд может тут же успокоить меня. Я даже не знаю, как справлюсь без нее с тем, что происходит с моей мамой.

Поскольку Эбби очень хорошо меня чувствовала, она обвила руками меня за шею и крепко прижалась ко мне.

— Как бы мне хотелось не уезжать от тебя. Я отчаянно нуждаюсь в тебе, но знаю, что ты нуждаешься во мне больше.

— Ты же будешь всего на расстоянии телефонного звонка, да? — спросил я, ненавидя то, как мой голос дрогнул, не совладав с эмоцией.

— Конечно, да. Днем и ночью. Если что-то случится с твоей мамой, или расстроит тебя, или ты не сможешь уснуть, ты всегда можешь мне позвонить, хорошо?

Я простонал.

— Ты заставляешь меня чувствовать себя настоящей тряпкой.

Она захихикала, отчего тепло ее дыхания коснулось моей шеи.

— Просто у тебя потрясающе доброе сердце, малыш. Благодаря ему, ты всегда будешь больше по сравнению с другими людьми чувствовать и страдать. — Отстранившись, она посмотрела на меня. — Кроме того, необходимость в другом человеке — не признак слабости.

— Абсолютно.

— Так, ты мне позвонишь?

— Черт возьми, да. — Я наклонился, чтобы ее поцеловать. И хотя мне отчаянно хотелось прижать ее к автобусу, пожирать ее губы и при этом водить руками по ее потрясающим грудям, я понимал, что не могу этого сделать. Не только потому что не собирался демонстрировать неуважение к своей девушке, устроив перед водителем такси и парнями грязное шоу, но и потому что не хотел заходить с ней слишком далеко. Дело не только в ее отсутствии опыта — я просто хотел, чтобы все было идеально для нее... и для меня.

Поэтому, собрав всю силу воли в кулак, я целомудренно коснулся ее губами. Когда Эбби сокрушенно вздохнула, я отстранился. При виде ее разочарованного лица я не смог сдержать смех. Накрыв ладонями ее лицо, я спросил:

— Помнишь, о чем пелось в первой части нашего дуэта, Ангел?

— Э-э, что-то о том, чтобы не торопиться и это могло дольше длиться?

— Хорошая рифма, но да, я об этом. — Когда она нахмурила брови, я усмехнулся. — У меня не было отношений с девушкой с тех пор, как группа обрела славу. Я привык любить на скоростной полосе, а ты, в лучшем случае, — аварийная.

— Следи за языком, — захихикала она, игриво шлепнув меня по руке.

— Вот поэтому мы должны не торопиться. Я хочу насладиться тем, что чувствую, и не разрушить все слишком быстро физическими отношениями.

Эбби поджала губы.

— А что если мне хочется иметь с тобой некоторые аспекты физических отношений? Я не говорю о самом процессе... по крайней мере, пока.

Я откинул голову и простонал.

— Спасибо, что убиваешь меня, Ангел. Ты знаешь меня всего неделю, но уже забыла свои правила — любить человека?

Она коснулась моей нижней губы.

— Я помню, но, может, я как раз на пути к тому, чтобы полюбить тебя.

Тут нам посигналило такси, и я раздраженно вздохнул.

— Черт возьми, нам обоим всегда везет.

— Но мы хотя бы продолжим этот разговор позже, да?

— Да, продолжим. — Я поднял ее чемодан и кейс для гитары.

— Подожди, ты же не...

— Да, собираюсь. Это обязанность джентльмена.

Она покачала головой, а потом зашагала в ногу со мной. Я уложил ее вещи в багажник, а потом закрыл дверцу.

— Береги себя.

— Спасибо. Ты тоже.

— И порви их там всех сегодня.

— Я постараюсь.

Я улыбнулся и открыл для нее дверцу на заднее сиденье.

— Не сомневаюсь, и ты знаешь, что я всегда прав.

Она закатила глаза, но потом улыбнулась.

— Пока, Джейк.

— Пока, Ангел.

И когда она уже начала протискиваться мимо меня, чтобы сесть в такси, я остановил ее. Порой бывают такие мгновенья, о которых будешь жалеть, если не послушаешься своего сердца. Обхватив ее голову за затылок, я опрокинул ее назад, а потом впился в нее губами. На этот раз я позволил теплу своего языка раскрыть ее губы и скользнуть внутрь. Когда из глубины ее горла вырвался легкий стон, я крепче сжал руки вокруг ее талии. Боже, какая же она вкусная. Я весь день мог ее целовать, но симфония посвистываний и улюлюканий прервали мое мгновение истинного блаженства.

Я отпрянул и увидел стоящих рядом с автобусом Эй-Джея, Брайдена и Риса. Лицо Эбби залил румянец, когда я прорычал:

— Большое спасибо, парни.

— ¡Agarrale el culo, chica!

Эбби прищурила глаза, а потом прокричала:

— Callete, cabron!

— Что он только что сказал? — с ухмылкой поинтересовался я.

— Схвати его за задницу, девочка, — ответила она.

— А что ты ему ответила?

Она улыбнулась.

— Сказала, чтобы он заткнулся, и назвала козлом.

Я рассмеялся.

— Я за тебя дам ему нагоняй.

— Gracias. Спасибо, — ответила она. Взглянув на парней, Эбби покачала головой. — Мне очень хочется показать вам средний палец, но вместо этого я просто помашу.

— Пока, Эбби, — прокричали они в унисон.

Она снова повернулась ко мне.

— Поговорим позже.

— Обещаю.

Без лишних проявлений эмоций она опустилась на сиденье.

— «Хилтон», пожалуйста, — вежливо скомандовала Эбби.

— Хорошо, но чтобы вы знали: счетчик уже включен, дорогая, — ответил таксист.

— Все в порядке. — Она посмотрела на меня и улыбнулась. — Оно того стоило.

— Чертовски верно, — ответил я и захлопнул дверцу.

И подобно страдающей от любви девчонке-подростку я стоял и махал ей вслед до тех пор, пока такси не скрылось за холмом.

Глава 12 Эбби

По приезде в отель в лобби меня ждали все три брата. Я закатила глаза, но непроизвольно усмехнулась.

— Только не говорите мне, что вы испугались, будто я могу потеряться и поселиться у другой группы буйных рокеров.

Гейб тихонько рассмеялся и притянул меня в объятья.

— Нет, просто в этот раз мы хотели быть рядом с тобой и поприветствовать тебя лично.

— Ах, как это мило.

Голубые глаза Эли сверкнули.

— Дело еще в том, что через час у нас на арене саунд-чек.

Я покачала головой.

— Только я решила, что вы, парни, строите из себя чересчур опекающих старших братьев, как вы тут же разрушаете мои мечты.

Мика обвил рукой меня за плечи.

— Я скучал по тебе, Малышка. — Он поцеловал меня в щеку. — Волнуешься по поводу сегодняшнего вечера?

Одного упоминания о выступлении оказалось достаточно, чтобы у меня скрутило живот.

— И да, и нет.

Мика кивнул. В эту секунду мы проходили через вращающиеся двери отеля.

— Помню, как я впервые играл перед огромной толпой в несколько десятков тысяч.

Я игриво двинула его локтем в бок.

— Не очень-то ты помогаешь, дорогой братец.

Мика заулыбался. В нашей семье только мы с ним светловолосые. У Гейба и Эли черные как смоль волосы — в отца, но, даже будучи настоящими двуяйцевыми близнецами, Гейб выше Эли где-то на семь сантиметров, а тот в свою очередь более мускулистый. Единственное, что нас всех объединяет, — голубые глаза нашей матери. Хоть они мне и братья, но я не могу не отметить, что выглядят они классно. Конечно, Мика вот уже как шесть месяцев помолвлен с девушкой по имени Валери, работающей в церкви нашего отца. Но, как и Брайден, он ни разу не посмотрел на других девчонок. А что касается близнецов... Тут уже другая история.

— Ты справишься, Эбстер. В конце концов, ты всего лишь поешь дуэтом с Гарретом и одну песню с нами, — заверил Эли, открывая для меня дверцу лимузина.

Плюхнувшись на сиденье, я удрученно выдохнула.

— Итого две песни — подумаешь! Две превосходные возможности спеть фальшиво или грохнуться со сцены.

Рядом со мной уселся Гейб.

— Ты слишком переживаешь. Просто выйди и получи удовольствие. Вспомни, как мы в детстве отрывались.

— Или, как кто-то однажды посоветовал, представь всех вокруг голыми, — предложил Эли, поигрывая при этом бровями.

Я пнула его ногой.

— Ты отвратителен!

Спустя некоторое время лимузин подъехал к служебному входу арены. Нам открыл дверцу глава службы охраны, Мэнни, и одарил меня сияющей улыбкой.

— Рад снова тебя видеть, Эбби.

Я обняла все его два метра роста и почти сто тридцать килограммов веса.

— Я тоже тебя рада видеть. — Потом показала на парней. — Держишь их под контролем?

Он ухмыльнулся.

— Пытаюсь. Трудная работенка.

Хихикнув, я ответила:

— Могу себе представить.

Мэнни только провел нас внутрь, как тут ко мне подлетел человек во всем черном и с наушниками.

— Ты сейчас же нужна на сцене для репетиции с Гарретом.

— Ох, ладно. — Я повернулась к парням. — Скоро увидимся.

— Зажги там, Малышка, — прокричал Гейб.

Когда я вышла на сцену, Гаррет сидел на табурете с гитарой и проигрывал некоторые свои песни. Покончив с одной из них, он оглянулся и заметил меня. Все его лицо озарилось.

— Эбби! — воскликнул он, а потом бросился ко мне, чтобы заключить в объятья. До этого мы встречались всего пару раз, но по его поведению можно было решить, что мы лучшие друзья, которые давно не виделись, или бывшие любовники. Джейк ухватился бы за второй сценарий. — Вижу, ты цела и невредима.

— Ага, — рассмеялась я.

— Отлично. Я ужасно рад, что буду петь с тобой. — Он помахал технику, поднесшему мне микрофон. — Готова?

— Конечно.

***

После репетиции с Гарретом я наблюдала за прогоном выступления парней, а потом присоединилась к ним на сцене. На первых нескольких шоу я буду исполнять только кавер Бэнд Перри «Если я умру молодой». После парни планировали отдать мне несколько вокальных партий, обычно исполняемых Микой. Пройдясь по всему репертуару, мы направились в раздевалку. Пока ребята поглощали еду из общепита, я едва притронулась к маминому домашнему сдобному пирогу.

Чем ближе подходило время выступления, тем больше маленькое пространство заполнялось людьми. Гулом оно походило на вышедший из-под контроля пчелиный рой. Входили и выходили парикмахеры-стилисты, костюмеры, администрация и роуди. В окружении этого сумасшествия у меня даже не было личного пространства или времени, чтобы перевести дыхание.

Вскоре в комнату вошли наши родители и бросились ко мне так, будто я была освобожденной из плена заложницей. Довольно забавно, потому что я общалась с ними по Фейстайму, разговаривала и писала сообщения каждый день, пока находилась с Джейком и парнями.

— Как ты, милая? — спросила мама.

Я рассмеялась.

— Так же хорошо, как и до этого, когда мы сегодня говорили.

— Выглядишь хорошо, — подытожил папа.

— Джейк с ребятами хорошо обо мне заботились.

При упоминании имени Джейка родители обменялись взглядами.

— Что? — спросила я.

Сунув руки в карманы своих брюк цвета хаки, папа прочистил горло.

— Ну, мы с мамой только недавно говорили о том, что в разговорах ты как-то часто упоминаешь этого парня Джейка.

Я понимала, что он хотел, но не мог сказать.

— Он мне нравится.

Мама резко втянула воздух.

— Как парень?

— Возможно, — с улыбкой ответила я и заметила промелькнувшее на их лицах выражение ужаса. — А что, что-то с этим не так?

— Э-э, нет, Эбигейл. Просто... — промямлил отец.

Тут вмешалась мама:

— Просто с музыкантом очень сложно построить отношения. Посмотри на Мику и Валери.

— Да, я знаю. Но порой нельзя выбрать, к кому испытывать чувства.

Папины брови чуть не выпрыгнули с головы.

— Так, значит, ты серьезно настроена насчет этого парня?

— Да, папа. Мне действительно нравится Джейк Слэйтер из «Сбежавшего поезда». Да, я знакома с ним всего неделю. Да, он плохой мальчик с татуировками и пирсингом, и да, он ваш самый худший кошмар, потому что этот парень встречается с вашей маленькой девочкой. — Я наклонилась к нему ближе. — Нет, он не воспользовался мною, и нет, он не собирается меня превращать в плохую пропирсингованную девчонку с татуировками. — И с неуверенной улыбкой я добавила: — Мы оба хотим открыть лучшее друг в друге и увидеть, куда это нас приведет. Понятно?

Несколько секунд папа стоял с разинутым ртом, а потом быстро его захлопнул. Думаю, я впервые видела его потерявшим дар речи. Тогда я повернулась к маме, пребывающей в таком же потрясении.

— Эбби, мы готовы, — вмешалась мой стилист Рене.

— Мне пора. — Я перевела взгляд с одного на другую. — Так мы все уладили? Все хорошо?

— Конечно, дорогая, — ответила мама. Говорила она не так убедительно, как показывала всем своим видом. Отец же, напротив, продолжал ошеломленно таращиться на меня. Наверно, я не могу винить их за то, что мое заявление вызвало у них контузию. Им понадобится время, чтобы все это переварить.

Оставив родителей, я направилась в гримерную. В тот миг, когда я села, у меня в животе скрутились тугие узлы. Внутри загудела энергия нервозности. Непрестанно постукивая ботинком по полу, я сидела, уставившись в подсвеченное зеркало перед собой, пока Рене накручивала мои распущенные локоны. От того, сколько лака она вылила мне на волосы, наверно, истощилась половина озонового слоя. Сидя в шелковом халате, я в попытке успокоиться сделала два глубоких вдоха.

А потом все-таки решилась посмотреть на свое отражение в зеркале, и мои нервы взвинтились до предела. Как только Рене закончила с моими волосами, за меня взялась визажистка Бекка. Никогда в жизни на мне не было столько основы под макияж или румян, не говоря уже о накладных ресницах, с которыми я чувствовала себя настоящей проституткой.

— Ты уверена, что это не слишком? — спросила я.

Бекка презрительно фыркнула.

— Если не хочешь под огнями рампы выглядеть как труп, то расслабься и успокойся.

Так что я расслабилась и стала получать удовольствие, включающее в себя самую большую прическу в стиле Долли Партон. Тут из-за двери показалась голова роуди.

— Эбби, десять минут.

— Боже мой, — пробормотала я и затряслась всем телом.

— Черт побери, Эбстер, хватит топать! — из соседнего кресла прорычал Эли.

Я тут же угомонила свою ногу.

— Прости. Это нервный тик.

— У тебя все будет хорошо, — заверил Мика. Когда я взглянула на него из-за своих пушистых волос, тот улыбался.

— Знаю. Просто я боюсь забыть слова или еще как-то облажаться.

Его взгляд блуждал по моим сапогам.

— Ты их износила порядочно, да?

— О, да.

— Тогда все будет в порядке.

Рене похлопала меня по плечам.

— Ну, ладно. Пора отвести тебя в костюмерную.

Я поднялась с кресла и вышла за дверь следом за ней. Я до сих пор не видела, что они для меня выбрали. Знаю, мальчишки никогда не беспокоились по поводу того, что надеть, и то же самое я наблюдала в автобусе «Сбежавшего поезда».

Пока я шла по коридору, меня по плечу постучал роуди и сунул в руку телефон.

— Тебе звонят.

Я нахмурила брови.

— Спасибо, — ответила я и поднесла телефон к уху. — Алло?

— Привет, Ангел.

От этих двух слов меня пробила дрожь, и я встала, как вкопанная.

— Привет, Джейк, — задыхаясь, проговорила я.

— Я звоню тебе по двум причинам.

— Каким?

— Во-первых, доказать тебе, что я человек слова, когда пообещал позвонить. И как чертов влюбленный щенок, не мог дождаться и пару часов, чтобы услышать твой голос.

Улыбаясь как дурочка, я с трудом переводила дыхание.

— Я рада, что ошиблась. А какова вторая причина?

— Я хотел позвонить тебе до того, как ты выйдешь на сцену, и пожелать удачи. Подумал, что ты очень нервничаешь.

Мне пришлось закусить губу, чтобы громко не завизжать от такого проявления заботы.

— Так и есть... спасибо. Ужасно мило, что ты позвонил.

— Ты и понятия не имеешь, насколько милым я могу быть для тебя.

Фыркнув, я ответила:

— Каждый раз, как только я думаю, какой же ты потрясающий романтик и искренний парень, с грохотом появляется настоящий Джейк и ясно напоминает мне, какой ты озабоченный.

Джейк засмеялся.

— Ангел, просто мне пришлось воспользоваться легкими намеками, чтобы ты расслабилась.

— Но я все равно чертовски нервничаю. У меня дрожат коленки, и мне кажется, что меня сейчас вырвет.

Джейк глубоко вздохнул.

— Эбби, я же говорил, что тебе не о чем волноваться. Помимо чертовски красивой внешности у тебя невероятно сильный голос. Поэтому ты просто выйдешь и порвешь всех своим пением так, как это делала на нашей репетиции.

Лишь услышав, как его глубокий голос произнес мое имя, у меня по всему телу пробежала дрожь.

— Спасибо, Джейк. Я так и сделаю. — С учащенным сердцебиением я все спорила про себя, рассказать ли ему обо всем, что у меня на душе. В конце концов, я выпалила: — Я сделаю вид, что снова пою с тобой, а не с Гарретом. Мне это поможет.

На другом конце провода повисло молчание, и на мгновение мне показалось, что связь прервалась.

— Джейк?

— Я здесь, Ангел. И я рад это слышать. Мне бы очень хотелось петь с тобой.

— Мне — тоже.

Тут раздался голос другого роуди, не того, что дал мне телефон:

— Твой костюм в гримерке.

— Ох, мне нужно идти. Но спасибо, что позвонил мне. Ты не представляешь, как много для меня это значит.

— Пожалуйста, малышка. А теперь иди и покажи всем, на что способна, ладно?

Я рассмеялась.

— Конечно.

А после роуди повел меня по коридору в комнату.

— Вот она, Кари, — сказал он.

Девушка с розовыми волосами окинула меня оценивающим взглядом.

— Как раз вовремя, — пробормотала она. Ее руки взметнулись к стоящей перед ней стойке с нарядами. Она сняла коралловое платье и сунула мне. — Держи.

Я быстренько встала за ширму и скинула сапоги. За ними последовал мой халат. Поскольку на лифе не было бретелек, мне пришлось снять и бюстгальтер. С пыхтением мне удалось натянуть на себя платье.

— Э-э, а у тебя случайно нет другого размера?

— Обычно все платья подгоняются на заказ, но тебя здесь не было, чтобы можно было снять мерки, — огрызнулась Кари. Обойдя ширму, она резко дернула молнию вверх. Потом оглядев меня, покачала головой. — Выглядит сексуально.

— Я. Не могу. Дышать, — выдавила я.

Склонив голову набок, Кари закатила глаза.

— Послушай, дорогая, тебе придется как-то самой это уладить. Может, я что-то и смогу подобрать тебе на выступление с братьями, но ты выходишь на сцену с Гарретом через пять минут. — В дверь постучали. — Видишь?

— Ладно, — пропыхтела я. Мне едва удалось согнуться и натянуть сапоги. Я боялась, что молния лопнет в любую минуту.

— Она одета, — крикнула девушка.

В дверь просунул голову еще один роуди.

— Пять минут, мисс Ренард.

Я улыбнулась ему.

— Пожалуйста, зови меня Эбби. И я уже иду.

Он кивнул и открыл дверь шире. Оглянувшись, я еще раз оценила свой внешний вид.

— Блин, — пробормотала я. Даже не хочу думать, что скажет папа, когда увидит меня в таком наряде. При виде этого платья у него случится сердечный приступ. Оно заканчивалось выше колена, и если еще аппликация из розочек и кружавчики смотрелись мило, то моя грудь вот-вот была готова выпрыгнуть из декольте.

Я вышла за роуди и последовала за ним к сцене. Слава Богу, что на мне мои верные ковбойские сапоги, а не туфли на каблуке, иначе я бы точно убилась. Когда мы добрались до кулис, Гаррет как раз допевал свой фирменный хит «Девушка как раз для меня». Пока рабочие сцены меняли декорации, Гаррет опустил свою гитару и снял микрофон со стойки.

— Итак, я хочу вам представить одну особенную леди. Она не только младшая сестренка и потенциальная новая солистка потрясающей группы «Лестница Иакова», но и моя партнерша по дуэту в заключительной на сегодня песне. Поприветствуйте мисс Эбби Ренард!

Я сделала глубокий вдох и вышла из-за кулис. Нацепив свою самую лучезарную улыбку, я шла по сцене и отчаянно махала толпе. Когда я уже решила, что у меня сейчас отвалится рука, я подошла к Гаррету.

Он присвистнул в микрофон и подмигнул мне.

— Дамы и господа, я забыл сказать вам, что она еще и потрясающая красотка.

— Спасибо, Гаррет. — Я помолчала, окидывая его взглядом. — Ты тоже хорошо сегодня выглядишь, — ответила я, пытаясь как можно лучше обыграть ситуацию.

Повернувшись к зрителям, он усмехнулся.

— Она очень милая, не правда ли? — Народ в ответ засвистел и захлопал. — Подождите, когда она запоет. Вас поразит то, что она не только очень красивая девушка, но и обладательница потрясающего голоса.

Я небрежно взмахнула рукой.

— Всеми этими комплиментами ты меня смущаешь.

— Так, ты готова поразить Де-Мойн[16]?

Я улыбнулась зрительному залу.

— Почему бы и нет?

Гаррет склонил голову.

— Тогда ладно. Поехали.

Над ареной разлетелась знакомая мелодия «Разве ты не хочешь остаться». Как только настал черед моей партии с припевом, вся нервозность испарилась, и я отдалась пению всей душой. Проведя только одну быструю репетицию, я не знала, чего именно ожидать от Гаррета. И как обещала Джейку, я представляла, что пою с ним, а не с Гарретом. К тому времени, как я дошла до своей сольной партии, Гаррет оказался безнадежно близко ко мне. Он подмигнул мне, как бы говоря: «Давай зададим им жару». А потом у меня возникло впечатление, что ему, по-моему, как-то слишком нравится тереться об меня или проводить ладонями по моим рукам и спине.

Но как профессионал, которым я должна быть, я натянула улыбку и сделала вид, что мне, как и ему, это нравится. Когда мы закончили, со всех сторон зазвенели оглушительные аплодисменты.

— Спасибо, — тяжело дыша, пробормотала я в микрофон.

Барабанные перепонки чуть не лопнули от громкого свиста. Теперь я понимала, почему парни одевали наушники. Гаррет притянул меня к себе и поцеловал в щеку.

— Спасибо, что подарили нашей Эбби такой теплый прием. Мне не терпится очень тесно поработать с ней в течение следующих нескольких месяцев. — Затем он снова подмигнул мне, и я стиснула зубы, чтобы не вывернуться из его чересчур тесного объятья.

— Еще раз спасибо! Увидимся с вами в следующем сете! — прокричала я и поспешила уйти со сцены.

Не успела я отдать микрофон технику, как ко мне бросились парни, ожидающие за кулисами. Гейб притянул меня в свои большие медвежьи объятья.

— Молодчина!

— Не могу. Дышать, — пролепетала я.

— Ой, — ответил он, отпуская меня.

Я улыбнулась ему.

— Но спасибо.

Следующим меня обнял Мика.

— Отличная работа, Малышка!

С широкой улыбкой Эли похлопал меня по спине и воскликнул:

— Эбстер, ты это сделала!

— Ах, ребята, это так мило, что вы пришли на меня посмотреть.

— В этом и есть суть искренности. До нашего сета осталось еще две песни.

— Какие милашки, — задумчиво проговорила я, ущипнув Эли за щеку.

— Но-но, не испорти мне грим! — заныл он.

— Прям красавчик, — пробормотал себе под нос Мика.

— Кстати, о красавчиках, могу тебя обрадовать, что есть еще одно платье, — заметил Гейб.

— Ага, я переоденусь перед нашим сетом.

— Приятно это слышать, — раздался у меня за спиной голос отца. Я развернулась, и к моим щекам прилила кровь.

— Я не имею к этому отношения.

Мгновение он смотрел на меня, а потом на его лице расплылась улыбка.

— Я бы такое не выбрал, но, тем не менее, ты очень в нем красива.

— Правда?

Мама кивнула.

— И ты пела замечательно, дорогая.

— Да, ты поразила нас обоих, — ответил папа.

— Спасибо.

Тут ко мне подошла мой стилист Кари.

— Пошли, Эбби. Нужно примерить еще одно платье.

— Хорошо. — Я снова повернулась к братьям. — Удачи. Скоро увидимся.

Я быстро обняла и поцеловала родителей, прежде чем отправиться следом за Кари в костюмерную.

Увидев свой новый наряд, я решила, что Кари — скорее, чудотворец, чем злюка. Она нашла платье длиннее — на этот раз на тонких сверкающих лямках и с расшитым бисером лифом. Оно было глубокого фиолетового цвета.

— Оно прекрасно.

— Я рада, что тебе нравится, — пробормотала Кари, расстегивая молнию моего орудия пыток.

Теперь, когда мое первое выступление состоялось, почти все волнение улетучилось. Мне хотелось поговорить с одним единственным человеком в мире.

— Хм, а ты не знаешь, что случилось с моим телефоном?

Нажав кнопку на гарнитуре, Кари проговорила:

— Мне нужно, чтобы в костюмерную принесли сотовый Эбби. Сейчас же.

— О, торопиться совершенно не стоит.

Кари закатила глаза.

— Поверь мне, милая. С этими роуди и техниками нужно говорить только так. Если не будешь стервой, ничего не будет делаться. — И в подтверждении ее слов в дверь тут же постучали. — Видишь? — с улыбкой проговорила она.

Я поспешила одеться, пока она направилась к двери. Едва приоткрыв дверь, девушка забрала телефон у роуди и бросила его мне.

— Спасибо! — крикнула я.

Взбив платье и поправив бретельки, она отпустила меня. Я быстро набрала номер Джейка. Он ответил после третьего гудка.

— Привет, Ангел.

— Я должна была тебе позвонить и сказать, что я это сделала! Я спела, и все прошло замечательно!

Он тихонько рассмеялся.

— Я же тебе говорил. И в очередной раз оказался прав.

— Ты всегда такой умник, — с улыбкой ответила я.

— В глубине души тебе это нравится.

— Может быть.

— Так, чем ты сейчас занимаешься?

— Болтаюсь за кулисами перед выходом на сцену с братьями.

— Ты же уже не нервничаешь, да?

— Нет, на самом деле, я чувствую себя потрясающе — это похоже на прилив адреналина. Так легко привыкнуть к этому чувству!

— Вот, что делает выступление перед толпой.

— Кстати, о толпе, я им действительно очень понравилась, и им понравился наш дуэт с Гарретом. Хотя я думаю, это еще и потому, что он слегка увлекся.

На другом конце провода раздался рык.

— Что ж, тогда скажи этому чуваку Гаррету, что когда в следующий раз ему захочется полапать мою девушку или практически отыметь ее на сцене, то я как минимум сломаю ему руку!

— Он меня не лапал. Он... — Я застыла посреди коридора. — Постой, откуда ты об этом узнал?

— Потому что я его видел.

Мое сердце с трепетом замерло, когда я стала дико озираться по сторонам.

— Ты здесь?

Джейк засмеялся.

— Если бы, Ангел. И больше всего мне хотелось бы увидеть тебя наедине в этом маленьком игривом платьице красного цвета, что было на тебе.

— Но как...

— Один из техников устраивает мне прямой эфир.

— Ты сделал это ради меня?

— Конечно, да. Я ни за что на свете не хотел пропустить твое первое выступление, тем более, после нашей репетиции.

— Ох, Джейк... это так мило.

— Я и раньше пытался рассказать тебе, насколько милым я могу быть, — ответил он, в его голосе слышалось веселье.

— Я знаю.

— Когда ты вернешься в автобус и обнаружишь цветы, которые я тебе послал, то посчитаешь меня еще более милым.

— Правда? — взвизгнула я.

— Ну, некоторые из них ото всех парней, но особая дюжина — исключительно от меня.

Мое сердце переполняли чувства, и я испугалась, что оно сейчас лопнет.

— Ух ты, это так мило и заботливо. Передавай парням от меня спасибо.

— Хорошо.

— Ты тоже удивительный.

— Знаю.

Я захихикала.

— И эгоистичный.

Тут мне роуди помахал рукой, чтобы привлечь мое внимание.

— Пять минут! — прокричал он.

— Ох, Джейк, мне нужно идти, — посетовала я.

— Подожди, мне нужно кое-что у тебя спросить.

— Конечно. Что именно?

— Я хотел узнать, не поедешь ли ты со мной на вечеринку «Милые шестнадцать» к моей сестре через две недели? Поскольку мы с ребятами выступаем, то устроим длинные выходные. Жена Брайдена, Лили, прилетит с двумя детьми. Как думаешь, у тебя получится?

Вот это да! Джейк приглашает меня туда, где я смогу познакомиться с его семьей. Это так серьезно... и быстро. Дыши, Эбби.

— Э-э, да, конечно.

— Если тебе нужно уладить вопрос со своими братьями по поводу того, что ты сбегаешь со мной, то можешь сказать им, что я планирую отвезти тебя на студию, где мы запишем песню «Я заберу тебя с собой».

— Твою мать! — воскликнула я.

Джейк рассмеялся.

— Это значит, что ты хочешь поехать?

— Да, я совершенно точно хочу поехать. Просто я до сих пор не могу поверить, что ты хочешь записаться со мной.

— Конечно, хочу, и мое самое любимое место для записи расположено в Атланте.

— Ух ты, до сих пор не верится

— Тогда поверь. По возвращении в отель тебя будет ждать билет на самолет. Мои люди обо всем позаботятся, включая гостиницу. Все за мой счет.

— Это уже слишком. Я не могу тебе этого позволить, Джейк.

— Нет, можешь и позволишь. Это мое путешествие, так что я угощаю.

— Какой командир.

Джейк засмеялся.

— Да, и тебе лучше бы к этому привыкнуть.

— Ладно-ладно, согласна.

— Рад это слышать, Ангел.

Когда снова появился роуди и поманил меня к сцене, я расстроенно вздохнула.

— Мне нужно идти, Джейк.

— Хорошо. Поговорим позже вечером и увидимся через две недели.

Глава 13 Джейк

Стоя перед подсвечивающимися зеркалами отеля, я поправил свой черный шелковый галстук. Несмотря на то, что находился он на мне всего пять минут, он уже душил меня. Стоящий возле меня Эй-Джей простонал:

— Напомни еще раз, почему мы напялили эти костюмы?

Я закатил глаза.

— Потому что сегодня мы играем «Милые Шестнадцать» на вечеринке моей сестренки и не должны выглядеть как кучка рокеров-хулиганов.

Эй-Джей склонил ко мне голову.

— А я думал, что мы и есть рокеры-хулиганы.

— Только не сегодня вечером, — со смехом ответил я. — Мы смешаемся с обычными снобами, иначе называемыми элитой Атланты.

Стоящий рядом со мной Рис вздрогнул.

— Я думал, что, уехав из дома, сбежал от всей этой великосветской фигни. Клянусь, если кто-нибудь попытается «представить» мне свою дочь в качестве подходящей кандидатуры для брака, я тут же свалю отсюда.

Я похлопал его по спине.

— Думаю, все будет хорошо, приятель. Прости, что всколыхнул некоторые воспоминания твоей ужасной юности, которую ты провел в загородных клубах и лучших социальных кругах Саванны.

Рис нахмурился.

— Ладно, значит, я придурок, раз ною из-за того, что вырос богатым. Но вот, что я тебе скажу, чувак: порой люди из высшего общества ведут себя, как настоящие головорезы — не лучше тех, кто вышел из гетто.

— Тебе видней, — пробормотал я, когда у меня зажужжал телефон. Один взгляд на фотографию звонившего — и я уже улыбаюсь как дурак.

— Ми-ми-ми, Эбби пишет своему Зайке, — поддразнил Эй-Джей.

Я показал ему средний палец и начал читать сообщение.

«Привет, малыш, я готова. Хочешь, я спущусь вниз и встречусь с вами?»

«Конечно. Я буду в лобби. Не терпится тебя увидеть».

«Буду через 5 минут».

Последние две недели прошли в головокружительном вихре разных гастрольных остановок и городов. Но одно осталось неизменным и истинным — мои чувства к Эбби. Любую свободную минутку я использовал для того, чтобы пообщаться с ней сообщениями, звонками, по Скайпу или Фейстайму. Самые протяженные ухаживания двадцать первого века во всей своей красе.

— Ребята, вы готовы? Я встречаюсь с Эбби.

— Готовы, насколько можно быть готовым к выступлению среди кучи орущих и сексуально озабоченных подростков, за один взгляд на которых меня могут арестовать, — с ухмылкой ответил Эй-Джей.

— Кретин, — пробормотал я, выходя из уборной.

Покинув парней, я направился к изысканно украшенному танцевальному залу. Мне хотелось поскорее добраться до лобби — а именно до Эбби. Она прилетела в первой половине дня. Встретив в аэропорту Лили и детей, Брайден привез Эбби в отель. Я в это время репетировал, поэтому еще с ней не виделся. Несмотря на то, что чувствовал я себя настоящим трусом, Брайден уговорил меня отправить Эбби и Лили в спа при отеле, чтобы там им сделали прически и макияж. Конечно, любые сомнения по поводу того, хватит ли у меня мужества, существовали недолго, когда в трубке телефона раздался взволнованный визг Эбби, получившей мой подарок.

Вытянув шею, я всматривался в толпу людей. И как это бывает в фильме: люди расступились, и там стояла она. На мгновение при виде нее я не мог вздохнуть. От ее невероятной красоты у меня перехватило дыхание. Ее длинные светлые волосы каскадом волн спускались по плечам, а на лице было больше макияжа, чем обычно.

Стоило ей заметить меня, как все ее лицо просияло, и она стремительно бросилась ко мне в своих невероятно сексуальных туфлях на высоком каблуке.

— Джейк! — закричала она, кинувшись в распростертые объятия. Я покрутил ее, а потом опустил на ноги. У нее сверкнули глаза, когда она оглядела меня. — Ты только посмотри на себя! — воскликнула она, проведя рукой по моему костюму. — Выглядишь потрясающе!

— Я выгляжу как настоящий джентльмен, да?

Она заулыбалась.

— Мне кажется, сегодня вечером даже мой папа одобрил бы твой вид.

Эта часть ее замечания меня задела, но я скрыл свои чувства дерзкой улыбкой.

— Ну, а что бы он сказал по поводу наряда своей дочери?

Она посмотрела на свое платье.

— Тебе нравится?

Если учитывать его тоненькие бретельки, подчеркивающие ее изумительную грудь, и почти голую спину, то да, мне нравится, черт возьми.

— Очень. Сегодня вечером ты выглядишь умопомрачительно.

От моих комплиментов щеки Эбби раскраснелись. Она потянулась ко мне, чтобы поцеловать в губы.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

К нам подошел Эй-Джей. При виде Эбби у него округлились глаза.

— Боже мой, Ангел! Твое платье похоже на то, которое Сьюки носила в конце второго сезона «Настоящей крови»!

Эбби закатила глаза.

— Эй-Джей, похоже, «Настоящая кровь» — твой фетиш.

— Чуваки, это же по сути вампирское порно! — ухмыльнулся он.

Она рассмеялась.

— Ты невыносим.

— А ты очень красива и сексуальна в этом платье.

С лучезарной улыбкой Эбби игриво шлепнула его по руке, а потом обняла.

— Спасибо. Ребята, вы такие красавцы в этих костюмах, — проговорила она.

Я взял Эбби за руку.

— Я хочу тебя кое-кому представить.

— Хорошо.

Окруженная множеством своих друзей, Эллисон болтала и смеялась. Стоило мне похлопать ее по плечу, как она тут же развернулась, отчего ее темные волосы рассыпались по плечам.

— Джейк! — воскликнула она и бросилась ко мне. Я крепко ее обнял. Независимо от того, как я относился к своему отцу и мачехе, Эллисон всегда оставалась моей младшей сестренкой, которую я любил и защищал.

— Ты очень красивая, — прошептал я ей на ухо.

— Спасибо.

— Не могу поверить, что ты так выросла. — Я отстранился и с улыбкой посмотрел на нее. — Только обещай мне, что всегда будешь моей милой, невинной маленькой Эллисон.

Девушка захихикала.

— Постараюсь.

Повернувшись к Эбби, я проговорил:

— Хочу тебя познакомить со своей девушкой. Это Эбби Ренард.

При слове «девушка» темные глаза Эллисон чуть не вылезли на лоб.

— Ух ты, так здорово познакомиться с тобой, — выпалила она, пожимая Эбби руку.

— Я тоже очень рада, наконец, с тобой познакомиться. Джейк все время говорит о тебе.

Эллисон просияла от удовольствия.

— Он классный, правда?

Эбби ухмыльнулась.

— О, да. Но лучше его не захваливать. У него и так уже слишком раздутое эго.

— Я бы попросил, — возразил я, на что Эбби озорно пихнула меня локтем.

Сзади ко мне подошел Брайден.

— Ладно, приятель, пора.

— Прошу прощения, дамы, но меня зовет моя обожаемая публика, так что увидимся позже.

Эбби и Эллисон помахали мне, а я направился с Брайденом на сцену. Мы планировали играть первые тридцать минут вечеринки, а потом нас сменит диджей. Эй-Джей исчез за барабанной установкой, пока остальные пристраивали гитары.

Сняв микрофон со стойки, я окинул взглядом переполненный людьми танцевальный зал.

— Всем добрый вечер и добро пожаловать на вечеринку Эллисон «Милые Шестнадцать»! — Комнату заполнила какофония пронзительных визгов девчонок-подростков с бушующими гормонами, а также дружеские возгласы парней. — Как ее старший брат, сегодня я горд за нее как никогда. — Встретившись взглядом с Эллисон, я улыбнулся. — Я надеюсь, что все твои мечты осуществятся, и ты всегда будешь вечно молодой.

А потом мы с парнями разразились хард-роковой версией песни Крисси Хайнд «Вечно молодой».

Закончили мы под оглушительные аплодисменты и крики. В толпе лиц я отыскал глазами Эбби, улыбающуюся и показывающую мне два поднятых вверх больших пальца. Я засмеялся и покачал головой, а потом запел «Распутай меня», под которую все бросились танцевать. Исполнив еще две быстрые песни и две наши баллады, я отдал микрофон диджею и стал пробираться сквозь толпу к Эбби.

Я уже почти дошел до нее, как меня остановил отец. Он крепко обнял меня, а потом произнес:

— Это было фантастически, сынок. Не знаю, как тебя и благодарить за то, что сегодняшний вечер ты сделал таким особенным для Элли.

— Да не за что. Ты же знаешь, что для нее я сделаю все, что угодно.

Он кивнул. Его губы дернулись, как будто он хотел сказать что-то еще, но побоялся. В конце концов, он прерывисто вздохнул.

— Джейк, мне так жаль по поводу твоей матери.

Я тут же напрягся.

— Ага, чертовски несправедливо, когда плохие вещи происходят с хорошими людьми.

Лицо отца слегка побледнело.

— Она самая сильная и храбрая женщина из всех, кого я знаю. Знаешь, мы часто с ней общаемся. У нее самое всепрощающее сердце.

Отец явно говорил о том, что я не мог простить его за то, что он бросил нас с мамой ради какой-то бабы. Конечно же, он платил алименты и каждые выходные и летом виделся со мной. На первый взгляд, он казался самым внимательным и заботливым отцом. Но для нас все изменилось в тот миг, когда он решил уйти.

— Да, наверно, это ее единственная ошибка.

Поняв, что так мы никуда не придем, отец вздохнул.

— Что ж, просто знай, сынок, что я с тобой. Всегда. — Тут его взгляд переместился с меня на Эбби, которая все-таки отыскала меня. — А кто эта прелестная юная леди?

— Это моя девушка, Эбби Ренард. — Я обнял Эбби за талию. — Эбби, а это мой отец, Марк Слэйтер.

— Очень приятно с вами познакомиться, мистер Слэйтер, — вежливо проговорила Эбби.

— Взаимно, мисс Ренард.

Взгляд отца скользнул по Эбби, и я понял, что он удивлен. Потому что даже в этом сексуальном коротеньком платье Эбби по-прежнему выглядела хорошей девочкой, а отец, я уверен, не мог поверить, что я буду с кем-то вроде нее.

Заиграла медленная песня, и мне захотелось сбежать от своего отца. Взглянув на Эбби, я спросил:

— Хочешь потанцевать?

— Конечно. — Она улыбнулась моему отцу. — Рада знакомству.

— Да, я тоже очень рад. — Он похлопал меня по спине. — Еще раз спасибо.

— Не за что.

Я взял Эбби за руку и вывел на танцпол. Сомкнул руки на ее талии, а она прижалась ко мне. Черт, как же хорошо! Я пытался отогнать мириады отвратительных сексуальных мыслей, наводнивших мое испорченное сознание.

— Твой отец кажется милым, — сказала Эбби.

— О да, он настоящий реальный пацан.

Она слегка отстранилась, чтобы заглянуть мне в глаза.

— Значит, я не ошиблась, решив подойти и спасти тебя? — Когда я озадаченно посмотрел на нее, она улыбнулась. — Тебя порой так легко прочитать, Джейк. Даже с другого конца комнаты я видела, как тебе неприятно с ним общаться.

— У этого ублюдка еще хватило наглости приплести мою маму, — сквозь стиснутые зубы процедил я.

— Мне жаль.

— Я не хочу говорить о нем или ней, ладно?

— Ладно, Ворчун.

Только ей позволялось меня дразнить. Я опустил взгляд на ее улыбающееся лицо.

— Ты знаешь, что иногда бываешь такой маленькой засранкой?

Она рассмеялась.

— Но тебе же это нравится.

— По непонятным причинам, да. — Я крепче привлек ее к себе. — Ты чертовски вкусно пахнешь.

— За это мне нужно благодарить тебя. В спа-салоне меня привели в полный порядок.

— Как скажешь. Но ты всегда выглядишь красиво и сексуально.

— И я всегда хочу быть такой для тебя — и только для тебя, — прошептала она.

Взяв ее за подбородок, я слегка отклонил ее голову и прижался к ней своими губами. И хотя мне хотелось впиться в нее, мне пришлось себя сдерживать. Я скучал по ее вкусу, теплу ее языка, тому, как желание, а не сомнения и неуверенность, охватывает все ее тело. Наконец, тяжело дыша, мы оторвались друг от друга.

— Черт, как же я скучал по тебе.

Она засмеялась.

— Ты так ведешь себя, будто я была на другом конце света. Мы же разговаривали миллион раз на дню.

— Да, но я не мог целовать тебя миллион раз.

— Значит, нам придется наверстать кучу потерянного времени.

Я усмехнулся.

— Я тоже так думаю.

В это мгновение всех пригласили на ужин, поэтому с танцпола мы направились к столу, предназначенному для нас. Как я и ожидал, Эбби и Лили быстро подружились, и моей девушке нравилось помогать с Джудом и Мелоди.

Пережив три смены блюд и объевшись, мы с Эбби принялись болтать с парнями. Наблюдая за тем, как она держит Мелоди и нежно с ней о чем-то воркует, мое сердце невольно наполнилось к ней любовью. Никогда раньше я не думал о браке и детях, но то, как Мелоди играла с прядями волос Эбби и снизу вверх смотрела на нее, заставило меня переосмыслить мою жизнь. Но я не Брай, так что вряд ли гожусь для семьи и отцовства.

Когда Эбби подняла глаза и заметила, что я наблюдаю за ней, то улыбнулась.

— Хочешь к дяде Джейку?

Я протянул руки, и Мелоди счастливо перебралась ко мне. Я поцеловал ее в пухленькую щечку.

— Привет, малышка. Улыбнешься для меня?

Мелоди запрокинула голову и широко заулыбалась, демонстрируя мне снизу два своих крошечных молочных зуба. — Умничка.

Пока я раскачивал ее на коленях, Эй-Джей расстегнул три верхних пуговицы на рубашке и сорвал галстук.

— Я готов танцевать.

— Ты же танцевал все то время, пока мы были не на сцене, — ответил я.

— Нет, я, правда, хочу потанцевать.

— Ох, — простонал я. — Ты имеешь в виду, потанцевать под свое мексиканское дерьмо?

— Джейк!— Эбби предупреждающе показала на Мелоди.

— Ангел, ты, правда, думаешь, что она не слышала чего похуже? В присутствии Джуда мы матерились как сапожники, но могу тебе пообещать, что первым он произнес не слова «твою мать».

Сердито выдохнув, она скрестила руки на груди.

— Ты ужасен.

Эй-Джей облокотился на стол:

— В любом случае, как я уже сказал, я готов потанцевать, — и поиграл бровями в адрес Эбби. — И я знаю идеальную партнершу. Пошли, Ангел. Давай покажем этим снобам, как нужно танцевать.

Эбби хихикнула и повернулась ко мне.

— Ты не против?

— Конечно, нет, иди.

Взвизгнув от радости, она позволила Эй-Джею поднять ее со стула. Он потащил ее через всю комнату, в сторону танцопола. Я видел, как Эй-Джей наклонился к диджею и что-то ему сказал. После нескольких кивков Эй-Джей наклонил голову. Когда песня закончилась, диджей взял микрофон.

— Итак, у нас есть заявка на песню Паулины Рубио «Dame Otro Tequila» («Дай мне еще текилы»), и, по словам Эй-Джея, они с Эбби собираются показать вам, неудачникам, как надо зажигать.

По толпе пронесся рев, который дополнила какофония женских пронзительных взвизгов при одном упоминании имени Эй-Джея. Почувствовав себя в своей стихии, он элегантно поклонился перед тем, как заиграла музыка. Зажигательный ритм и упоминание о текиле заставили людей танцевать, несмотря на то, что те не знали слов. А потом они с Эбби беспечно задвигались по танцполу.

Наблюдая за танцем Эбби, я поднял Мелоди с коленей и усадил на плечо. И как бы мне ни хотелось, но все мое тело покалывало от ревности при виде моей девушки, вторящей движениям Эй-Джея. Я удрученно выдохнул, а Мелоди тут же повторила за мной. Когда я засмеялся, она тоже ухмыльнулась.

— Видишь вон ту девушку, — показал я на Эбби. — Думаю, я ее люблю и от этого веду себя как полный идиот. — Мелоди помахала Эбби своей крошечной ручкой. — Ага, даже ты уже влюблена в нее, хотя знаешь ее от силы секунд пять. Вот, как она влияет на людей.

От расстройства я резко втянул воздух, и до моего носа долетел отвратительный аромат. Наклонившись вперед, я похлопал Брайдена по руке.

— По-моему, у твоей дочурки для тебя сюрприз.

Когда я передал ему Мелоди, он рассмеялся.

— Спасибо. Мы об этом позаботимся.

— Поверь мне, чувак, дружба дружбой, но в нее не входят подгузники с какашками.

— Ух ты, я так тронут, — ответил Брайден, а потом поднялся со своего места. При виде висящей на его плече бледно-розовой сумки с подгузниками я фыркнул от смеха. Брай наклонился и поцеловал Лили в щеку, а потом отправился с Мелоди в туалет.

— Вот это любовь, — пробормотал я себе под нос.

Мой взгляд снова вернулся к Эбби и Эй-Джею на танцполе.

— Мне нужно на воздух, — пробормотал я Рису. Тот понимающе мне улыбнулся и покачал головой.

Схватив с подноса у проходящего официанта два бокала с шампанским, я стал пробираться к боковой двери, ведущей из танцевального зала на улицу.

Глава 14 Эбби

В конце нашего с Эй-Джеем танца у меня по спине и лицу струились капли пота. Мне так хотелось пить, что я проглотила целый фужер шампанского, как только мы вернулись за стол, и принялась за следующий.

— Уф, мне нужно попить.

Опустившись на стул рядом со мной, Эй-Джей поинтересовался:

— Судя по тому, как ты его глотаешь, для тебя вкус шампанского не в новинку?

Я сморщила нос.

— Вообще-то, от него мне хочется икать. А вот это, — я взяла с десертного блюда клубнику в шоколаде и помахала ею у него перед носом, — мне очень нравится.

— Ну, ладно, только будь аккуратнее, не окосей. Тебе же рано утром нужно быть на студии, да?

— В восемь.

И тут я взвизгнула и выронила клубнику. Темные глаза Эй-Джея округлились.

— Что такое, черт возьми?

— Я же утром пою.

— Да и... — подтвердил он.

Я закатила глаза.

— А за сегодня я уже наелась шоколада, где содержится молоко. А этого нельзя делать.

Заметив на моем лице полный ужас, Эй-Джей похлопал меня по ноге.

— Все будет хорошо. Прочистится водой.

— Черт, — пробормотала я, остановив официанта. Как только он принес мне стакан, я осушила его в три больших глотка. А потом окинула комнату взглядом в поисках моего явно отсутствующего спутника. Лили и Брайден танцевали, а в это время рядом с нами сидел Рис со спящей Мелоди на руках. Вытянув шею, я осмотрела помещение. — А где Джейк?

Рис махнул рукой в сторону внутреннего двора.

— Сказал, что ему нужно подышать.

Эй-Джей согласно кивнул, в это время наблюдая за Марком, отцом Джейка, танцующим с его мачехой Паулой.

— Хоть все это и было пятнадцать лет назад, Джейк до сих пор не может смириться с тем, что они вместе.

— Да, но не думаю, что проблема в том, что они танцуют вместе, — фыркнул Рис.

Когда до меня дошел смысл сказанного, мое сердце как-то забавно встрепенулось, а я поднялась со стула.

— Мне лучше посмотреть, как он там.

Я поспешно вышла в боковую дверь и очутилась на покрытом плиткой тротуаре. Посреди двора красовался огромный круглый фонтан, в центре которого огнями подсвечивался гигантский лебедь.

На краю фонтана сидел Джейк, уткнувшись локтями в колени.

— Привет.

— Привет, — ответил он.

Я опустилась рядом с ним. Несколько секунд мы сидели в тишине, пока я игриво не толкнула его плечом.

— А я уже подумала, что ты от меня сбежал.

Джейк поднял на меня глаза.

— Прости. Мне нужно было подышать воздухом.

Откинув голову назад, я посмотрела на звезды.

— А здесь хорошо.

— Даже без твоего партнера по танцам? — выпалил он.

На моих губах невольно заиграла улыбка. Он ревновал к тому, что я танцевала с Эй-Джеем.

— Единственный партнер по танцам, который нужен мне, сидит здесь.

— Хм-м, — промычал он.

Между нами тяжестью повисло напряжение. В попытке разрядить обстановку я скинула свои убийственные туфли и простонала от боли.

— Напомни мне отыскать того, кто придумал эти каблуки.

— Да, но ты сама виновата, что пошла на танцпол с Эй-Джеем и вела себя как на «Танцах со звездами».

— Джейк Слэйтер, да ты никак ревнуешь!

Его взгляд тут же встретился с моим.

— Вот и нет!

— Какая жалость, — усмехнулась я. — Мне даже нравится, когда ты иногда ведешь себя как собственник-дикарь.

— Даже не сомневаюсь.

Я придвинулась к нему ближе.

— Между мной и Эй-Джеем никогда ничего не будет. Ты же это знаешь, да?

— Догадываюсь.

— Мы с ним просто хотели потанцевать и повеселиться.

— Но, к сожалению, у твоего спутника напрочь отсутствует чувство ритма, да?

— Нет, у тебя неплохо получалось.

— Неплохо? — ухмыльнулся он.

— Поразительно. Ты невероятно сексуально двигаешься.

— Так гораздо лучше.

Взяв его подбородок в свои ладони, я повернула его голову к себе так, чтобы он посмотрел мне в глаза.

— Для меня всегда есть и будешь только ты, Джейк.

Уголки его губ дернулись вверх и изогнулись в дерзкой усмешке.

— Я рад это слышать.

— Но я хочу, чтобы ты все-таки подумал об этом. О том маленьком уколе ревности, который ты ощутил из-за меня и Эй-Джея. А теперь умножь его на миллион и получишь то, что чувствую я, когда думаю обо всех других женщинах, с которыми ты был или которые хотят тебя.

Он сердито глянул на меня.

— Все это фигня.

Я пожала плечами.

— Да, но раз уж мы честны — это именно то, что я чувствую.

— Ангел, для меня ты единственная. Черт, ты даже единственная, с кем я вообще попытался строить какие-то отношения. Это-то должно тебе о чем-то говорить.

Я улыбнулась.

— Говорит и значит для меня многое. — Я вскинула брови. — Значит, между нами все по-прежнему?

— Да.

Я поморщилась, скрестив ноги, чтобы помассировать ноющую стопу.

— О-ох.

— Дай мне, — предложил Джейк.

— Ты серьезно?

В его голубых глазах загорелся сексуальный огонек.

— Ты же знаешь, что я никогда не упущу возможности прикоснуться к тебе, даже если это твоя грязная и потная нога.

— Следи за языком, — проговорила я, отодвинувшись назад по цементной поверхности. Я вскинула обе ноги, чтобы расположить их на коленях Джейка.

— Так хорошо? — спросил он, когда его руки начали разминать мою стопу.

Мои веки затрепетали, и я закрыла глаза.

— М-м-м, у тебя волшебные пальцы.

Джейк рассмеялся.

— Малышка, ты и понятия не имеешь, насколько.

Тут я приоткрыла один глаз.

— Аккуратнее.

Когда его ладони скользнули к своду моей стопы, при этом как следует массируя подошву, я тут же позабыла об его словах.

— Господи, — простонала я, запрокинув голову назад.

Придвинувшись ближе, тело Джейка прижалось к моему, а его дыхание обожгло мою щеку.

— Черт, Ангел, если такой отклик я буду получать лишь от одного массажа ног, то мне не терпится узнать, что же произойдет, когда я...

— Даже не думай об этом, испорченный мальчишка! — отталкивая его, воскликнула я.

Из-за того, что я не рассчитала силу, Джейк покачнулся, взмахнул руками и повалился назад. Сама же я уцепилась за край фонтана, чтобы не последовать за ним. При виде огромного всплеска я в ужасе прикрыла рот ладонью. Его ноги, по-прежнему перевешивающиеся через бетонный край, были единственным, что оставалось сухим. Там, где его голова на мгновение ушла под воду, изо рта вырвался фонтан.

— Боже мой! — донеслось из-за ладони мое бормотание.

Приподнявшись на погруженных в воду локтях, Джейк какое-то время потрясенно смотрел на меня. А потом на его мокром лице расползлась ухмылка.

— Если не считать того случая, когда ты врезала мне между ног, по-моему, это второй самый эпический облом, который ты мне устроила, Ангел!

Я вскинула руки.

— Прости. Я вовсе этого не хотела!

— По-моему ты чересчур дерзкая. Надо бы тебе остудиться.

В его прозрачно-голубых глазах промелькнула озорная вспышка. На что я пригрозила ему пальцем.

— Ну уж нет. Даже не смей! — закричала я, пытаясь отползти.

Но уже в следующую секунду сильные руки Джейка обвились вокруг моей талии.

— Не надо! — в тщетной попытке прокричала я, прежде чем он приподнял меня и перетащил через бортик. Как только первый шквал ледяной воды из фонтана ужалил, подобно тысячам крошечных ножей, мою обнаженную кожу, я завизжала.

Пыхтя и отдуваясь, я попыталась привыкнуть к температуре, пока вода каскадом спускалась по моему платью и другим частям тела.

— Ах ты, ублюдок! — закричала я, окатив лицо Джейка водой.

Он усмехнулся и вытер глаза.

— Ты первая меня толкнула.

— Но я не собиралась тебя мочить. — Тут я посмотрела на свое платье. — Ох, я вся промокла.

Джейк поиграл бровями.

— А мне ты нравишься мокрая.

Я закатила глаза.

— Конечно, нравлюсь. — На трясущихся ногах я с трудом поднялась. — Уверена, сейчас через это платье все просвечивается.

В этот миг по мне прошелся голодный взгляд Джейка.

— Почти.

Схватив за руку, он дернул меня обратно к себе. Взяв мое лицо в свои ладони, он посмотрел мне в глаза.

— Ты такая красивая, Ангел.

Наклонившись, он оставил дорожку из поцелуев на моей влажной щеке, а потом его губы ненадолго задержались у моих. После чего они мягко прижались в поцелуе к моему рту. Но тут он отстранился и заглянул в мои глаза, чтобы понять, правильно ли он делает.

— Не останавливайся, — прошептала я, прежде чем наброситься на него.

На этот раз его губы жадно атаковали мои. Когда я ахнула от удовольствия, его язык ворвался в мой рот и переплелся с моим. От нахлынувшей волны возбуждения мир вокруг меня закружился. Я не могла им насытиться. Пальцы тут же запутались в его мокрых волосах. Стоило мне потянуть за них, как из его горла вырвался низкий рык, заставивший меня отшатнуться.

— Я сделала что-то не так? — спросила я.

Прикрытые до этого глаза Джейка распахнулись, и он одарил меня кривой усмешкой.

— Нет, малышка, все так. Мне понравилось.

К моим щекам прилил жар.

— Ох, прости.

— Не проси прощения, когда делаешь что-то волнующее. — Я стала возражать, но он покачал головой. — Со временем ты научишься, Ангел, а пока, что бы ты ни сделала, мое желание к тебе не пропадет. — Он ухватил зубами мою нижнюю губу. — М-м-м, сегодня ты слаще, чем обычно.

Под его пристальным взглядом моя грудь вздымалась, и на выдохе я проговорила:

— Наверно, из-за шоколада, в котором была клубника.

Джейк провел по моей губе большим пальцем.

— Что бы ты ни ела, мне нравится твой вкус.

А потом место его пальца занял язык. С моих губ непроизвольно сорвался всхлип.

Схватив за талию, он притянул меня к себе в воду и усадил сверху. Его руки заскользили по моей спине и запутались в моих влажных волосах. Тут что-то на меня нашло, и я начала двигать бедрами. Я поднималась и снова опускалась на него.

— О-ох, Ангел, — в мои губы простонал Джейк, подаваясь своими бедрами навстречу мне.

Я закусила нижнюю губу, когда наши движения полностью захлестнули меня. Но мое затуманенное желанием сознание прояснилось в тот миг, когда вокруг нас, откуда ни возьмись, вспыхнули лучи света и взорвались струи воды. В начале каждого часа устраивалось фонтанное представление, и сейчас мы оказались прямо в самом его эпицентре. Я завизжала от того, что сильные струи ударили меня по спине и голове.

— Сукин сы... — только начал Джейк, как его лицо погрузилось в воду.

Вот тогда я рассмеялась над абсурдностью всей сложившейся ситуации. Пока вокруг нас брызгами разлеталась вода, я, содрогаясь от хохота, согнулась пополам. Когда сквозь намокшие пряди волос я взглянула на Джейка, тот вытирал глаза от воды и смеха.

— Думаю, это можно считать твоим третьим самым эпическим обломом!

— Будь ты проклят, фонтан! — крикнул он, пнув ногой воду и подняв фонтан брызг. А потом погрозил пальцем лебедю. — Обломщик!

Я снова разразилась смехом и даже не сразу поняла, что у нас появились зрители. На нас недоуменно пялились парни.

— Какого черта тут происходит? — спросил Брайден.

— У нас случилось небольшое происшествие.

— Можно и так сказать, — хихикнул Джейк. Он перекинул ногу через край фонтана и вылез из него. Потом протянул мне руку и помог выбраться.

Рис скрестил руки на груди.

— Интересно, как могли два человека свалиться в фонтан глубиной не больше фута?

— Это длинная и отчасти пошлая история с массажем ног, грязными мыслями и необходимостью остудить вышедшее из-под контроля либидо, — ответил Джейк.

— Что? — не понял Эй-Джей.

— Мне холодно. Надо переодеться во что-нибудь сухое, — проговорила я, протискиваясь мимо парней.

— Ну, вечеринка уже закончилась, так что вниз можно не возвращаться. Тем более, у вас, ребята, утром запись, — напомнил Брайден.

Джейк кивнул.

— Брай, сделай одолжение — расскажи моему отцу о том, что случилось. Я сейчас что-нибудь накину и спущусь попрощаться с Эллисон. — Потом он повернулся ко мне. — Пошли, Ангел. Надо переодеться.

— Подожди, моя сумочка с ключом от номера осталась на столе.

— Я принесу.

Эй-Джей бросился внутрь и совсем скоро вернулся, выглядя довольно комично с моим атласным клатчем.

— Спасибо.

— Для тебя все, что угодно, Ангел, — с улыбкой ответил он.

Всю дорогу до лифта мы с Джейком ловили на себе множество забавных взглядов от других постояльцев отеля. Наверно, не каждый день они видят двух промокших людей в вечерних нарядах. Как только мы добрались до моего номера, я начала копаться в своей сумочке в поисках карты-ключа.

Джейк уперся рукой в дверь номера, прямо над моей головой.

— Не хочешь, чтобы я зашел и помог тебе переодеться? — Его глаза вспыхнули похотливым блеском. — Я бы с удовольствием помог тебе выбраться из этого мокрого платья.

Я рассмеялась.

— Нет, спасибо. Думаю, я сама прекрасно справлюсь.

— Ты меня убиваешь, Ангел. По-моему мои синие яйца — тому подтверждение.

У меня округлились глаза.

— А что же стало с планом «не торопиться и наслаждаться каждым мгновением»? — спросила я.

— Я понял, что этот план — полная чушь в тот миг, когда увидел тебя сегодня в лобби.

От его слов мое сердце бешено забилось. Мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не броситься к нему в объятья.

— Терпение, мистер Слэйтер. Все хорошее приходит к тому, кто умеет ждать.

Он пошевелил бровями.

— Я просто не хочу так долго ждать, когда это произойдет!

— Спокойной ночи, Джейк, — раздраженно выдохнула я.

— Спокойной ночи, Ангел. Сладких тебе снов обо мне.

Я оглянулась на него через плечо и усмехнулась.

— А тебе милых и целомудренных снов обо мне.

— Ты меня убиваешь, — простонал он.

Со смехом я затворила за собой дверь.

Глава 15 Джейк

Как бы на следующее утро мне ни хотелось поспать, я оделся и спустился вниз ровно в восемь утра, где нас с Эбби ждала машина, чтобы отвезти на звукозаписывающую студию. Когда она запрыгивала на заднее сиденье, от меня не скрылся появившийся на ее лице зевок.

— Не выспалась? — спросил я, захлопывая дверцу.

— Немного, — с улыбкой ответила она. А потом скользнула по кожаным сиденьям и прильнула ко мне. — Прошлая ночь была потрясающей, Джейк.

Я тихонько рассмеялся.

— Рад, что ты так считаешь.

Ее брови в удивлении взлетели вверх.

— А ты не согласен?

Приблизившись к ней губами, я в голодном поцелуе впился в нее. Наши языки переплетались, я впитывал ее вкус и тепло. Рукой я обвил ее за талию и усадил к себе на колени. Спустя несколько долгих восхитительных минут она простонала мне в губы и отстранилась.

— Я только что вспомнила, что этой машиной кто-то управляет, — прошептала она.

— А ты смущена или боишься, что он возбудится из-за того, что я целуюсь со своей девушкой? — усмехнулся я.

Она опустила глаза и покачала головой.

— Немного и того, и другого.

— Ангел, тебе придется привыкнуть, что мои руки и губы так и тянутся к тебе. Мне трудно себя сдерживать и, честно говоря, плевать, кто что увидит или что подумает.

На ее губах, припухших после моего недавнего штурма, появилась робкая улыбка.

— А мы можем, по крайней мере, постепенно переходить к тому, чтобы обжиматься на людях?

Я запрокинул голову назад и рассмеялся.

— Конечно, можем. — Я погладил большим пальцем ее по щеке. — Я ни за что не хочу делать того, что может поставить тебя в неловкое положение. Так что я постараюсь сбавить темп.

— М-м-м, мой герой, — промурлыкала она и снова меня поцеловала.

Мы чуть снова не завелись, но машина остановилась перед студией.

— Готова записать музыку вместе? — спросил я.

— Готова, наверно, как и всегда.

Я рассмеялся.

— Все получится.

Я помог Эбби вылезти из машины, и мы направились внутрь здания. Обычно мы с ребятами записывались в большей студии, чем «Пинпойнт Продакшнс», но в этом месте ощущалась что-то родное, а местный производственный отдел я просто обожал. Из кабинета вышел Джо, главный продюсер, и пожал мне руку.

— Рад тебя видеть, Джейк.

— Я тоже рад. Это Эбби Ренард. Она поет со мной в дуэте.

— Приятно познакомиться, — сказал Джо.

Эбби улыбнулась.

— Взаимно.

— Мы очень взволнованы и горды тем, что вы хотите свой первый дуэт записать у нас. Вы с парнями вчера потрясающую музыку отыграли для трека.

— Спасибо, приятель.

Джо переводил взгляд с нее на меня.

— Ну, кто хочет начать первым?

Я тихонько рассмеялся.

— Поскольку Эбби нервничает, я бы отошел в сторону и отправил ее, но, наверно, лучше мне начать.

Эбби яростно закачала головой.

— Да, ты первый.

Я взял ее за руку и успокаивающе сжал, пока Джо ушел в записывающую звуконепроницаемую кабинку.

— Можешь сесть здесь. — Я показал на стул возле звукового экрана.

— Спасибо, — пробормотала она и села. Судя по ее расширенным глазам, она вбирала в себя каждую окружающую ее деталь. Я вошел в записывающую кабинку и закрыл дверь. Надев наушники, я помахал Эбби рукой. Та улыбнулась и взмахнула в ответ. Пусть лист со словами и лежит передо мной, но мне он не нужен. Слова выжжены у меня в мозгу.

В наушниках донесся голос Джо:

— Ладно, Джейк, давай начнем с первого дубля.

— Звучит неплохо.

В ушах у меня заиграла вступительная гитарная мелодия, и я начал петь. Закрыл глаза и сосредоточился на эмоциях слов. Закончив петь, я открыл глаза и увидел, как Эбби утирает слезы.

— Хорошо, да? — пошутил я.

Она кивнула, а Джо вскинул вверх два больших пальца. Его голос снова зазвенел у меня в ушах:

— Это было круто, Джейк. Ты хорош, но одним дублем не отделаешься. Давай попробуем еще раз.

Я засмеялся.

— Без проблем, парень.

Мы сделали еще около десяти дублей, чтобы быть уверенными, что все как надо. Завершив запись, я вышел из кабинки и оказался в распростертых объятьях Эбби.

— Фантастика! — воскликнула она.

— Спасибо, Ангел. Уверен, у тебя получится так же.

— Ох, что-то я в этом сомневаюсь, — простонала она.

— Да ладно. Иди и покажи, на что ты способна! — Заметив ее скептическое выражение лица, я добавил: — Я буду здесь, ладно?

Она коротко кивнула, а потом вошла в кабинку и закрыла за собой дверь. Я наблюдал за тем, как она потянулась к наушникам возле микрофона. Дрожащими руками надела их. Сквозь стекло я ободряюще ей улыбнулся и поднял большой палец вверх. Она склонила голову, а потом опустила взгляд к листу со словами.

— Ладно, Эбби, начнем в первого дубля, — наставлял Джо.

— Хорошо, — слабым голоском ответила она.

Когда музыка зазвучала в кабинке, показалось, будто Эбби сейчас не запоет, а ее вырвет. Она начала ровно, но стоило мелодии подняться на октаву, как пропустила ноту.

— Прости, — пролепетала она.

— Без проблем. Давай попробуем еще раз.

Второй и третий дубли вышли еще хуже. Даже через стекло мне были видны слезы, блестевшие в ее глазах. Я наклонился вперед и похлопал Джо по плечу.

— Притормози. Давай кое-что попробуем.

Я вошел через дверь в кабинку. Эбби потянулась, чтобы снять наушники.

— Прости, Джейк. Не знаю, что со мной такое. Я думала, что смогу. Мне так жаль.

— Мы еще не закончили.

Ее брови от удивления поползли вверх.

— Разве?

— Черт возьми, нет. Сейчас ты споешь так круто, как только можешь, и мы запишем эту песню вместе.

Она сморщилась.

— Но я не могу! Ты же сам слышал. Это ужасно. Тебе придется найти кого-то другого.

Я взял ее лицо в свои ладони.

— А где же та известная мне Эбби, готовая всех порвать? — Когда она пожала плечами, я покачал головой. — Эбби, которая не сдастся сейчас. Она споет эту песню так, как может только она.

— Ты, правда, так сильно в меня веришь?

— Конечно.

Она сделала глубокий вдох.

— Хорошо. Я это сделаю.

Я улыбнулся ей.

— Отлично. С радостью послушаю. — Я взял ее руки в свои ладони и крепко стиснул. — И пока ты будешь петь, я буду стоять рядом.

На ее лице появился решительный взгляд — выглядело это одновременно мило и сексуально.

— Ладно, давай начнем.

Я показал Джо два больших пальца. Как только заиграла музыка, взгляд Эбби устремился ко мне. Она даже ни разу не взглянула на слова. Наоборот, в песне она раскрывала свое сердце мне и только мне. Когда она закончила, я в изумлении несколько раз моргнул.

— Офигеть, Ангел! По-моему, у тебя получилось.

Она заулыбалась.

— Ты так считаешь?

Мы оба взглянули на Джо, который пальцами показывал, что все отлично. Он склонился к микрофону:

— Это была фантастика, но давай, на всякий случай, повторим еще пару раз.

Эбби согласно закивала головой.

— Как думаешь, сможешь спеть еще лучше? — спросил я.

— Конечно же, я попытаюсь, — ответила она.

Спустя еще пять дублей мы уже стояли в студии и слушали, как сводят два наших вокальных трека.

— Выходит первоклассно, — с улыбкой заверил Джо.

— Я и не сомневался, — ответил я.

Синие глаза Эбби расширились.

— То, что моя самая первая песня выходит первоклассно, просто потрясающе!

Джо усмехнулся.

— Ты еще дождись ее выхода. Народ просто с ума сойдет, особенно из-за того, что Джейк поет дуэтом. Он никогда раньше такого не делал. Вы еще удвоили ее своими эмоциями, и бац, мы получаем чистое золото.

С визгом Эбби исполнила в студии свой счастливый победный танец, а потом бросилась ко мне в объятья и обхватила ногами за талию. А далее последовал горячий продолжительный поцелуй прямо на глазах у Джо. Именно в этот самый миг я понял, что люблю Эбби Ренард всем сердцем.

***

Закончив дела в студии, мы отправились обратно в отель, чтобы присоединиться к нашим парням за поздним завтраком. Как только мы сели, Брайден заговорил:

— Мы без вас не заказывали, ждали вас.

— О, это так мило. Спасибо, — ответила Эбби.

Как только все сделали заказ, ребятам захотелось узнать, как прошла запись. Сопровождая свой рассказ энергичными жестами, Эбби поведала каждую деталь, даже упомянула свой срыв. Мое сердце переполнилось гордостью, когда она сказала, что преодолеть боязнь выступления ей помог я. Наклонившись вперед, я поцеловал ее в губы.

— Ты и сама была великолепна. Я ничего не сделал.

— Ты сделал все, — возразила она.

Эй-Джей закатил глаза.

— Господи, от вас прямо тошнит, — простонал он.

— Ты просто завидуешь.

— Неважно, — проворчал он, усаживая Джуда к себе на колени.

Нам принесли еду, а когда мы все съели, я поймал на лице Эбби задумчивый взгляд, устремленный на Брайдена и Лили. Пока Мелоди крепко спала на одном плече Лили, Брайден уткнулся носом в ее шею и что-то тихо говорил ей на ухо. Лили прикрыла глаза, а на ее лице появилась безмятежная улыбка. Я был совершенно уверен, что Эбби завидовала открывшейся перед ней картине идеальной семьи рок-звезды.

Когда Эбби заметила мой взгляд, то улыбнулась. Махнув рукой в сторону Брайдена и Лили, она поинтересовалась:

— Они всегда так себя ведут?

Я тихонько рассмеялся.

— Очень часто. В турне они не слишком много времени проводят вместе, по крайней мере, наедине. В конце концов, встретившись, они ведут себя как сексуально озабоченные подростки.

— Но они же так влюблены, — пробормотала она, глядя на то, как Брайден гладит Лили по щеке. Эбби поджала губы. — Бедняги! Могу поклясться, что они мало времени проводят наедине еще из-за детей.

Пожав плечами, я ответил:

— По-моему, их все устраивает — и без того противно.

Когда ладонь Эбби скользнул

а по моему бедру, я чуть не подскочил на стуле.

— Джейк, если я попрошу тебя кое-что сделать для меня, ты сделаешь?

Мое сердце с грохотом остановилось, а потом снова забилось.

— Только не говори мне, что, глядя на тех двоих, ты завелась и теперь хочешь подняться со мной наверх.

— Нет! — воскликнула она.

Ее возмущение вызвало у меня смех.

— Ладно, тогда в чем дело?

С меня она перевела взгляд на Брайдена и Лили.

— Поможешь мне сегодня посидеть с Джудом и Мелоди?

— Ты же шутишь, да?

Она слегка помотала головой.

— Они смогут провести целый день вместе — только вдвоем. Я даже могла бы провести ночь в их номере, а им отдать свой. Ты же понимаешь, целый день романтики.

Скрестив руки на груди, я поинтересовался:

— Ладно, но почему во всем этом должен участвовать я?

Она прищурила свои синие глаза, и я понял, что попал.

— Я подумала, что ты хотя бы раз в жизни перестанешь быть эгоистичным ослом и захочешь помочь мне и парню, который тебе как брат.

Сдавшись, я вскинул руки.

— Ладно, ладно. Я с удовольствием остаток дня посижу с детьми Брая и с тобой.

Уголки губ Эбби дернулись вверх, и было видно, что она пытается сдержать улыбку.

— Как-то не слышно энтузиазма.

Я нацепил фальшивую улыбку.

— О, я просто в восторге! А ты разве нет?

Она широко мне улыбнулась.

— Ты такой придурок. — Похлопав меня по ноге, она проговорила: — А теперь пойдем и расскажем Брайдену и Лили хорошие новости!

Глава 16 Эбби

Брайден и Лили были так тронуты наши с Джейком предложением. Им потребовалось около часа, чтобы принести нам все необходимое для дня и ночи с детьми. А потом, взяв на прокат внедорожник Лили, мы с Джейком сначала отправились в зоопарк Атланты, а потом в Аквариум. Надев темные солнцезащитные очки и надвинув на глаза бейсболку, Джейк изо всех сил старался смешаться с толпой и не привлекать к себе внимание. Я везла Мелоди в коляске, а он нес Джуда на плечах. Поскольку мы собой являли образцово-показательную молодую семью, никому даже в голову не пришло, что среди нас может быть знаменитый рокер.

Насладившись дикой природой, мы вернулись в отель, потому что Мелоди нужно было поспать днем.

— Большие мальчики не спят днем! — пожаловался Джуд, стоило мне предложить ему тоже лечь.

— Ладно, маленький мужчина. Тогда мы пойдем с тобой поплаваем, пока девочки расслабляются, — предложил Джейк.

Джуд взвизгнул от восторга и умчался в спальню. Пока я относила ему плавки и нарукавники, Джейк одолжил плавки у Брайдена. Когда он вышел из ванной, я резко втянула воздух при виде его обнаженной груди и выставленных напоказ твердых точеных мышц.

Опустив очки, Джейк гадко усмехнулся.

— Впечатлена, Ангел?

Я закатила глаза.

— И почему ты всегда такой самоуверенный?

Он притянул меня в свои объятья.

— А почему ты все время борешься со своими чувствами, когда дело касается меня?

— Сейчас я ни с чем не борюсь, говоря, что твое высокомерие способно все разрушить.

Ладони Джейка скользнули ниже, накрыв мои ягодицы.

— О, да ладно, малышка, у меня каждую минуту сносит крышу от желания к тебе, так почему бы тебе не признаться хотя бы раз, что при виде меня у тебя возникает стояк?

Я закусила губу, чтобы не рассмеяться.

— Стояк?

— Ага, — заулыбался он.

— Нет, при виде тебя стояка у меня нет, но я просто чувствую желание, сойдет?

Джейк покрутил меня.

— Наконец-то, ты призналась. — Наши губы встретились в торопливом безумном поцелуе, поскольку мы оба знали, что в любую секунду из ванной выйдет Джуд. Оставив языком на моей коже влажную дорожку, ведущую к уху, он прошептал: — А что касается стояка, мне просто нужно улучшить свою игру.

— Да уж, это точно, — захихикала я.

Тут появился Джуд, и мы с Джейком неохотно отпустили друг друга. После кормления из бутылочки Мелоди заснула на два часа. Пока она спала, я переписывалась со своими братьями и родителями. Джейк и Джуд вернулись в гостиничный номер как раз тогда, когда проснулась Мелоди. Поскольку они оба проголодались, следующим в нашем списке дел стал ужин.

После того, как мы наелись чили-догами и гамбургерами из любимого ресторанчика Джейка в Атланте, «Университет», Джуд спросил:

— А мама и папа сегодня играют в другом месте?

Джейк усмехнулся, а я бросила на него злобный взгляд, в это время вытирая пятна кетчупа с лица Джуда.

— Да, им нужно какое-то время побыть вдвоем, чтобы сделать кое-какие взрослые дела.

Эти слова вызвали у Джейка новый приступ смеха.

— Ты невыносим! — прошипела я.

Джуд слегка надулся.

— Я не ребенок. Я могу делать взрослые дела.

— Прости, маленький мужчина, но ты не совсем еще готов к тому, что делают мама с папой, — сказал Джейк.

Джуд раздраженно скрестил руки на груди, а я улыбнулась Джейку.

— Ты не беспокойся. Дядя Джейк тоже недостаточно большой мальчик, чтобы делать то, чем сейчас занимаются твои родители.

Набив полный рот картошкой фри, Джейк пробормотал:

— Подумаешь, я занимался этим множество раз. А вот кому нужно оторваться, так это тете Эбби.

Когда он подмигнул мне, я швырнула в него грязную салфетку, отчего тот чуть не подавился картошкой.

***

В отель мы вернулись уже после восьми. Зевая, Джейк рухнул на диван.

— Можешь дать Мелоди бутылочку, пока я помою Джуда?

Он кивнул и взял у меня из рук почти уснувшего ребенка. А после я повела Джуда в ванную. Быстро сполоснувшись, я нарядила его в пижаму и почитала на ночь сказку.

Когда я дочитывала книгу, глаза у Джуда уже закрывались, но он все еще не спал.

— Спой мне, тетя Эбби.

— М-м, ладно.

Я поискала у себя в памяти подходящую песню и в итоге вспомнила ту, что пела мне мама.

Наконец-то, он задремал, и я осторожно поднялась с постели. Закрыв за собой дверь спальни, я с удивлением обнаружила утопающую в темноте гостиную. Лишь мерцающий телевизор освещал мне путь, когда я пробиралась к дивану. Дойдя уже до места, мне пришлось резко затормозить из-за открывшейся передо мной картины. Обнаженный по пояс Джейк лежал на спине, а Мелоди шумно посапывала у него на груди. Моя рука взлетела к сердцу и сжала рубашку от нахлынувших на меня чувств при виде Джейка с ребенком.

Я глубоко вздохнула и продолжила свой путь к дивану. Аккуратно подняла Мелоди. Ощутив пустоту, Джейк тут же распахнул глаза.

— Я уложу ее, — прошептала я.

— Хорошо, — ответил он, поднимаясь и усаживаясь на диване.

Уложив Мелоди в переносной манеж-кроватку, я накрыла ее. Затем достала из чемодана футболку и штаны для йоги и ушла в ванную переодеться. После этого я снова проведала детей и покинула спальню. Джейк сидел, откинувшись на диване, с пультом в руке. Заметив, что я пялюсь на его обнаженную грудь, он робко заулыбался.

— Мелоди меня всего обрыгала.

— О, я понимаю, — ответила я и опустилась на место рядом с ним.

— Джуд заснул?

— Ага. — Я не смогла сдержать мечтательной улыбки, расплывшейся на моих губах. — Мне пришлось спеть ему, чтобы он уснул.

Джейк усмехнулся.

— Сто процентов этот малыш станет рок-звездой, как и его папочка.

— Ты прав. Он обожает музыку.

Зевая, Джейк повернулся ко мне.

— Никогда бы не подумал, что двое детей так меня вымотают.

— Точно, — рассмеялась я. — Но они действительно хорошие дети.

— О да, Брай — счастливчик.

Из-за того, как серьезно он смотрел на меня, я быстро отвернулась. Заметив происходящее на экране, я сморщила нос и спросила:

— Мы обязательно должны смотреть «Спорт Центр»?

Джейк фыркнул.

— Если ты думаешь, что мы будем смотреть какие-то девчачьи сопли, то ты ошибаешься.

— Дай мне хотя бы посмотреть, что там еще идет, — предложила я, потянувшись к пульту.

— Ну уж нет. Я не согласен.

Пока я пыталась вырвать пульт у него из рук, тот выскользнул, пролетел через гостиную и ударился об пол. Всего мгновение мы с Джейком смотрели друг на друга, а потом оба сорвались с дивана и бросились за ним. Мы отпихивали и толкали друг друга, но мне, наконец, удалось его схватить.

— Ага!

Но победа была недолгой, потому что Джейк перевернул меня на спину. Оседлав меня, он пригвоздил мои руки над головой.

— Не так быстро.

Пока он, ухмыляясь, глядел на меня, я пыталась вырваться из его хватки.

— Отпусти меня, кретин!

— О-о, ты такая злющая, когда сердишься.

— Не вынуждай меня снова пнуть тебя коленом, — пригрозила я.

При упоминании нашей первой встречи наши взгляды встретились, и в этот краткий миг пульт был забыт. Склонившись надо мной, Джейк ласково коснулся моих губ. Я вытянула шею, чтобы лучше дотягиваться до него. Чем сильнее мы прижимались друг к другу, тем лихорадочнее становились движения его губ. Мой язык ворвался в его рот и закружился в дразнящем танце. Он отпустил мои руки и ладонью накрыл мою грудь. Через футболку он сжимал мою плоть, заставляя меня стонать от удовольствия.

Разорвав поцелуй, Джейк выдохнул:

— Эбби...

— Что? — пробормотала я, проведя руками по его волосам.

Его брови в беспокойство сошлись на переносице.

— Ты уверена?

— Из-за того, что дети Брайдена в соседней комнате?

Джейк тихонько рассмеялся.

— Ну да, это само по себе уже портит весь настрой, но я имел в виду скорее тебя. — Он посмотрел на меня с такой смесью вожделения и желания, что я вздрогнула. — Просто рядом с тобой я не могу держать себя в руках. Я так сильно хочу тебя, что мне ничего не остается, как набрасываться на тебя при первой возможности. Я лишь боюсь, что для тебя все слишком быстро и слишком рано.

От его заботы обо мне у меня сдавило грудь. Он действительно был готов дать мне необходимое время и пространство, и от этого я любила его еще сильнее. Когда он уже начал отстраняться, меня тут же осенило, что я не хочу, чтобы он останавливался. Мне почти двадцать два, и я хочу похулиганить на полу гостиничного номера с парнем, которого люблю.

— Нет! — воскликнула я, хватая его за плечи.

От удивления его глаза округлились.

— Я хочу, и я хочу тебя. — Я отвела от него взгляд, прежде чем добавить: — Только не все сразу.

— Ты серьезно? — спросил он, приподняв меня за подбородок, чтобы я снова посмотрела на него.

— Да, — прошептала я.

— Слава Богу, — простонал он и вновь впился в меня губами. Жадно целуя меня, он приподнял вверх мою футболку и снял ее через голову. Затем рукой скользнул под мою спину. Быстрым движением одной руки Джейк ловко расстегнул бюстгальтер и стянул его с меня.

— Хорошая работа, — выдохнула я.

Он усмехнулся мне.

— Сложновато, но у меня большая практика.

Я шлепнула его по груди.

— Не нужно передо мной хвастать своими бывшими завоеваниями.

— Прости. — Когда его ладонь накрыла мою обнаженную грудь, я ахнула. — А у меня станет больше шансов, если я скажу, что ты — единственная на свете девушка, которую я мечтаю завоевать?

— Возможно, — прошептала я, когда его большой палец коснулся моего соска. От этого простого прикосновения он затвердел, а между ног разгорелось желание.

Взгляд Джейка блуждал по моей груди.

— Господи, они потрясающие... и настоящие.

В ответ на его заявление я не смогла не захихикать.

— Э-э, мне следует сказать спасибо?

Он усмехнулся.

— Прости за комментарий неандертальца. Просто ты чертовски идеальна везде. Включая грудь.

В этот миг его губы замерли над моим соском. Его теплое дыхание ласкало мою грудь, и я выгнула спину, чтобы он, наконец, перестал меня мучить. К счастью, он повиновался и втянул губами вершинку.

— Ох, Джейк, — пролепетала я.

Такого ощущения я себе даже не представляла. Пока его язык атаковал мой сосок, другой рукой он продолжал массировать грудь. Я не могла сдержать стонов и всхлипов. Мне было слишком хорошо, чтобы вести себя тихо.

Он продолжал ласкать мою грудь, и я шире раздвинула ноги, позволив ему устроиться между моими бедрами. Они невольно подались ему навстречу, и я ощутила увеличивающуюся у него в джинсах выпуклость. Он вжался в меня, отчего я вскрикнула, и, покусывая зубами сосок, начал тереться об меня.

— М-м-м, — простонала я, вертя головой из стороны в сторону.

Я подстроилась под его ритм, поднимая бедра навстречу его толчкам. Давление между ног продолжало нарастать, когда Джейк прижимался ко мне. Я закусила губу в попытке заглушить крики. Если сейчас так хорошо, то что же тогда будет, когда он по-настоящему дотронется до меня там или коснется губами?

Движения сводили меня с ума, но мне этого было недостаточно.

— Джейк, — прошептала я.

Он поднял голову от моей груди.

— Чего ты хочешь, Ангел? — хрипло произнес он.

— Дотронься до меня.

— Ты уверена?

Я покачала головой.

— Да, пожалуйста.

Скатившись с меня, одну руку Джейк убрал с моей груди, чтобы спуститься вниз к животу. Когда он добрался до пояса моих штанов, я резко втянула воздух. Тыльная сторона его ладони соблазнительно скользила по коже, и я невольно приподняла бедра ему навстречу. Закусив губу, он с минуту глядел на меня.

— Кто-то уже...

От его вопроса у меня к щекам прилила кровь.

— Нет.

Возникшая на его лице дерзкая ухмылка вынудила меня шлепнуть его по руке.

— За что это?

— За победный взгляд неандертальца, первым добравшимся до третьего этапа.

Джейк заулыбался.

— Прости, но для меня тоже все в новинку. Я имею в виду, быть для кого-то первым. — Щекоча пальцами мой живот, он поинтересовался: — А ты сама когда-нибудь себя трогала?

— Что за допрос? Просто сделай уже! — прикрикнула я.

Глаза Джейка округлились.

— Тише, ты разбудишь Джуда и Мелоди.

От охватившего меня чувства унижения я закрыла голову руками.

— Так, да или нет? — настаивал Джейк.

Я взглянула на него сквозь пальцы.

— Да, — прошептала я.

Услышав мое признание, он простонал.

— Ох, Ангел, — пробормотал он, прежде чем его ладонь нырнула под мои штаны. Когда его пальцы коснулись моей чувствительной точки, я ахнула от удовольствия. Джейк прерывисто вздохнул и спросил: — Когда ты там трогала себя, ты кончала?

Несмотря на то, что я была смущена, расстроена и даже слегка зла на его вопрос, я нашла в себе силы ответить:

— М-м-хм-м.

Он зажмурился.

— Ты сводишь меня с ума.

— То же самое я могу сказать о том, что ты делаешь со мной.

Он усмехнулся и распахнул веки.

— Я знаю. — Он смотрел на меня, и в его взгляде горело желание. — Может, мне пора перестать задавать вопросы и просто нужно поцеловать тебя, а?

— Да.

Пока его язык двигался внутри моего рта, пальцы скользили между моих ног. Когда он, наконец, погладил мои чувствительные складочки, я простонала ему в губы. Напряжение стало нарастать, и я задвигала бедрами навстречу его руке. Капельки пота выступили у меня на лбу. Я и не могла представить, насколько это приятно.

Палец Джейка осторожно скользнул внутрь, а стоило ему начать водить им взад и вперед, как я взлетела на самую вершину.

— Джейк! О, да! Джейк! — кричала я, когда стенки моей плоти сжимались вокруг его пальца.

Наконец, придя в себя, я обнаружила, что Джейк смотрит на меня.

— Ты чертовски сексуальная, когда кончаешь.

Я вскинула брови, пока пыталась перевести дыхание.

— Приятно это слышать.

Он одарил меня озорной улыбкой.

— Мне понравилось, как ты выкрикивала мое имя. Это было охренительно горячо. — Он встал на колени, а его руки в это время устремились к поясу моих штанов для йоги. — Хочешь, я сделаю так, что ты снова кончишь?

— Ты всегда так любезничаешь с девчонками?

Он перестал стягивать с меня штаны.

— А тебе это не нравится?

— Нет, просто...

Он поморщился.

— Не очень романтично, да?

Я покачала головой.

— Не-а, не очень.

Джейк вздохнул.

— Для меня все по-новому, Ангел. Я не привык смешивать эмоции с сексом. Я привык: потрахался — гуляй смело.

От его слов я поморщилась.

— Прости, если звучит так, будто я недовольна. Мне, правда, понравилось... это очевидно, то есть, я... просто...

— Нет, я все понял. Ты заслуживаешь большего, Ангел. Ты даришь мне — парню, заслуживающего этого меньше всего на свете — самое сокровенное и самое потрясающее.

Я покачала головой.

— Я решаю, кому это отдать, и не хочу никого другого, кроме тебя.

Он удивленно выгнул брови.

— Даже на полу гостиничного номера?

— Если так я буду с тобой, то да. И даже с твоим грязным ртом.

Он простонал. Стянув с меня штаны, он стал прокладывать влажную дорожку из поцелуев от моего согнутого колена вверх по бедру. Его губы на мгновение коснулись ткани моих трусиков, а потом перешли на другое бедро.

— Джейк, — умоляла я.

— Ш-ш, — пробормотал он. Подушечки его пальцев лениво скользили вдоль пояса моих трусиков. Я закусила нижнюю губу, и вот он, наконец-то, схватил ткань и стянул ее. Когда он рассматривал меня, я вдруг ощутила себя беззащитной и свела колени вместе

Джейк покачал головой.

— Позволь мне посмотреть на тебя, красавица, — настаивал он, разводя мои ноги в стороны.

На этот раз он не стал оставлять дразнящих поцелуев на моих бедрах, вместо этого его губы нашли мою киску и приникли к ней в нежном поцелуе. Я втянула воздух, когда Джейк опалил своим теплым дыханием мое и без того охваченное огнем лоно. Закрыв глаза, я пролепетала:

— Джейк...

Его язык заскользил по моим складочкам, и я вскрикнула. Потом Джейк стал чередовать полизывания и посасывания. К моим щекам прилил жар и, похоже, заполнил собой все мое тело. Я была будто вся охвачена огнем. На коже заблестели капельки пота, я раскачивала бедрами навстречу губам Джейка. Я схватила его за волосы, когда он двумя пальцами скользнул внутрь и покрутил ими. После чего задвигал ими внутрь и наружу, продолжая лизать мой клитор языком и посасывать его. Комнату заполнили мои стоны и хриплые вздохи, пока мое тело не напряглось, и я снова не взлетела на вершину.

— Джейк! — выкрикнула я, вскидывая бедра в последний раз.

Между ног на меня с улыбкой глядел Джейк. Я откинула голову назад и закрыла глаза.

— Ух ты...

Он усмехнулся и накрыл мое тело своим.

— И все, что ты можешь сказать, — ух ты?

Я взяла его лицо в ладони.

— Мне было так хорошо, что я потеряла дар речи, понятно?

— М-м-м, мне нравится, как это звучит.

Пока он лежал на мне, я ощущала его твердую выпуклость в джинсах. И хотя он дважды подарил мне наслаждение, сам он по-прежнему нуждался во внимании. Наши взгляды встретились, когда я прижала ладонь к его ширинке. Он вопросительно выгнул брови, и я покачала головой.

— Покажи мне, что нужно делать.

Без каких-либо возражений Джейк расстегнул пуговицу и молнию на джинсах. Приподнял бедра и спустил штаны до колен. Мой взгляд тут же заскользил по его достоинству. Взяв меня за руку, он сомкнул мои пальцы на своем внушительном члене. Затем накрыл мою ладонь своей и медленно задвигал нашими руками вверх и вниз.

— Вот так?

— Да... но попробуй побыстрее, — дрожащим голосом пробормотал он.

Когда моя рука задвигалась быстрее, он выдохнул:

— О, Боже, Ангел. Как хорошо.

Наши губы встретились в безумно голодном поцелуе. Мне нравилось, что мои действия заставляют его стонать. Он поднимал бедра вместе с длинными движениями моей ладони.

— Твою мать, да, — пробормотал он, и его тело затряслось от оргазма. Горячая липкая жидкость пролилась мне на руку и живот Джейка.

— Э-э, что я...

Со смешком Джейк поднялся на ноги и сходил на кухню за салфетками. Вытер мои руки и свой живот. Расцеловал меня в обе щеки, лоб, а потом в губы.

— М-м, Ангел, было хорошо, — прошептал он.

К моему разочарованию, Джейк прервал наш поцелуй и нащупал кучку одежды позади нас. Улыбаясь, он помог мне надеть трусы, а потом и штаны.

— Спасибо.

Выражение его лица стало серьезным.

— Это я должен благодарить тебя за то, что позволила стать первым, кто подарил тебе оргазм.

Я прерывисто вздохнула.

— Если так все пойдет и дальше, то ты можешь во многом стать первым для меня.

Как только смысл сказанного дошел до него, он простонал и снова впился в меня губами. Наши рты уже вели свою борьбу, когда раздался тоненький голосок:

— Тетя Эбби?

Я отпрянула от Джейка и отползла подальше. Развернувшись, в дверях спальни я обнаружила крошечную фигурку Джуда.

— Д-да, милый?

Малыш шмыгнул носом.

— Мне приснился страшный сон. Ты придешь ко мне в кровать?

— Конечно, приду. Дай мне минутку.

Пригладив взлохмаченные волосы, я вскочила на ноги, оставив Джейка в одиночестве на полу.

Джуд вскинул руки и запрыгнул на меня. Зарылся лицом в мою шею и заплакал.

— Ш-ш, все хорошо. Это всего лишь плохой сон. Он уже закончился, я с тобой.

Я уложила его в постель и свернулась рядом с ним. Он прижался ко мне, все еще глотая слезы.

— Хочешь, чтобы я снова спела?

— Пафавуста, — прохныкал он.

После нескольких спетых куплетов Джуд снова уснул. Выбравшись из постели, я проверила Мелоди, прежде чем направиться к двери. Но открыв ее, замерла на месте. Джейка нигде не было. Я включила свет и окинула комнату взглядом.

Он ушел.

Я подбежала к столу, где лежал телефон. Проведя пальцем по экрану, я проверила пропущенные звонки и сообщения.

Ничего.

У меня сдавило горло, когда я пыталась сдержать слезы. Почему он оставил меня? Неужели он просто получил то, что хотел, и смылся? Я вздрогнула от нахлынувшего ощущения, что меня использовали.

Но вопреки доводам своего рассудка, я быстро написала ему: «Ты где?».

Спустя пару минут я отправила еще одно сообщение: «Джейк?».

Расхаживая по номеру, я ждала его ответа, но он так и не пришел. В разочаровании я прокралась обратно в спальню и забралась в постель. На этот раз уже я в попытке найти утешение прижималась к Джуду, пока слезы тихо катились по моим щекам.

Глава 17 Джейк

Какой же я ублюдок — просто полный козел, потому что бросил Эбби. Я понял это в то мгновение, когда дверь номера закрылась за мной. И когда я вошел в свою комнату и разделся, это ощущение осталось. Полностью голый я залез в кровать и зарылся лицом в подушку.

Первая причина, почему я сбежал, — меня напугало появление Джуда. Не знаю, как много он видел, и мне не хотелось, чтобы Брай надрал мне задницу за то, что я травмировал его ребенка, потому что Эбби удовлетворяла мои потребности и доставляла мне удовольствие. Но потом я пришел к мысли, что основная причина моего побега, — то, что я испугался.

Да, я не знал, что делать со всеми чувствами к Эбби. В студии я понимал, что люблю ее, а как только к этому добавилась еще и сексуальная сторона, то эти чувства сбили меня с ног и растоптали.

Я сбежал.

Но еще большим ослом я себя ощутил, получив ее вопрошающие сообщения. Я должен был ответить ей и написать, что со мной все хорошо, что я просто устал. Но нет же, я повел себя как придурок, потому что не только не ответил ей, но и выключил телефон, так как не знал, что ей сказать.

Несмотря на моральное и физическое истощение, сон ко мне не шел. В два часа ночи я вылез из постели и стал расхаживать по комнате. Вышедшие из-под контроля мысли с такой скоростью проносились у меня в голове, что меня пошатнуло.

Нет смысла больше отрицать. Я окончательно и бесповоротно влюблен в Эбби.

Но в глубине души я понимал, в чем кроется суть моей проблемы с Эбби. Я влюбился в девушку, которая слишком хороша для меня. У нее такое вдохновляющее сердце и чистая внутренняя красота, что я не заслуживаю их испортить или уничтожить. Мы знаем друг друга всего три недели, а я уже столько раз причинил ей боль своей глупостью. И зная себя, я так и продолжу снова и снова причинять ей боль. Так что, может, мне стоит просто уйти от нее? Может, для ее будущего так будет лучше? Я никогда не дам ей того, что она заслуживает. Ей хочется иметь сказочный хэппи-энд с мужем и детьми, а я ни черта об этом не знаю.

Взъерошив волосы рукой, я решил, что утром пойду к ней и скажу, что между нами все кончено. Но лишь от одной только мысли, что я уйду от нее, у меня в груди вспыхнула жгучая боль, затруднившая дыхание.

Нет, я не мог ее бросить, тем более что люблю ее. Я никогда так сильно не любил девушку и даже не представлял, что смогу кого-то полюбить. Мне хотелось увидеть, куда же это безумие заведет нас. Хотелось сделать ее своей всеми возможными способами. Черт, если уж на то пошло, я даже могу представить, как надеваю ей на палец большой сверкающий бриллиант.

А потом меня осенило, что я, наверно, все уже испортил и потерял ее. Вот тогда стены стали сжиматься вокруг меня. Я оделся и направился к выходу. Глядя на дверь номера напротив, я тихонько постучал.

— Эбби?

Если она сейчас в спальне с детьми, то, наверно, не слышит меня, но я все же надеялся про себя, что Мелоди проснулась и попросила бутылочку или какую там еще фигню делают дети. Я постучал чуть громче, но ответа все равно не последовало. Я достал из кармана телефон и включил его. А потом отправил ей кучу сообщений о том, как я сожалею и какой я козел.

Мое последнее сообщение к Ангелу гласило: «Я стою прямо за дверью и готов просить и умолять о прощении. Если нужно будет встать на колени посреди чертова коридора, я так и сделаю. Вот как сильно я сожалею и как много ты значишь для меня».

Все сообщения оставались непрочитанными и неотвеченными.

Пыхтя от волнения, я побрел по коридору к лифтам. Мне нужно немного времени, чтобы прочистить голову, и для этого нет ничего лучше, чем улицы моего второго дома. Я прошел пару кварталов, рассматривая виды и впитывая звуки. Атланта — это не Нью-Йорк, если говорить о никогда не спящем городе и его толпах, так что я не беспокоился, что могу повстречать людей, способных меня узнать.

Но как бы далеко я ни заходил, покой так и не наступал. В конце концов, к пяти часам я вернулся в отель. Сейчас уже было не так рано, так что можно пойти к Эбби и умолять ее о прощении.

Я рухнул на кровать и совершил ошибку, проверив телефон. Все мои сообщения были прочитаны, но оставлены без ответа. Глаза защипало, отчего я почувствовал себя настоящей тряпкой. Выплакавшись и устав от слез, я провалился в беспокойный сон, а с первыми янтарными лучами, пробивающимися сквозь жалюзи, проснулся.

Я снова проверил телефон, но ответа от Эбби так и не было. Прерывисто вздохнув, я поднялся с постели. Пока принимал быстрый душ, я прокручивал у себя в голове, что же скажу Эбби. Я прекрасно понимал, что в обязательном порядке должно стать грандиозное пресмыкание у ее ног за то, что я сделал. А поскольку мой рот обычно портит большинство мгновений между нами, я хотел подготовиться. Только я вылез из душа и обернул полотенце вокруг талии, как услышал стук в дверь.

От мысли, что это вернулся мой ангел, мое сердце затрепетало. Я распахнул дверь.

— Ангел, я...

Но это была не Эбби. Вместо нее на пороге стояла Бри с растянувшимися в кошачьей улыбке губами.

— Привет, малыш!

— Что ты здесь делаешь? — потребовал я.

На ее лице промелькнуло смешливое выражение.

— Конечно же, пришла к тебе. Разве я все время приезжаю на выступления не для того, чтобы удовлетворить твои мужские потребности? — Ее взгляд скользнул по моей полуголой фигуре. — Черт, сегодня утром ты настолько хорош, что мне хочется тебя съесть.

Но когда она попыталась меня поцеловать, я отшатнулся.

— Послушай, Бри, прости, но между нами больше ничего нет.

От ее лица медленно отлила краска, а сама она задрожала.

— Ты с другой, да?

— Да, но...

Она прищурила глаза.

— Это та недотрога, чье имя ты выкрикивал, когда мы трахались, да?

Я провел рукой по влажным волосам.

— Да. Так что тебе лучше уйти.

Неприветливая маска Бри стала сползать, и девушка потянулась ко мне.

— Пожалуйста, не делай этого, Джейк. Мы вместе уже так долго.

— Мы занимаемся сексом уже долго, но ничего больше между нами нет.

— Это неправда! — настаивала она.

— Нет, правда.

Не успел я остановить ее, как она набросилась на меня, обхватив руками за шею и прильнув к моему телу. А поскольку Вселенная любит жестко меня обламывать, именно в этот самый миг дверь номера напротив распахнулась, и вышли Эбби с Лили.

При виде меня, обвитого руками Бри, глаза Эбби вылезли из орбит, а рука взлетела ко рту.

— Подожди, нет, все не так, как кажется! — запротестовал я.

Вместо того чтобы меня отпустить, Бри сильнее прижалась ко мне. Эбби слегка покачала головой и зашагала по коридору.

— Эбби! — прокричал я. Пытаясь контролировать злость, я отцепил от себя Бри. — Убирайся отсюда сейчас же, пока я сам тебя не вышвырнул! — огрызнулся я.

— Пожалуйста, не делай этого, Джейк!

Я помчался за Эбби. Наконец, мне удалось настигнуть ее возле лифтов.

— Ангел, пожалуйста, выслушай меня. У нас с Бри ничего не было. Клянусь своей жизнью и жизнью своей мамы.

Эбби так быстро замотала головой, что я испугался, как бы у нее не случилась травма.

— Я больше так не могу, Джейк. Мне надоели эти метания твоей эмоциональной незрелости. Сначала ты бросаешь меня, заставляя себя чувствовать грязной и использованной, а уже в следующую минуту я обнаруживаю тебя в объятьях бывшей пассии. Это уже слишком.

— Но сегодня утром все было не так, как ты думаешь! Бри пришла навестить меня, а когда я сказал, что между нами все кончено, она набросилась на меня. — Видя по-прежнему недоверие в глазах Эбби, я в отчаянии зарычал. — На минутку подумай о том, что ты на самом деле видела? Бри отчаянно цеплялась за меня, а не наоборот. Я даже ее не трогал.

Двери лифта со звоном отворились, и она вошла внутрь.

— Пожалуйста, Ангел. Ты читала мои сообщения. Ты знаешь, как мне чертовски жаль.

В ее синих глазах заблестели слезы.

— Да, но иногда одного прости недостаточно.

— Не делай этого! — умолял я.

Она не сводила с меня глаз, пока двери не закрылись.

— Твою мать! — заорал я, ударив ладонью по двери лифта. Проходящий мимо мужчина пытался скрыть изумление при виде столь странной сцены. В конце концов, я стоял в коридоре в одном полотенце.

Когда я вернулся в свой номер, Бри уже не было. Я захлопнул дверь и схватил телефон. Мне нужно позвонить еще одной любимой женщине и получить от нее совет. Она ответила после второго гудка.

— Мама...

— Джейкоб, что случилось?

— Я влюбился, но все испортил на хрен.

Она даже не стала меня ругать за мой грязный язык.

— О, дорогой, расскажи мне, что произошло. — Тогда я посвятил ее во все возможные детали. — Если ты любишь Эбби так, как утверждаешь, то борись за нее. Не сдавайся.

— Но что мне сделать, чтобы она поговорила со мной?

— Тебе нужно сделать что-то приятное для нее, чтобы доказать ей, как много она для тебя значит.

— Но что?

Мама усмехнулась.

— Дорогой, этого я тебе сказать не могу. Тебе нужно узнать это самому. Оно должно идти от твоего сердца, а не моего.

— Большое спасибо, — проворчал я.

— Я лишь могу сказать тебе — борись за нее. Не сдавайся, пока не убедишь ее поговорить с тобой.

— Хорошо, я так и сделаю.

— Удачи, милый.

— Спасибо.

Повесив трубку, я стал мерить комнату шагами в попытке придумать какой-то романтичный поступок. В конце концов, я позвонил в местный цветочный магазин и растратил свое состояние на все имеющиеся у них розы. Несмотря на ужасное унижение, я все-таки несколько минут диктовал, что же нужно написать на открытке. Парни прислали мне сообщение по поводу завтрака, так что я с неохотой напялил на себя какие-то вещи и спустился вниз в столовую при отеле, где они меня ждали. Когда я плюхнулся на стул, Эй-Джей оглядел стол.

— А где Эбби?

Брайден тихонько рассмеялся, а потом подмигнул Лили.

— Только не говори мне, что ей теперь нужен день, чтобы оправиться от сидения с нашими маленькими монстрами.

Получше усадив Мелоди на своих коленях, Лили бросила на меня полный отвращения взгляд.

— Нет, с детьми все прошло хорошо.

Брайден нахмурил лоб.

— Тогда где она?

— А почему бы тебе не спросить об этом вон того мистера Говнюка? — огрызнулась Лили.

— Мамочка сказала плохое слово! — воскликнул Джуд, сидящий на коленях у Риса.

— Э-э, почему бы нам не побросать еще монетки в фонтан, а? — предложил Рис, а проходя мимо меня, прошептал: — Но мне бы по возвращении хотелось услышать всю чертову историю!

Как только Джуд уже не мог нас слышать, все пары глаз сидящих за столом уставились на меня.

— Ладно, я все испортил к чертям собачьим.

Брови Брайдена в беспокойстве сдвинулись.

— Может, расскажешь все с самого начала?

Я взъерошил волосы рукой и прерывисто вздохнул.

— Понимаешь, мы вчера вечером с Эбби немного увлеклись.

Из горла Брайдена вырвался сдавленный хрип.

— Только не говори мне, что мой сын видел, чем вы занимались!

— Господи, нет! Мы закончили к тому времени, как он проснулся от кошмара и стал искать Эбби.

Брайден потер переносицу.

— Ты можешь объяснить, что именно произошло?

Я поерзал на стуле.

— После того, как Эбби уложила детей спать, мы немного подурачились. А когда закончили, проснулся Джуд и захотел к Эбби. Я растерялся из-за того, что он нас чуть не застукал, поэтому сбежал. А после даже не прислал сообщения, чтобы узнать, как она.

— Еще раз повторяю, ты — говнюк! — воскликнула Лили.

— Детка, пожалуйста, — возразил Брайден.

— Только не говори мне, что ты его защищаешь!

Брай яростно замотал головой.

— Конечно, нет. То, что он сделал, вообще не лезет ни в какие ворота. Он заставил Эбби чувствовать себя униженной и использованной!

Я поморщился.

— Теперь я это понимаю.

— Ты такой идиот! — ответила Лили.

— Мне жаль, ладно? Все эти отношения для меня в новинку. Так что я гарантированно все испортил бы.

Лили раздраженно фыркнула.

— А теперь расскажи, что еще произошло.

Темные глаза Эй-Джея недоверчиво расширились.

— А было что-то еще?

— К сожалению, да. — А потом я объяснил, как появилась Бри и как Эбби увидела, что та меня обнимает.

— Боже всемилостивый, Джейк, у тебя просто дар все портить, — задумчиво проговорил Брайден.

— И не говори, — несчастно промямлил я.

— Нужно все исправить, чувак, — сказал Эй-Джей.

— Я пытался. Черт, я даже потратил кучу бабла, чтобы отправить ей десятки роз. А она до сих пор со мной не разговаривает.

Почесав подбородок, Эй-Джей ответил:

— Хорошо, но нужно что-то более грандиозное, чем просто цветы. — Он взглянул на Лили. — Ты — девчонка. Что ему нужно сделать?

Та закатила глаза, а потом передала Мелоди Брайдену и села рядом со мной.

— Джейк, мы знакомы с тобой восемь лет, и большую часть этого времени ты вызывал у меня полнейшее отвращение своим поведением с женщинами.

— Спасибо за поддержку, — проворчал я.

Она вскинула руку.

— Дай мне закончить.

— Хорошо.

— Хоть ты и наломал дров, но я могу точно сказать, тебе очень сильно нравится Эбби. Я никогда раньше не видела, чтобы ты так вел с себя с девушкой. — Я согласно закивал головой. — Рискну предположить, что, несмотря на то, что за последние три недели столько всего произошло, ты, возможно, даже любишь ее.

Под ее испытующим взглядом и взглядами парней я с трудом сглотнул.

— Знаю, что все слишком быстро, но я точно влюбился в нее. И да, я, похоже, люблю ее.

Глаза Лили увлажнились, а у Брайдена от потрясения отвисла челюсть.

— Ты это серьезно, приятель?

— Да... серьезно.

— А ты ей об этом говорил? — спросил Эй-Джей.

— Еще нет.

— Тогда ты должен сказать, — приказала Лили.

— Да я бы с удовольствием, но она не разговаривает со мной.

Эй-Джей покачал головой.

— Вот почему тебе нужно сделать что-то чертовски грандиозное, чтобы она все поняла.

— И что же ты предлагаешь, мистер Латино-Любовник? вывести ее на сцену и спеть ей, как сильно я ее люблю?

Эй-Джей выпучил глаза, а Лили резко выдохнула. Когда я взглянул на Брайдена, тот широко улыбался.

— Именно это ты и сделаешь.

Эй-Джей и Лили оба закивали.

— Как мы обычно выводим фанатов, мне нужно вывести ее?

Эй-Джей щелкнул пальцами.

— Да, черт возьми!

— Звучит здорово, но как мне привести ее на выступление? Она не отвечает на мои звонки, сообщения, даже к двери не подходит.

Лили взяла мою руку в свои ладони.

— А вот это предоставь мне.

Минуту я ничего не говорил. Наоборот я затерялся в своих мыслях о том, как сделать этот вечер незабываемым для Эбби. И тут меня осенило.

— Лили, отведешь Эбби за покупками, пока мы будем репетировать?

— Хочешь, чтобы я ее вроде как отвлекла?

— Нет, просто она должна быть в белом, как в нашу первую встречу.

Выражение лица Лили смягчилось.

— О, Джейк, это так мило и романтично.

— Спасибо, — ухмыльнулся я. — Я рад, что получил от тебя вотум доверия. — После я повернулся к Браю и Эй-Джею. — Сегодня нам понадобится чуть больше времени на репетицию, чтобы добавить еще одну песню.

— Ты не воспользуешься обычной песней? — поинтересовался Эй-Джей.

— Нет, на этот раз она будет совсем другой и специальной для Эбби.

Брайден склонил голову набок.

— И какую песню ты собираешься петь?

Подмигнув ему, я ответил:

— А этот сюрприз я открою только на репетиции.

Глава 18 Эбби

Подол моего короткого белого платья из шифона струился вокруг ног, пока я пыталась не отставать от Лили. В ушах звенел рев толпы, вызванный «Обвиняемыми», когда мы пробирались через переполненные кулисы Арены Филлипс. Время от времени она оглядывалась через плечо и улыбалась. Я не могла сдержать ответной улыбки. В конце концов, это я ей обязана тем, что она пролила свет на все произошедшее.

И хотя я стойко держалась, пока Джейк умолял и упрашивал меня простить его, мне понадобилось всего несколько слов Лили, убедивших дать ему еще один шанс. Она постучала в дверь моего номера сразу после ухода Джейка, так что я, естественно, прокричала, чтобы он оставил меня в покое. Но вместо него я услышала настойчивый голос Лили. Когда я распахнула дверь, она нерешительно улыбалась мне с порога.

— Ты знаешь, что во всей этой ситуации я на твоей стороне. Но я должна это сказать, а когда закончу, только ты решать, как поступить.

Я скрестила руки на груди.

— Хорошо, я слушаю.

— Я знаю Джейка уже восемь лет и никогда не видела, чтобы он так вел себя по отношению к девушке или испытывал такие сильные чувства. Ни разу. Он великолепный музыкант, но совершенный профан в том, что касается сердечных дел. Но если он смог убедить меня, как сильно он сожалеет и насколько глубоки его чувства к тебе, то я готова поклясться, что это очень серьезно. — На мое стойкое молчание она вздохнула. — Послушай, Эбби, пять лет назад я была на таком же распутье, как и ты. Мне было больно и обидно из-за того, как ужасно поступил Брайден. Он столько раз все портил, что я даже не думала, что у меня хватит сил дать ему еще один шанс, когда он умолял меня, как и Джейк — тебя. Если бы я осталась непреклонной, то упустила бы самого потрясающего мужчину, какого только могла встретить, не говоря уже о том, что у меня не было бы двух чудесных детишек.

На мгновение я прикрыла глаза, а потом снова их открыла.

— Я просто боюсь, — призналась я.

Она кивнула.

— Знаю. Я тоже боялась, но если уж на то пошло, то и Джейк тоже боится. У него действительно доброе сердце, которое он впервые в жизни хочет отдать одной единственной девушке — тебе.

Не моргая и не шевелясь, я на миг уставилась на Лили, пока до меня доходил смысл сказанных ею слов. Оглянувшись через плечо, я окинула взглядом невероятной красоты красные, розовые, желтые и пурпурные розы, заполнившие мой номер. Я подумала о бесчисленных сообщениях Джейка и его поведении у лифта.

Покусывая нижнюю губу, я, наконец, задала вопрос:

— Так что же мне делать, чтобы у нас все наладилось?

На ее лице засияла улыбка, а потом она наклонилась ко мне для объятья.

— Ну, в первую очередь, тебе нужное белое платье!

Вот так я оказалась тут, следуя за ней в поисках «Сбежавшего поезда», а самое главное — Джейка. Завидев Фрэнка, говорящего с другими роуди, я пронеслась мимо Лили.

— Где Джейк? — запыхавшись, воскликнула я.

Его взгляд скользнул по моему наряду, а затем он улыбнулся.

— Хочешь, чтобы я отвел тебя к нему?

— Пожалуйста.

— Не вопрос, Ангел.

Он провел меня чередой комнат. Рис, Брайден и Эй-Джей наряжались во второй и ждали своего выхода на сцену. Завидев меня, они тут же засвистели и заулюлюкали. Наверно, выглядело так, будто я на задании, потому что они не пытались меня остановить.

— Иди и заполучи своего парня! — крикнул мне вслед Эй-Джей.

Мы покинули комнату с парнями, когда Франк остановился и показал на закрытую дверь.

— Он там. Конечно, он дал строгое указание не беспокоить его. — Подмигнув, Фрэнк добавил: — Но уверен, тебя он захочет видеть.

Я потянулась и поцеловала его в щеку.

— Спасибо.

Фрэнк развернулся и оставил меня одну в коридоре. От нервов меня мотнуло из стороны в сторону, когда я шагнула вперед. Дрожащей рукой я постучала в дверь гримерной.

— Вы там оглохли, что ли? Я же сказал, что хочу побыть один, убирайтесь! — прорычал он.

Подергав ручку, я обнаружила, что дверь не заперта. Мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов, прежде чем открыть ее. Джейк, сгорбившись, с хмурым видом сидел в одном из кресел. На звук захлопывающейся двери он вскинул голову.

— Я же сказал... — Но при виде меня остальные слова так и не покинули его губ. Он выпучил глаза и вскочил с кресла. И с выражением полнейшего неверия уставился на меня.

Уголки моих губ дернулись в улыбке.

— Только не говори мне, что я лишила тебя дара речи.

— Ангел, ты пришла. — А потом он показал на мое платье. — И ты в белом.

Я кивнула.

— Для тебя.

Расстояние между нами он пересек в два длинных шага.

— Это значит, что ты приняла мое извинение и готова дать самому главному кретину еще один шанс?

От такого заключения я не смогла сдержать смеха.

— Именно.

Притянув меня к себе, он впился в мои губы долгим поцелуем.

— Боже, ты делаешь меня таким счастливым, — прошептал он.

— Ты тоже делаешь меня счастливой.

Когда Джейк отстранился, его брови сошлись на переносице.

— Но что заставило тебя передумать? А то я уже был готов просить маму, чтобы она позвонила тебе и упрашивала за меня.

Я рассмеялась.

— Это бы помогло, но именно Лили открыла мне глаза.

— Правда? Ух ты, я впечатлен ее невероятными навыками убеждения. — Он ухмыльнулся. — Блин, я так рад, что она мне помогла. Наверно, теперь я перед ней в долгу, да?

— Не думаю, что ты ей что-то должен. Она лишь честно рассказала мне о том, что ты за человек на самом деле.

— Спасибо, Ангел, — с улыбкой ответил он. — А теперь дай-ка я хорошенько рассмотрю тебя.

Я слегка покружилась, чтобы он смог осмотреть платье. И хотя низ был выполнен из шифона, лиф был отделан белым бисером и пайетками. Благодаря тоненьким бретелькам мое декольте было представлено самым наилучшим образом: со вкусом и в то же время сексуально.

Джейк облизал губы.

— Ох, Ангел... Ты выглядишь просто сногсшибательно.

Я улыбнулась.

— Рада это слышать.

— Джейк, пора, — донесся из дверного проема голос Риса.

— Минутку, — ответил он.

Подтолкнув его к двери, я сказала:

— Тебе нужно идти. Ты же не будешь заставлять своих обожающих поклонников ждать.

Лицо Джейка стало серьезным.

— Перед выходом я должен кое-что тебе сказать.

Мое сердце заколотилось так часто, что я ощутила головокружение.

— Ладно, — пробормотала я.

Взяв мое лицо в свои ладони, Джейк пристально заглянул мне в глаза.

— Я люблю тебя, Ангел.

Его заявление заставило меня резко отстраниться.

— Любишь?

Он улыбнулся и провел большим пальцем вдоль моей скулы.

— Да.

Недоверчиво моргая, я продолжала смотреть на него. Но в конце концов, прошептала:

— О, Джейк, — и бросилась к нему. — Скажи еще раз, — приказала я, его грудь заглушала мой голос.

— Я люблю тебя, Эбби, — прошептал он мне на ухо.

— Я тоже тебя люблю. Очень-очень сильно, — ответила я, крепко его сжимая.

— Никогда бы не подумал, что услышу от тебя эти слова.

Обняв руками меня за талию, он прижался ко мне лбом.

— То же самое могу сказать о тебе.

— Джейк! — снова позвал Рис.

— Черт, не хочу уходить. Хочу быть здесь с тобой.

— У нас будет еще время после шоу.

Лицо Джейка помрачнело.

— Времени никогда не будет достаточно, тем более тебе завтра улетать.

— Мы что-нибудь придумаем, как и всегда.

— Может, в следующий раз наше выступление будет открывать «Лестница Иакова», а не эти придурки из «Обвиняемых».

Я засмеялась.

— Было бы здорово.

— Я говорю серьезно, Эбби.

Когда он употреблял мое полное имя, а не «Ангел», я понимала, что он настроен серьезно.

— Но...

Он приложил палец к моим губам, призывая меня замолчать.

— Мне нужно лишь согласие, а если я за что-то берусь, то обычно получаю то, что хочу.

Я покачала головой и не удержалась от улыбки, появившейся на моих губах.

— И снова в тебе играет эго.

— Пошли. — Он взял меня за руку и повел по темным коридорам. Мы добрались до сцены в тот миг, когда Эй-Джей торжественно выходил. Джейк подтащил меня чуть ли не к краю кулис. — Все выступление стой здесь, ладно?

Мои брови от удивления взлетели вверх.

— Прямо здесь? Я же почти на сцене, — возразила я.

Он засмеялся и проговорил:

— Я серьезно, Ангел.

А потом наклонился и поцеловал меня. Как только наши языки соприкоснулись, нас прервал голос объявляющего:

— Солист и гитарист — Джейк Слэйтер!

Отстранившись от меня, он с сожалением проговорил:

— Мне пора.

Потом игриво шлепнул меня по попе и с таким важным видом и самодовольством вышел на сцену.

Тут меня обняла за плечи рука Лили.

— Я так понимаю, у вас все хорошо?

Я не смогла сдержать глупой улыбки на лице.

— Да. Большое тебе спасибо за то, что ты поговорила со мной.

— Не за что. — Она одарила меня понимающей улыбкой. — Мне очень хорошо удается заметить настоящую любовь, а у вас с Джейком все по-настоящему.

От этих слов мое сердце затрепетало. А потом мы замолчали, чтобы насладиться выступлением наших мужчин. Когда техник принес Джейку гарнитуру и забрал у него микрофон, я в замешательстве нахмурила брови. Не знала, что они добавили в выступление другую часть.

Пристроив гарнитуру, он повернулся ко мне и подмигнул.

— Итак, как многим из вас известно, обычно в этой части шоу мы выводим на сцену какого-нибудь зрителя спеть с нами. Но сегодня вечером я хочу немного изменить эту традицию. — На миг Джейк замолчал, как будто пытался подобрать слова. — Три недели назад в мою жизнь ворвалась девушка. Ну, вообще-то она случайно ворвалась в мою постель, но это уже другая история.

Я ахнула, когда зрители разразились свистом и возгласами.

— До нее я пел о любви, отношениях и о той самой единственной, но в действительности же в это не верил. Но благодаря своей внешней и внутренней красоте, она научила меня дару отдавать свое сердце другому человеку. — Джейк прерывисто втянул воздух, и у меня сдавило в груди при виде того, как он боролся со своими эмоциями. — Во многом она спасла меня от ада, творящегося вокруг. Она поистине ангел — мой ангел. — Повернувшись к кулисам, он встретился со мной взглядом и улыбнулся. — Ну что ж, Ангел, выходи.

Оцепенев, я не могла моргнуть, не говоря уже о том, чтобы пошевелиться. Лили пришлось подтолкнуть меня, а то бы я так и осталась стоять на месте. На дрожащих ногах я пересекла сцену и остановилась там, куда подзывал меня Джейк. С моим появлением толпа обезумела, от ее крика у меня зазвенело в ушах.

Лицо Джейка расплылось в широкой улыбке, когда он взял меня за руку. Поднес ее к своим губам и галантно поцеловал пальчики, отчего зрители одобрительно завизжали.

— Атланта, это Эбби, но для меня она — Ангел.

Как будто видя себя со стороны, я перевела взгляд на толпу и слабо помахала свободной рукой.

— И поскольку я смог написать песню, отразившую все мои чувства к тебе, мне кажется, это о многом говорит. — Оглянувшись через плечо, Джейк сказал: — Ладно, парни, давайте зажжем.

Эй-Джей стал отбивать ритм на ударных, а Брайден заиграл на гитаре нежное вступление. Почти сразу я узнала песню и от удивления открыла рот. Это же Аэросмит «Ангел» — и она исполняется для меня.

— Я одинок, даже не знаю, смогу ли я пережить эту ночь... — запел Джейк в микрофон своей гарнитуры.

Я взглянула в его глаза и увидела отразившиеся в них эмоции. Поскольку его рукам не нужно было держать микрофон или гитару, они могли свободно меня обнимать. Пока он пел, то не сводил с меня глаз. Мои щеки залил румянец, и все тело окатило жаром из-за того, с какой преданностью он спел эти слова. На втором куплете он развернул меня и прижал к себе спиной, обхватив руками за талию. Закрыв глаза, я раскачивалась под звуки любовной песни, пока он напевал мне на ухо. Но даже с микрофоном казалось, будто он поет только для меня при том, что за нами пристально наблюдала пятидесятитысячная толпа. Я даже не поняла, когда Брайден запел вместе с ним.

В этот миг не осталось никого, кроме Джейка, поющего только для меня эти потрясающие слова. Дойдя до повторяющейся фразы: «Приди и защити меня сегодня ночью», — он снова развернул меня. Притянув мое разгоряченное тело к себе, Джейк накрыл ладонью мою щеку, а потом приблизился ко мне губами. Мне было наплевать, что мы стоим перед несколькими тысячами людей. Мне казалось, что здесь мы лишь вдвоем, и я не могу никак насытиться им. Обвив руками его за шею, я прильнула к нему и поцеловала глубже. Наши языки исполняли свой танец, пока Эй-Джей с Брайденом допевали последние слова за Джейка. Мы не отрывались друг от друга до самого конца песни, и лишь крики и свист нарушили это мгновение.

Я неуверенно отошла от Джейка, а потом перевела свой обезумевший взгляд на зрителей. При виде моей реакции Джейк тихонько рассмеялся в микрофон.

— Так что думаешь, Атланта? Теперь ты видишь, почему эта потрясающая девушка украла у меня сердце?

Сморщившись, я ожидала неодобрительных возгласов и цыканий, которые должны были последовать, потому что какая-то стерва украла Джейка у обожающего его женского гарема. На удивление я услыхала только одобрительные возгласы и свист.

— А знаете, что еще? У нее офигительный голос, и мы не только записали наш первый дуэт, но и написали вместе песню. Вы хотите ее послушать?

И хотя фанаты обезумели, я все равно схватила его за рубашку и возразила:

— Нет, Джейк!

Он склонился ко мне и прошептал на ухо:

— Не спорь со мной, Ангел. Хоть ты мне и не веришь, но ты готова для этого момента. Тебе лишь нужно отключиться и просто смотреть мне в глаза. Мы, как и всегда, будем петь друг для друга.

Его слова вызвали во мне волну удовольствия. Расправив плечи, я, в конце концов, согласно кивнула. Что было правильным, потому что вдруг из ниоткуда возник техник с точной копией моей гитары.

— Но как... — начала я, пока другие техники выносили на сцену табуреты и устанавливали микрофоны.

С озорной усмешкой он в ответ только подмигнул мне. Потом снял гарнитуру и повернулся к зрителям. Мы оба уселись на стулья и устроили гитары на коленях. Я пригладила свое платье, чтобы не светить ногами перед половиной Атланты.

— Что ж, это очень особенная песня, и называется она «Я заберу тебя с собой».

Джейк заиграл вступительную часть, а после к нему присоединилась я. Вместо того чтобы петь в зал, он развернулся на стуле так, чтобы видеть меня во время пения. И снова его выступление было таким прочувствованным и полным эмоций, что мне на глаза навернулись слезы. Припев мы спели вместе, а потом настал черед моего соло. Все это время я не сводила глаз с Джейка. На его губах блуждала тень улыбки, пока он перебирал струны гитары.

В конце песни он наклонился ко мне, чтобы поцеловать.

— Я люблю тебя, Джейк, — прошептала я в его губы.

— Я тоже тебя люблю, Ангел.

Он поднялся со стула и взял со стойки микрофон.

— Спасибо тебе, Атланта! Люди из моего родного города, вы как всегда потрясающие. Увидимся в следующем году!

Взяв меня за руку, Джейк увел меня со сцены. Как только мы оказались за кулисами, он сгреб меня в объятья. Положив руки мне на попу, он поднял меня, и я обхватила его ногами за талию.

Наши губы исступленно двигались, когда позади нас раздался кашель Брайдена. Я неохотно отстранилась и посмотрела на него через плечо. Тот с улыбкой проговорил:

— Полагаю, это означает, что теперь у вас все хорошо?

Поглаживая ладонями мои ягодицы, Джейк хитро улыбнулся мне.

— Я бы сказал более чем хорошо.

Я с силой потянула его за пряди волос на затылке.

— Мистер Слэйтер, перестаньте лапать меня на людях.

— Ангел, ты неправильно просишь меня остановиться. Я чертовски завожусь, когда меня тянут за волосы, — прошептал он мне на ухо. Я поежилась от его слов и теплого дыхания.

— Хм-м, значит, если я позволю увести меня в автобус и немного пошалить, ты снова от меня сбежишь?

Его глаза решительно блеснули.

— Никогда. Ты моя и от меня не избавишься.

Я заулыбалась.

— Хорошо, рада это слышать.

Тут к нам подошли Фрэнк с Эл-Элом.

— Парни, там на улице вас ждет огромная толпа народа. Нужно будет много чего подписать.

— Хорошо, — ответил Джейк и с неохотой поставил меня на ноги. Все еще не отпуская мою талию, он повел меня на улицу через заднюю дверь арены, парни следовали за нами. При виде Джейка толпа, состоящая преимущественно из девушек и женщин, разразилась криками и возгласами.

Когда фанаты окружили Джейка и парней, я ухмыльнулась.

— Пойду-ка я в автобус.

Он улыбнулся и поцеловал меня в макушку.

— Фрэнк, — окликнул он.

Тот кивнул и покровительственно обнял меня рукой за плечи.

— Пошли, Ангел.

Фанаты едва нас узнавали, пока мы протискивались мимо них. Их волновал только «Сбежавший поезд», но больше всего — солист.

Не в состоянии стереть глупой улыбки с лица я взглянула на Фрэнка.

— Ты видел, что сделал Джейк?

Он усмехнулся.

— О, да. Видел и слышал. — Мужчина подмигнул мне. — И я безумно счастлив, что он, наконец, поумнел и влюбился в потрясающую девушку.

Я захихикала, как пьяная, хотя на самом деле была трезва как стеклышко. Но в этот миг я явно была под сильным кайфом. Выбравшись из объятья Фрэнка, несколько минут я шла задом-наперед, повернувшись к нему лицом.

— Не могу поверить, что он вытащил меня на сцену и спел со мной перед всеми этими людьми — что я действительно его ангел. — Я проглотила ком в горле. — И что он любит меня.

— Даже я, будучи таким старым пердуном, должен признаться: это было невероятно трогательно и романтично.

Нас прервал пронзительный визг девушек, заставивший обоих оглянуться через плечо. Похоже, фанатки загнали в угол парней, и округлившиеся глаза Джейка устремились к нам. Фрэнк достал из кармана телефон и уточнил по поводу охраны.

— Дальше я сама дойду. Иди и помоги Джейку.

— Хорошо, Ангел.

Шагая, я размахивала подолом своего платья, мне казалось, что я лечу по воздуху. Уверена, если бы меня сейчас кто-то увидел, то решил бы, что меня несет какое-то неведомое существо. Чтобы сдержать улыбку, мне пришлось закусить губу. Джейк по-настоящему меня любит. Потрясающее чувство.

Но стоило мне завернуть за угол, как кто-то схватил меня за волосы и дернул назад. Я вскрикнула, и моя голова с такой силой впечаталась в бок автобуса, что у меня перед глазами заплясали звездочки. Из-за того, в каких неблагополучных районах я жила, мои родители, как только я научилась ходить, отдавали меня во всевозможные классы по самообороне. Но, конечно же, ничто не подготовит к тому, что тебя застанут врасплох, а все мысли спутаются в голове от болезненного удара о сталь.

Пальцы сильнее сжали мои волосы, когда меня еще раз ударили головой о борт автобуса. Поднявшись на ноги, я развернулась, чтобы нанести два резких удара в лицо нападавшему, отчего тот тут же отшатнулся назад. В тусклом свете парковки я прищурила глаза.

— Бри? — онемев, спросила я.

Ее грубый голос эхом прорвался сквозь мое дезориентированное состояние.

— Ах ты, хренова сучка! Ему было недостаточно выкрикивать твое имя, находясь внутри меня, так нет же, ему еще нужно было выйти и спеть с тобой! — Она яростно замотала головой. — Если ты думаешь, что я так легко отпущу Джейка, то ты очень ошибаешься!

Следующий удар я попыталась заблокировать, но она схватила меня за плечи и снова ударила головой, заставив меня вскрикнуть.

— Что ты с ним сделала? Джейку никогда в жизни не нравились такие девушки, как ты. А теперь он поет тебе песенки и признается в любви. Он должен любить меня!

— Да, мне жаль, но он тебя не любит. Он любит меня, — возразила я.

Бри отпустила мои волосы, но не успела я прийти в себя, как она ударила меня в рот, отчего на нас отлетели капли крови. Когда я увернулась от следующих двух ударов, она с силой пнула меня в живот. От боли я согнулась пополам, и она толкнула меня в спину. Свернувшись на земле, я пыталась уклониться от следующего пинка, но тот угодил прямо мне по ребрам.

— Джейк! — из последних сил закричала я.

— Да, давай посмотрим, как ты будешь нужна Джейку, когда я разберусь с тобой, — насмехалась надо мной она.

Рот наполнил привкус металла, и я сплюнула на землю кровь.

— Джейк! — снова прохныкала я.

И когда уже все вокруг начало меркнуть, я услышала голос Джейка:

— Ангел!

А потом меня накрыла кромешная тьма.

Глава 19 Джейк

Заметив, что ко мне направляется Фрэнк, я наконец-то выдохнул. Когда в последний раз меня так окружили, я лишился рубашки и ботинка, а за яйца меня схватили множество раз. Хрен поймешь, где остальные охранники, но я надеру им задницы за то, что они оставили нас практически без охраны, не говоря уже о том, что сейчас нас спасает роуди.

— Можешь подписать вот здесь? — спросила какая-то грудастая блондинка, оттянув ворот футболки и сунув мне в лицо свои сиськи.

— Да, конечно.

Она заулыбалась.

— Ты подпишешь одну, а Эй-Джей — другую.

Тот усмехнулся.

— Что-то мне подсказывает, дамы, что это последняя пара сисек, которую подписывает наш приятель Джейк. Теперь он официально сходит с дистанции.

Маркером я написал на ее коже свое имя.

— Должен согласиться, чувак.

Блондинка надула губы, когда Эй-Джей наклонился к ней, чтобы оставить свою подпись.

— Ему же хуже. Между прочим, остается еще одна милая парочка парней. — Эй-Джей подмигнул, а его ручка немного дольше положенного задержалась на ее коже, что вызвало смех у девчонки. Наклонившись вперед, он что-то прошептал ей на ухо. Ее глаза округлились, а потом она энергично закивала головой.

Я уже было открыл рот, чтобы возразить: если сегодня ночью он собирался занять спальню и трахаться со случайной девчонкой, то ему придется подумать дважды. Я сам планировал зайти немного дальше со своей девушкой, но не настолько далеко, чтобы унизительно лишить ее девственности в автобусе. Нет, она заслуживает лепестки роз, качественное постельное белье и прочие розовые сопли.

— Эй-Джей... — начал я, но меня прервал чей-то крик.

— Что это было? — спросил Рис, вытянув шею из толпы фанаток.

Донесся еще один душераздирающий крик — на этот раз звали меня. Он пронзил меня в самое сердце, потому что я узнал этот голос.

— Эбби! — закричал я, выронив из рук то, что мне последним сунули для подписи фанаты. Я стал расталкивать людей в стороны.

— Черт возьми, да подвиньтесь же! — Мне было наплевать, что я отталкивал фанатов. Эбби нуждалась во мне.

Как только я выбрался из толпы, то тут же понесся к парковке. Фрэнк и Эй-Джей не отставали. Обогнув автобус, я увидел свернувшуюся на земле Эбби, ее когда-то белоснежное платье было заляпано грязью и, хуже всего, кровью. Над ней стояла Бри и, не переставая, била ее ногой.

— Какого хрена ты вытворяешь? — закричал я, подбегая к ним. — Убери от нее свои грязные руки, Бри!

Когда от звука моего голоса она даже не дрогнула, я с рвущимся из меня рыком впился пальцами в плечи Бри. Изо всех сил оттащил ее от Эбби и так сильно припечатал к стенке автобуса, что услышал безошибочный треск ломающихся костей. И хотя Бри закричала от боли, я не обратил на это внимания. Мои мысли занимала лишь Эбби.

Я опустился на колени и прижался к ней, при этом отметив про себя степень ее повреждений. Из огромной раны на затылке темно-красной рекой текла кровь. На лице зияли красные воспалившиеся рубцы, разбитая губа кровоточила. К животу она прижимала руку и в то же время, постанывая, мотала головой из стороны в сторону.

При виде ее мучений у меня так сдавило грудь, что я не мог вздохнуть.

— Господи, Ангел!

Она с трудом распахнула веки.

— Джейк? — хрипло произнесла она.

— Я здесь. Ты в безопасности. Никто больше не причинит тебе вреда.

Когда глаза Эбби снова закрылись, я взглянул на Фрэнка.

— Найди машину!

Ничего мне не ответив, он тут же сорвался с места. Как можно аккуратнее, я взял Эбби на руки. Попытавшись подняться с ней, я покачнулся, отчего она вскрикнула.

— Прости, малышка. Мне очень-очень жаль.

Ее глаза расширились, а брови от боли сошлись на переносице.

— Джейк... больно... очень.

Я поморщился.

— Знаю, Ангел, и мне очень жаль. Но мы как можно скорее доставим тебя в больницу.

Прижимая ее к своей груди, я подбежал к обочине, где нас уже ждал Фрэнк на машине. Эй-Джей распахнул дверь, и я опустил Эбби на сиденье. Она взвизгнула от боли и вцепилась в меня. Мои глаза щипало от слез, пока я снова и снова повторял: «Мне очень-очень жаль». Как только я уселся сам и положил ее к себе на колени, она уже не рыдала, а лишь всхлипывала.

Эл-Эл запрыгнул на переднее сиденье к Фрэнку, а Эй-Джей устроился рядом со мной. Пока я прижимал Эбби к груди, то заметил, что у нее закрываются глаза.

— Пожалуйста, не засыпай. Не отключайся.

И хотя у меня нет медицинского образования, но по ране на голове можно было предположить, что у нее сотрясение мозга.

Как бы я ни пытался удерживать ее в сознании, боль, видимо, оказалась настолько сильной, что она отключилась. Мы быстро домчались до отделения экстренной помощи больницы Пидмонт. Понятия не имею, как Фрэнк так быстро вылез из машины, но он уже открывал мне дверь. Когда мы влетели в двери больницы, все в комнате ожидания повернули головы в нашу сторону и уставились на нас.

Буквально через пять секунд кто-то завизжал:

— Боже мой! Это же Джейк Слэйтер!

— И Эй-Джей Ресендиз!

Не обращая на них никакого внимания, я подбежал к стойке, где на меня с широко распахнутыми глазами глядела дежурная сестра.

— Мою девушку очень сильно избили, и ей нужна медицинская помощь. — Девушка тут же перестала торопиться, поэтому я прикрикнул: — Сейчас же, вы меня слышали?

— Д-да, сэр.

Автоматические двери с надписью «Только для персонала» с шумом открылись, и я пробежал через них. Но вперед вышли две медсестры и стали выгонять меня обратно в зал. Как только я положил Эбби на каталку, они оттеснили меня к двери.

— Нет, подождите, я хочу остаться с ней.

— Простите, сэр, но...

Я дернул рукой себя за волосы, а слезы отчаяния обожгли мои глаза.

— Вы не понимаете. Черт возьми, я люблю Эбби! Во всем мире я люблю только двух женщин, и одна из них уже умирает. Я не могу потерять еще и Эбби! — заплакал я.

— Я очень сожалею, но по правилам нашей больницы друзья и члены семьи должны находиться тут, пока мы оцениваем состояние пациента.

Мои руки по бокам сжались в кулаки, и я прокричал:

— Да пошли на хрен правила вашей больницы!

Пока одна медсестра разрезала платье Эбби, другая положила мне руку на плечо.

— Пожалуйста, сделайте так, как мы просим. Вы ей не поможете, если мы вызовем охрану, и вас арестуют.

— Вы обещаете мне, что позаботитесь о ней и не позволите умереть?

Ее лицо смягчилось.

— Мы окажем ей самую лучшую помощь, но большего я обещать не могу.

Расстроенно выдохнув, я вышел за дверь и смотрел, как та закрылась за мной, пока сестры разбирались с Эбби. Бушующие внутри меня рыдания, наконец, вырвались на свободу. Когда я уже был готов упасть на колени, меня за талию обняла крепкая рука Фрэнка.

— Пошли, сынок.

Поскольку глаза мне застилали слезы, я позволил ему провести меня через двери для персонала и вывести в комнату ожидания. Плюхнувшись на стул, я обхватил голову руками, и все мое тело сотрясли рыдания.

— Она поправится, Джейк. Просто ее очень сильно избили, — заверил Эй-Джей.

— Я не могу ее потерять, — бормотал я.

Он похлопал меня по спине.

— И не потеряешь, дружище.

— Может, стоит позвонить ее родителям и братьям? — спросил Фрэнк.

Вытащив из кармана брюк телефон, я передал его Фрэнку.

— Там записан телефон Мики. Сегодня они все вместе, у них концерт в Теннесси или Кентукки.

— Хорошо, я позвоню.

При мысли, что родители Эбби и братья узнают о произошедшем, я вздрогнул. Плохо уже то, что я не входил в их список хороших людей, так еще то, что она с побоями и переломами лежала из-за меня в неотложке, не укрепит наши отношения.

Подняв голову, я вытер слезы. К моему ужасу два человека, находящиеся в комнате, стали делать снимки. Не в состоянии контролировать свои эмоции я развернулся на стуле.

— У вас вообще совесть есть?! Буквально полчаса назад мою девушку избили чуть ли не до смерти, и вдобавок ко всему моя мама умирает от рака! А вы считаете, что можете делать чертовы фотографии и распускать сплетни?

Их глаза потрясенно расширились, а Эй-Джей обхватил меня рукой за плечи.

— Забей, чувак. — Оттащив меня к стойке регистрации, он поинтересовался у дежурной: — Здесь есть какое-то более уединенное место, где можно подождать?

Дама кивнула.

— Конечно, пройдите туда.

Когда двери для персонала снова открылись, Эй-Джей вместе с Рисом, появившимся несколькими минутами ранее, провели меня внутрь маленькой комнатки с плюшевыми креслами. Я отказался сесть и, кусая ногти, стал расхаживать по комнате, словно зверь в клетке.

— Почему они ничего нам не говорят?

— Им нужно сначала ее осмотреть, — возразил Эй-Джей.

Стоя в дверях, я краем глаза заметил, как в больницу, прихрамывая, вошла Бри со своим отцом Лайлом. Внутри меня закипела ярость, и я бросился в коридор. Не успел я опомниться, как уже вцепился в ее плечи и так сильно тряс, что у нее заклацали зубы.

— Ах ты, пронырливая сучка! Как ты могла так поступить с Эбби? Она же тебе ничего не сделала!

Рис схватил меня за талию и оттащил в сторону.

— Друг, не трогай ее!

— Трогать ее? Да я хочу ее убить!

Мое ухо обожгло дыхание Риса, когда тот тихо проговорил:

— Послушай, я знаю, что сейчас тебе хочется сломать ей шею, но подумай трезво. Ты тоже на нее сегодня напал, и они с Лайлом могут подать на тебя в суд. Разорви с ними все отношения и отправь ко всем чертям.

— А что по поводу нападения Бри на Эбби? Ей так просто все это сойдет с рук? — прошипел я.

— Это уже другая история, приятель. Поверь мне.

Я оттолкнул его от себя.

— Ладно.

По лицу Бри текли слезы.

— Прости, Джейк. Пожалуйста, прости.

— Мне не нужны твои бредовые извинения. Это у Эбби ты должна просить прощения.

Лайл обнял Бри за плечи.

— Очень жаль, что все так заканчивается.

— Собирайте свои вещи и валите отсюда. Мои адвокаты с вами рассчитаются. — Мой взгляд впился в Бри. — Но лучше бы ей никогда больше не появляться на моих концертах, иначе я выдвину обвинения!

Бри разразилась рыданиями, и Лайл повел ее в одну из комнат, где медсестра оценит ее состояние. Вскоре появились Брайден и Лили, мертвенно-бледные и взволнованные.

— Что-нибудь слышно?

— Нет, — несчастно пробормотал я.

Мне показалось, будто прошла целая вечность, прежде чем в комнату вошла врач средних лет в белоснежном халате.

— Кто из вас Джейк Слэйтер? — спросил она.

Я стоял на подкашивающихся ногах, стараясь не потерять сознание.

— Я, — прохрипел я.

Она ободряюще мне улыбнулась, отчего я почувствовал огромное облегчение.

— Меня зовут доктор Митчелл, и я веду дело мисс Ренард.

— Как Эбби?

— Не буду скрывать, она получила очень сильные повреждения. Томограмма и рентген подтвердили, что у нее ушибы, сломанные ребра и ключица, а также сотрясение мозга, но, к счастью, внутреннего кровотечения и кровоизлияний нет.

У меня будто гора с плеч свалилась, и я выдохнул.

— Так с ней все будет в порядке?

Доктор Митчелл кивнула.

— Но ей потребуется некоторое время, чтобы поправиться. Сломанные ребра могут срастаться до восьми недель, и этот процесс очень болезненный. После наложения швов мы дали ей успокоительное и перевезли в палату. Эту ночь она побудет здесь, а потом мы, возможно, выпишем ее через день или два в зависимости от того, как пойдет выздоровление.

— Можно ее увидеть?

Доктор Митчелл помедлила.

— Сейчас мы дали ей сильное успокоительное от боли, поэтому она вряд ли проснется.

— Мне все равно. Я просто хочу быть рядом с ней. Я ни на минуту не оставлю ее. Я хочу быть там, когда она проснется.

Доктор Митчелл с улыбкой похлопала меня по руке.

— Ей очень повезло, что у нее такой заботливый и любящий парень.

Я чуть не ляпнул: «Ага, и именно потому, что я думаю передним местом, Эбби сейчас вся в синяках и переломах».

— Подождите полчаса, и вы сможете ее увидеть. Она на четвертом этаже.

Протянув руку, я пожал ладонь доктора Митчелл.

— Большое вам спасибо, а особенно за то, что так хорошо позаботились о моем Ангеле.

— Не за что, — ответила она и вышла из комнаты.

— Хочешь, я останусь с тобой? — спросил Брайден, пока Рис и Эй-Джей согласно закивали.

— Нет, я в порядке.

— Уверен? — переспросил Эй-Джей.

— Да, вы, парни, езжайте домой.

Брайден шагнул вперед, чтобы обнять меня.

— Фрэнк сказал, что семья Эбби будет здесь утром. Им придется ехать на машине, потому что билетов на самолет нет.

От этих новостей я внутренне съежился.

— Хорошо, спасибо, что сообщил.

После того, как Эй-Джей и Рис обняли меня по-братски, Брайден сказал:

— Сейчас мы уедем, но утром вернемся проведать Эбби.

— Спасибо, парни.

Пока я ждал разрешения подняться к Эбби, я позвонил маме. Она очень расстроилась, услышав о том, что произошло. Но будучи самой потрясающей и заботливой женщиной, она сказала, чтобы я привез Эбби к нам домой, на ферму, где она могла бы восстановиться. Мысль о двух самых любимых женщинах, находящихся в одном месте, наполнила меня огромным счастьем.

Я только закончил разговор с мамой, как вышла медсестра и сказала, что Эбби наверху и я могу ее увидеть. Всю дорогу на лифте я корил себя за произошедшее. Прокрутил тысячи различных сценариев «а что, если» в голове: почему я не обеспечил большую безопасность и не настоял на том, чтобы Фрэнк проводил Эбби до автобуса. Но прежде всего, я никак не мог понять, как же такая женщина как Бри оказалась в моей жизни и постели.

Дойдя до палаты Эбби, я задержался у двери. Я очень боялся того, что мог обнаружить внутри. Вина все сильнее сдавливала грудь. Грехи прошлого ворвались в мое будущее и чуть не разрушили мое идеальное счастье. Совершенно подавленный я толкнул дверь.

Комната утопала в тени, лишь тусклый свет над кроватью освещал Эбби. Но даже в темноте я видел, насколько сильные у нее повреждения. От одного вида воспаленных фиолетовых и зеленых синяков и ее опухшего лица у меня возникло ощущение, будто меня ударили между ног. Согнувшись пополам, я обхватил руками колени и попытался утихомирить вышедшие из-под контроля эмоции, сделав несколько глубоких вздохов.

Эбби всхлипнула, и я резко вскинул голову.

— Ангел? — спросил я, а потом приблизился к кровати. Взял ее за руку, к которой была подключена капельница. — Ангел, я здесь, я люблю тебя.

Ее глаза оставались закрыты, а брови нахмурены.

— Отдыхай, малышка. Теперь ты в безопасности, и я тебя не брошу.

Но беспокойство не уходило, и я уже думал позвать медсестру, чтобы ей дали еще обезболивающего. И тут у меня в голове возникла идея, и я решил попробовать. Пододвинув к кровати стул, я опустился на него и снова начал петь песню «Ангел», которую до этого исполнял для нее. Почти тут же она успокоилась и притихла.

Я продолжал напевать ей и другие песни, пока у меня не сел голос, а веки не закрылись от усталости. Положив голову на кровать, возле ее бедра, я заснул.

***

Ото сна меня пробудили янтарные лучи солнца, пробивающиеся сквозь жалюзи. Подняв голову, я взглянул на Эбби. Отечность на лице немного спала, но синяки были все так же ужасны. Я собирался сходить в туалет, когда она застонала. Ее веки задрожали, и я наклонился вперед.

— Ангел?

Она распахнула глаза и повернула голову, чтобы посмотреть на меня, но сморщилась от боли.

— Джейк...

— Тебе больно? Давай я позову медсестру.

— Нет, не надо. Просто у меня сильная слабость, и мне очень тяжело.

Я кивнул.

— Ты в больнице. Помнишь, что случилось?

— Бри пыталась меня убить, — хрипло ответила она.

— Да.

— Но со мной все в порядке?

Я пересказал ей все слова доктора Митчелл, а потом взял ее за руку, крепко сжал и, поднеся к губам, покрыл поцелуями тыльную сторону ладони и ее пальчики.

— Мне очень-очень жаль, что все так произошло, Ангел.

— Но это не твоя вина.

— Моя. Если бы я не связался с Бри, она бы никогда на тебя не набросилась. — Стыдясь навернувшихся на глаза слез раскаяния, я уткнулся лицом в одеяло. — Я все разрушил.

— Это не так.

Подняв голову, я грустно посмотрел на нее.

— Нет, так. Я никогда не буду тебя достоин.

— Прекрати, Джейк. Не нужно себя винить. — Она потянулась рукой и провела пальцами по моей щеке. — Ты подарил мне самый романтичный вечер в моей жизни — перед пятидесятитысячной толпой ты сказал, что любишь меня больше всего на свете и что моя любовь спасла тебя. Что бы ни произошло, оно не отнимет у меня это мгновение.

Я простонал:

— Ты говоришь такие слова, что я уже в сотый раз убеждаюсь: ты слишком хороша для меня.

Эбби слегка покачала головой.

— Ночью ты оставался со мной?

— Конечно.

Она попыталась улыбнуться мне, но из-за швов на губе улыбка вышла больше похожей на гримасу.

— Когда я думаю, что сильнее любить тебя уже невозможно, ты доказываешь мне обратное.

— Послушай, Ангел, впереди тебя ждет очень долгое восстановление — возможно, недель шесть. Поэтому я хочу, чтобы ты приехала ко мне на ферму и позволила позаботиться о тебе.

Глаза Эбби расширились.

— Нет, Джейк, я не могу тебе этого позволить. У тебя и так столько проблем с мамой.

Я встряхнул головой.

— Ангел, это не обсуждается. Я не спущу с тебя глаз. Все выздоровление я намерен следить за каждым твоим шагом.

— Но как же твоя мама?

Я усмехнулся.

— Вообще-то это она предложила. — Когда Эбби начала возражать, я добавил: — Мы оба очень этого хотим, Ангел. Тем более, она знает о моей любви к тебе. И именно она сказала мне бороться за тебя, когда я все испортил.

— Правда?

— Да, так что спорить бесполезно, понятно?

Глаза Эбби засветились от счастья.

— Спасибо. Я с огромным удовольствием проведу это время с тобой.

— Отлично, рад это слышать. — Я поднялся, чтобы нежно поцеловать ее в лоб — единственное непострадавшее место. А потом с улыбкой добавил: — Поскольку мы на какое-то время выпадем из турне и записи альбома, ты можешь сказать мне, какие песни хорошие, а какие — отстой.

— Я очень сомневаюсь, что они отстойные.

— Спорный вопрос. — Я накрыл свою щеку ее ладонью. — Может, мы еще раз посотрудничаем?

— С удовольствием. — Ее пальцы коснулись щетины на моем лице. — Все, что угодно, лишь бы быть с тобой.

— Могу сказать то же самое, Ангел, — с улыбкой ответил я.

Наше прекрасное мгновение нарушила распахнувшаяся дверь, и в палату влетели родители Эбби.

— Ох, Эбигейл, дорогая! — воскликнула ее мама, Лаура, практически отпихнув меня локтем с дороги, чтобы подбежать к Эбби. По ее лицу текли слезы, и она боролась с желанием обнять свою дочь и при этом не причинить ей боль. В конце концов, она взяла ее за руку.

— Мам, все не так плохо, как кажется. Я поправлюсь.

— Мы только что говорили с доктором, и, как по мне, все очень плохо, — ответил ее отец, Эндрю. Его лицо стало жестче, когда взгляд впился в меня. При виде заляпанной кровью Эбби футболки и выглядывающих из-под рукавов татуировок его темные глаза сузились. Даже не поздоровавшись и не представившись, он сердито спросил: — Как ты это допустил?

Моя рука машинально взлетела вверх в знак покорности.

— Мистер Ренард, мне ужасно жаль, что это произошло с Эбби. Я не хотел, чтобы ей причинили боль из-за меня, — как можно искренне ответил я.

Очевидно, мои слова не произвели на него никакого впечатления. Он отошел от кровати Эбби, обогнул ее и подошел ко мне.

— Ни для кого не секрет, что мы с женой совершенно не рады возникшей влюбленности Эбигейл к тебе. Благодаря своей репутации бабника и пьяницы, ты самый последний на этой земле молодой человек, с которым нам бы хотелось, чтобы связалась наша дочь.

— Папа! — предостерегла его Эбби. Повысив голос, она поморщилась от приложенных усилий.

— Прекратите! Вы же ее расстраиваете! — воскликнул я, подойдя к нему вплотную.

— Не указывай, что мне делать! Эбигейл — моя дочь, и я сам знаю, что для нее лучше, — возразил Эндрю. Он сделал еще шаг вперед, так что мы практически оказались нос к носу. — Когда ее выпишут из больницы, я увезу ее в Техас, где она и должна быть. Очень надеюсь, что, оказавшись подальше от тебя, очень-очень далеко, она позабудет свою глупую влюбленность и опомнится.

Я открыл рот, чтобы возразить, но Эбби меня опередила:

— Пап, перестань так обращаться с Джейком! Я никуда с тобой не поеду!

Брови Эндрю взлетели так высоко, что чуть не исчезли в волосах.

— Что ты сказала?

Эбби слегка успокоилась.

— Прости, но ты очень неуважительно и грубо обращаешься с парнем, который всю ночь, пока я была без сознания, провел на неудобном стуле, чтобы я была в безопасности и не одна. — Эбби вздохнула. — Но больше всего ты разбиваешь мне сердце своей холодностью и черствостью к мужчине, которого я люблю.

От заявления их дочери у Эндрю и Лауры отвисли челюсти.

— Вы у меня самые лучшие родители и всю жизнь учили меня не судить людей и каждому, независимо от обстоятельств, давать шанс. А теперь вы пренебрегаете всем, что привили мне?

— Эбигейл, просто... — начала Лаура.

— Нет, вы судите о Джейке стереотипами, по слухам и тому, что видите. Но он не просто рокер. У него нежное сердце и щедрая душа. Если бы вы только видели, с какой любовью и признательностью он относится к своей маме, своим членам группы и даже команде, с которой работает, то поняли бы, что он вам понравится и вызовет ваше уважение.

Дрожащей рукой Эндрю провел по волосам, а Лаура посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. Как и Эбби, она кусала нижнюю губу, когда нервничала и набиралась смелости, чтобы произнести нужные слова.

— Ты действительно любишь Эбби? — спросила Лаура.

— Да, мэм. Я люблю ее всем сердцем и душой. И намерен надрывать задницу... — Подобрав неподходящее слово, я откашлялся. — То есть, очень стараться, чтобы всю оставшуюся жизнь доказывать, что я достоин Эбби и ее любви.

— О, как это мило, — не удержалась Лаура, на что Эндрю только хмыкнул.

— Папа, ты же знаешь, что я люблю вас обоих и не сделаю того, что может причинить вам боль или разочаровать. Как я говорила раньше, я взрослая и должна жить своей жизнью. И сейчас, выздоравливая, я хочу быть с ним.

От ее слов на моих губах появилась сияющая улыбка. Я чертовски гордился тем, какая же она сильная. И за то, как она сумела постоять за меня и за себя, я любил ее еще больше.

— Но, Эбби, мы хотим, чтобы ты была с нами, пока выздоравливаешь. Я даже не могу допустить мысли, чтобы оставить тебя.

Я осторожно потянулся к Лауре и взял ее за руку.

— Вам не придется этого делать. Мы будем невероятно рады, если вы с мистером Ренардом тоже останетесь у нас на ферме столько, сколько захотите.

От этих слов глаза Лауры потеплели.

— Правда? Ты не будешь возражать?

— Конечно, нет. Вы нужны Эбби. — При этом я многозначительно посмотрел на Эндрю.

Несколько секунд мы глядели друг на друга, а потом он, наконец, покорно вздохнул.

— Приношу свои извинения за все, что сказал. — Он протянул мне руку. — Полагаю, мы так официально и не познакомились. Меня зовут Эндрю Ренард.

— Джейк Слэйтер, — ответил я, пожав ему руку.

И хотя ему это было неприятно, но он расплылся в улыбке и добавил:

— Приятно познакомиться.

— Взаимно.

— Ребята, какой же счастливой вы меня делаете, — произнесла Эбби.

— Все для тебя, милая, — сказала Лаура.

Эбби поморщилась.

— Это хорошо. Потому что мне нужно еще обезболивающее.

Как бы мне ни хотелось сделать самому, но я отошел в сторону и позволил Эндрю нажать кнопку вызова медсестры. Я понял, что дорога к выстраиванию наших отношений будет такой же долгой.

Глава 20 Эбби

Следующий месяц я, восстанавливаясь, провела на ферме Джейка. И хотя я была разбита физически, но не знаю, когда еще была так счастлива эмоционально. Конечно, необязательно, чтобы меня избила до полусмерти психованная и ревнивая бывшая подружка Джейка, но с другой стороны так я могла провести время с ним и его мамой. Первую неделю мои родители оставались в гостевой спальне, а я — по соседству в спальне Джейка. И хотя сарай мог похвастать отделанным чердаком — лучше, чем в любой квартире, — Джейк отказывался спать вдали от меня, поэтому ночи он проводил в кресле возле моей кровати или на диване в гостиной. Я предложила ему спать со мной, но он слишком боялся ночью случайно задеть мои раны.

Всю первую неделю Джейк, мои родители и Сьюзен душили меня своей заботой. Даже Рис, Брайден, Лили и Эй-Джей тряслись надо мной. Не поймите меня неправильно. Очень приятно, болея, получать любимую домашнюю еду мамы или небольшие подарки от друзей. Но спустя некоторое время меня просто избаловали. Я даже не могла чихнуть, чтобы кто-то, испугавшись, не подлетел к моей кровати. Это было мило, но при этом невероятно раздражало.

Когда я снова в буквальном смысле встала на ноги, родители с неохотой вернулись в Техас. Им пришлось оставить работу на десять дней, чтобы удостовериться, что я иду на поправку. Их по-прежнему не радовало то, что я выздоравливала рядом с Джейком, но, по крайней мере, смирились с тем, что я взрослая и сама принимаю решения. Мы со слезами попрощались, и я пообещала вернуться домой в конце месяца.

В какие-то дни Джейк неохотно оставлял меня с Сьюзен, потому что ему нужно было с ребятами съездить в Атланту и поработать над новым альбомом. Должна признаться, мне очень понравилось проводить с ней время. Она поистине удивительная женщина, сильная и храбрая. Физически у нее случались, как хорошие, так и плохие дни, но эмоционально она каждый день излучала оптимизм. А еще она очень смешная. Когда я почувствовала, что могу снова сесть за руль, она отвезла меня в свою танцевальную студию и все там показала. Приходили все родственники Джейка, чтобы познакомиться со мной и принести домашней еды. Никогда еще за пределами собственной семьи я не ощущала столько любви.

Однажды, когда Джейк вернулся из записывающей студии в Атланте, то обнаружил нас с мамой на крыльце читающими книги. С сияющей на лице улыбкой он поманил меня к себе.

— У меня для тебя сюрприз.

Сморщив нос, я ответила:

— Ты же знаешь, что я ненавижу сюрпризы.

— Этот тебе понравится. Это особый подарок от моего дедушки.

От меня не укрылся понимающий взгляд, которым обменялись Сьюзен и Джейк.

Я с неохотой выбралась из кресла и прошла по крыльцу навстречу Джейку. Он взял меня за руку и повел через двор в сторону сарая. Как только он открыл дверь, ко мне вылетел пушистый комок в виде щенка золотистого ретривера.

От потрясения у меня округлились глаза.

— Ты привез мне собаку?

— Это подарок от моего дедушки. Она из его нового помета.

Я взвизгнула от радости и взяла на руки щенка.

— Какая она красавица, — пробормотала я, зарываясь лицом в мягкую шерсть.

— Значит, тебе понравился мой сюрприз?

Я заулыбалась.

— Не описать словами.

Джейк сдвинул бейсболку со лба и посмотрел на меня.

— И как ты ее назовешь?

— Хм-м-м, хороший вопрос. — Я уставилась в щенячьи карие глаза. — Как же мне тебя назвать, дорогая? — Когда она открыла пасть и зевнула, меня осенило. — Ангел. Она будет моим ангелом.

— Но ты же мой ангел, — возразил Джейк.

— Думаю, здесь найдется место для двух ангелов.

— Как скажешь. Это теперь твоя собака.

Но я не сдержалась и беспокойно нахмурила лоб.

— А что будет, когда мне придется уехать или отправиться на гастроли?

Джейк пожал плечами.

— Она просто побудет здесь с нашими остальными собаками, пока ты не вернешься.

У меня гулко застучало сердце, и я испугалась, что Джейк его услышит. Интересно, он понимает, что сказав, будто у моей собаки всегда найдется дом у него, он только что намекнул на новый уровень наших отношений?

— Ты уверен, что для вас она не будет обузой? — наконец спросила я.

— Конечно, нет. Вся территория у нас огорожена, и у нее будет место побегать и порезвиться.

Я захихикала.

— Ты только что сказал «порезвиться»?

— Именно так, всезнайка, — с ухмылкой ответил он.

Осторожно опустив Ангела на землю, я обвила Джейка руками за шею.

— Большое тебе спасибо за такой чудесный и заботливый подарок. Ты так меня порадовал.

Он улыбнулся.

— Не за что.

Я потянулась к нему и подарила долгий поцелуй. С той ночи, когда Бри меня избила, Джейк боялся дотрагиваться до меня или целовать. Но больше всего на свете мне хотелось вновь почувствовать вкус его губ и ощутить на себе его руки, как тогда в гостиничном номере. Я провела языком по его губам, призывая открыться мне. И когда они раскрылись, мой язык ворвался внутрь. На удивление, рука Джейка опустилась по моей спине и накрыла одну из ягодиц, притянув меня к себе.

Пока наши языки исполняли свой безумный танец, я набралась наглости и потерлась о его возбужденную плоть в джинсах. Я вскинула одну ногу и обернула ее вокруг его бедра, частично осуществив его желание, чтобы мои ковбойские сапоги впивались в его задницу. Поскольку мне хотелось, чтобы мы сполна насладились этим мгновением, я прильнула к Джейку, умоляя языком своего тела поднять меня. К счастью, он внял моим мольбам, накрыв другую ягодицу рукой, и приподнял меня, моя вторая нога обхватила его за талию. Я подалась бедрами ему навстречу, отчего он простонал мне в губы.

— Ангел, — пробормотал он, прокладывая на моей шее дорожку из поцелуев.

Но когда его ладонь скользнула по моим ребрам, чтобы накрыть мою грудь, я вскрикнула. Решив, что это от боли, а не от удовольствия, Джейк замер. Моя реакция стала для него сродни вылитому ведру холодной воды.

— Вот блин, — пробормотал он и, взяв меня за бедра, убрал мои ноги со своей талии. Как только мои стопы коснулись земли, он дрожащей рукой провел по своим волосам.

— Джейк, пожалуйста, не останавливайся! — взмолилась я.

Но он покачал головой.

— Ты еще не до конца поправилась. Я сделал тебе больно.

— Нет, не сделал. Я вскрикнула, потому что мне понравилось то, что я почувствовала.

Мгновение он смотрел на меня.

— Это неважно. Мы все равно не должны были этого делать.

Прижав ладонь к его щеке, я возразила:

— Но я хочу это делать. Ты мой парень, и я тебя люблю.

Глядя на играющего у наших ног Ангела, он отказывался встречаться со мной взглядом.

— Мы не должны. Не сейчас и не в ближайшее время, — пробормотал он и вылетел из сарая. Ангел бросилась за ним, но потом вернулась ко мне. Я обхватила ее руками, и бегущие по моим щекам слезы упали на ее шерсть.

***

Весь оставшийся день я не видела Джейка, пока Сьюзен не позвала нас к ужину в семь. Витающее в воздухе напряжение можно было разрезать ножом — это еще мягко сказано. Сьюзен болтала без умолку, а я старалась поддерживать беседу, в то время как Джейк в молчаливой задумчивости ковырял свою еду. Наши тарелки уже наполовину опустели, когда он вскочил со стула. Мы с Сьюзен с открытыми от удивления ртами уставились на него, а он пробормотал:

— Пойду в сарай потренируюсь.

Ангел последовала за ним из столовой, но ее скулеж раздался в коридоре, когда он захлопнул входную дверь. Отчаянно вздохнув, я с громким лязгом уронила вилку на тарелку.

— Простите.

Она с сочувствием мне улыбнулась.

— Дорогая, тебе не нужно извиняться. Наоборот ты должна отправиться за Джейкобом в сарай и разобраться с ним.

От ее предложения мои глаза округлились.

— В-вы заметили натянутость между нами?

— Милая, я, конечно, умираю, но надо быть слепой, чтобы такое не заметить. — Откинувшись на спинку стула, она мгновение рассматривала меня. — Он боится до тебя дотрагиваться, да?

Я коротко кивнула.

— С тех пор, как все это произошло, он относится ко мне как к хрупкому стеклу, которое может разбиться в любую минуту. Я знаю, что он любит меня — он показывает это всеми возможными способами.

— Его мучает вина за то, что случилось с тобой. По мнению Джейкоба, держа тебя на расстоянии, так он исправит свою ошибку из-за случившегося.

— Но это неправильно! — возразила я.

— Согласна.

— Так что мне делать?

В голубых глазах Сьюзен загорелся озорной огонек.

— В этом тебе придется разобраться самой, дорогая. Но, на мой взгляд, твоей лучшей стратегией будет разрядить обстановку и заставить Джейка снова дотронуться до тебя.

Я ахнула, а мои щеки и шею залил румянец.

— Я правильно поняла ваше предложение?

Сьюзен вскинула руки.

— Я лишь сказала, что тебе нужно отправиться в сарай и бороться за своего мужчину. — Она встала со стула. — Если я кому-то понадоблюсь, то я собираюсь сходить в ванную и лечь сегодня пораньше. — Подмигнув мне, она вышла из столовой.

Грызя ногти, я обдумывала слова Сьюзен. Я знала, что хочу сделать, но не знала, хватит ли у меня на это смелости. Похоже, правильно разобраться в наших отношениях у меня нет никаких шансов. Мне двадцать один год, я влюблена в развратника-рок-звезду, который переживает эмоциональный ад из-за болезни мамы и того, что его психованная бывшая избила меня. Поэтому уладить все между нами я смогу, лишь отдав ему свою девственность. Конечно, эта мысль сводила меня с ума.

Но когда дело доходило до этого вопроса, при взгляде на Джейка или нашей близости внутри меня кипело не только одно желание. Нет, я безумно влюблена в него. Я была влюблена еще до произошедшего инцидента, а, проведя месяц с ним, люблю его еще сильнее.

Значит, сейчас или никогда. Я люблю Джейка и хочу быть с ним. Кто знает, что ждет нас в будущем? В глубине души я понимала, что непременно пожалею, если первый, с кем я пересплю, не окажется моим первым возлюбленным.

— Ну ладно, — пробормотала я, поднимаясь со стула. Я прошла по коридору и заперлась в спальне. Мой мозг лихорадочно работал. Сьюзен заронила крошечное зерно, а я послушаюсь ее, пойдя к Джейку в сарай и соблазнив его.

Я знала, что в первую очередь мне необходимо вооружиться всем необходимым. Я должна излучать секс. Наверно, это не совсем правда, учитывая, что в последний раз, когда мы чуть не занялись сексом, на мне были старая футболка и штаны для йоги. Не говоря уже о том, что сегодня днем мы немного пошалили, а на мне были джинсы и свитер. Но что бы ни случилось, Джейк должен понять, чего я хочу, лишь взглянув на меня.

Я щелкнула пальцами и подошла к шкафу. Порывшись в чемодане, я достала белую ночнушку «бэби-долл», которую купила для Джейка вместе с тем белым платьем. Я надела блестящие стринги, а потом натянула сорочку. Глядя на себя в зеркало и оценивая свое отражение, я повертелась вправо и влево. Думаю, я выгляжу сексуально. Перламутровый и украшенный блестками лиф едва удерживал декольте, и казалось, что в любую минуту моя грудь вывалится из него. И эта ситуация была мне на руку, учитывая, насколько Джейку, по его заявлению, нравилась моя грудь.

Распустив хвостик, я стала расчесывать волосы, пока они волнами не заструились по моим плечам. Нанесла легкий макияж, а покончив с ним, провела по губам мерцающим блеском.

Я накинула на плечи халат и сунула ноги в сапоги. Приоткрыв дверь, высунула голову и осмотрела коридор. Дверь Сьюзен была плотно закрыта, поэтому я прошла на цыпочках и тихонько затворила за собой входную дверь. Дорогу через двор к сараю мне освещала полная луна.

Хотя у Джейка и было шесть лошадей, их не содержали в сарае. Вместо этого они находились в конюшне дальше на холме. «Сарай» скорее представлял из себя готовый домик или, скажем, холостяцкую берлогу, где у него стояли тренажеры, в жилой зоне он отдыхал, а на чердаке наверху спал.

Из-за звучащего из стереоколонок гангста-рэпа Джейк даже не услышал, как закрылась дверь. Он снова и снова молотил по груше, с его головы стекал пот и капал на плечи.

— Джейк, — прокричала я.

Звук моего голоса вынудил его тут же остановиться. Он протянул руки, чтобы успокоить раскачивающуюся грушу, а потом развернулся.

— Что ты здесь делаешь?

— Мне нужно с тобой поговорить.

— О чем?

Я сократила между нами расстояние. Я была уверена, что он слышал, как у меня стучали коленки, и боялась, что дрожащие ноги меня не удержат. Не сводя с него глаз, я трясущимися пальцами потянулась к поясу. Развязала его и медленно скинула халат. Когда тот упал на пол, звук показался настолько оглушительным, что будто окутал нас.

Голубые глаза Джейка расширились, пока взгляд блуждал по моему неглиже. Он несколько раз облизал губы, покачался на пятках и, наконец, произнес:

— Ангел, что ты делаешь?

— Соблазняю тебя.

Уголки его губ дернулись, и я поняла, что он старается не засмеяться.

— Ты пришла сюда в пикантном наряде, чтобы соблазнить меня?

— Я-я хочу быть с тобой. Хочу заняться с тобой любовью.

Брови Джейка взлетели вверх, а потом он быстро покачал головой.

— Я же сказал уже нет, и сейчас ничего не изменилось.

Я удивленно открыла рот.

— Таков твой ответ вот на это? — Я указала на свое выдающееся декольте.

Его кадык дернулся несколько раз, когда он с трудом сглотнул.

— Да.

Потом он наклонился и поднял с пола мой халат.

— А теперь одевайся и иди спать.

— Джейк, мне больше не больно. Я поправилась и могу это сделать — я хочу это сделать.

— Нет.

Глаза защипало от слез, и я закусила губу.

— Ты, правда, не хочешь меня?

С ворчанием Джейк ответил:

— Сейчас мой член хочет тебя больше всего на свете. Но в этот раз я буду думать своей головой на плечах, а не тем, что ниже пояса. — Джейк с такой силой сжал края моего халата, что костяшки его пальцев побелели. — Поверь мне, Ангел, я последний мужчина на земле, которому ты должна отдаться.

— Но я хочу быть с тобой. Я купила этот наряд месяц назад, когда Лили убедила меня надеть белое платье. Я хотела быть готова, потому что знала, что вскоре захочу заняться с тобой любовью.

Мое признание вызвало у Джейка мучительный стон, но он ничего не ответил. Лишь беспокойно зашагал по комнате. В конце концов, он развернулся и, сдаваясь, поднял руки.

— После того, что произошло с Бри, и твоего выздоровления я немного размышлял — блин, можешь назвать это самокопанием.

— Как и я, и...

В его голубых глазах сверкнула ярость.

— Ангел, разве ты не поняла? Ты заслуживаешь мужчину намного лучше меня как в постели, так и за ее пределами.

— Только не начинай опять эту ерунду. Мне уже надоело слушать, как ты меня недостоин, — возразила я.

— Но это правда, черт возьми! У тебя такая прекрасная чистая душа, а я испорчен и измазан своим прошлым. И не хочу им заражать тебя.

Сделав осторожный шаг вперед, я взяла его за руку. Поднесла ее к своим губам и поцеловала костяшки его пальцев.

— Ты не способен видеть себя так, как вижу я. Ты заслуживаешь моей любви, и я хочу подарить ее тебе во всех смыслах.

Выражение его лица стала мрачным.

— Но я не занимался любовью с восемнадцати лет — если вообще тогда ею занимался. Я только знаю, как трахать девушек, а я ни за что не буду трахаться с тобой!

Меня охватили разочарование и гнев. Я положила его руку на свое бедро.

— Значит, поскольку у тебя есть прошлое, а у меня его нет, мы не можем заниматься сексом?

— Да, все верно.

— Но это несправедливо.

Джейк бросил мне халат.

— Малышка, жизнь вообще несправедлива. Привыкай.

Я швырнула халат ему обратно, задев им по лицу.

— Не буду. Ответ «нет» не принимается!

Он ухмыльнулся.

— А что ты сделаешь? Изнасилуешь меня?

— Нет, займусь с тобой любовью. — Шагнув вперед, я обвила руками его шею и прижалась к нему всем телом. Джейк тут же напрягся. Пока он не успел оттолкнуть меня, я заговорила: — И хоть ты в это не веришь, но я знаю тебя, Джейк. Я понимаю твои чувства, как тяжело для тебя выражать эмоции не на сцене. Помнишь, я столько раз видела, как ты все портишь? И больше всего я понимаю, что сейчас из-за произошедшего с твоей мамой и со мной ты напуган и не уверен в том, что испытываешь и чувствуешь.

Тыльной стороной ладони я погладила его по щеке.

— Но я хочу, чтобы ты выслушал меня. Я люблю тебя, Джейк. Никогда в жизни я не любила ни одного парня. Все эмоции я отдала тебе и более чем готова сделать то же самое со своим телом. Так что мне плевать, буду я с тобой заниматься любовью, сексом или трахаться.

Оттого что я использовала слово «трахаться», его глаза стали как блюдца. Я ободряюще улыбнулась ему.

— Я просто хочу быть с тобой. — Я потянула его голову вниз, и наши лбы соприкоснулись. — Ты не только раз за разом повторяешь мне, что любишь меня, но ты сумел показать мне, насколько сильно любишь. Мне не важно, что ты был с тысячей других женщин — это прошлое. Мы же настоящее и будущее — здесь и сейчас.

Из горла Джейка вырвался страдальческий стон.

— Блин, разве ты не видишь, что я тону в этой вине? — Он ударил себя по голой груди. — Из-за меня тебя чуть не убили. Я не хочу, чтобы еще что-то было на моей совести, поэтому не заберу твою невинность.

Я не сдержалась и закатила глаза.

— Ты перестанешь обращаться со мной как с хрупким цветком? Я могу быть наполовину ангелом, но в оставшуюся половину я — стерва. — Я запустила пальцы в его влажные от пота волосы. — Я стану твоей святой водой — я очищу тебя и смою прошлое. Только не отвергай меня.

— Ангел, я не хочу отвергать тебя. Я бы отдал тебе весь мир, если бы мог. То, что я вынужден говорить тебе «нет», убивает меня. — Он крепко обвил меня руками. — Я просто боюсь, что моя любовь никогда не будет достаточно хороша для тебя.

— Джейк, даже не думай так. Мне это нужно — я этого хочу. — Я окинула его взглядом. — Тем более, это ты можешь быть со мной, а потом решить, что я не достаточно хороша для тебя.

Он покачал головой.

— Я чертовски в этом сомневаюсь.

— Но я не знаю, что делать, чтобы... ну, чтобы угодить тебе.

Джейк усмехнулся.

— Угодить мне?

Мои щеки запылали.

— Завести тебя.

Он провел большим пальцем вдоль моей скулы.

— Малышка, сомневаюсь, что у тебя будут проблемы в том, чтобы завести меня. В последний раз ты прекрасно с этим справилась.

— Но ты мне помогал. Я хочу стать для тебя всем, что тебе нужно, и даже больше — не только в постели, но и за ее пределами.

Тут Джейк накрыл меня в поцелуе и заглушил все оставшиеся сомнения. Его язык скользнул по моим губам, и я открыла рот, приглашая его внутрь. Сегодня мне хотелось ощутить вкус каждой клеточки его тела. Наш поцелуй стал глубже, пока языки кружили и боролись друг с другом.

Наши губы и руки переплелись, поэтому я бедрами подтолкнула Джейка к ступеням на чердак. Больше не дам ему возможности отговорить меня или себя. Когда его зад ударился о ступени, его губы оторвались от моих. На них заиграла его фирменная дерзкая ухмылка.

— Дамы вперед.

Я захихикала.

— И почему мне кажется, что ты, скорее всего, ведешь себя не по-рыцарски, а просто хочешь увидеть мою задницу в стрингах?

Он стукнулся головой о перила.

— Господь всемогущий, у этого чертовски сексуального наряда еще и стринги?

— М-м-м-хм-м.

Его губы растянулись в сексуальной улыбке.

— Ты убиваешь меня.

Потом он отошел в сторону, пропуская меня наверх. С каждым шагом по лестнице я ощущала его взгляд, блуждающий по моей обнаженной коже. У меня между бедрами тут же разлился жар и стало влажно.

Когда мы добрались до чердака, я уже начала обвивать Джейка руками, но он остановил меня.

— Подожди, Ангел, я же весь потный после тренировки и воняю.

Я наклонилась к его голой груди и вдохнула запах его кожи.

— Как по мне, так ты пахнешь хорошо.

Джейк усмехнулся и высвободился из моих рук.

— Если мы собираемся этим заняться, то сделаем все правильно и не когда от меня воняет.

— Как скажешь, — ответила я.

Потянув за руку, он повел меня в ванную. Как и все в сарае, ванная изумляла мраморной плиткой и гранитными столешницами. Джейк повернул ручку душа, и потекла ровная струя воды. Руки он положил на пояс своих шорт, а его губы изогнулись в усмешке.

— Планируешь составить мне компанию или просто посмотреть?

— М-м... — Хочу ли я принять душ вместе с ним? Но если я не ошибаюсь, то душ обычно следует за сексом, да? Уф, все происходит как-то неправильно и не так, как я себе представляла. Я абсолютно уверена, что смотреть, как он принимает душ, не очень-то романтично. Ситуация, когда Джейк намыливается, а я пялюсь на него, больше похожа на плохое порно. — Э-э, я могу подождать в постели. — Я уже начала медленно пятиться из душа.

Он стянул с себя шорты, и я быстро развернулась, чтобы уйти. Но далеко отойти мне не удалось, потому что он схватил меня за руку и притянул к себе. Я взвизгнула, когда вода намочила мои волосы и нижнее белье.

— Ангел, не уходи. Я хочу, чтобы ты осталась.

От его горящих желанием и любовью глаз у меня перехватило дыхание. В конце концов, обретя дар речи, я ответила:

— Тогда я остаюсь.

Джейк опустил взгляд на мою мокрую ночнушку, которая теперь прилипла к моему телу, как вторая кожа.

— Ты, правда, купила ее для меня?

— Да, — ответила я и обхватила руками его за шею. — Тебе нравится?

— М-м-м, — пробормотал он, его ладони накрыли мою грудь, закрытую лифом. — Она прекрасна, и ты прекрасна в ней.

Я улыбнулась.

— Я подумала, что тебе понравится, потому что она белая, а ты всегда говоришь, что...

— Ты ангел в белом.

— Я твой ангел.

Потянувшись вниз, он ухватился за край сорочки и стянул ее через голову. Я закрыла глаза и прижалась спиной к душевой кабинке, пока он пожирал меня взглядом. Но когда он не приблизился ко мне, я открыла глаза.

Джейк смотрел прямо на мою грудь. Опустив взгляд, я ахнула. Нервничая и пребывая в восторге, я накинула пеньюар прямо на бандаж для груди. Я прикрыла рукой глаза.

— Господи, я такая идиотка! И надо было все так испортить, — простонала я.

Со смешком Джейк отвел мои руки от лица.

— Полагаю, он снимается так же, как и нижнее белье, да?

— Да.

Он подмигнул мне.

— Тогда не стоит волноваться. Я просто его сниму. — Поднеся пальцы к застежке, Джейк начал снимать бандаж. Я крутилась из стороны в сторону, помогая ему быстрее от него избавиться. С озорной усмешкой он проговорил: — Знаешь, мне это напоминает одну сцену из «Влюбленного Шекспира», когда Уилл разматывает грудь Виолы.

Я засмеялась.

— От одной мысли, что тебе знаком этот фильм, можно потерять голову, мистер Слэйтер, — поддразнила я.

— Эй, не делай вид, будто я не романтик. Я цитировал «Ромео и Джульетту» в нашу первую ночь вместе.

Я выгнула брови.

— И сразу после этого мне пришлось доказывать, что у тебя может встать на девственницу.

Джейк поморщился.

— Я вел себя как полный придурок.

Я потянулась к нему и поцеловала.

— Я прощаю тебя за все твои придурочные поступки в прошлом.

— Спасибо, Ангел, — с улыбкой ответил Джейк. Когда он закончил снимать бандаж, выражение его лица стало мрачным, и он резко втянул воздух. Его явно удивил вид моих синяков, все еще покрывающих грудь. Большинство из них побледнели, но всю грудную клетку и живот по-прежнему украшали желтые и зеленые пятна.

Я накрыла ладонью его щеку и покачала головой.

— Пожалуйста, не надо. Обещаю, мне не будет больно.

Упав на колени, Джейк стал покрывать нежными поцелуями мои ребра и живот.

— Прости, — прошептал он, его дыхание обжигало мою уже разгоряченную кожу.

Я сжала пряди его волос и нежно потянула голову назад, чтобы он посмотрел на меня.

— Перестань извиняться за то, что ты не можешь изменить. Ты не единственный, кто сделал это со мной, и я никогда не стану тебя винить.

Он прижался щекой к моему животу.

— Я люблю тебя, Ангел.

— Я тоже, Джейк.

Его пальцы скользнули вдоль пояса моих стрингов, и он поднял на меня взгляд. Я коротко кивнула, и он стянул их по моим бедрам. Впервые мы оба оказались абсолютно голые друг перед другом, и в предвкушении я задрожала.

— Ты замерзла?

— Нет, просто хочу тебя.

Из горла Джейка вырвался сдавленный звук. Он поцеловал внутреннюю часть моего бедра, а потом развел мои ноги. Глядя на меня снизу вверх, он не сводил с меня взгляда, пока его язык ласкал мои складочки. Я судорожно втянула воздух и откинула голову назад, прижавшись к стенке душа, когда его язык задвигался быстрее. Он обводил языком и посасывал мой клитор, а я раскачивала бедрами ему навстречу. Он взял одну мою ногу и положил ее к себе на плечо, чтобы можно было лучше дотянуться. Как только его язык проник внутрь, я разлетелась на части и выкрикнула его имя.

Через какое-то время, придя в себя, я подумала, что Джейк встанет, но он остался стоять на коленях. На мгновение он отстранился, чтобы подразнить мою дырочку пальцем, а потом ввести его внутрь. После к нему добавился второй и третий, он двигал и вращал ими внутри меня. Его свободная ладонь заскользила вверх по моему животу и накрыла одну из грудей.

Моя чувствительность просто зашкаливала, оттого что мой сосок затвердел под его пристальным вниманием. Потом его ладонь переместилась на другую грудь и довела ее до такого же состояния. Все это время он не переставал вводить пальцы, а большой палец ласкал мой клитор, готовый вот-вот взорваться.

Схватив его за волосы, я снова и снова выкрикивала его имя во время оргазма. Если такое возможно, то в этот раз мне показалось, что он был даже сильнее. Я опустила взгляд полуприкрытых глаз на внезапно нахмурившегося Джейка.

— Что такое?

— Малышка, у тебя там так туго. Я боюсь, что сделаю тебе больно.

— Все будет хорошо, — выдохнула я.

— Ты уверена?

— Да, черт возьми, а теперь отнеси меня в постель и займись со мной любовью! — потребовала я.

Джейк усмехнулся.

— Боже, когда ты кончаешь, то становишься такой властной.

— Ну пожалуйста.

— Но я так еще и не принял душ. — Когда я стала возражать, он взял гель для душа и, сведя мои ладони вместе, выдавил в них небольшое количество жидкости. — Помой меня, Ангел.

Поднеся ладони к его груди, я стала намыливать его грудные мышцы, покрытые татуировками руки, а после твердый как камень пресс. Стоило моим ладоням едва коснуться его талии, как его живот тут же напрягся, а возбужденный член уперся в мою руку. Посмотрев на него, я не смогла подавить такого же страха, который недавно мучил Джейка. Я прижалась к нему всем телом и потянулась за спину, чтобы намылить ее, а потом опустила руки на его ягодицы.

Наши тела оказались настолько близки, что Джейк потерся своим членом о мое тело. Я ахнула и в ответ качнула бедрами ему навстречу. Когда меня снова начало уносить, он остановился и, прерывисто дыша, проговорил:

— Нам нужно добраться до постели.

— Хорошо, — ответила я.

Когда мы вышли из душа, Джейк даже не удосужился завернуться в полотенце. Он взял меня на руки и понес к кровати. Потом аккуратно опустил на матрас. Подтянув к себе колени и обхватив их руками, я наблюдала за тем, как Джейк открыл верхний ящик тумбочки, достал презерватив и бутылочку с какой-то неизвестной мне жидкостью. Заметив мое вопросительное выражение лица, он сказал:

— Это смазка. С ней твой первый раз пройдет легче.

— Понятно. — Я приподняла голову. — Так у тебя там целый ящик со всякими штуками для секса?

— Это не то, что ты думаешь, Ангел, — ответил он, разорвав упаковку из фольги.

— И о чем же я думаю?

— Что я использую этот чердак в качестве холостяцкой берлоги, куда привожу свою добычу и развлекаюсь с ней.

Блин, не думала, что меня так легко прочесть.

— Ты уверен или просто говоришь мне это, чтобы я не сбежала от тебя?

Он усмехнулся.

— Я храню все это здесь, потому что это единственное место, к которому нет доступа у мамы и уборщицы. Я бы предпочел этот аспект своей жизни держать при себе.

— Да, сердце уборщицы будет разбито, узнай она, какой ты непослушный мальчик.

Вздрогнув, Джейк ответил:

— Не говоря уже о маме.

Смех замер на моих губах, когда Джейк начал надевать презерватив. И хотя мне хотелось отвернуться, я не могла оторвать взгляда от потрясающего вида, как он натягивал его на свою длинную плоть. Закончив, он встретился со мной глазами и слегка подтолкнул меня плечом. Я улеглась на спину в центре кровати. Джейк подполз ко мне на коленях и навис надо мной.

Сначала он целовал меня нежно, а потом его язык проник в мой рот. И хотя я очень мало целовалась с парнями, но могла отличить хороший поцелуй от плохого, а Джейк в этом был неподражаем. Пока он атаковал мой рот, я снова ощутила влажность между бедер. Руки Джейка умудрялись оказаться везде. Он мял мои груди, ласкал ягодицы, проникал рукой между ног, чтобы погладить меня. Несмотря на стекающие по коже капельки пота, я задрожала от нарастающего внутри меня жара.

Когда Джейк устроился между моих бедер, я непроизвольно напряглась. Вот оно — тот самый важный момент, а я не могу перестать нервничать. Мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и не впасть в панику.

Головка его члена надавила на отверстие, и я зажмурилась, готовя себя к боли.

— Не закрывай глаза, — прошептал он, его дыхание обдувало мою щеку. Я распахнула веки и встретилась с пристальным взглядом Джейка. — Я люблю тебя, Ангел.

— Я тоже тебя люблю.

Когда он вошел внутрь, на мои глаза навернулись слезы от физической боли и эмоциональной значимости этого мгновения.

— Прости, малышка, — прошептал Джейк, поцелуями стирая мои слезы, бегущие солеными дорожками по моему лицу.

— Все хорошо. Я хочу этого... хочу тебя, — ответила я, попытавшись сделать еще несколько глубоких вдоха. Как только Джейк почувствовал, что я привыкла к ощущениям, то подался назад и снова качнул бедрами вперед. На этот раз было и больно, и приятно. — М-м-м.

— Лучше?

— Да.

Тогда он стал двигаться внутри меня. Спустя несколько минут боль испарилась, и я почувствовала, что мои бедра поднимаются навстречу его толчкам. Джейк застонал от удовольствия. Добившись идеальной синхронности движений, он приблизился ко мне губами и начал страстно целовать. Язык врывался в мои губы и вторил движениям его тела. Меня с головы до ног окатила горячая волна, и мне пришлось разорвать поцелуй, чтобы, тяжело дыша, застонать от удовольствия.

И хотя мне было очень-очень хорошо, я понимала, что такого оргазма, как до этого, не будет. Тело Джейка все напряглось, и я обхватила его руками за спину, сильнее притянув к себе.

— О, Эбби! — закричал он и задрожал. Круговыми движениями я гладила его спину, пока он содрогался внутри меня.

Когда Джейк отнял голову от моего плеча, я улыбнулась ему.

— Малыш, это было великолепно. Я так тебя люблю, спасибо, что подарил мне эти мгновения.

— Я тоже тебя люблю, но... — Он нахмурил брови.

— Что такое? — спросила я.

— Ты не кончила.

От такого признания у меня вспыхнули щеки.

— Нет, но мне казалось, что для девушки в первый раз это нормально. — Когда Джейк не ответил, я взяла его лицо в ладони. — Тем более, это было уже дважды.

— Да, но...

Я улыбнулась.

— Малыш, ты только что подарил мне самые лучшие мгновения в моей жизни.

Он снова нахмурился.

— Ты никак не можешь это оценить. Мне может быть чертовски паршиво, а для тебя это будет сродни радуге и пони.

— Ты пытаешься разрушить мое первое занятие любовью, лишь потому что твое эго пострадало из-за того, что я не кончила? — огрызнулась я.

Его лицо смягчилось.

— Нет, это не так.

— Ну, а мне так показалось. — Я убрала руки от его лица. — Всю свою взрослую жизнь я ждала и представляла, на что похож секс, но ты превзошел все мои ожидания. Так что такого в том, что я не кончила, пока ты был внутри меня? Это был мой первый раз, и в самом начале мне было ужасно больно!

Когда я начала слезать с кровать, Джейк притянул меня в свои объятья.

— Прости, Ангел.

— Ну да, конечно. Кретин!

Он тихонько рассмеялся.

— Поверь, он и есть. — Он положил пальцы мне на подбородок и развернул лицом к себе. — Ты права. Я вел себя как полный придурок, решив, что испортил твой первый раз из-за того, что ты не кончила. — Он нежно поцеловал меня в щеку. — Мне трудно свыкнуться с эмоциями во время секса. Очень сложно быть твоим первым.

— Хочешь сказать, что на тебя давила огромная ответственность?

— Да, но оно того стоило. Это было охренительно. — Он улыбнулся. — Ты была охренительна.

— Правда? — спросила я, мой голос стал чуть выше.

Джейк приподнялся на локте и уставился на меня.

— Знаешь, что заставило меня так думать? Твой взгляд, когда ты переживала весь спектр эмоций: от физической боли до эмоциональной связи. У тебя такие выразительные глаза, и мне казалось, что я по-настоящему нахожусь внутри тебя.

Его глубокие слова заставили мое сердце биться чаще, и на мгновение я смогла лишь ответить:

— Ух ты. — Я склонила голову. — Значит, заниматься любовью тебе понравилось больше, чем трахаться?

Джейк усмехнулся, его палец провел линию по моим губам.

— Ангел, какой у тебя грязный ротик.

— Ты уходишь от ответа.

— Я собираюсь и дальше заниматься с тобой любовью, а также познакомить тебя с тем, как трахаться.

Я усмехнулась.

— С нетерпением этого жду.

— А теперь иди сюда, я снова обниму тебя сзади.

Я счастливо прижалась к нему. А кто бы стал возражать?

Глава 21 Эбби

На лицо мне падали солнечные лучи, согревая щеку. Зевая, я уже начала потягиваться, но обнаружила, что меня удерживают две мускулистые татуированные руки. Когда я попыталась выбраться, Джейк крепче сжал свои объятья.

— И куда ты собралась, Ангел? — сонно пробормотал он.

— Никуда, — ответила я и, глянув на него через плечо, усмехнулась. — Я не привыкла просыпаться обнаженной рядом с парнем.

Закрытые до этого глаза Джейка распахнулись.

— Хм-м, верно. Но поскольку ты голая и в моих руках, я должен воспользоваться этим моментом. Как считаешь?

— Что ты задумал?

— Хочу показать тебе, как сильно я тебя люблю, — ответил он и перевернул меня на спину. Потом он начал покусывать мое плечо, поднимаясь вдоль шеи и оставляя влажный след на коже, и, в конце концов, будто целую вечность спустя, наши губы встретились.

Вспомнив, что у меня не чищены зубы, я отпрянула и прикрыла рот ладонью.

— Боже мой, у меня ужасно пахнет изо рта по утрам?

Джейк закатил глаза.

— Ангел, мне и моему утреннему стояку плевать, как у тебя пахнет изо рта по утрам.

Я захихикала.

— Ну, если ты уверен.

— Я-то уверен, но, может, моему рту следует оказаться где-нибудь еще.

Я резко вздохнула, когда его губы сомкнулись на моем соске. Я выгнула спину, давая ему возможность сильнее втянуть в рот мою грудь. Водя языком по затвердевшей вершинке, он нежно поглаживал ее, отчего я тяжело задышала.

— Тебе нравится?

— М-м-м-хм-м, — промычала я.

Он усмехнулся и с поцелуями переместился на другую грудь, проделав с ней то же самое.

— Давай посмотрим, какая ты влажненькая, — сказал он, скользнув рукою между моих ног. Он гладил и ласкал меня, пока мои бедра не оторвались от кровати. — Тебе это тоже нравится, да?

— Да, Джейк!

Но когда два его пальца ворвались внутрь, я вскрикнула скорее от боли, чем удовольствия. Он сморщился, а потом вытащил пальцы и ласково поцеловал меня в щеку.

— Прости, Ангел. Я должен был понять, что утром тебе может быть еще больно.

— Уф, отстой! — Я резко выдохнула от разочарования. — Как бы мне хотелось, чтобы мне не было больно, потому что я снова тебя хочу. Очень сильно. — Я взяла его лицо в свои ладони. — У меня слов нет описать, насколько прошлая ночь стала самым прекрасным мгновением в моей жизни, и мне не терпится снова заняться с тобой любовью.

От его искренней улыбки у меня учащенно забилось сердце.

— Так и будет. Но пока дадим тебе время восстановиться.

Я робко улыбнулась ему.

— Если бы у тебя не был такой большой член, все было бы в порядке.

Джейк откинул голову назад и рассмеялся.

— Верно. Но ты бы не отличила большой от маленького.

Просунув между нами руку, я накрыла его мужское достоинство ладонью.

— Ну не знаю. Как по мне, так он просто гигантский.

— Хм-м, а вот сейчас это было умно, что бесит меня еще больше, потому что мы не можем этим заняться.

Когда он попытался убрать мою руку, я покачала головой.

— То, что мы не можем этого сделать, не значит, что я оставлю тебя неудовлетворенным.

— А что ты теперь задумала?

Я кокетливо ему подмигнула и села на кровати.

— Позабочусь о своем мужчине.

Затем я оседлала его. Не обращая внимания на боль и болезненное удовольствие в этой позиции, начала целовать и облизывать его кожу, спускаясь по татуированной груди Джейка. Я дерзко высунула язычок и обвела им вокруг его сосков, отчего он застонал. После я скользнула по его рельефному прессу и восхитительным мышцам, образующим букву V. Как только я добралась до его мужского достоинства, я остановилась. Он разочарованно всхлипнул. — Терпение, малыш.

— Не называй меня малышом во время такой пытки! — возразил он.

Со смехом я провела ладонью по его животу и между ног. Обхватила рукой его член и погладила так, как он учил меня. Сжав его сильнее, я наклонилась вперед и дразнящим движением лизнула самый кончик. Я встретила глазами взгляд Джейка, который с желанием впился в меня, и накрыла губами всю головку целиком.

— Вот же черт, — пробормотал Джейк, когда его голова откинулась назад на подушку.

Я усмехнулась и попыталась продвинуть его глубже в рот. Борясь с рвотным рефлексом, я двигала головой вверх и вниз, одновременно скользя по нему рукой.

— Ангел... Эбби. О, да, не останавливайся. Черт, как же хорошо, — стонал он, его бедра отрывались от матраса.

И хотя я чувствовала обиду, что Лили дала мне совет по поводу секса, я помнила ее слова: больше всего внимания нужно уделить мужским яичкам. Поэтому свободной рукой нежно накрыла их и помассировала пальцами. Джейк промычал от удовольствия, так что я продолжила свои ласки. Одна его ладонь запуталась у меня в волосах, другая сжала в кулак простыню.

— Ох, Ангел, я сейчас кончу.

Когда он попытался отодвинуть меня, я пробормотала, не отрываясь от его пениса: «Нет». Я хотела сделать для него все возможное, а значит, позволю ему кончить мне в рот. От моего заявления из горла Джейка вырвался низкий стон, а потом он начал содрогаться. То, что он кончил, на мгновение застало меня врасплох, но я не выпускала его изо рта, пока все не закончилось.

С трудом все проглотив, я отпустила его и взглянула на Джейка, пытаясь оценить, насколько хорошо получился мой первый минет. На его лице появилась ленивая ухмылка.

— Ангел, ты еще спрашиваешь?

Я хихикнула и устроилась возле него.

— Да, — ответила я.

— Это охренительно. — Он поцеловал меня в макушку. — Ты хороша во всем, что делаешь, так что я не понимаю, почему ты вообще сомневаешься в своих сексуальных способностях.

Я пожала плечами.

— Потому что для меня все это новое, а ты такой опытный. Я не хочу разочаровывать.

Он поднес пальцы к моему подбородку и приподнял голову так, чтобы я встретилась с его пристальным взглядом.

— Прошлое есть прошлое, помнишь? Все, что важно, — это ты, я и будущее. И я ни черта ни о чем не жалею, понимаешь?

— Хорошо, Босс, я поняла.

Он усмехнулся.

— Рад это слышать. — Он только начал снова целовать меня, как я услышала голос Сьюзен, доносящий в сарае. Джейк разорвал поцелуй и отстранился.

— Джейкоб?

— Да? — запыхавшись, прокричал он.

— Я готовлю завтрак, так что вы с Эбби ненадолго отлепитесь друг от друга, чтобы восстановить силы, ладно? Жду вас внизу через пятнадцать минут.

— Хорошо, мам, — ответил Джейк.

— О, Боже, — выдохнула я, когда меня охватил стыд. И хотя Сьюзен практически вытолкала меня за дверь к Джейку, я все равно была в ужасе от того, что она знала, чем мы занимались и чем до сих пор предположительно занимаемся.

Джейк засмеялся надо мной.

— Перестань волноваться, Эбби. Мама не разозлится и не станет нас избегать нас из-за того, что мы сделали. Блин, она даже приготовила нам завтрак.

— Как скажешь, — пробормотала я.

Тогда он стащил меня с кровати и повел в ванную.

***

Приняв быстро душ и получив еще один умопомрачительный оргазм, подаренный волшебным ртом Джейка, я накинула халат и поспешно пересекла двор, направляясь к дому. Я собрала еще слегка влажные волосы в хвост, надела джинсы и рубашку и спустилась вниз на кухню. Сьюзен как раз вынимала из духовки противень с домашним печеньем, а Ангел играла на полу. Завидев меня, щенок счастливо взвизгнул и бросился в мои раскрытые объятья.

— Как поживает моя девочка? — спросила я, когда Ангел лизнула меня в лицо.

— Сегодня утром уже лучше, но вчера вечером кое-кто оставил эту бедняжку, и она пришла и стала скрестись в мою дверь, — ответила Сьюзен, ставя тарелку с беконом и колбасой на стол.

— О, нет! Простите.

Но она подмигнула мне.

— Не беспокойся, дорогая. Твоя голова вчера была забита более важными вещами. — Когда у меня вспыхнули щеки, она рассмеялась. — Тем более, мне понравилось. С ней просто замечательно спать.

— Рада это слышать.

Вскоре пришел Джейк, и мы все сели есть. Я бы соврала, если бы сказала, что после моей вчерашней и сегодняшней нагрузки мне не хотелось есть. Я ела, пока не почувствовала, что у меня сейчас лопнет живот. Когда мы закончили завтракать, Сьюзен пристально уставилась на меня, а потом повернулась к Джейку.

— Джейкоб, почему бы тебе не помыть посуду и не оставить нас с Эбигейл на пару минут наедине?

— Конечно. Я тоже должен что-то сделать для тебя, раз ты приготовила нам завтрак, — добродушно отозвался он.

Я проследовала за Сьюзен по коридору в сторону ее спальни. Закрыв за нами дверь, она улыбнулась, поскольку заметила мое боязливое выражение лица.

— У тебя нет проблем, Эбигейл. Я привела тебя сюда, потому что хочу кое-что подарить.

Я подошла с ней к комоду. Она подняла крышку стеклянной шкатулки для украшений, на которой сверху была выгравирована балерина. Заиграла тема из «Лебединого озера». Она порылась в ней пальцами и извлекла нить дорогого на вид жемчуга.

— Мои родители подарили мне их вместе с этой шкатулкой на мое окончание средней школы. Я на столько важных мероприятий надевала их. — Она протянула мне бусы. — Я хочу, чтобы они были у тебя.

У меня округлились глаза, и я яростно замотала головой.

— Нет, я не могу их принять. Вы должны оставить их Салли или своим племянницам.

Она похлопала меня по щеке.

— Но я не хочу никому их оставлять, кроме тебя. Еще столько всего мне хочется передать тебе, но эти бусы и шкатулка — самое особенное для меня.

Поняв, насколько серьезно она настроена, я наконец сдалась.

— Сьюзен, вы и представить себе не можете, как я тронута этим подарком. — Как бы я ни старалась, но на глаза навернулись слезы и перед ними все поплыло. — Они прекрасны, я буду всегда их беречь.

— Хорошо. Может, однажды ты сможешь передать их моей внучке.

Я охнула, а она рассмеялась.

— Только не думай, что я не вижу, кто ты и что из себя представляешь.

— Мне бы хотелось этого больше всего на свете, — честно ответила я.

— Тогда позволь мне сказать вот что еще. Я знаю, что Джейк упрямый и несговорчивый парень и в будущем наделает еще много ошибок. Но пообещай мне, что ты дашь ему шанс и постараешься простить его.

Как бы ни было это тяжело, но я покачала головой.

— Обещаю.

— Хорошо. Потому что, если отношения подойдут к концу, как это было у меня, тебе не захочется жить, сожалея о том, что ты не простила всей душой и сердцем мужчину, которого любила.

Я нахмурила брови.

— Но я думала, что вы простили отца Джейка.

На бледных щеках Сьюзен зарделся румянец.

— Этот секрет останется только между нами, но Марк не был любовью всей моей жизни.

— Нет?

— Несмотря на то, что Марк подарил мне самый дорогой подарок в жизни, Джейкоба, я никогда не испытывала того, что чувствовала к Юрию. Он был танцором в одной гастролирующей труппе, в которой я тоже танцевала. Мы несколько лет встречались, но когда я отказалась выйти за него замуж, потому что считала, что мы слишком молоды, он ушел и переспал с другой танцовщицей, чтобы сделать мне больно. И хотя он неделями и месяцами просил у меня прощения, я оставалась непреклонна и не простила его. В конце концов, он сдался и уехал, а я все это время жалею. Спустя пару лет после Юрия в моей жизни появился Марк. — Она криво улыбнулась. — Джейк никогда не понимал, как я смогла простить Марка за то, что он бросил меня, но, по правде говоря, я просто не любила его так, как должна была, поэтому мне было не так больно.

Потеряв дар речи, я смогла только выдавить:

— Ничего себе.

Она улыбнулась.

— Поэтому в будущем, когда тебе захочется придушить Джейкоба или он решит испытать твою любовь, просто вспомни, что прощать гораздо легче, чем сожалеть.

— Хорошо. Даю слово.

Она крепко меня обняла. Ее слова и исхудавшая фигура вызвали у меня слезы. Она широкими движениями погладила меня по спине.

— Милая Эбби, ты просто подарок небес. Моему Джейкобу очень-очень повезло с тобой. Даже ни на минуту не сомневайся, что я буду ему постоянно, до конца своих дней, напоминать об этом.

По моим щекам катились слезы, сначала я ничего не могла вымолвить, но, наконец, выговорила:

— Спасибо.

Отстранившись, она ладонями взяла мой подбородок.

— Знаешь одно старое выражение, что каждая твоя пролитая слезинка за горе другого человека забирает у него боль?

— Правда? — я икнула.

Она кивнула, вытирая слезы с моих щек.

— Поэтому только что ты смогла забрать немного боли у Джейкоба.

— Я рада. Для него я сделаю все, что угодно.

Сьюзен улыбнулась.

— Но больше никаких слез, дорогая. Давай просто наслаждаться оставшимся у нас временем. Хорошо?

— Хорошо, — согласилась я.

— И кстати о времени, думаю, пора проверить, сколько же маленьких «подарков» нам дома оставила Ангел.

Я засмеялась.

— Поручите это задание Джейку — идея подарить мне щенка принадлежала ему.

Сьюзен округлила глаза.

— О, дорогая, мне нравится ход твоих мыслей!

Глава 22 Джейк

Раскинувшись на старом лоскутном одеяле, я запрокинул голову, чтобы лучше рассмотреть почерневшее небо, усеянное мерцающими звездами. Прижимаясь спиной к моей груди, Эбби удовлетворенно вздохнула.

— Боже мой, как же красиво, — заметила она.

— Как же ты красива, — прошептал я ей на ухо.

Она погладила мои руки, крепко обнимающие ее, а потом отклонилась назад, чтобы поцеловать меня в щеку.

— Ах, спасибо, малыш. Ты говоришь и делаешь такие приятные вещи.

— Значит, тебе понравился этот сюрприз?

Оглянувшись на меня через плечо, она усмехнулась.

— Да, еще один хороший сюрприз.

Сегодняшняя ночь у нас с Эбби последняя, прежде чем она уедет, поэтому я намеревался сделать ее особенной. Мне хотелось, чтобы были только мы вдвоем — никаких друзей, никакой толпы. Так что я решил устроить пикник на закате, на берегу озера, расположенного на дедушкином участке. Находилось оно за много километров от главной дороги, и туда нужно было добираться либо на вездеходе, либо на джипе. С озера, окруженного покатыми холмами, открывался потрясающий вид на горы.

Мы уже покончили с ужином, который я заказал в любимом ресторане Эбби — «Лонгхорн». Мы как раз собирались перейти к десерту — домашний мамин клубничный торт, — когда солнце стало приближаться к горизонту. Эбби уютно устроилась в моих руках, и мы наслаждались нашим первым совместным закатом. Теперь же мы глядели на звезды, а вокруг нас мерцали свечи, выстроившиеся в стаканчиках вдоль края одеяла.

— Хочешь еще торта? — спросила Эбби.

— Конечно. — Я ослабил объятья, чтобы она могла дотянуться до тарелки.

Взяв вилку, она отломила кусочек и, развернувшись на моих коленях, поднесла ее к моим губам. После откусила сама.

— Как же вку-у-усно, — пробормотала она.

Продолжая жевать, я окунул палец во взбитые сливки на тарелке и провел им по губам Эбби. Подавшись вперед, я крепко поцеловал ее, облизывая ее сладкие губы.

— Вот теперь это вкусно, — прошептал я в ее губы.

— М-м-м-хм-м, — мечтательно ответила она, а потом отвернулась и прижалась спиной к моей груди.

Убрав длинные пряди ее волос назад, я стал прокладывать дорожку из поцелуев вниз по ее шее и по плечу. Добравшись до лямки сарафана, я оттянул ее вниз, отчего ее грудь частично выпала из чашечки. Впился зубами в ее плечо, а кончики моих пальцев в это время исследовали кожу на ее груди.

Смех Эбби отозвался во всем моем теле. Посмотрев на меня через плечо, она покачала головой.

— Джейк Слэйтер, я уже начинаю думать, что ты ненасытный сексуальный фанатик.

Не отрываясь от ее лопатки, я улыбнулся, потому что подумал о нашей сексуальной шалости пару часов назад. Когда я вышел из сарая и увидел Эбби, склонившуюся над корзинкой для пикника, ее грудь практически вываливалась из сарафана, мой член тут же среагировал на это. Я подождал, пока она все сложит в багажник джипа, а потом взял за руку и повел в сарай.

— Джейк, что ты... — начала она. Но при виде похотливого блеска в моем взгляде ее глаза округлились.

Не успела она возразить, как я подтолкнул ее к стене. Одной рукой обхватив ее за талию, другой я задрал подол ее сарафана. Быстрым движением я сдернул с нее трусы, превратив их в лоскуты.

Увидев, как ее разорванное нижнее белье упало на пол, Эбби охнула, на что я с застенчивой улыбкой ответил:

— Прости, Ангел. Я куплю тебе новые.

— Какая разница? Ты мог бы их вообще порвать на клочки, развратник! — обиделась она.

Я запрокинул голову и рассмеялся над ее притворным возмущением. Она улыбнулась и пылко впилась в меня губами. С той нашей первой ночи, после всех раз, что мы были вместе, я знал, что ей по-прежнему нужно быть готовой, чтобы принять меня. Пока одной рукой я расстегивал пуговицу и ширинку на джинсах, другой гладил и дразнил Эбби до исступления. Она закрыла глаза и закусила губу, качнув бедрами навстречу моей руке.

Когда она уже изнемогала от желания, я на миг отстранился, чтобы спустить штаны и вытащить из кармана презерватив. Потом схватил ее за ягодицы, поднял и резко ворвался в нее.

— Джейк! — вскрикнула она, и меня чуть не разорвало прямо здесь и сейчас. То, как она произнесла мое имя, и ее возможность, наконец-то, кончить, когда я внутри нее, было чертовски сексуально.

Обернув ноги вокруг моей талии, Эбби окончательно воплотила мою давнюю фантазию: ее восхитительные ковбойские сапоги впивались в мой голый зад. Я жестко и быстро входил в нее, а она цеплялась за мои плечи. Ее тихие вздохи и мои стоны удовольствия эхом разносились по сараю.

— Ты близка, Ангел?

— Да, о, да, — простонала она. И спустя несколько секунд ее стенки сомкнулись вокруг меня, и я взорвался.

И хотя это была самая жаркая выходка из всех, что были у нас, мне по-прежнему хотелось еще. Мне всегда будет недостаточно ее сладости, а еще совсем скоро я останусь без ее восхитительных изгибов.

Моя ладонь скользнула в лиф ее платья и накрыла одну грудь. Эбби втянула воздух, когда мой пальчик подразнил ее затвердевший сосок. Стоило мне ущипнуть его, как ее голова откинулась назад на мое плечо, а она простонала. Лаская ее груди, я целовал ее щеку и приближался к ушку.

— Встань, — скомандовал я.

Эбби неловко встала на колени и выжидательно уставилась на меня. Когда я стал поднимать подол ее платья, она шлепнула меня по руке и с округлившимися глазами проговорила:

— Только не здесь.

Я не сдержал смеха.

— Малышка, это частная территория, и мы находимся в самой глуши. Обещаю, никто, кроме меня, не увидит твое сексуальное тело.

Покусывая нижнюю губу, она спросила:

— Ты уверен?

— Абсолютно.

Она не ответила. Напротив ее пальцы потянулись к пуговицам на моей рубашке. В считанные секунды она меня раздела, и ее рука уже двинулась к моему поясу. Она помогла мне избавиться и от джинсов.

При виде меня без нижнего белья она покачала головой.

— Любишь ходить без трусов?

— Ты же знаешь.

Она закатила глаза, но все равно улыбнулась. Зная, какая она скромница, я оставил на ней платье, пока сам полностью не обнажился. А потом снял его с нее через голову.

— Какая красота, — прошептал я, накрывая ладонями ее груди и лаская их. Наши губы встретились, и мы стали страстно целоваться. Я лег спиной на одеяло, побудив Эбби сесть на меня сверху. Знаю, что ей нравится эта позиция, потому что так она получает больше удовольствия, а для меня чертовски сексуально видеть ее раскачивающуюся грудь и подпрыгивающее на мне тело.

Она потерлась своей влажной киской о моей член, и я застонал.

— Подожди минутку.

Я поспешно достал из заднего кармана своих отброшенных джинсов презерватив и натянул его. Эбби приподнялась и стала потихоньку опускаться на меня. Упершись руками в мою грудь, она начала двигаться в мучительно медленном темпе, практически полностью поднимаясь с меня и потом неторопливо опускаясь. Спустя несколько минут наших хриплых вздохов я крепко схватил ее за бедра, вынуждая двигаться сильнее и быстрее. Наши вздохи сменились всхлипами и стонами, раздавались шлепки.

— О-о, Джейк, — кончая, пролепетала Эбби.

Я продолжал удерживать ее за бедра и резкими движениями опускал на себя. Но из-за сжимающейся вокруг меня плоти я продержался недолго и тоже, выкрикнув ее имя, достиг наивысшего наслаждения.

Упав на мою грудь, Эбби зашмыгала носом.

— Я уже скучаю по тебе.

Я усмехнулся.

— Ангел, я же еще внутри тебя.

— Мне все равно. — Она поднялась и метнула в меня убийственный взгляд. — И не шути в такие моменты.

— Прости. Это защитная реакция. — Я откинул ее длинные светлые волосы с лица. — Поверь мне, я чувствую такое же отчаяние от того, что ты уезжаешь. Но мы все уладим.

— Как?

— Из-за мамы я не смогу к тебе приехать, поэтому подумал, что просто возьму тебе билеты сюда в какие-нибудь твои выходные между гастролями.

Глаза Эбби округлились.

— Ты вообще знаешь, сколько это стоит?!

Я пожал плечами.

— Ну и что?

— Джейк, это ужасно мило, но я не могу тебе этого позволить.

— Это не обсуждается, Ангел. Я хочу быть с тобой, у меня есть деньги, так что не стоит со мной спорить, потому что я всегда добиваюсь своего.

Закатив глаза, она ответила:

— Какой же ты эгоист.

Я провел пальцем по ее обнаженной спине, вызвав у нее дрожь.

— Но, несмотря на все мои недостатки, ты все равно меня любишь, да?

— Всем сердцем и душой.

— Хорошо. Потому что я чувствую то же самое. — Перевернув ее на спину, я устроился между ее бедер. — Готова еще раз показать, как сильно ты будешь по мне скучать?

Глава 23 Эбби

Месяц спустя

— Люблю тебя, Остин, и увидимся в следующем году! — прокричала я в микрофон. Спускаясь со сцены, я помахала рукой шумной толпе. В отличие от парней я не заходила в гримерную переодеваться, а сразу отправилась прямо в автобус. Мой огромный телохранитель неотступно шел рядом со мной и не оставлял меня, пока двери автобуса не захлопнулись за мной.

Оказавшись в уединении своей спальни, я вытащила телефон и позвонила Джейку. И хотя наши любовные отношения на расстоянии развивались гладко, я все же переживала за него в последние наши несколько разговоров. Через пару недель после моего отъезда здоровье Сьюзен стало стремительно ухудшаться, что губительно сказалось на эмоциональном состоянии Джейка. Больше всего на свете мне хотелось бросить гастроли и быть рядом с ним.

Он ответил после третьего гудка.

— Привет, Ангел. Как прошел концерт?

— Хорошо. Было очень много народу, все билеты распроданы.

— Потрясающе. Я безумно по тебе скучаю.

Его слова вызвали трепет у меня в груди.

— Я тоже по тебе скучаю. Как Сьюзен?

Джейк резко втянул воздух, и я даже через трубку ощутила его боль.

— Думаю, нормально. Но у нее сейчас больше плохих, чем хороших дней.

У меня заныло сердце, я бы все отдала, чтобы обнять его и утешить. Я знала, что ему нужно отвлечься, а в одном из разговоров с Лили та призналась, что она частенько, чтобы уменьшить эмоциональные страдания Брайдена, прибегает к физической любви.

Покусывая нижнюю губу, я наконец решилась на дерзость.

— Сегодня я кое-что для тебя купила.

— Правда? — рассеянно спросил Джейк.

— На самом деле, для себя, но думаю, тебе тоже понравится.

Из горла Джейка вырвалось шипение.

— Погоди-ка. Что ты купила?

Я захихикала.

— Рада, что полностью завладела твоим вниманием, мистер Развратник.

Он простонал:

— Черт, ты купила нижнее белье?

— М-м-м-хм-м.

— Покажи.

— До выходных — нет.

— Да! Давай надень его и сделай для меня фотографию! — скомандовал он голосом, от которого я тут же почувствовала жар и волнение.

— Нет. Терпение, мистер Слэйтер. В эти выходные вас ждет чудесный сюрприз.

Почти беспомощным, жалостливым голосом он проговорил:

— Ну пожалуйста.

Изменения в его голосе вызвали у меня улыбку.

— Ладно, ладно. Дай мне пять минут.

— Спасибо, малышка. Ты не представляешь, каким счастливым меня делаешь. Конечно, я завожусь от одной только мысли, что ты раздеваешься.

— Джейк! — воскликнула я, когда мои щеки залил румянец.

Он засмеялся над моим возмущением.

— Ладно, иди переодевайся.

Повесив трубку, я выглянула из спальни. Парни еще не вернулись в автобус. Я заперла дверь и надела бюстгальтер в черно-белую клетку и стринги. С белыми бантиками по краям у меня получился невероятно озорной образ школьницы, особенно когда я надела белые кружевные подвязки. Невинно, но сексуально. Как только я была готова, я встала перед зеркалом и сделала несколько снимков с разных ракурсов. Потом отправила их Джейку. Не успела я отправить последнюю, как он уже позвонил мне.

— Ты смерти моей хочешь? Ты даже надела подвязки!

Я засмеялась.

— Это значит, что тебе нравится?

— Черт возьми, Ангел, да я взорвусь раньше пятницы. — Он прерывисто вздохнул. — Оно все еще на тебе?

— Да, — осторожно ответила я, потому что понимала, к чему он клонит, но не была уверена, что готова к такому повороту.

— Хочешь подарить мне свою любовь по телефону?

Я фыркнула.

— Ты имеешь в виду «давай займемся сексом по телефону».

— Можно опошлить все что угодно, — поддразнил он.

Теребя кружева на подвязках, я спросила:

— Ты сейчас в своей спальне?

Послышались несколько приглушенных звуков, и Джейк ответил:

— Да, я сейчас в кровати — голый и возбужденный до предела твоими фотографиями.

От сложившейся у меня в голове картинки по всему телу пробежала дрожь. Закрыв глаза, я воссоздала в памяти знакомые изгибы его подтянутых мышц, крепкий пресс и татуировки. Когда между бедрами вспыхнул жар, я немного осмелела.

— Хочешь, чтобы я тоже разделась?

— Сначала только бюстгальтер.

Я потянулась назад и расстегнула крючки. Как только он спал, мне пришлось подавить желание прикрыть руками обнаженную грудь.

— Сняла?

— Да...

— Включи меня на громкую связь.

— Господи, ты такой властный, — пробормотала я, положив телефон на кровать и нажав кнопку.

— Накрой ладонями свои груди. — Я поднесла руки к груди, как мне и было сказано. — Твои соски затвердели?

— Нет, — прошептала я.

— Пощипай их.

Против воли я все-таки это сделала.

— Тебе приятно? — спросил Джейк.

— Да, — честно призналась я. Ладно, может, у меня что-то и получится.

По комнате разнесся продолжительный стон Джейка.

— О, детка, как бы мне хотелось быть сейчас рядом. Мои губы и руки покрывали бы твою грудь.

— Мне бы тоже этого хотелось. — Покусывая губу, я помедлила, а потом все же спросила: — Ты трогаешь себя?

— О да. Но я представляю, что это твои руки или что по мне скользят твои теплые губки.

С одной стороны меня обидели его пошлые признания, а с другой от его слов по моему телу пробежала дрожь. Между ног стала нарастать сладкая истома.

— Хочешь, чтобы я теперь сняла трусики?

— М-м-м, да. Но оставь подвязки.

Я стянула стринги и зарылась в одеяло.

— Хорошо, я голая.

— Ты влажная?

Щеки снова запылали, когда до меня стало доходить, что же я делаю.

— Джейк...

— Ну же, Ангел, скажи мне.

— Да, — прошептала я.

— М-м-м, обожаю, какой влажной ты становишься со мной. А теперь погладь себя медленно и плавно, — приказал Джейк. И снова я повиновалась. Закрыв глаза, я представила его самого и как его пальцы касаются и исследуют меня внизу. — Теперь быстрее. — Стоило мне ускорить темп, как я не сдержалась и простонала от удовольствия.

— Да, малышка, вот так. Позволь мне слышать тебя.

Несмотря на включенный телевизор, я не хотела слишком шуметь, если вдруг вернутся парни. Так что наоборот закусила губу, заглушив свои крики.

— Ты сдерживаешься, — тяжело дыша, проговорил Джейк.

— Да, но я отпущу себя, если буду слышать тебя, — задыхаясь, ответила я.

Услышав его стоны и хрипы, я почувствовала, что сама приближаюсь к концу.

— О, Джейк! — вскрикнула я, взмыв на самую вершину. А когда начала спускаться с небес на землю, дыхание Джейка стало более прерывистым.

— Ангел, о, черт!

Минуту я лежала, пытаясь перевести дыхание. Прошло несколько секунд, прежде чем один из нас заговорил:

— Это было охренительно! — воскликнул Джейк.

С моих губ сорвался смешок.

— Да. Теперь ты лишил меня и телефонной невинности.

— Люблю, когда ты такое делаешь для меня, Ангел. Но больше всего, я люблю тебя.

Мое сердце бешено заколотилось в груди.

— Я тоже тебя люблю. Не могу дождаться пятницы, когда мы увидимся.

— Обещаешь, что под одежду ты наденешь это белье?

— Конечно. Для тебя все, что угодно.

— Боже, я люблю тебя, Ангел.

— А я люблю сильнее.

Глава 24 Эбби

С нашего постыдного разговора по телефону с Джейком прошло три дня и два выступления. Я сидела расслабившись в огромном гостиничном номере, который мне и моим братьям предоставила студия грамзаписи. Я считала часы и минуты до встречи со своим любимым.

Когда в комнате раздалась мелодия марьячи[17], я улыбнулась и подняла телефон.

— Привет, Эй-Джей. Как дела?

— Hola, Abuela, como estas? Привет, бабуля. Как поживаешь?

Я нахмурила брови и отвела телефон в сторону, чтобы убедиться, что это действительно Эй-Джей. А потом ответила на испанском:

— Э-э, по-моему, ты ошибся номером.

Все так же на испанском Эй-Джей сказал:

— Нет, я звоню правильно. Просто сейчас не могу говорить свободно. Поэтому использую испанский.

Я охнула.

— Джейк? Что-то случилось?

Он прерывисто вздохнул.

— Он в ужасной форме, Ангел. Полностью закрылся, и я понятия не имею, что делать.

— Но почему? Что произошло? Я говорила с ним только вчера вечером. — Мой мозг лихорадочно работал, когда я пыталась вспомнить что-то необычное в нашем разговоре. Джейк упоминал о беспокойстве медсестры, что состояние Сьюзен из-за воспаления легких может ухудшиться, но больше ничего не говорил.

— Воспаление легких нанесло еще больший вред ее организму, чем думала медсестра и работники хосписа. Почти целый день она провела в коме.

У меня сжался желудок, и я с трудом подавила рвотный позыв.

— Боже мой... Бедный Джейк... Бедная Сьюзен, — пробормотала я, крепче сжимая телефон, глаза защипало от слез.

— Даже если он не скажет и не признается, но ты ему нужна. Можешь приехать?

В голове закрутились мысли о следующих нескольких днях выступлений. Напрашивался логичный ответ, что я не могу приехать, но я ни за что на свете не оставлю Джейка одного, когда он больше всего во мне нуждается.

— Конечно, могу. Прилечу следующим же рейсом.

— Хорошо. Я тебя встречу, ладно?

— Спасибо. Я ценю это.

— До скорого.

— Пока.

***

На удивление, родители и братья не возражали против моего отъезда. Они считали, что мое место рядом с Джейком и Сьюзен. Я смогла сесть на рейс два часа спустя, и верный своему слову меня на машине ждал Эй-Джей. После того, как он посвятил меня во все детали, оставшуюся часть дороги мы провели в молчании.

Вдоль подъездной дорожки у дома Джейка были припаркованы машины. Поскольку на улице шел дождь, Эй-Джей высадил меня ближе к двери и вернулся на парковку. Дрожащей рукой я нажала на дверной звонок. Я ожидала, что дверь мне откроют медсестра или кто-то из родственников Джейка. Но я оказалась совершенно не готова к тому, что тяжелую дверь из красного дерева распахнет сам Джейк. При виде меня он не поверил своим глазам. Краска отлила от его лица, а потом он требовательно спросил:

— Какого хрена ты тут делаешь?

Резкость его тона заставила меня отпрянуть назад. Лишь спустя минуту я обрела дар речи.

— Мне позвонил Эй-Джей и рассказал про Сьюзен. Я приехала, как только смогла, чтобы быть рядом с тобой... и с ней.

Он стоял неподвижно и смотрел на меня. Его внешность вызвала боль у меня в сердце. Там, где он не брился, кожу покрывала грубая щетина, а обычно идеально уложенные волосы были растрепаны. Под глазами пролегли темно-фиолетовые круги. На нем была грязная футболка «Сбежавшего поезда» и дырявые джинсы. Хотя он и не пригласил меня внутрь, я бросилась к нему и крепко обвила руками.

— Ох, малыш, мне так жаль. Я с тобой, и я тебя люблю.

Он не обнял меня в ответ. Наоборот его руки безвольно свисали по бокам. Я отстранилась, чтобы нежно поцеловать его в щеку.

— Поговори со мной, Джейк, — умоляла я.

По его телу пробежала дрожь, а потом он встряхнул головой. Не говоря ни слова, он вырвался из моих объятий. Взяв меня за руку, он рывком потащил меня через фойе по коридору. Я подумала, что мы идем в комнату Сьюзен, но он завел меня в свою комнату и захлопнул дверь.

— Джейк, что ты...

Он заставил меня замолчать, впившись губами. Поцелуй был требовательным и грубым — ничего общего с тем, к которому я привыкла. Схватив за плечи, он развернул меня и впечатал в дверь с такой силой, что я вскрикнула. Его руки шарили по всему моему телу, пока я пыталась высвободиться.

— Прекрати! — прокричала я ему в губы.

Когда он отодвинулся, его пальцы спустились к пуговице на джинсах. Он стал их расстегивать, на что я покачала головой.

— Что ты делаешь?

— Собираюсь тебя трахнуть. Ты же за этим сюда приехала?

Мой рот, пульсирующий после его недавней атаки, удивленно открылся.

— Нет! Как ты мог допустить такую ужасную мысль? Я приехала, чтобы быть с тобой, потому что люблю тебя и нужна тебе.

Со сверкающими голубыми глазами он снова бедрами вдавил меня в стену. Его губы изогнулись в злобной усмешке.

— Всем всегда нужна была часть меня — возможность как-то пробраться внутрь. Ты тоже этого хочешь, да? Ты подружка Джейка Слэйтера — та, которая наконец-то приручила этого отъявленного бабника.

На его обвинение я яростно замотала головой.

— Я твоя девушка, потому что люблю тебя, а не потому кто ты такой и что думают другие. — Я заключила его лицо в ладони, заставив посмотреть на меня. — Я знаю тебя, Джейк. Я вижу в тебе каждый недостаток и все равно люблю. Для меня в этом мире нет никого, кроме тебя. И когда тебе больно, я хочу быть с тобой. Когда ты сломлен и разбит, как сейчас, я помогу снова собрать эти кусочки воедино. Это и есть любовь, малыш. — Я потянулась к нему и прошептала в его шершавую щетину на подбородке: — Поверь мне, когда я говорю, что сделаю все что угодно, чтобы стереть ту ужасную боль, которую ты чувствуешь сейчас. Но ты должен немного впустить меня.

Он руками сжал мои запястья и завел их над моей головой.

— Ради меня ты сделаешь все что угодно?

— Да, — прошептала я, подавив желание закричать от боли, вызванной его хваткой.

— Какая жалость, черт возьми. Потому что ты всего лишь станешь моей шлюхой.

Моя голова дернулась назад, будто он дал мне пощечину. Как если бы телом Джейка завладел абсолютный незнакомец. Я никогда не видела, чтобы он так себя вел, даже его позорная пьяная выходка в автобусе блекнет по сравнению с этим.

— Джейк, пожалуйста, не делай этого! Не отгораживайся от меня. — Глаза жгло от слез. — Я знаю, что тебе больно, но ты меня любишь и я нужна тебе.

Оставив мои руки, он с жестокой усмешкой скользнул ладонями по моему телу и остановился на бедрах.

— Прости, Ангел, но здесь ты ошиблась. Ты была лишь очередной телкой, которую нужно было завоевать — хотя с тобой это оказалось немного сложнее. Но должен признать: немного романтики и обещаний любви, и эти сладкие бедрышки раздвинулись быстрее, чем я думал.

— Это ложь! Я знаю, что тогда ты любил меня и любишь сейчас. Ты все смешал в одну кучу, потому что у тебя внутри неразбериха. — Я схватила его за плечи. — Ты должен бороться, Джейк. Ты не можешь поддаваться этой тьме. Сьюзен этого бы не хотела.

В глазах Джейка пронесся вихрь эмоций.

— Можешь думать, что хочешь, но я-то знаю, о чем толкую. Я очень рад, что мне удалось объездить тебя, потому что ты создана для траха. То, как ты выкрикивала мое имя и так сильно кончала от моего языка, когда я опускался вниз... м-м-м... детка, это было безумно.

— Прекрати, — слабо возразила я, когда по моим щекам покатились слезы обиды и разочарования.

— Не нужно плакать, Ангел. Для меня было честью стать твоим первым парнем. Обещаю, я запомню тебя, как один из самых лучших своих перепихов — невинный маленький ангелочек, впустивший Большого Злого Волка в свою невероятно тугую киску.

Натянутые и истертые струны моих эмоций лопнули, и я, не успев опомниться, с силой заехала ладонью по его щеке — громкий хлопок сотряс всю комнату. Сидящая внутри меня боль уступила место раскаленной добела ярости.

— Ты невообразимый придурок! Даже не смей больше так со мной говорить! Я знаю, что твоя мама умирает, но это не причина оплевать и растоптать все, что было между нами. Лучше бы тебе быстрее опомниться и понять, что ты несешь. Пойми уже своей тупой башкой, что я была не просто очередной телкой — я была всем, о чем ты мечтал, но ты все разрушил, потому что оттолкнул меня именно тогда, когда больше всего нуждался во мне!

С этими словами я развернулась и вылетела из комнаты. Пока я бежала к входной двери, меня по имени окликнул Эй-Джей, но я проигнорировала его. Не задумываясь о том, куда бегу, я стремительно спустилась с крыльца и влетела в ослепляющий ливень.

На полпути по гравийной дорожке я услышала голос Джейка, прорезавший дождь:

— Эбби! Пожалуйста, подожди!

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, я ткнула в него пальцем.

— Оставь меня в покое, Джейк! Может, я и обещала Сьюзен дать тебе второй шанс, когда ты облажаешься, но сейчас ты испытываешь мое терпение...

Я осеклась, когда Джейк коленями упал в грязь. Его грудь вздымалась и опускалась вместе с горькими рыданиями, а сам он зарылся лицом в подол моего платья.

— Прости меня. Господи, Ангел, прости.

Не шевелясь и не мигая, я в потрясении смотрела на него. Я не знала, что сказать или сделать. Он так сильно ранил меня, что в глубине души мне хотелось его оттолкнуть.

— Джейк, я...

— Прости. Прости. Прости, — повторял он, сжимая мои колени. — Я не хотел этого — клянусь Богом, не хотел. Я заставил Эй-Джея пообещать мне, что он не позвонит тебе и не попросит приехать, потому что не мог вынести мысли, что ты увидишь меня в таком состоянии. — Он сиротливо покачал головой. — Но когда ты появилась, я думал, что умру, и не мог думать ни о чем другом, кроме как прогнать тебя. Поэтому я сделал и сказал всю эту чушь, чтобы причинить тебе боль и чтобы ты убежала. Ты права, назвав меня невообразимым придурком.

Когда я охнула, он поднял на меня взгляд, в его глазах блестели слезы.

— Но когда ты ударила меня, я будто снова прозрел. Я не мог представить своей жизни без тебя и ненавидел себя за то, что сделал с тобой.

— О, Джейк, — пролепетала я.

— Клянусь Богом, я, правда, люблю тебя и никогда так не любил ни одну девушку. Ты самое потрясающее, что происходило в моей жизни. Просто... Я не знаю, что со всем этим делать, — он стукнул себя ладонями по мокрой груди. — Я почти не знаю, каково это быть рядом с кем-то, когда ты целый. Так откуда мне знать, как быть с тобой, когда я совершенно разбит?

Злость, которую я по-прежнему питала к нему, испарилась в одночасье. Я провела пальцами по его мокрым прядям волос.

— Малыш, это и есть любовь. Быть рядом с кем-то и в печали, и в радости.

— Ты заслуживаешь лучшего, чем я могу тебе дать. Я должен был уйти от тебя давным-давно вместо того, чтобы проявлять свой эгоизм и удерживать тебя возле себя.

Я покачала головой.

— Ты не смог бы меня прогнать. Я слишком сильно тебя люблю. Вот почему я тут.

Его лицо превратилось в страдальческую маску.

— Она покинет меня. Пожалуйста, скажи, что ты останешься — даже если я этого не заслуживаю.

— Я тебя не покину. — Я опустилась на землю и обхватила его руками. — Каждый шаг этого пути я пройду с тобой. Просто положись на меня, — прошептала я ему на ухо. Он снова заплакал, крепче прижав меня к себе. — Все хорошо, малыш, — пробормотала я, гладя его руками по спине.

Дождь продолжал лить, а Джейк все безутешно рыдал. Когда он наконец начал приходить в себя, то прерывисто вздохнул.

— Прости, Ангел.

Я высвободилась из его объятий и заглянула ему в глаза.

— Больше никаких «прости», ладно?

Он кивнул, а потом поднялся на ноги. Предложив мне руку, он потянул меня наверх. Обвив рукой за плечи, он прижал меня к себе, и мы направились обратно к дому. Оказавшись внутри, я еще раз поразилась тому, что все комнаты заполнили друзья и члены семьи. Джейк увел меня в свою спальню. Эй-Джей занес внутрь мою сумку, поэтому мы с Джейком по-быстрому сменили свою промокшую одежду.

Я сушила волосы в ванной, когда позади меня возник Джейк.

— Пошли со мной к маме.

Я тут же выключила фен и последовала за ним по коридору. В комнате Сьюзен там, где раньше была массивная кровать с балдахином, теперь стояла больничная койка. Ее хрупкая фигурка в кровати казалась еще меньше. Ее сестра Салли и некоторые из племянниц сидели в углу на диване, а ее отец устроился в кресле. Мое появление они отметили грустными улыбками.

Джейк показал мне на одно из кресел, придвинутых к койке. Я опустилась, наблюдая за тем, как он уселся напротив меня. Он взял в ладони руку Сьюзен и поцеловал ее.

— Мама, я здесь, — тихо произнес он.

Не знаю, сколько мы так сидели — неподвижные, как статуи, ждущие от нее какого-то ответа. Но я охнула, когда веки Сьюзен наконец тихонько распахнулись, и она обвела комнату взглядом. Я точно знала, кого она искала. Как только Джейк потянулся вперед и взял ее за руку, на ее лице засветилась сияющая улыбка.

— Джейкоб.

— Да, мам.

— Помнишь историю, которую я тебе рассказывала, о том, почему ты стал музыкантом?

Этот вопрос сбил Джейка с толку, и его брови нахмурились.

— Э-э, да, помню, но почему...

Она покачала головой, а после повернулась ко мне.

— Я всегда дразнила Джейкоба, что своему успеху певца и гитариста он обязан мне.

Я улыбнулась.

— Правда?

— О да. Благодаря моей студии и обучению танцам, он был окружен музыкой, пока я носила его в животе. Многие часы он провел в компании таких великих композиторов, как: Моцарт, Бетховен и Брамс. Я всегда чувствовала, что он брыкается сильнее, когда я веду урок. Как будто давал мне знать, что уже чувствует музыку.

— Какая милая история.

Сьюзен прерывисто вздохнула.

— Знаешь, я никогда не думала, что смогу иметь детей. После четырех выкидышей я отказалась от мысли, что смогу сама родить ребенка. Мы с Марком уже подумывали об усыновлении, когда я снова забеременела. Во время всех остальных беременностей на первых днях и неделях я старалась меньше стоять, но на этот раз не позволяла себе сидеть. Наоборот я занималась своими обычными делами: ездила на лошадях на папиной ферме и с утра до вечера обучала танцам. Я не верила, что действительно забеременела. Но прошел еще один месяц, а я по-прежнему была беременна, поэтому начала надеяться и молиться, что в этот раз все получилось. Перейдя во второй триместр — в эти недели я потеряла своих предыдущих детей, — я поняла, что чудо наконец случилось.

Она повернула голову и взглянула на Джейка. По его щекам струились слезы, но он даже не пытался их стереть.

— Мой дорогой сыночек, ты всегда был лучиком света в моей жизни...

Зажмурив глаза, Джейк взмолился:

— Не делай этого.

— Я должна попрощаться, дорогой, а ты должен позволить мне уйти.

От сильных рыданий его тело сотрясала дрожь, когда он зарылся лицом на ее груди. Его макушку погладила ладонь, и я больше не могла сдерживать эмоции и заплакала. Услышав мое шмыганье носом, Сьюзен улыбнулась.

— Эбби, после моей смерти напоминай Джейкобу историю его рождения. Когда он опустится так низко, что не сможет встать, или не будет видеть причины жить дальше, расскажи ему эту историю. Напомни ему, что он был чудом и самым драгоценным подарком из всех, что я получала.

Со слезами, текущими по моему лицу и падающими на колени, я потянулась вперед и взяла ее за руку.

— Хорошо. Обещаю. — Я поднесла ее ладонь к губам и поцеловала, прежде чем прижать ее к своей щеке. — Обещаю, что никогда не позволю ему сдаться, как бы ему этого ни хотелось.

— Я благодарю Бога за то, что у него есть ты, милая моя. Позаботьтесь друг о друге. — Она улыбнулась, и в ее глазах блеснули слезы. — Вы оба будете так счастливы вместе и нарожаете мне самых красивых внуков.

От ее слов мы с Джейком заплакали еще сильнее.

— Мама, — рыдал Джейк. Он приподнялся и нежно поцеловал ее в щеку.

— Ты должен отпустить меня, малыш.

Он яростно замотал головой.

— Я не могу. Пожалуйста, не проси меня об этом.

Она провела ладонью по его лицу.

— Мы прощаемся не навсегда. Мы увидимся снова. А до тех пор живи полной счастливой жизнью, чтобы я могла тобою гордиться.

— Так и будет.

Сьюзен улыбнулась.

— А теперь попрощайся со мной.

Мучительное выражение лица Джейка меня убивало, и я заплакала, уже не стесняясь слез. Он тяжело и прерывисто дышал.

— Прощай, мама. Я так сильно тебя люблю.

— Спасибо, милый. Я тоже тебя люблю. — Взгляд Сьюзен обратился ко мне. — Эбби, ты помнишь ту ангельскую песенку из фильма «О, где же ты, брат?»

Мы смотрели этот фильм вместе, наверно, три или четыре раза, пока я восстанавливалась после избиения. Ей нравились фильмы братьев Коэнов так же сильно, как и Джордж Клуни.

— Да, «Стая ангелов». Я помню ее.

— Пожалуйста, спой мне.

Я не знала, как еще дышу между всхлипываниями, не говоря уже о том, чтобы петь, но мне как-то удалось взять себя в руки и призвать силу, о существовании которой я не догадывалась.

— Мое последнее солнце быстро заходит. Моя гонка почти окончена, — запела я.

— Да, вот оно. Какая красота, — пробормотала она, а потом закрыла глаза, пока Джейк не расцеплял объятий. Я продолжала петь, и на ее губах расплывалась мягкая улыбка. Дыхание все труднее давалось ей. Когда я дошла до последней строчки, она сделала последний вдох.

И после ее не стало.

Джейк совсем потерял голову, зарывшись лицом на груди Сьюзен и истерично рыдая. По комнате пронеслась какофония стенаний, когда Салли и ее дочери тоже заплакали, а вместе с ними и дедушка Джейка. Я обогнула койку и обхватила его руками.

— Мне так жаль, — повторяла я снова и снова.

Когда я уже решила, что измученный горем Джейк совсем расклеился, он вскинул голову и расплел мои руки.

— Мне нужно убраться отсюда, — пробормотал он, прежде чем вылететь из комнаты.

В коридоре я встретила Эй-Джея.

— Беги за ним, — поторопил он меня.

Я кивнула и поспешила за Джейком. Добравшись до крыльца, я посмотрела влево и вправо, а потом побежала к сараю.

— Джейк? — позвала я. Ответом мне была тишина. Развернувшись, я понеслась вниз по холму к конюшне. Заглянула в несколько стойл, и в одном из них обнаружила его.

Со слезами, застилающими глаза, Джейк застегивал седло на высокой черной лошади. Ощутив мое присутствие, он проговорил:

— Я должен убраться отсюда. Мне надо прокатиться.

Я отступила назад, когда он вывел лошадь из стойла.

— Я поеду с тобой.

Он удивленно посмотрел на меня.

— Ты же не ездишь на лошадях после того, как в детстве упала, — напомнил он.

По телу пробежала дрожь, когда в памяти всплыло давнее воспоминание, но я встряхнула головой.

— Я поеду ради тебя.

Минуту Джейк смотрел на меня, а потом взял за руку и подсадил на лошадь.

— Его зовут Леннон. — Он застенчиво улыбнулся. — Брайден может фанатеть от Пола Маккартни, но для меня лучше всех Джон Леннон.

— Мне нравится.

— Готова?

— Всегда готова.

Напряжение и невысказанные слова тяжестью повисли между нами. Я растерялась и не знала, что сказать, чтобы его утешить. Он только что испытал свою самую ужасную потерю в жизни, а я боялась, что не смогу заполнить эту пустоту. Может, и не нужно ничего говорить — может, ему нужна рядом лишь я, показывающая свою любовь и поддержку.

Джейк откинул влажные пряди волос с моего лица.

— Держись за меня крепче, Ангел. Я не позволю тебе упасть.

— А я не позволю тебе. — Я обхватила руками его за шею, прижалась к нему и подарила долгий поцелуй. — Мы преодолеем эту бурю вместе, Джейк. Вместе и навсегда.

Его теплое дыхание коснулось моей щеки.

— А ты всегда будешь моим милым ангелом — моей благодатью и любовью всей жизни.

Эпилог Джейк

С моих губ слетел глубокий вздох сожаления, когда я смотрел на бронзовую мемориальную доску, поставленную в честь моей мамы. И хотя я постарался сделать для нее все самое лучшее, мне по-прежнему казалось, что я не в полной мере показал, какой потрясающей женщиной и матерью она была.

Эбби обвила меня рукой за талию и притянула к себе. Потом она положила голову мне на плечо.

— Ты уверен, что тебе не хочется немного побыть одному?

— Нет, я хочу, чтобы ты была здесь. — Я поцеловал ее в макушку. — Я хочу, чтобы ты всегда была со мной.

— И я хочу всегда быть с тобой.

Я улыбнулся ей.

— Тем более, мама бы хотела, чтобы ты была здесь. Она любила тебя так же, как и я.

У Эбби задрожал подбородок.

— Я тоже ее любила. И всегда буду любить.

За нашими спинами раздалось шуршание листьев, и мы с Эбби обернулись. К нам направлялся высокий стройный мужчина. Его руки занимал букет из десятков розовых роз. Почти дойдя до нас, он резко остановился. Его темно-зеленые глаза изучали наши лица.

— Простите, вы члены семьи Сьюзен Мур... то есть, Сьюзен Слэйтер?

Он говорил с сильным русским акцентом, отчего мои брови поползли вверх.

— Я ее сын.

Его губы тронула нерешительная улыбка.

— Конечно. Сейчас я вижу сходство. — Его взгляд от меня сместился на мамину могилу. Лицо заполнила горечь. — Как жаль, что я не застал ее до похорон. Я не знал, что она больна. Мне бы хотелось... — Он резко втянул воздух, как будто пытался контролировать свои эмоции. — Мне бы очень хотелось снова ее увидеть.

— Откуда вы ее знали? — спросил я.

— Много лет назад мы вместе танцевали.

Рука Эбби, с моей талии взлетела ко рту, глаза округлились как блюдца.

— Боже мой. Вы Юрий?

Он улыбнулся.

— Да, но откуда вы узнали?

— Сьюзен рассказывала мне о вас.

— Постой, что? — удивился я.

Не обращая на меня внимания, Эбби в несколько шагов сократила расстояние между ней и Юрием. Встала на цыпочки и что-то прошептала ему на ухо. С его губ сорвался мучительный всхлип. Когда она, в конце концов, отстранилась от него, по его щекам текли слезы.

— Правда?

Эбби кивнула.

— Спасибо, — прошептал он и, вытерев щеки, обратился ко мне. — Можно я с ней немного побуду?

— Конечно. Мы все равно уже уходим, — ответил я.

— Приятно было с вами познакомиться, — сказал Юрий.

— Нам тоже, — ответила Эбби, а я кивнул.

Уже идя обратно, Эбби взяла меня за руку.

— Кто вообще такой этот парень, и что моя мама тебе рассказывала о нем? — расспрашивал я.

— Она хотела, чтобы это осталось между нами — женские секретики.

Я встал как вкопанный.

— Пожалуйста, только скажи мне, что этот мужик не мой настоящий отец!

Голубые глаза Эбби расширились.

— Нет, нет, конечно, ничего такого!

— Расскажи мне, — прорычал я. А когда она бросила на меня свой знаменитый взгляд «даже не смей со мной разговаривать таким тоном, Джейк Слэйтер», я расстроенно хмыкнул. Ненавижу умолять, и она это знает. — Пожалуйста.

— Ну, хорошо, раз ты так любезно просишь, я все тебе расскажу по дороге на концерт.

Идея организовать благотворительный концерт в память о моей маме принадлежала Эбби. Ей хотелось, чтобы пришли жители этого города — люди, которые знали и любили маму так же, как и я. Все средства пойдут на исследования онкологии и в Американское онкологическое общество. Она все организовала, даже наше выступление в парке позади средней школы, где учились мы с мамой. А еще состоится открытие нашего нового шоу «Перекрестки», где «Лестница Иакова» объединится со «Сбежавшим поездом» для участия в Североамериканском турне.

После выступления с ее братьями, до выхода «Сбежавшего поезда», мы с Эбби споем несколько дуэтов, в том числе и «Я заберу тебя с собой». Тот день, когда песня резко взлетела на первое место в Списке Топ-100, принес мне горькую радость, потому что в этот день состоялись мамины похороны. И хотя все кругом заявляли, что это самая эмоциональная песня-прорыв года, я-то знал правду. Она была о безмерном горе и страдании — но не о том, о котором они думали.

Поскольку выступали мы в парке, готовиться нам приходилось в гастрольных автобусах. На повестке дня нашего предстоящего турне у меня стояла задача получить для нас с Эбби отдельный автобус, чтобы мы могли быть вдвоем и нам никто не мешал. Эбби, которая постоянно думает о других, очень настаивала на том, чтобы мы делили его с Брайденом — так у них с Лили будет больше времени вместе. А до тех пор, пока мы будем в пути, я планировал обновить с ней каждый квадратный сантиметр автобуса. Хотя сегодняшний вечер не подходил для веселых шалостей.

Помимо организации концерта и групп Эбби подала идею всем нарядиться, скажем так, в знак уважения к маме. Парни из обеих групп надели черные брюки, черные рубашки и черные галстуки. К лацканам прикололи розовые ленты — знак осведомленности о раке груди. На Эбби было черное платье без бретелек, доходящее до колен и достающее до кромки черных ковбойских сапог. Ее шею украшало мамино жемчужное ожерелье. Она часто его носила, и каждый раз у меня щемило в груди: от удовольствия и боли, что между этими двумя прекрасными женщинами возникла такая связь.

Стилист все еще работал над моей прической, когда за Эбби пришли, чтобы сопроводить ее на сцену. После случившегося с Бри я настоял на том, чтобы рядом с ней всегда присутствовали два телохранителя. Она перегнулась через кресло и поцеловала меня в щеку.

— Увидимся через пару минут, малыш.

— Пока, Ангел, — ответил я.

Закончив приготовления, я прошел к кулисам, чтобы посмотреть выступление Эбби. Мне никогда не надоедало наблюдать за тем, как она работает со зрителями. В каждом аспекте своей жизни она была прекрасна. Спев несколько песен из хитов своих братьев, Эбби осталась на сцене одна в компании лишь своей гитары.

— Эта песня посвящается всем тем, кому известна боль утраты и горя.

Пальцы ударили по струнам, и она заиграла первые аккорды песни Пинк «Вытащи меня отсюда». Ее голос заполнил стадион и согрел мою душу. Это так важно, когда рядом с тобой есть человек, с которым можно разделить горе. Эбби знала маму недолго, но все равно ее любила. Поддержка моего Ангела в самые мрачные и трудные минуты моей жизни просто бесценна.

Оглянувшись через плечо, я с усмешкой обратился к парням:

— Черт, какая же она классная, да?

Одной рукой обнимая Лили за талию, а в другой держа Мелоди, Брайден улыбнулся.

— С каждой песней она становится все лучше и лучше

Эй-Джей кивнул.

— Но я до сих пор не понимаю, что такого она находит в тебе.

— Урод! — воскликнул я и потрепал его по голове.

— Эй, приятель, только не порть мне прическу! — возмутился он, ударив меня по руке.

На наше кривлянье Рис закатил глаза и продолжил что-то печатать в своем телефоне. Он нервничал от того, что в зале сидели его родители. Они прилетели на отцовском корпоративном самолете. Как настоящий ангел, Эбби позвонила им и пригласила на концерт. А еще она повторяла им, какой у них замечательный сын и как они должны им гордиться.

Когда Эбби закончила петь, я поправил гитару на своем плече, чтобы выйти и присоединиться к ней. Мы планировали спеть несколько дуэтов вместе, в том числе и «Я заберу тебя с собой». Но Эбби удивила меня — она слезла с табурета и передала гитару технику. Потом подошла к фортепьяно и села за него.

— Прежде чем Джейк присоединится ко мне, я бы хотела спеть сегодня еще одну песню. Это снова песня одной из моих самых любимых и вдохновительных певиц — Пинк. Она называется «Большой побег», и она для тех, кто оказался на самом дне и думает о побеге. — Она посмотрела поверх микрофона и встретилась с моим вопросительным взглядом. — Но больше всего, она для тебя, малыш.

Ее пальцы легко запорхали над черными и белыми клавишами, и она начала петь. Прислонившись к стене, я внимательно вслушивался в слова. Несмотря на все мои усилия, глаза защипало от слез, особенно когда прозвучали строки «страсть и боль когда-нибудь помогут тебе выжить». Песня вместила в себя столько отчаянных и мрачных эмоций, которые я испытал за последние два месяца со смерти мамы. Я понимал, что впереди меня могут ждать еще более безнадежные времена, но я больше не сбегу. Рядом со мной Ангел, мои товарищи и братья по группе и новая любовь семьи Эбби.

Песня закончилась, я вышел на сцену и поднял ее со скамейки для рояля. Крепко обхватив ее руками, я пробормотал ей на ухо:

— Спасибо, Ангел.

— Пожалуйста. — Она поцеловала меня в губы, отчего толпа просто обезумела. Воспользовавшись моментом, Эбби взяла у техника микрофон и спросила: — Полагаю, ребята, вы готовы, чтобы мы теперь спели вместе?

Воздух заполнили свист и громкие возгласы.

— Тогда ладно.

На сцене уже между двумя табуретами поставили два микрофона. Мы с Эбби пристроили гитары на коленях.

Первым мы вместе исполнили кавер на песню Тима Макгроу и Фэйт Хилл «Ты нужна мне». Сидящая напротив меня Эбби улыбнулась, и вместо слов «проехать по Западной Виргинии» я спел «по Западной Джорджии», а ковбоев заменил на рокеров. Песню мы допели под бурные аплодисменты. Я склонил голову к Эбби, готовясь сделать очередное объявление. Она усмехнулась и подмигнула мне.

— Мы хотим поблагодарить всех, кто сделал песню «Я заберу тебя с собой» хитом. Для нас с Джейком это очень много значит, потому что мы написали ее вместе. На самом деле, я первый раз в своей жизни писала песню. Так что встречайте.

И хотя песня для меня была адски тяжелой эмоционально, я никогда не уставал петь ее вместе с Эбби. Каждый раз она привносила в нее что-то новое: выделяло какое-то слово или шепотом пропевала часть строки. На сцене, как и в обычной жизни, она не давала мне расслабиться, и я наслаждался каждой минутой наших отношений.

Когда аплодисменты стихли, я наклонился к микрофону.

— Для нашего последнего совместного дуэта мы выбрали еще один кавер. Надеюсь, в следующем году мы напишем больше совместных песен. А пока эта песня полностью отражает все мои чувства к Эбби или моему Ангелу. Встречайте, Никки Рид и Пол Макдональд «Все, что мне было нужно».

На протяжении всей песни мы с Эбби не сводили друг с друга глаз. И хотя нас разделяли гитары и микрофонная стойка, мы склонялись навстречу друг другу. Как и пелось в песне, она была моим убежищем от шторма и всем, что мне было нужно.

Когда последние строки пронеслись над парком, Эбби перегнулась через микрофон и страстно меня поцеловала. Публике это понравилось, крики и аплодисменты стали оглушительными. Эбби уже начала подниматься со стула, чтобы покинуть сцену, но я остановил ее.

Сбитая с толку она нахмурила брови.

— Джейк...

Я пытался успокоить бешено колотящееся сердце. То, что я собирался сделать, было очень важным, и мне хотелось убедиться, что все идеально. Я заговорил в микрофон, и мой голос сорвался, пронесясь над толпой.

— Две песни, которые мы спели вместе, Ангел, значат для меня все. Ты — все, что мне было нужно и что я мог только желать. И больше всего на свете остаток своей жизни мне хочется провести с тобой, делая тебя счастливой.

Я поднялся со стула и достал из кармана маленькую коробочку. Как только я открыл ее, в свете софитов засверкал огромный бриллиант изумрудной огранки, и Эбби потрясенно вскрикнула.

— Боже мой... Боже. Мой! — воскликнула она и ладонями закрыла рот.

Я с улыбкой опустился перед ней на одно колено. Толпа орала и свистела настолько громко, что я не слышал собственных мыслей. Сотню раз я снова и снова прокручивал в голове слова, которые собирался сказать. Мне хотелось, чтобы они звучали искренне и значимо. В конце концов, я же автор песен, но в этот миг все слова вылетели у меня из головы.

Так что я сдался и взял Эбби за руку.

— Ангел, ты готова собой заполнить мою жизнь и выйти за меня замуж?

В глазах Эбби заблестели слезы, и она вскочила со стула. Я не успел даже подготовиться, как она бросилась ко мне в объятья, чуть не свалив меня.

— Да! Да, я согласна!

Ее согласие снова привело публику в полный восторг, а парни заиграли Свадебный марш в стиле рок. Обхватив Эбби руками, я встал и покрутил ее. Обладая чувством собственного достоинства, я никогда не верил в сказки, но в этот миг поверил. Я обрел своего ангела, с которым мы проживем долго и счастливо.


Загрузка...