Патриция Филлипс Невеста дракона

Глава 1

1347 год, Херефордшир, Большой замок Стоунхем

Изабель де Лейси вздрогнула от утренней прохлады и поплотнее закуталась в накидку. С высокой зубчатой стены камка прекрасно были видны окрестности, окрашенные в золотистый, темно-оранжевый и алый цвета. Солнце наконец поднялось над деревьями, тронутыми осенним морозцем. Долина словно наполнилась огнем. Выложенные из песчаника стены замка ярко вспыхнули в солнечных лучах. И это пышное великолепие зубчатых стен и высоких башен крепости резко выделялось на фоне видневшихся вдали Черных гор Уэльса.

Прямо под стенами замка стоял многоголосый гул, слышалось ржание лошадей и бряцание оружия. Рыцари и их вассалы прибыли в Большой замок Стоунхем для участия в турнире.

Они съезжались целую неделю, и их яркие шатры вырастали на зеленом лугу, как диковинные цветы. Возле реки уже было готово ристалище, обнесенное барьером. Деревянные скамьи дожидались зрителей. Полосатый балдахин над помостом был украшен разноцветными лентами и флагами, развевавшимися на ветру.

Торговцы расположились возле ристалища задолго до рассвета. И теперь заманчивый аромат пирогов с мясом и жженого сахара смешался с резким запахом конского пота и дыма костров.

Изабель обхватила себя руками в предвкушении необыкновенного зрелища. В замке не устраивали таких шумных развлечений с тех самых пор, как ее отец привез новую жену. Спустя пять лет она умерла, и Изабель нисколько не сожалела об этом. Вечно нывшая, болезненная Филиппа не нравилась ей.

Прошлой весной Изабель осиротела — ее отец сражался во Франции и погиб. Взрослый сын Филиппы, Лайонел Харли, поспешил выпросить у короля разрешение на опеку над Изабель. Но она не собиралась подчиняться своему сводному брату, которого едва знала.

Изабель отправилась наряжаться к предстоявшему празднеству. Спускаясь по крутой лестнице башни, она с удивлением думала, как это Лайонелу удалось зазвать в Стоунхем столько рыцарей. Турнир готовили с размахом. Даже король был приглашен. Но, к огорчению Лайонела, у короля Эдуарда появились «более важные обязательства». Вся Англия отмечала бесконечными пирами и рыцарскими турнирами возвращение своего короля из Франции после победы у Креси.

Лайонел уверял всех, что победит в турнире. Вероятно, он хотел развеять сомнения в его мужестве. В последнее время ходили слухи, что он был недостаточно смел на полях сражения. И хотя Лайонел клялся, что все обвинения выдуманы его недругами, Изабель трудно было убедить в этом. Она уже поняла, насколько лжив и изворотлив был ее сводный брат.

Лайонел развалился в своем кресле. Он сидел один за длинным столом в большом зале замка Стоунхем — все рыцари уже отправились готовиться к состязаниям. Хозяин турнира мог позволить себе расслабиться на время. Среди собравшихся рыцарей не было того, кто превосходил его в боевом мастерстве. Лайонел радовался, что наконец сможет показать всем свои умения и свою воинскую доблесть. Огромные денежные призы, назначенные Лайонелом, привлекли на турнир много опытных рыцарей, с большинством из которых он был хорошо знаком. Тонкие губы Лайонела изогнулись в довольной усмешке — он знал способности тех, кто приехал на турнир. Эти соперники не представляли для него большой угрозы. Единственный противник, которого Лайонел опасался, Брайан, лорд Мейрик, лежал в постели, оправляясь от ран, полученных во Франции. Поэтому не случайно Лайонел предусмотрительно выбрал октябрь для проведения турнира.

Лайонел ощутил тревожное беспокойство, подумав о возможном поражении от какого-нибудь неизвестного соперника. Но он быстро заглушил свое опасение большим глотком французского вина. Он должен одолеть всех противников, чтобы сохранить денежный приз для себя.

Он обязательно победит, потому что ему просто негде взять обещанного в качестве награды золота. Даже если собрать до последнего пенни все доходы от поместья и опустошить все сундуки. Но азарт был у Лайонела в крови. Лайонел поднялся из-за стола и направился через зал к выходу, но вдруг остановился, затаив дыхание. Девушка была так прекрасна в своем праздничном наряде. Одежда из атласа и парчи блестела в солнечном свете. Казалось, что маленькая фигурка окружена золотым ореолом. Лайонел тяжело сглотнул, и кровь у него забурлила. Господи, если бы он не был уже женат, то непременно взял бы в жены красавицу Изабель. И не важно, что она его сводная сестра. Ведь они, в конце концов, не связаны кровными узами. Конечно, не обязательно жениться на девушке, чтобы получить удовольствие от ее любви. Если бы только она согласилась…

— Дорогая Изабель, ты восхитительна, — хрипло произнес Лайонел, с трудом скрывая охватившее его волнение. Он торопливо протянул украшенную перстнями руку, помогая девушке сойти с лестницы.

— Благодарю, милорд, — ответила Изабель, используя это вежливое обращение нарочно.

— Нет, дорогая, ты могла бы сказать: «Благодарю, Лайонел, мой брат», — мягко поправил он девушку.

Изабель заметила, как он жадно облизнул губы, скосив взгляд на белые холмики ее грудей, изящно обрамленные узкой полоской собольего меха. Она не ошиблась — страсть вспыхнула в его темных глазах. От этого открытия внутри у нее похолодело. Оробев, она улыбнулась и отступила, высвобождая свою руку.

Служанка поставила перед девушкой блюдо с медовой лепешкой и бокалом сладкого вина.

— А Мод еще не готова? — спросила Изабель. Она чувствовала себя неуютно, видя хищный блеск в глазах Лайонела.

— Да, вероятно, — рассеянно ответил он, неохотно отводя взгляд от девушки.

Сердце Лайонела забилось сильнее. Король Эдуард, возможно, нашел бы эту крошку привлекательной. Ведь она действительно великолепна, даже для самого короля. И хотя Изабель де Лейси не так знатна, чтобы быть королевой, почему она не может стать любовницей короля? Да, с королем Лайонел согласился бы делить эту женщину. Наверное, нужно поскорее представить Изабель королю.

В мрачном зале раздались детские крики и шуршание одежд. Мод, жена Лайонела, двое маленьких детей и служанки подошли к столу. Мод не могла сравниться во внешности со своей золовкой. Блестящие иссиня-черные волосы Изабель подчеркивали белизну матовой кожи ее лица и шеи. Большие фиалковые глаза были опушены такими густыми ресницами, что тень от них падала на щеки. Изабель была прекрасно сложена. Тонкая талия и высокая грудь придавали изящество ее фигуре. Руки были украшены перстнями. Нежный и мягкий голос ласкал слух.

Лайонел отвлекся от своих похотливых мыслей. Из приличия он заставил себя повернуться, чтобы приветствовать свою жену.

— Рад видеть тебя, дорогая, — холодно произнес он. Дети, четырехлетний сын Эдуард и малышка, поклонились отцу, что доставило Лайонелу большое удовольствие.

— А разве мы еще не идем на турнир? — произнесла Мод своим гнусавым голосом.

Эта женщина была высокой и худой. И никаких заветных сокровищ не таилось в лифе ее платья. Мод была плоской, как доска. Рыжие волосы были спрятаны под чепец, что Лайонел счел несомненным улучшением ее внешности. Ему многое в ней не нравилось — и веснушчатая кожа, и маленькие карие глазки. Мод была далеко не красавицей. Но ведь он женился на ней из-за приданого. А оно в действительности оказалось значительно меньше, чем ожидал Лайонел. Он так и не смог простить ей этого.

— Ты так хорошо выглядишь в новом платье, моя милая, — с трудом выдавила из себя Мод, завидуя внешности Изабель. На самой Мод было платье из темно-красного атласа, отделанное тесьмой и расшитое жемчугом по всему подолу. Длинные рукава были оторочены мехом. Платье великолепное! Но рядом со своей золовкой Мод чувствовала себя чуть ли не уродиной.

Изабель радостно улыбнулась, и на ее правой щеке заиграла ямочка. К огорчению девушки, на другой щеке ямочка не появлялась. Зато здесь была небольшая черная родинка, и Изабель это тоже огорчало. Она не знала, что мужчины находят такие отметинки необычайно привлекательными.

Изабель неторопливо покружилась, чтобы Мод могла получше рассмотреть ее новое платье из блестящего розового атласа и золотой парчи. Длинные рукава были подбиты красным атласом, а надетое поверх платья узкое сюрко было отделано тесьмой и оторочено темным мехом. В таком восхитительном наряде Изабель чувствовала себя настоящей принцессой. Лайонел уверял ее, что платье и было сшито для принцессы. Он привез эти наряды как часть военной добычи, захваченной после победы над Францией, и подарил Изабель. Ему хотелось как-то задобрить ее, прежде чем сообщить, что теперь он является хозяином замка. Более того, Лайонел стал опекуном девушки и теперь мог распоряжаться землями и приданым вплоть до ее замужества. Это право было предоставлено ему королем Эдуардом. У короля было много гораздо более важных дел, чем опека над какой-то сироткой.

Но никто не заставит Изабель признать Лайонела хозяином Большого замка Стоунхем. Ведь в нем не текла кровь рода де Лейси. Филиппа родила его от какого-то известного ирландского барона.

Даже если бы Лайонел подарил Изабель тысячу платьев, то и тогда она не смогла бы полюбить его!

После смерти отца он велел ей вернуться из ее отдаленного поместья в Амбри. Сначала она подумала, что он намеревается выдать ее замуж. Но скоро поняла: он просто Котел убрать ее из поместья, подальше от плодородных земель, чтобы самому заправлять там всеми делами. Позднее Изабель почувствовала, что Лайонелу хочется заполучить и саму. При мысли об этом ее бросало в дрожь. Девушка не могла оспорить право Лайонела распоряжаться доходами ее земель, пока находилась под его опекой. Но он не имел никаких прав на большее. И Изабель старалась держаться подальше от нового хозяина замка Стоунхем.

Однажды Изабель спросила разрешения посетить монастырь в Амбри, где настоятельницей была ее тетушка Бланш. Лайонел рассердился и отказал. В течение последних пяти месяцев он был очень строг с ней. Хотя иногда она ощущала на себе его восхищенный взгляд.

Оруженосцы Лайонела нетерпеливо переминались с ноги м ногу в конце зала, беспокоясь, чтобы их господин не опоздал к началу турнира. Мод торопливо поцеловала мужа в щеку и пожелала ему успеха.

— А ты, милая? — Лайонел подошел к Изабель. — Разве ты не поцелуешь меня и не пожелаешь удачи?

Девушка сладко улыбнулась, снимая тонкий шарф со своих красиво уложенных волос.

— Я даю тебе его в знак своей благосклонности.

Лайонел улыбнулся в ответ, но выражение его лица оставалось суровым. Он обмотал шарфом руку, потом дотронулся до него губами, вдохнув аромат духов Изабель. У Лайонела сильнее забилось сердце. Глядя на Изабель, словно окутанную золотистым облаком, он хрипло спросил:

— Чем наградишь ты меня позже, милая Изабель? Ведь сегодня я стану победителем!

В ответ девушка снова улыбнулась деланно-приторной улыбкой.

— Ну как же, брат, я награжу тебя лавровым венком победителя.

Лайонел резко повернулся и вышел из зала. Мод взглянула на свою золовку, чувствуя, что произошло нечто неприятное, но не могла понять всего до конца. В общении между Изабель и Лайонелом всегда ощущалось напряжение. Вполне очевидно, что со стороны Изабель не было особого проявления любви… Мод не вполне разбиралась в чувствах мужа. Но она сомневалась, что он любит Изабель лишь любовью брата.

— Поторапливайтесь, мы же пропустим весь турнир!

Брайана, молоденькая кузина Мод, торопливо вбежала в зал. Ее голубая юбка развевалась, рыжеватые вьющиеся волосы выбились из-под чепца.

— Там сотни красивых мужчин только и ждут, чтобы поухаживать за нами, а вы скучаете здесь, — воскликнула она. Схватив Изабель за руки, Брайана закружилась с ней по залу. Их мягкие башмачки тихо зашуршали по покрытому камышом полу. — Пойдем скорее, Изабель. Там же менестрели и шуты с танцующими собачками.

Изабель устремилась вслед за Брайаной, Мод подгоняла служанок и торопила детей. Она не переставала жаловаться, что не успевает за девушками. Ей очень хотелось отправиться на турнир не пешком, а в карете, что больше соответствовало бы их положению.

Жалобы Мод быстро затихли позади. Две молодые дамы пробежали по подъемному мосту и со смехом понеслись по сырой траве, словно деревенские девушки. Брайана болтала без умолку. Ей не терпелось оказаться на празднике и ощутить на себе восхищенные взгляды рыцарей.

Возле ристалища было шумно и оживленно, как на ярмарке. Выступали акробаты. Продавцы громко расхваливали свои товары. Торговцы пирогами и элем наперебой зазывали к себе проходящих мимо. Девушки лакомились марципанами и засахаренными фруктами.

Изабель радовало, что Брайана стала ее подругой. Но даже и эта радость скоро кончится, поскольку весной Брайану выдадут замуж. Надвигающееся замужество усиливало желание Брайаны насладиться ухаживанием самых разных мужчин, пока возможно. Стоило красивому мужчине улыбнуться ей, как она сразу же начинала с ним кокетничать. К тому же эта молодая девушка была необычайно находчива и остроумна. А вот Изабель чувствовала себя неуютно в присутствии мужчин. Рыцари, наведывавшиеся в замок, тоже смотрели на нее, как застывшие истуканы, или обращались к ней с благоговением, достойным Девы Марии.

Леди Эдит, мать Изабель, умерла, как только произвела на свет свою девочку. Некому было обучить Изабель всем тонкостям светской жизни. Девушке казалось, что все ухаживания — это так глупо: мужчина расточает комплименты, а женщина жеманно принимает их. Почему люди не могут просто высказать то, что лежит у них на сердце? Почему необходимо следовать этим глупым правилам?

Арнол де Лейси растил единственную дочь с такой же наивностью, с какой вел свои дела. Уверенность Изабель в себе сильно пошатнулась, когда ее отправили на воспитание в монастырь Амбри. Тетушка Бланш была шокирована ее неподобающими леди манерами. Она укоряла брата за это, а позже посоветовала ему жениться хотя бы ради блага дочери. Изабель же казалось, что не следует делать слишком большого упора на благочестие, внешние приличия и притворную покорность.

«Когда мне наконец позволят иметь поклонника?» — думала иногда Изабель. Но Лайонел отвечал отказом всем, кто собирался поухаживать за сестрой. Изабель не разрешалось оказывать поклонникам никаких знаков внимания, кроме реверанса и вежливого приветствия. Всякий раз Лайонел просил ее выйти из зала и сам говорил от ее имени. Наиболее настойчивым был сэр Рейф де Гаскон. Изабель мельком видела его в задымленной полутьме большого зала.

Лайонел держал сестру в замке, как пленницу. Когда Изабель переехала из своего поместья Амбри в Стоунхем, ее жизнь стала скучной и однообразной. Лайонел все ей запрещал. Казалось, он испытывал ее терпение. Ведь в Амбри Изабель сама была хозяйкой. Несмотря на наставления тети Бланш. Нет, Изабель было трудно смириться с господством Лайонела Харли.

— Ой, взгляни, сэр Рейф смотрит на тебя! — воскликнула Брайана, схватив Изабель за руку. Девушки сидели в середине высокого помоста, откуда прекрасно видели ристалище и всех участников турнира.

Молодой рыцарь направлялся к ним. Голова юноши была обнажена, и солнце золотило его каштановые волосы. Он привстал в стременах и послал воздушный поцелуй знатным дамам, вызвав этим восторг у женской половины зрителей.

— Он такой красивый и до безумия влюблен в тебя, Изабель.

Брайана мечтательно вздохнула и, положив подбородок па руки, снова стала смотреть вниз, на собирающихся рыцарей.

— Ну что ж, уж лучше пусть будет он, — мрачно произнесла Изабель, когда увидела, что ее сводный брат появился на краю ристалища.

— А что? Разве он не нравится тебе?

— Но я не знаю его. Лайонел не позволяет мне даже взглянуть на него и сразу прогоняет из зала. Кажется, сэр Рейф довольно привлекательный. Мне известно, что он спрашивал брата обо мне.

Брайана сжала руки от восторга. На Изабель обратил внимание такой красивый рыцарь! Она представила себя в его сильных объятиях.

— О, как бы мне хотелось, чтобы он стал моим мужем! Сар Вильям стар, и от него всегда пахнет элем. Он любит только этот свой эль. — Тут Брайана захихикала и игриво толкнула Изабель. — Он хочет, чтобы я нарожала ему детей. Ему нужен наследник, и именно поэтому он решил завести молодую жену.

Изабель перестала слушать рассказ Брайаны о своем будущем муже, едва только взглянула на великолепно одетых всадников. Их доспехи ярко блестели на солнце. Сегодня в Большом замке Стоунхем собрались сотни рыцарей со своими оруженосцами. Никогда прежде Изабель не доводилось видеть столько мужчин в таких необыкновенно красивых нарядах. Вот если бы каждый день был таким волнующим! Позже, когда закончатся первые рыцарские поединки, они с Брайаной прогуляются вокруг ристалища, посмотрят цирковые представления и что-нибудь купят у торговцев. У Изабель в кошельке были деньги, чтобы купить какие-нибудь безделушки и конфеты; она решила забыть о распоряжении Лайонела приобретать только самое необходимое.

Наконец все было готово, и большой парад рыцарей начался. Обе женщины в изумлении смотрели на разноцветные парадные конские попоны. Они восхищались чепраками, украшенными изысканной вышивкой и длинными золотыми кистями, волочившимися по земле. У некоторых из прибывших рыцарей были такие высокие остроконечные и причудливые шлемы с перьями и крестами, что их владельцы выглядели в седлах как настоящие гиганты. Их лошади были так богато убраны в золотые и серебряные ткани, в красный, зеленый и голубой бархат, что в них трудно было распознать свирепых боевых коней.

Роскошная пурпурная шелковая ткань, затканная золотым узором, украшала лошадь Лайонела. Он открыл парад участников турнира. Великолепные кони других рыцарей держались на почтительном расстоянии от него. Три больших изумрудно-зеленых пера развевались на сверкающем шлеме Лайонела, и от этого он казался невероятно высоким в своем седле. Позади Лайонела шли одетые в ливреи оруженосцы. Они вели свору призовых охотничьих собак в отделанных золотом и изумрудами ошейниках.

Кавалькада всадников медленно продвигалась по краю ристалища. Изабель была в восторге от этого представления. Ей хотелось, чтобы оно продолжалось бесконечно, без всяких поединков.

Рослый мужчина вел на золотой цепи леопарда. Изабель с удивлением уставилась на невиданного зверя. Он рычал, скалил зубы и яростно махал хвостом. Прежде девушке доводилось видеть леопардов только изображенными на рыцарских щитах.

Все подготовленное для турнира поле блестело от сверкавших на солнце рыцарских доспехов, пестрело знаменами и геральдическими флагами. У каждого рыцаря был свой герб, который изображался на щите и на шлеме и на сюрко, одетом поверх доспехов. На гербах участников турнира девушки увидели львов, стоящих на задних лапах, единорогов, медведей и даже разных огнедышащих драконов.

Изабель разглядела эмблему на щите Лайонела, и у нее от злости сжались кулаки. Золотая арфа на зеленом фоне, знак ирландского рода Харли, соединялась с гербом рода де Лейси — серебряным крепостным валом на красном поле. Изабель зашипела от ярости при виде такой наглости. Лайонел присвоил себе знаки отличия, на которые не имел никакого права. Именно поэтому он был очень осторожен, позволив ей заранее увидеть его новый гербовый щит. Он догадывался, что она станет высмеивать его. Сейчас Изабель больше, чем когда-либо, желала, чтобы кто-нибудь нанес ему сокрушительное поражение и растоптал его невыносимое самомнение.

Последние из участников блистательного шествия медленно покинули ристалище. Прозвучали фанфары трубачей. Герольд громко огласил правила боя. Рыцарский турнир в Большом замке Стоунхем начался.

Изабель была неприятно поражена мастерством Лайонела. Его соперники один за другим были выбиты из седла. Самоуверенность Лайонела выросла непомерно, и тут он наконец тоже был выбит из седла. Кто же его одолел? Сэр Рейф де Гаскон! Изабель громко кричала от радости, пока оруженосцы помогали Лайонелу подняться. Его копье раскололось, и теперь будет задержка — оружие нужно заменить.

Сэр Рейф победно проскакал по полю под восторженные крики толпы. Изабель встала и помахала ему. Он подскакал к барьеру, приподнялся в седле и протянул копье.

Брайана радостно взвизгнула и сжала ей руку:

— О, Изабель, ты должна прикрепить награду к его копью.

Пожалев, что отдала свой шарф Лайонелу, Изабель схватила с перил венок из розовых цветов и нацепила его на конец копья победителя. Сэр Рейф торжественно поклонился ей и, подняв руку в знак благодарности, неторопливо направился к середине ристалища. Он не опускал копье, показывая всем, что заслужил благосклонность прекрасной дамы. Это вызвало радостный смех и громкие рукоплескания, а сэр Рейф приветствовал публику поднятой рукой в латной рукавице.

Изабель не могла видеть лицо Лайонела, потому что брат был в шлеме. Но она не сомневалась, что он злился. Ведь предпочтение было отдано его противнику. Изабель знала, что Лайонел отомстит ей за это, но все равно наслаждалась своей вновь обретенной свободой.

Сэр Рейф показался Изабель красивым молодым человеком. Да ведь и она ему нравится. Именно к ней протянул он свое копье, прося награды. Почему же этот славный рыцарь не может стать ей женихом? Лайонел распоряжается доходами от ее земель. Но как только она выйдет замуж, вся ее собственность перейдет к мужу.

Изабель вдруг поняла, почему Лайонел стремился оградить ее от поклонников. Доходы от плодородных земель в Амбри были слишком велики, чтобы отказаться от них. Теперь она была настроена более решительно. Она потребует от Лайонела согласия на ухаживание сэра Рейфа. Она будет иметь право голоса при выборе мужа, иначе любящий сводный брат выберет для нее какого-нибудь ужасного старого пьяницу.

Турнир продолжился. Надежды Изабель на поражение Лайонела развеялись, когда при первом же столкновении копье сэра Рейфа сломалось, а сам он был выбит из седла. Лайонел чудом удержался в седле после столкновения. Оставшись победителем, он издал ликующий крик и проскакал мимо зрителей.

Изабель и Брайана устали от шума поединков. Они спустились с помоста и отправились на прогулку, подальше от ристалища.

Изабель купила себе серебристо-бордовую ленточку, которая подходила к ее праздничному платью. Потом девушки съели по марципану, выпеченному в форме замка и облитому сверху розовой глазурью.

Брайана охотно болтала с торговцами. Изабель же считала, что им не следует разговаривать с этими молодыми людьми. Подруга недовольно сжала губы в ответ на замечание Изабель, потом согласилась с ней. Она и сама понимала, что эти парни низкого происхождения. Но их грубоватая внешность казалась такой притягательной, а их откровенное восхищение девушкой до крайности льстило ее самолюбию.

Девушки прошли мимо стоявших группами иноземных рыцарей. Воины, в руках которых блестели щиты со звездами и кривые сабли, были смуглы и чернобороды. Брайана решила, что это те самые внушавшие всем ужас неверные. Изабель распознала в гомоне толпы валлийскую и ирландскую речь. Она думала, что свирепые валлийцы скрываются в своих затянутых туманом горах и только ждут возможности спуститься оттуда и перерезать благочестивых жителей Херефордшира. Теперь Изабель была удивлена — их рыцарей невозможно отличить от остальных.

Ярко одетые акробаты выделывали на земле разные трюки. Проскользнув среди зрителей, они оказались у ног Изабель. Девушка радостно захлопала в ладоши. Актеры свернулись в узел, как в китайской головоломке. Она бросила им одну из своих монет в награду за такое мастерство.

Брайана уже умчалась посмотреть на танцующих собачек. У каждой собачки был кружевной воротничок с колокольчиками на цветных шнурочках. Брайана, увидев поодаль пожирателя огня, потянула за собой и Изабель. Потом они направились к чародею и с удивлением наблюдали за его волшебными фокусами. Устав наконец от множества впечатлений, девушки купили сладкие ячменные лепешки. Брайана купила еще грубо разрисованную деревянную куклу, которая наклонялась и делала сальто всякий раз, когда нажимали на рукоятку. Это очень забавляло девушку.

Изабель увидела слуг Лайонела. Они стояли совсем близко, но делали вид, что не замечают двух знатных дам. «Уж не приказано ли слугам следить за мной?» — подумала девушка. Ну и пусть следят. Она будет делать все, что захочет.

Изабель с Брайаной выпили по чаше освежающего фруктового сока. Потом они снова поднялись на помост. За время их отсутствия произошло несколько схваток. В ловкости и силе состязались менее знатные рыцари. Победителям достались в качестве призов седла и уздечки.

Изабель удивило, что Лайонел все еще оставался первым среди рыцарей. Она с трудом поверила в это. Герольд, распорядитель турнира, перечислил победы знатного соперника, и громкие звуки фанфар раздались над лугом. Лайонел даже снял шлем, чтобы все могли видеть его лицо. Он гордо проезжал на коне по ристалищу, наслаждаясь радостным шумом зрителей.

Теперь поле битвы было открыто для каждого, кто хотел бросить вызов непревзойденному. Несколько рыцарей прибыли с опозданием, они проводили поединки между собой. Уже стал известен победитель этих поединков — зловещая фигура в черных боевых доспехах верхом на огромном черном коне. Этот рыцарь и предложил Лайонелу сразиться с ним.

Изабель слышала, как Лайонел с насмешкой говорил Мод о предстоящей схватке. Он был уверен, что скоро этот самонадеянный чужак будет валяться в грязи.

— Ты такой храбрый, мой супруг. Я нисколько не сомневалась в твоей победе, — отвечала Мод, купаясь в лучах славы Лайонела. Мод что-то продолжала говорить, но все внимание Лайонела было приковано к Изабель. Он ожидал услышать слова восхищения и от нее.

Наконец потеряв терпение, Лайонел напомнил ей о себе:

— А ты разве не рада моим победам, дорогая?

— Я поражена твоим мастерством, — призналась Изабель. — Меня также удивил и твой новый герб, — добавила она, выразительно посмотрев на сюрко Лайонела. — Ты не имеешь права носить герб де Лейси. Этот символ тебе не принадлежит.

Лайонел пожал плечами, но лицо у него напряженно застыло.

— Отчего же? Теперь это мой герб. Я ведь ношу его, не так ли?

Не проронив больше ни слова, он удалился.

— Ты не должна была расстраивать его. Он может проиграть из-за тебя, — проворчала Мод, неодобрительно покачав головой.

— Вот и хорошо бы, — пробормотала Изабель, сердито взглянув на нее.

Между тем два рыцаря внизу сражались, размахивая булавами. Земля после многочисленных поединков превратилась в сплошную грязь, куда в конце концов оба воина и рухнули. Их вынесли с ристалища.

Вот и наступил черед Лайонела сразиться с черным рыцарем. Все зрители подались вперед, чтобы получше разглядеть неизвестного воина, бросившего вызов. Оба противника уже надели тяжелые рыцарские шлемы с узкой щелью для глаз. Нужно было поторопиться — солнце клонилось к закату, и заметно похолодало.

Прозвучали фанфары. Шуты и акробаты, веселившие зрителей, удалились в безопасное место за барьер ристалища. После этого были объявлены противники в предстоящей схватке. Снова раздались звуки фанфар. Герольд объявил, что рыцарь Дракон вызывает лорда Харли на три поединка.

Подумав, что Дракон — довольно странное имя, Изабель тоже подалась вперед, чтобы получше рассмотреть этого таинственного незнакомца. На его черном сюрко красовался золотой огнедышащий дракон. Девушка предположила, что это был валлийский рыцарь, поскольку именно валлийцы часто выбирали дракона в качестве своего герба. Конь рыцаря был накрыт большой черной попоной с тонкой золотой каймой. Черный цвет доспехов и одежды придавал воину очень грозный вид.

Гул сразу же стих, едва оба противника опустили свои копья в боевое положение и с силой пришпорили коней. Когда всадники столкнулись, раздался громкий треск — их копья одновременно сломались. Публика начала топать ногами по деревянному помосту, выражая недовольство таким неожиданным исходом поединка. Оба соперника сильно покачнулись, но удержались в седлах, и каждый сам смог вернуться на свое место.

Изабель слышала, как охала сидевшая позади нее Мод, охваченная страхом за своего мужа. Взволнованные возгласы снова стали раздаваться среди зрителей. Все поняли, что этот неизвестный рыцарь оказался достойным противником.

На поле выскочили жонглеры, чтобы развлечь публику перед началом следующего поединка.

Наконец рыцари снова заняли свои места. Зрители замерли. Кони понеслись, копья наклонились и нацелились на противника, затем послышался громкий треск. В этот раз оба рыцаря оказались выбитыми из седла. Они с грохотом свалились на землю. Оруженосцы быстро помогли им подняться. Все увидели, что никто из соперников не пострадал. Оба противника покинули ристалище, чтобы немного отдохнуть в своих ярких шатрах.

Волнение среди зрителей нарастало. Некоторые пытались угадать, кто же из двух славных бойцов станет победителем турнира.

В просторном шатре оруженосец прикладывал мокрую ткань к синякам Лайонела. Он старался успокоить своего разъяренного хозяина.

Покидая ристалище, Лайонел ударил латной рукавицей по деревянному барьеру и злобно выругался: «Этот черный болван скоро будет-таки валяться в грязи!» Ведь Лайонел уже стал победителем турнира. Никто не мог одолеть его. И вот появился этот проклятый валлиец…

Едва Лайонел увидел этот герб с драконом, у него засосало под ложечкой. Ему вспомнились рассказы о каком-то валлийском рыцаре, который странствовал по Англии и побеждал во всех турнирах. Одетый во все черное, с блестящим золотым драконом на груди, этот таинственный рыцарь Дракон вселял страх в сердца тех, кто с ним встречался на поле боя. Ну кто мог предположить, что этот ублюдок явится сюда? Он ведь опоздал к началу турнира. Если бы Лайонел увидел его в списке рыцарей, тогда можно было бы что-то предпринять. А сейчас он рисковал упустить победу из-за своего собственного благородства.

Лайонел провел рукой по кровоточившей брови и сердито прогнал слуг вместе с их примочками. Сейчас его беспокоило нечто более важное, чем какие-то синяки. Оставалось только одно средство. Это довольно сложно выполнить, но выбора не было.

Лайонел подозвал своего старшего оруженосца и произнес вполголоса:

— Принеси мне запасное копье.

Слуга все понял.

Копья у воинов на турнире должны быть с тупым наконечником. Издалека это копье тоже казалось тупым, но в действительности было не так. Лайонел научился этому хитрому трюку у одного опытного старого победителя турниров и приберегал его как раз для таких случаев. Копье вонзится в грудь валлийца, и никто не заподозрит обмана: просто несчастный случай; такое бывает во время турниров, хотя и не очень часто.

Бряцая доспехами, Лайонел вышел из своего шатра. Оруженосцы следовали по пятам за своим господином. Они помогли ему сесть верхом на коня и приготовиться к последнему бою.

Снова раздался звук фанфар. Герольд объявил, что в этой последней схватке определится победитель турнира. И сэр Лайонел Харли, уверенный в своем превосходстве, ставит все выигранные им призы на этот поединок.

К своему удивлению, Лайонел увидел, что валлиец покачал головой, выражая несогласие. Побагровев от злости, Лайонел потребовал выяснить, в чем дело.

Герольд переговорил с соперником.

— Милорд, рыцарь Дракон желает заявить, что если в этом поединке не определится победитель, то он хотел бы продолжить состязание.

Лайонел улыбнулся, скривив тонкие губы. Ну и что такого? Он вполне может позволить себе пойти на такую уступку: откуда же этому валлийцу знать, какой сюрприз его ожидает? Следует выполнить последнее желание приговоренного к смерти.

Лайонел торопливо кивнул в знак согласия. Но этот чертов чужак снова отрицательно покачал головой. Лайонел не мог поверить своим глазам. Он едва сдерживал ярость. На этот раз незнакомец хотел знать, какое оружие будет выбрано для продолжения боя. Лайонел поднял руку, требуя тишины.

— Передай этому ублюдку, что мы будем биться насмерть, если он этого хочет, и тем оружием, какое он выберет, — вполголоса сказал он герольду. Он торопился покончить с определением условий, пока не раскрыли его хитрость. — Кроме того, передай ему, что в этом поединке я держу пари на свой замок, — добавил он самоуверенно.

Когда зрители услышали это заявление, раздались громкие возгласы. Все обсуждали необычайно высокую ставку, удивляясь безрассудной уверенности лорда Лайонела Харли.

Рыцарь Дракон удовлетворенно кивнул, принимая условия соглашения.

Лайонел мрачно улыбнулся, представив, как острый конец копья пронзит нагрудник кирасы противника. Он был настолько уверен в своей победе, что мог не задумываясь пообещать сопернику в качестве награды даже луну.

Нетерпение Лайонела нарастало. Он пришпорил коня и поскакал к тому месту, где нужно было занять боевое положение. Солнце садилось. Небо за рекой стало красным. Над темным лугом раздались фанфары.

Рыцари опустили забрала шлемов и наклонили головы. Копья подняли острием вверх, показывая готовность к бою. Свет заходящего солнца отражался от доспехов рыцарей. Наконец они ринулись навстречу друг другу, выставив вперед копья.

Громкие крики раздались среди зрителей, когда копье Лайонела опустилось слишком низко и воткнулось в землю, а рыцарь в черных доспехах проскакал мимо.

Лайонел был ослеплен солнечным светом, потому-то он и опустил конец копья. Рыцарь Дракон предпочел не наносить удара противнику, ясно понимая, что уже выиграл этот поединок. Рыцарь Дракон пощадил Лайонела.

Рев одобрения зрителей нарушил тишину окрестностей. Лайонел совершенно не оценил благородства противника. Мысль о том, что его оплошность вызвала сочувствие у врага, привела его в ярость.

Охваченный злобой, Лайонел громко обвинил противника в нарушении правил поединка и вызвал его на рукопашный бой.

Напряженное молчание воцарилось среди зрителей. Даже шуты и жонглеры прекратили свои глупые забавы, сгрудившись возле барьера, чтобы лучше видеть исход этого состязания. Тяжелые шлемы рыцари поменяли на более легкие, дающие лучший обзор. Участие в рукопашном бою всегда горячо приветствовалось зрителями, и здесь рыцари бились до первой крови или насмерть.

Сердце Изабель замирало от волнения, когда двое рыцарей примеривались друг к другу на грязном ристалище. Но ее беспокоило не то, что Лайонел может быть ранен. Страх девушки был вызван его безрассудством. А вдруг он проиграет поединок? И тогда этот неизвестный рыцарь Дракон станет хозяином Большого замка Стоунхем! Замок уже не один век принадлежит роду де Лейси. И хотя Изабель больше любила свое поместье Амбри, она не могла смириться с мыслью, что глупец Лайонел может лишить ее будущих детей их родового замка. Теперь девушка надеялась, что Лайонел победит. Ведь если он проиграет, то утром она может оказаться без крыши над головой.

Сначала противники бились на булавах, потом они обнажили мечи. Каждый из них то наступал, то отступал, спотыкаясь, шатаясь от усталости.

Изабель ужасало, что Лайонел терпел поражение. Сжав руки так, что побелели костяшки пальцев, она старалась не слушать жалобные всхлипывания Мод. Даже Брайана стала бледной и молчаливой.

Толпа зрителей заревела, когда Лайонел наконец ранил противника. По доспехам черного рыцаря заструилась кровь. Воодушевленный своей победой, Лайонел решил добить его.

Он не был намерен оставлять жизнь этому человеку, который, по правде говоря, вряд ли собирался просить пощады. Оба дрались насмерть.

Лайонел хотел вонзить свой меч между пластинами кирасы чужака, но застрял в грязи и покачнулся. Валлиец увернулся как раз в тот момент, когда меч коснулся его нагрудника. Он вырвал его из рук Лайонела и отбросил далеко в сторону. Испуганный таким неожиданным поворотом событий, Лайонел выхватил из-за пояса кинжал. Он попятился, когда рыцарь Дракон кинулся на него. Споткнувшись, Лайонел упал в грязь, и в мгновение ока противник навалился на него. Кинжал был выбит из его руки и отброшен далеко в сторону.

Приглушенные вопли, стоны и радостные возгласы доносились с помоста. Лайонел лежал в грязи, а черный рыцарь коленом прижимал его к земле. Лайонел сопротивлялся, дергая руками и ногами, но так и не смог сбросить с себя противника. Наконец валлийский рыцарь приставил свой кинжал к горлу Лайонела.

Некоторые зрители кричали, чтобы чужак прикончил Лайонела. Изабель знала, что Лайонел не всем был приятен. Но она не могла понять, почему требовали смерти для Лайонела: была тому причиной кровавая развязка боя или чья-то личная неприязнь? Выбор был за рыцарем Драконом, поскольку Лайонел отказался сдаваться. Оставался только завершающий смертельный удар.

Лайонел прочитал про себя молитву и приготовился расстаться с жизнью. Валлийский рыцарь поднял забрало своего шлема. Лайонел смотрел ему прямо в глаза. Эти светлые жестокие глаза сверкали, точно кусочки льда, на его загорелом лице. Лайонел содрогнулся, но отказался просить пощады.

Рыцарь Дракон неожиданно убрал кинжал, вложил его в ножны и бросил к своим ногам. Отступив назад, он поднял кверху руки, показывая, что оружия у него нет.

Громкие возгласы восхищения сменили ошеломляющую тишину. Настроение зрителей изменилось, их кровожадность исчезла. Все хлопали в ладоши и кричали, восхваляя благородство рыцаря Дракона. Ведь он подарил жизнь лорду Лайонелу Харли!

Загрузка...