Лави Краш Обжигающий лёд

Пролог

(за два года до основных событий)

Темноволосый мужчина равнодушно посмотрел на худощавую женщину со светлыми волосами и сухо произнёс:

— Итак, Виталина Витальевна Самойлова. Тридцать пять лет. Разведена. Детей нет. По образованию — экономист, но опыт работы по специальности весьма скромен. Последние пятнадцать лет была домохозяйкой, — мужчина сделал паузу, бросив на женщину ещё один равнодушный взгляд. — Вероятно, это вы посчитали достаточным аргументом, чтобы подать резюме на рассмотрение, на вакансию домохозяйки у меня. Да?

— Отчасти, да, — отчуждённо ответила женщина. — Но это было не решающим фактором для меня. Есть ещё несколько. Помимо опыта в ведении домашнего хозяйства, я ещё достаточно рациональная женщина, любящая к тому же во всём порядок. Я умею соблюдать субординацию. Меня невозможно шокировать. А для вас это немаловажно, судя по газетным публикациям. Однако сразу скажу, я не особо им верю, хотя и считаю, что нет дыма без огня. Но ещё раз скажу — меня это не интересует. Это ваша жизнь и только вам выбирать, как жить. Я никогда не осуждаю людей. Также я умею держать себя в руках в любых ситуациях. Я не болтлива и не имею подруг, с которыми бы захотелось поделиться секретами жизни человека, на которого я работаю. И я вообще не собираюсь заводить подруг. Мне необходима только работа. Ещё, что немаловажно для вас — я не испытываю к вам симпатии, как большинство тех девчонок, которые пришли к вам на собеседование, рассчитывая, что в дальнейшем они могут претендовать на что-то большее, чем уборка вашего дома, стирка белья и приготовление пищи, — она кивнула на дверь кабинета, декорированного в тёмно-синих с серым тонах. — Я вообще умею быть незаметной. И обязуюсь профессионально соблюдать свои обязанности и рассчитываю, что вы будете в ответ относиться ко мне уважительно. Пренебрежительного отношения и унижений, и высказываний с издёвкой я не потерплю…

— То есть, если вы будете плохо исполнять свои обязанности, я не имею права сделать вам выговор или замечание? — перебил мужчина с холодной усмешкой.

— Если плохо буду исполнять, то без сомнения можете. И даже обязаны будете это делать в первое время, пока я не выучу ваши привычки и пристрастия, — спокойно ответила она. — Но замечания и выговоры можно делать с разными интонациями. Криков и хамства в свой адрес я не позволю. Отвечу тем же.

— Вы считаете, что возможно говорить такое своему потенциальному работодателю? — мужчина, похоже, начал веселиться из-за ответов женщины. — Боюсь, если так продолжите, не найдёте вообще работы. Строптивые домохозяйки, не терпящие капризов своих работодателей никому не нужны.

— Я не строптивая, — сухо парировала женщина. — А лишь откровенна, чтобы не терять ни своего времени, ни вашего. Не хочу через месяц снова искать работу. Да и уверена, что вам надоела чехарда меняющихся домохозяек у вас, — она на секунду задумалась, пристально посмотрев на мужчину и добавила: — Полагаю, вам необходима хоть где-то стабильность и ровные, человеческие отношения. Ваша жизнь делится на три части — работа, дом и любовные отношения. На работе априори невозможна стабильность. Вы управляете своей большой корпорацией, и это влечёт постоянное напряжение из-за желания не потерять то, что имеете и, желая ещё больше преувеличить своё богатство. В любовных отношениях у вас тоже всё непросто. Вы закрытый человек со своими вкусами. То есть, вы вызов и тайна, которую стремится разгадать каждая девица, попадающая к вам в постель. Что вас, вероятно, раздражает. Жёлтая же пресса, вмешиваясь в вашу жизнь, ещё больше подливает масла в огонь, добавляя вам демонизма и жестокости из-за тех поступков, которые вы себе часто позволяете. Соответственно, в этих двух сферах вы не можете чувствовать себе спокойно и комфортно. Остаётся только дом. И я именно та, кто может дать вам комфорт, оградить вас от ненужных переживаний и привнести в вашу жизнь стабильность и покой.

— А вы уверены, что мне требуется спокойствие хоть в одной из этих сфер? Может, я люблю драйв и неординарность. Чтобы жизнь бурлила, — ответил мужчина с презрительной кривой усмешкой.

— Не думаю. Признаюсь, я немного изучила вас и поэтому пришла. Полагаю, вы мне подходите, как работодатель. Вам уже тридцать семь, а это возраст, когда у человека должно иметься хоть что-то, дающее ему возможность отдыхать. Не будь в вашей жизни волнений из-за работы или бурной личной жизни, вы бы компенсировали недостаток эмоций в домашней жизни. И тогда я бы точно не подавала вам резюме, — женщина ответила такой же кривой усмешкой. — Впрочем, если я ошибаюсь, и вам не требуется спокойствие и комфорт, мне лучше уйти. Потому что только это я могу вам обеспечить. Накал страстей и эмоций — это не моё. Я холодная и расчётливая женщина, желающая стабильности и только деловых отношений. Если же вам во всех сферах жизни требуется драйв, вам действительно необходимо выбрать одну из тех, кто следующий в очереди на соискание должности домохозяйки в вашем доме.

— Я вам подхожу, как работодатель? — мужчина широко улыбнулся, откровенно развеселившись из-за первых слов. — Интересно. Получается, что не я вас выбираю, а вы меня?

— Нет, мы выбираем друг друга на равных правах. Нам жить в одном доме, — равнодушно поправила женщина. — Я, как уже говорила, не желаю искать новую работу через месяц, поэтому откровенно рассказала вам о своих аргументах, озвучила правила общения со мной и рассказала, какой может стать ваша жизнь, стань я вашей домохозяйкой. Если они вас не устраивают, я уйду.

Мужчина задумался, пристально разглядываю женщину и в мыслях пронеслось, что такое отношение ему импонирует. «Холодная и расчётливая… Хорошо. Такая же, как и я. Это подходит», — подумал он. «И возможно, стоит взять её на работу. Она не вызывает у меня вожделения. Нет желания раздвинуть ей ноги и отыметь так, чтобы она умоляла меня сделать это с ней ещё раз… И почему бы, наконец, хоть где-то не обрести спокойствие? Из её уст это звучит заманчиво. По-домашнему. Она не будет подчиняться мне, смотреть с заискиванием и любовью. И не позволит себе командовать мной… Как она там сказала? На равных правах? Мне это нравится. И это, как раз то, чего мне давно не хватало».

«Может, стоит попробовать такой стиль отношений? Раньше я брал молодых девиц для наведения порядка в своём доме и попутно со вкусом их трахал. А потом сталкивал их лбами с другими своими любовницами и смотрел, что из этого выйдет. Мне нравилось наблюдать за тем, что они испытывают и как борются за меня. Но это стало надоедать. Эта разведённая ледышка права — мне всё больше хочется хоть где-нибудь покоя. И возможно именно сейчас она поможет обрести его. По виду, она разумная женщина. Да и внешне приятная. На такой взгляд не будет спотыкаться. Не напомнит мне о тех старых бабах, кого по молодости пришлось трахать, чтобы стать тем, кто я сейчас. Она не выглядит на свои тридцать пять. Максимум на тридцать. Худощавая, ухоженная. Симпатичная. А вернее, даже привлекательная для своего возраста. Такая домоправительница будет идеально смотреться на приёмах. Не даст поводов подначивать меня. Не молода, чтобы все считали её моей очередной любовницей. И не старая, позволяющая отпускать сальные шутки, что я снова вернулся к тому, с чего начал. Глаза, кстати, красивые — в обрамление длинных чёрных ресниц, светло-серые, холодные, как январское утро. Но главное выглядит абсолютно равнодушной ко мне… Равнодушная — это именно то, что мне требуется… Надоело видеть в глазах баб или отвращение, или похоть».

А женщина тем временем отчуждённо рассматривала мужчину. «Ему тридцать семь, а не скажешь. Следит за собой. Высокий, атлетичный, без единого седого волоска в шевелюре, идеально и со вкусом одетый, с гладко выбритыми щеками и идеально отполированными ногтями… Вероятно, привычки жиголо, мальчика для богатых и неудовлетворённых женщин до сих пор сильны. Понимает, что внешность играет значение. Но одновременно с этим чувствуется, что он устал от этого. Пытается вырваться из того образа, который приписывают ему жёлтые издания… Он выглядит суровым мужчиной. Совсем не тем, кто угождает престарелым дамочкам. Точнее, раньше угождал. В глазах лёд. Холодный, голубой и беспощадный. Способный заморозить на смерть. В последние десять лет за ним закрепилась слава жёсткого дельца, не брезгующего, в рамках закона, поставить своих конкурентов на колени. Да и не только конкурентов. С барышнями он тоже не церемонится, судя по газетным статьям, пестрящих душещипательными историями очередной дурочки, которая попала в его постель, а потом разочаровалась, не сумев надолго его удержать. Но при этом не забыла вывалить жёлтой прессе все подробности их связи и рассказать, что он бездушная сволочь… Молодые сопливки и идиотки… Интересно будет на него работать, если он меня возьмёт… Хоть бы взял. Он на самом деле подходит мне, как работодатель. Помимо вслух перечисленного я смогу у него и жить, а значит, не придётся тратиться на съём жилья. Но самое главное — мне необходимо сейчас сосредоточиться на чём-то, кроме себя. А работая на этого Ярова, я буду всегда занята».

Мужчина, похоже, принял решение.

— Хорошо, Виталина… — он заглянул в листок бумаги в своих руках и продолжил: — Витальевна. Давайте попробуем вас в роли моей домохозяйки.

— Рада, что вы ответили согласием, — женщина с достоинством кивнула. — Когда мне приступать?

— Сейчас, — ответил он, в душе радуясь, что больше нет необходимости искать себе женщину для ведения хозяйства. — И для начала избавьтесь от ожидающих своей очереди на собеседование.

— Сейчас всё сделаю, — она поднялась, разгладила ладонью строгую деловую юбку чуть ниже колена и двинулась к двери. А там, на секунду остановилась и прежде чем выйти, произнесла: — Виталина Витальевна — слишком длинно и неудобно. Можете называть меня Виви. По первым буквам имени и отчества. И на «вы». Думаю, и вам, и мне это подойдёт. И сразу хочу поинтересоваться — как мне вас называть? Господин Яров, Олег Анатольевич или ещё как-нибудь?

— Предпочитаю — Олег Анатольевич, — сухо бросил он, взяв другие бумаги со стола и собираясь уйти с головой в работу. — Когда разберётесь с моими несостоявшимися домохозяйками, займитесь приготовлением ужина. Я люблю мясные блюда, а также салаты. Остальное о своих предпочтениях я расскажу позже, — он махнул рукой, давая понять, что закончил, и женщина сразу вышла из кабинета.

Оказавшись в просторном коридоре особняка, она обвела отчуждённым взглядом десяток ожидающих девушек, одетых скорее для вечеринки, чем для поиска работы и безэмоционально произнесла:

— Дамы, собеседование окончено. Должность занята. Прошу покинуть дом. Вас проводят, — она кивнула на мужчину лет тридцати, стоящего в углу и наблюдающего за всеми, после чего развернулась и направилась в другую сторону от выхода, собираясь в первую очередь найти кухню, а после посмотреть и дом, который теперь попадал под её управление.

(за полтора года до основных событий)

— Олеся, просыпайся, — женщина осторожно прикоснулась к плечу красивой блондинки, лежащей на кровати рядом с темноволосым мужчиной. — Вставай, — тихо добавила она и кивком указала на дверь, когда девушка открыла глаза. — Тебе пора. Ты знаешь, Олег Анатольевич любит засыпать с женщинами, но совсем не просыпаться.

— Ммм, Виви, это ты… — блондинка капризно поморщилась и потянулась, глядя на тёмное небо за окном. — Дай мне ещё понежиться. Рано ведь.

— Нет, — твёрдо ответила женщина, несмотря на ранний час выглядящая строго и опрятно. Светлые волосы собраны в пучок, серые юбка и блузка без единой складки, на лице лёгкий макияж. — Ты ведь захочешь принять душ сейчас. После я тебя покормлю и отправлю домой. И придёт время будить хозяина.

— Ох, Виви, ты иногда такая зануда в соблюдении правил, — с недовольством пробормотала блондинка, но всё же поднялась и, не стесняясь своей наготы, потянулась перед женщиной. — Может Олежке захочется провести со мной и утро.

— Он всегда может вызвать тебя опять, если ему этого захочется, — ответила женщина и подала блондинке халат. — Жду на кухне через пятнадцать минут, — добавила он и снова кивнула на дверь. — Где душ, ты знаешь. Твоя одежда уже там.

Блондинка посмотрела на привлекательного мужчину, потом на женщину и, вздохнув, пошла к выходу из спальни, понимая, что её жаркая ночь закончилась.

А через пятнадцать минут уже одетая и немного взбодрённая душем, она сидела на кухне, пока перед ней ставили тарелку с завтраком и кофе.

— Твой капучино и фруктовый салат, — лаконично сказала женщина.

— Спасибо, Виви, — ответила блондинка и сделала глоток кофе, после чего добродушно посмотрела на женщину и спросила: — Слушай, а во сколько ты встаёшь? Всегда безупречна в своём внешнем виде. Мне аж завидно.

— Рано, — раздалось в ответ, и женщина продолжила замешивать жидкое тесто для блинов.

— Говорят тебе тридцать пять, а ты до сих пор в идеальной форме и никак не тянешь на свой возраст. Поделись секретом.

— Олеся, не пытайся мне льстить, — отозвалась женщина, бросив на неё бесстрастный взгляд, и давая понять, что комплименты её совсем не интересуют. — Говори прямо, чего пытаешься добиться.

Девушка на секунду задумалась и деловито произнесла:

— Ладно, скажу прямо. Ты знаешь Олега лучше всех и можешь мне помочь. Расскажи о нём, о его пристрастиях и привычках. Помоги мне стать для него единственной и желанной, и я в долгу не останусь, если у нас с ним всё срастётся. А если я стану его женой, поверь, щедро тебя отблагодарю.

— Спасибо за предложение. Но мне нечего рассказывать. Я всего лишь убираю дом, стираю, глажу бельё и готовлю пищу. Всё. В жизнь хозяина я не лезу, — сухо ответила женщина и достала сковороду.

— Да ладно, не лезешь! А поговаривают совсем другое! После того, как ты появилась, он изменился, — блондинка поддалась вперёд, глядя на домохозяйку. — Он стал ещё жёстче и расчётливее…

— Он не расчётлив, а придерживается правил и распорядка, который я помогла ему установить для его же удобства. Не более, — женщина невозмутимо посмотрела на блондинку. — И это не я его изменила, а он сам меняется с возрастом. На этом, всё. Доедай завтрак. Водитель отвезёт тебя домой. Конверт с деньгами возле твоей сумки в холле.

Девушка фыркнула и хотела ещё что-то добавить, но вовремя прикусила язык, и принялась послушно есть, понимая, что лучше не лезть с разговорами. А когда пришло время прощаться, снова была доброжелательна и мягка.

Однако женщина на это не обратила внимания. Попрощавшись с девушкой сдержанно и деловито, она дождалась, пока та сядет в машину и только после этого направилась в дом.

Поднявшись на второй этаж, она вошла в спальню мужчины и тихо позвала:

— Олег Анатольевич, уже семь. Пора вставать. Вы меня слышите?

Мужчина не шелохнулся, и поэтому женщина позвала чуть громче, похлопав ладонью по матрасу в его ногах:

— Олег Анатольевич, уже утро.

— Слышу, — раздался сонный голос, и мужчина зашевелился на кровати. Сев, он зевнул и посмотрел на подушку рядом с собой, добавив: — Люблю просыпаться один.

— Знаю, — бесстрастно отозвалась женщина и направилась к дверям. — На завтрак блины со сметаной, бутерброды с мясной нарезкой и лёгкий овощной салат. Жду вас через двадцать минут.

— Хорошо, — ответил он и, дождавшись, пока женщина выйдет, вскочил с кровати, принявшись тут же активно разминаться перед рабочим днём.

И уже через двадцать минут был на кухне, бодрый, начисто выбритый, в тёмно-синем костюме и белоснежной рубашке.

Положив на стол телефон, он сел на стул и принялся за салат, одновременно с аппетитом поглядывая на горку дымящихся блинов, которые уже ожидали своей очереди.

— В этот раз Олеся выехала без проблем? — небрежно поинтересовался он, на секунду вспомнив, с кем провёл ночь.

— Да. Если не считать того, что попыталась меня подкупить. Хотела узнать ваши привычки и обещала не остаться в долгу, особенно если выйдет за вас замуж, — произнесла женщина, и поставила на стол тарелку с бутербродами.

— Вычеркните её из моего списка, — мужчина поморщился. — Она всё меньше мне нравится. Ночь была скучной.

— Смею предположить, что дело здесь не в Олесе, а в вашем выборе, — чуть настороженно ответила женщина. — Последние недели у вас были тяжёлыми, и следовало выбрать кого-то менее расположенного к романтике. Олеся придерживается амплуа нежных девушек, а вам требовалась сейчас тигрица, которая выжала бы вас по полной, заставив забыть обо всём с помощью агрессивного секса.

— Возможно, — мужчина на секунду задумался и с усмешкой добавил: — Виви, вы слишком быстро меня изучили.

— Хорошее понимание своего работодателя — залог долгосрочного и комфортного сотрудничества, — хладнокровно отозвалась она, ставя на стол стакан клюквенного морса.

— Так может, зная мой характер и большинство привычек, вы возьмётесь мне и девушек на ночь выбирать? В зависимости от моего настроения и происходящего на работе, — бесцеремонно спросил он, как бы тестируя свою домохозяйку на лояльность и готовность делать его жизнь ещё более удобной.

— Не думаю, что это хорошая идея, — подумав, серьёзно ответила она. — Однако иногда я могла бы более подробно, в психологическом плане, описывать вам девушек, с которыми вы проводите ночь. Это помогло бы избежать в дальнейшем скучного времяпрепровождения.

— Всё для хозяина! — со смехом воскликнул мужчина. — Ладно, давайте обсудим, например, Анну. Ну, ту рыжую, что была у меня пару недель назад. Она бы помогла мне сейчас сбросить напряжение?

— Не думаю, — Виви покачала головой. — Не романтична. Но всё же мягкая. А вот кто бы вам помог, так это Яна. Агрессивная и целеустремлённая.

— Ооо, Яна, — мужчина хищно улыбнулся, вспомнив последнюю ночь с ней. — А знаете, вы правы. Позвоните ей сегодня и пригласите на ужин со мной.

— Хорошо, — женщина кивнула, и тут же поморщилась, вспомнив, как последний раз выпроваживала ту девицу.

«Но зато она поможет снять напряжение хозяину. Положение дел в бизнесе последнее время его не особо радуют. А злясь на работе, он и дома нагнетает обстановку. Мне это невыгодно. Нервирует и сбивает с рабочего ритма. Яна же расслабит его полностью и пару дней он будет спокоен», — подумала она и, решив текущую проблему, сосредоточилась на домашних делах.

(за год до событий)

Виви поставила творожную запеканку на стол, обильно залитую сметаной, большую чашку чая и неизменную тарелку с мясной нарезкой, без которой её босс не считал завтрак полноценным.

— Спасибо, — вежливо бросил он, вертя вилку в руке. — И за ночь в том числе. Мне понравилась Соня. Умелая девушка и большая выдумщица, — сообщил он. — Внесите её в список моих контактов.

— Хорошо, — женщина кивнула и занялась мытьём ёмкости для запеканки.

— Виви, у вас талант находить именно то, что мне необходимо, — мужчина решил похвалить женщину, тем более, что она заслужила это.

«За год моя жизнь изменилась в лучшую сторону. Упорядочилась. Но при этом в ней осталось и много драйва, и сюрпризов. Драйв — на работе. Сюрпризы — в личной жизни. Дома — понимание и уют. И к последим двум пунктам причастна Виви… Она не лгала, говоря, что её невозможно шокировать и обещая сделать мою жизнь комфортной. Так и есть. Дома меня абсолютно всё устраивает. А после того, как она занялась и подбором девушек для меня, я имею больше свободного времени, и меньше приходится думать о моей гиперсексуальной активности, которая не всегда мне даёт спокойно жить. Виви только по выражению лица понимает, что мне необходимо. Это радует», — подумал мужчина и жадно набросился на еду.

«Нужно ей увеличить зарплату. Она это заслужила. Да и не хочу её потерять… Не стоило мне в кругу друзей болтать, что она женщина компетентная во всех областях и хвастаться её умением вносить в жизнь своего работодателя только положительные изменения. Некоторые знакомые уже с интересом посматривают на неё и вероятно попробуют сманить к себе. А такую, как она, я не скоро смогу найти. У неё стальной, непробиваемый характер, умение видеть суть людей, а особенно женщин. Иммунитет к моей привлекательности. Действительно рациональное мышление. А главное — опять же, её невозможно шокировать. Ничем не пробиваемая домоправительница. Никогда не смущается, не краснеет и никогда не высказывает своего недовольства любыми моими поступками. Всегда вежлива и невозмутима», — мысленно перечислил мужчина и вслух сказал:

— Виви, я собираюсь повысить вам заработную плату. Вы уже год трудитесь на меня, и я всем доволен. Вы профессионал своего дела.

— Спасибо. Я благодарна за это, — вежливо отозвалась она. — Рада слышать, что вы считаете меня профессионалом.

«Хотя иногда, ей бы не помешало проявлять эмоции. Мне бы это понравилось. Наверное… Всё же год живём с ней под одной крышей и она могла бы быть более человечной что ли… Хотя нет, меня и нынешнее положение дел устраивает… А вообще, если подумать, так долго у меня никто из домохозяек не задерживался. Или сами сбегали через пару-тройку месяцев, или я их увольнял. А Виви прямо показатель, что я всё же могу сосуществовать под одной крышей с женщиной. Это меня радует», — мужчина усмехнулся. «Но всё же иногда хочется её попробовать шокировать. Увидеть, как в её холодных голубых глазах отображаются хоть какие-нибудь эмоции. Неважно — осуждение, одобрение, страх или неприязнь. Интересно просто, какой она может быть ещё, кроме как холодной ледышкой», — мужчина покосился на женщину, которая сейчас натирала варочную поверхность. «Попробую-ка в очередной раз».

— Кстати, а вы знаете, как вас стали с недавних пор называть мои девушки? — с усмешкой поинтересовался он.

— Распорядительница вашего гарема, — кивнув, лаконично ответила она, не улыбнувшись и не разозлившись.

— И вас это не смущает? — мужчина вопросительно поднял бровь, глядя на женщину. — Вы, по сути, моя личная сутенёрша.

— Нет, меня это не смущает, — отозвалась она, безразлично пожав плечами. — В жизни и похуже вещи бывают. И потом, я не заставляю девушек ложиться к вам в постель, а лишь подбираю тех, кто на это согласен и кто вызовет у вас интерес. Я рассматриваю это, как подбор удобных и полезных для вас вещей. Точно так же я выбираю вам продукты, одежду и мебель для дома.

«Нет, непробиваемая особа. И мне это нравится. Нельзя её терять, как работника. Пожалуй, повышу ей зарплату в два раза», — решил мужчина и снова сосредоточился на завтраке.

— И если мы уж заговорили о подборе, я бы хотела сделать одно замечание, — неожиданно произнесла Виви и, положив листок бумаги перед мужчиной, сухо добавила: — Ваша новая секретарша немного некомпетентна. Это ваше расписание на сегодня. Тут стоят две встречи с субподрядчиками. Затем совещание с финансовым отделом. А потом снова назначены две встречи. С отделом планирования и с начальником службы безопасности. Это нерационально. После последних двух встреч вам, наверняка, потребуется вносить изменения в бюджет вашей компании и снова придётся вызывать к себе начальника финансового отдела. Было бы правильнее провести четыре встречи, а затем только вызывать финансистов. Это сэкономит вам время и не даст лишний раз отрывать сотрудников от их обязанностей.

— Дельное замечание, — мужчина нахмурился, вспоминая, что новая секретарша уже не раз неумело составляла распорядок его дня и неправильно распределяла его время. «Как, впрочем, и предыдущие секретарши. Найти хорошего работника всегда непросто». — Придётся найти себе новую и более компетентную, — процедил он, злясь, что снова потребуется тратить время и вводить нового секретаря в курс дела.

«Вот бы ещё найти такую, как Виви. Она бы таких промахов не совершала. Но дважды мне так не повезёт», — подумал он.

— Не обязательно, — вставила Виви. — Она просто плохо вас знает и ещё не слишком опытна. Но у неё есть потенциал. Если её научить, она справится. Если же постоянно увольнять секретарш, дела не будет. Каждая из них будет первое время совершать ошибки, что будет вызывать ваше раздражение.

— И что вы предлагаете? Хотите научить её угождать мне?

— Я могла бы. Это несложно, — сказала женщина. — Пару часов с утра я могла посвятить тому, чтобы ввести её в курс дела и рассказать, что вам требуется от неё.

— Ну, давайте попробуем, — ответил мужчина, про себя подумав, что это даже интересно.

«Посмотрим, как Виви справится с новой задачей. Пока она только радовала меня. Может, если ей отдать на дрессировку и секретаршу, та наберётся ума. Ведь Виви идеально выдрессировала моих девиц. При упоминании её имени, они сразу становятся кроткими и послушными. Унимают свой норов даже скандальные особы, боясь, что моя ледышка вытолкнет их взашей из дома и не даст подойти ко мне».

— Тогда я сброшу на почту сегодняшние рекомендации, а завтра нанесу визит в ваш офис и помогу ей, — деловито отозвалась женщина, радуясь, что немного разнообразит свою жизнь, оторвавшись от кастрюль и утюга, а заодно внесёт в жизнь своего босса порядок и рационализм, который она так любит.

(за полгода до основных событий)

Ёрзая на кровати и матерясь про себя, мужчина посмотрел на гипс на руке и ноге, и поморщился от ноющей боли. «Но хорошо хоть, что уже дома. Те два грёбанных дня в больнице были адом… И чтоб я ещё раз взял с собой на отдых хоть одну курицу, которая и на лыжах-то нормально стоять не может! Покатался, называется. Расслабился! Чуть из-за той идиотки не убился, когда она выехала на трассу со мной, а потом свалилась на моём пути», — он дёрнулся и зашипел от новой волны боли.

— Виви, твою мать, где моё обезболивающее! Уже пора! — крикнул он.

— Кричать не обязательно, — она появилась в спальне и протянула ему таблетку и стакан воды. — Пейте. Потом я вас искупаю. Это уменьшит ваше раздражение. Затем плотно поедите и заснёте. А проснувшись, почувствуете себя лучше, — уверенно заверила она.

— Хочу на это надеяться, — процедил он и взял сначала таблетку, а потом стакан воды.

«Хорошо хоть, что левые ногу и руку сломал. Не такой уж беспомощный», — подумал он, но вспомнив слова своей домохозяйки, немного напрягся. «Она меня собралась купать? Хм… вообще я бы очень хотел принять душ. Те больничные обтирания губкой больше походили на размазывание грязи, чем на нормальные водные процедуры. Но как-то не представляю Виви, моющую меня», — он хмуро посмотрел на неё.

— Что, вас смущает моё предложение принять душ? — сухо поинтересовалась она. — Не желаете смыть больничный запах с кожи? Поверьте, вы взбодритесь и внутренне успокоитесь.

— А вы справитесь? — холодно спросил он. — Может лучше вызвать медсестру, которая обучена этому?

— Я - справлюсь, — твёрдо произнесла она. — Когда-то у моего мужа был осколочный перелом пятки, и только я ухаживала за ним. И настолько быстро поставила его на ноги, что доктора просили поделиться секретом стремительного выздоровления.

— И каков же был секрет? — голос мужчины стал более мягким, потому что таблетка начала действовать и боль отступала.

— Уход, забота и полноценное питание, — отчуждённо ответила она. — В принципе, всё то, что я делаю и для вас последние полтора года.

— Хорошо, валяйте. Искупайте меня, — согласился мужчина, уже представляя, как ему полегчает после душа.

Но через пятнадцать минут он снова почувствовал себя некомфортно, когда Виви проводила его в ванную комнату и указала на ванну, где внутри стоял маленький стульчик.

— На него положите ногу, чтобы не намочить её. А руку я оберну вам пищевой плёнкой, чтобы не намочить гипс, — деловито пояснила она, закатывая рукава на своей блузке.

«Проблема в другом», — он посмотрел на свои трусы-боксеры и на женщину. «Снимать их или нет?» — он задумчиво коснулся резинки на них.

— Можете их снимать, — как будто прочитав его мысли, бросила она. — Вид вашего полового органа не оскорбит моего целомудрия, — с едва уловимой долей усмешки добавила она. И уже абсолютно серьёзно добавила: — Во-первых, я была замужем. Да и до встречи с мужем не была пуританкой. Так что видом мужского детородного органа меня не испугать. Во-вторых, я и вас не раз видела обнажённым. Вы спите голым и часто раскрываетесь. В-третьих, в ближайшие месяцы я буду вашей второй рукой и буду не раз вас одевать и раздевать. Поэтому давайте сразу переступим через неудобство с вашим обнажением. Стесняться меня не стоит.

— Я - стесняюсь? — мужчина презрительно усмехнулся и, не раздумывая стянул трусы до колен.

Женщина обвела его равнодушным взглядом, без капли интереса и, подойдя, помогла их снять окончательно, позволяя опираться на её плечо. Затем обернула его руку плёнкой, а потом помогла сесть в ванную.

— Кайф какой, — уже через минуту выдавил мужчина, когда на кожу полилась горячая вода, а ещё через минуту он с блаженством зажмурился, когда ему мягко начали вспенивать на голове шампунь и массировать кожу головы. — У вас очень нежные руки, — пробормотал он, вдруг поняв, что за полтора года они никогда не касались друг друга, даже случайно.

«Виви держится на расстоянии вытянутой руки от меня. Всегда… И оказывается это так приятно, когда тебя моют… В этом есть что-то очень интимное. Одно дело иметь какую-нибудь тёлку в постели как хочется, приказывая ей иногда, что конкретно сделать, и совсем другое вот так позволять себя касаться… Наверное дело в том, что я сейчас отчасти беспомощный, а в кровати я всегда и всё контролирую… А может это так приятно, потому что меня впервые в жизни моет женщина?» — мысли из-за действия обезболивающей таблетки унеслись в прошлое, куда он старался как можно реже заглядывать.

— Вы знаете, что я рос в детдоме? — расслабленно вымолвил он, как будто впадая в лёгкий транс из-за мягких касаний и дурманящего эффекта медпрепарата.

— Да, я читала вашу биографию, — ответила Виви, сосредоточено намыливая мочалку, и принялась мыть спину своего босса.

— А там, знаете ли, конвейер. Маленьких детей моют быстро и грубо. А когда они подрастают, то ухаживают сами за собой… Это не домашние дети, для которых мамочки набирают ванные с пеной и корабликами, а потом моют своих чад с нежностью и ласковыми словами, — пробормотал он.

— Вы прошли длинный и тяжёлый путь, и возможно благодаря своей непростой судьбе стали именно тем, кем являетесь сейчас, — уважительно произнесла она. — Большая часть тех, кого в детстве моют мамочки, в ванной с пенами и корабликами, в жизни не добиваются и десятой части того, что добились вы.

— Виви, я стал тем, кем являюсь сейчас, благодаря своему члену и тому, что в молодости трахал богатеньких немолодых баб. Благодаря их удовлетворению и деньгам я собрал необходимую сумму и начал свой бизнес, — с кривой усмешкой отозвался он и посмотрел на неё вызывающе. — И вы это точно знаете… Это, к сожалению, многие знают, — он поморщился, но уже в следующую секунду снова улыбнулся, когда ему мягко стали тереть мочалкой кожу на груди.

— Дело не в том, с чего вы начинали, а что имеете сейчас, — ответила она. — Будь всё дело только в вашем члене, вы бы до сих пор трахали немолодых женщин и жили только этим. Но у вас, вероятно, была цель и пришли вы к ней благодаря своему уму. А ваш член послужил оружием для достижения цели. И это не самое худшее оружие. Некоторые идут к успеху по трупам, в прямом смысле этого слова и ничего, не задумываются об этом. Так что не стоит принижать свои способности и постоянно вспоминать с чего вы начинали.

— Вас ничем не смутить, да? — он улыбнулся и снова расслабился, наслаждаясь её умелыми касаниями.

Женщина равнодушно пожала плечами, но мысли её были далеко не так бесстрастны. «Чёрт, всё же следовала вызвать медсестру. Мне некомфортно мыть его. Слишком волнительно. У меня давно не было мужчины, а тут такой образчик. Его телосложению позавидует любой мужик. А уж на девушек он действует вообще магнетически… Нет, точно не следовало предлагать ему помощь с принятием душа. Не учла, что придётся так близко разглядывать его. Ведь одно дело бросить на него взгляд в спальне и быстро прикрыть одеялом, прежде чем будить. И совсем другое — вот так его мыть, чувствуя, как под пальцами напрягаются его мышцы. Это наводит на соблазнительные мысли… Но как говорится — взялся за гуж, не говори, что не дюж», — подумала она. «Надеюсь, когда придётся его одевать и раздевать в ближайшие месяцы, пока он поправится, я привыкну к виду его голого тела».

«Ох, а здесь жарко. Чувствую, как кожа покрывается испариной… Интересно, это из-за скопившегося пара от горячей воды или из-за того, что испытываю сейчас лёгкое возбуждение, благодаря своим дурацким мыслям?» — она глубоко вздохнула и напряглась, перейдя к мытью здоровой ноги.

Мужчина тоже напрягся, особенно когда она положила руку выше колена и прикоснулась пальцами к внутренней стороне его ноги.

«Чёрт побери, а приятно. У неё очень нежные руки. И мне всё больше нравится, что она меня моет… Наталкивает на некоторые мысли… Особенно сейчас, когда белая блузка соблазнительно прилипает к её телу, а кое-где на неё попала и вода», — он перевёл взгляд на грудь, где сквозь влажную ткань виднелось кружево бюстгальтера и смутно угадывался розовый сосок. «Сиськи у неё явно по моему вкусу. Небольшие и полные. И судя по всему, до сих пор упругие. Она вообще вполне привлекательная женщина. Продолжает следить за собой и не набрала ни грамма лишнего веса за время работы у меня. И по-прежнему не тянет на свой возраст. Некоторые мои знакомые, кстати, посматривают на неё не только как на мою домохозяйку, а явно не против попробовать её и в своей постели…. Интересно, а там она так же холодна, как выглядит внешне?»

— У вас красивая грудь, — сказал он, прежде чем подумал о своих словах. Но отступать было некуда, и он лукаво усмехнулся, интересуясь: — Пластика или свои?

— Свои, — холодно бросила она, а затем прищурилась и с лёгким вызовом добавила: — Я не рожала детей, не кормила их грудью, поэтому сохранилась природная форма. И вообще, периодически я посещаю ваш тренажёрный зал, чтобы быть в форме. Это я к тому говорю, если вы обратите внимание и на другие части моего тела, решив поинтересоваться и ними.

«Другими частями тела… Попка у неё ещё ничего. И талия до сих пор тонкая. Да и ноги красивые. По крайней мере та их часть, которая виднеется из-под её неизменных юбок… Хм, а интересно, как там выше обстоят дела? Ляжки красивые или уже покрылись целлюлитом?» — ему захотелось поднять её юбку выше, и одновременно он понял, что никогда не видел её в другой одежде. Ни в платьях, и в брюках или джинсах, или в шортах. «В шортах на неё особенно интересно было бы посмотреть. Сразу получил бы ответ на последний вопрос… Но дома она шорты никогда не наденет. Строго придерживается дресс-кода. Вероятно, только на отдыхе она бы выбрала такую одежду. А вместе мы никогда не отдыхаем… Кстати, последний мой отдых был ужасным. И дело не только в переломах. Я становлюсь без Виви, как без рук. Пока она не приехала на горнолыжный курорт и не взяла всё в свои руки, меня бесили все окружающие. Сначала мне не понравился номер в отеле. Затем пришлось заниматься арендой автомобиля и самому заказывать столики в ресторанах. Да в гостинице вечно напоминать, что подавать мне на завтрак и в какое время. А потом и палата в больнице была ужасной, и еда. И медсёстры с врачами не удовлетворяли. Но стоило ей появиться и всё нормализовалось. Она умеет так организовать мой быт, что я трачу время только на интересные мне вещи. Может, стоит перевести её в личные помощники и всегда брать с собой?.. Заманчивая идея», — он задумался.

«За полтора года она существенно облегчила мою жизнь, и я привык к этому. Перестал даже задумываться о многих вещах, которые раньше отвлекали. Знаю, что Виви всё предусмотрит и заранее сделает. Что ничего не забудет. Она, по сути, уже давно мой личный помощник, а не просто домохозяйка. Я даже доверяю ей некоторые моменты, связанные с работой. Последние полгода только она составляет мой рабочий график и планирует встречи. А также напоминает мне на какую вечеринку или приём я приглашён и когда. То есть, она мягко контролирует мою жизнь во всех сферах — дома, на работе и в любовных отношениях с досугом. Рядом её нет только в моих деловых поездках или на отдыхе. Так почему бы не брать её и туда, чтобы мне было комфортно везде и всегда?.. Всё, решено, перевожу её в личные помощники», — сказал он себе, а вслух деловито произнёс:

— Виви, хочу вас перевести в свои личные помощники и брать во все поездки со мной. Мне так будет удобнее, особенно при форс-мажорных обстоятельствах. Например, таких, как эти мои травмы. Вы умеете быстро решать все проблемы, что во многом мне помогает. Зарплату, естественно, в связи с этим тоже вам повышаю.

— Хм, спасибо за доверие, — хладнокровно вымолвила она и на секунду прищурилась, задумавшись. — Я согласна.

— Вот и замечательно, — бросил мужчина, расслабившись, и протянул ей здоровую руку, чтобы она потёрла и её мочалкой.

«Приятно смыть с себя грязь и больничный запах», — пронеслось в его мыслях. «Только не везде я ещё чист. Остался пах. Интересно, что Виви сделает? Решится меня помыть и там или предоставит это сделать мне? Скорее второе. Но интересно посмотреть смутится ли она, когда я предложу первое. Мне всё же хочется хоть раз её шокировать. Это даже в некотором роде становится для меня идеей фикс».

— Как вы и обещали, мне стало намного легче. Душ помог, — безмятежно произнёс он, глядя на женщину. — Но не вымытым остался ещё один участок, — он перевёл взгляд на свой член, а затем снова посмотрел на женщину и выразительно поднял брови, как бы бросая ей вызов.

— Когда сломаете обе руки, тогда буду мыть вас везде. А сейчас, будьте так любезны, проявите самостоятельность и помойте пах себе сами, — бесстрастно ответила она и, схватив флакон с гелем для душа, замерла, ожидая, пока босс подставит ладонь.

— То есть, вы не пугаетесь членов, только когда смотрите на них, а прикасаться боитесь? — нахально спросил он. — Сами ведь предложили меня помыть, так почему не хотите закончить начатое? Медсестра бы не постеснялась.

— Видимо, моё предложение было ошибкой, — холодно произнесла она. — Я считала, что вам будет так удобнее, чем выглядеть беспомощным перед чужим человеком. Никак не предполагала, что вы истолкуете мою попытку помочь вам в таком ракурсе и примитесь издеваться надо мной. В следующий раз я обязательно вызову медсестру. И не волнуйтесь, выберу самую красивую, чтобы вы получали ещё и удовольствие, пока она вас моет.

«Не шокировал, а разозлил», — констатировал мужчина и поморщился, когда не дождавшись его ответа, она открыла флакон и вылила геля больше, чем требовалось, на его пах. После чего отвернулась и потянулась за полотенцем, чтобы вытереть испарину со своего лица и шеи.

«Не стоило это делать. Виви не заслуживает такого отношения. Она всегда старается мне помочь, а я, как идиот, пытаюсь вывести её из себя. В меня как будто бес вселяется иногда», — моясь, подумал он и снова поморщился. «А этого бесёнка лучше затыкать вообще-то. Вон, сегодня дошло до того, что я стал рассматривать её сиськи и думать о том, что под одеждой. Так недолго и до момента, когда я захочу её трахнуть, только чтобы посмотреть, как она, наконец, проявит хоть какие-нибудь эмоции», — член в руке моментально дёрнулся и начал твердеть. «О чёрт, ещё этого не хватало! Ты, придурок, успокойся!» — одёрнул он себя и, закрыв глаза, сосредоточился. «Нельзя Виви трахать. Никак нельзя. Знаю, как дамочки в её возрасте ведут себя. Становятся слишком жадными до утех и слишком ревнивыми. Тогда придётся с ней расстаться рано или поздно. А мне очень удобно, что она рядом и упорядочивает мою жизнь. Так что следует немедленно успокоиться и думать о ней сугубо, как о моём личном помощнике, а не как об очередной бабе, которую можно поиметь, как душе угодно… Личном — хорошее слово. А Виви теперь лично моя», — мысли всё же потекли не в ту сторону, куда ему хотелось. А когда женщины наклонилась, чтобы поднять его халат и трусы, его член снова дёрнулся и встал по стойке смирно. «Твою мать, вот нахера ко мне задницей поворачиваться и наклоняться? Ведь я так и вижу, как вставляю ей в этой позе… Бля, ну понесло меня. Это всё, наверняка из-за того, что не трахался уже три дня. А для моего организма это нехорошо. Необходимо срочно исправлять ситуацию. А про Виви и не думать! Слышишь, её ты не трахнешь, так что расслабься!» — он с яростью посмотрел на свой член, а вслух непринуждённо сказал:

— Виви, принесите мне апельсинового сока. Сильно пить хочется.

— Это, вероятно, из-за медпрепаратов. Сейчас принесу, — спокойно отозвалась она и вышла из ванной комнаты.

«Фух, хоть могу перевести дух», — не спеша двинувшись на кухню, подумала она. «И выкинуть из головы картинки, усердно подсовываемые фантазией, когда босс предложил помыть его везде… Интересно, а у него бы встал, прикоснись я к нему? И какой у него размер в возбуждённом состоянии? Интересно ведь, почему все его барышни стонут и кричат во время секса так, что я слышу на первом этаже, в своей спальне. А потом ещё по утрам и немного морщатся, как будто от боли, когда садятся за стол… В спокойном состоянии его член как-то не особо производит на меня впечатление. Я бы даже сказала, что он обыкновенный, хотя и несколько больше толстоват, чем все те, которые я в своей жизни повидала. Но одно дело в спокойном состоянии, и совсем другое — в возбуждённом. Порой можно очень удивиться, наблюдая за изменением размеров при возбуждении. Или же очень сильно разочароваться. Впрочем, похоже, мой босс никого из женщин не разочаровывал в возбуждённом состоянии. Даже интересно узнать, что же он делает со своими девицами, что их приходится чуть не силой из дома выставлять. У него точно большой в возбуждённом состоянии… Ох, тьфу ты! Нашла о чём думать опять!» — женщина с шумом выдохнула. «Необходимо немедленно успокоиться! Сейчас же! И никогда больше не мыть его! Следующий раз обязательно вызову медсестру и пусть она мучается из-за соблазнительных мыслей. А я всегда могу прикрыться тем, что босс повёл себя некорректно во время банных процедур и оскорбил меня в моих лучших побуждениях помочь ему», — женщина сама себе кивнула головой и, войдя на кухню, решительно наполнила стакан соком.

Но возвращаясь, она снова поймала себя на мысли, что думает о своём работодателе. «К нему было приятно прикасаться. Он не зря часами потеет у себя в тренажёрном зале. Тело у него потрясающее. Крепкое, мускулистое, но не перекаченное. И он уделяет внимание всем группам мышц, а не только скажем рукам и прессу, как часто делают мужчины, забывая, что при накаченных плечах тонкие ножки смотрятся смешно. Или что задница может выглядеть дрябловато, хотя пресс идеален. У моего босса, в общем, таких проблем нет. А точнее, у него одна проблема — его характер. В последнее время всё больше складывается впечатление, что он изо всех сил старается меня вывести из себя. И сегодня почти получилось. Мне стоило большого труда сдержаться и не сказать пару язвительных слов в ответ, когда он нахально предложил себя помыть везде… Он как будто испытывает меня, ища уязвимые места и специально напоказ выставляя не самые лучшие черты своего характера. Чего он добивается? Хочет показаться хуже, чем есть? Думает, что я проникнусь к нему отвращением или презрением, или испытаю ужас из-за его слов и поведения? Глупо. Он, по крайней мере, честен, не строя из себя благопристойного гражданина общества. Он не скрывает того, кем был и не стесняется того, что делает сейчас… Только вот правильно ли я поступила, согласившись стать ему личным помощником и сопровождать его везде? Ведь раньше я могла расслабиться, когда он уезжал из дома, а сейчас у меня будут лишь короткие и нечастые передышки… Надеюсь, я справлюсь. Должна справиться. Я пообещала себе, что больше не сломаюсь и выдержу всё, а значит, просто не имею права сейчас пугаться и сомневаться в себе. Я — сильная», — последние слова она стала повторять, как мантру и внутренне собралась, снова став деловой и сосредоточенной.

— Ваш сок, — зайдя в ванную комнату, сдержанно произнесла она и протянула мужчине стакан.

— Спасибо, Виви, — равнодушно бросил он и, взяв стакан, выпил почти весь напиток, после чего сказал: — Я устал. Помогите мне вытереться и добраться до кровати. Потом я готов поесть.

— Обед почти готов. Первое уже сварено. А второму осталось буквально пара минут в духовке, чтобы дойти до полной готовности, — ответила она, помогая ему встать и выбраться из ванны, после чего принялась аккуратно его вытирать.

— Виви, у меня нет сил стоять и ждать, пока вы меня оботрёте. Дайте мне банный халат. Он впитает влагу, пока мы будем ковылять в спальню, — резко произнёс мужчина, дёрнувшись, когда её рука с полотенцем стала спускаться к его ягодицам. Но быстро взял себя в руки и сухо добавил: — Извините за тон. Но я действительно устал и хочу есть.

— Понимаю, — она кивнула и, протянув ему халат, помогла одеться, а затем вывела его из ванной и повела в спальню.

А там уложила его в кровать и, сказав:

— Сейчас принесу обед, — собралась выйти, как услышала:

— Виви, пригласите сегодня ко мне Ольгу. Хочу расслабиться.

— Хорошо, — непринуждённо ответила она. — К восьми или к девяти часам её пригласить? И приготовить ли что-нибудь особенное на ужин?

— Пусть приезжает к девяти. Хочу нормально выспаться, — секунду подумав, резко ответил он. — А особенное… Обойдётся. Я вызываю её к себе, чтобы хорошо поиметь, а не кормить роскошным ужином.

Он махнул рукой, давая понять, что она может идти, а Виви лишь в ответ пожала плечами и пошла на кухню, не понимая, да и не желая разбираться, почему раздражение босса не уменьшилось после душа.

(наши дни)

Празднование дня рождения закончилось и на лужайке, перед домом, гостей не осталось. Все разъехались и сотрудники кейтеринговой компании занялись наведением порядка, убирая пока посуду, столы, стулья и в скором времени собираясь свернуть шатры, где развлекались гости.

Из всех приехавших, остался только один мужчина. Светловолосый, загорелый, по виду он был чуть старше хозяина дома, но не менее привлекательный. А даже может и более, потому что его голубые глаза не отдавали холодом, а губы не сжимались в тонкую полоску, если он был чем-то недоволен. Чувствовалось, что он по характеру мягче и добрее, хотя и может проявить стальную твёрдость, желая добиться поставленной цели.

Сидя вместе с виновником торжества в стороне, в одном из плетёных кресел, он медленно потягивая коньяк из бокала, глядя то на реку, к которой примыкал участок с особняком, то бросая взгляд на лужайку, как будто кого-то выискивая там глазами.

— Когда планируешь устроить настоящую вечеринку? — поинтересовался он, чтобы отвлечься. — Свой традиционный мальчишник в честь очередного возрастного рубежа?

— Не знаю, — буркнул именинник и сделал глоток из своего бокала, а потом покосился на мужчину, которого считал своим настоящим и близким другом и, подумав с секунду, с раздражением произнёс: — Я тут недавно задумался о своём возрасте. Мне стукнуло тридцать девять. Вроде многого добивался. Живу, как хочу. Ни от кого не завишу и никому не подчиняюсь. Когда был молодым, мечтал об этом. Считал это своей основной целью. А сейчас… Я не чувствую удовлетворения. Всё время впечатление, что мне нужное большее, а что именно — понять не могу.

— Подожди, Яр, стукнет сороковник, вообще испугаешься, — невесело ответил друг. — Бабло, тёлки, бесконечный трах и развлечения начнут казаться пустыми и бессмысленными. Рутинными. Даже работа не поможет… У меня тоже всё начиналось с мыслей о возрасте и том, что всё перестало радовать. И больше не за что зацепиться, чтобы встряхнуться и заново ощутить вкус жизни. Говорят, это называется кризисом среднего возраста.

— Ты не говорил, что беспокоишься об этом, — Яров с удивлением посмотрел на друга.

— Не думал, что ты меня поймёшь, — тот пожал плечами. — Такое на словах не объяснишь, пока сам не почувствуешь. У меня это началось три года назад, в тридцать восемь. Ты вот продержался до тридцати девяти.

— И что? — именинник вопросительно поднял бровь. — Как справляешься? Выход нашёл?

— Ну, так… — неопределённо бросил он. — Есть кое-какие мысли на этот счёт.

Яров хотел было задать вопрос о том — какие мысли, но остановился. Он не любил, когда лезут в душу к нему, и с другими такого никогда себе не позволял. «Захочет, сам расскажет», — подумал он и снова уставился на реку, где уже начал клубиться лёгкий туман, отдавая ночной прохладе накопленное за день тепло.

А гость тем временем в очередной раз посмотрел на лужайку и увидел, что там появилась помощница его друга. Как обычно строгая и деловитая, она старалась держать под контролем происходящее и сейчас зорко следила, как убирают последствия праздника.

— Ты Виви совсем не жалеешь, — немного резко произнёс он. — Она у тебя хоть когда-нибудь отдыхает?

— Конечно, отдыхает, — ответил Яров, тоже посмотрев на женщину, которая была одета в свои неизменные юбку и блузку, в туфли на низком каблуке и с как обычно собранными в пучок волосами. — Думаю, ей хватает на это время. Она никогда не жаловалось на усталость или большое количество работы.

— Поберёг бы её всё же. Это ведь не шутка пережить сердечный приступ и две клинические смерти. Такое неизменно отражается на организме, хотя она и выглядит бодрой и полной сил, — сказал гость и собрался ещё что-то добавить, но хозяин торжества изумлённо уставился на друга и переспросил:

— Сердечный приступ и смерти? Это у моей Виви такое было?

— Ты что, её не проверял, прежде чем брать к себе в дом? — в этот раз изумился уже его друг.

— Почему, не проверял? Проверял. Дважды, — растерянно ответил тот. — Когда она только нанялась ко мне на работу и потом, когда стала помогать мне в бизнесе. Отдал распоряжение службе безопасности, и они собрали информацию. Правда, я не интересовался её биографией, а лишь полагаясь на слова своего работника, удостоверился, что она не имеет контактов с кем-либо из моих конкурентов и не может заниматься шпионажем в чью-либо пользу. Она же вроде большую часть своей жизни была лишь тихой домохозяйкой. Откуда сердечные приступы и смерти?

— Ну, она не всегда была тихой, — гость улыбнулся. — Она была скорее обыкновенной. Такой, как все. Любила своего мужа, обустраивала свой дом, вовремя развлекалась и знала, когда стоит остановиться. В общем, этакая среднестатистическая и образцовая домохозяечка, желающая угодить своему мужу и успешно справлявшаяся с этой задачей.

— И? — нетерпеливо спросил Яров, когда друг замолчал, чтобы сделать глоток коньяка.

— Что — и? Всё, как обычно. Банальная история — её муж начал ходить налево, а потом задумал и развестись, поменяв её на более молодую девку. А разводясь, пожадничал и сделал всё, чтобы не делить совместно нажитое имущество. Оставил ей копейки, практически выкинув на улицу, — презрительно отозвался тот. — Она пыталась бороться, но родители её муженька имели связи и все судебные решения были не в её пользу. Да и она, если честно, не очень-то и боролась на мой взгляд. Не использовала все возможности, а предпочла уйти с гордо поднятой головой. Она попыталась заново начать жизнь и устроиться на работу, но отсутствие стажа отпугивало солидных работодателей. Пришлось довольствоваться работой в какой-то захудалой фирмочке, с мизерной оплатой труда. Ей пришлось перебиваться копейками, после сытой и нормальной жизни. Но говорят, она держалась, не показывала своим старым друзьям, что испытывает и как ей тяжело. А закончилось всё нервным срывом, а после и сердечным приступом. Вероятно потому, что не позволяла себе по-бабски поплакаться и пожаловаться окружающим, а носила всё в себе. Ну, а в больнице уже пережила две клинические смерти. Правда, довольно быстро поправилась, потому что всё же организм сильный и раньше на здоровье она не жаловалась. Отлежалась два месяца в стационаре, а через месяц устроилась к тебе, похоже, решив, что лучше делать за деньги то, что она делала для мужа. А не пытаться работать по специальности.

— Хм, интересно, — задумчиво протянул Яров. — Я приблизительно такое и предполагал о её жизни. Понимал, что передо мной примерная домохозяечка, которая знает толк в своих обязанностях и которую муженёк бросил ради более молодой бабёнки. Только не думал, что она способна из-за мужика слечь с сердечным приступом. Она же у меня ледышка.

— Раньше она не была такой, — его собеседник с досадой поморщился. — Говорят, она была весёлой. Хохотушкой и заводилой любой компании. Ледышкой она стала, выйдя из больницы.

— Да уж, муженёк у неё скотина ещё та. Понимаю, почему она держится от всего мужского пола подальше, — Яров пристально взглянул на свою помощницу.

— Он не просто скотина, а самонадеянная скотина, — в этот раз гость поморщился с отвращением. — Через полгода он одумался и попытался её вернуть. Видимо решил, что зря поменял примерную жену на очередную молодую дырку. Захотелось вернуть свою прежнюю удобную жизнь, с послушной и услужливой женой дома, и меняющимися любовницами на стороне. И он, насколько я знаю, до сих пор не оставляет эту мысль. Периодически пытается связаться с ней и предложить вернуться к нему.

— Серьёзно? — Яров нахмурился. — Виви никогда не говорила, что бывший муж преследует её и пробует снова наладить отношения.

Мужчина ничего не ответил собеседнику и лишь пожал плечами, в очередной раз посмотрев на женщину, которая продолжала зорко следить за обслуживавшими банкет, не давая им расслабиться и передохнуть после ухода гостей.

А Яров уже перевёл взгляд на своего друга, и подозрительно прищурившись, холодно поинтересовался:

— А с чего вдруг ты так много знаешь о Виви? Откуда такой интерес к ней. Собираешься переманить её к себе на работу?

Мужчина перевёл взгляд на друга и, выдержав пару секунд, спокойно произнёс:

— Я отвечу на твои вопросы. Но сначала хочу задать свой. Скажи честно, ты её трахаешь? — он внимательно взглянул в глаза Ярова и, замерев, ожидал ответа.

«Трахнуть Виви разок-другой я бы хотел. Мысли, появившиеся полгода назад, когда я чуть не свернул себе шею, до сих пор не дают покоя. Пока она ухаживала за мной, я часто думал об этом. Особенно вспоминая, как всего лишь раз она меня купала, и как приятны были её прикосновения. Та жаркая медсестричка, на которую Виви всё же переложила выполнение банных процедур, несмотря на то, что со вкусом попутно мне отсасывала, всё равно не умела так нежно ко мне прикасаться. Её движения слишком отдавали профессионализмом. Руки были не такими мягкими, а движения слишком отточенными. До меня она ухаживала за кучей беспомощных людей и не вкладывала в это душу. А Виви тот единственный раз мыла меня с нежностью, как человека, за которого переживают. А уж сколько волнительных моментов было, когда она переодевала меня. Я имел удовольствие проверить и упругость её сисек, когда прижимался к ней, поднимаясь с кровати. А потом и когда разрабатывал ногу после снятия гипса. Она часто страховала меня и подхватывала, когда я спотыкался, и не давала упасть. Да и попку не раз её пощупал, когда рука нечаянно съезжала вниз, пока она помогала мне добраться в ванную, туалет или на кухню. Но я всё же не позволил себе пойти дальше. Потерять Виви, как свою доверенную помощнику я боюсь больше, чем желаю всунуть в неё свой член», — пронеслось в его мыслях, а вслух он честно сказал:

— Нет, я её не трахаю, и не трахал прежде.

— Хорошо, — с облегчением выдохнул собеседник и сразу же серьёзно добавил: — А интересовался я ею, потому что хочу предложить серьёзные отношения со всеми вытекающими оттуда последствиями.

— Не понял… Какими последствиями?.. Ты что, планируешь Виви сделать своей любовницей? Да она же старая! — сначала растерявшись, затем воскликнул Яров и тут же, как будто с долей отвращения к своим предыдущим словам, поправил себя: — Нет, выглядит она хорошо и не тянет на свои тридцать семь, но это не для тебя. Ты же предпочитаешь молодых, агрессивных и глупеньких. Если не через пять, так через десять лет фигура Виви поплывёт, морщины покроют лицо и в постель её больше не захочется тащить. Её даже будет стыдно показать своим друзьям. Рядом с их молоденькими любовницами она будет явно проигрывать.

— Уверен, Виви не из тех, кто позволит себе распуститься. Да и наследственность у неё хорошая. Она и в пятьдесят будет выглядеть хорошо. И ты не хуже меня знаешь, что деньги и пластические хирурги и из крокодилов способны вылепить модель, а старушке помочь сбросить пару десятков лет, — парировал мужчина. — А у Виви и природные данные хороши. Ей нетрудно будет поддерживать форму. В деньгах она не будет знать стеснения. А насчёт друзей и их молодых любовниц… Меня в последние годы мало волнуют соревнования «у кого любовница круче» или «у чьей сиськи больше, талия уже, а дырка между ног теснее». Виви мне нужна не только, как любовница, а для создания семьи. Родит мне детей, будет вести дом. Она из разряда тех женщин, которые рождены стать прекрасными матерями и примерными жёнами. Я дам ей всё необходимое…

— Хочешь жениться на ней? Да ещё и мелкими сопляками обзавестись?.. А она что, может иметь детей?.. Я думал, что её неспособность родить послужила одним из поводов для развода… — растерянно вставил именинник, смотря на своего друга так, как будто видит незнакомого человека.

— Она абсолютно здорова в этом плане. Мне достали её медкарту. Там всё замечательно. Она ещё вполне сможет родить мне парочку наследников или наследниц. А детей у них с мужем не было, потому что он не хотел на тот момент.

— Смотрю, ты хорошо подготовился и скрупулёзно подошёл к выбору жены, — Яров ощутил раздражение. — Больше похоже на бизнес-сделку, чем на создание крепкого семейного гнёздышка с любимой женой и обожаемыми детьми. Но если так припекло обзавестись всем этим, почему не выбрать кого-то помоложе. Уверен, кандидатуры найдутся.

— Да, я всё взвесил, когда принимал решение, — невозмутимо ответил гость. — Как уже сказал, Виви идеальный для меня вариант. Она будет хорошей матерью и женой. Примерной. А кандидатур действительно было немало. Но в каждой что-то не устраивало. Кто-то был слишком явно зациклен на себе. Кто-то слаб на передок и в будущем мог загулять. Кого-то волновали только мои деньги и ничего больше. Кого-то я просто не представлял в роли любящей матери своих детей, а вернее не считал, что они будут хороши в этом… Короче, никто не подошёл так, как Виви. Да я и не против её возраста. Она созрела для серьёзных отношений, и будет ценить то, что я ей дам. Особенно после случившегося в её жизни. Все остальные кандидатуры не созрели ещё для этого и годятся только на роль любовниц. Повторюсь — Виви прирождённая мать семейства и послушная жена. К такой захочется возвращаться после выматывающей деловой поездки или после встречи с очередной глупой куклой, умеющей только хорошо раздвигать ноги. С Виви будет приятно и комфортно встречать старость и растить детей, а потом и внуков.

— Ооо, так от любовниц ты не откажешься? — ледяным тоном поинтересовался Яров. — А Виви об этом расскажешь?

— Нет. Я буду ей хорошим мужем и не совершу тех ошибок, что её бывший, — сухо отозвался мужчина. — Мать моих детей я унижать не буду и не позволю никому оскорбительно или с насмешками высказываться в её адрес. Никто даже не узнает о моих похождениях налево.

— Всё продумал, да? — хозяин дома всё больше злился и уже не пытался скрыть свои эмоции.

— Яр, я понимаю, ты кипятишься, потому что не хочешь её терять. Виви делает твою жизнь удобной. Но не стоит так уж переживать. Уверен, когда у нас с ней всё срастётся, она найдёт себе достойную замену и натаскает её угождать тебе во всём, — примирительно произнёс мужчина. — Отпусти её. Я знаю, она, наверное, единственная женщина, к которой ты уважительно относишься. И именно поэтому она до сих пор не побывала в твоей постели. Но пойми, она не молодеет. Ей нужно двигаться дальше. Это не её — только убирать дом, гладить, стирать, следить за твоим рабочим графиком и вызывать твоих любовниц, а потом и выпроваживать их. Ей нужно большее. Не за деньги, а для души. Она не была той ледышкой, что сейчас. Она была нормальной женщиной. И если ты не отпустишь её, она будет несчастна. А я в силах её жизнь наполнить радостью.

— И чего ты ждёшь от меня? Хочешь, чтобы я пришёл и сказал — Виви, там к тебе с приличными намерениями собираются подкатить. Иди, детка, и будь хорошей женой. И нарожай своему мужу побольше детишек, пока ещё можешь, — зло процедил Яров, неожиданно почувствовав, что у него собираются отобрать то, что он давно считает своим.

— Нет, я хочу не этого, — мужчина отрицательно покачал головой, продолжая говорить спокойно. — Я сам всё сделаю. Виви быстро к себе не подпустит. Потребуется время, чтобы она доверилась мне и дала согласие. И времени много. Её в постель просто так не заманишь и благосклонность не купишь. С ней нужно действовать не торопясь…

— О, понял, сейчас ты предложишь мне уволить её. После чего быстро подсуетишься и возьмёшь её к себе, а там уже, в домашней обстановочке будешь искать к ней подход. Верно, говорю? А как же тогда поиск новой домработницы и помощницы мне? Виви вряд ли потом согласится искать себе замену и обучать её моим привычкам, если я выкину её на улицу, — грубо вставил хозяин дома. — Или может, обойдёшься без моего увольнения, а сразу ей предложишь большую зарплату? И надеешься, что она побежит к тебе плошки мыть и полы скрести, а после по задуманному плану и ноги перед тобой раздвинет, позволив себя обрюхатить?

— Яр, да перестань злиться, — мужчина тоже начал сердиться, что его не желают спокойно выслушать до конца. — Я не собираюсь просить увольнять её. И тем более не собираюсь её перекупать. Второе, кстати, бесполезно. Некоторые наши знакомые уже пробовали и поверь, предлагали суммы побольше тех, что ты платишь. Но она отказалась. Твоя домоправительница умеет быть преданной. Вероятно, благодарна тебе, что ты взял её на работу и дал шанс начать жизнь с ноля. Ведь после выхода из больницы и до прихода к тебе ей отказали в трёх местах. Похоже, не захотели брать в домработницы женщину средних лет, а предпочитали нанимать более молодых, с кротким характером и тех, кто будет терпеть любое обращение. Поэтому Виви даже не даёт шанса перекупить её, холодно отказываясь сразу, как только слышит предложения.

«Виви уже пробовали перекупить?! Почему я об этом первый раз слышу?! Что за херня? Кто такой смелый и резвый?», — в первые секунды Яров ещё больше разозлился, но смягчился, вспомнив последние слова о преданности. «Виви… моя ты умница. Не дала себя соблазнить большей суммой денег», — с удовлетворением подумал он, но настроение снова резко изменилось. «Но сейчас её хотят соблазнить в другом плане. По-настоящему. А потом посадить в роскошном доме, наградить пузом и выводком сопливой ребятни. И наслаждаться тем, что она умеет быть полезной, предусмотрительной и педантичной».

— Я вот для чего тебе всё рассказал и что хочу попросить, — тем временем продолжил светловолосый мужчина. — Приглашай меня в гости к себе почаще и не сильно нагружай её. Дай мне с ней пообщаться в домашней обстановке. Хочу, чтобы она привыкла ко мне и чуть расслабилась. А я уж постараюсь добиться её расположения. А потом перейду и на приглашения в музеи, на выставки, в театры, после чего дойдём и до ресторанов, и до романтических вечеров. Обещаю, я не обижу её. А чтобы и твой дом не страдал в её отсутствии, можно уже сейчас нанять ей типа, помощницу. Виви у тебя следит за всем, и ты мог бы давно её хоть немного разгрузить, например, избавив от приготовления пищи. Эта идея, кстати, с двойной выгодой. Выбрав тебе толковую кухарку, она может сразу и вводить её в курс дела о твоих привычках и стиле жизни. А когда придёт время уходить, ей просто останется научить её остальному. Да и ты привыкнешь к новенькой у себя в доме. Я даже согласен платить зарплату будущей замене Виви. Так что ты внакладе не останешься.

«Бля, ты посмотри, всё продумал до мелочей. Наверняка, ещё и план на бумаге составил, как подкатить к ней, что и когда говорить. А потом — как, когда и куда приглашать Виви», — Яров ещё больше помрачнел.

— В течение следующей недели я закрою все самые важные текущие дела и уже смогу заняться Виви, не отвлекаясь на остальное. А она, надеюсь, уже сможет найти тебе новую кухарку и будет посвободнее, — добавил мужчина. — Ну, так как, по рукам? — он вопросительно посмотрел на именинника.

— Я подумаю над твоим предложением и отвечу позже. А сейчас устал и хочу отдохнуть, — Яров резко поднялся из плетёного кресла, с холодным прищуром посмотрел на друга и ни слова больше не сказав, двинулся к дому.

«Да хер я отдам Виви! Макс, значит, получит себе всё необходимое — послушную жену и инкубатор для потомства, а я с чем останусь? С тем, что было до неё? Кто будет мне облегчать жизнь, следить за моим питанием, распорядком дня, встречами? Кто будет избавлять меня от кучи мелких и раздражающих проблем? Кто будет помогать мне, и только по выражению лица или жесту понимать, чего я хочу? Новая домработница, которую Виви натаскает и введёт в курс дела?.. Ага, а такие, как Виви, прямо табунами ходят по улице, ожидая, когда я возьму их себе на работу!.. Сколько у меня было таких работниц, как она? Да нисколько. Ноль. Были кто угодно — и истерички, и чопорные бабёнки, и молодые дурочки, и озабоченные нимфоманки, и капризные идиотки. А Виви, как скала, холодная, сдержанная и спокойная. Не позволяет себе раскисать, ничему не удивляется, ничего не упускает из вида и всё помнит… Да не найду я так быстро вторую Виви! Если вообще такое возможно. Легче её клонировать, чем искать новую», — Яров уже явно сверхмеры выходил из себя.

«Не подпущу к ней Макса. Расскажу Виве о его намерениях и уверен, она его отошьёт. Вряд ли ей нужна вся эта херня, которую он собирается ей дать. Думаю, после муженька у неё иммунитет к мужскому полу. Ведь за два года она ни разу не посмотрела с интересом на мужчину. Мы для неё, как пустое место», — начал он успокаивать себя и стремительно пройдя через лужайку, скрылся в доме. Но там остановился у окна, нахмурившись из-за следующих мыслей. «А вдруг не Макс, так кто-то другой вызовет у неё интерес, и она захочет уйти? Что тогда?.. После того, как она стала моей личной помощницей и сопровождает во всех поездках, круг её знакомств существенно расширился. И я не раз видел, как на неё бросают заинтересованные взгляды некоторые мои партнёры по бизнесу. Да, они называют её «генералом в юбке», шутят над её непробиваемым характером, но одновременно и уважают её. И многие не раз говорили, что мне сильно повезло найти такую помощницу… И может случиться так, что кому-то ещё в голову придёт «светлая» мысль, что из неё выйдет достойная матрона семейства. Если уж Макс, любитель молоденьких вертихвосток и стервочек, обратил внимание на Виви, то и другие могут задуматься о преимуществах жизни с ней. Но не придут ко мне, прося разрешения и предупреждая, что собираются её увести, а сразу бросятся на штурм её бастионов. И вполне может быть, что кому-то удача улыбнётся. Виви всё же женщина. Она ни с кем не встречается для души, не трахается для расслабления и не крутит даже виртуальных романов. У неё даже нет вибратора, чтобы побаловать себя. Уж я знаю, комнату её проверял, однажды задавшись вопросом, как же она расслабляется. Так вдруг, с голодухи она кому-нибудь позволит оседлать себя? Так сказать, решит, что пока выглядит ещё прилично, нужно вспомнить молодость и насладиться сексом. А там недолго и до того, что планирует ей предложить Макс… Бля, а вот это уже засада. Не хочу я отпускать Виви! Мне с ней удобно. Нужно срочно что-нибудь придумать, чтобы никакой озабоченный примат не подошёл к ней близко и не увёл. Не хочу волноваться об этом в ближайшие пять-семь лет, до момента, когда она утратит привлекательность и просто станет старой, никому не нужной строгой тёткой, оберегающей меня от мелких и средних проблем, и следящая, чтобы мне было уютно».

«Только вот что придумать?» — пристально следя за женщиной взглядом, он размышлял, что предпринять. «В первую очередь, необходимо больше информации о ней. Вон, даже Макс изучил её жизнь. Это же стоит сделать и мне. А заодно и внимательно понаблюдать за ней дома… Даже не просто понаблюдать, а лучше немного поподсматривать за ней. Интересно, например, какая она, когда меня нет дома… Установлю-ка скрытые камеры наблюдения. Думаю, это поможет лучше понять её, чтобы в дальнейшем выработать правильную линию поведения», — решил он и расслабился, веря, что уладит все проблемы. «Да и, в конце концов, я всегда могу уложить её в свою постель. Затрахаю её так, что она на других мужиков и не посмотрит. Но это оставим на крайний случай. Как бы меня не прельщала идея раздвинуть ей ноги, это не лучший вариант, чтобы привязать её к себе. Может возникнуть ещё больше проблем… В общем, пока сосредотачиваюсь на сборе информации и наблюдении за ней», — сказал он себе, чувствуя уже азарт и драйв, которые не раз помогали добиваться поставленных целей и заставляли действовать быстро.

Загрузка...