Попала! Замуж за злодея

1. Конец это только начало

Кристина.

Дурацкий ливень зарядил с самого утра. Еле продрала глаза. Налила в термокружку двойную порцию кофе. Пирсинг в носу, ушах, бровях. Чёрные тени, стрелки, двойной слой туши. Кожаные штаны, толстовка с капюшоном, ботинки на толстой подошве. За личиной неформалки никто не станет искать потомственную ведьму, что крайне удобно.

Спрыгнула со ступеньки автобуса прямо в лужу. Сквозь лысые верхушки деревьев и железный забор проглядывало серое здание краевой больницы. Машенька, Машенька, когда уже я заберу тебя отсюда?

Кивнула знакомой медсестре на посту и сразу прошла в палату. Размеренное пиканье аппаратуры, трубочки, датчики, и лучшая подруга, совсем прозрачная и худенькая. Опустилась на стул возле кровати и коснулась рукой плеча в голубой больничной сорочке:

— Привет, родная!

Веки чуть дрогнули, Машенька открыла глаза и улыбнулась:

— Крис! Это ты!

— Я! Кто же ещё! Как твои дела?

— Всё хорошо.

Всё хорошо! У неё всегда всё хорошо! Когда крадут кошелёк. Когда машина окатила водой из лужи. Когда муж сбегает к беременной любовнице. Когда сжирает изнутри болезнь и вредные лекарства, без которых никак.

Отвела глаза и шумно выдохнула. Я не хотела, просто отказывалась замечать очевидное: ей хуже! Хуже, едрит твою налево! Сглотнула с усилием и взяла с тумбочки книгу. Так, нам обеим надо отвлечься, сменить тему. Что тут у нас?

Знакомый увесистый фолиант. Провела кончиками пальцев по серебристому тиснению. Опираясь на меч, с обложки на меня смотрел мрачный рыцарь. Позади него парочка: блондин в военном мундире, взирающий со спокойным достоинством и шатенка в голубом платье. «Чёрный свет» — гласило название. Новый фэнтези-роман, книжный бестселлер, открытие года. Я сама принесла его Маше, чтобы она могла, хотя бы иногда, забыть о больничных стенах, погружаясь в мир любви и магии.

— Как тебе книга? — сжала прохладную ладонь подруги.

— Шикарно написано.

— Да?

— Ты же читала! — смотрит с мягкой укоризной.

— Ну, и что, хочу узнать твоё мнение. Принц Эйдан бесподобен, Алисия правильно сделала, что выбрала его, а не злобного Даркнайта.

Маша в ответ загадочно улыбнулась и прошептала:

— У нас с тобой всегда разнились вкусы на мужчин.

— Чегооо? — протянула удивлённо и потрясла в воздухе книгой. — Хочешь сказать, тут есть варианты?

Маша пожала плечами:

— Хочу сказать, что Даркнайту не дали шанса. Всё было против него, он не виноват, что стал таким. Ему не оставили шанса.

Вот ведь добрая душа, опять она за своё!

— Он предал всех и повёл шепчущих на свой народ! Не надо его оправдывать, потому что у предательства оправдания нет!

— Если бы его жена Мэрион не умерла, если бы его возлюбленная Алисия не оказалась гордячкой и снобкой — кто знает, как сложилась бы жизнь Даркнайта?

— Нет, вы это слышали?! — я даже встала. — Поражаюсь твоей способности оправдывать разную лютую жесть! Маша, он повёл монстров на свой народ, ау! На тех, с кем сражался бок о бок, на женщин и детей. Он предал тех, кому был господином, кого клялся защищать, кто верил ему безоговорочно!

— Значит, у него были на то причины.

— Как и у твоего муженька — предать тебя! Его ты тоже вечно оправдываешь!

Брякнула и тут же прикусила язык. Вот чёрт, вырвалось! Терпеть не могу эту трусливую крысу! Маша нахмурилась и непонимающе на меня уставилась:

— При чём тут Сергей? Мы же про книжку говорили?

— Забудь! — села обратно, погладила её руку и всмотрелась в глаза. — Зря я это сказала, прости. Просто я придушить готова этого гада за то, что он бросил тебя в такой момент.

— Перестань, Крис, — умоляюще смотрит, и я не могу противостоять её взгляду. — Я не держу на него зла, значит, и ты не держи. Я рада, что у него всё хорошо и давай больше не будем об этом. Так что там с книжкой?

— А что с книжкой? Мэрион жаль, бедняжка так мучилась в родах, и всё напрасно! Даркнайт повержен и уничтожен, так ему и надо, собаке! Принц Эйдан и Алисия красавчики, спасли мир, заслужили «долго и счастливо»! Хэппи энд!

— Такой себе счастливый конец, — поморщилась Маша, но спорить не стала, лишь прикрыла глаза и содрогнулась от приступа боли.

Я тут же подалась вперёд:

— Плохо, родная? Сейчас, я позову доктора, я мигом!


Почти час я мерила шагами больничный коридор, ломая руки и кляня на чём свет стоит, свой дурной язык. Вот зачем я ляпнула про её грёбанного муженька, зачем? Точно ведь из-за этого засранца ей поплохело. Дура я, ой дура!

Метнулась к вышедшему из палаты доктору и с надеждой всмотрелась в его лицо с молчаливым вопросом. Серьёзный мужчина лет сорока в очках мельком взглянул на меня и спросил:

— Родственники есть?

— У неё только я.

— Вы уверены? Выясните на всякий случай. Пусть бросают всё и едут прощаться, у них пара дней максимум.

По громкой связи объявили вызов, и доктор ушёл. Я же на негнущихся ногах прошмыгнула обратно в палату. Размеренный писк аппаратуры казался оглушительным в царящей здесь тишине. Теперь я чувствовала её, ощущала — смерть была рядом, она была здесь. Маша спала под обезболивающими. Я схватилась за волосы и сползла вниз по стене, беззвучно плача.

Почему так несправедливо? Почему уходят лучшие? Ей жить бы, да жить! Она несла с собой свет, и явно с ней этот грёбанный мир был лучше, чем без неё! Я не согласна, не согласна! Не знаю, сколько просидела так на полу, кусая костяшки пальцев и обливаясь слезами. Вдруг взгляд зацепился за книгу.

Как-то раз бабка пыталась научить меня одному заклинанию. Я тогда подняла её на смех, а она рассердилась и отхлестала меня мокрым полотенцем по заднице, прогнала и месяц со мной не разговаривала. Конечно, в это сложно поверить, но что, если — да? Бросила быстрый взгляд на Машеньку, вернее, то, что осталось от неё прежней. Хуже точно не будет. Да, я попробую, я должна. Вдруг, это шанс, её шанс?

Воровато оглянулась на дверь, затем порылась в рюкзаке. Всё что нужно, с собой, потому что никогда не знаешь, где понадобится провести ритуал. Щёлкнула зажигалкой и прокалила над пламенем лезвие ведьминского ножа, начертила мелом на полу нужные символы силы, разложила вокруг себя родовые амулеты. В центр положила «Чёрный свет», поставила ритуальную чашу, на неё водрузила нож и только после этого зажгла свечу.

Что ж, поехали. Сейчас только сосредоточиться и извлечь из глубин памяти всё то, что давно погребено под другими воспоминаниями, то, что говорила бабка. Хоть я и дурила в тот день, но память моя словно губка, всё впитывает и хранит десятки лет.

Села в позу лотоса и попыталась провалиться вглубь подсознания, по крупицам отыскивая фрагменты того самого дня.

Простая, чистая душа,

Жизнь обошлась с тобой сурово.

Ты не заслуживаешь смерть…

Окно в палате с грохотом захлопнулось. Кровать и тумбочка задрожали. Входная дверь задребезжала и затряслась. Улыбнулась кончиками губ и открыла глаза. Вспомнила.

Небо за окном резко затянуло тучами. Грянул гром, засверкали молнии. Одна из них ударила в карниз. Рядом рухнуло дерево, чудом не разбив окно нашей палаты. Свеча вспыхнула и погасла.

Поднялась на ноги и подошла к Машеньке. Погладила её пергаментную кожу на руке и прошептала:

— Я люблю тебя, милая. Родная сестра не была бы дороже и ближе, чем ты. Надеюсь, ты получишь там то, что заслуживаешь: признание, спокойствие, любовь. Об одном прошу: хватит быть для всех хорошей, пора учиться постоять за себя, слышишь? За счастье нужно бороться! Но ты сильная и ты справишься, я в тебя верю! Вперёд, в новую жизнь!

Надавила лезвием на запястье подруги и собрала капли крови в ритуальную чашу. Вернулась на своё место в центре магического круга.

Простая, чистая душа,

Жизнь обошлась с тобой сурово.

Ты не заслуживаешь смерть…

И старый мир смени на новый!

Камень скользил во влажных ладонях, когда наклоняла ритуальную чашу. Очень медленно и осторожно я удерживала её над страницами романа. Капли крови упали на бумагу и расползлись по ней причудливой паутинкой.

Задержала дыхание, внимательно следя за пламенем свечи, которое вдруг взметнулось вверх на десятки сантиметров, а затем резко потухло. Одновременно с этим мерный писк аппаратуры сменился продолжительным непрерывным сигналом.

Буря за окном стихла, словно по щелчку пальцев. Тучи расходились.

Когда в палату вбежала перепуганная медсестра, я стояла рядом с Машенькой с рюкзаком за спиной, запоминая любимые черты лица. Удался ли ритуал? Или я правильно делала, что смеялась над бабкой? Я не знала.

Когда вышла на крыльцо с пакетом Машиных вещей, на ясном небе светило солнце. Мальчишки за забором больницы пускали кораблики. Пели птицы. На душе вдруг сделалось легко и радостно без причины. Конечно, всё удалось, я чувствую это, я знаю! Моя Машенька жива! «Будь счастлива, любовь моя, моё сердце», — прошептала, всматриваясь в облака слезящимися глазами

Вдруг из пакета выскользнула книга и шлёпнулась в лужу страницами вниз. Почувствовала, как внутри похолодело. Сердце забилось тревожно. Это знак, не иначе! Что могло пойти не так? Где ошибка? У Алисии не жизнь, а мечта: любящий принц, королевство, сильная магия, долгая и счастливая жизнь впереди, так в чём подвох?

Нервно сглотнула, дрожащими пальцами подняла мокрую книжку и резко перевернула. О, нет! Нет и нет! Не может быть! Книга была раскрыта как раз на тех страницах, где мучительной смертью при родах умирает младшая сестра обожаемой мной Алисии, пустышка без магии, унылая моль и её бледная копия. Мэрион.

Загрузка...