София Рыцарева Приколы судьбы заказывали?

Глава 1

Сегодня мой день рождения. Утро началось как обычно: встала с рассветом, умылась водой из тазика, расчесала свои короткие волосенки, переоделась из ночнушки в серое поношенное платье. Ничего особенного. Как и всегда. Потом направилась на кухню помогать тете Глаше и дяде Гоше готовить завтрак на весь наш приют.

Приют — столичный, однако живем очень скромно. Что происходит в провинциальных детских домах — страшно представить! Мы, конечно, не голодаем, но живем впроголодь. Одежду носим до того момента, пока либо не вырастем, либо не развалится окончательно. С обовью — тоже самое. Живем в помещении очень старом, мебель шаткая и скрипучая. Но все же лучше, чем улица! Даже зимой мы можем себе позволить растапливать печь. Как же хорошо после чистки снега, прийти вечером, 23сесть возле печки и отогреваться! Ах!

Детей в приюте около ста. Находятся такие сволочи, которые подкидывают нам малышей. Что за мерзкие люди! Бросить свое дитя на произвол судьбы! Однако бывают и такие случаи, когда родители ребенка погибают. Здесь остается только ему посочувствовать.

Нахожусь в приюте последний год. По-хорошему, у меня есть только месяц, чтобы найти работу. На протяжении года пыталась найти подработку, но никто не хотел брать приютскую. Не понимаю почему! Мы такие же люди, как и они! Но почему так с нами обращаются? Сегодня мой день рождения. По закону я должна покинуть приют. Каждый ребенок, достигший девятнадцати лет, обязан жить самостоятельно. Но директриса надо мной сжалилась. Она ценила помощь, которую я оказала, и разрешила остаться еще на месяц. Но это край! Иначе ей придется выплатить штраф государству. Причем сумма не маленькая, она сильно ударит по нашему бюджету. Что за дурацкие законы!

Я спустилась на первый этаж, повернула направо, и открыла простую деревянную дверь с железной ручкой.

— Доброе утро, тетя Глаша! — поприветствовала нянечку. Большую часть времени она готовила для нас, но также стирала и помогала сидеть еще совсем с крохами. На данный момент у нас их два: девочка двух лет — Ирка, и мальчик Вася, которому едва полгода исполнилось. Его подкинули пять месяцев назад.

— Доброе утро, Риночка! — ответила женщина, пока надевала фартук на свое пухленькое тело. На самом деле меня зовут Ринальина. Имечко мудреной и трудно произносимое, поэтому все называют просто Рина. Однако такое имя было написано на бумажке, которую положили вместе со мной в корзину. Мне было около 10 месяцев, когда оказалась в приюте. Тетя Глаша рассказывала, что меня впервые увидели закутанную в покрывало. Я спокойно сидела в корзине на большом сугробе и ловила снежинки. Временами посмеивалась и говорила: “Лдынка! Лдынка!” Довольно необычная картина! Почему же меня тогда бросили родители? Смогу ли когда-нибудь это узнать?

— Где дядя Гоша? — спросила и тоже начала надевать фартук.

— Картошки пошел набрать. Сегодня на обед вареная картошка. Надо сейчас почистить, пока есть время.

— Блиинн, опять она! Как же ее не люблю! Мелкие тоже уже бурчат, что надоела.

— А что поделать, Риночка! Все, что осталось. Скоро лето, вот тогда мы сможем овощей купить других, может даже позволят фруктами закупиться.

— Ох, как же хочется яблок! Сто лет их не ела! — замечталась я о красном фрукте.

— Возможно и яблок удаться откапать, — с улыбкой ответила тетя Глаша. — Так, давай уже начинать готовить завтрак. Нам еще картошку чистить.

На кухне помогала только я. Больше старших детей не было. За мной сейчас самым старшим считается Пашка, ему двенадцать лет. Он помогает дяде Гоше. Они за дровами ходят, чинят что-нибудь, ходят в город за продуктами и необходимыми вещами и делают много чего другого. Вот так вот. Остальные дети — малявки. Конечно, когда-то были и моего возраста, но они уже выпустились. И слава небесным силам! Не ладились у меня с ними отношения!

Началось все, когда мне было пять лет. Петька, ему было семь, любил всех задирать, я была не исключением. Подножки ставил, жучков в тарелки кидал, грязью швырялся. Он еще много разных гадостей говорил. Не знаю, почему так меня не возлюбил, даже сейчас не понимаю, однако это вылилось в нехорошую ситуацию. Было лето, как раз прошел дождь, и возле приюта образовалась большая лужа. Ребятня тогда выбежала и стала ковыряться в ней. Я сделала то же самое. Сидела на корточках и водила палочкой по грязной жиже и не заметила, как Петька подошел сзади и толкнул в спину. Конечно же, моя тушка повалилась лицом в лужу. Я зарыдала. Стала так больно и обидно, что захотелось, чтобы Петька тоже плакал. Не знаю, как это произошло, но у мальчугана нос покрылся тонким слоем льда. Все дети испугались и стали кричать: “Чудовище!” С тех пор меня все боялись. Кроме малышни, они просто ничего не видели и не понимали. Взрослые никак не обратили внимание на эту ситуацию. Отнесли это к детской фантазии. Больше со мной подобного не случалось. Все позабыли, что тогда произошло, но сверстники обходили за милю. Мне как-то было все равно. Больше нравилось возиться с мелкими. Так и прожила до своих девятнадцати лет.

— Доброе утро, Рина! — а это пришел дядя Гоша с увесистым мешком картошки.

— Доброе утро, дядя Гоша! — тепло улыбнулась ему. — Как там погодка?

— Хорошая, хорошая. Тепло сегодня будет! И солнышко!

— Замечательно! Я как раз хотела сегодня пойти и продать мази, — и грустно добавила. — может и работку подищу.

— Не расстраивайся, Риночка! — попыталась меня утешить тетя Глаша. — Обязательно найдешь! Ты девонька рукастая, где-нибудь и пригодится твоя помощь.

— Да, Рина. Глаша верно говорит. — дядя Гоша поставил мешок картошки возле стола, — А если не получится придумаем что-нибудь! Мы тебя не бросим.

— Спасибо вам, — тепло улыбнулась им.

Нянечка поставила воду на плиту, которая работала за счет магического огонька. Я взяла несколько больших мисок и начала чистить картошку. Дядя Гоша куда-то вышел. И спустя пару минут вернулся.

— Милая, Рина…

— Да, дядь Гош? — я подняла голову, не отрываясь от чистки картошки.

— Мы с тетей Глашей поздравляем тебя с днем рождения! — он вытащил из-за спины сверсток.

Ох! Не стоило!

Я сидела в шоке.

— Открой, Риночка! — подхватила нянечка.

— Я…

— Не огорчай нас стариков, Рина. Возьми, пожалуйста.

Я посмотрела на них, таких любимых и родных. По сути, они заменили мне родителей. Стали самыми близкими для меня людьми!

Я вытерла руки об фартук и взяла сверсток.

— Спасибо вам большое!

В нем оказалось платье. Простенькое, светло зеленое, но такое аккуратное и…милое. Я расплакалась. Мне впервые подарили подарок!

* * *

После того как мы приготовили завтрак и ребятня поела, я начала собираться, чтобы пойти в город. Планировала продать сегодня пять баночек мази. Собирать травы и делать лекарства научила тетя Глаша. До того, как начать работать у нас, она жила в деревне и была известной знахаркой. Сама умоляла ее научить, но она долгое время отпиралась. “Не твое это, Риночка, дело! Тебя ждет великое будущее!”-говорила нянечка. Но я не слушала. Видела, что это может стать источником дохода, возможно с помощью этого смогу себя прокормить какое-то время. Умоляла опять же ее долго, и женщина сдалась. Так в двенадцать лет я стала постигать искусство знахарства.

Также планирую попробовать еще раз пойти поискать работу. Надела сегодня свой подарок — красивое светло зеленое платье. Может, если буду одета не в серое приютское тряпье, меня возьмут на работу? Очень надеюсь! Люди — народ странный. Определенно! Смотрят только по одежке, и провожают по ней же. А как же ум и умения?

Погода и вправду была прекрасной! Дядя Гоша не соврал. На лице выступила улыбка. Не люблю я холод и пасмурную погоду. Мне нравится нежиться под ласковыми лучиками солнца, как котенок. Возможно, это связано с тем, что именно в снежную и холодную погоду меня бросили родители.

Как и обычно пришла в лавку травника, который последние три года покупал у меня лекарства. Он оказался единственным, кто не брезговал покупать что-то у приютской. За это ему очень благодарна! Он, конечно, был не самым радушным человеком, но платил честно (сравнивала цены в других лавках). Мне главное деньги, а другое уходит на второй план.

За эти года набрала неплохую сумму — 5 золотых. На эти деньги можно спокойно прожить крестьянину целых пол года! Конечно, часть из вырученных денег отдавала директрисе, и она их тратила на нужды приюта. Не обманывала, хороший человек!

Я собирала деньги на черный день. И видимо он наступил. Да у меня еще есть месяц, но, если за этот период ничего не найду, поеду в провинции. Надеюсь, там не будут смотреть на мое происхождение, и смогу устроиться.

— Добрый день, господин Понин! — поприветствовала я щупленького старичка, входя в лавку.

— Добрый, — хмуро отозвался он за прилавком. — Что сегодня принесла?

— Пять баночек мази от наростов на коже, как и просили, — ответила, доставая мешочек со склянками.

— Отлично, отлично. Мы договаривались на три медяка. Держи, — старичок положил монетки на прилавок. Я в свою очередь положила рядом мешочек.

Я забрала деньги и сунула их в свой импровизированный кошелек. Баночки вытащила из мешочка. Господин Понин тут же их спрятал.

— С вами приятно иметь дело, — улыбнулась ему.

— Ага, — только каркнул он в ответ.

Я немного помялась, пытаясь собраться с мыслями. И все же решила спросить.

— Господин Понин, вам по-прежнему не нужен помощник?

Старичок грустно опустил глаза:

— Извини. Попробуй поискать в других местах. Но готов также покупать лекарства! Они у тебя хорошо получаются. Людям нравятся.

Понятно. Ничего не меняется. Много думала, почему он меня не нанимает, если помогаю уже третий год, но сейчас, кажется, догадываюсь. Я просто выгодна ему. Хотя все же нотка жалости чувствуется. Думаю и то, и то.

— Поняла, — холодно отбросила я. — Не знаю точно, смогу ли еще вам продавать лекарства. Но в ближайший месяц точно ваша. А дальше, как сведет судьба.

Я не стала прощаться, он тоже не церемонился. Вышла из лавки. Настроение немного испортилось. Ну а чего ты ожидала, Рина? Чуда? Чудес не бывает!

Где-то часа два точно пыталась найти работу. Но ничего не получилось! Конечно, мое платье сглаживало первое впечатление, но, как назло, попадались люди, которые узнавали во мне приютскую. Владельцы лавок тогда сразу меня выгоняли, даже некрасивыми словами не забывали покрывать. Повозившись так некоторое время, плюнула на все. Хватит! Не светит мне устроиться в столице! Надо ехать в провинцию! Завтра начну готовиться. Нужно будет определиться с маршрутом, договориться с повозкой, просчитать, что может понадобиться в дороге и для устройства на новом месте. Также нужно будет забрать документы у директрисы, чтобы…

Тут я не успела додумать, как ощутила резкую боль в голове. В глазах стало мутно, они стали закрываться. Я обмякла в чьи-то руки.

* * *

Очнулась от чувства, что меня кто-то лапает, причем очень интенсивно. Я испугалась. Так, спокойно, Рина! Вроде бы еще в одежде, значит все не так плохо. Сначала открыла один глаз. Темнота, ничего не видно. Потом второй. Опять темно. Я задрала голову. Виднелась полоска ясного неба. Поняла, что нахожусь в переулке и лежу на холодной каменной плитке. Надо мной навис странный мужской силуэт в капюшоне. Он понял, что я очнулась.

— Деньги гони, — низким скрипучим голосом произнес он. — Быстро! Иначе тебе не поздоровиться!

От приставил нож к моей шее.

Вот и все. Так и закончится моя жалкая жизнь. На работу не устроилась, замуж не вышла, детей не нарожала. Все! Смерть за мной пришла!

Увидев, что я никак не реагирую, мужчина прижал нож еще ближе к шее. Почувствовала резкую боль. Он слегка задел кожу, по ней потекла небольшая струйка крови.

Сука нет! Твою ж макаку! Я не хочу умирать! Не дождетесь у меня!

Почувствовала, как внутри начала разливаться прохлада, как по венам течет…лед? Да лед. Приятный, обжигающий холодом и такой…родной!

Я закрыла глаза и зарычала не естественным, животным рыком.

Послышался треск кирпича, что-то тяжело упало наземь. Кто-то истошно закричал, будто его живьем распаривают на потроха. Послышались еще чьи-то голоса. Кто-то начал вопить: “Чудовище! Чудовище!” Где-то я это слышала…

Открыла глаза, чтобы понять, что происходит. Я будто возвышалась на верху, будто сидела на крыше и рассматривала столицу, но при это сидела на земле. Почувствовала под руками что-то мягкое, теплое и…мокрое. Опустила голову. Вместо своих рук увидела огромные чешуйчатые лапы с длинными острыми когтями. Под ними лежало окровавленное тело. Внутренние органы человека выпирали наружу, а на лице несчастного запечатлелся посмертный ужас. Как…Что…

Я хотела завопить от ужаса, но получился животный рык, и из рта, нет пасти, вылетело синее пламя. Изуродованный труп превратился в ледяную статую. Закрыла свою…пасть?

Что происходит?! Одолел дикий страх. В глазах помутнело. Почувствовала, как начинаю медленно спускаться вниз. Снова увидела светлую полосу неба. “Вот это день рождение!”-пронеслось в голове. А потом сознание резко отключилось.

Загрузка...