Развод. Дальше - без тебя (СИ)

34

Мы с Марком сидим в машине напротив стеклянного фасада ресторана, где назначена встреча с двумя крупнейшими партнерами компании Паши. Марк внимательно смотрит на меня и слегка касается моей руки.

— Ты готова? — спрашивает он, хотя в его голосе нет ни тени сомнения. Он уверен во мне даже больше, чем я сама. А я беру эту уверенность от него, ведь он рядом.

— Готова, — отвечаю я. Глубоко вдыхаю, тень сомнения все же мелькает в голове, и я думаю о том, могу ли действительно убедить людей, которые привыкли иметь дело с Пашей, поверить мне?

Зал ресторана светлый, официанты скользят бесшумно, а за нашим столиком царит напряженная тишина, пусть и скрытая за вежливыми улыбками. Партнёры — двое мужчин в дорогих костюмах — переглядываются и наконец один из них, Сергей Александрович Бродский, начинают разговор:

— Вы понимаете, Мария, немного неправильно нам встречаться сейчас с вами за спиной нашего непосредственного партнера, коим являются ваш бывалый муж. К тому же сейчас вы находитесь в близких отношениях с его конкурентом. Это как минимум неэтично.

Я улыбаюсь так, будто всю жизнь веду переговоры, хотя внутри все сжимается.

— Но тем не менее приглашение вы приняли, а значит были заинтересованы во встрече, — парирую в ответ. — Не задержу вас надолго. Скажу прямо: ваше дальнейшее партнерство с Миссир Корпорейшен, которую Паша сейчас поглотил своей компанией, невозможно. Если вы, конечно желаете сохранить ваши деньги.

Мужчины переглядываются, а я смотрю на спокойного, даже удовлетворенного Марка, лениво откинувшегося на кресло.

— Это смешно, — подхватывает второй мужчина — Геннадий Аркадьевич Селезнев — главный инвестор основных проектов Паши. Из связывает многолетнее сотрудничество и, конечно же, деньги. И это именно то, что заставит его предать Павла и перейти ко мне.

— Если смешно, почему тогда не смеетесь? — давлю сильнее, но это необходимо для того, чтобы они начали воспринимать меня всерьез. — Может вы будете смеяться еще и в момент, когда Стрельцов окажется в СИЗО, а акции компании стремительно пойдут вниз?

— По какой причине? Павел не из тех, кого легко посадить.

— Потому что за это дело взялся я, — встревает Марк, и мужчины замолкают, что-то нервно обдумывая и переглядываясь.

— Если хотите прозрачности, — продолжаю серьезно, — то Паша уже давно ведет подпольную бухгалтерию. Внеплановая проверка, о которой ему не будет известно — и ему светит уголовка за неуплату налогов. Также дополнительно я буду подавать иск о признании рядов заключенных им от моего имени сделок по доверенности. Меня ввели в заблуждение, не разъяснили всю ответственность и заставили подписать не читая без присутствия нотариуса. Как вы считаете, достаточно ли основания для привлечения его к ответственности?

— И что вы предлагаете? — спрашивает Бродский.

— Я передал Марии, как своей супруге, часть своих акций и сделал партнером компании. В будущем мы планируем вернуть ей компанию отца, когда Павла отправят в исправительные учреждения, поэтому предлагаем ваш временное сотрудничество не со мной, с Марией, — четко чеканит им Марк план наших действий. — После всех разбирательств вы можете вернуться к Миссир Корпорейшен, когда Мария займет свое законное место во главе компании.

— Вы можете не отвечать сразу, однако и наше предложение не вечное. Если вы не захотите сотрудничать, я найду иностранных инвесторов, с которыми работает Марк. Единственное, что я сейчас пытаюсь сделать — сохранить компанию своего отца в том виде, в котором она и была, сохраняя штат, партнеров и ее самобытность. Однако если вы решите и дальше идти с Павлом, моё решение будет окончательным, жестоким, и обсуждение подлежать не будет, — я шумно отодвигаю стул и протягиваю им руки в знак нашего прощания.

— Вы не такая, какой мы вас представляли, Мария, — говорит Селезнев, пожимая мне ладонь.

— Раньше я всецело доверяла мужу, а сейчас — лишь себе. Если вы останетесь с ним, рискуете потерять всё. Со мной у вас есть шанс не только спасти то, что есть, но и приумножить. И это моё последнее слово.

Марк поднимается следом за мной и также пожимает им руки, открыто усмехаясь.

— Что? — шепчу ему, когда идём к машине. — Кажется, я сейчас упаду в обморок от волнения.

— Я всегда рядом, Мария, — слышится за спиной слишком близко. — Я не дам тебе упасть.

Он останавливается около машины и открывает мне дверь. Сердце колотится в груди не только от пережитого адреналина, но и от слов Марка.

— Ты была превосходна, — нарушает тишину, пока мы едем на еще одну встречу. — Такая амазонка.

— Издеваешься? — смеюсь, откидывая голову вверх и закрывая глаза.

— Я серьезно, я наблюдал за тобой и искренне гордился. Ты вытащила наружу сильную женщину, которую по непонятным причинам прятала. Ты невероятная, — он поворачивается, и в этот момент я тоже открываю глаза и смотрю на него.

— Спасибо, — говорю ему одними губами, на что он кивает мне.

Следующие несколько встреч проходят почти по тому же сценарию — сначала надменные взгляды, скепсис, после интерес, а потом принятие, нарисованное на их обескураженных лицах. Я слушаю сама себя и удивляюсь, какой становлюсь. С каждым разом произносить речь все легче, а волнения становится все меньше.

В конце дня чувствую себя выжатой, но довольной — мы действительно сделали всё, что только могли, остается лишь ждать. Верить и ждать, что они купились.

Но когда на второй день я не получаю ни одного звонка, Марк предлагает подтолкнуть их к принятию такого решения и звонит знакомым из налоговой.

Готовь холодную воду для заднего места, Паша, скоро она будет гореть диким пламенем!