Джэсмин Крейг Счастье по контракту

1

Женщина, сидевшая рядом с Дэном Мэтьюсом в самолете, была красивой, миниатюрной, с блестящими черными волосами. Она сразу же дала ему понять, что не прочь познакомиться с ним поближе. Пока стюардесса сервировала завтрак, легкомысленная красотка сообщила ему свое имя и успела многое рассказать о себе и о своей жизни, а когда самолет пошел на посадку в аэропорту Стэплтон, у Дэна в кармане уже лежал ее адрес и номер телефона, и он был снабжен подробными инструкциями, как доехать до дома своей новой знакомой.

На какое-то мгновение Дэн ощутил страстное желание очутиться с этой искательницей приключений в спальне, на прохладных простынях, и заняться с ней сексом. С тех пор как Дэн развелся пять лет назад, он поклялся себе, что в его отношениях с женщинами не будет места любви. И сейчас он понял, что его случайная спутница как нельзя лучше подходит для столь свободных отношений – легкий флирт, несколько встреч и никаких обещаний и клятв. Дэн испытал острое чувство сожаления, говоря ей, что ее предложение выглядит очень заманчивым, но увы, его график в Денвере будет настолько насыщенным, что он не сможет выкроить время для отдыха и развлечений.

Дэн забрал свой багаж, размышляя о том, что он и впрямь слишком загружен работой. Прошло уже по крайней мере два месяца со времени его последнего любовного свидания, а вспомнить, когда он был увлечен женщиной настолько, чтобы самому позвонить и попросить о встрече, он вообще не мог.

Однако сейчас был неподходящий момент для философствований о проблемах в личной жизни. Дэн быстро прошел через зал ожиданий и главный вестибюль аэропорта и вышел на улицу, залитую ярким солнцем Колорадо. Уверенным движением руки он остановил такси.

– Черри-Хиллз, пожалуйста. Роки Кэньон-лейн, четыре. Это между Куинси и Университетом.

Таксист пробормотал что-то означавшее согласие, и Дэн сел на потертое заднее сиденье. Из окна машины, уносящей его к западу от аэропорта, он любовался открывающейся панорамой Скалистых гор. Была уже середина июня, но на далеких вершинах до сих пор красовались снежные шапки. Дэн закрыл глаза, внезапно осознав, что находится на грани нервного и физического истощения.

Прошедший месяц в его напряженной жизни бизнесмена выдался особенно трудным. Неделю назад Дэн был в Китае. Три дня назад в Сингапуре он составлял и обговаривал с партнерами последние пункты совместного договора о поставках. А сегодня он вышел из своей квартиры в Коннектикуте в шесть утра, чтобы восьмичасовым рейсом из аэропорта Ла Гардия вылететь в Денвер.

«И вся эта безумная поездка вызвана лишь тем, – уныло подумал Дэн, – что ослепший от любви Чарли Стеддон позволил обдирать себя как липку первоклассной мошеннице. Все потому, что одна потрясающая блондинка с огромным бюстом и полным отсутствием нравственных принципов каким-то образом ухитрилась убедить всегда трезвомыслящего Чарли переписать завещание».

Губы Дэна сжались в узкую полоску. Чарли умер месяц назад, в возрасте шестидесяти шести лет. Дэн узнал об этом, находясь в Гонконге. Хотя большую часть жизни Чарли пил сколько хотел и был заядлым курильщиком, Дэна все же поразило известие о его кончине. Чарли был ему не только родственником, но и деловым партнером и другом. По крайней мере, Дэн думал, что они друзья, до последнего разговора с адвокатом компании Фрэнком Голдбергом. Однако сейчас он начал сомневаться в этом.

Тропический шторм у побережья Гонконга не позволил Дэну вылететь вовремя на похороны Чарли, так что он еще не успел высказать бывшей миссис Стеддон все, что он о ней думает. В этой неприятной истории лишь предвкушение ожесточенной борьбы подбадривало его и давало импульс разделаться с интриганкой.

Дэна приводила в бешенство мысль о том, что скорее всего он будет вынужден выкупить долю вдовы Чарли, но Фрэнк ясно дал понять, что иного выхода нет. Дэн уже отдал при разводе состояние своей бывшей жене и не желал жертвовать заработанными с тех пор средствами, чтобы расплатиться за необъяснимую страсть Чарли к женщине, годившейся ему во внучки.

Такси остановилось на подъездной аллее, окружавшей огромный дом, проектировщик которого, вероятно, был увлечен средневековой архитектурой – дом был похож на германский замок. Над одной из угловых башенок возвышалась гигантская телевизионная антенна, столь неуместная здесь, разрушающая старинный стиль здания. Тщательно продуманная оросительная система защищала пышные клумбы розовой и красной герани от иссушающего дыхания денверского зноя. На массивных, обитых железом воротах был установлен целый комплекс прожекторов, видеокамер и прочих устройств электронной сигнализации. Несомненно, вдова Чарли хотела, чтобы ее великолепный старинный особняк был оборудован по последнему слову техники.

– Приехали, дружище, – не оборачиваясь, сказал таксист. – Роки Кэньон-лейн, четыре.

– Спасибо. – Дэн заплатил шоферу и вышел из машины.

Пересекая вымощенный плиткой двор, Дэн с интересом оглядывался вокруг. У самого Чарли была небольшая квартира в Манхэттене, где они с племянником встречались, чтобы обсудить дела компании. Однако Дэн никогда не был в колорадском доме своего партнера и никогда не видел его жену.

Несмотря на это, у него сложилось четкое представление о ней благодаря матери. Услышав ошеломляющую новость о свадьбе зятя, миссис Мэтьюс сразу же примчалась в Денвер. К сожалению, визит оказался настолько неудачным, что за последующие семь лет мать Дэна ни разу не навещала своего родственника.

Чарли никогда не говорил свояченице, где он встретил свою новую жену, и не удосужился никому объяснить решение жениться снова после стольких лет спокойного и безмятежного вдовства. Но миссис Мэтьюс хватило одного взгляда на Коринн, чтобы самой разобраться в ситуации без всяких объяснений. «Да, несмотря на острый ум и ясную голову, Чарли подошел к порогу старости», – решила почтенная женщина.

По мнению миссис Мэтьюс, новая миссис Стеддон абсолютно не подходила Чарли. Она была высокой, довольно привлекательной, но слишком вызывающе одевалась. Обтягивающие футболки и узкие джинсы, которые она предпочитала носить, подчеркивали пышную грудь и округлые бедра. Ее темно-синие глаза выгодно оттенялись поразительно светлыми волосами, несомненно обязанными своей белизной флакону с краской, а не природе.

Все три дня, пока миссис Мэтьюс гостила у Стеддонов, лицо Коринн было покрыто толстым слоем косметики, нанесенной, по твердому убеждению матери Дэна, чтобы скрыть хищные черты за ангельским ликом. Однако миссис Мэтьюс с первого взгляда поняла, что Коринн была дерзкой испорченной особой и обладала твердым, как гранит, характером. Одним словом, настоящая хищница.

Но что хуже всего, Коринн не делала ни малейшей попытки скрыть, что она намного моложе мужа. «Интересно, – подумал Дэн, – как при всем желании юная девушка могла заставить себя выглядеть так, как подобает жене закаленного жизнью пятидесятидевятилетнего мужчины».

Оправившись от первоначального удивления при вести о женитьбе дяди, Дэн не позволил мыслям о молодой супруге Чарли вмешиваться в прекрасные отношения, сложившиеся между двумя мужчинами. Ему удалось достичь этого, представляя, что Коринн просто не существует в природе. Годы студенчества Дэна пришлись на конец бурных шестидесятых, и ему нравилось думать о себе как о свободомыслящем человеке, не имеющем предрассудков, особенно когда дело касалось личной жизни и пристрастий других. Но как ни старался, Дэн не мог оправдать вторжения Коринн в жизнь Чарли. Девятнадцатилетняя девочка, которая выходит замуж за преуспевающего владельца крупной компании на сорок лет старше ее, вряд ли испытывает к мужу романтическую привязанность.

Дэн нетерпеливо отмахнулся от своих мыслей. Он взялся за массивное дверное кольцо в виде львиной головы и громко постучал.

Коринн сейчас должно быть двадцать шесть лет. Ей двадцать шесть – и она владелица всего состояния Чарли и пятидесяти одного процента акций «Дэнстед Корпорейшн» в придачу. «Семь лет игры роли примерной жены неплохо окупились», – цинично подумал Дэн.

Даже теперь он не мог до конца поверить в то, что Чарли так поступил с ним. «Дэнстед Корпорейшн» была основана на равном партнерстве. Чарли вложил в дело большую часть первоначального капитала, а Дэн отдал компании свои технические знания и финансовое чутье.

Дэн вспомнил телефонный звонок, раздавшийся в его коннектикутской квартире две недели назад. Разве знал он, чем для него обернется этот звонок?

– Дэн, думаю, ты должен знать, что нам вчера звонила Коринн, – сообщил по телефону Фрэнк Голдберг.

– Коринн? – не сразу сообразил Дэн.

Он собирал вещи для поездки в Китай и в данный момент упаковывал туалетные принадлежности в дорожную сумку. Он так преуспел, запрещая себе думать о странном браке Чарли, что несколько секунд не мог понять, о ком речь.

– Да, Коринн Стеддон, вдова Чарли, – терпеливо повторил адвокат. – Она позвонила вчера и настояла на личном разговоре со мной. Она заявила, что у нее имеется еще одно завещание Чарли, более позднее, чем то, которое хранится у нас в конторе. Сегодня утром я получил его копию срочной почтой. Я просмотрел завещание, Дэн. На мой взгляд, оно составлено безукоризненно.

– Что ты хочешь этим сказать, Фрэнк? – спросил Дэн, предчувствуя что-то недоброе.

– В новом завещании Чарли оставляет свою долю в «Дэнстед Корпорейшн» Коринн при условии, что она снова не выйдет замуж. Пока она свободна, может распоряжаться ею без каких-либо ограничений.

В телефонной трубке воцарилось короткое молчание.

– Чарли владел пятьюдесятью одним процентом акций, – медленно произнес Дэн. – Он хотел передать свою долю под опеку Коринн, а меня назначить распорядителем пакета. Он должен был именно так составить завещание, иначе я не получу большинства голосов в правлении.

– Дэн, это я составлял первое завещание для Чарли. Я знаю, о чем в нем говорится и почему оно составлено именно так, – заверил его Фрэнк Голдберг.

– Тогда что, черт возьми, произошло?! Почему Чарли так обошелся со мной? – Гнев и растерянность завладели Дэном.

– Понятия не имею. Он не советовался со мной. Новое завещание было составлено и заверено одной из нотариальных контор Денвера, «Хаджинс и Хокинс». Я уже навел справки – у них безупречная репутация. – Фрэнк нервно прокашлялся. – Как я сказал, пока миссис Стеддон остается вдовой, она сохраняет контроль над пакетом акций. Однако в завещании оговорено, что, если Коринн снова выходит замуж, она обязана предложить акции тебе за плату в размере один миллион долларов, что является суммой, первоначально вложенной Чарли в компанию.

Дэн был слишком ошеломлен, чтобы испытывать ярость.

– Неужели эта чертова бумажка будет иметь законную силу? – отрывисто спросил он.

Фрэнк помедлил с ответом. Казалось, от телефонной трубки исходила осторожность, присущая большинству юристов.

– На данный момент, Дэн, боюсь, что да. Это, очевидно, более позднее завещание, чем то, которое находится у нас, и с точки зрения закона ни один его пункт не выглядит нецелесообразным.

– В таком случае, Коринн Стеддон владеет пятьюдесятью одним процентом акций моей компании. – Дэн опустился на кровать. – Что именно это означает для меня, Фрэнк? Только не забивай мне голову своей обычной юридической болтовней. Я хочу, чтобы ты в двух словах описал сложившуюся ситуацию.

– Это означает, что тебе надо горячо молиться, чтобы она снова вышла замуж, и чем скорее, тем лучше. Кроме того, это означает, что Коринн по существу является главой компании и тебе будет необходимо ее одобрение на любую операцию, требующую затрат на сумму свыше пяти тысяч долларов. Это означает, что ты не сможешь заключить ни одного важного контракта без ее четкого письменного разрешения. Это означает, что с ней обязаны считаться при принятии значительных решений. Права, о которых говорилось в первом завещании Чарли, теперь автоматически переходят к его настоящей наследнице. – Фрэнк сделал паузу. – Миссис Стеддон просила передать, что хочет обсудить с тобой инвестиции компании за границей, так как у нее есть несколько интересных предложений по поводу расширения «Дэнстед» в будущем. По-видимому, она считает, что нам пора развернуть деятельность в Мексике.

– В Мексике! Где, черт возьми, она набралась таких умных мыслей? Проклятие, Фрэнк, судя по словам моей матери, семь лет своего замужества Коринн провела, делая маникюр, разъезжая по курортам и тратя деньги Чарли. Почему же женщина такого сорта решила вдруг посвятить себя повседневной рутине управления водопроводной компанией?

– Кто знает? Может, она устала делать маникюр и желает заняться чем-то более интересным, – с сарказмом ответил адвокат.

Голос Дэна стал сухим и резким:

– Моя последняя сделка была связана с поставкой канализационных труб в Гонконг, и самым впечатляющим в ней был момент, когда один из прорабов уронил ручку и забрызгал чернилами все документы. Когда миссис Стеддон поймет, что в действительности представляет собой работа в «Дэнстед Корпорейшн», не думаю, что она захочет с ней связываться.

– Может быть. Но после тридцати лет адвокатской деятельности я перестал пытаться предсказывать поступки людей. Кто знает, может быть, канализационные трубы – именно то, что ей нужно. Могу сказать точно, что тебе следует поторопиться и вылететь в Денвер ближайшим рейсом. Остается лишь надеяться, что она в скором времени выйдет замуж или захочет продать свою долю за приемлемую цену.

– В каком направлении ты советуешь действовать, Фрэнк?

– Если у тебя на примете нет подходящего холостяка, которому не терпится жениться, советую тебе выкупить ее долю, как только у тебя на руках окажется необходимая сумма. «Дэнстед» нельзя отдавать в руки такому руководителю, как эта дама. Если Коринн будет настаивать на участии в управлении компанией, она быстро и с легкостью уничтожит все, что мы создавали долгие годы. Но помни, пока ты не купил ее долю, она – глава компании. В любом вашем споре победа будет на ее стороне.

– Дьявол, Фрэнк, я не могу сейчас ехать в Денвер! Я должен лететь в Китай! Если бы ты позвонил на пятнадцать минут позже, я бы уже был по дороге в аэропорт. Я потратил тринадцать недель, чтобы получить разрешение на въезд в Шанхай, и там меня будет встречать дюжина китайских представителей. Я должен ехать, Фрэнк. Не только репутация компании поставлена на карту. Сотни китайских деревень останутся без водопровода, если сделка не состоится.

– Хорошо, поезжай в Китай. Избави меня Бог стать причиной лишения китайских крестьян современных удобств. Давай позвоню Коринн и скажу ей, что ваша встреча состоится через две недели. В твое отсутствие наши бухгалтеры подсчитают справедливую и разумную цену ее пакета акций.

Вернувшись из дальневосточной командировки, Дэн обнаружил, что «справедливая и разумная» цена на акции миссис Стеддон составляет три миллиона долларов. Справедливая и разумная цена! Дэн мрачно усмехнулся. Ведь это ему, Дэну, придется платить за то, что принадлежит ему по праву.

Поскольку у него на счету не было трех миллионов, он обратился за помощью к знакомым банкирам, с которыми поддерживал дружеские отношения. И так как знакомые банкиры не желали выдавать сомнительные ссуды даже ради дружбы, Дэн скоро обнаружил, что ему придется заложить практически все свое имущество, чтобы набрать недостающую сумму. К счастью, ему удалось выйти из положения, не закладывая хотя бы свою машину, но сейчас перспектива вернуть в полное владение хоть малую толику всего остального была отдаленной и зыбкой.

Невеселые размышления Дэна были наконец прерваны звуком открываемой двери. Перед ним стояла пожилая женщина в голубой форменной одежде.

– Здравствуйте, я Дэниел Мэтьюс, – вежливо представился он. – У меня назначена встреча с миссис Стеддон.

Женщина без улыбки взглянула на него.

– Входите, пожалуйста. Миссис Стеддон вас ждет.

Он последовал за горничной в просторную гостиную с мраморным полом и высоким, как в церкви, потолком. Солнечный свет, преломляясь в оконных витражах, рассыпался тысячами многоцветных бликов на белых стенах и освещал фигуру женщины, стоящей у резного мраморного камина.

Высокая и стройная, женщина была одета в темно-синее облегающее льняное платье простого покроя и в элегантные туфли-лодочки на высоком каблуке. Пепельные волосы, уложенные в гладкую ракушку, открывали красивое бледное лицо, быть может, излишне утонченное, но классически правильных линий. На ней почти не было украшений – только маленькие золотые часы на запястье и пара жемчужных сережек, загадочно мерцавших в ушах.

Ее внешность так не соответствовала его предвзятому мнению о молодой вдове Чарли, что Дэн быстро обвел глазами комнату, словно ожидая, что сейчас появится другая женщина и назовется Коринн Стеддон.

Горничная прервала затянувшееся молчание и рассеяла сомнения Дэна, обратившись к хозяйке дома:

– Это мистер Дэниел Мэтьюс, миссис Стеддон.

– Спасибо, Розита. Ты предупредишь нас, когда будет готов ленч? Мистер Мэтьюс вылетел из Нью-Йорка рано утром и, я уверена, проголодался.

– Ленч будет готов в полдень, миссис Стеддон. Это вас устроит?

– Мистер Мэтьюс? – Коринн вопросительно взглянула на него.

– Да, конечно. Как будет угодно вам и Розите.

Горничная ушла, и Коринн шагнула вперед, протягивая руку для приветствия.

– Как ваши дела, мистер Мэтьюс? Я рада, что мы наконец встретились. Чарли часто говорил мне о вас.

Когда Дэн прикоснулся к ее руке, по его телу будто пробежала жаркая волна, хотя ее длинные нежные пальцы оставались прохладными. Коринн убрала руку и первый раз с момента их встречи взглянула ему прямо в глаза. Дэн убедился, что из описаний его матери одно оказалось верным – у Коринн были огромные темно-синие глаза, обрамленные пушистыми ресницами, казавшимися черными на фоне светлых волос. Глубину и цвет глаз подчеркивал синий лен платья, превосходно шедшего ей.

Дэн вдруг понял, что выглядит нелепо, глазея на нее, и отвел взгляд. В горле у него пересохло.

– Примите мои соболезнования по поводу вашей утраты, миссис Стеддон. – Его голос звучал сухо и официально.

Странно, сейчас перспектива дать себе волю и выплеснуть на вдову Чарли свою злость уже не казалась такой заманчивой, как все эти две недели. Более того, он смутно чувствовал, что опасно терять контроль над собой в присутствии Коринн.

Дэн в замешательстве помолчал, не находя нужных слов.

– Чарли был хорошим человеком и замечательным другом.

На ее губах заиграла легкая улыбка.

– Он также был прекрасным мужем – понимающим, любящим, великодушным.

– Да, мой дядя был великодушным, может быть, даже слишком, – не удержался от колкости Дэн. – Он никогда не понимал, когда люди его использовали.

Условия завещания больно уязвили Дэна, и он даже не пытался сдержать едкой горечи в голосе. Он был разъярен тем, что его лишили контроля над его компанией, и Дэна не волновало, знала ли об этом Коринн. Но на ее лице не дрогнул ни один мускул.

– Да, это так, – спокойно согласилась она. – Хотите чего-нибудь выпить, мистер Мэтьюс?

– Нет, благодарю. Еще слишком рано для меня. Но, если вы хотите, пожалуйста, не стесняйтесь.

– Я редко пью, – просто ответила молодая женщина. – И, конечно, не в это время суток. Очень любезно с вашей стороны, что вы приехали, мистер Мэтьюс. Я знаю, какой вы занятой человек. Настолько занятой, что прошло уже семь лет с тех пор, как вы в последний раз были в Денвере. Чарли скучал по тем уик-эндам, когда вы вместе выбирались на рыбалку.

Дэн вскинул глаза, встревоженный неуловимой интонацией, промелькнувшей в ее голосе. Но выражение лица Коринн не изменилось. Если что-то и беспокоило ее, она держала это глубоко в себе.

– Я приехал как только смог выкроить время, – резко ответил он. – Уверен, вы понимаете, что завещание Чарли немало удивило всех, кто связан с нашей компанией.

– Думаю, да. Хотя, возможно, вы не нашли бы его таким странным, если бы знали больше обо мне и Чарли. Но вы даже не делали попыток что-то выяснить о нашем браке, не так ли?

– Полагаю, я знал все, что требовалось об этом знать.

Коринн отвернулась и помолчала, глядя в пустой камин.

– Например то, что мне было девятнадцать, а Чарли пятьдесят девять, когда мы поженились? Вы это имеете в виду?

– Скажем так, больше всего в вашем браке меня шокировала разница в возрасте, – вынужден был признаться Дэн, отдавая должное ее прямоте.

– Да, – мягко сказала она. – Но было и много другого, не менее важного.

– Не сомневаюсь. – Дэн забыл о данном себе обещании контролировать свои эмоции. – Что ж, миссис Стеддон, говорят, никогда не поздно наверстать упущенное, так, может быть, вы просветите меня относительно некоторых моментов вашей семейной жизни?

– Что вас интересует? – ровным голосом спросила она.

– Например то, где вы встретились с Чарли и чем вы занимались в то время?

Коринн медленно повернулась к нему. Нет, Дэн не ошибся – в яркой синеве ее глаз вспыхнули и тут же погасли веселые искорки. Кажется, она находила ситуацию забавной!

– Чарли однажды зашел в ночной бар, где я работала официанткой. Потом стал появляться в баре каждый вечер. Он предложил мне переехать к нему через две недели после нашего знакомства. А еще через полгода он предложил мне выйти за него замуж, и я согласилась. – Она посмотрела на Дэна с вызовом. – Если хотите знать – да, я вышла за Чарли из-за денег, и он прекрасно знал об этом.

Услышав это откровенное и надменное признание, Дэн взорвался:

– Прекрасно, миссис Стеддон! Уверен, в денежном отношении дядя Чарли оправдал все ваши ожидания!

– Чарли оправдал мои ожидания во всех отношениях, – резко парировала Коринн.

Дэн постарался отделаться от возникших в сознании эротических картин, рожденных словами Коринн. Усилием воли он заставил себя сосредоточиться на обсуждаемом предмете.

– Миссис Стеддон, адвокат нашей компании Фрэнк Голдберг сказал мне, что согласно последнему завещанию дяди вам причитается контрольный пакет акций «Дэнстед Корпорейшн», – поспешил вернуться он к деловому разговору.

– Да, это так. Чарли изменил завещание пару лет назад.

Коринн сделала многозначительную паузу, и в Дэне внезапно зародилось безумное подозрение, что с того момента, как он переступил порог гостиной, она намеренно провоцирует его то недосказанными фразами, то откровенными признаниями.

– Мой муж полагал, что мое участие в управлении компанией может оказаться полезным для дела.

– Полезным? Ваше участие? – не веря своим ушам, воскликнул Дэн.

– Чарли искренне верил в мои способности, мистер Мэтьюс, и, считая вас непревзойденным специалистом в деловом отношении, он в то же время сомневался в вашем умении сходиться и ладить с людьми, а это является немаловажным фактом при заключении крупных контрактов, ведении переговоров, в отношениях с подчиненными. Он верил, что, когда его уже не будет рядом, чтобы помочь вам советом, «Дэнстед Корпорейшн» потребуется моя помощь.

Дэн боролся с искушением сказать ей ничем не приукрашенную правду о том, насколько полезной могла оказаться помощь бывшей официантки при обсуждении условий поставок укомплектованного водопроводного оборудования с гонконгским департаментом муниципального жилья. Во время переговоров Дэн никогда не терял контроль на собой. Нарушив во время сегодняшнего визита обещание держать себя в руках, Дэн утешался мыслью, что было бы слишком милосердно оставить без внимания самонадеянные и несправедливые утверждения Коринн, будто Чарли считал его непригодным для единоличного управления огромной компанией.

Боже милостивый, да Чарли знал его с самого рождения и ни разу за время их совместной работы не подверг сомнению его способность обходиться с подчиненными. Напротив, у фирмы были прекрасные отношения со служащими. На принадлежащей «Дэнстед» фабрике не было ни одной забастовки со дня ее введения в эксплуатацию десять лет назад.

Дэн сухо улыбнулся Коринн, не заботясь о том, хватило ли у нее проницательности, чтобы уловить что-либо кроме снисходительности в выражении его лица.

– Миссис Стеддон, думаю, наш разговор – это пустая трата времени, так что я намерен перейти к делу и объяснить цель своего приезда. Я здесь, чтобы сделать официальное предложение о покупке вашей доли в «Дэнстед Корпорейшн». Две недели назад, перед отъездом в командировку в Китай, я попросил наших финансистов подсчитать реальную стоимость ваших акций. В результате они пришли к выводу, что три миллиона долларов будет вполне справедливой суммой. Но, чтобы не было никаких недоразумений, я настоятельно вам советую также пригласить специалистов, произвести перерасчет и…

– Спасибо, но в этом нет необходимости, мистер Мэтьюс, – прервала его Коринн. – Я не собираюсь продавать свой пакет акций. Напротив, я намерена работать с вами как полноправный партнер.

Дэн в сотый раз напомнил себе, что известен своим хладнокровием, рассудительностью и присутствием духа в самых труднейших ситуациях. Прежде чем ответить, он несколько раз глубоко вздохнул.

– Если вы стараетесь таким образом набить цену, миссис Стеддон, должен вас разочаровать. Мои банкиры не дадут мне больше трех миллионов, даже если я захочу заплатить их.

В гостиной воцарилась напряженная тишина. В глазах Коринн, рассматривающей Дэна, светился холодный интерес, с каким обычно ученые-исследователи изучают животных-мутантов.

– Вы, кажется, плохо меня поняли, мистер Мэтьюс. Повторяю: я не хочу продавать свои акции. Полагаю, наша беседа станет более продуктивной, если вы примете к сведению этот простой факт.

– Может быть, это у вас сложилось неправильное представление о «Дэнстед Корпорейшн». Это не очень большая компания. На нашем заводе работают около ста рабочих. Офисы руководящего персонала находятся в буквальном смысле рядом с цехами, и штат служащих у нас минимальный – в основном клерки, а также несколько инженеров, по необходимости становящихся коммивояжерами и менеджерами. Ради всего святого, почему вы хотите работать в подобном месте?! Чем вас может привлекать подобное занятие?

Оставив его вопрос без ответа, Коринн устремила взгляд на переливающиеся всеми цветами радуги оконные витражи, и солнечные лучи осветили очертания ее фигуры. Про себя Дэн невольно отметил, что его мать оказалась права еще в одном – Коринн Стеддон обладала роскошной грудью. Дэн внезапно осознал, каким красивым было ее тело. Подчеркнутые тонкой тканью скромного платья контуры высокой груди притягивали его взгляд. Созерцание женственной фигуры молодой вдовы пробуждало определенные фантазии, чего с Дэном не случалось уже много лет. Ему стоило огромных усилий вернуться к действительности.

Коринн что-то говорила, и Дэн смущенно понял, что отвлекся и пропустил начало ее фразы.

– …сохранить свои акции, потому что Чарли просил меня об этом, и по этой же причине я планирую в скором времени приступить к работе в компании. Я обещала мужу.

– Хорошо, миссис Стеддон, – резко сказал Дэн, не скрывая разочарования.

В этот момент он не знал, на кого зол больше – на Чарли, написавшего столь нелепое завещание, или на Коринн, не желающую внять доводам разума и принять три миллиона в обмен на акции. Его злость была тем сильнее, что он заложил разве что не собственную душу, чтобы выкупить ее долю, а она неожиданно отказалась. Но будь он проклят, если позволит ей развалить дело, которое с таким упорством создавал в течение десяти лет!

Совладав наконец с собой, Дэн бесстрастно произнес:

– Если вы не хотите продавать свой пакет акций, я, согласно закону, должен предоставить вам счета компании и ознакомить с положением дел. Мы с Чарли обычно встречались в его манхэттенской квартире каждую вторую пятницу месяца. Если это время и место вас устраивают, то в следующем месяце мы могли бы…

– Нет, мистер Мэтьюс! Мы будем встречаться гораздо чаще, чем раз в месяц, – решительно прервала его Коринн. – Я действительно хочу стать неотъемлемой частью ежедневного процесса управления компанией. Я продам этот дом и найду жилье в Род-Айленде, поближе к заводу. Все это займет некоторое время, но в следующий понедельник я буду готова приступить к выполнению своих обязанностей. Вы не сможете выделить мне какой-нибудь кабинет к этому сроку? И, конечно, мне понадобятся копии последних финансовых отчетов.

Дэн, похолодев, выслушал речь Коринн, но больше всего его поразила решимость новоявленной деловой леди как можно скорее возглавить компанию.

В следующий понедельник!– воскликнул он с изумлением. – Вы хотите приступить к работе в компании в следующий понедельник?

Она обворожительно улыбнулась:

– Это слишком долго? Может быть, если отменить некоторые встречи и обязательства, я смогу занять свой пост уже в эту пятницу.

Он стиснул зубы.

– Пожалуйста, не стоит так утруждать себя, миссис Стеддон. Следующий понедельник – вполне подойдет.

– Договорились. – Коринн одарила его еще одной сияющей улыбкой. – И раз уж мы будем работать вместе, полагаю, нам стоит устранить формальность в наших отношениях, не так ли? Если вы будете называть меня Коринн, я стану называть вас Дэном.

Появление горничной с известием о готовом ленче удержало Дэна от того, чтобы высказать все, что он думает по этому поводу и о чем впоследствии он, несомненно, пожалел бы.

Он последовал за Коринн в просторную столовую с высоким потолком и занял место за одним концом огромного обеденного стола, словно сошедшего со средневековых полотен, за которым свободно могло разместиться сто человек. Дэн усмехнулся, подумав, что для ведения разговора им с Коринн понадобятся микрофоны. Интересно, как ей удалось убедить бедного старого Чарли окружить себя такими нелепыми и вульгарными атрибутами богатства и роскоши.

Хуже того, воображение начало рисовать перед Дэном картины разрушения и разорения, которые принесет с собой приход Коринн к власти в «Дэнстед Корпорейшн». Если только ему не удастся каким-то образом заставить ее взять три миллиона долларов…

Если ему не удастся выкупить ее долю, остается только попробовать посодействовать ее скорому замужеству. Дэн силился вспомнить всех своих друзей-холостяков, но как назло ни одного подходящего имени не приходило в голову. Дэн устало потер виски. От переизбытка впечатлений и отрицательных эмоций он чувствовал себя совсем опустошенным. И ему предстояло пережить немало черных дней, если Коринн проявит настойчивость и окажется в правлении компании.

Загрузка...