Бренда Касл Шепот страха

Глава 1

Цветы уже почти завяли. Не удивительно – ведь Бетани купила их так давно. Казалось, путешествие на автобусе, идущем из Бодмина через торфяные пустоши, будет бесконечным. Она сошла, не доезжая Сент-Моллита.

Место это вряд ли можно назвать деревней – всего лишь несколько домов из грубоотесанного гранита, приютившихся в ложбине холмов.

Бетани шла по узкой дороге, сжимая в одной руке цветы, а в другой – маленький чемодан. Сгущались фиолетовые сумерки.

Она знала, что поступает не правильно. Не было смысла возвращаться сюда так быстро. Миссис Аркилл и без нее отправила бы в Лондон оставшиеся вещи; кроме того, деньги, потраченные на проезд, здорово уменьшили и без того скудные сбережения.

В окнах домов зажигались огни. По дороге ей никто не встретился и это не удивительно – еще в прошлый раз она заметила, что народ в деревнях ложится рано.

Сквозь голые ветви деревьев на склоне холма мерцал одинокий огонек. Бетани не помнила, чтобы кто-то жил так высоко; но почему бы и нет? Огонек мигнул в последний раз и стало темно.

Было тихо, после городского шума Бетани чувствовала себя оглохшей. Она вздрогнула и поплотнее запахнула пальто. Как безлюдно – ничего, кроме молчаливых пустошей на многие мили вокруг. Она шла все дальше по дорожке, окаймленной можжевеловыми кустами, и на сердце ее становилось все тяжелее; так далеко отовсюду, казалось, что это и есть край земли.

Она прошла главную улицу и по горбатому мостику перебралась через ручей. На дальнем краю деревни стояла церковь. Совсем стемнело, когда она, оставив чемодан у ворот, вошла на церковное кладбище. Можно было дождаться утра, но тогда бы цветы завяли окончательно.

Заросшие сорняками дорожки привели ее к свежей могиле. Последние отблески заката исчезли с небес, пока она убирала с могилы высохший венок, чтобы освободить место для цветов. Бетани встала, сцепив руки, глядя на холмик свежевыкопанной земли. Ее долгое путешествие закончилось теперь в этом беспомощном и печальном месте.

Из-за черной тучи выглянула луна, и в ее свете причудливо обрисовались старые полуразрушенные надгробья. Взгляд Бетани упал на могилу рядом. Она подошла к ней поближе. Ей стало интересно, кто сосед Джонни, точно так же, как она поинтересовалась бы соседями, переехав в новый дом. Надпись еле виднелась в лунном свете, но, наклонившись поближе, Бетани смогла разобрать имя – Дженифер Хенекин; родилась в 1950-м, умерла в 1968 году. По крайней мере, Джонни жил почти тридцать лет, не слишком долго, но все же дольше, чем эта девушка. Ей было отпущено всего восемнадцать. Мысль о том, что Джонни будет здесь не один, как-то успокоила ее.

Она повернулась, чтобы уйти, когда внезапный порыв ветра взметнул ее волосы и тишину прорезал крик, от которого кровь застыла в жилах. Хлопанье крыльев, раздавшееся следом, успокоило ее – она даже чуть было не рассмеялась вслух. Крик повторился – на этот раз в нем не было ничего угрожающего – всего-навсего птица, зовущая в темноте другую птицу.

Внезапно она почувствовала себя брошенной в этом месте, населенном мертвыми – а может быть, и не только мертвыми. Корнуэлльцы – народ суеверный – верят в злых духов, живущих на болотах. Сегодняшняя ночь казалась идеальной для их появления. Ей вдруг показалось, что она здесь не одна; надгробья стали угрожающе надвигаться на нее под зловещее пение призраков.

Бетани побежала к тому месту, где оставила чемодан. Огромный гранитный крест стоял посреди кладбища. За две тысячи лет юго-западный ветер выщербил его поверхность, но он все стоял и будет стоять здесь еще несколько тысячелетий.

Перебежав через мост, она перешла на шаг, зная, что напугавшие ее звуки были всего лишь шумом ветра. Не стоит походить на суеверных корнуэлльцев, которые сочли бы ночное посещение кладбища за довольно безрассудный поступок.

С того момента как погиб ее муж, Бетани пыталась скорбеть о гибели любимого человека, ждала, что ощутит мучительное опустошение, но этого не случилось. Она скорее сожалела о том, как случайна и бессмысленна смерть Джонни, чем о потере любимого. Где-то внутри притаился ужас перед одиночеством, приглушенный до поры шоком, в котором Бетани находилась последние несколько недель. Сможет ли она вынести одиночество в этом равнодушном и безжалостном мире?

В гостинице было тепло; страх, охвативший ее на пустынном кладбище, исчез при виде людей, сидящих за стойкой.

Мистер и миссис Аркилл смотрели, как она проходит в дверь с низкой притолокой.

– Вернулись повидать нас? – спросил хозяин, широко улыбаясь.

– Да, – ответила Бетани, опуская чемодан на шаткие доски пола. – Хотела положить цветы на могилу.

Прозвучало как-то неубедительно, но это была правда, и она могла бы добавить:

– Я чувствую себя виноватой, потому что любила своего мужа меньше, чем следовало.

Но вряд ли она чувствовала вину, скорее – сожаление. Теперь ей уже никогда не узнать, любила ли она Джонни по-настоящему.

– Так заходи, заходи и грейся! – настаивал мистер Аркилл. А его жена сказала:

– Мы думали, ты пришлешь за своими вещами. Проходи, девочка. Ты, похоже, совсем замерзла.

Бетани благодарно последовала за ней в гостиную и уселась на старый истертый диван напротив камина, в котором горели торфяные брикеты.

Простая и удобная комната; из мебели – только самое необходимое, но всюду безукоризненно чисто и уютно.

Казалось, с того момента, как Бетани ела последний раз, прошла вечность, и она с аппетитом принялась за еду, предложенную женой хозяина.

– Я надеюсь, комната все еще свободна? – спросила Бетани, кончив есть, чувствуя себя отдохнувшей и сытой.

– У нас не так много приезжих. Особенно в это время года. А ты сегодня прямо из Лондона?

– Да, неохота было оставаться на ночь в Бодмине.

Она не добавила, что ей вряд ли хватило бы на это денег.

Мистер Аркилл был поражен.

– Так ты что, пешком шла от дороги, что ли?

– Ну вы же знаете, как ходит автобус. Я шла пешком, по крайней мере, милю.

– Удивительно, что тебя не заморочила по дороге какая-нибудь неприкаянная душа; ты могла бы ходить кругами до самого утра.

Бетани вспомнила одинокий огонек, светивший ей сквозь деревья, и как холодно ей было, но тут же весело рассмеялась.

– Эльфы не слишком меня беспокоят, мистер Аркилл, – там была прямая дорога и я не думаю, чтобы им удалось меня с нее сбить.

– Не смейтесь над маленьким народцем, миссис Райдер, они этого не любят. Случаются же вещи, которые невозможно объяснить. Я помню, как вечером старая Мак-Ардл увидела, как воронье слетается на крышу дома Хенекинов, и будьте уверены – на следующий день Дженифер нашли мертвой в лесу. Бетани уже не смеялась.

– Я видела ее могилу. Ей было всего восемнадцать.

– Кое-кто ее сильно недолюбливал – из-за ее красоты, да и вела она себя не больно хорошо. Но после похорон всем нам стало стыдно – мы могли быть добрее к ней. Жалко, что такие вещи понимаешь, когда уже слишком поздно.

Бетани обняла ладонями тяжелую кружку с крепким чаем и тихо сказала:

– Да, я знаю, как это бывает. На следующее утро, когда Бетани вошла на кухню, там был только мистер Аркилл.

– Ранняя пташка, – улыбнулся он.

– Я не помню расписания автобусов и ненавижу спешить.

– Но ты ведь только вчера вечером приехала. Бетани обвела взглядом кухню с открытым очагом и железной плитой, на которой миссис Аркилл умудрялась готовить замечательную еду.

– Марта ушла на ферму за яйцами – скоро вернется. Садись, попробуй гренки, пока она придет. Вот крепкий чай, а то, если хочешь, – есть кофе.

Бетани благодарно улыбнулась.

– Чай – это замечательно. Она налила себе чаю, взяла толстый гренок и щедро намазала его маслом.

– Далековато ты ехала, чтобы остаться всего на одну ночь, – задумчиво проговорил мистер Аркилл.

– Правильно, но когда я найду работу, мне долго не удастся сюда приехать.

– Так ты ищешь работу?

– Боюсь, что да, – она нахмурилась. – Работу и место, где жить, поэтому и спешу. Не могу себе позволить слишком долго быть безработной.

– Но у вас же, вроде бы был дом? Бетани принялась за другой кусок жареного хлеба, намазав его в этот раз густым мармеладом.

– Три комнаты в перестроенном доме – немного, но все же лучше, – чем одна комнатка. При мысли об одиночестве на сердце стало тяжело.

– Я не думаю, что будет трудно найти работу; до замужества я работала в магазине. Может я смогу вернуться на старое место. А хозяйка моей квартиры была очень добра ко мне и предложила хранить мои вещи, пока я не подыщу чего-нибудь.

– Небось денег не осталось? – спросил хозяин, пристально глядя на Бетани.

– Была небольшая страховка, но у Джонни в банке оказались долги, о которых я и не подозревала. Так что, в конце концов, почти ничего не осталось.

– Не очень-то хорошо с его стороны. Бетани поспешила на защиту Джонни:

– Откуда он мог знать, что так скоро умрет?

– Какая жалость, – грустно согласился хозяин. Она улыбнулась, благодаря его за сочувствие. Все время, что она провела в гостинице после несчастного случая, мистер и миссис Аркилл были сама доброта; они уделяли ей гораздо больше внимания, чем этого можно было ожидать. Ведь за еду и ночлег она платила совсем немного.

Хозяин с задумчивым видом наполнил свою кружку.

– Я знаю, где есть работа и жилье тоже. Бетани посмотрела на него с интересом.

– Трегаррики искали кого-нибудь для присмотра за маленькой девочкой. Она, знаешь ли, болеет. У них было несколько нянечек, но они не задерживались дольше чем на пару дней. Слишком уж здесь глухие места.

– Я не сиделка и не учитель, мистер Аркилл, непохоже, чтобы я подошла им, – улыбнулась Бетани.

– Когда девочка болела, у них была сиделка. Теперь ей лучше. Им просто нужен кто-то, кто присматривал бы за ней, пока она не пойдет в школу весной.

– Я все-таки не думаю, что подойду им, – сказала Бетани с сомнением, думая о том, что такая работа могла бы ее очень выручить.

– Они что, живут в деревне?

– В Трегаррик Манор, наверху, где деревья. Бетани не удержалась от улыбки – вот простое объяснение загадочному огоньку на холме среди деревьев. Воображаемые эльфы оказались вполне реальными людьми.

– Я видела свет вчера вечером, но я что-то не припомню дома там, наверху.

– Он закрыт деревьями, но если приглядеться, то видны дымовые трубы. Им нравиться жить отдельно. По крайней мере в последнее время.

Наружная дверь распахнулась и зашла миссис Аркилл с корзинкой в руке.

– Доброе утро, миссис Райдер. Вы вполне могли бы быть деревенской девушкой – встать в такую рань!

Она сняла пальто, шарф и тут же пошла к плите. Через несколько минут на сковороде зашипел бекон, и кухня наполнилась аппетитными запахами.

– Что это вы тут говорили о Трегарриках? – наконец спросила миссис Аркилл.

К удивлению Бетани, мистер Аркилл как-то испуганно замялся с ответом, и тогда она сама сказала:

– Ваш муж рассказывал, что в Трегаррик Манор может найтись для меня работа.

Миссис Аркилл решительно вывалила яичницу на тарелку, рядом уложила горку бекона и одарила мужа убийственным взглядом.

– Не обращайте на него внимания. Там не место порядочной девушке.

– Ну, ну, Марта, не сплетничай.

– Это не сплетни, и ты это прекрасно знаешь. Бетани смотрела на них с интересом, но вскоре ее внимание обратилось к стоящей перед ней тарелке. Пока она доедала свой завтрак, мистер Аркилл присел перед очагом и поджарил еще несколько тостов. Наконец она отодвинула от себя тарелку, вздохнула с видом полного удовлетворения и молча позволила добавить себе чаю.

– Задержись у нас на пару дней и увидишь, как поправишься.

– Я бы не прочь, только боюсь, что мне срочно нужно найти работу, – рассмеялась Бетани.

– Трегаррики предлагают и работу, и крышу над головой, – мягко вставил мистер Аркилл.

– Помолчи, Джесс! – прикрикнула на него жена.

– Почему бы мне не попробовать? Миссис Аркилл нахмурилась:

– На то есть множество причин. Держись лучше от них подальше, моя девочка.

– Но почему, вы бы хоть сказали, в чем дело?

– Старый Трегаррик был большой ходок по женской части, так что в жилах многих здешних есть примесь крови Трегарриков. Розанна Пенарвен служила у них экономкой целых тридцать лет – не думаю, что только из любви к этому дому. Говорят, что Эсме Трегаррик выгнала бы ее сразу же после смерти старика, но молодой Адам обещал отцу перед его смертью, что не позволит этого сделать. Вот уж воистину госпожа Пенарвен!

– Марта, это все сплетни.

– Я живу здесь всю свою жизнь и я хорошо помню старика. Никакие это не сплетни – не было покою местным девушкам, пока Адам не уехал. Какая разница, что он вернулся с женой, – просто теперь он делает все это втихомолку. Опять же этот Тео – мотается постоянно в Лондон и, вообще, Бог его знает, что он за человек.

– Звучит устрашающе, – сказала Бетани, скривив губы. – Но я думаю, что мне вряд ли что-нибудь грозит. Я могу постоять за себя.

– Не смейся, Дженифер тоже над всеми смеялась, а теперь лежит на кладбище. Нашли ее в лесу под Трегаррик Манор, вот так-то. К тому же беременную. И я вам скажу от кого – от Адама Трегаррика!

– Ничто не связывает Трегарриков с бедняжкой Дженифер, – пробормотал мистер Аркилл. – Кроме того – твоя собственная племянница у них работает.

– Салли прекрасно может позаботиться о себе.

– Так же как и я, миссис Аркилл, – сказала Бетани, чувствуя, что жена владельца гостиницы разбудила в ней любопытство, которое не успокоится, пока она не увидит Трегаррик Манор и его обитателей своими глазами. Вдруг она сказала:

– Но если эта маленькая девочка выздоровела, то почему кто-то должен за ней присматривать? У нее что, нет отца с матерью?

– Еще как есть, но у мистера Адама сейчас нет времени, а миссис Грейс, говорят, больна, – ответил мистер Аркилл.

Миссис Аркилл шумно вздохнула, укладывая тарелки в раковину:

– Больна? Мы все знаем, что с ней такое. Просто она не местная. Он-то нашел ее в Лондоне. Вдова и всякое такое. Она тут и не показывалась, пока был жив старик. Потом все переменилось. Говорят, что это место проклятое – старик умер внезапно, мистер Тео болтается туда-сюда; опять же мисс Дина все время болеет, не говоря уж о несчастной Дженифер. У нее не было матери, может поэтому она себя так вела. Но отец души в ней не чаял, не смог здесь больше жить, когда ее не стало. Запер дом и переехал к сестре в Плимут. С тех пор и не возвращался.

Я что сказала своей сестре? Не посылай свою Сел к ним туда. Но, я полагаю, Салли постоит за себя. Теперь там все уже не так, как прежде, а я помню, какой милый мальчик был раньше Тео. – Она вздохнула. – Ну, ты довольно наслушалась; лучше держись оттуда подальше, – добавила миссис Аркилл мрачно.

Бетани поднялась, стул проскрежетал по каменным плитам.

– Все равно я думаю туда прогуляться. Если с работой все так, как рассказывал мистер Аркилл, то это просто идеально для меня. Когда девочка пойдет в школу, я найду себе что-нибудь постоянное. До сих пор у меня не было времени подумать о будущем.

Миссис Аркилл ничего не сказала, лишь громче зазвенела тарелками в мойке.

– Скорее всего это кончится ничем, и я просто отложу мой отъезд на пару часов.

Мистер Аркилл ободряюще усмехнулся:

– Лучше сперва позвони им. Они не очень-то любят чужаков, отирающихся возле их дома. Миссис Аркилл повернулась от раковины:

– И не говори потом, что тебя не предупреждали.

Загрузка...