Мария Клевская Сквозь пальцы

Все бабы как бабы, а эта подбешивала. Не, ну правда, вроде обычные сопли-слюни в сети – котики, цветочки, пафосные обороты, причесанные фразы, стишки в стиле впавшего в деменцию Пастернака. А потом бац – и вылезает вроде бы норм человек. «Подвожу итоги старого года – я ни хера не сделала». И правда ведь, ни хера, судя по ленте. Значит, критика есть в голове. И писать, оказывается, умеет четко, не по-мудацки. И только начнёшь думать – вот же, почти что личность. А она «за мат извините». Таких качелей Саша не выдержал, написал под дебильным постом: «По мне извиняться за это глупо». Он хотел написать «тупо», но сдержался в последнюю минуту. Ещё расплачется прямо в айфон, похоже, чувствительная дама. А дама такая отвечает: «Согласна, но, у меня, в силу ряда физиологических особенностей и непроработанных комплексов нет яиц. И как Вы я не могу». Это «Вы» с большой буквы, конечно, резануло глаз, но ржущий смайлик коммент честно заслужил. И захотелось почему-то увидеть эту завитую куклу с улыбающихся, как под копирку, фотографий. Заглянуть в её настоящее лицо, взять за безвольные плечи, потрясти как следует и вытрясти истинное нутро. Каждый раз эта мысль резала чем-то щекотным в желудке при выскакивании очередного беспомощного поста. Впрочем, может, это просто организм отчаянно сопротивлялся кофе и энергетикам, заливаемым в него литрами по ходу работы над новой книгой.

В январе в пестрых зарослях фейсбучной ленты он вдруг наткнулся на что-то вроде рецензии на один из своих рассказов от той самой противоречивой мадам, по статусу профиля замужней, владеющей двумя языками и породистой кошкой Нины Ивановой. Рецензия, конечно, такая же убогая, как и всё остальное, ожидаемо положительная и полная реверансов. Но удивляло, что наткнулся случайно, спустя уже пару дней. Нина его не отметила и никак не уведомила. Может, чувствует убогость? Поблагодарил, репостнул это позорище, пусть висит. Но внутри от замусоленного «текст очень хорош, его надо читать и вчитываться» разливалось волнами какое-то неясное тепло и губы сами расплывались в пошлой улыбке. Можно бы и пригласить на какую-нибудь писательскую встречу. Но встреч пока не ожидалось. В городе буйствовал вирус, и многочисленные собрания настоятельно не рекомендовались.

Когда зима закончилась, пандемийная паника заметно поутихла. В воздухе запахло свежестью, свободой, молодой травой и легким алкоголем. Музеи, театры, киношки алчно распахнули изголодавшиеся по наживе зубастые кассовые рты.

В конце апреля, придя в ресторан, служивший местом регулярного сбора их небольшой режиссерско-писательской компании, он увидел её вживую. Сразу, конечно, не узнал, не ожидал. Давняя подруга Оля, чмокнув в щёку и дохнув сладкими духами, как негласно избранная распорядительница застолья, усадила его, неприлично опоздавшего, на единственное свободное место, далеко от себя и от Нины. Прочирикала: «Это вот моя соратница по Альма-матёр,


ну да заочно вы знакомы».


«Зачем она её притащила», – зло подумалось Саше ожидавшему комфорта и непринужденности от этого вечера. В желудке снова защекотало. Однако, он улыбнулся и через весь стол протянул Нине руку. Та с готовностью, хоть и слегка недоуменно подала свою. Саша пожал её прохладную ладонь. «Конечно, знакомы. Только давай сразу на ты, хорошо?» – «Хорошо», – последовал быстрый ответ. Заискивающая интонация смущенной в незнакомой обстановке школьницы ему не понравилась, а голос был приятный – грудной, низкий, но не слишком.

За столом велась оживленная болтовня, много пили, как всегда. Нина не отставала. Удивляло и почему-то раздражало, что все трое мужиков за столом наперебой лезли к новой знакомой со своими дебильными шуточками, блестящими глазками и типа дружескими похлопываемыми по руке. И это при том что здесь же сидели две юные и вполне ничего актрисы, абсолютно свободные, в отличие от Нины с её тонким золотым колечком на пальце. Со своего края стола он даже не пытался докричаться или вклиниться в разговор. Когда зазвучала музыка, и в другом конце зала появилась скромно танцующая пара, Саша встал, обошёл сидящих и положил руку Нине на плечо. Она обернулась. Увидев его, на мгновение обняла тёплым, обволакивающим взглядом, быстро сменившемся на приличный в таких случаях вопросительный.

Загрузка...