Эми Фетцер Спорить с судьбой бесполезно

Глава 1

Каньон Галлина, Нью-Мексико

Стоило Келли появиться на пороге грязной дорожной закусочной, и головы всех посетителей тут же повернулись к ней.

Неоновые лампы освещали ее сзади, оставляя лицо в тени. Женщины бросали на нее косые взгляды. Мужчины откровенно вытягивали шеи, чтобы лучше ее разглядеть. Постукивая каблучками и вызывающе покачивая бедрами, плотно обтянутыми черной кожаной юбкой, она медленно подошла к стойке бара и заказала порцию текилы.

По тому описанию, которое ему дали. Ангел ожидал увидеть кого-то вроде школьницы-старшеклассницы. Ничего подобного. Облегающий кожаный костюм не мог скрыть от мужского глаза цветущее женское тело. А лицо… «Настоящая Белоснежка!» — подумал Ангел.

Ей здесь было не место. Она стояла перед грязной стойкой бара, словно ребенок, случайно оказавшийся на ринге. Как ее занесло в «Ржавый гвоздь»?

Айк Грэнсон, мелкий воришка и перекупщик, подошел к ней поближе и, сев на табурет рядом, очень тихо заговорил. Она заложила за ухо черные волосы, подняла голову, взглянула на него и улыбнулась. Господи, что за улыбка, подумал Ангел, продолжая неотрывно следить за ней, между тем как она пошла танцевать с Айком. Над ними висела грязная завеса дыма. Айк наклонился и что-то зашептал ей на ухо. Она остановилась, откинулась назад и громко рассмеялась. Просто поразительно!

Святая Мария, думала Келли. Она попала в передрягу. Это точно. И сейчас настало самое время уносить ноги, пока ей не перерезали горло, не изнасиловали или не сделали что-нибудь еще в этом роде. Главное — не показать, какой дурой она себя чувствует и как ей страшно.

— А, нет, спасибо, приятель! Я вовсе не ищу компании!

«Уж во всяком случае, не твоей!» От Айка воняло псиной и спиртным. К тому же он был грязный. Достаточно уж он ее лапал. Вывернувшись из его объятий, девушка повернулась и возвратилась на свое место у стойки бара. Он поймал ее за запястье и рывком притянул к себе.

— Ты пришла сюда, чтобы показать товар мордочкой, сучка, и я хочу кое-что получить! Келли с отвращением спросила:

— Ты и с матерью разговариваешь с таким ртом? Айк нахмурился.

— При чем тут моя мать?

«Осторожно», — предостерег ее внутренний голос.

— Послушай, ты чего-то не понял? Оставь меня в покое!

Айк покраснел от злости, но его хватка ослабла. Уф! Из-за своего языка я точно влипну в неприятную историю, подумала девушка, пытаясь отцепить руки Айка от своей талии.

— Я еще не видел, чтобы женщина так быстро отшила тебя, Айк!

Айк оглянулся на толстяка, сидевшего неподалеку.

— И не увидишь!

Его рука скользнула ниже, обхватила ягодицы девушки. Внутри у Келли все оборвалось, и, не вполне понимая, что делает, она со всего размаху залепила ему пощечину. Айк зашипел от боли, и это шипение отчетливо прозвучало во внезапно наступившей тишине. Келли чувствовала, что на них смотрят, но парень ее не отпускал. Он даже улыбался. Боже правый, ему это нравится, с ужасом поняла девушка, пытаясь оттолкнуть его. Когда и это не помогло, она решительно пригвоздила его ногу к полу четырехдюймовым каблуком. Айк взвыл, как койот, и тут же ослабил хватку.

Не зря пять лет занималась карате, с облегчением подумала Келли, поправляя жакет.

Однако в этот момент приятель Айка, личность устрашающего вида, решил, что настал его черед, и тяжело поднялся с табурета возле стойки бара. Его кожаная куртка распахнулась, и Келли с удивлением увидела на груди толстяка татуировку в виде глаз.

Руки у него были как свиные окорока, и девушка поняла, что пять минут назад было самое время уйти. Айк все еще пытался унять боль в ноге, но глаза у него горели жаждой мщения.

— К сожалению, мне пора, — скороговоркой произнесла она, направляясь к двери. — Да… спасибо за танец.

— Ты никуда не уйдешь, девочка. — В голосе толстяка звучала неприкрытая угроза.

Взгляд Келли метался между двумя мужчинами.

— Но мне действительно пора, — повторила она. Голос ее предательски дрожал.

Она ненавидела этот страх, который понемногу охватывал ее. Громила поднял руку, чтобы схватить ее. Келли отступила на шаг и неожиданно наткнулась на стальное тело.

Чья-то рука тяжело легла на ее левое плечо. Похоже, она окружена! Келли попыталась освободиться, но не могла пошевелиться. Рука словно толкала ее вниз. «Я пьяна!» — подумала она с ужасом. Толстяк взглянул куда-то вверх, на того, кто был за ее спиной.

Красный от злости приятель Айка вдруг побледнел.

— Оставь ее в покое. Крошка, — произнес за спиной Келли грубый, низкий, но весьма сексуальный голос.

— С нее причитается, Ангел! Тот же голос предупредил:

— Ты и пальцем ее не тронешь!

Невысказанная угроза повисла в удушливом воздухе.

Келли осторожно повернула голову и увидела мощную шею и плечи незнакомца. Она подняла глаза: заросшие щетиной скулы, чувственные губы, холодные, зеленые, как мята, глаза. «У него длиннющие ресницы, — рассеянно подумала она, — и ухо проколото». Она облизала губы. Это и есть Ангел? Вот уж никогда бы не подумала! Загорелая кожа. Слишком светлые глаза. Он был опасен. Явно опасен. Ангел тем временем, не отрываясь, смотрел на Крошку, но она знала, что он чувствует ее взгляд. Нет, помощь ей не требуется.

— Отвали, Ангел!

Он глянул на нее, и под этим взглядом тело Келли затрепетало от желания.

— Хочешь уйти с ним?

— Тебе она не достанется, — осмелев, вякнул Крошка.

— И тебе тоже! — парировала Келли, смерив толстяка уничтожающим взглядом Воспользовавшись всеобщим удивлением, она вывернулась из рук Ангела, проскользнула между двумя мужчинами и подошла к стойке. «Уходи! Сейчас же!» — властно кричал ее внутренний голос. Вместо этого она пошарила у себя в сумочке и достала деньги, отчаянно стараясь унять дрожь в руках. Бармен, ухмыльнувшись, налил ей очередную порцию текилы. Глянув в зеркало, она заметила, что Крошка и Ангел по-прежнему свирепо смотрят друг на друга.

Наконец Крошка не выдержал, отошел к столу и уселся рядом с Айком.

Теперь Ангел посмотрел на нее. Келли встретила его взгляд в зеркале, поднося стакан к губам, и ее охватило такое неистовое желание, что в голове зароились эротические видения. Она моргнула, тряхнула головой, отогнала их и нарочито медленно допила текилу. Напиток обжег пустой желудок и одновременно унял дрожь в пальцах.

Мужчина остановился позади нее.

— Пойдем, — обратился он к ее отражению.

— Убирайся! Он прищурился.

— Или ты сейчас же идешь со мной, или твоим родителям придется опознавать тебя по пальцам ног!

— У меня нет родителей! — выпалила она, не оборачиваясь.

Келли не знала, что удерживает ее на месте, но ей хотелось немного походить по лезвию бритвы. И этот красавчик в плотно облегающих джинсах ее не остановит. Не сегодня. У нее удобная квартира, симпатичные друзья и сослуживцы. И совершенно удушающая скука вокруг. Это приключение, по крайней мере, встряхнет ее.

Она оглянулась на Ангела.

— Кто назначил тебя моим защитником?

— Несчастливое стечение обстоятельств. Он подошел поближе. Она прижалась спиной к стойке бара, уперлась в нее локтями и устало спросила:

— Хочешь, чтобы я пошла с тобой? Его взгляд скользнул по ней, и четко очерченные губы скривились.

— Я до тебя даже не дотронулся!

Она вздохнула, беспомощно оглядываясь вокруг. Он сделал шаг вперед, положил руки ей на талию и наклонился ближе.

— Впрочем, да, я хочу, чтобы ты ушла со мной!

— Ни за что!

Под взглядами всего бара он смотрел в ее голубые глаза.

— Тебе так хочется умереть, детка? Она усмехнулась:

— Ты преувеличиваешь.

— Посмотри на Крошку!

Келли обернулась. Короткие толстые пальцы Крошки теребили розетку выключателя, но он не сводил с нее воспаленных глаз. Гордо вздернув подбородок, она заказала еще порцию текилы.

Выражение лица Ангела стало жестче. Стоило ей протянуть руку за стаканом, как он перехватил ее руку, развернул девушку и перебросил через плечо.

Келли пронзительно закричала.

Собравшиеся не реагировали, словно подобное случалось здесь каждый вечер. Ангел, придерживая девушку за ягодицы, подобрал ее сумочку и уверенно направился к двери. Она вырывалась, как могла извивалась, колотила его по спине, брыкалась, но Ангел не обращал на нее никакого внимания.

— На помощь! Похищают!

— Замолчи, — очень спокойно приказал он.

— Насилуют!

Внезапно Ангел остановился и сбросил ее с плеча. При этом его рука скользнула по ее бедрам и ягодицам.

Келли шлепнулась на землю, вскочила, вся красная от злости, и с размаху ударила его по лицу. Он даже не моргнул, хотя на его щеке остались отпечатки ее пальцев. Келли поняла, что он просто позволил ей сделать это.

— Довольна?

— Нет.

Не сводя с нее глаз, он открыл ее сумочку и начал искать ключи. Она раскрыла рот от удивления, попыталась отобрать сумочку, но он спокойно отодвинул ее плечом.

— Веди себя прилично, — предостерег он, выудив наконец ключи от ее машины и номера в отеле.

— Дай ключи!

Не обращая на нее внимания, Ангел наклонился, чтобы открыть дверцу машины. Его лицо оказалось в нескольких дюймах от ее.

— Залезай!

Келли удивленно заморгала.

— Откуда ты узнал, что это моя машина? Он ухмыльнулся.

— Догадался!

Ангел обошел машину и открыл дверцу. Девушка не шевельнулась. Он облокотился о дверцу и с любопытством посмотрел на нее. Она тяжело дышала, ее маленькие кулачки сжались, лицо напряглось.

— Эй, или я сейчас уезжаю на этой машине стоимостью в пятьдесят тысяч долларов один, или ты садишься в нее сию же секунду!

Она взглянула на него и забралась в машину, изо всех сил хлопнув дверцей. Он все испортил! Ей так хотелось ощутить вкус опасности, а он решил изображать из себя телохранителя!

— Мне следовало бы позвать полицию!

— Если повезет, мы найдем поблизости копа.

Он завел мотор и медленно поехал со стоянки, на ходу схватив с сиденья мотоцикла шлем. Бросив его на заднее сиденье машины, он прибавил газ.

Келли обиженно фыркнула и уставилась в окно. Она его не боялась. Может быть, потому что он пришел ей на помощь? Кого она пытается одурачить? Не вмешайся Ангел, Крошка размазал бы ее по стенке.

Ее похититель вел машину молча, но Келли слышала его дыхание, чувствовала его запах. Не одеколон, а какой-то незнакомый аромат. Ветра, свободы… и риска. Она взглянула на него. Ангел смотрел на ее ноги. Она натянула юбку, пытаясь прикрыть колени.

— Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе, что ты хулиган?

— Да!

— Наглец? Пауза.

— Да!

— Паршивый болтун?

— Мне ничего от тебя не надо… — Ангел в замешательстве посмотрел на нее. — Имя-то у тебя есть?

— Тебе следовало бы спросить об этом прежде, чем начать играть в Тарзана и уволакивать меня из «Гвоздя».

— Я мог бы вместо этого оставить тебя на съедение волкам.

— Я бы справилась! Ангел фыркнул.

— Крошка не так уж безобиден, если его задеть, леди!

Она поняла, что он хочет узнать, как ее зовут, но не собиралась удовлетворять его любопытство. Ангел схватил ее сумочку как раз тогда, когда она протянула к ней руку, и принялся шарить в ней, пока не нащупал бумажник. Найдя и раскрыв его, он произнес:

— Ага! Келли!

Господи, что за мерзкий голос! Она яростно выхватила бумажник, жалея, что не может его ударить, потому что он ведет машину. Она вовсе не собиралась попадать в аварию только из-за своей злости на этого наглеца.

Ангел остановил машину, выключил мотор, вынул ключи и бросил их вместе с сумочкой ей на колени. Забрав с заднего сиденья шлем, он промолвил:

— Держись подальше от «Гвоздя»! Ты не знаешь этого мира!

Прежде чем Келли нашла что ответить, Ангел вышел из машины, захлопнул дверцу и быстро удалился. Она смотрела ему вслед, невольно восхищаясь стройной фигурой в плотно облегающих джинсах и уверенной походкой. Оставшись одна, девушка огляделась. Машина стояла перед входом в ее отель. У нее в руках был ключ с биркой от номера.

Господи, как она ненавидит, когда мужчины опекают ее! Каждый мужчина на фабрике, даже Дэниел О'Хара, ее босс, стремился изобразить заботливого отца. Вероятно, будь у нее родители, они бы поступали так же. Семь ее шефов опекали ее, словно она была не в состоянии даже одеться без посторонней помощи. А если какой-нибудь мужчина начинал интересоваться ею, они изо всех сил старались отвадить его — он казался им недостойным ее.

Люди упорно видели в ней «хорошую девочку», воспитанную монахинями в правилах самой твердой морали, чуть ли не святую, что было уже сильным преувеличением. Очевидно, темный Ангел думал так же. Хотя достаточно было одного взгляда на него, и все ее моральные принципы исчезли. Конечно, она была довольна, что мужчины не считали ее легкодоступной, но, не в пример многим женщинам, Келли отнюдь не стремилась слыть блюстительницей нравственности, и образ богини домашнего очага ее вовсе не привлекал.

Мужчины, с которыми она встречалась в последнее время, были безукоризненно вежливы, предупредительны и тошнотворно скучны. Келли чувствовала, что ее очень сковывал имидж, которого ей приходилось придерживаться ради карьеры. Взглянув на свой теперешний костюм, она ухмыльнулась. Это был совсем не ее стиль, но в коже она чувствовала себя невероятно смелой и необузданной. А ультрамодное бразильское белье позволяло ей тешить себя мыслью, что она сексуальна и порочна. Надевая на себя все это, она словно бросала вызов целому свету.

Она потянулась к приборной доске и вставила ключ. Мотор завелся, но в этот момент дверца машины внезапно открылась. Прежде чем она смогла что-либо сказать. Ангел выключил зажигание, а затем ловко вытащил ее из-за руля.

Откуда он взялся? Она же видела, как он ушел!

— Что, черт возьми, ты собираешься делать? Он встряхнул ее, и одна из туфель соскочила с ноги и шлепнулась на землю.

— Это не твое дело. Ангел!

Она не знала, откуда взялось это имя. Вообще-то он больше походил на Люцифера. Высокий, худой, с крепкими мускулами под джинсовой курткой. Она почувствовала это, когда беспомощно висела на его плече. Она и теперь чувствовала эту силу, глядя в его манящие светлые глаза. Они были удивительно похожи на хрусталь и что-то таили в своей глубине. Скрытая в них сила волновала девушку против ее воли.

— Не возражаешь? — Она поднесла босую ногу к молнии его джинсов.

— Не играй с этим, маленькая тигрица, — огрызнулся он, и Келли ощутила жар внутри себя.

— Я и не собиралась. Хорошие пинки действуют гораздо лучше. — Она слегка коснулась его, и глаза Ангела вспыхнули. — Отпусти меня!

Он резко отдернул руки, словно обжегся, и сделал шаг назад.

Сунув ногу в туфлю, она снова села в машину.

— Я не знаю, что заставило тебя вмешаться в мою жизнь, Ангел, или кто ты там, но я могу постоять за себя!

Куда же подевались ключи от машины?

— Постараюсь не забыть об этом, когда прочту в завтрашней газете, что тебя прикончили.

Она нашла ключи.

Ангел наблюдал, как она трижды пыталась вставить ключ.

— Вы пьяны, мисс Торнтон!

Девушка вздохнула и медленно опустила голову на руль. Раздался гудок, и она вздрогнула. Конечно, он прав. Гордость и бунтарство могут завести слишком далеко. Вынув ключ, Келли перебросила ноги налево, вылезла из «БМВ» и захлопнула дверцу. Молчание повисло между ними как нож, острый и опасный.

Она подняла на него глаза. Его лицо было абсолютно бесстрастно. Трудно представить, что кто-то может стереть со своего лица даже намек на какие-либо чувства, но Ангелу это удалось. Она немного покачнулась, затем наклонилась и сбросила туфли. Когда она выпрямилась, глаза Ангела сверкали.

Она была совсем маленькая!

— Не думай, — сказала она, заметив его удивление, на самом деле я крепче, чем кажусь.

— Оно и видно!

Девушка повернулась, протянула руку с ключами в сторону машины. Фары погасли, щелкнули замки.

— Держу пари, тебе хотелось бы запереть меня здесь, так ведь. Ангел?

Да, хотелось бы. И самому запереться вместе с ней!

— Спокойной ночи, Ангел, дорогуша! Скользнув мимо него, она неуверенной походкой направилась к входу в отель. Он неотрывно следил, как она шла, виляя бедрами, обтянутыми кожаной юбкой. Господи, да она сумасшедшая, подумал Ангел. Или, скорее, играет в сумасшедшую. Даже не потрудилась поставить машину на сигнализацию. Значит, и понятия не имеет, куда сует свой хорошенький носик. Ей просто повезло, что, выйдя из «Гвоздя», они вообще нашли машину там, где она ее оставила. Ее дорогая, хорошего кроя одежда наводила на мысль о деньгах. А белый «БМВ» просто кричал о них.

Ангел прислонился к уличному фонарю и подождал, пока в ее номере зажегся, а потом погас свет. Затем на попутке вернулся к «Гвоздю» за своим мотоциклом. Будь здорова, Келли Торнтон, думал он, проезжая мимо ее отеля и бросая последний взгляд на ее машину.

Габриэль Гриффин, по прозвищу Ангел, знал, что ему не следует приближаться к ней. Один только ее аромат сводил его с ума. Она обладала чувственной энергией, не осознавая этого.

Это ни на что не похоже.

Чувствовать себя старым и опустошенным в тридцать лет!

Или сходить с ума из-за черноволосой красавицы с вызывающей походкой и яркими, как небо Нью-Мексико, глазами? Он хотел бы выкинуть ее из головы, но не мог.

Расслабившись на сиденье мотоцикла и повесив на руль перчатки, Ангел внимательно наблюдал за входом в «Берлогу Деймьена». На этот раз она была там. «Деймьен» выглядел как средней руки молодежный ночной клуб: со вкусом оформленный, с вышибалой и турникетом. На самом же деле это была умело завуалированная клоака. Через этот притон пьяниц и наркоманов проходило больше наркотиков, чем через колумбийский картель. И Келли была в центре всего этого!

В течение трех дней он наблюдал, как она играет с опасностью. Однажды возле нее начала увиваться пара вроде бы совершенно невинных поклонников, а в то же время мальчишка попытался стянуть ее сумочку, правда безуспешно. Вроде бы ничего серьезного, но никто не пришел ей на помощь. И все потому, что ее агрессивный вид отпугивал. Пришлось ему выйти из укрытия и разогнать обидчиков.

Порывшись в карманах, Ангел нашел окурок и сунул его в рот. Поискал спичку, закурил, прикрыв пламя руками и искоса поглядывая сквозь дым на вход «Деймьена». За широкой стеклянной дверью можно было разглядеть по меньшей мере две трети клуба. И ее. Гейб вдохнул дым, выпустил тонкую струйку, поморщился и бросил недокуренную сигарету. Он увидел, как она идет к выходу, и внутри него что-то непривычно напряглось при ее приближении. Келли остановилась в дверях, кивнула кому-то, вышла и начала неуверенно спускаться по ступенькам. Ангел подумал, не выпила ли она сегодня, хотя предыдущие два вечера он этого не замечал.

Девушка направилась к машине, и Габриэль снова невольно залюбовался этими ногами на высоких каблучках. На ней был потрясающий огненно-красный кожаный костюм. Келли остановилась посреди улицы. Завыли сирены, потом загорелся желтый сигнал светофора, и она, пропуская машины, перешла улицу и подошла к нему.

— И сколько тебе платят за то, что ты меня нянчишь?

Он остановил на ней тяжелый взгляд.

— Ты не ребенок.

— Хорошо, что заметил.

— Это трудно не заметить.

Ему понравилось, что она слегка покраснела.

— Ты мне начинаешь надоедать! У тебя что, жены нет, не с кем время скоротать?

Ангел медленно помотал головой. Девушка подошла к нему, остановилась рядом с мотоциклом и, положив руку на бедро, осмотрела Гейба с головы до ног. Он почувствовал напряжение в паху. Господи! Понимает ли она, что делает с человеком? Она была воплощенным искушением, но Ангел не мог позволить себе то, что невольно лезло ему в голову. Он снял с руля перчатки и выпрямился.

Видение обнаженной Келли возникло перед мысленным взором Габриэля помимо его воли.

— Изучаешь мой стиль, Ангел?

Гейб нахмурился. Это прозвище дала ему какая-то шлюха после того, как он в первый раз переспал с женщиной, и с тех пор оно прилипло к нему.

— Забирайся!

Она посмотрела на него кротко и почти ласково:

— И не подумаю!

Подошла к своей машине, выключила сигнализацию, но только собралась открыть дверцу, как он завел свой мотоцикл и загородил ей дорогу.

— Завела сегодня интересные знакомства? Он кивнул головой в сторону клуба, где в дверях стояли трое мужчин. Она оглянулась:

— Черт!

Страх, настоящий страх, слышался в ее голосе. Двое из этих трех направились к ним. Один надел на руку кастет, зажал его в ладони и сунул руку в карман.

— Идем, Келли!

— Послушай, Ангел! Я не нуждаюсь в твоей защите. Поищи кого-нибудь другого!

Девушка попыталась открыть дверцу, сердитым взглядом требуя, чтобы он убрался с дороги, но Ангел заметил испуганный взгляд, который она бросила на зловещую троицу.

— Не строй из себя героиню, Келли! Тебе с ними не справиться, и ты это знаешь.

— Мне бы и не пришлось с ними справляться, если бы ты дал мне уехать!

Гейб молча обхватил ее за талию, посадил к себе на колени и немедленно получил по зубам. Все-таки он был и сильнее, и проворнее, и ему удалось отнять у нее ключи, захлопнуть дверцу машины. Он нажал на газ, обернулся, посигналил, помахал оставшимся на тротуаре мужчинам.

Келли старалась удержать равновесие, и Гейб плотно зажал ее бедрами.

— Неплохой удар левой! — удивленно признал он. Губы ее сердито скривились. Он бросил ей ключи, и она успела подхватить их, прежде чем они упали бы на асфальт.

— Это же похищение!

— Доверься мне.

— Я тебя ненавижу!

— Вот и отлично!

— Никогда еще не встречала таких упрямых и противных типов!

Ветер откинул назад ее волосы. Гейб поудобнее устроился на сиденье.

— А ты везучая! — Он-то знал, как скверно все могло обернуться. — Тебе пока удается не столкнуться с этими ребятами. Наверное, я все-таки ангел!

Он мрачно улыбнулся ей, и его улыбка была похожа на оскал акулы, которая нацелилась на очередную жертву. Хватит с нее!

— Останови мотоцикл!

— Келли?..

— Я сказала, остановись, черт возьми! Он съехал на обочину.

— Почему ты навязываешь мне свою защиту, почему лезешь туда, куда тебя не просят?

Гейб окинул взглядом ее ноги. Юбка задралась, и он разглядел ажурный край ее красных чулок. Он судорожно сглотнул и отвел взгляд.

— Потому что ты ведешь себя как овца, которая сама спешит на бойню.

— Это я овца? — Она похлопала себя по груди, длинные тонкие пальцы коснулись молнии на курточке. Стараясь не смотреть на Гейба, Келли раздумывала, как бы отделаться от него и в то же время не встретиться с остальными «друзьями».

Но Ангел, заметив, что она замышляет какое-то жульничество, заявил:

— Ночь кончена, Кел.

Ее темно-голубые глаза с вызовом смотрели в его бледно-зеленые, но Келли понимала, что проиграла. Если она сейчас покорно не пойдет спать, он проведет ночь на пороге ее номера. Она не знала, откуда ей это известно, но не сомневалась, что все будет именно так.

Перебросив ноги через бак мотоцикла, Келли безуспешно попыталась поправить юбку.

В ее голосе звучала горечь, когда она сказала:

— Ладно, вези меня домой, паршивец! Гейб наклонился вперед, ее спина прижалась к его груди, и ему до боли захотелось провести руками по этим ногам.

— Ты бы не заметила опасности, — прошептал он ей на ухо, — даже если бы она была у тебя прямо за спиной.

Она повернула голову и встретила его пронзительный взгляд.

— Это правда?

— Да. Иначе ты бы не поехала со мной.

— Разве у меня был выбор?

Он включил зажигание и съехал с обочины, разбрасывая гравий. Она прижалась к нему, и он обнял ее за талию. На мгновение у нее перехватило дыхание, затем она снова задышала легко и ровно. Гейбу понравился этот тихий, дрожащий звук, который он скорее почувствовал, чем услышал.

Но ему совсем не нравилось, что она так свободно чувствует себя в его объятиях, а еще меньше — что он только этого и жаждет. Искушение было так велико, что ему следовало бы сейчас же расстаться с ней. Но эта женщина была слишком доверчива, поэтому он не мог оставить ее одну. В конце концов, ему за это платят.

Загрузка...