Эмили Роуз Стрелы любви

1


Фредерик Макмиллан напряженно всматривался в узкую извилистую дорогу. Он негромко, но с чувством выругался. Путь впереди был едва различим сквозь пелену дождя, который монотонно барабанил по ветровому стеклу машины.

Обдумывая происшедшее, Фред решил, что в новом повороте отношений с Дженни Осборн есть только один недостаток: нет возможности насладиться тем огромным чувством облегчения, которое он испытывал. Сидеть бы сейчас в уютном кресле со стаканчиком старого доброго бренди, наблюдая за неровным пламенем камина, наслаждаясь музыкой Вивальди и прислушиваясь к шуму грозы за окном… Ему казалось, что он имеет полное право радостно упиваться своими страданиями. Учитывая сложившиеся обстоятельства, это было вполне разумное предположение. Мужчина, который получил отставку накануне многообещающего романтического уик-энда, заслуживает некоторого сочувствия.

Макмиллан притормозил перед очередным крутым поворотом и снова выругался, потому что ему пришлось снизить скорость до минимума, чтобы преодолеть глубокую лужу. Вместо того чтобы наслаждаться теплом камина, бренди и Вивальди, он попал в сильнейшую бурю, которая в очередной раз обрушилась на побережье. Был конец апреля. Пора бы уже выглянуть весеннему солнышку.

Проезжая мимо редких дорожных указателей, Фред пытался понять, правильно ли он едет. Не хватало еще заблудиться на этом острове. Как будто дрянная погода была недостаточным наказанием. Если он будет передвигаться с такой скоростью, то может не успеть вернуться на пристань до отхода последнего парома.

Впрочем, в создавшейся ситуации был виноват он сам. Получив записку Дженни, надо было сразу же улизнуть домой. Ведь как только ее родители узнали об исчезновении дочери, они, разумеется, запаниковали, опасаясь, как бы их младшенькая не наделала глупостей.

Макмиллан сделал пару попыток убедить Осборнов, что Дженни вполне владеет собой, но это было бесполезно. Затем он попробовал как можно более деликатно объяснить, что роман, который им казался бурным, на деле не представлял ничего серьезного. Но и это их не успокоило. Видимо, он изъяснялся слишком осторожно. Но не мог же Фред прямо заявить этой милой пожилой паре, что не спал с их дочерью. Одно упоминание о такой возможности сильно усложнило бы дальнейший разговор.

В конце концов, Макмиллан сжалился над четой Осборн. Он был так рад, что избавился от Дженни, что добровольно вызвался разыскать ее и убедиться, что с ней все в порядке.

Это была ошибка. Мартин и Лора немедленно ухватились за его предложение. Их встревоженные лица просияли благодарностью, и Фред с опозданием понял, что за их родительским волнением скрывалось еще кое-что. Лучше бы он промолчал. Ведь Осборны, похоже, лелеяли надежду, что этот роман приведет к чему-то более существенному. Если говорить точнее, к свадьбе.

Он не мог винить их за это. Поначалу у него самого пару раз мелькали подобные мысли. С определенной точки зрения женитьба на Дженни выглядела в высшей степени разумной, но, к счастью, он прислушался к своим чувствам.

Продолжая проклинать бурю и плохую дорогу, Фред напомнил себе, что рано или поздно за все приходится платить.

После того как выяснилось, что Дженни нет ни в своей квартире, ни у близких подруг, ее родители решили, что она уехала в загородный дом своей старшей сестры, расположенный на одном из островов залива. На их телефонный звонок никто не ответил, из чего Осборны сделали вывод, что их младшая дочь так расстроена, что не хочет ни с кем говорить. Ее сестра, как было сказано Фреду, находилась в отъезде.

Ради всеобщего успокоения он должен был отправиться на пароме из Дулута на остров, отыскать там Дженни и продемонстрировать всем заинтересованным лицам, что она находится в добром здравии, а вовсе не бьется в истерике, утопая в слезах.

Фред искренне надеялся, что Осборны не питают слишком больших надежд на романтическое примирение. Чудом избавившись от Дженни, он не собирался связываться с ней вновь. Она была очаровательной молодой девушкой, но еще неделя-другая в ее обществе окончательно выбили бы его из колеи.

Дорога снова изогнулась, и в свете фар мелькнул небольшой покосившийся столб с надписью. Фред припомнил указания, написанные для него Мартином Осборном, и повернул руль машины вправо, к узкому проезду среди высоких сосен.

Интересно, кто эта таинственная старшая сестра, чей коттедж он пытается разыскать. Во всяком случае, ее вкус в выборе места совпадал с его собственным. Хотя загородная резиденция Макмиллана располагалась гораздо севернее, на маленьком островке, куда можно было добраться только на катере, пейзаж был почти таким же.

Ее зовут Вивьен. В этом было какое-то старомодное достоинство. Кроме имени и того факта, что ей около тридцати, Фред не знал о ней почти ничего. Почему-то они до сих пор не были знакомы. Он слышал, что в последнее время сестре Дженни часто приходилось уезжать из города. Это было связано с ее работой менеджера по информационным технологиям.

Фред напомнил себе, что не встретится с Вивьен и сегодня, поскольку она снова в отъезде. Впереди показался коттедж — уютный старый дом, примостившийся среди деревьев у обрывистого берега. В окнах горел свет.

К сожалению, это могло означать только одно: он наконец-то выследил Дженни. Фред остановил «БМВ», выключил зажигание и прикинул на глаз расстояние, которое надо было пройти под дождем, чтобы достигнуть спасительного навеса над крыльцом.

Выхода не было. Как бы быстро он ни бежал, все равно промокнет. Разумеется, зонт остался в багажнике. За то время, пока он его достанет, на нем сухой нитки не останется. Лучше и не пытаться.

Фред принадлежал к тому типу людей, которые никогда не делают попыток оттянуть неизбежное. Еще раз вздохнув о бренди, тепле камина, любимом Вивальди и прочих радостях холостяцкой жизни, он открыл дверцу машины и понесся к крыльцу.

Дождь лил как из ведра. За то время, пока Фред бежал до навеса, его дорогой твидовый пиджак промок насквозь. Едва сдерживая раздражение, он решительно нажал на дверной звонок. Чем скорее все это закончится, тем лучше. Он мечтал сейчас только об одном: побыстрее оказаться у себя дома. В одиночестве.


Вивьен Осборн только что вышла из душа, когда в дверь позвонили. Она опустила полотенце, которым вытирала волосы, и прислушалась. Звонок раздался снова. Вивьен нахмурилась. Никто не знал, что она вернулась из командировки на день раньше.

Наверное, соседям что-нибудь срочно понадобилось и, увидев свет в окнах, они решили зайти к ней. Возможно, у Бьюмонтов, которые живут ниже по дороге, опять из-за бури отключилось электричество, и им нужны свечи.

Впрочем, женщине, которая живет одна, не помешает лишняя осторожность. Вивьен затянула потуже пояс старенького махрового халата, закрутила полотенце тюрбаном на голове и направилась в холл, шлепая тапочками по деревянному полу.

Звонок прозвучал опять. На этот раз в нем явно слышалось нетерпение.

— Кто там? — твердым голосом спросила Вивьен, одновременно приникая к глазку.

Она не увидела ничего, кроме широкого мужского плеча.

— Фред. А кто же еще, по-твоему? — прорычал мужской голос. — Открывай, Дженни. Твои родители с ума сходят от беспокойства, а я замерз и промок. Давай покончим со всем этим, и я поеду домой.

Вивьен моргнула и отступила на шаг от двери. Фред. Человек с таким именем недавно купил предприятие ее отца. Она попыталась вспомнить его фамилию, но не смогла.

Должно быть, это тот самый Фред, о котором ей пару раз говорила по телефону младшая сестра. Мужчина, с которым она встречалась в последнее время. Он явно недоволен, и это явно не голос нетерпеливого любовника. Интересно, что натворила Дженни на сей раз?

Вивьен осторожно отперла дверь и с опаской посмотрела на стоящего на крыльце рослого мужчину. Ей пришлось поднять глаза вверх, чтобы встретиться с ним взглядом — а это случалось довольно редко — в ней было метр семьдесят пять без каблуков.

А этот парень казался на голову выше. К тому же одного взгляда было достаточно, чтобы сказать, что слово «парень» в данном случае совершенно не подходит. Несомненно, этому мужчине лет тридцать пять, не меньше. Как же все-таки его фамилия?.. Ах да, вроде бы Макмиллан.

Было очевидно, что ночной гость вовсе не испытывал радости от того, что находится здесь в такой поздний час. Мутный желтый свет фонаря над крыльцом обрисовывал жесткую линию подбородка и высокие скулы. Мужчина смерил Вивьен взглядом всю — от головы, замотанной полотенцем, до носков стоптанных шлепанцев, — и его глаза насмешливо блеснули.

— Вы не Дженни.

— Нет, — подтвердила она, смутившись.

Только восемнадцатилетние девушки выглядят очаровательно, выйдя из-под душа. Когда тебе тридцать один, это уже не так мило.

— Я Вивьен. А вы… мистер… Макмиллан, если не ошибаюсь?

— Совершенно верно. Дженни здесь?

— Нет.

— Отлично.

По-видимому, он был чрезвычайно доволен полученной информацией, и это удивило Вивьен.

— Я приехала домой два часа назад. Нет никаких признаков того, что Дженни была здесь. Что-нибудь случилось?

— Насколько я знаю, ничего страшного, но ваши родители в панике. Вы не возражаете, если я войду? Или я должен объяснять все, стоя на крыльце в мокром пиджаке?

Вивьен сочувственно улыбнулась.

— Конечно, входите. Извините мой вид, я только что из душа. Собиралась выпить стаканчик вина на ночь и лечь. Я сегодня с шести утра на ногах и весь день провела в самолете.

— Мне знакомо это состояние, — сказал Фред, входя в дом. — Напряжение не сразу проходит. Буду бесконечно благодарен, если вы позволите присоединиться к вам.

Глаза Вивьен расширились от искреннего изумления.

— Присоединиться ко мне?

— Я имел в виду стаканчик чего-нибудь согревающего. Не постель, — мягко пояснил он.

Волна жара прихлынула к ее щекам. Это было необычное ощущение. Вивьен не краснела целую вечность.

— О да, конечно. Простите. Я так устала, что плохо соображаю. Садитесь, пожалуйста, — поспешно предложила она, махнув рукой в сторону дивана. — Чего бы вы хотели выпить?

— В последние два часа я мечтал о бренди. — Фред подошел к камину и проверил наличие дров. — Камин тоже присутствовал в моих мечтах. Не возражаете, если я разожгу его? Я промок до нитки.

Вивьен посмотрела на него с некоторым удивлением.

— Пожалуйста. Ваши мечты выглядят достаточно скромно.

— В этом нет ничего удивительного. Я обыкновенный человек, и мечты у меня обыкновенные.

Она снова покраснела под изучающим взглядом его серебристо-серых глаз.

— Давайте сюда ваш пиджак.

Фред охотно стянул мокрый пиджак с плеч, оставшись в скромной белой рубашке. Он с явным облегчением ослабил узел неброского галстука в полоску. Этот стиль одежды совсем не характерен для приятелей Дженни, отметила Вивьен, расправляя пиджак на спинке стула.

— Пойду посмотрю, есть ли у меня бренди, — сказала она и направилась в кухню.

Происходит что-то странное, решила Вивьен, доставая старую, запыленную бутылку. Она налила в стакан солидную порцию, потом, вспомнив о том, что Фредди Макмиллан — очень крупный мужчина, плеснула еще.

Массивная фигура придавала ему солидный вид. Совершенно очевидно, что он лет на десять старше Дженни. Большинство поклонников сестры были бесшабашными худощавыми молодыми людьми. Дженни, которая в свои двадцать четыре года еще не рассталась с манерами школьницы, всегда тяготела к своим ровесникам, которые могли танцевать под тяжелый рок до двух часов ночи, а на следующий день отправиться на какую-то экзотическую вечеринку. У Вивьен сложилось впечатление, что этот мужчина не из тех, кого привлекает подобный образ жизни.

Она налила себе сухого вина и вышла в гостиную, держа в руках по стакану. Настало время для некоторых объяснений.

Фред стоял на одном колене перед камином, аккуратно подкладывая дрова к небольшому язычку пламени. Услышав шаги, он поднял голову, с нескрываемой благодарностью взял протянутый бренди и сделал большой глоток.

— Именно этого мне не хватало, — сказал он. — Спасибо.

— Пожалуйста.

Вивьен села на диван, поставила свой стакан вина на столик и стала наблюдать за своим нежданным гостем. Он положил в камин еще одно полено и поднялся на ноги. Очень крупный мужчина, снова подумала Вивьен. Но в то же время гибкий и мускулистый. От его облика веяло уверенностью, спокойствием и надежностью. Вивьен поймала себя на том, что в последнее время ни один мужчина, кроме отца, не вызывал у нее мыслей о спокойствии и надежности.

Фред направился к дивану, но на полпути остановился, заметив на комоде стереосистему. Бегло просмотрев коллекцию дисков, он выбрал что-то из Баха и включил музыку. Когда торжественные звуки органа наполнили комнату, Фред удовлетворенно кивнул и сел на противоположный конец дивана, который заметно прогнулся под его весом.

— За счастливое избавление, — произнес он, вытягивая вперед длинные ноги.

— От кого или от чего вам удалось избавиться, мистер Макмиллан? — с некоторым ехидством спросила Вивьен.

— Я едва не совершил серьезную ошибку, — лениво прищурившись, ответил он. — Кстати, зовите меня просто Фред.

— Хорошо, — совершенно спокойно сказала она.

— Вы не похожи на свою сестру.

— Мне твердят это с тех пор, как она родилась. — Вивьен сделала глоток вина. — Насколько я понимаю, у вас с Дженни произошла размолвка?

— Размолвка? — Фред на мгновение задумался. — Нет, я бы так не сказал. Скорее, наши пути разошлись. Мы собирались провести этот уик-энд вместе за городом, но, поразмыслив, в последний момент изменили решение.

— Роман окончен? — хмыкнула Вивьен. — Вряд ли это обрадует наших родителей.

— Их — нет, зато я доволен.

— Это заметно.

Действительно, Фред Макмиллан не был похож на несчастного влюбленного. Впрочем, его вообще трудно представить в такой роли.

— Должен вам признаться, Вивьен, что ситуация была очень серьезной. — Он сделал еще один глоток бренди и откинулся на спинку дивана. — До сих пор не понимаю, как позволил себе быть таким неосторожным. Ведь поначалу я даже подумывал о свадьбе! А последние несколько недель размышлял, как расхлебать эту кашу, но ваша сестра, по-видимому, тоже начала впадать в панику, и в результате все решила сама. Правда, к сожалению, она не удержалась от того, чтобы устроить из этого спектакль…

— Дженни обожает эффектные сцены.

— Я это понял. На этот раз она прислала письмо. Оно должно быть где-то здесь. — Фред дотянулся до стула и достал из кармана пиджака влажный листок бумаги. — Вот, прочтите.

Вивьен быстро пробежала глазами короткое сообщение.


«Фред, пожалуйста, прости меня, но я не могу пойти на это. Мы можем совершить ужасную ошибку. Я хочу побыть одна и все обдумать. Мне кажется, между нами все кончено. Еще раз прости. Дженни.»


— Я не вижу здесь проблем, — заметила Вивьен. — Дженни отклонила ваше предложение провести уик-энд вместе, и вы этому рады. Что тут такого?

— Ваши родители беспокоятся, где она и что с ней, — раздраженно пояснил Фред. — Они считают, что ваша сестра могла впасть в отчаяние.

— Дженни? Маловероятно.

— Я тоже так думаю. — Фред сделал еще глоток бренди. — Боюсь, что за этим стоит нечто большее. Мистер и миссис Осборн были счастливы, когда она начала встречаться со мной, и сейчас очень расстроены, что нашему роману пришел конец.

— А-а. Тогда все становится более понятным. Они отправили вас на поиски Дженни в надежде, что произойдет великое примирение.

— Думаю, именно так.

— И каковы шансы, что это случится? — поинтересовалась Вивьен.

— Никаких. Все это было ошибкой с самого начала. Здесь Дженни права.

— Понятно. Готова спорить, что вы не часто их совершаете.

— Ошибки? Нет, не часто, — мягко ответил он.

Да, это похоже на правду, подумала Вивьен, переводя взгляд с его рослой подтянутой фигуры на лицо. Оно было не особенно красивым, но определенно интересным. Грубоватое, резко очерченное — лицо настоящего мужчины. Его волосы все еще поблескивали от дождя. Свет камина придавал густой каштановой гриве рыжеватый оттенок. Фред поймал на себе ее изучающий взгляд и едва заметно улыбнулся. Его умные глаза лениво и слегка насмешливо смотрели на Вивьен из-под полуопущенных век.

Этот взгляд непонятным образом смущал ее. Она заметила в расстегнутом вороте белой рубашки завитки жестких курчавых волос и, еще сильнее смутившись, плотнее запахнула полы своего старенького халатика.

— Удивляетесь, что нашла во мне ваша сестра? — негромко спросил Фред.

Вивьен снова покраснела.

— Вовсе нет, — поспешно ответила она.

Он пожал плечами.

— Странно. Даже меня это удивляет.

— Я готова признать, что вы не из тех мужчин, которые обычно привлекали ее, — осторожно добавила Вивьен.

— Слава богу. Плохо только то, что нам с ней потребовалось слишком много времени, чтобы понять это.

— Наверное, мои родители всячески поощряли ваш роман, — с улыбкой заметила Вивьен. — Папа был бы счастлив, если бы ему удалось, продав свою фирму, сохранить бизнес в семье. Разумеется, они с мамой были заинтересованы в вашей свадьбе с Дженни.

— Угу.

— Это они послали вас сюда на ее поиски?

— Да. Они решили, что раз Дженни нет в городе, значит она поехала сюда. Я из врожденного чувства благородства, да еще находясь в состоянии эйфории по поводу счастливого окончания нашего романа, согласился поехать и убедиться, что с ней все в порядке. Думаю, что, приехав в такую даль, я исполнил свой долг и теперь могу снять с себя всякую ответственность за дальнейшее.

— А как насчет мужского самолюбия? — спросила Вивьен.

Фред криво усмехнулся.

— Благодарю за заботу. Бывало и хуже.

Весь облик этого мужчины говорил о том, что его уверенность в себе непоколебима. Требуется нечто более серьезное, чем сбежавшая подружка, чтобы задеть его.

— Значит, поскольку вы выполнили свои обязательства, то можете с чистой совестью возвращаться в город? — спросила Вивьен.

— Да, — ответил Фред, наблюдая за игрой пламени в камине. — Как только обсохну. Благодарю вас за гостеприимство, Вивьен. А также за то, что вы не стали устраивать истерику по поводу того, что я сделал с вашей сестрой.

— А что вы с ней сделали?

Фред уловил скрытый смысл вопроса и искоса взглянул на хозяйку.

— Ничего. Я думаю, тот факт, что мы с ней до сих пор не дошли до постели, красноречиво свидетельствовал…

Вивьен смущенно посмотрела на него.

— Я не вполне понимаю…

Он поморщился.

— Видите ли, если за несколько месяцев свиданий не было ничего, кроме нескольких довольно невинных прощальных поцелуев, вряд ли можно ожидать всплеска страсти в ближайшем будущем.

— А-а. Я вовсе не это имела в виду. Такие подробности меня не касаются!

— Не переживайте, — усмехнулся Фред, заметив ее замешательство. — Я затронул эту тему только для того, чтобы заверить вас, что между мной и вашей сестрой ничего не было, несмотря на грандиозные планы на уик-энд. И признаю, что это моя вина.

— Ваша вина? — слабым эхом откликнулась Вивьен, удивленно глядя на него.

Фред вновь усмехнулся. Эта женщина льстит его самолюбию, подумал он. Она ведет себя так, словно не может представить себе, что у него могут быть проблемы в интимной жизни.

— У меня просто не хватало… энергии, чтобы затащить ее в постель, — признался он. — Наши свидания заканчивались тем, что либо у меня в ушах звенело от избытка рок-музыки, либо я был слишком измотан современными танцами. Мне ведь тридцать пять, а не двадцать четыре…

— Но вы собирались провести этот уик-энд вместе?

— Это было бы последней попыткой вдохнуть жизнь в наш вялотекущий роман. Я вовремя понял, что это бессмысленная затея, и собирался сказать ей об этом при встрече. Но тут как раз принесли уже известное вам письмо.

— Да, ваши отношения не слишком впечатляют, — заметила Вивьен.

Фред бросил на нее быстрый взгляд.

— Это было ошибкой от начала и до конца. Но теперь все закончилось. Можно расслабиться.

Он сделал еще один глоток бренди и слегка прикрыл глаза, наслаждаясь звуками музыки и обволакивающим теплом камина. Именно об этом он мечтал весь вечер.

Имя Вивьен очень подходит этой женщине, решил Фред, медленно смакуя бренди. В ней были сдержанное достоинство и зрелость. Она с поразительным спокойствием отнеслась к его неожиданному появлению и не стала устраивать истерику, узнав об исчезновении сестры. Разумный, здравомыслящий человек. Не то, что ее капризная, взбалмошная сестра. С Вивьен Осборн можно иметь дело.

Она тихо сидела в противоположном углу дивана — такая уютная и домашняя. Фред поймал себя на том, что составляет в уме список ее достоинств. У нее добрые красивые светло-карие глаза. Они светятся спокойной женственной уверенностью, но в их глубине можно заметить скрытую тревогу. Он отметил нежную линию подбородка и прямой классический нос, приятно розовеющую в отблесках огня кожу. Плотно запахнутый халатик мягко обрисовывал полную грудь и округлые бедра. У этой женщины роскошная фигура, с удовлетворением отметил он. В этом она тоже не была похожа на свою по-модному тощую сестру. У Вивьен было все, чтобы согреть мужчину в постели.

Эта случайная мысль неожиданно для Фреда пробудила в нем совершенно определенные ощущения. Он беспокойно поерзал на диване. Давненько ему не приходилось волноваться по поводу спонтанных проявлений возбуждения.

— Что ж, я рада, что ничье сердце не разбито, — сказала Вивьен. — Хотя ситуация остается щекотливой, учитывая, что вы только что купили фирму моего отца.

— Это в большей степени должно волновать Дженни, — заметил Фред. — Конечно, она была бы не прочь сохранить финансовое благополучие семьи. Но стать женой человека, который занимается моторами и турбинами — не в ее стиле.

Вивьен рассмеялась.

— Так вы признаете, что ваша профессия лишена особого шарма? Кстати, почему вы решили купить фирму отца?

— Потому что компания «Осборн Энтерпрайзис» — солидное предприятие с хорошими традициями. При правильном руководстве фирма может стать настоящей дойной коровой.

— И вы собираетесь ее доить?

— Для начала придется вложить средства в ее реконструкцию и модернизацию, — возразил Фред. — С моторами и генераторами, так или иначе, связана большая часть моей жизни. Мне еще в школьные годы приходилось подрабатывать на бензозаправке. Затем я провел пару лет в армии, занимаясь ремонтом танков и бронетранспортеров, пока, наконец, не поумнел и не поступил в колледж. В конце концов, меня увлекла финансовая сторона дела. Мне удалось сколотить небольшой капитал, который заслуживал хорошего вложения, и когда Мартин Осборн выставил свою фирму на аукцион, я ухватился за это предложение.

— А моя сестра ухватилась за вас.

— Не думаю, что это была идея Дженни. Скорее всего, ее усердно подталкивали родители.

— Наверняка. Я могу понять, что двигало ими, но каковы были ваши мотивы?

Фред немного помолчал, глядя на огонь в камине.

— Дело в том, что я не прочь жениться снова. При разумном подходе брак приятная и удобная вещь.

— С точки зрения мужчины — вполне возможно, — сухо заметила Вивьен. — Но для женщин это выглядит иначе.

Фред удивленно прищурился.

— Вы меня удивляете. Я всегда считал, что женщины стремятся выйти замуж, особенно, если они… э-э, старше определенного возраста, — досадливо поморщившись, закончил он фразу.

— Особенно женщины старше тридцати? — уточнила Вивьен. — Я открою вам маленький секрет. Далеко не все из них тяготятся своим одиночеством. Я была замужем, но моя семейная жизнь окончилась катастрофой. — Ее голос непроизвольно дрогнул. — И я больше не собираюсь рисковать.

Фред внимательно посмотрел на нее.

— Я тоже был женат, и тоже неудачно, но готов сделать еще одну попытку. Думаю, брак имеет смысл, если мужчина и женщина вступают в него осознанно, знают, чего хотят, и готовы взять на себя определенные обязательства.

— Вы настолько верите в незыблемость любви? — негромко спросила Вивьен.

— Нет, — возразил он. — Я вообще не верю в любовь. Это выдуманное чувство, которое всячески превозносится в угоду замшелым романтикам, а я не из их числа. Тем не менее, я верю в счастливый брак.

— И на чем же основана ваша вера?

Как странно вести такой разговор с сестрой своей бывшей подружки, неожиданно подумал Фред. Он обнаружил, что беседа по-настоящему увлекает его.

— В браке много преимуществ. Когда я женился в первый раз, это было в значительной степени следствием игры гормонов в молодом организме. Мы оба были слишком молоды, толком не знали, чего хотим друг от друга, и, в конце концов, развелись. Но в следующий раз, надеюсь, все будет по-другому.

— По-другому?

Он кивнул.

— Теперь я позабочусь о том, чтобы наши отношения стояли на более твердом, реалистичном фундаменте. На этот раз я знаю, чего хочу. Я достиг того возраста, когда начинаешь ценить домашний уют. Купив компанию вашего отца и переехав из Детройта в Дулут, я почувствовал, что у меня есть дело на всю оставшуюся жизнь, и понял, что хочу иметь постоянную спутницу жизни. Жену, на которую можно положиться. Хозяйку дома, которая умеет принимать гостей. Подругу, с которой можно посидеть вечером у камина, обсуждая прошедший день. Не знаю, почему мне показалось, что Дженни годится на эту роль. Должно быть, это было какое-то затмение.

— Или в дело снова вмешались гормоны, — с улыбкой заметила Вивьен.

— О, они уже давно у меня под контролем.

Фред сделал еще один глоток бренди, размышляя насчет правдивости этих слов. Его возбуждение еще не полностью улеглось. Интересно, заметила ли Вивьен, что ее халат слегка распахнулся, и в просвете соблазнительно белеет нежная округлость груди?

— Так значит, вы хотите жениться ради комфорта?

— А вы не одобряете такой подход?

Вивьен на минуту задумалась.

— Ну, по крайней мере, вы честны относительно своих намерений, — сказала она после паузы. — В некотором смысле я даже согласна с вами и сама была бы не прочь иметь стабильные, надежные дружеские отношения с мужчиной. Мне нравится жить одной, но временами не хватает живого общения. Однако я никогда не вышла бы замуж только ради этого.

— Вас больше устраивает любовная связь? — серьезно спросил Фред.

— Я говорила о дружбе. Я ничего не могу сказать по поводу любовной связи, потому что у меня нет такого опыта, — спокойно пояснила Вивьен. — Не уверена, что хочу подобных отношений, но в любом случае предпочла бы, чтобы они основывались на дружбе, а не на игре гормонов.

Ее слова поразили Фреда. Стараясь не выдать своего изумления, он осторожно поинтересовался:

— Как давно вы разошлись с мужем?

— Развода не было. Мой муж умер несколько лет назад.

— Несколько лет назад? — недоверчиво переспросил Фред.

— Да. Мне было двадцать пять, когда я вышла замуж, и двадцать семь, когда он погиб в авиакатастрофе.

— И вы с тех пор ни с кем не… Я хотел сказать, у вас не было…

Он не закончил фразу, почувствовав смущение Вивьен. Трудно было поверить, что эта женщина так долго живет одна.

— Да, у меня ни с кем нет и не было такой дружбы, которая могла бы перерасти в стабильные отношения, — тихо ответила она. — И я не встретила никого, в кого могла бы влюбиться.

— Значит, вы действительно верите в любовь? — спросил Фред, немного более резко, чем хотел.

— Да, я верю в любовь, хотя и понимаю, что большая страсть не для меня. Я не того типа. Это для людей вроде моей сестры, — снисходительно усмехнулась она. — Но я и не рассчитываю на то, что страстно полюблю кого-то. Меня гораздо больше привлекает идея близкой дружбы.

— И вы не захотите выйти замуж за этого гипотетического друга?

— Ни за что на свете.

— Итак, — с улыбкой подвел итог Фред, — я верю в брак, но не верю в любовь, а вы верите в любовь, но не верите в брак. Тем не менее, мы оба убеждены в значимости дружбы. Это утешает. Мы с Дженни так и не смогли стать настоящими друзьями, — уже серьезно добавил он. — И дело даже не в том, что я значительно старше ее. Просто она ждет от жизни постоянного фейерверка страстей и развлечений, а меня это не привлекало даже тогда, когда мне было двадцать пять. Возможно, причина кроется в моей профессии. Вам известно, что основы конструкции дизельных генераторов практически не изменились за последние тридцать лет, если не больше?

— Испытанная временем вещь, — улыбнулась Вивьен.

— Так же, как и брак. Эта штука отлично работает, если не возлагать на нее необоснованных надежд и не предъявлять слишком много требований. Но почему вы сказали, что ваше замужество было неудачным?

Вивьен сжалась, и ее светло-карие глаза блеснули гневом.

— Я не обсуждаю этот вопрос ни с кем, кроме членов моей семьи.

Фред не стал настаивать. Разговор прервался.

— И что теперь? — спросила Вивьен после нескольких минут неловкого молчания.

Фред откинулся на спинку дивана и расстегнул еще одну пуговицу на рубашке. Он понимал, что пора уходить, но им овладела лень. Бренди, негромкая музыка и тепло камина приятно успокаивали. А если бы халат хозяйки дома распахнулся еще на пару дюймов… О чем еще может мечтать мужчина ненастным вечером?

— Я должен поблагодарить вас за гостеприимство и откланяться, — тихо произнес Фред, однако не двинулся с места.

Вивьен бросила взгляд на стоящие на каминной полке часы. Немного поколебавшись, она сказала:

— До отхода последнего парома осталось полтора часа.

— Куча времени, — заявил Фред. — Теперь, зная дорогу, я доеду до пристани за пятнадцать минут.

— Наверное, стоит подождать, пока буря немного утихнет. Не слишком приятно ехать в такой дождь.

— Вы правы, — согласился Фред. — Примерно в миле отсюда на дороге образовалось настоящее озеро.

— Я знаю это место. Его постоянно затапливает во время дождя. Обычно требуется несколько часов, чтобы вода спала.

Они оба посмотрели на циферблат. Прошло еще несколько секунд тихого задумчивого молчания.

— Почему я не встречал вас раньше, Вивьен? — наконец спросил Фред. — Я много слышал от Дженни о существовании ее таинственной старшей сестры, но вас все время не было в городе. Думаю, нас планировали познакомить на званом ужине на следующей неделе. Вам действительно часто приходится ездить в командировки?

Вивьен с улыбкой покачала головой:

— Нет, обычно нет. Я занимаюсь информационными системами в компании «Джереми Электроникс». Вы слышали об этой фирме?

— Да, — кивнул Фред. — Большой концерн со штаб-квартирой в Чикаго. Одна из его дочерних фирм расположена в Дулуте.

— Правильно, — подтвердила Вивьен. — Руководство «Джереми Электроникс» поставило своей целью стандартизировать информационные системы во всех своих филиалах. Мне поручили проследить за этим процессом, поэтому и пришлось так много ездить в последнее время. Но сейчас эта работа практически завершена.

— Одно из направлений модернизации, которое я хочу провести в фирме, которую купил у вашего отца, как раз касается работы с документацией. Возможно, вы будете приглашены в качестве консультанта.

Вивьен рассмеялась.

— Папина фирма безнадежно отстала в этой области. Он никогда не видел смысла в подобных усовершенствованиях.

Затем она, к удивлению Фреда, начала интересный и компетентный рассказ о чудесных возможностях современных информационных систем. Он получил массу полезных сведений, и при этом тема не показалась ему скучной.

Когда Вивьен закончила свой монолог, Фред поднялся с дивана, чтобы пополнить стакан бренди. Вернувшись на место, он начал разговор о планах развития своего предприятия. Вивьен слушала его с интересом. К сожалению, пока он наливал себе спиртное, она успела плотно запахнуть халат.

Огонь в камине весело пылал, а буря за окном все не утихала. Когда Фред закончил свой длинный пространный рассказ о планах расширения рынка сбыта, Вивьен снова посмотрела на часы, и ее глаза испуганно расширились.

— Вы уже не успеваете на последний паром, — с беспокойством в голосе сказала она.

Фред проследил за ее взглядом.

— Ну и ну, — пробормотал он, однако не сделал попытки схватить пиджак и броситься к двери. — Возможно, это к лучшему, учитывая количество выпитого мною бренди.

Вивьен слегка нахмурилась.

— На острове есть небольшая гостиница. Возможно, там найдутся свободные места.

— Хорошая мысль, — отозвался Фред, по-прежнему не двигаясь с места.

Они оба продолжали сидеть и смотреть на огонь. Наконец Вивьен осторожно нарушила молчание.

— Конечно, вы можете остаться здесь, если не возражаете против того, чтобы провести остаток ночи на этом диване, — сказала она. — Он немного мал для вас, но…

— Я вам очень признателен, Вивьен.

— Пустяки. В конце концов, несмотря на разрыв с Дженни, вы друг нашей семьи.

— Спасибо, — с улыбкой ответил он.

Через полчаса Фред с удовольствием растянулся на диване, застеленном пахнущей лавандой простыней. Под головой у него была взбитая подушка, а шерстяное одеяло надежно защищало от холода. И хотя это ложе было ему явно коротко, он чувствовал себя на удивление удобно. В камине догорали остатки дров.

Фреду было слышно, как Вивьен ходит по спальне, выключает свет и ложится в кровать, и он фантазировал, представляя, как она раздевается, снимая трикотажное белое белье. Женщины такого типа обычно носят довольно строгое и практичное белье. Когда мысленные образы стали слишком впечатляющими, а вызванное ими физическое возбуждение слишком сильным, он приказал себе уснуть.

Но образы не исчезли полностью, и, окончательно погружаясь в глубокий сон, Фред видел перед собой царственно статную полногрудую женщину, которая протягивала к нему руки, призывая в свои объятия.

Его последней сознательной мыслью было то, что весь прошедший месяц он встречался не с той сестрой.


Загрузка...