Вера Юдина Там, где засыпает солнце

Все сокровища мира, не сравняться с величием любящего сердца и красотой любимых глаз.


Глава 1

— Папа, я еду в Москву, — забегая на кухню, радостно закричала Наташа.

— В Москву? — удивленно спросил отец, — к матери?

— Да, она только что звонила. Ее муж не возражает, если я приеду, чтобы поступить в университет. Первое время я поживу у них, потом устроюсь на работу и буду жить отдельно, тогда и заберу тебя с собой, в столицу.

— Зачем, милая, я никогда не мечтал о большом городе, моя жизнь здесь, в нашей деревне. Это твоя мать всегда мечтала о такой жизни. Я даже не смог осудить ее когда она сбежала. Это ее выбор, ее жизнь, и если ты хочешь повторить ее путь, я не стану удерживать тебя. Но я… я уже должен остаться здесь. Здесь моя земля. Мои корни. Здесь все, что дорого моему сердцу.

— Но папочка…

— Нет, детка. Ты поезжай, посмотри настоящую жизнь. Ты словно лучик солнца, и заслуживаешь этого счастья.

На щеке мужчины блеснула одинокая слеза. Он всегда мечтал о хорошей жизни для своей девочки. Когда десять лет назад его жена сбежала с Московским бизнесменом, он не слова не сказал. Даже когда она сообщила, что не может забрать дочь с собой, он продолжал безропотно воспитывать девочку один, не жалуясь и не пеняя на судьбу. Ни одного дурного слова он не произнес о бывшей жене. Не прививал дочери чувства ненависти. И теперь, когда Света пожелала устроить своей дочери жизнь, о которой всегда сама мечтала, он был готов принять это решение, также молча и безропотно.

Наташа, наклонилась и поцеловала отца в морщинистую щеку. Так много этот человек дал ей в этой жизни, многому научил. Именно благодаря его доброте. Наташа верила, что выбор каждого человека зависит от только от него самого. Что глупо пенять на судьбу и жаловаться на обстоятельства.

Ей недавно исполнилось шестнадцать, и закончив с отличием школу, она позвонила матери в Москву, рассказать о своих успехах. Женщина, которая оставила ее с отцом, и за все время ни разу не приехала, чтобы навестить, неожиданно предложила приехать дочери в Москву, поступать в университет. И обещала помочь устроится в жизни. Такой шанс, простой девочке, из провинциальной деревушки, выпадает всего лишь один раз, и будет глупо проигнорировать его.

Наташа была красивой девушкой. Невысокой, но стройной. С длинными черными волосами, красивым овалом лица, бархатной кожей, и взглядом, проникающим в самые глубины человеческой души.

— Ты ведь обязательно приедешь, навестить меня? — опускаясь рядом с отцом на колени, спросила Наташа.

— Как–нибудь, когда в жизни твоей произойдет очень важное событие, я приеду, и благословлю тебя на счастье. — поцеловав дочь в макушку ответил Николай Иванович.

— У меня все обязательно сложится, — пообещала Наташа. — я буду звонить тебе, каждый день.

Так случилось, что девочка из деревни, как и многие другие, мечтавшие о жизни в большом городе, из зеленого рая, в забытых краях, поехала в Москву, навстречу новой жизни, навстречу новым впечатлениям и открытиям.

Поезд отправился точно по расписанию. Наташа сидела в своем купе и читала книгу. На ней было легкое платье, песочного цвета. Волосы она убрала в пучок, чтобы они не мешали.

Открылась дверь, и в купе вошел молодой человек. Он осмотрелся и сел напротив девушки. Наташа осторожно посмотрела на вошедшего и улыбнулась.

Молодой человек показался ей таким смешным и нелепым. Волосы его были взъерошены. На лице темнела заросшая щетина. Он был похож на бродягу. Одет он был в шорты и белую футболку.

— Привет! — радостно поздоровался молодой человек.

Он заметил, как пристально его изучают из–под опущенных ресниц и улыбнувшись задорной улыбкой, подмигнул девушке.

Наташа смутилась, пойманная за слежкой, и отложив книгу улыбнулась.

— Привет. — ответила она.

— Боже, — воскликнул новый пассажир, — какой у тебя красивый голос.

— Спасибо.

— Дмитрий, — протягивая руку, представился молодой человек.

— Наташа, — ответила девушка, пожимая протянутую руку.

— Ты в Москву едешь?

— Да.

— Наверняка поступать в институт. Только закончила школу, и теперь ждешь, что перед тобой откроются ворота в большую жизнь. — прищуриваясь спросил он.

В этот момент, молодой человек, вызвавший при встрече у нее улыбку, показался ей очень неприятным. И Наташа поддавшись его примеру откинулась назад и строго ответила:

— Я еду к маме. Она очень давно живет в Москве, и пригласила меня к себе.

Уловив в ее голосе металлические нотки, молодой человек понял, что обидел девушку и поспешил извиниться.

— Я не это имел ввиду…

— Ты сказал то, что хотел сказать. Твои слова меня не обидели. Просто я решила уточнить, чтобы больше недоразумений не было.

— Я понял. — ответил Дима.

— Что понял? — не поняла Наташа.

— Понял, что был болваном. Прости, но мои мысли не были такими кристальными, просто так часто девушки, не зная на что рассчитывать, зачем–то тащатся в большой город, чтобы начать новую жизнь. Но везет лишь единицам, и хочется спросить, когда начинают сетовать на судьбу: А о чем вы думали?

— Я не буду жаловаться. Жизнь прожить дано лишь раз, и в силах каждого, прожить ее достойно.

— Красиво говоришь… Ты с какой деревни?

— Неважно. — снова открывая книгу, ответила Наташа.

— Я так понимаю разговор закончен? — заметив ее жест спросил Дима.

— В Москве мы будем только завтра утром, у нас еще будет возможность пообщаться. — лукаво ответила девушка, и подмигнув углубилась в чтение.

Но как она не пыталась, строчки расплывались перед глазами, мысли путались, и она так и не смогла сконцентрировать все свое внимание на книге.

— Что ты читаешь? — неожиданно спросил ее попутчик.

Наташа снова отложила книгу, и к своему удивлению обнаружила, что он так и сидит, не меняя положения, и пристально изучает ее.

— Отверженные.

— Гюго? — удивленно спросил Дима. — Поразительно. Не часто встретишь читающих девушек, а красивые девушки, читающие творения Гюго, вообще для меня в новинку.

— А ты зачем в Москву едешь? — спросила Наташа, и сразу покраснела от своей смелости.

— Я живу там.

— В Москве?

— Ну да. А к вам заезжал на одно мероприятие.

Наташа усмехнулась всего лишь одними уголками губ, но он заметил. И вытянувшись от удивления, молодой человек рассеянно спросил:

— Что, по мне так видно, чем я занимался все это время?

— Если честно…

— Кончено честно!

— Да. Видно ты хорошо провел эти дни, раз у тебя не хватило времени, даже для того, чтобы погладить свою футболку и побриться.

Сначала лицо молодого человека обиженно вытянулось, но затем, не выдержав, он громко рассмеялся.

— А ты всегда говоришь, то, что думаешь?

— Нет. Мой отец с детства учил меня: Наташа, всегда подумай прежде чем сказать, ведь твои слова могут обидеть человека.

Дима отмахнулся.

— Твои слова меня не обидели, я если честно на поезд, прямо с постели. И если ты не возражаешь, я отлучусь ненадолго.

Наташа пожала плечами, давая понять, что не возражает, и молодой человек схватив свою дорожную сумку, вышел.

Странный он, этот москвич. Веселый, общительный, но в то же время, какой–то загадочный, что–то есть в нем, что должно, в любом случае, привлечь внимание девушки. Возможно, уже не одно сердце было разбито его открытой улыбкой.

Он вернулся минут через пятнадцать. Наташа только погрузилась в чтение, когда дверь распахнулась и в проеме появился он. Выбритый, умытый, надушенный. Его парфюм, от которого у девушки по коже забегали мурашки, ворвался в купе раньше своего хозяина.

Дима закрыл дверь и снова растянулся в своей улыбке.

— Так лучше? — подмигивая ошарашенной девушке спросил он.

Конечно лучше. Теперь он отличался от деревенских увальней, к общению с которыми так привыкла Наташа. Теперь он действительно был похож на городского.

— Футболку следовало погладить, — не удержалась от шутки Наташа.

Дима, похлопал себя по груди, и разочарованно ответил:

— Ну вот, сколько не стараюсь, а все в пустую.

Он сел на свое место, и закинув одну ногу на сидение, снова откинулся назад.

— А ты уже решила куда будешь поступать?

— Да.

— Мне каждое слово из тебя придется вытягивать? — пошутил Дима.

Наташа засмеялась, и не заметила, какими глазами в этот момент посмотрел на нее молодой человек. Он словно замер в этом самом мгновении. Он любовался чистотой ее смеха, любовался изгибом ее шеи, и блеском ее глаз.

— Я хочу поступать на исторический, — честно призналась Наташа.

— Ты любишь историю? — искренне удивился Дима.

— Если ты не любишь свою историю, то не сможешь гордиться своей родиной, — серьезно ответила Наташа.

— Интересно. Ответишь не задумываясь на несколько моих вопросов?

Наташа кивнула.

— Брюки или юбка? — начала Дима.

— Мммм… платье!

— Мини или макси?

— Среднее!

— Черный или белый?

— Цветной! — заливаясь смехом ответила Наташа. — Для меня нет категоричных ограничений в жизни, твои вопросы слишком конкретны, а жизнь она свободна и легка. Ты никогда не знаешь, что встретишь за поворотом, никогда не знаешь, что придет с завтрашним днем, поэтому нельзя с твердой уверенностью говорить: Я такая или такая.

Дима слушал ее, молча, любуясь естественной красотой этой девушки. Он так странно смотрел на нее, что Наташа смущенно замолчала, почувствовав неловкость.

Неожиданно он наклонился вперед и серьезно сказал:

— Я так долго искал тебя.

— Меня? — не поняла его слов Наташа.

— Да, именно тебя. Твоя искренность, твоя открытость, словно глоток свежего воздуха. Ты словно не ограненный алмаз, получить который станет самой высокой наградой для любого мужчины.

— Ты говоришь глупости, я обычная, — робко ответила Наташа и отвернулась к окну.

— Скажи, как можно найти тебя, в большом городе, где судьбы людей тонут словно в океане.

— Ты найдешь меня там, где засыпает мое солнце, а тихий шум воды, поет ему колыбельную. — тихим голосом ответила девушка.

— Красиво сказано, — улыбнулся Дима.

За окнами начало темнеть, и они стали готовится ко сну. Наташа приготовила себе постель на верхней полке, и молодой человек удивленно следя за этим процессом, спросил:

— А почему ты не хочешь спать внизу?

— Зачем? — удивленно спросила девушка, — вся прелесть поездов, это — верхние полки. Когда я была ребенком, и мы с родителями ездили в гости к бабушке, я всегда мечтала спать наверху, но папа боялся что я упаду, и не разрешал. А теперь я сама могу принимать решения, и я хочу спать наверху.

Когда она поднялась и легла, Дима решил последовать ее примеру, и тоже забрался на верхнюю полку.

Погас свет, и купе наполнилось полумраком, освещенное лишь одиноким светильником над постелью девушки. Она снова читала.

— Ты не хочешь спать? — спросил Дима.

— Нет, я всегда ложусь поздно, — честно призналась Наташа.

— Я тоже не очень хочу.

— Может тебе свет мешает? — догадалась девушка.

— Свет? Да, только свет не от лампы, а от твоей улыбки, и не мешает, а наоборот вдохновляет.

— Ты заигрываешь со мной? — отложив книгу, серьезно спросила Наташа.

— О боги! Ты поняла это! — театрально закатив глаза воскликнул Дима. — Я думал мои намеки не так туманны, чтобы оставить тебе сомнения.

— Я просто не так часто общаюсь с молодыми людьми, чтобы сразу понять намеки подобного рода. Как девушке, мне льстит твое внимание, но это ни к чему не приведет.

— Почему? — искренне удивился Дима.

— У меня другие планы на жизнь.

— А если я пообещаю не отнимать слишком много твоего времени, ты пообещаешь уделить мне хоть чуточку своего драгоценного времени. И выпить чашечку кофе в Москве?

— Посмотрим, — ответила Наташа.

Еще долго они болтали, пока не пришел сон. Первой уснула Наташа, а молодой человек еще долго смотрел на спящую девушку, понимая, что она особенная, возможно именно для него, возможно именно в этой атмосфере, но она тронула его сердце.

Утром, когда поезд остановился, Дима открыл глаза, чтобы поприветствовать свою прекрасную спутницу. Но в купе кроме него никого не было. Постель, которая скорее всего, еще хранила ее нежный аромат, была аккуратно заправлена, а его вещи, разбросанные перед сном, стопочкой сложены на нижней полке.

Глава 2

Проснувшись, Наташа бросила последний взгляд на своего попутчика. Он спал, раскинув руки и свесив одну ногу. Не имея желания больше участвовать в его играх, девушка тихонько собралась, и уже хотела уйти, когда заметила, что его вещи небрежно разбросаны, а значит снова будут выглядеть на нем неряшливо. Девушка аккуратно сложила их и вышла. До конечной остановки, она просидела на своей сумке в тамбуре, и едва поезд остановился, и проводник открыл дверь, схватила багаж и бросилась бежать.

— Мама! — радостно раскинув руки, крикнула Наташа, заметив на перроне стройную фигуру своей мамы.

Женщина улыбнулась и заспешила навстречу дочери. Они обнялись, после долгих лет разлуки. Затем, обливаясь слезами радости направились в сторону парковки.

— Девочка моя, — продолжая держать в руке руку своей дочери, радостно прошептала Светлана.

Казалось, что годы бессильны перед красотой этой женщины. Ее глаза такие же как у дочери, сияли от счастья. Она так давно мечтала, вновь увидеть свою девочку, но всегда боялась этой встречи, боялась, что дочь осуждает ее, ненавидит или тайно озлоблена, но увидев в глазах дочери искреннюю радость, расслабилась и отдалась материнским чувствам. Никто не поймет, что она оставила девочку с отцом не из трусости, или нежелания больше видеть ее, а потому, что боялась, что грязь большого города, может пагубно подействовать на чистое сердечко ее маленького ангелочка.

Они подошли к машине, и Наташа впервые увидела своего отчима. Он был не таким как девочка его себе представляла. Ей всегда казалось, что ее мама могла уйти только к самому прекрасному принцу, а когда она увидела невысокого, тучного мужчину, с красным лицом и поросячьими глазками, то невольно бросила взгляд на маму. Значит не любовь заставила ее отказаться от семьи, не искренность, а что–то другое. Потому что с первого взгляда, этот мужчина производил впечатление отъявленного негодяя.

Но решив, что судить людей по первому взгляду, жовольно глупо, Наташа отогнала от себя эту мысль, и вежливо поздоровалась.

— Здравствуйте, Виктор Сергеевич.

— Ну здравствуй Наташенька, вот мы и встретились. — протягивая девушке свою потную руку, ответил мужчина. — мама рассказывала, какая ты красавица, теперь я вижу, что она не преувеличивала.

— Вить, не смущай ребенка, — заметив хищный блеск в глазах мужа, прервала его Светлана.

— Ну что ты, кошечка, я только лишь признаю тот факт, что от осины апельсины не рождаются, дочь красавица, вся в тебя.

— Спасибо, — смущенно пряча взгляд, ответила Наташа.

— Ну что, мы едем? — снова вмешалась Светлана, открывая дочери заднюю дверь, большой красивой машины.

Наташа села, и затаила дыхание. Никогда раньше, она не сидела в такой машине, никогда так близко не была к такой роскоши, и теперь эта близость ее пугала.

Дом, в котором жила ее мама и отчим, находился в элитном районе. Огромный особняк, не выделявшийся на фоне таких же шикарных домов. Машина въехала в ворота, и остановилась на огромной площадке, вымощенной серой плиткой.

— Ну как? — с волнением спросила Светлана, — тебе нравится?

Наташа, открыла дверь, и с широко раскрытыми от удивления глазами обвела вокруг окружавшей ее роскоши.

— Мама, у вас великолепный дом.

— Спасибо, — ехидно улыбнувшись искреннему восторгу своей новой падчерицы, сказал Виктор. — Пойдем, посмотришь свою комнату.

Комната оказалась такой огромной, что ее прежняя комната, уместилась бы в одной только ванной. Наташа заметила, с какой любовью и заботой, ее мама готовилась к приезду дочери. Открывая шкафы, она с восторгом рассматривала купленные для нее вещи, новые, красивые. Чтобы она не взяла в руки, все было словно сшито для нее. Даже обувь, туфли, босоножки, маленькие, красивые кросовочки, все было ее размера и подходило — идеально. Значит, мама ждала ее. И на сердце от этой мысли стало так хорошо и тепло. Наташа схватила с вешалки белое шелковое платье и прижав его к сердцу закружилась по комнате.

— Я вижу тебе понравилось. — услышала она скрипучий голос отчима.

Наташа остановилась, вырванная из своих фантазий, и смущенно опустив глаза улыбнулась.

— Да, очень. Спасибо вам большое.

— Не стоит благодарности, деточка, это теперь и твой дом. — слишком заискивающим голосом ответил он.

Виктор подошел к девушке, и протянув свою липкую руку слегка прикоснулся к ее щеке.

Какое–то странное чувство отвращения, поднялось из глубины сознания, и Наташа невольно дернулась, от этого прикосновения. Она успела заметить, ярость, сверкнувшую в его узких глазах. Он еле сдержался, что не нагрубить, и не ударить. Вместо этого, растянувшись в фальшивой улыбке, протянул приторным голосом.

— Осваивайся пока, я пойду, посмотрю, что твоя мама делает.

Когда он вышел, Наташу передернуло от этого чувства, которое разбудило в ней его прикосновение. Но подумав, что она могла обидеть его такой реакцией, Наташа мысленно выругала себя. Ведь он не виноват, что девушка приехала в этот город, и никто не смог бы заставить принять у себя провинциалку, устроить ее не просто как гостью, а как члена семьи, значит он тоже старался, чтобы угодить любимой женщины. Наташа должна понять это и не требовать от него слишком уж трепетного отношения к чужому ребенку. Своих детей у них не было, и возможно он не очень доволен, что ребенок у его жены, есть от другого мужчины. Наташа решила, во чтобы то ни стало, сдерживать свои эмоции.

Разобрав свои скудные пожитки по полкам, девушка спустилась вниз. Мама сидела в гостиной, на большом кожаном диване, и листала глянцевый журнал. Она подняла голову, услышав шаги, и улыбнулась, увидев Наташу.

— Ну что, милая, тебе понравилась твоя комната? — ласково спросила Светлана.

Наташа села рядом с мамой и крепко обняла ее.

— Очень понравилась.

— А одежда? Ты уже успела осмотреть свой новый гардероб.

— Да, все идеально, но как ты узнала мой размер?

— Мне сердце подсказало, что ты сейчас точная копия меня в молодости, а уж что я носила в твоем возрасте, я точно помню.

— Спасибо.

— Завтра мы поедем в институт, Витя уже договорился обо всем, нам надо только приехать.

— Нет, мамуль, спасибо, но я хочу сама.

— Самой сложно. — серьезно посмотрев на дочь, ответила Светлана.

— Я готова к сложностям. Тем более, я уверена в своих силах…

— Ах, девочка моя, какая же ты еще наивная…

— Значит в этом моя изюминка, — улыбнулась Наташа.

— В этом твоя индивидуальность, — любуясь дочерью ответила Светлана. — У тебя характер его.

— Папаин? — уточнила Наташа.

Светлана кивнула, и Наташа сумела рассмотреть в ее глазах грусть. Но спросить о причине их разводе, не смогла. Почему мама решила, что та жизнь для нее непригодна, почему уехала в Москву, от человека которого любила, Наташа так и не решилась.

Вечером, перед тем как лечь спать, Наташа опустилась перед своей постелью, чтобы помолится. Вдруг сзади, она отчетливо услышала, как ее дверь тихо открывается. Девушка резко вскочила и обернулась. На ней была длинная пижама из хлопка, но инстинктивно она потянулась за покрывалом.

На пороге стоял Виктор Сергеевич, и жадно ощупывая глазами свою падчерицу, улыбнулся.

— Я пришел поцеловать тебя перед сном, подойди.

Вспомнив, что дала себе слово больше не обижать этого человека, так любезно принявшего ее в своем доме, Наташа подошла и наклонила лоб для поцелуя. Но вместо того, что поцеловать в поставленное место, он обхватил ее лицо руками и прижался к губам. От него пахло алкоголем и сигаретами, он был так противен и мерзок, но Наташа безропотно выдержала это испытание, и когда похотливый мерзавец отпустил свою жертву, девушка сделала шаг назад, и дрожащими губами прошептала:

— Спокойной ночи.

Снова в его глазах мелькнул огонь ненависти, и оскалившись он бросил:

— Привыкай, живя в этом доме, ты принадлежишь мне.

Наташа сглотнула, уловив в его словах открытую угрозу, и сразу возникло желание бежать отсюда. Бежать из этого дома, из этого города, бежать домой. Назад, к отцу. Она чувствовала, что что–то случиться, но в силу своей неопытности не знала, как можно будет предотвратить неизбежное будущее.

Глава 3

Утро встретило девушку теплым солнышком, прокравшимся в открытое окно. Ночью, почувствовав, духоту, Наташа настежь распахнула широкое окно, ведущее на террасу, и уснула только после того, как смогла полной грудью воздохнуть свежий воздух, залетевший в комнату с прохладой ночи.

Почувствовав, что комната наполняется теплом, Наташа потянулась и поднялась. На часах было только шесть утра. Она накинула халат и вышла на террасу. Вдалеке виднелись крыши Московских высоток. Наташа поняла, что у нее начинается другая жизнь.

Когда вместе с мамой, они подъехали к институту, Наташа с восторгом посмотрела на суету этого, пока еще чужого для нее города. На парковке стояли дорогие машины. Мимо проходили красиво одетые девушки. Такие ухоженные и утонченные, что Наташа невольно пригладила рукой свои волосы, по старой привычке собранные в обычный хвост.

— Волнуешься? — заботливо спросила Светлана, заметив явное волнение дочери.

— Немного, — честно призналась Наташа.

— Хочешь я пойду с тобой?

— Нет, все в порядке, я справлюсь.

Поцеловав на прощание маму, Наташа крепко прижимая к груди свой диплом, уверенно вошла в двери института, открывавшиеся для нее, вместе с новой жизнью.

Пройдя необходимую процедуру, девушка направилась в аудиторию, где должен был проходить первый экзамен. Никогда еще она не волновалась так сильно. Аудитория была наполнена студентами, и когда она вошла, все одновременно подняли головы, оторвавшись от зубрешки, и оценивающим взглядом осмотрели девушку. Наташа нервно сглотнула и стараясь не поддаваться панике прошла и села на свободное место, рядом с миловидной блондинкой, приятной наружности.

— Привет! — весело поздоровалась с ней соседка.

— Привет, — ответила Наташа.

— Ты провинциалка? — изучив вновь прибывшую, спросила блондинка.

— Как ты догадалась? — удивилась Наташа.

— Да ты же просто кричишь, о том, что недавно приехала из глубинки.

— В смысле?

— Ты одета дорого, но не чувствуешь всю роскошь своего облика. И взгляд у тебя такой затравленный. Вероятнее всего у тебя богатый покровитель, потакающий всем твоим капризам.

— Нет, я живу с мамой. Но ты угадала, я из провинции, и горжусь этим.

— Да не злись! — тряхнув своими шелковыми волосами, весело ответила блондинка. — Я Милена, а ты?

— Наташа.

— Очень приятно познакомиться.

Вдруг в аудиторию, вплыла высокая красавица, с короткой стрижкой и театрально заламывая руки простонала:

— Все, пропали, экзамен Даниленко принимать будет.

Со всех сторон послышались ругательства, и зал неодобрительно загудел.

— Что это значит? — осторожно спросила у соседки Наташа.

— Это значит, что сдавать экзамен будет сложно.

Красотка, принесшая такую страшную для студентов новость, остановилась посередине аудитории и глядя вперед громко спросила:

— Кто сдает сам?

Наташа уверенно подняла руку.

Девушка, сверкнув глазами, быстро направилась к своей надежде на удачную сдачу экзамена, и презрительно фыркнула на Милену:

— Двигайся.

Блондинка недовольно сощурилась, и не хотя подвинулась.

— Ты тоже, — уже более ласковым голосом обратилась к Наташе красотка.

Когда место освободилось, девушка села и по хозяйски расположившись, ласково обратилась к Наташе:

— Ты поможешь мне?

— Конечно, — искренне ответила та.

— Вот и замечательно. Диана, — представилась девушка.

— Наташа.

— Я как узнала, что принимать этот изверг будет, так сразу попрощалась с мечтами о высшем образовании, все говорят — он фанат своего предмета. Взяток не берет, и со студентов три шкуры дерет. Мало кто смог решить его хитроумные задачки, говорят, что они не имеют решения. Я вообще, если честно, не понимаю, зачем краеведам сдавать математику. Он настолько не любит студентов, что специально делает все, для того, чтобы сократить этот поток.

Наташа слушала девушку, а сама в этот момент внимательно изучала ее красивый, ровный загар, жемчужно–белые зубы, и шелковые волосы.

— Ты провинциалка? — неожиданно спросила Диана, и в глазах ее мелькнул огонек презрения.

— Не совсем. — солгала Наташа, — моя мама москвичка, я просто с папой в деревне долго жила.

— То есть не совсем пропащая душа, — улыбнулась девушка.

Услышав такое неприкрытое хамство, Милена фыркнула.

— У кого–то проблемы? — постукивая своим дорогим маникюром по крышке парты, спросила Диана.

— Нет. — отвернувшись ответила Милена.

— Вот и замечательно. А то, кто–то, может пересесть.

— Себе это скажи, кукла… — огрызнулась Милена.

Но пересесть никто не успел, так как в аудиторию вошел преподаватель. Он подошел к своему столу, и надев очки, принялся тщательно изучать списки. Когда он закончил, экзамен начался.

За отведенный час, Наташа успела решить все задания за себя, и за своих соседок. Но когда она передала решение Диане, то вместо обычного Спасибо, та высокомерно улыбнулась и тихо сказала:

— Хорошая девочка, может быть, мы сможем подружиться.

Экзамен закончился, и все сдали свои работы. Наташа вышла в коридор и почувствовала, как сзади, ее кто–то хватает за руку.

— Не хочешь сходить куда–нибудь кофе попить? — услышала она голос Милены.

Времени у Наташи было много, и она согласилась.

Девушки сели в тихом ресторанчике, недалеко от института. И как только официант принял заказ, Милена облокотившись на руку, сказала серьезным тоном:

— Не связывайся с ней.

— С кем? — явно не понимая о чем идет речь, спросила Наташа.

— С этой хищницей — Дианой.

— Почему?

— Она не простая, — оглядываясь по сторонам ответила Милена.

— Я заметила. Но если присмотреться, вы тут все не простые. — попыталась отшутиться Наташа.

— Да нет! — раздраженная тем, что ее не понимают, воскликнула Милена. — Она женщина другого сорта, ты понимаешь?

— Нет.

— Ты вообще, в своей глухомани, фильмы смотрела?

— Смотрела, — ответила Наташа, пропустив мимо ушей явное оскорбление своего происхождения.

— Красотку смотрела?

— С Джулией Робертс?

— Да. так вот Ди, женщина подобного рода, только не простая девочка с улицы, а дорогая и эксклюзивная.

— А ты откуда знаешь такие подробности? — зная, что глупо верить простым сплетням, спросила Наташа.

— Мои родители из–за нее чуть не развелись. Я помню мать ей даже клок волос выдрала, так она с тех пор, предпочитает стричься коротко. Но как говорится, подлецу, все к лицу, — злобно констатировала факт Милена.

— Зачем ты говоришь мне все это?

— Ну, ты у нас девочка неопытная, к жизни не привыкшая, погонишься за деньгами, а такая жизнь кажется простой и легкой.

— А почему она стала такой? — спросила Наташа.

— Да не знаю я, это в крови наверно. Я слышала, что она тоже откуда–то из провинции приехала, и сразу попалась в лапы к какому–то папику, а когда он ее на улицу вышвырнул, девочка решила любыми способами задержаться в красивой жизни.

Дождавшись маму, Наташа садилась в машину с грустными мыслями. Теперь понимала, откуда у Дианы было столько агрессии. Жизнь сыграла с ней злую шутку, наказала за страсть к красивой жизни, окунула в самое дно человеческой низменности. Что же должно руководить человеком, идущим на такое.

— Ну как? — осторожно спросила Светлана, заметив, что ее дочь, явно чем–то озабочена.

— Все хорошо, я надеюсь. — ответила Наташа.

— Хочешь со мной в салон? — радостно спросила мама.

— Нет, я лучше домой, через три дня еще один экзамен, мне надо готовиться.

— Как хочешь. Тогда я отвезу тебя, а приеду позже.

Получив в ответ кивок дочери, Светлана протянула руку, и погладила по щеке свою девочку.

— Ты жизнь, о которой я так мечтала… я хочу подарить ее тебе. Но ты не должна платить такую же высокую цену, за это счастье.

— Мам, — решившись, что настал момент задать волнующий вопрос, начала Наташа, — ты любишь его?

— Кого? Виктора? — взволнованно спросила Светлана.

— Да.

— Это сложно объяснить. Я всегда мечтала о такой жизни, может это ошибка моих родителей, но они с детства мне внушали мечты о красивой жизни. Они всегда говорили: «ты должна пожить по человечески». Я ведь сейчас живу по человечески, и возможно люблю его, за то, что он дал мне эту жизнь. Реализовал все мои мечты. Понимаешь?

Наташа промолчала, и Светлана продолжила изливать накипевшее в одинокой душе роскошной женщины.

— Твой отец, он ведь замечательный человек. Но с ним я чувствовала себя чужой, в том мире. А этот мир, с его блеском и роскошью, это мой настоящий мир, моя жизнь, к этому я стремилась, об этом мечтала. Мне очень горько, что нам пришлось разлучиться на такой длительный срок, но я знала, что он воспитает тебя достойно. А я могла испортить твое понимание о нормальной жизни.

— Мамочка. — заплакала Наташа, — я ведь никогда не осуждала тебя. каждый человек имеет право на свой выбор. Я приняла твой, и он принял. Он никогда не злился на тебя, и до сих пор любит.

Разойдясь в эмоциях, они обе заливались слезами, когда подъехали к дому. Поцеловав маму на прощание, Наташа поняла, что на душе, от этих признаний стало легче, и успокоившись в своих сомнениях, отправилась наверх, готовиться к следующему экзамену.

Прошел час. С улицы, через открытое окно, Наташа услышала как подъехала машина, и решив, что мама так быстро вернулась, бросилась вниз. Но вместо мамы, там был Виктор.

Он только вошел и увидев, что при одном взгляде на него, радость на лице девушки сменилась откровенным разочарованием, покраснел от еле сдерживаемого гнева.

— Ты кого–то другого ожидала увидеть в моем доме? — рявкнул он.

— Маму, — призналась Наташа.

— А ее нет? — воскликнул отчим.

— Она уехала в салон.

— Давно?

— Час назад. — не понимая, к чему столько вопросов ответила Наташа. — Я пойду заниматься.

— Да иди, — заметно повеселев, ответил Виктор.

Лишь на мгновение, прежде чем уйти, Наташа заметила как сверкнули его глаза, как растянулся он в мерзкой улыбке. Но не придав значение этой внезапной перемене, девушка спокойно поднялась к себе в комнату и села за стол.

Едва она опустила голову над учебником, послышался тихий скрип двери. На этот раз, Наташа точно знала, кто мог так по хозяйски заявится к ней в комнату, и спокойно поднявшись, повернулась. Она оказалась лицом к лицу со своим отчимом, и снова почувствовала его мерзкое дыхание.

— Как провела день? — не обращая внимания, на омерзение, отразившееся на лице падчерицы спросил Виктор.

Он подошел так близко, что Наташе просто пришлось сделать шаг назад. Но вместо спасения, она ногой уперлась в стол.

— Ты боишься меня? Я так противен тебе? А вот твоя мать так не считает, когда тратит мои денежки налево и направо. Она считает меня очень привлекательным.

— Виктор Сергеевич, — отстраняясь сказала Наташа, — мне нужно заниматься.

— Зачем? — засмеялся толстяк. — У меня все схвачено. Видишь, все же я заботливый родитель, подумал о твоем будущем.

— Я все равно должна заниматься, — настойчиво повторила Наташа.

Но вместо того, чтобы прислушаться к словам перепуганной девушки, толстяк протянул свою руку, и пальцами, больше напоминавшими сосиски, расстегнул первую пуговицу на ее кофте.

Наташа отдернулась, и прикрыв руками открывшийся участок нежной кожи, испуганно прошептала:

— Пожалуйста, уходите.

— Вот еще. Твоя мать уже далеко не та красавица, какой была несколько лет назад, ты будешь моей компенсацией, за то, что эта стерва все еще живет в моем доме. Или ты хочешь, чтобы эта меркантильная зараза оказалась на улице?

Наташа глотая слезы замотала головой.

— Пожалуйста, уходите, я прошу вас, уходите. — умоляла она сквозь слезы.

— Раздевайся! — разгневанный несговорчивостью девушки закричал толстяк.

— Нет.

— Значит сегодня вечером, я вышвырну вас обеих на улицу!

Наташа закрыла глаза и зажала рот рукой, чтобы удержать нарастающую истерику. Но вместо раскаянья, эта реакция вызвала у возбужденного мерзавца только злость, и размахнувшись, он со всей силы ударил девушку по лицу. Затем грубо швырнул на постель.

Все остальное произошло, словно в страшном кошмаре. Она только чувствовала, как он елозит на ней своим жирным телом, как пыхтит и дышит в ухо. Слезы градом текли по щекам, но она не кричала, понимая, что в логове зверя, это ничего не решит и не изменит. Когда он закончил, то погладил жертву своей похоти по голове и прошептал:

— Надеюсь у тебя хватит мозгов молчать.

Наташа закусила до боли губу и послушно кивнула.

— Хорошая девочка. — сказал толстяк и скатываясь с девушки бросил на прощание — возьмешь деньги и купишь себе что–нибудь. Это моя благодарность, за твою покорность.

Когда он вышел, еле сдерживаясь чтобы не закричать, Наташа зубами вгрызлась в подушку, лишь изредка вздрагивая, вспоминая кошмар, который только что пережила. Она скулила, словно брошенный на растерзание хищникам волчонок, не в силах успокоится, не в силах забыть, не желая понимать, что после такого, жизнь продолжается дальше.

Когда мысли постепенно стали приходить в сознание, а боль утихать, Наташа перестала плакать. Она натянула на себя одеяло и отсутствующим взглядом уставилась в потолок. Слезы продолжали катиться по щекам.

Дверь снова скрипнула, и не ожидая ничего хорошего, Наташа вздрогнула, бросив испуганный взгляд на вошедшего.

— Наташа? — увидев заплаканное лицо дочери, взволнованно спросила Светлана.

— Мам не сейчас, — пытаясь собраться с мыслями, дрожащим голосом ответила Наташа.

— Девочка моя, хорошая, что случилось?

Мама опустилась на край постели, и осторожно провела рукой по влажной от слез щеке.

— Мам, все нормально, — солгала Наташа, — просто я по дому скучаю. По папе.

Услышав такое оправдание слез, Светлана поцеловала ее в лоб, и тихо призналась:

— Я тоже часто плакала, когда вспоминала вас. Ты поплачь, легче станет… Я знаю…

— Ты иди мам, я наверно уже спать лягу.

— Так рано? — удивилась Светлана.

— Я устала очень, этот город меня выматывает.

— Ты уверена, что все в порядке?

— Да, — сглотнув очередной приступ слез, она постаралась придать спокойное выражение, своему голосу.

— Если что, ты зови меня.

Кивнув маме, Наташа отвернулась в зарывшись в подушку, закрыла глаза. Она слышала, что мама еще в комнате. Слышала, как она плачет. Но не могла признаться ей во всем. Именно в этот самый момент, ей в голову пришло решение, вернуться домой, к отцу. Сказать, что большой город не для нее, и снова зажить своей привычной жизнью.

Когда дверь закрылась. Наташа поднялась и собравшись, выскользнула в окно. Она даже не стала брать с собой свои вещи. Незаметно выскользнув через калитку, она лишь последний раз обернулась на дом, который никогда не смог бы стать ей родным, и побежала вверх по дороге, в сторону городу.

Примерно через два километра, даже привыкшая к длительным пешим прогулкам девушка почувствовала, что задыхается, и остановилась чтобы отдышаться. Проезжавшая мимо машина, резко затормозила и остановилась. Наташа подняла голову, не зная чего ожидать, и куда бежать. Открылась водительская дверь, и оттуда вышла Диана. Она пристально посмотрела на заплаканную девушку, и громко крикнула:

— Провинциалка?

Почувствовав, что теперь все позади. И отчего–то ощутив такую легкость, Наташа кивнула и запустив руки в волосы зарыдала. Громко и отчаянно. Но вместо того, чтобы испугаться, такой реакции и бежать, красотка подбежала, схватила девушку за плечи и закричала:

— Что он сделал с тобой?

Наташа отрицательно замотала головой, но никогда не скроешь правду, которая горьким отпечатком лежит на твоем лице.

— Они все такие, им нельзя верить! — обнимая девушку, зашептала Диана, — они топчутся по твоей жизни, по твоей красоте и молодости, оставляя там свои грязные следы, и никогда, больше никогда… никогда, тебе не стать прежней, словно и не было прошлой жизни. Словно ты всегда была такой грязной…

Она говорила это эмоционально, но без слез. Видимо жизнь, разучила эту каменную на вид девушку плакать открыто, и теперь она научилась плакать душой, изливаясь словами.

— Пойдем, я отвезу тебя домой.

— У меня больше нет дома, — мотая головой, ответила Наташа.

— Значит, поедем ко мне, у меня на сегодня нет планов на вечер, вот и проведем его вместе. А завтра решим, что с тобой делать.

Наташа благодарным взглядом посмотрела на девушку, о которой у нее после разговора с Миленой, должно было возникнуть ужасное мнение, но вместо той ужасной фурии, которой ее выставили напоказ, она увидела милую и ранимую девушку, у которой жизнь складывалась не так уж сладко и красиво.

Диана жила в большой квартире, на Тверской. Элитные апартаменты, соответствовали шикарному образу жизни своей хозяйки. Она лишь на мгновение исчезла на кухне, оставив свою гостью в гостиной.

— Что ты будешь пить? — спросила Диана, держа в руках две бутылки, — хочешь, шампанское, или… в таких ситуациях, очень помогает текилла.

— Я не умею пить текиллу, — слукавила Наташа, зная что в действительности, ничего крепче лимонада, никогда не пробовала.

— Значит, пьем текиллу. — торжественно сообщила Диана.

Приготовив все для небольшого застолья, девушка открыла бутылку, и ловко обмакнул стопки в тарелочку наполненную солью, наполнила их крепким напитком. Она протянула дольку лимона и сказала:

— Пьешь, затем закусываешь. Поняла.

Наташа поморщилась.

— Давай, хуже не будет, поверь. Это помогает, освобождает мысли и очищает память. — подбодрила ее девушка и выдохнув залпом осушила свою стопку.

Пожав плечами, Наташа последовала примеру своей новой подруги. Когда она с широко открытыми глазами замерла, пытаясь захватить побольше воздуха, Диана ловко положила ей на язык дольку лимона, и настойчиво приказала:

— Жуй, вторая пойдет легче.

Придя в себя, Наташа удивленно осмотрелась. Эффект был ошеломляющим, ее мысли действительно очистились, и голова слегка поплыла.

— У тебя красивая квартира, — сделала она комплимент хозяйке.

— Да. Квартира красивая и жизнь красивая, но какой ценой.

Наташа удивленно посмотрела на девушку. услышав в ее голосе нотки сожаления.

— Ты ни от кого не скрываешь это?

— А зачем? Тебе я знаю, эта большая, белобрысая крыса уже все рассказала, у нее язык без костей, и благодаря стараниям ей подобных, скрывать что–либо, просто не имеет смысла.

— А зачем ты занимаешься этим, если тебе это так неприятно.

— Это мой образ жизни. Когда привыкаешь к хорошему — трудно потом отказаться от окружающей тебя роскоши. Не всем везет выйти удачно замуж и жить безбедно, где–нибудь на Рублевке или в Борвихе, это как лотерейный билет. Я сыграла, в погоне за призрачным счастьем, и проиграла. А что у тебя случилось? Ты обманула про маму?

— Нет.

— Но я прочитала в твоих глазах, что тебя обидел мужчина, значит…

— Отчим.

— Боже, какая мразь. Давай выпьем! — снова наполняя стопки сказала Диана. — А ты маме рассказала?

— Нет.

— Глупая, о таких вещах, нужно говорить. Ведь он сделал это против твоей воли?

Наташа кивнула, и уже более уверенно осушила стопку, закусив лимоном. Немного помолчав, она решила, что хочет рассказать Диане, о своей жизни, о том, как она приехала в Москву, о том, как похотливый мерзавец обесчестил ее.

Дослушав до конца, Диана поднялась и подошла к окну.

— Грустная история. Я не понимаю тебя, много лет назад, твоя мать пожертвовала тобой, ради своей спокойной жизни, и сейчас, ты снова жертвуешь собой, ради ее же жизни. Это несправедливо.

— Не мне решать, что в этом мире справедливо, а что нет. — грустно ответила Наташа.

— Что ты теперь будешь делать? — спросила она.

— Поеду домой, к отцу.

— А ты не боишься, что эта мразь найдет тебя там.

— Зачем ему искать меня? — удивилась Наташа.

— Я знаю мужчин подобного рода, они считают, что покупая наше тело, они покупают нашу душу. А ты отказалась от его подачки, задев тем самым его гордость. Ты не лебезила перед его величием и положением в обществе, значит ты добыча, которую он так и не смог заполучить, а такие… — Диана замолчала, и затем добавила, — они всегда возвращаются.

— И что мне делать? — понимая, что девушка права, спросила Наташа.

— Осесть на дно. Ты можешь пожить у меня, ведь через три дня у нас экзамен, так вот ты пойдешь, и назло всем сдашь его, чтобы доказать самой себе, что ты сильнее всей этой грязи.

— Мне надо позвонить отцу, — слегка опьяневшим голосом сказала Наташа.

— Я думаю, что это пождет до завтра, голосок то, у тебя не трезвый, боюсь родитель не поймет.

Согласившись с Дианой, Наташа решила, что пить уже хватит, и ушла в гостевую комнату. Но едва ее голова коснулась подушки, как память снова, словно разобранная по частям мозаика, стала собираться в четкую картину. На мгновение Наташе даже показалось, что она вновь чувствует на себе, это мерзкое дыхание, и не справившись с эмоциями, она заплакала.

До утра, глотая слезы, девушка так и не смогла заснуть, поэтому, когда Диана пришла ее будить, лишь устало посмотрела на нее и виновато улыбнулась.

— Эй, милая, еще долго тебя будут терзать призраки прошлого. Дай себе время, не терзайся. Скоро все пройдет и ты забудешь, главное захотеть этого, очень сильно. Не ты первая, не ты последняя, к сожалению. Это жестокий мир.

В душе Наташа понимала, что ее новая подруга права, и в скором времени, все это останется в памяти, лишь неприятным эпизодом.

— Чем хочешь заняться сегодня? — пытаясь подбодрить девушку, весело спросила Даиана.

Она распахнула тяжелые занавески, впуская в комнату лучи солнечного света.

— Не знаю. — пожала плечами Наташа.

— Только не говори, что собираешься весь день провалятся в этой постели и прорыдать над утраченной невинностью. Давай, начинай жить дальше. Можешь пойти, попробовать устроиться на работу, тебе ведь все лето жить в Москве, я конечно гостеприимна, но почему–то мне кажется, что твоей гордости не хватит долго пользоваться моей добротой. Я права?

Наташа кивнула.

— Значит бегом в магазин, за газетой и по объявлениям начинай поиски. Что ты умеешь?

— Я несколько языков знаю.

— В совершенстве?

— Да.

— Какие? Если не секрет.

— Английский, французский и японский.

— Да не ври ты? — удивленно воскликнула Диана.

— Честно, у нас когда в школе учитель английского уволился, я стала язык сама изучать, а когда освоила, принялась за другие. Мне мама учебники присылала и иностранные книги, я чтобы закрепить отрабатывала на переводах.

— Вот, это же замечательно, с твоей внешностью, и твоими знаниями, да ты просто сокровище. — радостно воскликнула Диана, неожиданно, на ее лице отразилась мысль, которую девушка тут же озвучила, — хочешь стать моим переводчиком. У меня часто бывают клиенты с других стран, и с ними очень тяжело общаться. Я ведь, в отличии от тебя, школу еле закончила, да и без интереса особого. Ты будешь помогать мне, а я буду платить тебе десять процентов. Это хорошие деньги, для простой девчонки с провинции.

— И что я должна буду делать? — испуганно спросила Наташа.

— Нет, ты не о том подумала, — рассмеявшись глупым мыслям подруги, которые были написаны у той на лице, отрицательно замотала головой Диана, — ты будешь сопровождать нас в рестораны и другие места, но твои обязанности будут заканчивается, как только мы переступим порог гостиницы.

Взвесив все за и против, Наташа согласилась. Она еще не понимала что именно ей придется делать, но так как назад дороги не было, надо было приспосабливаться по ситуации, а именно в эту минуту, ситуация обстояла именно так: она знала языки, Диана нуждалась в переводчике. Это был взаимовыгодный альянс.

Единственное чем еще решила заняться Диана, вечером, это стилем девушки, ведь она не могла появится в приличном месте, с девушкой, которая своим взглядом желала испепелить все возможные напольные покрытия в ее доме. Предстояла огромная работа, но объединив усилия, они справятся.

Позже, Наташа позвонила папе, и заверив его, что она хорошо устроилась в Москве, что мама с отчимом ее не обижают, занялась домашними делами. Наготовила еды и прибрала в квартире, чем очень рассердила неожиданно появившуюся домработницу. Но после вкусного чая, с яблочным пирогом, женщина оттаяла, и сказала что готова принять новую подопечную своей хозяйки.

Глава 4

Прошло три дня, и в день экзамена, Наташа подъехала с подругой к зданию института. Выйдя из дорогой машины, она почувствовала, что взгляды всех окружающих прикованы к ее персоне. Она вновь опустила голову, но тут на помощь подошла Диана, и прошептала на ухо:

— Пока ты будешь прятать от них взгляд, их слова и мысли будут больно ранить твое сердце. Смотри всем прямо в лицо, открывайся людям, но так чтобы они почувствовали, что в тебе есть внутренняя сила, и с тобой лучше не связываться.

Наташа гордо подняла голову, и глядя прямо в глаза своим завистникам пошла вперед. В тот же момент, она ощутила власть над окружающими. Почувствовала в себе силу женщины. Они шли рядом, стуча каблуками по асфальту, глядя прямо в глаза своей жизни. Это был новый этап ее становления, новый этап ее перерождения, новый этап, который в один миг оборвался громким заявлением.

Когда девушки прошли в аудиторию, то профессор, который должен был принимать у них экзамен, пренебрежительным тоном обратился к ним.

— Кто из вас Петрова Наталья?

— Я, — уверенно ответила Наташа.

— Вы не допускаетесь к экзамену.

— Что? — воскликнули девушки, хором.

— Что значит, не допускается? — грубо спросила Диана.

— Это значит, что нам сообщили о мошенничестве с аттестатом. Наш декан обратился в школу, которую вы якобы закончили, и узнал, что никакая Петрова Наталия, там никогда не училась.

— Но это наглая ложь, — не ожидая такого поворота попыталась защититься Наташа.

— Стыдно девушка, стыдно. Хоть бы не борзели и купили себе обычный аттестат, а то сразу так — красный.

— Но я действительно закончила школу с золотой медалью.

— Это вы будете декану рассказывать, а я попрошу вас покинуть аудиторию.

Наташа повернулась к подруге и тихо прошептала:

— Этого не может быть.

— Может, — ответила Диана, — ты еще не знаешь всей низости мужской натуры. Иди и жди меня в машине, я когда закончу приду, и мы что–нибудь придумаем.

Наташа, снова опустила голову, но шлепок по руке, заставил ее вспомнить слова: «Даже если тебе очень стыдно и обидно, никогда не показывай это на людях». Наташа направилась к выходу, и обернулась только услышав одинокий смешок. Она посмотрела на смеявшуюся девушку, и узнала Милену, ту явно развеселила вся эта ситуация, но вместо того, чтобы покраснеть от стыда, Наташа подмигнула завистнице, и вышла.

Экзамен закончился, и Диана выбежала на улицу. Она быстро села в машину, и сорвалась с места так, словно за ними гнались тысячи демонов.

— Что случилось? — встревожено спросила Наташа.

— Он там.

— Кто?

— Обернись.

Наташа обернулась, и увидела Виктора. Он стоял и презрительно провожал взглядом удаляющуюся машину.

— Ты его знаешь? — испуганно спросила Наташа.

— Это тот самый человек, из–за которого я окунулась в эту грязь.

— И ты тоже? — закрывая лицо руками, трагически протянула Наташа.

— Что значит тоже? Ты его знаешь?

— Это — мой отчим.

— Вот мразь! — в гневе ударила по рулю Диана. — Я ведь как чувствовала, что так замарать может только он, но гнала от себя эти мысли. Меня он нашел в модельном агентстве.

— А что он здесь делал?

— Кого–то искал. Теперь я понимаю, что тебя. Но сначала испугалась, что он вспомнил обо мне и нашел. Значит твое отчисление, это дело его рук. Я же говорила, что такие мерзавцы, не отпускают свою добычу просто так. Он еще попробует попить твою кровь и потерпит тебе нервы. Но ничего, я выкрутилась, и тебя спасем, — отважно заявила Диана.

Приехав домой, Диана, несмотря на то, что за окном еще вовсю светило солнце, откупорила бутылку шампанского и наполнив бокал, залпом осушила его.

— В Москве есть другие институты, куда ты можешь поступить. Это ничего страшного, я вот только сейчас решила поступать, а мне ведь уже скоро двадцать три исполнится. Так что у тебя, все еще впереди. Год поживем как–нибудь так, а потом что–нибудь придумаем.

— Но мне неловко так стеснять тебя, — виновато ответила Наташа.

— Прекращай, если бы ты не встретила меня, еще неизвестно, удалось бы тебе спокойно добраться до дома, уж я то эту мразь знаю. У него такие связи, что тебе лучше не рыпаться пока. Через год он все забудет и успокоится.

Понимая, что и на этот раз подруга права, Наташа села на диван и обняла себя за колени. Что теперь будет дальше. На что еще способен этот человек, так нагло разрушивший ее жизнь.

— Мы обязательно что–нибудь придумаем, время все расставит на свои места. — сама себе сказала Диана, наполняя второй бокал, который так же как и первый был осушен залпом.

И время расставило.

Как и обещала, Диана подготовила себе элитного переводчика. Она научила Наташу одеваться красиво и со вкусом. Научила с гордостью носить дорогие вещи, и чувствовать свое превосходство над окружающими. На все ушло чуть больше месяца. Отработав с Наташей походку от бедра, Диана в последний раз любовалась на творение своих рук, перед первым выходом.

— Ну вот и все, теперь тебе хоть на обложку журнала, такая ты стала красотка. Посмотри и волосы, и ногти, все идеально, если честно, я бы даже не узнала в тебе ту запуганную девушку, которую впервые встретила в институте. Ты очень изменилась. — явно гордясь собой сказала Диана.

Перед первым выходом, Наташа заметно волновалась. Она знала, что простое общение с мужчиной, никаким образом не заденет ее чести, но все же волновалась от мысли, что она так близко подойдет к этому пугающему миру порока.

Диана, как могла успокаивала подругу, пока водитель вез к их к месту встречи с клиентом.

— Ты главное не волнуйся, будь невозмутима, он не должен понять, что ты напугана. Почувствовав слабость женщины, у мужчин возникают мысли иного рода. Ты должна быть официальна, ты мой переводчик, и особенности моей работы тебя не волнуют.

Наташа внимательно слушала, и послушно кивая, продолжала до боли сжимать кулаки.

Машина остановилась перед хорошо освещенным рестораном. Диана аккуратно положила руку на сжатые кулачки подруги, и тихо сказала:

— Ты справишься.

— Я справлюсь, — повторила за ней Наташа.

Открылась дверь, и девушки вышли. Сразу взгляды всех прохожих обернулись на красавиц. Это было прекрасное зрелище. Две шикарные девушки, гордо подняв головы, уверенной походкой вошли в ресторан.

Администратор проводил их к нужному столику, за которым уже сидел мужчина, не очень–то приятной внешности. Он жадно обшарил глазами обеих девушек, и спросил:

— Диана?

Диана, грациозно склонила свою головку, не забывая при этом играть глазками. Одним этим взглядом, клиент был сражен наповал. Он растянулся в широкой улыбке и заговорил.

— Что он говорит? — напоминая подруге, что пора начать работать спросила Диана.

— Он говорит, что слышал прежде о твоей красоте, но лишь увидев тебя, понимает, что твое совершенство не возможно описать словами. И глупцы те, кто надеяться, что у них это получится. — быстро перевела слова клиента Наташа.

— Передай ему спасибо.

Наташа выполнила просьбу подруги, и иностранец снова заговорил.

— Он говорит, что отменил на сегодня все встречи, и после ужина, вы поедете в гостиницу, так он ни минуты не может ждать и терпеть в такой близости с тобой.

Диана улыбнулась своей фирменной улыбкой, обнажив белые, ровные зубы, давая понять, что она согласна.

Дальше ужин проходил в непринужденной обстановке. Они ели, и болтали о всяких глупостях, о путешествиях, о моде, даже, о стихийных бедствиях. Наташа в этом разговоре, была лишь необходимостью. Нежели собеседником.

Когда ужин закончился, Диана попрощавшись с подругой села в машину к клиенту, а Наташа вместе с водителем, уехала домой.

Оказавшись в знакомых стенах, она шумно выдохнула и ссутулилась, словно внутренняя сила, которая держала ее в таком положение, осталась за порогом.

Первым делом, она решила позвонить отцу, чтобы услышать его голос, узнать как у него дела. И набрала родной номер. С первого раза, трубку никто не взял, со второго, вместо бодрого голоса отца, она услышала знакомый голос бабы Зины, их соседки:

— Кто? — громко крикнула в трубку женщина.

— Это я, баб Зин. — ответила Наташа, — а где папа?

— Наташенька, доченька. Как хорошо, что ты объявилась. Я вот пыталась найти у твоего старика в доме номер твоей матери–вертихвостки.

— Что случилось? — взволновано спросила Наташа. — Где папа?

— В больнице. Ты же не знала, а он и не говорил тебе, все боялся, что ради него все бросишь, и учебу и ту жизнь, и примчишься сюда.

— Что случилось? — крикнула Наташа.

— Сердце у него барахлит, Врачи говорят, что без операции он долго не проживет. — напуганная громким криком ответила баба Зина.

— Я выезжаю, — крикнула в трубку Наташа.

— Нет! Стой деточка, ты знать должна. У нас в России такие операции не делают, а если и делают, то лишь молодым и строго по очереди. А Коленьке уже пятьдесят лет, и это серьезный возраст. Так вот врач и говорит, есть надежда, на пересадку, но дорого это. Так вот я подумала, может ты у матери попросишь, все же Николай тебя один воспитывал, пока эта блудница себе богатства нагуливала.

Руки задрожали, и еле удеривая трубку, Наташа спросила:

— Сколько?

— Четыре миллиона. Весь курс.

Услышав сумму, Наташа почувствовала, как сердце сжимают ледяные тиски. Стало трудно дышать. Столько денег ей, за всю жизнь не заработать.

— Наташенька? — протянула баба Зина, — так ты попросишь у матери?

— Да, — еле слышно ответила Наташа, и положила трубку.

Что теперь делать, как найти такую крупную сумму денег, просить у Дианы — глупо, у мамы, навряд ли у нее есть такие деньги, значит придется звонить ему.

Наташа глубоко вдохнула, для храбрости и набрала домашний номер мамы. К ее счастью, в трубке раздался знакомый, мерзкий голос.

— Слушаю, — протянул Виктор.

— Это я. — сухо ответила Наташа.

— О, как мило, объявилась. Ну и где ж тебя носило все это время?

— Я живу у подруги, — тем же тоном ответила девушка, — я по делу.

— По делу она, ну давай, порази меня, — усмехнулся Виктор.

— Мне нужны деньги.

— Да что ты? Как неожиданно. Я если честно даже не смел предположить, что у тебя хватит смелости позвонить, но раз уж набралась храбрости, добей старика до конца, озвучь сумму.

— Четыре миллиона.

— Сколько! — яростно крикнул в трубку Виктор, и в его голосе девушка услышала неподдельное удивление. — ты с ума сошла? Да ни за одну шлюху в мире, я не платил такие деньги, тем более за те слезы и сопли, которые ты выдавливала из жалости к себе.

— Я не устанавливала цену, я обратилась за помощью, — ответила Наташа, — но если вы отказываетесь, тогда я расскажу маме…

— Что расскажешь? — перебил ее Виктор, — может о том, как у тебя заблестел глаз, когда ты увидела всю эту роскошь, которая окружала тебя. Или может о том, что решила занять ее место? Так не трудись, я сам все рассказал ей, и как соблазняла, и как в постель ко мне притащилась, а когда отказал устроила настоящее представление с побегом. Видела бы ты как эта курица рыдала, над своей непутевой дочерью. По глазам видел — не верит, но в слух произнести не посмела. Натура у нее такая, терпеливая, поэтому до сих пор живет здесь. А знаешь, я тут подумал, дам тебе еще один шанс исправится, месяц, если через месяц я буду полностью удовлетворен тобой, то деньги твои и мы расходимся.

Он засмеялся в трубку, так громко и мерзко, что Наташа не выдержала и прокричав: «Мразь», отбросила телефон в стену. Аппарат, треснул и с грохотом рассыпался на мелкие запчасти. От удара, трубка переключилась на громкую связь, и напоследок девушка услышала громкий смех, и фразу:

— Подумай, деточка, так дорого за тебя больше никто не заплатит.

Наташа упала на диван и заплакала. Вот так жизнь, ловит в ловушку обычных девушек, девушек со своими мечтами, с чистыми сердцами и прекрасными глазами.

Вернувшись домой, далеко за полночь, Диана обнаружила подругу в гостиной. Наташа сидела в темной комнате, на диване, и лишь когда зажегся свет, устало захлопала глазами. Весь ее вид говорил сам за себя.

— Э, подруга, ты далеко отсюда? — взволнованно спросила Диана.

— Диана, дай мне денег.

— Сколько?

— Четыре миллиона.

— Сколько? — пораженная услышанной суммой воскликнула девушка.

— Четыре миллиона… — со слезами повторила Наташа.

— Боже, да что случилось, — осознав всю серьезность произошедшего, Диана опустилась рядом с подругой на диван.

— Папа заболел. Ему нужна пересадка сердца. А у тебя же есть деньги, — жалобно простонала Наташа.

— Милая, конечно есть, но они не в наличии. В машине, в квартире, в одежде и драгоценностях, даже если я продам все что смогу, по максимуму, тебе все равно не хватит.

— Что мне делать?

— Позвони ей…

— Я звонила, — ответила Наташа, понимая всю свою беспомощность в сложившейся ситуации, уронила голову на руки и заплакала.

— И что?

Наташа отрицательно замотала головой.

— Ладно, не реви, что–нибудь придумаем.

И вдруг Наташа, после нескольких часов терзания, с надеждой посмотрела на подругу, и взяв ее за руку спросила шепотом:

— Сколько ты зарабатываешь за ночь?

— Что? Зачем тебе это?

— Научи меня. Я прошу тебя, научи. Я заработаю эти деньги, лучше с кем угодно, только не с ним. — с каменным выражением на лице сказала Наташа.

Испугавшись такой спокойности, Диана вскочила на месте. она поняла, что решение возникшее спонтанно в этой чистой головке, теперь может стать образом ее жизни.

— Нет, Наташ, ты не представляешь что это такое, никому я не пожелаю такой судьбы. Это кажется, что деньги легкие, тем кто смотрит со стороны. Но они не легкие, ты понимаешь, с телом ты продаешь свою душу, каждому отдаешь частичку своей чистоты и невинности, и потом понимаешь, что ты пуста, что в сердце больше нет места любви и доброте.

Не выдержав, Диана, впервые за долгие годы расплакалась. Она спустилась на пол, и обняла Наташу за ноги.

— Я не могу позволить тебе… — шептала девушка.

— Я приняла решение, — спокойным тоном ответила Наташа, — теперь обращаюсь к тебе с просьбой. Научи меня быть женщиной. Такой от которой мужчины с ума сходят, за ночь с которой готовы выложить любые деньги.

— Нет, не могу… эта жизнь не для тебя, пожалуйста одумайся…

— Сколько я могу заработать за ночь?

— Неужели нет другого выхода?

Наташа уже успокоилась. В отличии от подруги, она успела смириться с неизбежностью своей судьбы. На другой половинке весов положена жизнь ее отца, человека, которого она любила больше всего на свете, человека, жизнь без которого потеряет для нее всякий смысл. Ничто на свете, не было более бесценным.

Диана последний раз подняла заплаканное лицо, и посмотрела подруге в глаза, но в них не было сомнения. В какой–то момент, девушке даже показалось, что эти прекрасные глаза, вдруг потухли. Не улыбаясь, Наташа смотрела на подругу, и лишь одинокая слеза, скатившаяся по щеке, упала Диане на руку. Это был ответ на ее вопрос, и поднявшись, Диана в своей обычной, безразличной манере, поправила растрепавшиеся волосы, и ответила:

— За одну ночь, ты можешь заработать от двух, до десяти тысяч долларов. Если повезет, то тебя могут заказать в сопровождение за границу, тогда до двадцати тысяч. Ты языки знаешь, это твой плюс.

Наташа слушала молча. Как в один момент, ее жизнь перевернулась. Она словно вошла в другой мир, и плотно захлопнула за собой дверь, оставляя прошлое далеко позади себя. Теперь не будет слез, не будет сожалений. Приняв такое решение, девушка понимала, что навсегда ставит крест на своей жизни, только лишь потому, что не сможет посмотреть в глаза кому бы то ни было и рассказать правду о таком выборе. Теперь ее жизнь здесь. Через некоторое время, она станет элитной проституткой.

В эту ночь она не спала. Она не плакала. Только молча стояла у окна и смотрела на жизнь большого города, из окна элитного муравейника. Город, который так манил ее своей красотой, и который теперь станет местом ее позора. Глупо искать виноватых в этой ситуации.

Едва первые лучи солнца появились за горизонтом, Наташа взяла трубку и набрала свой домашний номер.

— Алло, — ответил бодрый голос бабы Симы.

— Когда нужны первые деньги, — официальным тоном спросила Наташа.

— В течении недели, примерно тысяч двести. Надо будет все подготовить и собрать документы для перевозки его за границу.

— Пусть готовят папу к операции, я перешлю деньги, к концу этой недели.

— Наташенька! — расслышав металлические нотки в голосе своей любимицы крикнула баба Сима, — с тобой все в порядке? Мать дает деньги?

— Да, мама дает деньги. — Закрыв глаза, Наташа лишь на мгновение потеряла контроль над чувствами, и едва не расплакалась, но быстро взяв себя в руки, закончила разговор стандартной фразой, — я еще позвоню.

— Ты приняла твердое решение? — спросила Диана.

Она очень давно стояла в дверном проеме и с грустью смотрела на подругу. Не такой жизни она могла бы пожелать этой милой и открытой девочке. Но как случай иногда ломает судьбу обычного человека. Особенно беззащитна перед этими стихиями — женщина. Бог дал ей власть господствовать над мужчинами, но при этом забрал право выбора. Выбирая этот путь, Наташа больше никогда не станет прежней. Диана тоже всю ночь не спала, вспоминая как легко ей далось это решению, но у нее была немного другая ситуация, и она не стояла перед таким сложным выбором. Это было ее личное решение, жить роскошной жизнью, стать настоящей женщиной, но Наташа… она была другой.

Услышав подругу, Наташа обернулась и спокойно ответила:

— Да, это мое окончательное решение, и изменить его, я не в силах.

— Ты пожалеешь, потом, спустя время…

— Возможно, но я буду знать, что делала это не для себя.

— Сегодня я назначу тебе встречу с моим агентом. Он хороший парень, не обижает и старается предусмотреть все ситуации.

Наташа кивнула, и снова отвернулась к окну, отсутствующим взглядом продолжая смотреть за суетой внешнего мира. Возможно где–то, и кто–то сейчас стоит так же как она, и в бессилии ломает голову, чтобы сделать жизнь своего родного человека, хоть ненамного, но длине. А ей, судьба подарила этот шанс.

Люди уже спешили на работу. Проходя мимо, они даже не поднимали головы. Они шли спокойно, ведомые своими рутинными делами и заботами.

Глава 5

Встреча с агентом, возможно слишком молодым, для такого рода деятельности, состоялась в том же ресторане, что и первый Наташин опыт, в роли эскорт переводчика. Для этой встречи, Диана подобрала подруге строгий черный костюм, узкий пиджак, намеренно открывавший любопытному взгляду округлые формы и бархатную кожу в зоне декольте; и узкую юбку до колен, чтобы подчеркнуть природную красоту ее точенной фигуры. С распущенными волосами, с первого взгляда девушку можно было принять за бизнес леди.

Снова все внимание было приковано к двум красавицам, которые с каменными выражениями безразличности на лицах, уверенно вошли в парадные двери ресторана.

— Шаг должен быть меньше, — поправила подругу Диана, когда Наташа задумавшись, опередила ее на пару шагов.

Наташа приостановилась, и когда Диана поравнялась с ней, продолжила движение. Заметив девушек, молодой человек приподнялся и улыбнулся. Все гости обернулись на вход. Несколько посетителей, мужчин, разочарованно вздохнули, когда заметила, что девушки садятся за стол к другому.

— Алекс, привет. — поцеловав в щечку молодого человека, радостно поздоровалась Диана.

— Это она? — кивнув на Наташу, спросил Алекс.

— Да. Красотка, не правда ли?

— Ну да, хороша. — согласился молодой человек. — А лет сколько?

— Семнадцать, — слегка приврала Наташа.

— Такая молодая? Что ж тебя толкнуло на этот шаг? — явно удивился молодой человек.

— Обстоятельства, — улыбаясь благородной улыбкой, которой ее обучила подруга, ответила Наташа.

— Понятно, у всех обстоятельства, — протянул Алекс, и обращаясь к Диане спросил, — а что она умеет?

— Ты не поверишь. — Подавшись вперед, через стол, ответила Диана, — она знает три языка. Образована, с отличием закончила школу, и к тому же характер у нее медовый. Не капризничает, не жалуется на жизнь. Схватывает все на лету. Ты походку оценил? — парень кивнул, — так вот, за два дня освоили.

Молодой человек понимая, какое сокровище попало ему в руки, начал пристально изучать девушку. Но видимо перемены, которые произошли в ее характере, в свете последних событий, так сильно изменили девушку, но вместо обычного смущения, Наташа не отводя взгляда, продолжала смотреть на молодого человека, намеренно не замечая, как он тщательно рассматривать практически каждую часть ее тела.

— Феноменально, — воскликнул Алекс. — Где ты нашла ее, детка?

— Это останется моей тайной, — заговорщицки прошептала Диана, и подмигнув подруге, улыбнулась.

— Она подходит. — официально ответил молодой человек, так словно Наташа была всего лишь товаром, на его витринной полке, и блеск в глазах этого продавца женских душ, дал понять, что товар этот залеживаться не будет. — когда она готова начать?

— Чем скорее, тем лучше, — вежливо улыбаясь, ответила Наташа.

— Хорошо. Есть у меня на сегодня, на вечер пара клиентов. Ты принесла свои фотографии?

Наташа достала маленькую карту памяти, на которой было всего несколько фоток, сделанных с утра, наспех, на обычный фотоаппарат, в уютной светлой гостиной. На них девушка была одета в черное вечернее платье, и накрашена словно модель с глянцевых журналов.

Молодой человек, достал ноутбук и оценив содержимое карты, довольный улыбнулся.

— Я думаю на сегодня, вы обе можете не строить планы на вечер.

— Договорились, — ответила Диана.

Девушки так и не отобедав, поднялись со своих мест, с величием, равным настоящим королевам, и так же стуча каблучками, удалились.

— Ну что, — остановившись перед машиной, повернулась к подруге Диана, — назад дороги нет.

— Я не поверну назад, — ласково улыбаясь, ответила Наташа, и нежно обняла подругу, — я благодарна тебе за помощь.

— За помощь? Я чувствую себя дьяволенком на твоем плече, который чистого ангела бросает в бездну человеческой низости.

— Если не воспринимать это как трагедию, то жить будет легче.

— Я буду с тобой до конца. — пообещала Диана, отвечая на объятия. — Ты такая замечательная. Хочется верить, что эта грязь не сможет замарать тебя.

— Спасибо тебе, — снова прошептала Наташа.

Они сели в машину, и поехали домой, чтобы приготовиться к вечеру. Пока Диана перебирала гардероб, Наташа обняв подушку, сидела в позе лотоса и гипнотизировала телефон. Но когда он разорвал тишину громким треском, девушка вздрогнула и закрыла глаза.

— Алле, мой котик. — ласково промурлыкала Диана. — Да, давай, записываю.

Закончив, она положила трубку и победно сказала:

— Не знаю насколько эта новость радостная, но у нас есть работа на сегодня. Сначала вечеринка в одном из клубов, затем…

— Я поняла, — тихо прервала подругу Наташа.

— Ты готова?

— Да. — Это просто «Да», как много оно значило для одного человека. Как много было заложено в смысл этого слова. С какой самоотверженностью и надеждой, Наташа сумела произнести его.

— И запомни одно, — Диана подошла к подруге и нежно прикоснулась к ее щеке, — главная сила женщины, это ее внутренняя сексуальность.

Она покорно поднялась и отправилась в комнату собираться. Диана помогла сделать подруге макияж, и уже через час, когда девушки были готовы, они спустились вниз.

Машина, с водителем, уже стояла у подъезда. На одно лишь мгновение, Наташа замерла на пороге, глубоко вздохнула и только потом, сделала шаг вперед. Словно перешагнув невидимую черту, она осознавала, что тропа на которую она ступит этой ночью, будет долгой и тернистой, но никакие обстоятельства уже не заставят ее повернуться назад.

Вечер они провели довольно приятно. Молодые люди, оказались довольно интересными и общительными, Наташа вспомнила свое первое знакомство с клиентом Дианы, и слегка расслабилась, увидев, что ее первый клиент довольно приятный молодой человек.

В клубе играла веселая музыка. Девушки танцевали в компании своих кавалеров. Они много разговаривали и шутили. Но Наташа слушала в пол уха, она постаралась унестись мыслями как можно дальше. В свой родной дом, где отец, встречал ее со школы. Вспомнила подружек, с которыми летом бегала купаться на речку, вспоминала свою комнату.

Когда настало время ехать в гостиницу, Наташа покорно поднялась и улыбнувшись своему клиенту, послушно вышла следом за ним. Девушки сели в разные машины. Оказавшись вдалеке от единственного человечка, связывавшего ее с прошлой жизнью, Наташа обернулась назад, чтобы посмотреть на машину, которая увезет ее подругу в противоположном направлении, и на щеке блеснула одинокая слеза, последняя в ее жизни. Больше никогда она не позволит себе такой слабости. Она заметила, что Диана тоже смотрит в сторону их машины, и беззвучно, одними губами, прошептала:

— Я справлюсь.

Они приехали в гостиницу, и молодой человек, осторожно беря девушку за руку, чтобы помочь выйти из машины, почувствовал как она дрожит:

— Ты замерзла? — заботливо спросил он.

— Нет, — тронутая такой заботой, ласково ответила Наташа.

— Хочешь прогуляемся?

— Ночью? — удивилась девушка.

— А что? Москва большой город, он ложится спать позже, я то знаю.

— Ты из Москвы?

— Нет. Из Сочи.

— Там море, — задумчиво произнесла Наташа.

— Пойдем, — настойчиво повторил молодой человек.

— Пойдем. — с улыбкой ответила Наташа.

Он накинул ей на плечи пиджак и обнял за талию.

— А ты из какого города? — спросил он.

— Из маленького замечательного городка.

— А как получилось, что ты попала в эскорт, честно говоря ты немного не похожа на остальных девушек Алекса.

— Это история только моей жизни. Я думаю не стоит портить этот замечательный вечер душевными беседами о причинах моего падения.

— Возможно ты права, — согласился молодой человек, — а можешь назвать мне свое имя.

— Наташа, — искренне ответила девушка.

— Наташа? Нет, настоящее имя.

— Наташа, — повторила девушка.

— Ладно, не хочешь, не говори.

— Я вполне серьезно. — не понимая недоверия со стороны молодого человека сказала Наташа.

— А почему ты не взяла себе другое имя?

— Зачем?

— Ну обычно девушки берут чужие имена, чтобы в возможном будущем, эта жизнь не ложилась на них пятном.

— Глупо. Это — самообман. Чужое имя не изменит сути происходящего. Как бы я не назвала себя, но я это — я, а ты это — ты.

— Я еще не знаю тебя, но уже твердо уверен, что ты та девушка, к которой я захочу возвращаться.

— Мило, — спокойно ответила Наташа.

Именно в этот момент, когда сыграла коронная фраза, обычно девушки начинали пускать в ход, свои самые изощренные навыки соблазнения, чтобы закрепить позиции, а эта девушка лишь пожала плечами и ответила даже не повернувшись.

— Пойдем обратно, — слегка пораженный безропотностью девушки сказал молодой человек.

Наташа покорно повернулась, и спокойно пошла в гостинцу. Они поднялись на нужный этаж, и пока молодой человек открывал дверь. Наташа легким движением скинула с плеч дорогой пиджак и вошла в открытую дверь. Молодой человек вошел следом.

Аккуратно опустив пиджак на диван в гостиной, Наташа не оборачиваясь прошла в спальню. Она не знала, где находится эта комната, но какая–то уверенность и неведомая сила указывали ей путь ее позора. Она вошла и не включая свет обернулась. Молодой человек, продолжал стоять возле двери.

— У тебя грустные глаза, — тихо сказала он.

Наташа подняла руки, и расстегнула единственную застежку, на которой держалось ее платье. Тонкий шелк, легким облаком опустился к ее ногам, и оставшись только в кружевном нижнем белье, девушка спросила слегка хриплым от волнения голосом:

— Тебя больше интересуют мои глаза?

— Нет, меня больше интересуешь ты.

И он увлек девушку в спальню. На этот раз прикосновения мужчины, не были настолько мерзкими, поэтому Наташа спокойно отвернувшись, позволяла любить себя, позволяла ласкать, лишь ее руки, ласково гладили партнера по спине, по лицу, шее, рукам. Он целовал ее, но девушка осторожно отворачивалась, не позволяя зайти слишком далеко.

Все закончилось утром. Наташа поднялась с постели и оделась.

— Ты уходишь? — приподнимаясь на локте спросил молодой человек.

— Мне пора, — ответила девушка.

— Мы еще увидимся?

— Как пожелаешь. Это зависит только от тебя Где искать меня, ты знаешь.

— Подари мне на прощенье поцелуй.

Наташа послала ему воздушный поцелуй и вышла. Вот и все. Прежняя Наташа, навсегда останется где–то в глубине ее памяти, на той смятой постели, всплывая лишь изредка из детских воспоминаний. На место прежней, пришла другая Наташа, новая, целеустремленная, холодная, бесчувственная.

Глава 6

После первой ночи, были и другие. Каждый раз, Наташа мило улыбалась, ни кому не позволяя играть с ней в ловца человеческих душ. Она спокойно отвечала на все вопросы. Смотрела только прямо, в глаза и на все вопросы отвечала туманно, ничего не обещая.

В конце недели, она отправила на счет отца первую сумму. Николая Ивановича, сразу перевезли за границу, и начали готовить к операции. Должно пройти время, прежде чем, доктора найдут донора, а пока несчастный, вырванный из своей родной стихии, привыкал к иностранному персоналу, и чужому языку.

В несколько этапов, в течении года, Наташа перевела за границу необходимую сумму, и назначили день операции. Она давно уже не думала, чем платить за жизнь отца, это была такая мелочь, по сравнению со страхом потерять его навсегда.

У Наташи уже появились постоянные клиенты. Один из них купил девушке квартиру в Питере, именно туда она решила переехать после возвращения отца из–за границы.

Другой подарил дорогую машину. Были и другого рода подарки, драгоценности, дорогие телефоны, даже звезда, названная ее именем.

За неделю до операции, Наташе позвонил Алекс и сообщил, что ее приглашают сопровождать одного бизнесмена в путешествии на Бали.

— На Бали? — спросила Наташа, — но ты ведь знаешь, что у папы через неделю операция…

— Я знаю, поэтому и согласился. На обратном пути, ты сможешь навестить его.

— Да! — воскликнула Наташа, не веря, что спустя столько времени, она снова сможет увидеть своего отца, снова обнять его, — но как?

— У вас будет одна пересадка, я настоял именно на нужном тебе городе, хотя он в принципе не возражал.

— Спасибо милый, я буду тебе благодарна, ты же знаешь как много это значит для меня.

— Да. Ты хорошая девчонка, и заслуживаешь немного радости. А то твои прекрасные глазки, просто не дают покоя нашим клиентам. Ты словно с ума сводишь их бесконечной грустью. Может после этой встречи они хоть немного оживут.

— Где мы встречаемся? — спокойно ответила Наташа.

— Он будет ждать тебя у трапа, с букетом роз.

— С букетом роз? — засмеялась Наташа.

— Да, он так сказал. Он вообще когда тебя увидел, долго расспрашивал. Все недоумевал, почему на тебя самая высокая цена.

— А ты?

— Я честно сказал: «Эту девушку не возможно забыть.» И он сказал, что готов заплатить любую цену, чтобы проверить это.

— Хорошо, я поняла. Завтра в семь утра у трапа.

— Документы и билет на самолет, будут у водителя. И… передавай привет отцу.

— Обязательно передам, — ответила Наташа и положила трубку.

К вечеру она полностью упаковала чемодан, и в десять часов легла спать, чтобы утром, продать свою свежую красоту.

Когда прошел сон, Наташа поняла, что именно эта ночь далась ей легко, что именно в эту ночь, она впервые вздохнула с облегчением. Осознавая то, что ее падение было не напрасным, понимание, что скоро все закончится. Ей снова снился отец. Она слышала его голос, вспоминала как он ласково называл ее … Эта была самая приятная ночь, полная доброты и нежности.

Утром, Наташа быстро собралась, и одев узкие джинсы, белый топик и туфли на высоком каблуке, накинула плечи палантин. Волосы она снова забрала в тугой хвост, а макияж для поездки выбрала легкий дневной.

Когда машина остановилась на парковке, водитель помог девушке выйти, и довезти чемодан до таможни. Они шли по огромному залу вдоль безликой толпы. Красивая девушка, с бездонными словно небо глазами, и ее верный помощник. Остановившись перед таможенным терминалом, Наташа обернулась к своему сопровождающему.

— Как мне называть его?

— Дмитрий. — ответил мужчина, и поставив чемодан зашагал прочь.

Несколько минут Наташа стояла, и молча смотрела ему вслед. За столько лет, впервые в ее жизни, это имя вновь всплыло в ее памяти. Она снова вспомнила своего попутчика. Вспомнила его небрежную щетину, веселые лучистые глаза. Вспомнила его задорный смех и низкий голос. Это воспоминание больно кольнуло ее сердце, и не желая больше предаваться ненужным иллюзиям, она покатила свой чемодан по зеленому коридору.

Ее не волновало само путешествие, ее больше волновало то, что спустя короткое время, она снова увидит папу. И эти мысли, помогут пережить эти семь дней в раю, в объятиях очередного мужчины, которой безразлично пройдет по ее судьбе, и исчезнет навсегда, возвращаясь к своим рутинным делам.

Когда закончилась вся процедура регистрации, и к стеклянным дверям подъехал большой автобус, Наташа, вместе с другими пассажирами направилась к выходу. Она не смотрела по сторонам. Ей не интересно было знать, как выглядит ее очередной клиент.

Она знала, что встретит его у трапа, этого было достаточно. Поэтому уверенно смотрела вперед. Вдруг мужчина, стоявший за ней, нечаянно толкнул девушку, Наташа слегка покачнулась, и выронила из рук, маленькую сумочку.

Она наклонилась чтобы поднять ее, и случайно заметила впереди, на несколько человек, опущенный вниз букет алых роз. Букет был так огромен, что она удивилась, как это он сразу не привлек к себе внимание. Девушка подняла голову, и попыталась рассмотреть пассажира с цветами. Но поймав себя на такой глупости, снова отвернулась и безразлично стала изучать окружающую ее обстановку. Как на зло, все что окружало ее, ускользало из сознания, а перед глазами стоял букет и лаковые ботинки его владельца.

Первая партия пассажиров уехала, и Наташа остановилась перед стеклянной дверью. Она поняла, что ее клиент уже там, ждет, с цветами, у трапа. Подъехал второй автобус, и Наташа гордо выпрямив спину, вошла внутрь. Никогда еще она так не волновалась перед встречей с клиентом, даже ее первый раз, она теперь вспоминала с грустной улыбкой.

Автобус остановился, возле шумящего самолета. Наташа вышла и посмотрела вперед. Но едва ее взгляд уловил в толпе спешащих туристов молодого мужчину, стоящего у трапа с огромным букетом роз, как сердце дрогнуло.

Это был он. Ее попутчик, частичка ее непорочного прошлого. Прошлого, которое она закрыла глубоко внутри себя, чтобы больше не возвращаться к нему. Прошлого, которое положило начало ее новой жизни, сделало девушкой по вызову, класса люкс. Почему–то именно этому случайному знакомому, которого она видела всего лишь один раз в своей жизни, она не захотела открыться, захотела остаться в его памяти той веселой девчонкой, которой он встретил ее однажды..

Первым желанием было сбежать, в надежде на то что он ее не заметил, но взяв себя в руки, Наташа подняла голову, и гордо шагнула вперед. Она решила, чтобы не случилось, но она ни за что не признается ему, что они встречались прежде. Ведь той девушки больше нет, так зачем бередить былые раны, причиняя себя эту боль.

Оставалась одна надежда, что он забыл ее

Она шла ему навстречу, грациозно, походкой хищницы. Она видела, как внимательно он изучает ее. Приблизившись, Наташа улыбнулась своей очаровательной улыбкой. Он сделал шаг вперед и протянул цветы.

— Дмитрий? — делая вид, что не узнала его, спокойно спросила Наташа.

Она окинула его взглядом, осторожно из–под опущенных ресниц, и затем снова посмотрела прямо в глаза.

— Наташа, — узнала она его голос.

— Мы можем пройти в самолет, — принимая цветы ответила девушка.

— Технически нет, — ответил Дима, — цветы придется оставить на трапе.

Наташа с жалостью посмотрела на бархатную шапку прекрасных роз и с улыбкой положила их у трапа. Они вошли внутрь, прошли в салон бизнес класса и сели на свои места. Когда последние пассажиры были рассажены, самолет взлетел.

На экране погас значок: «Пристегнуть ремни». Девушка облегченно выдохнула, но отстегиваться не стала. Дима посмотрел на свою спутницу и осторожно спросил:

— Боитесь полетов?

— Немного нервничаю когда самолет взлетает, но я в порядке, — улыбнувшись ответила Наташа.

Стюардесса принесла шампанское. Дрожащей рукой Наташа взяла бокал и сделала большой глоток. Пытаясь справится с дыханием, она приложила руку к груди и глубоко вздохнула.

— Немного волнуетесь, — заметно веселясь такому искреннему испугу девушки, повторил ее слова Дима.

— Вам смешно? — неожиданно спросила Наташа.

— Мне, ни сколечко. Просто я представил что будет с вами, если мы не дай конечно бог, попадем в зону турбулентности.

— Турбулентности? — взволнованно спросила Наташа.

— Вы что, никогда раньше не летали?

— Летала, но все было довольно спокойно, ни о какой турбулентности я никогда не слышала.

В ее взгляде было столько искреннего испуга, что на одно мгновение молодой человек замолчал, явно любуясь красотой девушки.

— Вы как–то странно смотрите на меня. — осторожно спросила она, — Почему?

— Вас удивляет, что мужчина может залюбоваться вашей красотой?

— Меня удивляете вы, своими глупыми и неуместными шутками. — неожиданно сорвалась Наташа.

Откинувшись на сидение, Дима отвернулся к окну, и сказал:

— Если мои шутки так глупы и неуместны, я обещаю, что впредь мы будем держать официальные отношения и разговаривать только по делу.

Наташа мысленно отругала себя за вспыльчивость. Она поняла, что обидела молодого человека, желавшего помочь ей справится со страхом, но извиняться не собиралась. Она давно поняла, что извинение только усугубляет чувство вины. Поэтому тоже откинулась на подушки.

— Часто ты прибегаешь к услугам подобного рода? — озвучила неожиданно возникший в голове вопрос Наташа.

— На самом деле, это была идея моего друга. Я пришел на ту встречу за компанию, но увидел твое фото и решил устроить себе каникулы.

Это было ответом на ее вопросы. Он ее не узнал. Он не воспринимает ее как девушку. Он просто купил себе дорогую игрушку, чтобы хорошо провести время на побережье. Наташа закрыла глаза и задремала.

Перелет прошел без задержек, и к вечеру, они уже были на острове. Оформив все необходимые документы, они на такси доехали до отеля.

Машина остановилась у главного входа. Наташа вышла, игнорируя помощь молодого человека и осмотрелась. Она впервые была за границей, впервые приезжала на побережье, и впервые за год смогла позволить себе посетить такое райское местечко.

Коренные жители, населяющие Бали, оказались людьми вежливыми. Милые, приветливые баллийцы, то и дело сновали мимо, предлагая помощь.

Закончив с регистрацией, Дима получил ключ от их бунгало. Увидев, что жить они будут рядом с океаном, Наташа задохнулась от восторга. Это было великолепно. Ты спокойно сидишь на террасе своего домика, а в нескольких метрах от тебя, водная стихия, безграничная, необъемная и волшебная.

Служащий отеля, уже отнес все чемоданы в номер, поэтому Наташа решила не терять времени зря, и направилась к берегу. Она зашла лишь по щиколотку, и замерла. Солнце уже садилось, медленно покачиваясь на волнах, и постепенно исчезало за горизонтом.

Дул слабый ветер, и Наташа распустила волосы. Она так хотела ощутить его прикосновение.

Дима рассчитался со служащим, и глазами отыскал свою спутницу. Она стояла в воде, спиной к нему, обняв себя руками за плечи. Казалось, что девушка даже забывает дышать. Ее волосы развивались на ветру, и это было самое прекрасное из зрелищ, которое только может себе представить мужчина: встреча двух стихий, океана и женщины. Стихий, внутренняя энергия которых, навсегда останется не познанной.

Он тихо подошел и остановился за спиной у девушки. Наташа почувствовала его присутствие. Она словно знала, что именно в эту минуту, он придет.

— Там, где солнце засыпает, — тихо прошептала она, — я нашла это место.

— Я знал, что тебе понравится, — лукаво ответил Дима.

— Если прислушаться, — продолжала девушка, — то можно услышать, как волны поют колыбельную…

— Можно я задам тебе три вопроса? — спросил Дима.

Наташа вздрогнула. Она поняла — он узнал ее, и теперь решил затеять свою игру. Опасную, жестокую, игру с ее разоблачением.

— Ты задаешь свои вопросы каждой девушке? — тихо спросила Наташа.

— Нет, только особенным.

— Тогда задавай, — снова отвернувшись в сторону заката ответила девушка.

— Юбка или брюки?

— Юбка.

— Мини или маски?

— Мини.

Наташа отвечала так спокойно, что Дима замолчал, он положил руку ей на плечо. Не оборачиваясь, девушка сказала:

— Продолжай.

— Черное или белое?

— Черное. — ответила Наташа и повернувшись к нему лицом, посмотрела прямо в глаза.

На мгновение, он смог разглядеть теплоту ее взгляда, нежность и трепетность ее души, и понял, как сильно ее ранит эта жизнь.

— А тебе не кажется, — тихо просил Дима, — что в жизни должен быть выбор? Посмотри уходящее солнце — красное, спокойная вода — синяя, цветущие деревья — зеленые, и в мире еще много волшебных оттенков.

— Иногда выбор может оказаться ограниченным, либо да либо нет.

На глазах девушки блеснули слезы, но она умело сдержала их.

— Ты жалеешь о своем выборе? — с надеждой в голосе, шепотом, спросил Дима.

— Нет. — прямо ответила Наташа, и снова отвернулась, провожая взглядом уходящее солнце, — я сама выбрала эту жизнь. Это мой путь, и я не вправе жаловаться и пенять на судьбу. Каждый день, из моего прошлого я готова прожить заново.

— Однажды я встретил девушку, с глазами полными нежности и больших надежд на будущее. Она тронула мое сердце, но сейчас ты покорила мою душу. Почему ты тогда сбежала, я ведь мог спасти тебя. — прошептал Дима.

— Меня никто не мог спасти. И теперь слишком поздно, думать о том, чего никогда не могло быть. — она убрала его руку, — Пойдем, солнце село и мне холодно.

Наташа повернулась и пошла в сторону бунгало. Она лишь один раз обернулась, но убедившись что Дима не идет следом, вошла внутрь и закрыла дверь.

Дима понял, что она навсегда закрыла свое сердце. Больше никогда улыбка не озарит ее прекрасное лицо. Больше никогда ее мелодичный смех не станет прежним. Она стала куклой, марионеткой, в чьих–то ловких и беспощадных руках. В его сердце проснулась ярость и он бросился следом за девушкой.

Она уже переоделась ко сну, когда в комнату, тяжело дыша влетел разъяренный Дима и громко крикнул:

— Кто он?

— Кто? — удивленно спросила Наташа.

— Тот кто сделал это с тобой!

— Это уже не важно, то что было навсегда ушло, к сожалению мы не можем изменить прошлого, главное в жизни, научится жить настоящим.

— А в чем твое настоящее? В этом? — Дима достал из кармана кошелек и бросил на постель пачку денег. — Это тебе нужно?

— Нет. — бросив безразличный взгляд на деньги, спокойно ответила Наташа.

— А что?

— Ты не поймешь, это не игра, это жизнь. Глупо жалеть проститутку, за то что она продается.

— Ты поэтому такая дорогая? Потому, что говорить умеешь красиво? Тебя слушаешь и понимаешь свое ничтожество перед твоим совершенством. Ты даже такая, стоишь на голову выше всех!

— Ты все сказал, — спокойно спросила Наташа.

— Ты вообще, хоть что–нибудь чувствуешь?

Дима подскочил к девушке. Он запустил руку в ее распущенные волосы и осторожно опустил на постель.

— Ты это чувствуешь?

Наташа молчала, глядя ему в глаза. Ни один мускул не дрогнул на ее прекрасном, мраморном лице. Решив идти до конца, Дима нежно дотронулся губами до ее шеи. Он почувствовал, как она вздрогнула, и хриплым голосом спросил:

— А это чувствуешь?

Но девушка продолжала хранить молчание.

— Отпусти меня, — справившись с волнением, спокойным тоном сказала Наташа.

— Я не могу, — зашептал молодой человек ей в шею, — я болен тобой. Каждую ночь ты приходила ко мне во сне. Я думал, что если привезу тебя сюда, такую, то смогу излечиться, смогу забыть, но все стало еще хуже. Я не могу отпустить тебя, не могу спокойно стоять и смотреть как ты губишь свою жизнь, позволь мне спасти тебя.

И он почувствовал это. Он почувствовал ее слезы, которые обожгли его виски, почувствовал ее нежное прикосновение. Почувствовал, что она расслабилась в его объятиях.

— Что ты чувствуешь, — с последней надеждой спросил он.

И ледяное сердце оттаяло, вместо молчания, девушка прикоснулась губами к мочке его уха и тихо прошептала:

— Тебя.

— Я люблю тебя, люблю, — шептал Дима, осыпая поцелуями ее лицо.

Глава 7

Жизнь на острове оказалась довольно увлекательной. Еще долго, Наташа будет вспоминать их поездку в… Как она смеялась, когда обезьяны напали на ошарашенного такой наглостью Диму, отобрали фотоаппарат и вытащили из кармана мелочь. Заметив как девушка заливается искренним смехом, Дима подыгрывая приматам, начал бегать за ними, в надеже получить свое имущество назад. Но когда одна из обезьян подбежала к девушке, и неожиданно запрыгнула на руки, Наташа завизжала сквозь смех, и крикнула:

— Иди к нему. С ним веселее!

Но упрямая зараза, не желала слушать, она запустила лапу в волосы свей жертвы, и принялась издавая ужасные звуки, копошиться длинными когтями, в Наташиных волосах.

— Дима! Убери ее! — завизжала еще громче Наташа, не переставая смеяться.

И в тот же момент, ее отважный рыцарь, в окружении своих верных вассалов, бросился на помощь несчастной. После утомительной борьбы с таким варварским отношением коренных жителей острова, молодые люди не переставая веселиться, спаслись бегством.

Оказавшись вдалеке от этого места, Дима посмотрел на девушку, и увидев гнездо, которое ловкие пальцы обезьяны соорудили в шелковых волосах его спутницы, нервно хихикнул.

Наташа посмотрела на него, и удивленно спросила:

— Что?

— Твои волосы, в них еда. — стараясь сдерживать смех, ответил Дима.

Девушка подняла руку, и осторожно, с выражением брезгливости на лице, запустила в волосы пальцы. Когда она извлекла оттуда то, что было так старательно спрятано, Дима не удержался и громко засмеялся. Наташа замерла, держа в руке огрызок банана, и посмотрела на молодого человека. Он так веселился, что выбросив из головы, свою идею обидеться, Наташа отбросила обезьянью заначку в сторону и тоже засмеялась.

Долгими часами они гуляли по городу, катались на бено, это маленькие машинки, шныряющие по узким улицам, бывшего рыбацкого городка. Вечерами, они держась за руки, провожали солнце за горизонт. Наташа пыталась запомнить каждую мелочь, каждую детать окружающую ее, чтобы позже иметь возможность, мысленно возвращаться в это волшебное место.

Ночи они проводили в номере. Никогда еще так трепетно и нежно, Наташа не относилась к мужчине. Она дышала его дыханием, жила его мыслями и чувствами, и в какой–то момент, прошлая жизнь ушла из ее памяти. Она словно впервые открыла глаза и посмотрела на мир глазами, полными любви. Это было новое и странное чувство, расставаться с которым, она не хотела.

Но неделя пролетела незаметно, словно эпизод из кинофильма, и настал день возвращения. Накануне вечером, Наташа дождалась пока Дима уснет. Она лежала рядом и пыталась впитать в себя каждую черточку любимого лица. Его нос, с милой горбинкой, его круглые скулы, и непослушную челку, которая после сна всегда торчала в разные стороны, чем жутко раздражала Диму. Пролежав всю ночь рядом с ним, Наташа решила в последний раз пойти и встретить свое солнце. Дима даже не почувствовала, что постель опустела.

Наташа стояла на берегу. Она уже знала, что завтра они расстанутся навсегда. Девушка не знала о планах любимого, но она уже продумала свой побег. Не будет объяснений, ненужных разговоров, она просто исчезнет из его жизни, и он забудет ее. Что будет дальше с ней, Наташа думать не хотела.

Когда солнце оторвалось от тонкой грани горизонта, Наташа вернулась в бунгало, чтобы встретить последнее утро в объятиях любимого.

В самолете, во время взлета, Дима взял девушку за руку. И Наташа почувствовала, что ушел куда–то страх и сердце уже не колотиться так быстро. А все происходящее, уже не так важно, когда твою руку сжимают его крепкие пальцы.

Самолет приземлился в городе, где по расписанию была запланирована пересадка, и едва шасси коснулись посадочной полосы, Наташа словно очнулась ото сна.

Позже они стояли в огромном зале и Дима нежно прижимал девушку к себе. Наташа понимала, что пора идти, но не могла заставить себя разомкнуть руки. Она так и не набралась храбрости, чтобы признаться ему, что через несколько минут, снова исчезнет из его жизни, и их новая встреча, станет невозможной.

Объявили посадку на рейс, и в последний раз, мысленно прощаясь с любимым, Наташа поцеловала его. Нежно, трепетно, вложив в этот поцелуй всю благодарность за подаренное волшебство.

— Мне нужно отлучиться, — отстранившись от молодого человека, с легкой улыбкой на губах, сказала Наташа.

— Я провожу тебя…

— Не надо, я быстро.

— Я буду ждать тебя здесь, — дотронувшись до ее щеки, сказал Дима.

Она последний раз провела рукой по его щеке, и закинув на плечо сумку, зашагала прочь. Она шла, не оборачиваясь, а сердце разрывалось от боли. Собрав всю волю в кулак, она шла вперед, навсегда прощаясь с мужчиной, пробудившим ее кошмара. Она знала, что оставила с ним частичку своего сердца, но большего дать не могла.

Незаметно выскочив на улицу, Наташа поймала такси и назвала адрес клиники. Отъезжая, она обернулась в последний раз и закрыв лицо руками заплакала.

В больнице, самой лучшей в этой стране, Наташа быстро нашла нужную палату. Она вошла, и снова не сдержалась от слез. Ее отцу, несколько дней назад сделали операцию, но несмотря на плохое самочувствие, он сделал неловкую попытку подняться, когда увидел в дверях свою девочку.

— Папочка, — тихо сказала Наташа.

Она была так растеряна и напугано, что Виктор Иванович сразу почувствовал состояние дочери. Он протянул руку.

— Со мной все в порядке, — пытаясь успокоить Наташу, сказал он.

Наташа подошла к нему. И опустилась на стул, стоящий возле кровати. Она взяла его руку и прижимая к губам поцеловала.

— Я так боялась, что не увижу тебя снова, — со слезами прошептала Наташа.

— Какой ты стала красавицей, — с гордостью в голосе сказал Виктор Иванович.

В уголках морщинистых глаз, заблестели слезы. И долго еще они сидели, не в силах налюбоваться друг на друга.

Старик рассказывал, как сильно тосковал по дому, в этом замечательном месте. Наташа рассказывала, как тяжело ей было привыкнуть к Московской жизни, и что она купила им двоим квартиру в Питере, куда они переедут, после полного выздоровления Петрова.

Один лишь вопрос, казалось бы простой, но сказанный с искренней болью в голосе, заставил Наташу встрепенуться.

— А мама не говорила, когда ей нужно вернуть деньги, — осторожно спросил Николай Иванович, — ведь сумма большая, я же не совсем дурак, понимаю, что такие деньжища…

— Пап, все нормально, деньги возвращать не придется. Это компенсация за то, что она ушла от тебя и не смотря на годы, так и не перестала любить. — ответила Наташа.

Несколько дней Наташа провела в клинике, а когда врачи сообщили, что опасность отторжения органа больше не угрожает здоровью пациента и скоро его можно будет забрать домой, она решила что пора ехать в Питер. Они начнут новую жизнь, в другом городе. Жизнь, где даже черные тучи не смогут омрачить безоблачного неба в их сердцах.

Первым делом, Наташа позвонила Алексу. Он внимательно выслушал о ее решении, и ответил:

— Я знал, что ты остановишься вовремя. Эта жизнь не для тебя. Мне конечно жаль терять такую девушку как ты, но ничто в этом мире не вечно, а ты заслуживаешь счастья.

— Я хотела тебя попросить. — сказала Наташа.

— Давай.

— Я уезжаю жить в Питер, и не хотела бы, чтобы кто–то узнал об этом.

— О чем речь, ты же знаешь, Алекс — могила тайн.

Наташа засмеялась.

— Я иногда думаю, — с дрожью в голосе призналась Наташа, — что было бы с папой, если бы я не встретила вас. Как сложилась бы моя жизнь. Нет в мире слов, чтобы отблагодарить тебя и Диану, за все, что вы сделали для меня.

— Не благодари за это, просто постарайся забыть. Я в мире не видел человека, который окунувшись в грязь, мог бы выйти чистым и светлым, а ты смогла. У тебя все будет хорошо. — Наташа услышала в голосе Алекса заботу, и еще раз поблагодарив положила трубку.

Все закончилось. Ее прошлое, ее настоящее, впереди теперь только будущее, которая она проведет в заботе о любимом отце.

Глава 8

Прилетев в Питер, Наташа первым делом осмотрела достопримечательности. Она долго бродила по Петродворцу, не жалея ног гуляла по Невскому, посетила Михайловский театр. Затем занялась поисками работы. Ее взяли переводчиком в иностранную компанию, лишь на основе собеседования. И девушка поняла, что черная полоса закончилась и теперь все будет так как должно быть.

Ее новая квартира располагалась в многоэтажном доме, на берегу Финского залива. В тихом пригороде Санкт — Петербурга. Но сколько девушка не смотрела за горизонт, она видела лишь крыши домов, и противоположный берег.

В одних из выходных дней, Наташа с твердой уверенностью, найти свое место, отправилась на машине, на север, по дороге бегущей вдоль берега. Она ехала так долго, что казалось солнце, в любой момент может сесть, и она никогда больше не найдет его.

И вдруг сердце дрогнуло. Она увидела — горизонт, где медленно качаясь на волнах, пряталось солнце. Она остановила машину, и выбежала. Длинная белая юбка, развевалась на ветру. На ходу скидывая туфли, и распуская волосы, Наташа подбежала к воде. Она остановилась, и закрыв глаза вздохнула полной грудью.

— Это место, скоро станет нашим местом. — сказал знакомый мужской голос.

Наташа вздрогнула, и обернулась, от чего ее волосы взволнованно взметнулись, и рассыпались по плечам.

Увидев его, девушка шумно выдохнула и замерла.

— Я всегда знаю, где тебя можно найти. — улыбаясь сказал Дима. — Привет.

— Привет, — ответила Наташа.

— У тебя красивая машина.

— Спасибо.

Они стояли друг напротив друга.

— Глупо убегать от человека, который не хочет тебя терять.

— Я не убегала, — солгала Наташа, — у меня были дела.

— В клинике.

— Откуда ты знаешь? — явно удивилась такой проницательности девушка.

— Я в тот день, там в аэропорту, в твоих глазах прочитал, что ты сбежать хочешь. Мне кажется, я достаточно хорошо изучил тебя, что бы суметь распознать грусть в твоих прекрасных глазах. Я следил за тобой.

— Следил? — воскликнула Наташа.

Она была так сильно взволнована встречей со своим отцом, что даже ни на секунду не задумалась о чем–то другом.

— До этого самого момента, я следил за каждым твоим шагом. Когда ты шла по Невскому, я шел позади. Когда ты слушала оперу и плакала, я сидел через ряд, и еле сдерживался от желания протянуть тебе платок. Когда ты позировала на фоне памятников Петродворца, я смотрел со стороны и любовался твоей красотой. Все это время, я просто хотел понять, пытаешься ли ты убежать от меня, или от самой себя. Но когда ты выбежала, из машины, чтобы проводить, свое засыпающее солнце, я все понял. Твои поступки, говорят красноречивее твоих слов.

Она внимательно выслушала его речь, и когда Дима замолчал, с надеждой посмотрев на девушку, набралась смелости и спросила:

— А что будет дальше?

— Дальше, безоблачное счастье вместе. Любовь, которую мы подарим друг другу. В скором времени, я надеюсь, семья и дети. Я хочу дочку, с твоими прекрасными глазами. — весело ответил Дима.

Было в его словах столько запретной правды, что Наташа не задержав слезы, отвернулась, пытаясь спрятаться от его нежности и заботы.

Дима подошел и остановился рядом.

— Чего ты боишься? — спросил он.

— Правды, — тихо ответила Наташа.

— Правда заключается в том, что я люблю тебя. Полюбил в тот самый день, когда увидел впервые. И я хочу, вернуть твоим глазам прежний блеск. Хочу сделать счастливой. Ты заслуживаешь этого.

Услышав эти слова, Наташа одела очки, и приподняв юбку развернулась, намереваясь уйти. Но Дима поймал ее руку, и продолжая смотреть вперед, туда где солнце качаясь на волнах, опускалось в свою колыбель, тихо сказал:

— Нам жизнь одна дана, не играй с ней в эти игры.

Не оборачиваясь, Наташа осторожно высвободила свою руку, и ответила:

— Я давно проиграла свою игру…

Она услышала, как он глубоко вздохнул, и почувствовала на своих щеках слезы. Зачем верить в чудо сегодня, если все это закончится завтра, зачем открывать свое сердце, если его растопчут, и оставят еще более глубокие раны в душе. Раны, которые никогда уже не заживут, отдаваясь резкой болью.

С гордо поднятой головой, смело гладя в глаза своему будущему, Наташа босиком пошла по желтому песку, в сторону дороги, к припаркованной машине. Вдруг за спиной, она услышала его голос:

— Позволь мне любить тебя! — крикнул Дима.

Наташа ускорила шаг, пытаясь сбежать от этого человека, она не хотела ложиться черным пятном на его жизнь, не хотела марать своей грязью его чистое сердце. Но вместо того, чтобы последовать ее примеру, и бежать как можно дальше, Дима сорвался с места и бросился за ней. Он догнал ее возле машины. И положив руки на плечи, уткнулся головой ей в затылок. Наташа остановилась, чувствуя как крупные капли слез, потекли по щекам, оставляя соленые дорожки.

— Позволь мне любить тебя, — прошептал Дима, — позволь доказать, что любовь есть на свете. Настоящая, чистая, безграничная. Этот мир обидел тебя, но я смогу залечить твои раны.

Его слова ранили ее больнее, чем долгие часы кошмара, который она переживала на протяжении года. И который не скоро сможет забыть.

Наташа обернулась и посмотрела ему в глаза. Столько уверенности было в его словах, сколько нежности и любви, что не выдержав девушка зашептала:

— Так не бывает… пойми… так не бывает…

— Бывает, я докажу тебе. Мы начнем жизнь с чистого листа, я покажу тебе как прекрасен мир, когда в твоем сердце живет любовь. Я окружу тебя заботой. Ты станешь самой счастливой женщиной на свете. Только скажи мне да. Я с целым миром готов бороться, за одну твою улыбку, за возможность просыпаться с тобой рядом. За счастье, провожать с тобой уходящее солнце. Жизнь подарила мне тебя. И своей любовью, я докажу, что достоин этого подарка.

— Ты не понимаешь, я давно продала свое право на счастье, — ответила Наташа.

— Значит, я назначаю за него, самую высокую цену, свою жизнь. Ведь без тебя она станет пустой. Просто поверь мне, я хочу одного — чтобы ты всегда была рядом.

Наташа закрыла лицо руками и заплакала. Мужчина, пробудивший в ней жизнь, вернувший веру, сейчас говорил самые лучшие слова, которые она только слышала. Они стали самым лучшим лекарством, для ран ее истерзанного сердца.

Не в силах больше противиться своим чувствам, Наташа обернулась и прижалась к нему, уткнувшись лицом в его рубашку. Она плакала навзрыд, но теперь это были другие слезы, слезы радости. Она не знала что будет завтра, не знала как обернется ее дальнейшая жизнь, но отдаваясь сегодня, во власть своего сердца, она прошептала любимому: «Да…»

.

Загрузка...