Тайна отеля "Керианна"

Глава 1

Я успела сделать вдох прежде, чем погрузиться под воду. Хорошо, что в это время года она не была холодной, иначе бы холод сковал движения рук и ног, не давая мне возможности выбраться… Однако существовала другая проблема, с которой я не могла справиться: вес мокрого длинного платья тянул меня ко дну, невзирая на моё отчаянное сопротивление.

Кто-то столкнул меня с моста, его ограждения оказались подпиленными! Это не была случайность. Но я слишком поздно осознала ту опасность, что нависла надо мной. Кто-то снова и снова пытался убить меня. Точнее, не меня, а девушку, в тело которой я попала. Вот только убийца не подозревал, что самое первое его покушение увенчалось успехом: Керианна умерла. Её тело заняла я – Кьяра. И теперь в опасности была моя жизнь.

Воздух заканчивался, я всё глубже опускалась под воду… Не верилось, что моя жизнь оборвётся так глупо. Стоило быть осторожнее: меня ведь предупреждали! И словно флешбэки, в моей голове начали всплывать воспоминания о событиях последних трёх дней – ровно столько я провела в этом мире, прежде чем погибнуть…

Я шумно вдохнула, и грудную клетку пронзила резкая боль. Я скривилась, стараясь не дышать или дышать не так глубоко. Через пару минут дыхание перестало быть болезненным, и я наконец решилась открыть глаза. В помещении царил приятный полумрак, по потолку гуляли тени, как от мелких всполохов огня… Я повернула голову чуть вбок и отметила, что белый цвет потолка сильно контрастировал с тёмно-коричневыми стенами, украшенными подсвечниками с зажжёнными свечами.

«Свечи?» – удивилась я и медленно повернула голову в другую сторону. Мужской силуэт, сидящий на моей постели, испугал меня, и я вздрогнула – резкая боль пронзила теперь уже всё тело, вынуждая меня застыть и не шевелиться.

– Тише, Керианна. Это я, Орфей. Не бойся! – сказал мелодичный мужской голос, звучавший необычайно мягко.

– Кери-анна? – повторила я практически по слогам, аккуратно приподнимаясь в постели, чтобы избежать дополнительной боли.

– Ты жива, дорогая! – не дав опомниться, парень притянул меня к себе и заключил в объятия.

– Мне больно! – воскликнула я, пытаясь отпихнуть его, но руки плохо слушались. К счастью, он отпустил меня сам.

– Прости! – поспешил извиниться этот странный парень. – Прежде я не практиковал магию воскрешения. Вероятно, жизненная энергия, вновь наполнившая твоё тело, причиняет ему боль. Но это скоро пройдёт.

Почему-то сейчас до меня плохо доходил смысл слов. Вроде они звучали на английском, но вместе образовывали какую-то бессмыслицу. Размышляя над услышанным, из-под тяжёлых век я всмотрелась во внешность незнакомца. Его пепельные волосы длиной до плеч были зачёсаны назад. Лицо обладало правильными чертами, но красоту портила чрезмерная бледность, так что в отблеске свечей он казался призраком! На мгновение я подумала, что передо мной и правда призрак. Но разве призраки могут обнимать?

– О чём ты говоришь? – спросила я, прикладывая руку к голове. В ней не было ясности, я ощущала какой-то туман, мешающий нормально мыслить и оценивать обстановку.

– Керианна, ты узнаёшь меня? – парень обеспокоенно задал свой вопрос, не ответив на мой, и за подбородок чуть приподнял моё лицо, заставляя смотреть ему в глаза.

В его взгляде я увидела надежду! Парень боялся моргнуть лишний раз, чтобы ненароком не пропустить ни одной моей эмоции. Тонкие и бледные губы блондина подрагивали, как будто он собирался ещё что-то сказать, но не решался…

– Почему ты называешь меня Керианной? – не понимала я.

Он убрал руку с моего лица и медленно выдохнул, опуская глаза. Я с интересом наблюдала за ним. Мысли по-прежнему ощущались ватными, словно с похмелья, поэтому мне необходимо было получить объяснение со стороны: самой оценивать ситуацию было крайне сложно.

Наконец он снова взглянул на меня. Он смотрел пристально и долго, словно пытался уловить что-то в моём лице – возможно, какую-то эмоцию. И, не найдя её, поинтересовался:

– Что последнее ты помнишь?

Этот вопрос подействовал на меня отрезвляюще! Я начала судорожно соображать, копаться в памяти, вычленяя из неё самое последнее воспоминание. Оно норовило ускользнуть от меня, а я отчаянно за него хваталась. Вот, ещё чуть-чуть… Да, поймала!

– Я шла на ярмарку, – выдохнула я и улыбнулась оттого, что мне удалось вспомнить. Насколько мне тяжело это далось, можно было судить по частому дыханию – будто я пробежала если не марафон, то спринт уж точно. – В городе проходила ярмарка! – продолжила я бодрее. – Люди веселились, а потом… – следующий образ в памяти заставил меня ненадолго замолчать, тело сжалось от страха. Далее я говорила срывающимся голосом: – Крики… Паника… Стрельба… Меня ранили! – воскликнула я, окончательно вспомнив. – В живот, – я инстинктивно приложила ладонь к тому месту, куда попала пуля, но боли не ощутила. Тогда с удивлением я опустила глаза и обнаружила, что была одета в белую сорочку с длинными рукавами, заканчивающимися кружевными манжетами. Раньше я ничего подобного не носила. Эта одежда выглядела несколько старомодно.

Убрав ладонь с живота, я убедилась, что сорочка не испачкана кровью, и лишь сильнее растерялась.

«Меня могли переодеть после остановки кровотечения, – мысленно предположила я. – Но тогда я бы всё равно чувствовала боль или дискомфорт в области живота», – я потёрла место ранения, но никаких неприятных ощущений не возникло. И я засомневалась, а точно ли в меня стреляли? Ведь если нет, выходило, что воспоминание, которое я с усилием доставала из своей головы, не имело отношения к реальности…

Глава 2

Я пролежала в кровати примерно час, раздумывая над ситуацией и своим состоянием.

«Как я сюда попала? Кто эти люди? Что здесь происходит? Почему я так плохо себя чувствую? Откуда такая скованность в теле?» – эти и другие вопросы одолевали меня, но ответов на них не было.

Спать не хотелось, несмотря на то что за окном была глубокая ночь. Вероятно, из-за того, что я недавно «проснулась», мозг ощущал себя вполне отдохнувшим. А может, так повлиял стресс? Всё-таки не каждый день меня похищали конкуренты или тайные поклонники. В любом случае сна не было ни в одном глазу. А вскоре я начала замечать, что и скованность покидает тело. Я пошевелила руками и ногами, сделала несколько сгибательных движений, затем приподнялась, чтобы размять корпус, – и вот я уже чувствовала себя хорошо как никогда!

Обрадовавшись, что смогла решить хотя бы одну проблему, я вылезла из постели, чтобы осмотреться. Ноги коснулись мягкого ковра. Первый раз из-за онемения я не обратила внимания на покрытие пола, но сейчас мне снова стала доступна вся гамма ощущений. Я опустила взгляд и заметила, что ковёр прямоугольной формы занимал практически всю площадь пола, лишь немного не доходя до стен.

«Отлично! Смогу передвигаться бесшумно, чтобы ненароком эта сумасшедшая семейка не вернулась проведать моё состояние, – при мысли об Орфее с Эльвирой я непроизвольно вздрогнула. – Необходимо всё тщательно осмотреть. Возможно, я найду какую-то зацепку».

На прикроватной тумбочке я обнаружила небольшой подсвечник с незажжённой свечой. Взяв его, я подошла к стене и зажгла от уже горящей свечи.

«Как странно! Я нахожусь здесь не менее часа, а свечи выглядят новыми… Воск не капает, и они не уменьшаются, – отметила я, рассматривая со всех сторон свечи на стене. – Может, это ненастоящий огонь? Хотя как бы тогда он зажёг мою свечу?» – я с сомнением посмотрела на подсвечник, что держала в руках, затем опять на свечи на стене и поднесла палец к огню. Маленький язычок пламени тут же обжёг кожу, и я отдёрнула руку, шёпотом произнося:

– Ай.

Убедившись, что огонь настоящий, и не найдя объяснения нетающим свечам, я принялась осматривать стены на предмет выключателей и розеток.

«Неужто тут нет электричества? – озадачилась я, не обнаружив такой привычный мне предмет цивилизации. – Или это очередная фишка отеля? Может, отель является главной достопримечательностью города не только из-за картин, но ещё и потому, что тут гости могут примерить на себя быт жителей викторианской эпохи?»

Я пробежалась глазами по красивой мебели светло-коричневых оттенков, которой была обставлена комната. Моё внимание сразу привлёк шкаф. Невысокий четырёхдверный шкаф на изогнутых ножках, чуть возвышающих его над полом, имел слегка волнообразный карниз, отлично вписывающийся в викторианский стиль. Подойдя к шкафу, я бесцеремонно распахнула его и внезапно увидела своё отражение в зеркале, расположенном на внутренней стороне фасада. На меня смотрела молодая смуглая девушка. Высокие скулы придавали выразительности её лицу, обрамлённому длинными прядями волос золотисто-каштанового цвета. А в медово-карих очах, взирающих на меня, отражался янтарный свет свечей.

Я одобрительно хмыкнула, отметив, что при таком освещении выгляжу словно отлитой из золота, и прошептала:

– И почему они зовут меня Керианной? Неужели есть девушка, настолько похожая на меня, что они не замечают разницы? Особенно Орфей, ведь его с Керианной связывали очень близкие отношения… Нет, это всё бред, – отмахнулась я и принялась осматривать гардероб.

Здесь были в основном длинные платья в пол, по моде очень напоминающие позднюю викторианскую эпоху. Юбки на узкую талию и без каркаса, тугие корсеты, рукава, широкие сверху и суженные от локтя до запястья, – одежда напоминала музейный экспонат, только выглядела новой. А вот современной одежды не было вовсе. Тогда я распахнула другой отдел шкафа и обнаружила там мужскую одежду, такую же старомодную: сюртуки, фраки и белые рубашки.

«Орфея, – рассудила я. – Если это комната Орфея и Керианны, значит, и одежда тоже их. Хорошо подготовились! – поражалась я достоверности розыгрыша. – Хотя если бы не женская одежда викторианской эпохи, я бы решила, что тут живёт дирижёр», – усмехнулась я парадности мужской одежды и захлопнула шкаф.

Затем я подошла к окну у стены напротив. Осторожно отодвинув штору, я выглянула на улицу. Внизу раскинулся цветочный сад, и по расстоянию до кустарников я прикинула, что нахожусь на втором этаже. Сад был огорожен кованым забором с огромными воротами, в данный момент закрытыми. От них до особняка тянулась неширокая мощёная дорожка, делящая сад на две части. По обеим сторонам от неё возвышались фонари, похожие на электрические. Сейчас они были зажжены, и свет от них, падая на ближайшие кусты роз, придавал бутонам красивое сияние.

«Выходит, электричество тут всё же есть, – вздохнула я с облегчением, найдя подтверждение версии со старомодным отелем. И даже одобрительно закивала такой идее. – Нью-Плейс… Не слышала раньше о таком городке. Да и о подобном отеле тоже. Хотя я уже давно в гостиничном бизнесе… Наверное, какой-нибудь частный отель в небольшом графстве. Надо больше о нём разузнать!»

Внезапно я услышала какой-то грохот, доносящийся с улицы. Шум неотвратимо приближался, и через минуту мимо ворот проехала карета, запряжённая лошадьми. Я так и остолбенела. Мой мир словно рухнул!

– Бред, – выдохнула я. – Я не могла попасть в девятнадцатый век. Не могла же?

Глава 3

В освещаемом коридоре портреты уже не казались такими жуткими, однако от них по-прежнему веяло загробным холодом. Я поёжилась, и этот жест не остался незамеченным Орфеем, несмотря на то что он шёл впереди.

– Замёрзла? – заботливо поинтересовался он, развернувшись ко мне.

Однако не успела я ответить, как он забрал подсвечник из моих рук и вместо него в руках мага появилась шаль. Он накинул её мне на плечи, а я не сопротивлялась, потому что была поражена таким фокусам и стояла как вкопанная.

«Сон, сон, это всего лишь сон», – мысленно повторяла я, как мантру, пытаясь убедить себя в том, в чём очень сильно сомневалась.

– Идём! – сказал Орфей, но я не двинулась с места. Тогда он взял меня за руку, выводя из состояния оцепенения, и повторил: – Идём, Кери!

Инстинктивно я отдёрнула руку и, встретившись с его разочарованным взглядом, натянуто улыбнулась. Вся эта обстановка пугала, а потому любые прикосновения вызывали если не ужас, то как минимум неприязнь. Но объяснять своё состояние, а уж тем более доверять малознакомому парню я не собиралась. К счастью, объяснений он не потребовал, а просто молча пошёл дальше. У меня не было выбора, кроме как последовать за ним. Всё-таки находиться между портретами было жутко, а возвращаться в комнату не хотелось.

– Это портреты наших постояльцев, – сообщил Орфей, чуть повернув голову в мою сторону. – Ты помнишь, Кери? Это была твоя идея!

– Моя? Какая именно? – уточнила я.

– Сделать наш отель уникальным именно таким способом.

Я ещё раз взглянула на портреты и спросила:

– А почему они все грустны?

Но этот мой вопрос он проигнорировал, и дальше мы шли молча. У лестницы, ведущей вниз, он вновь взмахнул рукой и зажёг подсвечники на боковой стене, тоже сплошь увешанной портретами. Спустившись, он повторил свой жест, наполняя магией огня и первый этаж. Я уже перестала удивляться: чего не увидишь во сне? А пока я не получила подтверждений обратному, отбрасывать единственно логичную теорию с медикаментозным сном не спешила.

Нижний холл выглядел как лобби отеля: по центру стояли диванчики вокруг низких столиков, периметр украшали комнатные растения, а у левой стены располагалось что-то похожее на стойку регистрации. С правой стороны, напротив стойки, был широкий проём, ведущий в зал, заставленный небольшими квадратными столиками, окружёнными резными деревянными стульями. Туда и направился Орфей.

– Это обеденная зала для гостей, – пояснил он. – А чуть подальше, – он кивнул на небольшую дверь в стене напротив, – обеденный зал для нас.

Естественно, он повёл меня именно туда. Когда мы вошли в «обеденный зал для нас», как выразился Орфей, я вздохнула свободно оттого, что на стенах не висели портреты. Зал освещался лишь лунным светом, падающим через окно, обращённое в сад, но такого света вполне хватило, чтобы убедиться в отсутствии картин. Похоже, этот зал и та комната, в которой я очнулась, были единственными помещениями без портретов. Ну ещё лобби. Но всё же там висело несколько картин, пусть и не так много, как в коридоре, у лестницы и в общей обеденной зале. Не знаю, кому могло понравиться обедать под пристальным взглядом нарисованных людей. Без всех этих печальных лиц, безмолвно взирающих на тебя, атмосфера ощущалась гораздо уютнее.

Возле окна стоял небольшой круглый столик с двумя длинными свечами на нём – видимо, «для нас», потому что других столов я здесь не наблюдала. Лунный свет, струящийся через окно, будто намеренно подсвечивал столик, побуждая присесть за него и насладиться вкусным ужином в романтической обстановке. Было и так красиво, а потом две длинных белых свечи разом вспыхнули! Я поняла, что это снова Орфей, и посмотрела на него, но тут же в изумлении перевела взор на украшение зала. На стенах горели подсвечники: по одному на каждой стене. И тёплый свет от свечей озарял просторную комнату, украшенную цветами. Я готова была поклясться, что стены пустовали пару минут назад! Но сейчас превосходные букеты стояли в огромных вазах прямо на полу возле стен, и цветочные лианы обвивали каждый угол, устремляясь к потолку, чтобы украсить собой весь периметр комнаты.

Свет от свечей выделил не только цветы. В этом зале, у дальней стены, стоял ещё массивный рояль, а потому я догадалась, что так много пустого пространства предназначалось для танцев.

«Одинокий маленький столик с длинными свечами, цветы, танцы – похоже, тут не просто обеденный зал, а зал для свиданий! – свела я всё воедино. – Орфей мне свидание решил устроить? Не дождётся!»

– Садись, Кери! – произнёс он, отодвигая для меня стул у стола.

– Зачем? – я подозрительно прищурилась.

– Просто ты так мало поела, – ответил Орфей. – Возможно, теперь мне удастся уговорить тебя съесть больше?

– Я не голодна, – качнула я головой. – К тому же на столе нет еды.

– Это легко исправить…

– Не нужно! – оборвала я его.

– Хм, – нахмурился он, задвигая обратно стул. – Тогда потанцуем? – он взмахнул рукой – и зазвучала красивая мелодия, наигрываемая роялем сама по себе. Клавиши двигались, словно управляемые талантливым музыкантом, но никакого музыканта не было.

Очередное проявление магии заставило меня вновь удивиться. Я ошарашенно взирала на рояль, выдающий мелодию вальса, и успела выговорить лишь:

Глава 4

Забравшись в кровать, я быстро уснула, надеясь на то, что проснусь в привычном мне мире, где нет ни Орфея, ни сумасшедшей Эльвиры, а отель, где я работаю, не такой жуткий и мрачный.

Меня разбудил стук в дверь и последовавший за ним противный женский голос:

– Керианна, пора завтракать!

Я с ужасом распахнула глаза, отчего свет, резко попавший на сетчатку, вызвал боль и заставил меня вновь зажмуриться. Быстро проморгавшись, я приподнялась в постели и оглядела комнату: та же комната в викторианском стиле, только ярче освещённая лучами утреннего солнца, пробивающимися сквозь плохо задвинутую штору.

– Чёрт, чёрт, чёрт, – прошептала я. – Не может быть…

– Керианна, – более настойчиво повторил голос Эльвиры. – Спускайся в столовую! Я могу войти?

– Нет! – крикнула я в ответ. – Сейчас спущусь!

– Отлично! Мы с Орфеем не начнём без тебя, детка, – сказала она, и послышался звук удаляющихся шагов.

– Детка… – брезгливо повторила я и, торопливо спустившись с кровати, подошла к окну. Ворота были по-прежнему закрыты, а за ними я увидела несколько прохожих: дам, облачённых в длинные платья и держащих зонтики в руках, несмотря на то что дождя на улице не было, сопровождали господа, одетые в сюртуки и шляпы-цилиндры. И непременным аксессуаром каждого мужчины была трость.

«Что же это? Затяжной сон? Почему я не могу проснуться? – в панике думала я. – И что мне делать? Как же неохота встречаться снова с этими сумасшедшими! А может, сбежать через окно? Второй этаж – должно получиться! – с надеждой я глянула вниз: невысокий забор с остроконечными кольями, огораживающий цветочную клумбу, простирался аккурат под окнами спальни. – Не вариант, если не хочу остаться здесь мёртвым украшением дивного сада», – и, с досадой задвинув шторы, я направилась к выходу из комнаты.

– Деваться некуда, придётся опять повидаться с этой семейкой, – нехотя произнесла я и повернула ручку.

Выйдя в коридор, я отметила, что он был уже не таким мрачным. К свету зажжённых свечей добавился солнечный свет, пробивающийся сквозь небольшое продолговатое окно, расположенное под скошенным потолком, и незначительная часть дневного света проникала с первого этажа. Но несмотря на это, портреты всё равно казались пугающими и от них веяло холодом…

Быстрым шагом я миновала коридор и практически бегом спустилась по лестнице. Мои глаза тут же выцепили дверь, ведущую на улицу, и я было ринулась туда, как вдруг услышала:

– Кери! Куда ты? Мы тут!

Я обернулась на голос Орфея. Они вместе с Эльвирой сидели в обеденном зале для гостей за накрытым столом и смотрели на меня с недоумением, а Эльвира – ещё и с осуждением.

– Простите! Заблудилась. До сих пор не пришла в себя. После воскрешения, – проговорила я, направляясь к ним и сожалея о том, что незаметно сбежать не удалось. Хотя куда именно я собиралась бежать, я толком не знала.

– И не оделась? – мать Орфея продолжала буравить меня взглядом.

Я опустила голову вниз, осматривая свою сорочку: она вполне походила на лёгкое летнее платье белого цвета, доходила до середины голени и имела длинные рукава, так что я даже не предположила, что разгуливать так может быть неприлично. Правда, завязки на груди развязались во сне, отчего ворот сорочки опустился и оголил одно моё плечо.

Поправляя ворот, я присела за столик и спросила:

– Зачем одеваться? Постояльцев же нет. Вы женщина, а Орфея своим голым телом я уже не удивлю, ведь так? – я улыбнулась призрачному парню притворной улыбкой.

Он смотрел на меня не моргая, а Эльвира едва не подавилась после моих слов.

– Кери, извини! – первым очнулся Орфей. – Я не подвинул тебе стул!

– О, не переживай! – отмахнулась я. – Раз я не соблюдаю приличия, то и тебе необязательно.

– Орфей, по-моему, она здорова, – прочистив горло, произнесла Эльвира. – Такая же грубиянка, какой и была!

Я хмыкнула и, взяв вилку с ножом, принялась разрезать бекон, что уже был положен в мою тарелку вместе с яичницей. Он оказался вкусным, как и чай с бергамотом, что подавался к блюду. А напиток к тому же был ещё и очень горячим, как я любила.

«Ну хоть голодом не морят, – про себя оценила я здешнюю кухню, а потом бросила взгляд на висящие на стенах портреты. – Хотя дизайн обеденного зала стоило бы доработать. Что-то и есть перехотелось…» – казалось, будто люди на картинах смотрят на меня с завистью оттого, что я могу есть, а они нет, и вместо бекона пожирают глазами меня. Ощутив себя главным блюдом этого завтрака, я нервно сглотнула и отложила приборы.

– Кери, – ласково промолвил Орфей, возвращая себе моё внимание. Всё-таки не зря он носил такое имя: голос Орфея звучал словно музыка. Вероятно, другая девушка бы наслаждалась его речами – Керианна, например. Во мне же стокгольмский синдром до сих пор не проснулся, и текущая ситуация, в которой я мало что понимала, неимоверно раздражала! Ещё и потому, что мои похитители, или кем они там являлись, не собирались ничего объяснять.

– Да? – я вопрошающе посмотрела на Орфея.

– После завтрака, пожалуйста, подготовься к выходу, – попросил он. – Отправимся на ту самую ярмарку. Сейчас там много людей, необходимо показать всем, что ты жива и здорова.

Глава 5

Прежде чем начать переодеваться, я повертела в руках платье. Оно было сшито из лёгкой ткани чёрного цвета со множеством рюш и складочек на юбке. А вот перед топа был выполнен из более плотной ткани белого цвета. Полупрозрачные рукава имели расклешённые концы и доходили примерно до середины предплечья. Но более интересным мне показался ворот: спереди от юбки, прямо по центру топа, поднималась полоска ажурной чёрной ткани и выходила за пределы зоны декольте, чтобы закрепиться на шее, как чокер.

«Выглядит красиво, – отметила я про себя. – Но насколько я помню, в викторианскую эпоху под платьем носили корсеты».

Распахнув крайнюю дверцу шкафа, я действительно увидела на полке корсеты. Схватив первый попавшийся, я отложила платье на небольшой диванчик, что стоял возле шкафа, и принялась рассматривать корсет. Этот необычный для меня предмет одежды был телесного цвета и имел крючки спереди и шнуровку сзади.

– И как мне его надевать? – озадачилась я, но всё же решила попытаться.

Сбросив с себя полотенце, я сперва натянула чистые панталоны, что взяла тут же в шкафу. Теперь настала очередь корсета. Расстегнув крючки, я завела его за спину и, сомкнув спереди борты, застегнула крючки обратно. Оставалось лишь затянуть шнуровку потуже, но справиться с этим одной оказалось проблематично. Я так и эдак заламывала руки, чтобы отрегулировать завязки, однако выходило что-то несуразное. Когда я думала уже бросить это гиблое дело, то услышала позади себя голос Орфея:

– Помочь?

Я резко обернулась, придерживая корсет:

– Ты?

– Я всегда помогал тебе одеваться, Кери, – улыбнулся он, подходя ко мне ближе. – Не смотри так на меня, я всего лишь хочу помочь. Разрешишь? – он хотел прикоснуться ко мне, но я прочертила преграждающую линию рукой по воздуху. Тогда Орфей, по-прежнему ласково глядя на меня, проговорил: – Если не хочешь никуда ехать, просто скажи.

Такой вариант меня не устраивал, поэтому пришлось уступить. Нехотя я развернулась к Орфею спиной, и он начал дёргать за шнуровку, потуже затягивая корсет. Через минуту всё было готово.

– Ну вот, – произнёс Орфей, положив руки на мою талию и рассматривая моё отражение в зеркале. – Тебе очень идёт, – он нежно коснулся губами моего обнажённого плеча.

– Орфей! – возмутилась я, поворачиваясь к нему лицом.

– Да, дорогая, – он взял меня за руку и, поднеся её к губам, оставил на ней поцелуй. Я тут же отдёрнула её и воскликнула:

– Прекрати меня целовать! Уйди! – я указала на дверь.

– Кери, – покачал он головой, и на его лице снова отразилось разочарование, как тогда в ванной.

– Уходи! – повторила я и спокойнее добавила: – Я надену платье и спущусь.

– Хорошо, – согласился Орфей. – Попрошу кучера подать карету.

Я благодарно кивнула ему, и он в расстроенных чувствах быстрым шагом покинул комнату. Я же присела на диван рядом с платьем и закрыла лицо ладонями.

– Спокойно, Кьяра, спокойно, – говорила я себе. – Потерпи хотя бы до того момента, пока не покинешь отель. Возможно, разумные люди найдутся снаружи.

Собравшись с духом, я взяла в руки платье и поднялась с дивана. На одевание у меня ушло минут пять, и я была практически готова: требовалось лишь расчесать волосы. Подойдя к туалетному столику, стоящему между окнами, я обнаружила на нём расчёску. Присев перед квадратным зеркалом, я занялась укладкой, а закончив с этим, выдвинула ящичек стола и нашла там различные заколки и косметику. Будь я в своём доме, то непременно бы воспользовалась аксессуарами, чтобы дополнить образ, но здесь мысли были заняты другим и тратить время на бесполезный макияж я не хотела. Решив, что выгляжу и так неплохо, я поднялась с табурета и вышла из комнаты.

Проходя мимо портретов, я вновь поёжилась от холода и ускорила шаг. Внизу меня уже ждал Орфей, одетый примерно как те господа, которых я видела с утра из окна. И Эльвира…

– Почему ты до сих пор не собралась? – строго спросила она, когда я спустилась с лестницы.

– Эм, – я даже застыла от неожиданности. – Мне нужна лишь обувь, – неуверенно произнесла я, поднимая юбку платья и демонстрируя свои босые ноги.

Эльвира приложила ладонь ко лбу и театрально закатила глаза, после чего сказала Орфею:

– Похоже, она тронулась умом.

– Что?! – возмутилась я. – Я вообще-то стою тут и всё слышу!

Но она словно не замечала моего присутствия.

– Кажется, смерть здорово сказалась на её разуме. Ну как может девушка забыть про чулки? А волосы? С ней же стыдно показываться на людях. Сынок, я тебе не позволю!

– Мама, – Орфей ласково улыбнулся ей. – Главное, что Кери жива. Не будь так строга с ней. Я сейчас всё улажу. Кери, – обратился он ко мне, – обувь в комнате в нижней части шкафа. Пойдём покажу, – он намеревался подойти ко мне, но я выставила руку вперёд:

– Нет! Я сама найду, – и, резко развернувшись, тут же взбежала по лестнице, пару раз чуть не споткнувшись из-за длинной юбки. Проклиная всё на свете, я влетела в комнату и бросилась к шкафу. Открыв его, на нижней полке я действительно обнаружила обувь.

– Это никуда не годится, – произнесла Эльвира, вошедшая в комнату следом за мной. Уверенным шагом женщина подошла к туалетному столику и, встретившись с моим удивлённым взглядом, велела: – Садись! Сделаю тебе причёску, иначе вы до вечера никуда не уедете.