Джейн Арчер Тайное желание

Мужчинам моей семьи – Гибсону, Брайену, Джейсону, Дж. И., Джо, Джеймсу и Дину – посвящается

Глава 1

– Кошелек или жизнь!

Человек на огромном черном жеребце преградил путь дилижансу, следовавшему из Эль-Пасо в Тусон. Всадник в маске приказал пассажирам высадиться. Трое мужчин, повинуясь команде, друг за другом спрыгнули на землю.

– И вы, милейшая, будьте любезны, – добавил всадник, увидев Викторию Мэлоун, рыжеватую блондинку в пропыленном и помятом дорожном костюме из серой саржи.

Вслед за мужчинами девушка вышла из экипажа. Ее светло-зеленые глаза встретились с надменными синими глазами бандита. Он посмотрел на нее пристальным, оценивающим взглядом и удовлетворенно кивнул.

Виктория отвела взор, радуясь, что на ней нет никаких драгоценностей, которые могли вызвать у него интерес, хотя, похоже, что-то он в ней все же приметил. И она тоже, сама того не желая, отметила, как эффектно выглядит гарцующий на вороном коне головорез.

Вряд ли он станет отбирать сумку, подумала Виктория. В небольшом саквояже, который она вынесла из кареты, были только немногочисленные личные вещи и кипа исписанной бумаги – наброски ее романа. То и другое представляло ценность разве что для нее самой. Девушка твердо решила не выказывать страха или других эмоций, дабы не доставить удовольствия разбойнику и пятерым его сообщникам в таких же, как он, масках. С нарочито спокойным видом она огляделась по сторонам.

Их дилижанс находился на территории Техаса, в нескольких милях западнее Эль-Пасо. Они остановились у склона горы в узком проходе, образовавшемся в результате оползня. Вокруг каменистая земля и низкорослый корявый сосняк. Палящие лучи солнца падали прямо на них, и было очень жарко. Виктория знала, что с ее бледной кожей на таком пекле недолго получить ожоги. Стояла необычная тишина. Безмолвие дня нарушалось только храпом лошадей да жужжанием насекомых. Вполне подходящее место для черных дел, подумала девушка. Очень тихое и укромное. Налетчики умные – не случайно облюбовали для нападения именно этот небольшой перевал. На помощь и спасение можно не рассчитывать. Никто из блюстителей порядка сюда никогда не заглянет.

– Отдай сейф! – приказал главарь, наставляя ружье на кучера.

– Не дам, – запротестовал тот. – Здесь вся касса «Серебряного огня». Те парни с рудника вздернут тебя, когда поймают.

– Если поймают! – засмеялся бандит. – Давай сюда ящик.

Кучер подчинился его приказу. После этого главарь кивнул своим соратникам. Разбойники спешились и стали обыскивать дилижанс. Быстро управившись, они покинули карету и отобрали драгоценности и ценные вещи у пассажиров. Поскольку на Виктории не было никаких украшений, у нее взяли ее маленький саквояж. Она не стала сопротивляться – в конце концов, жизнь дороже, чем ее писательский труд.

Затем главарь выстрелил в замок сейфа. Мужчины в масках набросились на деньги и принялись набивать ими седельные сумки.

– Отлично, – сказал главарь, когда работа была закончена, и тут же скомандовал: – По коням!

После этого он посмотрел на дилижанс.

– Передай от меня благодарность «Серебряному огню», – крикнул он кучеру. – И не вздумай трогаться до захода солнца.

Разбойники развернулись, готовые убраться восвояси, и в последний момент их главарь одним взмахом руки подхватил Викторию к себе в седло и повел банду в близлежащие скалистые горы. Когда дилижанс оказался за пределами видимости, бандит остановился и заглянул в широко раскрытые глаза своей пленницы.

– Вы должны отпустить меня! – вскричала она, слишком явственно ощущая на себе сильные руки мужчины и опасаясь дать повод для насилия. Он был высок и мускулист. Сквозь расстегнутую одежду проглядывала густая рыжая поросль, покрывавшая его мощную грудь. Хотя лоб его отчасти был закрыт черной шляпой, а поверх носа и рта натянут черный платок, Виктория не сомневалась, что этот человек красив лицом и, как все рыжие, с норовом.

– Вы правы, – согласился мужчина. – Мне не следовало задерживать вас. При всем желании я не могу делать это. Надо быстрее смываться отсюда, а вы будете помехой. Если я попаду в руки властей, меня повесят без всяких разговоров. Никому нет дела до того, что я граблю богатых и раздаю их добро бедным.

– В таком случае вам нужно поторопиться, – с надеждой сказала Виктория, рассчитывая, что он захочет уехать как можно скорее и не успеет переменить решение отпустить ее.

– Я – Красный Герцог. У меня есть тайное убежище на юге Нью-Мексико. Приезжайте в мою обитель – и вы получите все, о чем только может мечтать женщина. Все удовольствия… золото, шелка, любовь.

– Но как я смогла бы…

– А вот так! – Всадник рванул из кармана своего кожаного жилета серебристую ракушку и вложил талисман в ладонь Виктории. – Держите. Эта раковина поможет вам попасть в мой стан. Любой из моих подданных опознает уникальный рисунок. – После этих слов мужчина наклонил голову и, быстро приподняв свою повязку, крепко поцеловал Викторию в губы – так что ее охватила дрожь. Затем он плавно спустил девушку на землю, забрал у одного из своих сообщников ее саквояж и протянул ей. – Приходите скорее! – властно сказал он, взглянув на нее вспыхнувшими синими глазами, и быстро поскакал прочь вместе со своей бандой.

Девушка так и застыла на месте, приложив одну руку к губам, а другой прижимая к себе саквояж. Не двигаясь, она смотрела, как грабители скрываются за горами. Никогда в жизни – а ей был двадцать один год – она не переживала столь волнующего и устрашающего события, как эта встреча. Могла ли она когда-нибудь вообразить, что судьба сведет ее с разбойником, приравнивающим себя к Робин Гуду! Красный Герцог. Побывать в его пристанище, разобраться в психологии этого человека, наверное, было бы весьма занятно. Полученный материал потом можно было бы использовать в одном из романов. Нет. Разумеется, она не могла себе этого позволить. Слишком опасно, хотя сама по себе перспектива представлялась ей чрезвычайно заманчивой.

Вскоре, однако, Виктория пришла в себя и после окончательного просветления решила, что ей лучше возвратиться к своим попутчикам и сообщить им, что с ней все в порядке. Она уже повернулась, чтобы пойти к дилижансу, как вдруг чья-то рука закрыла ей рот. В это же время другая рука обвила ее талию и рывком вернула назад, в заросли корявых сосенок и кустарника. Потрясенная новым нападением, девушка выронила свой саквояж. Она попыталась освободиться, но тут же была отброшена на землю, и сверху ее придавило сильное тело.

Рассерженная и напуганная, она посмотрела вверх и увидела прямо перед собой прищуренные темно-карие глаза мужчины. У него были откинутые назад густые черные волосы, удерживаемые кожаной лентой, темное худое лицо, высокие скулы, крупный нос и полные чувственные губы.

Индеец! Туземец! Никогда в жизни она не испытывала такого страха. Несомненно, этот дикарь в одежде из оленьей кожи собирался снять с нее скальп и бросить ее тело на растерзание канюкам. Она продолжала сопротивляться, но мужчина был сильным и крепко держал ее под собой.

Нужно что-то предпринять, но что? Внезапно ее осенило – и она вцепилась зубами ему в руку, решив, что укус заставит его отстраниться от нее. Если б он сделал это, она тут же стала бы кричать о помощи. Но ее расчет не оправдался. Злодей не только не убрал руку, но еще и закрыл ей нос, да так плотно, что она не могла дышать, тем более звать кого-то на подмогу. Она боролась со своим обидчиком, пытаясь сбросить его с себя, но все ее старания были тщетны. Лишь когда Виктория начала задыхаться, он наконец освободил ей нос, и она сделала глубокий вдох.

Слезы обжигали ей глаза. Она начала терять надежду, хотя понимала, что не должна опускать крылья. Если в кратчайшее время она не сумеет освободиться от индейца, дилижанс может уехать без нее.

Пока же она лежала неподвижно и накапливала силы, не преминув снова отметить ту же тишину вокруг. И ужасный зной. Где-то вверху каркнула ворона. Со стороны дилижанса донеслись голоса и какие-то звуки. Мужчина и не думал отпускать ее. Она чувствовала его твердые мышцы и тепло вдоль всего своего тела, от головы до ног. В какой-то момент ее вдруг охватил сильный жар. Казалось, две расплавившиеся плоти слились воедино. Она уловила смешанный запах табака и кожи. Ей стало еще жарче, и внезапно она повторила отчаянную попытку освободиться от его руки. Однако не смогла даже двинуться.

Тут она вспомнила о Красном Герцоге. Интересно, стал бы он обращаться с ней таким образом? Да, он напугал ее, но от него не было такого жара и странных ощущений, как сейчас. Внезапно ее охватил гнев на двух мужчин, устроивших охоту на нее. Она замычала и затрясла головой, пытаясь вырваться из тисков, но индеец держал ее крепко. Его темные глаза выражали упорство и решимость.

Неужели все ее планы и мечты умрут здесь и теперь – из-за блажи этого дикаря? Но куда запропастился кучер? И где ее попутчики? Хоть бы кто-нибудь из них появился!

Неожиданно она услышала, как кучер прикрикнул на лошадей, а затем – как тронулся дилижанс и с грохотом покатил по каменистому тракту. Она продолжала мычать и отчаянно сопротивляться и наконец была отпущена. Тяжело дыша, она хотела было побежать за дилижансом, но мужчина поймал ее за руку и рывком вернул обратно.

Виктория повернулась к нему со сверкающими от гнева глазами.

– Отпустите меня, вы, дикарь! – закричала она и снова попыталась вырваться.

Она стояла почти вровень с ним, так как была высокого роста. Ее рыжие волосы и кремовая кожа составляли резкий контраст с его темноволосой головой и бронзовым телом. Глядя на крепкого мускулистого противника, она быстро осознала свое бессилие.

– Вам некуда бежать, – сказал мужчина, выпуская ее руку.

Она вытерла ладонь о свою юбку, чтобы на коже не оставалось ощущений от его прикосновений, подняла упавший саквояж и прижала его к груди.

– Я пойду пешком в Эль-Пасо, – заявила она.

– Скоро стемнеет. У вас нет ни воды, ни пищи. Даже если я отпущу вас, вам не уйти далеко.

– Сколько успею. Лучше умереть в пустыне, чем погибнуть от ваших рук.

– Я не стану убивать вас… во всяком случае, если вы сделаете, что я хочу.

– Что вы хотите? – осторожно спросила она, испытав минутное облегчение от того, что он не собирался учинить с ней расправу прямо сейчас.

– Вы – женщина Красного Герцога, и мне нужно…

– Нет, я не жен…

– Не отпирайтесь. Я видел, как он целовал вас. И слышал, как он наказывал вам прийти к нему.

– Но…

– Пристанище Красного Герцога в Нью-Мексико – величайшая тайна. Поэтому он вместе со своими команчами и жив до сих пор. Многие пробовали найти их убежище. А те хвастуны, которые уверяли, что знают его местонахождение, отправлялись туда, но никогда не возвращались обратно. Впрочем, вы все это и так знаете.

– Вы заблуждаетесь. Я ничего не знаю.

– Нет, не заблуждаюсь. Вы – женщина Красного Герцога. И вы отведете меня к нему.

– Чушь! – воскликнула Виктория, начиная злиться. – До сегодняшнего дня я в глаза не видела этого человека и ничего не знаю о его убежище.

– Ложь в данном случае неуместна. Вы помогали Красному Герцогу и его команчи грабить дилижанс. Вы из той же банды, и для меня совершенно очевидно, что вам известна дорога в его убежище.

– Да будет вам известно, мистер…

– Корд. Но без «мистера».

– Хорошо, Корд. Я не берусь судить о вашей эрудиции. Вероятно, вашего образования недостаточно для полного представления о гремучих змеях. Но английский-то, я надеюсь, вы понимаете? Тогда послушайте меня. Я – писательница. Сочиняю бульварные романы. Я живу в Нью-Йорке. Это моя первая поездка на Запад. Я направлялась сюда с исследовательской целью. У меня здесь нет никого из знакомых. И я понятия не имею, где находится убежище Красного Герцога.

– Гремучие змеи – умные существа. Так что благодарю за сравнение. Говорите, приехали сюда издалека? С востока? Пожалуй, это чувствуется. А разглагольствования насчет сочинительства расхожих книжек оставьте для кого-нибудь еще. Похоже, это вам не хватает интеллекта, если вы полагаете, что я вам поверю. Красный Герцог, должно быть, желает вас видеть у себя за другие доблести. Не только за ваши медно-красные волосы.

– Как вам не стыдно! – возмутилась Виктория.

– А что? Вы вполне вписались бы в публичный дом.

– Если вы рассчитываете вывести меня из себя, то у вас ничего не получится.

– Где вас нашел Красный Герцог? В борделе?

– Я не намерена продолжать этот разговор. Я ухожу в Эль-Пасо.

Виктория повернулась.

Корд рванул ее за руку, возвращая на прежнее место и крепко сжал ее плечо.

– Вы никуда не пойдете, Делия. Я захватил вас – мне и отпускать. К тому же, как я уже сказал, вы нужны мне.

– Я не Делия. Меня зовут Виктория.

– Как королеву?

– Забавно! Откуда такие познания? Должно быть, однажды кто-то помахал книгой перед вашим лицом.

– Что-то вроде того. Ладно, Вики…

– Виктория!

– Хорошо, мисс Виктория… Мисс, не так ли?

– Да. Только для вас это не имеет никакого значения.

Виктория опять хотела освободиться от него, но не смогла выдернуть руку и потому попробовала с размаху отпихнуть его ногой. Он легко уклонился от удара.

– Не надо, – сказал он, встряхивая ее. – Будьте умницей. Вы проводите меня в лагерь Красного Герцога и поможете спасти мою сестру.

– Вашу сестру! Как трогательно! Малоправдоподобная история. Я бы скорее поверила, что вы хотите проникнуть туда, чтобы убить Красного Герцога и захватить его владения. Вот ради чего вы затеваете все это. Скажете, не так?

– У вас что, совсем плохо с головой?

– К вашему сведению, я… – начала было Виктория, но Корд перебил ее:

– Да-да, вы уже доложили о своем творчестве. Так это же замечательно, леди писательница! Вам и карты в руки. Прекрасная возможность получить готовый кусок сюжета для вашего романа. Ну как? Вам решать. Или вы ведете меня в убежище Красного Герцога, или я увожу вас в Мексику и там продаю.

– Продать меня? – поперхнулась она. – Как вы можете обращаться со мной как с рабыней?! Я – гражданка Соединенных Штатов. Свободная независимая женщина, наделенная всеми правами своей страны.

– По-моему, вам подойдет публичный дом на Юге. Там вам больше не придется напрягать мозги.

– Этого не может быть на самом деле, – забормотала Виктория. – Бандиты. Индейцы. Публичные дома. Это какой-то кошмар!

– Это Запад, если вы еще не заметили.

– Вы серьезно насчет продажи?

– Да, черт побери! Посмотрите вокруг себя. Без меня вы здесь пропадете! Поэтому вы должны пойти мне навстречу. Осчастливьте меня – отведите к Красному Герцогу.

– А если я откажусь?

– Я уже сказал вам – Мексика. Думаю, что найду способ отвезти вас туда.

– Может, милосерднее убить меня прямо сейчас.

– Я не собираюсь проявлять милосердие, тем более в отношении женщины Красного Герцога.

– Я не его женщина. Я…

– Все это не важно. Вы мне нужны. Я поймал вас – и теперь вы моя. Я следил за Красным Герцогом и его шайкой в надежде напасть на след. Для меня это был только вопрос времени. Я знал, что кто-то из них приведет меня в его логово, прежде чем они раскроют меня. Мне повезло, что я оказался свидетелем этого разбоя и отловил вас. Кстати, это большая глупость со стороны Красного Герцога – использовать вас как налетчицу.

– Он не использовал меня. Если вы думаете, что я из его команчей, вы…

– Я знаю, кто вы. Хватит разговоров. Пойдемте. У меня только одна лошадь. До Нью-Мексико далеко. Поэтому нам нужно раздобыть вторую лошадь и одежду для вас.

– Если вы доставите меня в Эль-Пасо, мой издатель отблагодарит вас.

– Я не нуждаюсь в деньгах. Мне нужен Красный Герцог.

– Но я не могу вам в этом помочь.

– Как только вы будете обмундированы, мы отправимся с вами в Нью-Мексико. А сейчас вы должны дать мне слово, что не будете пытаться бежать. Или вы поедете спокойно, или я перекину вас через седло и привяжу. Вы поняли?

– Вам нет нужды связывать меня. Я считала, бандиты и воры блюдут кодекс чести. Поэтому могу дать слово… прямо сейчас.

– Отлично, мисс Виктория. Дайте мне вашу сумку. И подождите здесь, пока я приведу лошадь.

Корд пошел к корявым сосенкам. Виктория посчитала, что для нее это лучший шанс ускользнуть. Она сделала шаг в сторону дороги, но затем, услышав щелчок затвора, остановилась.

– Так-так, – сказал Корд у нее за спиной. – Ваше слово немного стоит. Вы собираетесь ехать связанной?

Виктория повернулась. «Кольт» сорок пятого калибра смотрел дулом ей в грудь.

– Я только огляделась вокруг.

– Понятно, – осклабился Корд, обнажив ровные белые зубы, и опустил «кольт» в походную кожаную кобуру у правого бедра.

Виктория судорожно втянула воздух. Если до сих пор от этого дикаря лишь веяло угрозой, то теперь он выглядел просто свирепым. Поэтому она не без оснований вдруг представила, что будет чувствовать, если его зубы вонзятся ей в кожу. Придя в ужас от этих мыслей, она постаралась скорее выбросить их из головы. «Мужчина – грубое животное. Таким его и следует воспринимать. Только и всего».

– Идите за мной, мисс Виктория.

Она не торопилась, понимая, что он тешится своей властью над ней. Начинало темнеть. Если б ей удалось убежать, она могла бы вернуться в Эль-Пасо. Однако Корд владел оружием и превосходил ее силой. В отличие от него Виктория не знала ничего об этих диких краях. Поэтому сейчас ее выживание, к сожалению, зависело от похитителя. Следовательно, она должна делать, что он говорит… Пока.

Подойдя к нему на расстояние вытянутой руки, она остановилась. Он продолжал давать указания:

– Сюда. Ко мне.

Вдвоем они пошли в сосняк – туда, где, терпеливо ожидая своего часа, стояла маленькая лошадка в нарядной упряжи. Лошадь запрядала ушами, когда Корд стал привязывать саквояж к одной из седельных сумок на ее спине. Затем он освободил поводья, обмотанные вокруг деревца, и крепко взял Викторию за руку. Лавируя меж камней, они начали выбираться на дорогу.

Задержавшись у пыльной обочины, Корд сначала зорко посмотрел по сторонам, потом на Викторию.

– Все в порядке. Садитесь в седло.

– Я раньше не ездила верхом.

– Вас что, Красный Герцог возит в экипаже?

– Я не знакома с Красным Герцогом.

– А я так понял, что он вас очень хорошо знает. Судя по тому поцелую.

– Я уверена, это был романтический порыв, – язвительно парировала Виктория.

– Красный Герцог – романтик?! Здорово вы загнули! Если б я не знал его как облупленного, может, и поверил бы вашей присказке. Ладно, полезайте на лошадь.

– У меня нет юбки с разрезом. А боком в такое седло не сядешь.

– Черт подери! – выругался Корд и дернул Викторию за юбку, обнажив вместе с нижним бельем и часть бедра. После этого он быстро поднял ее и посадил в седло, а затем сам сел позади нее. Подтянув ее к своей твердой груди, он направил лошадь на юг.

– Могли бы обойтись без этой спешки и грубости, – посетовала Виктория. Она одергивала юбку, чтобы закрыть оголившуюся ногу, а также отодвигалась от Корда, пытаясь создать зазор между ним и собой.

– С вами можно протолочься целый день, мисс Виктория, а мне некогда. Оставьте в покое свою юбку. Вам следует прекратить напрасный труд, потому что в этой юбке вам придется путешествовать до Мексики.

– До Мексики?! Но я думала, вы это сказали…

– Успокойтесь, я не собираюсь продавать вас. По крайней мере в ближайшее время. Я должен достать вам амуницию и лошадь.

– И для этого нужно проделать такой длинный путь? Я не вижу никакой надобности.

– Вы не видите, а я вижу. У меня друзья в Хуаресе. Это прямо напротив Эль-Пасо, по другую сторону границы. Мои друзья снабдят нас всем необходимым и сообщат мне нужную информацию.

– Теперь мне все ясно. Вы не посмеете сунуться ни в одно заведение на этой стороне границы, как все законопослушные люди. Ваша бандитская физиономия наверняка известна в полиции. Я угадала?

– А у вас, оказывается, живое воображение. Хотя зная вас, не скажешь.

– Послушайте, еще не поздно. Если вам нельзя появляться в Эль-Пасо, вы можете высадить меня на окраине. Я попробую достать для вас деньги. Если постараться, где-нибудь можно раздобыть.

– Да не надо мне ваших денег, – сказал Корд. – Мне нужны вы, и вы у меня есть. А сейчас помолчите. Я должен сосредоточиться.

– Но… – заикнулась Виктория и чуть не задохнулась, так как он сильно сжал ее талию. Затем он ослабил хватку, но все равно держал ее крепко.

– Не забывайте, кто здесь хозяин, мисс.

Больше она ничего не сказала, только вздрогнула от столь осязаемой близости. Она чувствовала мускулистые мужские ноги возле своих бедер, жилистые руки вокруг талии, теплое дыхание на шее. Внезапно она ощутила сильный жар, чересчур сильный. Наверное, это было естественно. В эту пору, на исходе мая, в пустыне должно было быть жарко. А тут еще он, подумала Виктория, и ей безумно захотелось, чтобы он не сидел так близко.

Могла ли она когда-нибудь предположить, что в действительности Запад окажется таким жестоким, немилосердным и опасным? Ее мечты, фантазии, впечатления от прочитанных книг не имели ничего общего с той суровой реальностью, с которой она неожиданно столкнулась. В ее романтическом воображении возникали образы, связанные с увлекательными путешествиями и приключениями, но никак не с нынешним пребыванием в пустыне, где ее жизнь оказалась целиком и полностью зависящей от дикаря. Думала ли она, что когда-нибудь судьба сведет ее с этим невежественным типом? Он до того дремуч, что не способен уяснить, что имеет дело с писателем! Разве может он понять ее?

Виктория была знакома с писательским ремеслом не понаслышке. Несмотря на молодость, у нее уже имелись некоторые литературные достижения, хоть она и не печаталась под собственным именем. Творческую жилку она унаследовала от отца, неуемного трудяги, подвизавшегося на статьях для прессы и зарабатывавшего таким образом на жизнь. Начав с журналистики, позднее он решил попробовать себя в писательском труде. Поводом для этого послужил бум, начавшийся с 1860 года, когда с легкой руки Энн Стивенс, автора «Индейской жены белого охотника» с тиражом в триста тысяч экземпляров, бульварный роман утвердился как жанр и начал завоевывать популярность. Отец Виктории взялся за новое дело и быстро в нем преуспел. С тех пор у него не было отбоя от издателей, и он едва успевал выполнять заказы. Он объяснял дочери, как читательский спрос определяет объем тиражей и как от этого зависит интерес работодателей и прочие сугубо профессиональные вопросы. Так Виктория постепенно подключалась к его работе.

Вообще же к печатному слову ее приобщили едва ли не с рождения. Так же, как с первого дня жизни она вскармливалась искусственным молоком – ее мать умерла в родах, – можно сказать, что тогда же она начала впитывать «книжный дух». Она рано научилась читать и писать. Обладая живым умом, она быстро усвоила взгляды, вкусы и чаяния отца, что позволило ей стать его помощницей и деловым партнером. Она гордилась отцом и часто огорчалась, что ее мать не дожила до того времени, когда к нему пришла известность.

Сначала он давал ей отдельные задания по оформлению контрактов, деловой переписке и прочей технической работе. Потом, когда он заболел чахоткой, постепенно подтачивавшей его силы, ей приходилось дописывать книги за него. По мере того как болезнь прогрессировала, Виктория делала это все чаще и в большем объеме, не замечая, как мало у нее друзей и как она теряет поклонников. Она жила в мире замечательных представлений, созданных ею самой и почерпнутых из книг, но ей было невдомек, что в реальной жизни люди руководствуются совсем другими канонами.

В 1885 году, сразу же после новогоднего праздника, доктор, наблюдавший ее отца, порекомендовал ему переселиться на юго-запад. По состоянию здоровья отцу был показан сухой теплый климат. Но поскольку они никогда не умели экономить деньги, у них не было никаких сбережений на черный день. Поэтому, чтобы заработать нужную сумму для оплаты переезда, они придумали тему для серии романов об американском Западе и составили план выпуска. К этому времени все уже знали такие имена, как Майн Рид, Прентис Ингрэм, У. Ф. Коуди и Нед Бантлайн. Эти авторы в своих приключенческих романах описывали дикую природу Запада, рассказывали о его людях. Романы эти неизменно пользовались успехом. Для осуществления своего проекта отец Виктории также предполагал собрать материал, путешествуя по Западу. Они хотели увидеть его собственными глазами, записать наблюдения и рассказы местных жителей.

При подписании договора с издателем отец настоял, чтобы за Викторией были закреплены равные авторские права и оформлен отдельный писательский контракт. Таким образом, ее имя тоже должно было значиться в каждом из выпусков серии. Контракт вступил в силу, они приступили к работе, но вскоре отец Виктории умер.

Она оказалась совсем одна. Немного оправившись от растерянности, она заплатила по счетам из того, что они успели скопить, а также из небольшого гонорара за уже проданные главы, и начала готовиться к путешествию. Ей хотелось поддержать имя отца, и она рассчитывала самостоятельно сделать всю серию. Она была убеждена, что издатель предоставит ей такую возможность. Рукописи она собиралась пересылать ему по почте, по завершении каждой книги.

Перспектива путешествия на Запад в одиночку вызывала у нее немалое беспокойство, но она не предполагала, что новая жизнь окажется намного тяжелее, чем в Нью-Йорке. Ее оптимизм подогревался воображением: она представляла себя в мире приключений в роли хроникера, способного осуществить мечту своего отца.

На деньги, оставшиеся после уплаты долгов, Виктория купила себе подходящую одежду, прочный чемодан и небольшой саквояж для рукописей и походного комплекта. В последний входил ряд вещей, которые она считала необходимыми, чтобы не пропасть на Западе, в частности, медицинские препараты, целебные мази и перевязочные материалы. После этого она отправилась в Техас и в Галвестоне села на пароход до Сан-Антонио. В дороге она не теряла времени даром: прислушивалась к тому, что говорили люди, задавала им вопросы и делала заметки. На этом этапе, относительно небогатом событиями, путешествие казалось ей почти рутинным. И так продолжалось… до сегодняшнего дня.

Несмотря на жару, ее неожиданно пробрал озноб. Крепкое тело сидящего вплотную к ней Корда, его сильные бронзовые руки, держащие перед ней поводья, и запах кожи с табаком как никогда явственно напомнили о действительности. Нет, у себя в Нью-Йорке представить такое было невозможно.

Загрузка...