Катрин Корр Точная копия

Глава 1

С самого моего рождения удача старается держаться от меня подальше. Эта мысль приходит ко мне в самых неприятных и стрессовых ситуациях. Сейчас я обязательно подумаю об отце, который исчез, едва узнал о моем зачатии, а потом и о матери, которая сбежала из города лет восемь, девять, десять назад? Я уже и не помню точно. Что там дальше по списку? Сейчас ведь самое время поныть.

Выхожу из смердящего потом автобуса, желая, как можно скорее смыть с себя грязь ночной смены. Сигаретный дым впитался в мои волосы, случайно опрокинутый на рубашку сладкий коктейль стянул кожу, на плечах, свесив свои кривые ножки, всё ещё сидит поганая новость, поставившая под угрозу, а то и полное уничтожение, мое будущее. Может, было бы лучше и легче стать такой, как моя мама? Не знаю, как она выглядит сейчас, но в те времена, когда у меня было некое подобие «семьи», она казалась мне самой красивой женщиной на свете. У нее были длинные светлые волосы и мне всегда нравилось наблюдать за тем, как она превращала прямые пряди в забавные кудряшки при помощи конусной плойки, которой я обожгла себе все руки, когда пыталась повторить её шедевр. Глаза огромные, цвета самой яркой скошенной травы в лучах утреннего солнца. Стоило ей подчеркнуть их тонкой стрелкой, как взгляд моментально озарялся загадкой, разгадывая которую Шерлок Холмс бы явно сошел с ума.

Глядя на свое отражение в зеркале, я вижу ту маму, на которую с упоением смотрела снизу вверх и мечтала, что когда вырасту, стану такой же красивой и всемогущей. Только она была увереннее.

Смелой. Дерзкой. Умеющей подать себя. Наглость всегда граничила с абсолютной бессовестностью, но тогда я думала, что это нормально. И, возможно, обладай я хоть толикой её бульдозерного характера, моя голова сейчас не болела бы так сильно. Мою жизнь оплачивал бы какой-нибудь глупец, поверивший в мою безмерную любовь. На людях я бы восхваляла его, стала бы для него драгоценным украшением и жила бы в роскошных апартаментах, а сама бы до блевоты ненавидела этого урода, которому позволяла бы трахать не только мое тело, но и мозги.

Каким образом я могу заработать сто пятьдесят тысяч за сорок пять дней, чтобы оплатить третий курс? Только половина моей ничтожной зарплаты уходит на аренду квартиры!

С грузными мыслями я принимаю горячий душ, смываю с себя всю грязь и усталость продолжительной ночи. Каждый раз, наблюдая за струйкам воды, утекающими в круглое отверстие под ногами, я напоминаю себе, что работа официанткой – временная. Просто, чтобы подкопить немного денег, а потом направить все силы и энергию на покорение целого издательского дома. И совершенно неважно, кем я буду: помощницей помощницы главной помощницы редактора или курьером, курсирующим с этажа на этаж с огромной корзиной корреспонденции. Неважно. Главное находиться в эпицентре событий, а там и подвернется возможность проявить себя.

Юркнув в постель с мокрой головой, завожу будильник на 7:40. У меня есть целых полтора часа, чтобы поспать, а потом вновь работа. И эта, пожалуй, самая приятная из тех, что у меня есть.

* * *

– Это немыслимо! Ты учишься на заочном! – шепотом причитает Соня, пробивая штрихкод на огромной энциклопедии в красивейшей подарочной обложке. Я отрываю ярко-красный пакет и аккуратно укладываю книгу. – Сто пятьдесят тысяч в год! Они что, рехнулись окончательно?

– Похоже на то. – Протягиваю покупку высокой женщине, которой наш разговор наверняка показался весьма любопытным. – Спасибо за покупку и хорошего вам дня!

– Благодарю.

Кажется, она хочет мне что-то сказать, но ей неловко. Когда покупательница покидает книжный магазин, Соня поворачивается в мою сторону на крутящемся кресле. Серебристые часы с кристаллами Swarovski, которые подарил ей парень, часто похищают мой взгляд. Они очень красивые и изящные, но почему-то всё, что блестит, сверкает и выглядит дорого, напоминает мне маму, чья малахитовая шкатулка буквально трещала от драгоценностей.

– А почему нельзя оплатить учебу частями, как раньше? – возвращает меня Соня к больной теме.

– Потому что есть студенты, которые не доживают до конца учебного года. Часть оплатили, лекции послушали, а экзамены провалили и дальше не видят смысла в обучении. Декан сказала, что оплачивая всю сумму сразу, у студента будет мотивация к учебе. Что-то вроде того.

– Но у тебя и без того есть мотивация к учебе, черт возьми! Что за бред? Разве они не понимают, что этим решением лишатся половины заочников, потому что тем просто нечем платить за учебу?

– Они лишатся только меня и ещё парочки человек, которые пользуются общественным транспортом и снимают жилье. Остальные с отличным материальным достатком, поверь.

Обновляю шариковые ручки в подстаканниках и не понимаю, чего хочу больше: разрыдаться от безнадежности своего положения, или засмеяться во все горло от чертовой безнадежности своего положения?

– Ты ведь не бросишь учебу, верно? – осторожно спрашивает меня Соня. Мы знакомы с ней всего три с половиной месяца, но очень сдружились за это короткое время. – Не бросишь ведь?

– А чем я по-твоему буду платить? У меня есть тридцать тысяч, но они большой роли не сыграют. Состоятельных друзей, у которых я могла бы занять деньги, у меня нет.

– Попробуй взять кредит!

– У меня уже был один. Его я брала, чтобы бабушку похоронить два года назад, и больше в это лезть не хочу.

Соня опускает взгляд, стараясь отыскать ещё одну безуспешную идею. Обслуживаю двух школьниц, купивших несколько шариковых ручек, ластиков и простых карандашей.

– Не вздумай сдаваться, поняла? Я в жизни не встречала настолько целеустремленного человека, как ты, Тая! Вот у меня нет высшего образования и оно мне не нужно. Я так считаю. Я простушка в этом плане. Мне всегда казалось, что лично мне диплом не поможет заработать денег. Бумажка и бумажка. Я могу её в подворотне купить. А вот ты – из высшей лиги! На тебя же посмотришь и сразу хочется осанку выравнять, подбородок задрать и приказать всем повиноваться! Ты пробьешься на вершину олимпа, зуб даю! Но не вздумай опускать руки, поняла? За темной полосой всегда следует светлая.

– И где моя?

– Кто?

– Светлая полоса, – улыбаюсь я. – Где у меня есть деньги на учебу.

– Она совсем близко, – отвечает Соня, опустив руки на мои плечи. – И на твоей улице перевернется грузовик с конфетками. А теперь давай-ка я сбегаю на второй этаж и возьму нам два латте и эклеры с клубничной подливкой? Сладкое поднимает настроение, – подмигивает она и снимает свой ярко-желтый фартук. – Я быстро!

Отвлекаю себя работой в секции «Романтика». Здесь всегда царит особая успокаивающая атмосфера. Вымышленные герои, чувства, чудо любви… Привожу в порядок криво поставленные книги на полках, обновляю стенд с бестселлерами, пытаюсь увлечься аннотациями, но собственные проблемы уж слишком сильно вцепились в меня острыми зубами. Вымышленным историям ни за что не избавить меня от чувства обрушения собственных надежд.

Услышав звон колокольчика, оповещающего о вошедшем в магазин покупателе, я оборачиваюсь. Парень в зеленой жилетке кладет стопку ярких бумажек на высокий прилавок и собирается покинуть магазин.

– Постойте! – обращаюсь я, направляясь к кассе. – Что это у вас? – Парень не оборачивается и уже подходит к выходу. – Погодите! Если эта реклама, то можете забрать её. Все листовки только с разрешения руководства! Постойте же! Иначе мне придется всё это выбросить!

Незнакомец выходит, а Соня, с трудом удерживая два картонных стаканчика с кофе и коробку с эклерами, заходит внутрь.

– На кого это ты кричишь?

– Какой-то парень принес эту стопку с бумажками и вышел!

– Ладно тебе, не ругайся. Ему просто нужно сделать свою работу. Только посмотри, какую вкуснятину я взяла!

– Но нам придется всё это выбросить. Маргарита ненавидит эти рекламы. – Беру одну из листовок. – И этой она точно не обрадуется.

– Что там?

– «В загородный дом требуется смотритель. Пол и возраст не важен. Оплата высокая. Срочно! Все подробности при встрече», – читаю я. – Адрес и время встречи указано. Впервые вижу подобное. Какой-то развод.

Беру стопку бумаг и захожу за прилавок, чтобы выбросить всё в мусорное ведро.

– Предложение о работе распространяют не на улице в подворотне, а в огромном торговом центре, – замечает Соня. – Может, это кто-то из администрации? Они ведь явно в загородных домиках поживают.

– И что с того? – Запихиваю стопку в корзину. – Всё равно объявление подозрительное.

– Не хочешь узнать подробности?

– О! Мне и моих трех работ вполне хватает. Кстати, сегодня мне нужно улизнуть на полчаса раньше. Миша приедет чуть раньше на занятие.

– Бедный парень! – смеется Соня. – У него явно ширинка по швам трещит, когда ты занимаешься с ним английским.

– Перестань!

– Зуб даю!

– Ужас, – смеюсь я, взяв свой стаканчик с кофе. – Ему семнадцать и у него есть любимая девочка, которая учится в параллельном классе.

– Ого! Вы и личным делитесь.

– Об этом он рассказал мне на одном из занятий. На английском, между прочим. Ни одной ошибки не сделал.

– И всё равно, на тебя у него точно стоит.

– Обязательно.

– У меня бы стоял.

– Не сомневаюсь, – хохочу я.

– Не хочешь узнать, подробности этой вакансии? – кивает Соня на урну. – А какой там адрес?

Закатываю глаза и достаю одну из бумажек. Протягиваю её Соне, а сама беру свой эклер и уплетаю его, пока нет покупателей.

– Бог мой! Это же «Золотые кедры»! Район, где живут весьма зажиточные личности. У них там свои леса и домины размером с квартал! – Соня опускает руки на высокий прилавок и требовательно смотрит на меня. – Едь туда!

– С чего вдруг? Я в жизни не работала в загородном доме и даже не представляю, что в себя включает вакансия «смотритель».

– Так узнаешь! Тут же написано, пол и возраст не важен! Да и оплата высокая. Вдруг условия тебе так понравятся, что ты сможешь бросить работу в том дурацком баре?

Эклер вкусный, но уже не лезет в горло.

– Хочешь, я съезжу с тобой?

– Не надо, потому что я никуда не собираюсь.

«Оплата высокая» – замечаю я первое, когда Соня демонстрирует мне объявление.

– Мы с Женей отвезем тебя. Подождем в машине. Вдруг тебя заинтересует это место! Попытка – не пытка ведь, правда?

Загрузка...