Сюзанна Дай Тропическая жара

Глава 1

– Ваш “Вулкан”, сэр.

Девин Террил принял стакан с рубиново-красным напитком и подвинул несколько новеньких хрустящих банкнот молодому, бронзовому от солнца бармену. Он отложил в сторону крохотный розовый зонтик, весело торчавший из бокала, и лениво поймал губами пластиковую соломинку.

Мужчина с наслаждением втянул ледяную обжигающую смесь и облокотился на полированную стойку бара под открытым небом, обводя оценивающим взглядом бассейн одного из отелей Майами. Вечернее флоридское солнце бросало яркие слепящие лучи на просторную площадку у воды. Отдыхающие самых разных возрастов растянулись в бело-зеленых полосатых шезлонгах, в то время как дети плескались в овальном бассейне, иногда обдавая ревностных солнцепоклонников брызгами хлорированной воды.

Девин внимательно осмотрел окружающих, остановив наконец взгляд на стройной девушке в бикини. Он улыбнулся, медлительно, почти лениво впитывая в себя женственность этого образа.

“Ну, вот и начинается!” – подумал мужчина, ощущая необычайный душевный подъем. Кровь быстрее побежала по жилам, и Девин вдруг понял, как же он, оказывается, нуждался в этом нежданном отдыхе.

Последние несколько месяцев были заполнены деловыми путешествиями и напряженной работой, он не мог уже припомнить, когда последний раз назначал даме свидание. И горестно подумал, что даже не помнит, кто же эта счастливица.

Девин слегка наклонил голову и прищурился от яркого мартовского солнца, внимательно разглядывая нежащуюся у бассейна женщину. Едва ли найдется мужчина, способный с легкостью забыть такую даму.

Девин медленно пробирался между шезлонгами и наконец заметил единственный незанятый – буквально в нескольких футах от загорелой фигуристой красавицы, которой он любовался. Рядом под зонтом стоял белый столик, на который он и поставил свой стакан, опустившись в бело-зеленое полосатое кресло.

Женщина растянулась на животе, и Девину была видна лишь ее изумительная грива светло-золотистых волос. Незнакомка не повернулась, не обратила ни малейшего внимания на своего нового соседа, вопреки всем его надеждам.

Девин слегка пожал плечами, взял свой стакан и сделал еще один глоток крепкой сладкой смеси. Интересно, подумал он, может ли быть, что она собирается в круиз на теплоходе, отплывающем утром. Когда он час назад регистрировался в отеле, портье заметил, что многие из их гостей отправляются утром в круиз и останавливаются в отеле, чтобы провести неспешный приятный вечер в Майами. Отель даже предлагает своим постояльцам регулярный субботний автобус до порта, чтобы доставить их к ожидающим судам.

Задумчиво попивая свой коктейль, Девин вынужден был признаться самому себе, что очень надеется встретить эту женщину на борту лайнера. Ее длинные загорелые ноги и густые блестящие волосы зажгли огонь в крови, напомнив, как долго он был лишен дамского общества.

Знойная длинноногая блондинка – о такой мечтает любой нормальный мужчина, подумал он, усмехнувшись.

И тут вспомнил Бритни Грэм.

Черт! Да где же, кстати, она?

Девин спрашивал о Бритни у стойки регистрации, и портье ответил, что она приехала в отель несколько часов назад. Но когда он постучал в дверь ее номера, ответа не последовало. Вспомнив странный блеск, появившийся в глазах молодого портье, когда он упомянул Бритни, Девин нахмурился.

Если бы он не знал ее, то подумал бы, что этот блеск был, мягко говоря, сладострастным.

Но он-то знал Бритни. Нет, нет, этот блеск, несомненно, плод воображения его утомленного, перетрудившегося мозга.

Он снова бросил взгляд на женщину у бассейна. Да, вот она способна вызвать похотливый взгляд.

Девин едва мог поверить, что его давний друг Бобби Грэм устроил такой переполох из-за того, что Бритни собралась в круиз. Просто буря в стакане воды.

Девин, инженер-электрик консультационной фирмы в Чарлстоне, Южная Каролина, только вернулся из месячной командировки в Шарлотт, когда Бобби, бухгалтер той же фирмы, буквально ворвался в его офис. По его словам, сестра стала вести себя более чем странно после внезапного развода около года назад.

Он описывал поведение своей сестры почти как кризис середины жизни. Во-первых, Бритни сменила работу, оставив надежное место одного из редакторов в журнале здорового питания ради сомнительной писательской должности в новом женском издании с феминистским уклоном. Потом она изменила свою прическу, гардероб, даже мебель поменяла, рассказывал Бобби, очевидно, глубоко обеспокоенный происшедшими с его сестрой внезапными переменами.

И наконец она отправляется в круиз, намереваясь поймать мужа, прежде чем ей стукнет тридцать.

Поймать мужа? Девин не поверил своим ушам.

Бритни?!

Она едва ли соответствовала типу охотницы за мужчинами. Его воображение вообще решительно отказывалось воспринимать ее в роли охотницы за кем бы то ни было.

Конечно, Девин не видел Бритни со времени всех этих предполагаемых перемен, но ему трудно было представить девушку, которую знал всю свою жизнь, изменившейся. Долгие годы, что они были знакомы, внешность ее оставалась практически той же самой.

И последний раз, когда Девин встречался с Бритни, она выглядела как обычно. Это случилось всего несколько месяцев назад, у Бобби на новогодней вечеринке.

Бритни пришла одна. Если верить Бобби, она ни с кем не встречалась с тех пор, как рассталась с мужем. Это был единственный раз, когда Девин видел Бритни после этого печального события: она всегда больше тяготела к домашнему очагу, нежели к развлечениям в обществе.

На ту вечеринку Бритни нарядилась в темный свитер с красными и зелеными клетками и ядовито-зеленую водолазку под ним. Этот более чем скромный ансамбль старательно скрывал ее фигуру, если таковая и имелась, и только подчеркивал бледность кожи.

Ноги по обыкновению были закованы в унылые, чрезвычайно благоразумные туфли без каблуков, а тусклые белесые волосы стянуты в привычную косу. Девин не помнил, видел ли он когда-нибудь Бритни с распущенными волосами.

Очки в красной оправе, так же как и практически полное отсутствие макияжа, придавали ей пугающе интеллектуальный вид: невыразительные мазки бледно-розовой помады ничуть не помогали делу. Увеличенные толстыми стеклами синие глаза казались какими-то невыразительными, словно полинявшими.

Если кому-то и могли пойти на пользу перемены, так это в первую очередь Бритни, решил Девин. Он решительно не понимал, почему это огорчало Бобби.

Девин смутно припоминал, что разговаривал с Бритни на той вечеринке, но даже под страхом смерти не смог бы сейчас сказать, о чем именно. Сам он пришел туда со своей подружкой Лорен, фамилия которой уже испарилась из памяти.

Одно он помнил точно – в ту ночь Бритни ушла рано, просто тихо исчезла незадолго до полуночи. Девин заметил, как она пробиралась к двери, опустив голову. Он еще подумал догнать ее, узнать, не случилось ли что-нибудь, но сразу понял, что не успеет, не растолкав нескольких полупьяных гуляк, и махнул рукой.

Впрочем, они с Бритни никогда особенно не дружили. Она для него – просто младшая сестренка лучшего друга, которая в детстве нередко увязывалась за ними. Приятели считали ее довольно неприятной обузой, но мирились, потому что она никогда не забывала захватить с собой сандвичи для всей компании. Мать Бобби и Бритни умерла, когда им было десять и девять соответственно, и Бритни взяла на себя хлопоты по дому.

Такой Девин и представлял ее всю жизнь – тихим и скромным невзрачным воробышком. Он слегка нахмурился, вспомнив тот необычный случай на вечеринке выпускного класса в колледже, – пожалуй, это был единственный раз, когда Бритни вела себя странно. Девин не сознавал, что она приблизилась к нему, пока его губы едва не oпалил жаркий поцелуй. Но девушка слишком много выпила в тот вечер, и он спокойно высвободился и вскоре забыл о странном инциденте. Временами ему казалось, что она стала держаться с ним иначе после той ночи. Более отстраненно.

Через год Бритни тоже закончила колледж и занялась карьерой, потом вышла замуж. Они шли каждый своей дорогой, лишь изредка случайно встречаясь у Бобби.

Ни разу за все эти годы, когда бы Девин ни встречал Бритни, она даже отдаленно не напоминала ту обольстительную сирену, о которой теперь рассказывал Бобби. Бедняга был настолько взбудоражен, что даже тайно купил билет на тот же круизный лайнер, когда обнаружил, что сестра собирается в морское путешествие якобы с целью найти себе мужа.

На самом деле Бобби боялся, что Бритни может выскочить замуж за какого-нибудь проходимца, которого встретит в круизе, но Девину это казалось совершенно смешным и нелепым предположением. Он считал, что крупнейшей удачей для Бритни на борту теплохода будет набраться смелости и заговорить с мужчиной.

Но кем надо было быть, чтобы отказаться от бесплатного билета, когда выяснилось, что на Бобби неожиданно обрушилась аудиторская проверка, и он предложил Девину занять его место? Тем более что после напряженной работы в последнее время у Девина набралось немало отпускных дней, и он был готов ими воспользоваться. Так что предложение Бобби подоспело как нельзя более кстати.

Великодушный дар сопровождался только одним условием – Девин должен присматривать за Бритни и держать это в тайне. Бобби настаивал, что сестра придет в бешенство, если узнает, что он послал кого-то охранять ее.

И самое главное, Девин обязан был предотвратить любую поспешную попытку Бритни выскочить замуж.

Вот уж большое дело, фыркнул Девин. Ладно, он вполне может иногда проверять, как у нее идут дела, а все остальное время посвятить солнцу, морю и красивым женщинам. Неплохая сделка!

Девин допил коктейль и просигналил официанту подать еще один, подняв палец и указав на пустой бокал. Женщина на соседнем шезлонге слегка пошевелилась и этим снова привлекла его внимание.

Да, подумал он с загадочной улыбкой, вот если бы Бритни походила на нее, тогда Бобби стоило бы волноваться. Если бы у Бритни были такие же густые, сияющие, как жидкий огонь, и падающие каскадом на плечи волосы, – действительно мог бы быть повод для беспокойства.

У этой дамы волосы казались созданными для того, чтобы мужчин тянуло запустить в них пальцы; они сияли на солнце здоровьем и жизненной силой, и золотистые блики играли и переливались в мягких локонах. Женщина лежала на животе, отвернув лицо и спустив роскошную гриву почти донизу, обнажая шею.

Бронзовая от солнца спина дразнила, терзала воображение отсутствием светлой полоски от купальника. Верхняя часть бикини была расстегнута, дабы не мешать ровному загару, и обнаруживала мягкий изгиб груди, спрятанной в ткани шезлонга. Гладкая кожа манила взгляд Девина дальше, вниз по спине, к талии столь тонкой, что мужчина спокойно мог бы обхватить ее пальцами. Нежная долина поясницы переходила в чувственный подъем попки, едва прикрытой купальником с узором из неоново-розовых клеточек на сверкающем черном фоне.

– Ваш напиток, сэр!

Девин поднял глаза и заморгал. Тяжело вздохнув, достал из кармана бумажник и заплатил, добавив более чем щедрые чаевые. Он медленно пил из запотевшего бокала, а взгляд его неумолимо возвращался к божественной соседке.

Оглядев восхитительно длинные бронзовые ноги, тонкие, но безупречно правильной формы, Девин почувствовал увеличивающееся напряжение внизу живота. Неожиданно мужчина осознал, что его рука невольно потянулась к нежному бедру.

Он крепко зажмурился и потряс головой.

“Приди в себя, парень, – подумал он. – Ты даже не знаешь ее имени, а уже мысленно занимаешься с ней любовью”.

Да, слишком много времени прошло. Слишком много.

Девин открыл глаза и обвел взглядом бассейн, усилием воли заставив себя не смотреть на женщину. Он должен помнить, что находится здесь не только для развлечений. У него есть дело.

Да где же, черт возьми, эта Бритни?

Бритни томно потянулась, наслаждаясь ощущением солнечного тепла на коже. Насколько же лучше того гробоподобного лежака, думала она, неприязненно вспоминая удушающую атмосферу искусственного солярия, который она так часто посещала в последние два месяца. Проведя на узком лежаке долгие томительные часы, она прекрасно знала теперь, каково это – быть заживо похороненным и затем запеченным. И часто мелькала мысль, что вот-вот появится рогатое чудище и потычет Бритни вилами, чтобы проверить, хорошо ли она прожарилась.

Но красота требует жертв, не правда ли? И Бритни вынуждена была признать, что перенесенные мучения были ненапрасными. Никогда еще она не чувствовала себя так хорошо.

А уж после кошмарного брака с Аланом Кослоу это чего-то стоило. Еще как стоило!

Алан сумел практически полностью разрушить ту робкую веру в себя, которая у нее имелась до свадьбы. Но к счастью, напомнила она себе, с этим уже покончено. Бритни даже вернулась к своей девичьей фамилии, в тщетной попытке убедить себя, что этих трех ужасных лет будто и не было.

Она чуть не расхохоталась, подумав, что Алан вряд ли узнал бы ее сейчас. Бритни хорошо поработала – по-настоящему хорошо – над изменением своего внешнего облика, надеясь, что внутренний мир придет в соответствие с наружностью. До некоторой степени так и случилось.

Она сделала себе новогодний подарок в виде абонемента в фитнесс-клуб и поклялась, что изменит свою жизнь и станет хозяйкой своей судьбы. Бритни начала с того, что в одночасье рассталась с удушливой атмосферой “Каролинской кухни” и переместилась в радостный ультрамодный журнал “Современная южанка”. Полностью женское руководство создало здесь особую атмосферу, и Бритни чувствовала себя как дома, чего никогда не было в “Каролинской кухне”. Последний, несмотря на его направленность и название, управлялся в основном мужчинами, а также несколькими седовласыми леди. Бритни давно поняла, что там ее шансы на карьерный рост были близки к нулю.

Но смена карьеры была только началом. Следующим шагом стало полное избавление от всего гардероба. Бритни нашла свой новый стиль, руководствуясь модными страницами “Современной южанки”. Ежедневные занятия в тренажерных залах скоро сотворили чудеса с ее фигурой, обнаружив тонкую талию и стройные ноги, о которых она даже не подозревала.

Затем Бритни решила, что бледная кожа совершенно не подходит к выбранному имиджу, и начала регулярные посещения солярия. А еще позднее категорически отказалась от очков, сделав выбор в пользу мягких контактных линз. После нескольких уроков под руководством журнальных экспертов по косметике Бритни научилась придавать глазам живой блеск, скулам – выразительность, а губам – приятную пухлость.

Она даже уступила своему парикмахеру и решилась оттенить и осветлить волосы. Эффект получился изумительным.

Позднее ей уже трудно было понять, почему она не сделала всего этого раньше. Но Бритни выросла под влиянием сурового отца, страдая от отсутствия мягкого женственного материнского влияния. Девочкой и подростком она делила все свое время между домашними обязанностями и уроками. Позднее, в колледже, учеба вышла на первое место. Времени интересоваться модой и тайнами макияжа не было ни раньше, ни потом.

Неудивительно, что за ней так мало ухаживали. Ее знание мужчин и опыт общения с ними, даже во время учебы, практически равнялись нулю – если, конечно, не считать постыдного эпизода на выпускной вечеринке с Девином, лучшим другом ее брата.

Бритни скорчила гримаску при одном этом воспоминании. Нет, она не будет больше думать о том вечере, особенно сейчас, когда учится искусству обольщения мужчин. Тот инцидент был ярким примером того, как ей всегда удавалось выставить себя в дурацком виде.

Так что нечего и удивляться, что мужем ее оказался именно Алан.

О, если бы Алан мог увидеть ее сейчас, думала Бритни с коварной улыбкой. Подперев подбородок руками, она уставилась на бассейн невидящими глазами.

Почти целый год приходила она в себя от травмы, причиненной последними месяцами их совместной жизни. Но все уже позади, снова и снова уверяла она себя.

Как бы ей хотелось теперь вернуть годы, потраченные впустую на Алана! Ее тридцатый день рождения был не за горами, и она простить себе не могла, что через месяц встретит его одинокой и бездетной.

Бритни страстно желала иметь семью – мужа, двоих ребятишек и собаку, о которой мечтала с детства. Семью, в которой родители любят друг друга больше жизни. То есть не такую, как была у них с Аланом. Теперь-то она даже радовалась, что Алан отказался заводить детей, хотя это так огорчало ее раньше.

Бритни вздохнула, прогоняя черные мысли, навеянные воспоминаниями о бывшем супруге. Впредь она намерена думать только о будущем!

Потянувшись, она нащупала за спиной лямки своего бикини и проворно застегнула его. Становилось поздно, и флоридское солнце начало терять свою силу. Бритни собиралась заказать обед в номер и рано лечь спать: утром надо быть свежей и сияющей.

Мысль о круизе по Карибскому морю, который начнется завтра, заставила ее широко улыбнуться. Перспектива была восхитительной – семь дней в море с тремя остановками на экзотических островах. Она будет постоянно находиться в окружении незнакомых людей – в основном мужчин, надеялась Бритни. И ни один из них не знал той застенчивой, неловкой женщины, какой она была еще полгода назад. В море-то уж ей наверняка удастся проявить новообретенную уверенность в себе, которая так и искала выхода.

Дома Бритни еще временами испытывала неловкость при встрече с давно знакомыми людьми. Они казались шокированными ее новым образом, хотя и пытались скрыть свое потрясение. Поначалу это было даже приятно, но постепенно она привыкла и стала нервничать, когда на нее обращали внимание, с трудом подавляя забытое желание слиться с обоями на стене.

Самым тяжелым случаем оказался ее брат Бобби: он обращался с ней как с сумасшедшей. Преждевременный кризис середины жизни – таков был его диагноз.

В конце концов Бритни решила, что практически невозможно опробовать свой новый стиль на людях, которых знаешь всю жизнь. Занимаясь сбором материала для журнальной статьи под названием “Пора позаботиться о личной жизни”, она узнала, что круизные теплоходы считались отличным местом знакомства. Бритни тут же зарезервировала себе место. Этот карибский круиз будет лучшим куском праздничного пирога ее преображения. Теплая волна приятного ожидания пробегала по всему телу Бритни при каждой мысли об этом.

Ни один человек на борту ничего не будет знать о старой Бритни. Она снова улыбнулась. Ей с трудом удавалось сдерживать нетерпение.

Девин открыл глаза и с удивлением понял, что задремал под умиротворяющими солнечными лучами. Он машинально взглянул на заинтриговавшую его незнакомку.

Она продолжала лежать на животе, но подняла голову и оперлась подбородком на кулачки, обозревая бассейн и площадку перед ним. Заметив, что солнце неумолимо опускается все ниже и ниже к горизонту, Девин нетерпеливо просигналил официанту. Если срочно что-нибудь не предпринять, он упустит шанс познакомиться с красавицей.

Молодой официант заторопился на зов, и Девин вполголоса заказал тропический напиток “для той дамы в шезлонге”. Дети резвились и плескались в воде так шумно, что этот короткий разговор остался никем не замеченным.

Через пару минут заказ был исполнен, и официант наклонился к молодой женщине, предлагая ей напиток. Девин наблюдал затаив дыхание.

Бритни внимательно посмотрела на протянутый ей бокал.

– Это мне? – недоверчиво спросила она, медленно села и приняла коктейль. Оглядевшись, заметила на противоположной стороне бассейна бронзового от солнца блондина с крупными чертами лица, наблюдающего за ней.

Работая над своей последней статьей, Бритни узнала, что контакт глазами является ключевым для завязывания романтических отношений. В прошлом ей это казалось самым трудным, особенно с мужчинами, которых не знала. Но она намеревалась освоить это сложное искусство. И сейчас был самый удачный момент.

“Интересно, – подумала Бритни, – не он ли прислал мне коктейль? Может, тяжелая работа над собой уже начала приносить плоды?”

– С комплиментами от джентльмена, – произнес официант, кивнув в сторону неизвестного благодетеля где-то у нее за спиной, и направился обратно к бару.

Приятно удивленная, Бритни улыбнулась сама себе и сделала глоток ледяного напитка. Она поднялась, намереваясь подойти и лично поблагодарить джентльмена, проявившего внимание. Держа бокал в одной руке, другой она изящно-небрежным движением откинула назад золотые волны волос.

Бритни повернулась и оказалась лицом к лицу с указанным господином. Прямо на нее смотрели живые зеленые глаза лучшего друга ее брата.

Бритни уронила свой коктейль.

Бокал разбился вдребезги у самых ее ног, и липкая сладкая ромовая смесь, забрызгав изящные щиколотки, медленно растеклась кроваво-красной лужицей. Рот у Бритни приоткрылся, сердце замерло.

– Девин? – прошептала она.

– Бритни? – Девин был просто ошеломлен представшим перед ним зрелищем.

Это не Бритни! Не может быть Бритни!

Бритни никогда так не выглядела. Эта женщина была именно той сексуально-чувственной нимфой, которую ему описывал Бобби. Но Девин не верил ему, отказывался верить, потому что и представить не мог такой разительной перемены.

Глаза цвета электрик, цвета бездонного океана в безоблачный день, смотрели на него, сияя ровным, немигающим блеском. Девин видел, что Бритни была так же потрясена, как и он сам.

Девин не мог оторваться от этих синих-синих глаз. У Бритни не было раньше таких глаз… Или были?

Почему он был таким слепцом все эти годы? Эта женщина потрясающа, великолепна.

Бритни внезапно сделала шаг назад, будто собираясь бежать. Резкий крик боли сорвался с ее губ, и Девин понял, что она наступила на стекло.

– Бритни!

Девин, обутый в легкие теннисные туфли на резиновой подошве, кинулся к ней, не обращая внимания на осколки. Он подхватил ее на руки и прижал к груди. Глубоко вдохнул ее сладкий цветочный аромат, ощутил нежное давление округлой груди.

Девин почувствовал внезапное опьянение и практически уронил ее на шезлонг, с которого только что сам поднялся.

– Ох!

– Извини… Ты в порядке?

– Да, просто превосходно! Обожаю ходить по битому стеклу. – Она нахмурилась, глядя на него, потом перевела взгляд на пораненную ногу.

– Позволь, я помогу, – сказал Девин, опустившись перед ней на колени и взяв маленькую изящную ступню.

Бритни резко отстранилась.

– Что ты здесь делаешь, Девин? – раздраженно спросила она и стала разглядывать осколки, впившиеся в кожу.

Все, что угодно, лишь бы не смотреть на Девина. Почему ей так ужасно не повезло и она столкнулась во Флориде с лучшим другом своего брата? Бритни почувствовала себя крайне неловко, заметив его реакцию на перемены в ее облике.

Исподлобья взглянув на него, она попыталась понять, что же именно Девин думает о ее новой внешности. Он до сих пор не произнес ни слова, даже не ответил на заданный вопрос.

– Девин? – настойчиво повторила она. – Что ты делаешь в Майами?

Не поднимаясь с колен и наслаждаясь зрелищем изумительной красоты, Девин слегка наклонил вбок голову. И наконец улыбнулся.

– Я отправляюсь в круиз вместе с тобой, – неожиданно заявил он. – Разве Бобби тебе не сказал?

Он прекрасно знал, что Бобби и не собирался говорить ничего такого, но не смог отказать себе в удовольствии произнести эти слова.

– Что? – еле слышно пискнула Бритни в полном шоке.

– Я завтра отправляюсь в круиз вместе с тобой, – мягко повторил он.

– Но почему? – выдохнула она. Девин усмехнулся.

– Твой брат хотел сделать тебе сюрприз и поехать вместе с тобой, – сказал он, не упоминая истинных причин, вынудивших Бобби приобрести билет на лайнер. – Но когда узнал, что его задерживают дела, то предложил билет мне. Он знал, что мне необходим отдых.

Бритни молча смотрела на него, позабыв о кровоточащей ноге.

– Ты не поедешь.

– У меня есть билет.

– Мне все равно. Порви его. Ты не едешь. Ты все испортишь!

Она поскакала к отелю на здоровой ноге, бормоча что-то неразборчивое в адрес брата. Девин был уверен, что это “что-то” явно нелестное.

– Позволь, я помогу тебе, – сказал он, с легкостью догнав Бритни.

– Нет! Не трогай меня.

Она запрыгала еще быстрее, стараясь игнорировать внимание, которое привлекала таким способом передвижения. Никакая сила не могла заставить Бритни повернуться и посмотреть, наблюдает ли за этим смешным неловким эпизодом тот красивый блондин, с которым она пыталась установить контакт.

Девин! Как Бобби посмел так с ней поступить?

Ей надо срочно добраться до телефона. Она оторвет ему голову! Он обязан был знать, что она не хочет видеть ни его, ни тем более Девина в этом круизе!

В следующую секунду она споткнулась о шезлонг и едва не разбила лицо о каменный пол.

И Бритни не утешило то, что сильная рука, которая поймала ее и тем спасла от дальнейшего унижения и неудобства, принадлежала Девину. Подхватив Бритни и прижав к груди, он смотрел на нее, и его изумрудные глаза сияли от сдерживаемого смеха… и чего-то еще?

– Знаешь, – медленно протянул он, весело усмехаясь и прижимая ее к себе, – я бы сказал, ты действительно окрепла.

Она ударила его в грудь. Сильно.

Загрузка...