Элен Форс Воспитание грубиянки

Пятница 18:50

Меня раздражало все вокруг. День не задался с самого утра. С той самой минуты, когда чертовый будильник прозвонил и вывел меня из волшебных объятий Морфея.

Бесконечный дождь, затем работа, противный начальник, овца Юля с работы, посланная на эту землю, только ради того, чтобы ставить палки мне в колёса, вечные пробки в Москве и теперь приходится ещё на дачу к родителям пилить на вонючей электричке.

А я ненавижу электрички. И людей, которые топчутся по ногам, рукам, по голове. Меня бесит все окружающее.

«Я не приеду. Прости малыш» – и ещё это смс. Если бы я курила, то точно бы достала сигарету и затянулась. Паршивый день. Блядство. Какой гвоздь будет последним в крышку моего гроба?

Я зашла в вагон и села на свободное место у окна подальше от людей. Постаралась максимально расправить плащ, чтобы не помять его, все-таки это Burberry. Затем протерла влажной салфеткой окно, чтобы не испачкаться. Мало ли, тут всегда грязно как в притоне. И, наконец то, достала свою любимую книгу. «Город женщин».

Ласково провела рукой по обложке, обнюхала листы. Люблю запах новых книг.

За моим ритуалом следила пухлая тетка с пивасом, на ее лице было презрение и отвращение, как будто я пью Балтику, а не она. Я поморщилась. Вот почему не люблю электрички дальнего следования. Из-за таких, как эта женщина с пивом и дыркой на кофте.

От чтения меня отвлёк дикий грохот. В вагон ввалилась компания парней в грязных вещах. Шантропа. От них пахло пивом, рыбой и семечками. Классика. Такие обычно грабят в переулках, насилуют в темных подъездах.

Не замечаю, как кривлюсь, глядя на них. Испытываю только презрение. Лучше бы отмылись и нашли работу.

Как на зло они расположились рядом со мной. Я старалась даже не смотреть на них, чтобы не привлекать внимание. С такими нужно вести себя, как с уличными собаками, не смотреть и не говорить. Стоит хотя бы на секундочку столкнуться взглядом и показать, что вам страшно… и все, не отцепитесь. Они будут преследовать Вас до последнего.

– Девушка, вы так красивы. – как назло тот, что сидел рядом со мной склонился вплотную, и его отвратительное дыхание вызывало во мне тошноту. Смесь пива с чем-то сладким, напоминающим травку, ударяла в нос. У меня даже закружилась голова.

Я проигнорировала его, продолжая делать вид, что читаю. Хотя сердце стало биться чаще. Заставляла себя дышать размереннее, чтобы не волноваться. Нехорошее предчувствие забиралось под кожу.

Он протянул руку к моей книге, чтобы отобрать ее, но я ловко ударила его по руке, поднимая глаза и делая ошибку. Парень присвистнул, а сглотнула, делая над собой титаническое усилие, чтобы оставаться спокойной.

– Так его. – сказал другой, что сидел напротив, и они все засмеялись. Их забавляла моя реакция. Я снова уткнулась в книгу, прикидывая варианты куда пересесть, нужно было бежать от них, пока эти животные не пристали ко мне.

– Я бы сейчас не отказался оказаться в городе женщин и воспользоваться красотой и безотказностью каждой из них. – парень не унимался, донимая меня. Он сел рядом со мной, придвигаясь в плотную и закидывая руку мне за спину. Я чувствовала своим телом его. И мне было противно до озноба. До скрежета зубов. Какой-то грязный оборваныш терся о мой плащ, грубо подкатывая. Хотелось прищемить его яйца.

– ага, так бы и дал тебе кто, чмо чумазое. – огрызаюсь я, тыкая в него уголком книги, делая больно и заставляя отодвинуться. Парень растирает место уголка, его, наоборот, это подстегнуло еще больше.

– Какие острые зубки. – усмехается парень, сидящий у края. У него очень хриплый и гортанный голос, от него у меня мурашки пробегают по коже. Такой голос может быть только у радио ведущего или театрального актера, потрясающая дикция. Мне не удаётся рассмотреть его лицо, потому что парень в чёрных очках и кепке, поверх которых еще толстовка. Он словно скрывается от кого-то. – Умеешь их прятать?

Игнорирую его вопрос. Закрываю книгу, беру свою сумку и собираюсь уйти, но парень не даёт, он преграждает мне путь и отталкивает на место. Я плюхаюсь на пятую точку, отбивая себе копчик и пачкая идеально белые кроссовки Alexander Mcqueen. Это возмущает меня больше всего.

– Ты чего такая дерзкая. Нормально же сидим, общаемся. Тебя никто не тронул, а ты смотришь на нас как на второсортное сырье. – видимо этот парень самый умный из них. Знает такие словосочетания, как «второсортное сырье».

– А я не общаюсь с био мусором. – чеканю я и встаю еще раз. – Сидите и нормально общайтесь с теми, кто захочет говорить с такими как ВЫ.

Делаю акцент на их внешнем виде, зажимаю пальцем нос, намекая, что от них воняет.

В электричке начинают хихикать над парнями. Это придаёт мне уверенности в себе. Чувствую себя королевой. Позже я буду жалеть о каждом слове, проклиная себя за свои речи.

– Слышь крутая, не выебывайся, еще слово и будешь отсасывать прямо тут.

– помойтесь хотя бы, обольстители сраные. – С этими словами я отправляюсь в соседний вагон, где прислонилась к стене и продолжила читать. Моё сердце ещё быстро колотилось минут пять, но потом успокоилось. Хуже уже не будет. Они не рискнут меня трогать в общественном месте.

Скоро я буду на даче. Завтра день должен быть лучше. Родители удивятся, что я приехала, хотела устроить им сюрприз.

Загрузка...