Татьяна Новикова Я. Москва. Нахальный парень

Глава 1. Здравствуйте, проблемы

Это не метро, а какой-то лабиринт. Ступени, переходы, ветки.

Куда идти?

Налево или направо?..

– Ты ослепла, что ли?! – возмутился парень, в которого я нечаянно врезалась, засмотревшись на указатель. – Глаза разуй!

– Ой. Извините… не подскажете, как доехать до Арбата?

– Не подскажу. Дай пройти, – отрезал тот и попытался отпихнуть меня плечом.

Это стало последней каплей.

Москва встретила меня, прямо скажем, недружелюбно. Для начала на вокзале я чуть не лишилась телефона – его попытался вырвать прямо из рук какой-то малолетний воришка. Повезло, что от неожиданности я не разжала хватку, а наоборот – стиснула мобильный из последних сил. Воришка назвал меня жадиной и убежал.

В метро турникет упорно не пропускал меня внутрь. Потом я с трудом втиснулась в вагон, где стояла, вжатая в мужика, который очень любил чеснок и совсем не любил мыться. На нужной станции не смогла выйти. Толпа даже не расступилась. В итоге поезд умчал меня незнамо куда, а когда я поехала в обратном направлении, то запуталась в пересадках.

И вот теперь этот парень, весь вид которого кричит: я богатый, стильный, зажравшийся мажор, который ездит на метро исключительно из необходимости. Пробор набок, левая часть головы выбрита, сам одет в футболку-поло известного бренда. Волосы темные, а глаза ярко-зеленые.

Красивый, жаль, что хам последний.

– Нельзя повежливее? – возмутилась я, преградив нахалу дорогу.

Он поджал губы, но ничего не ответил, только сделал шаг в сторону, будто бы случайно пихнув мой чемодан.

Такого вероломства не ждали ни я, ни чемодан. Молния на том разъехалась, и наружу полезло с трудом забитое шмотье. Платья, джинсы, футболки усыпали пол станции, и парень – уверена, специально! – наступил на одну из кофточек кедами. На белоснежном хлопке, который я любовно отглаживала перед поездкой, отпечаталась подошва.

Ах ты…

В моей голове ещё не сформировалась здравых мыслей (они вообще рождались там крайне редко), зато пальцы уже схватили парня за край футболки. С особым удовольствием. Дернули так, что треснула ткань.

– Ты поехавшая?! – возмутилось хамло.

– Угу, – ответила я и, в доказательство своих слов, попыталась запрыгнуть на него сзади. – Ты испортил мою одежду. Теперь плати.

– Сколько? – он держал меня на расстоянии вытянутой руки, как держат маленькую истеричную собачонку.

– Тысячу… – я глянула на несчастную кофточку и, передумав, махнула волосами: – Две.

– Сколько?! – Хм, неужели переборщила? Ну да, она стоила рублей триста на распродаже, но ведь моральный ущерб никто не отменял. – Ты закатила истерику из-за тысячи? На, только успокойся.

С этими словами парень достал из кармана джинсов пять тысяч рублей и вручил мне их с такой легкостью, будто это какая-то бумажка.

А затем покрутил пальцем у виска и слился с толпой, оставив меня посреди раскиданной одежды.

Я сжала купюру в ладони и задумчиво уставилась на Владимира Ильича Ленина. Вождь революции смотрел с постамента куда-то в далекое и прекрасное будущее. Из всего метро он один никуда не спешил, не бежал, не несся, сломя голову.

Идея приехать в Москву перестала казаться такой уж заманчивой.

Хорошо, что меня ждет Гриша.

Я мечтательно улыбнулась, не зная, что подлянки судьбы только начинаются.

***

Сообщение пришло две недели назад:

Приезжай. Я покажу тебе Москву.

Гриша был… нормальный. Сложно объяснить, но при разговоре с ним не возникало ощущения, что мой оппонент – дегенерат. Писал грамотно, мысль строить умел. Интересовался музыкой, много читал. Да и сам симпатичный, улыбчивый. Блондин. Всё, как я люблю.

Мы познакомились ни каком-то форуме, списывались месяца четыре, а затем он предложил вот это…

Я хотела отказаться. Непонятный парень, пугающий город.

Да ну нафиг.

В лучшем случае меня продадут в рабство целиком, в худшем – разберут на окорочка и сдадут по частям.

Но Гриша объяснил, что у него есть свободная комната (так себе довод от малознакомого парня), что никаких посягательств не будет, что я ему очень нравлюсь, и он хочет познакомиться поближе. Был готов созвониться с моими родителями, оставил все явки-пароли.

Я крепко задумалась.

Летняя сессия закончилась, впереди два месяца безделья. Деньги, что отложены со стипендий, жгут кошелек. Почему бы не спустить их в Москве?

Если остаться в городе, то родители увезут приобщаться к природе: копать огород без права на амнистию. Окучивать, поливать, а по осени рассматривать урожай картофеля размером с клубнику и радоваться тому, что никто не отменял покупную картошку.

Мне вообще кажется, что дачей родители наказывают меня за какие-то косяки, ибо отдыхать там строго запрещается.

Друзья разъехались и вернутся только к сентябрю.

Прозябать всё лето в городе?..

Так себе идея.

Решено! Надо валить.

И вот я стою на вокзале, а подружка-Рита рыдает у меня на плече и просит не забывать её. Она всегда такая: живет на максимуме эмоций. Если плакать, то навзрыд, если смеяться, то до припадка.

Никаких полумер.

Мы поэтому и сдружились. Рите не хватало в жизни кого-нибудь, кто уравновешивал бы её эмоциональность. Этакий человек-уныние. То есть я. Если вы спросите: стакан наполовину пуст или полон? – я отвечу, что меня задолбали ваши вопросы.

Не люблю спонтанных поступков.

Сама не знаю, почему решилась ехать в Москву.

Наверное, захотелось хоть ненадолго вырваться из нашего городка, название которого похоже на какую-то болячку.

Мы с Гришей договорились встретиться на Арбате, в кафе под названием «Американская мечта». Он сокрушался, что не может забрать меня прямо с вокзала, зато пообещал накормить в качестве извинений.

Я написала, что опаздываю, но настроение после стычки с местным хамом опустилось ниже плинтуса.

Даже по Арбату шла безо всякого трепета. Улица и улица, длинная, крикливая: магазинов куча, зазывал, китайцев. Чемодан ещё этот, у которого начали заплетаться колесики, и его крутило из стороны в сторону как пьяную выпускницу.

Так, вот кафе. Легко узнать: над ним гордо реет американский флаг. Прямо в центре Москвы.

Я посмотрелась на себя в отражении стекла, поправила прядь волос (прическа не перестала от этого напоминать гнездо) и перешагнула порог.

Зал был забит доверху, но Гриша написал, что ждет меня в углу, возле туалета. Я прошла мимо чисто американских столиков, укрытых клетчатыми клеенками. Из колонок вопил старый-добрый рок-н-ролл.

Ага, вот кто-то похожий. Широкоплечий и светленький, почти белобрысый, с ямочками своими «жуткими». Он уткнулся в мобильный телефон, поедая картошку фри.

Но смутило меня не это…

Гриша сидел не один.

– Ирочка! – круглая женщина лет пятидесяти радостно помахала мне пухлой ладошкой. – Гриня, смотри, это же Ирочка!

Она ткнула моего предполагаемого ухажера в бок локтем, и он, не отрываясь от телефона, пробурчал что-то типа:

– Ага, привет. Мам, не мешай.

Мама?..

Шустрая женщина докатилась до меня и силой усадила за столик, подсунула меню с двадцатью разновидностями бургеров.

– Ни в чем себе не отказывай, – улыбнулась она, подперев щеку кулаком. – Гринь, смотри, какая Ирочка красивая.

Молодой человек только булькнул нечто утвердительное, не отлипая от телефона.

Интуиция взвыла: дело нечисто. Пятой точкой чую, что первое свидание пошло не по плану. Нахваливать меня должна уж точно не мать парня. Если точнее – матери вообще не ходят ни на первое, ни на второе, ни на какое свидание.

Делая вид, будто изучаю меню, набрала сообщение Рите под столом.

У меня дурное предчувствие

Он пытается усыпить тебя и вырезать почку?

Хуже. Он пришел со своей мамой

Что?!!!

На этой загадочной ноте я перестала отвечать и вслушалась в трескотню тетеньки. Ту было не унять.

– Как тебе Москва? Первое впечатление самое главное, да? Мы бы забрали тебя с вокзала, но нас не отпустили с работы. Я бухгалтером работаю на авиастроительном заводе, а Гриня помогает мне во время каникул. Пристроила его к себе, ну а что, копеечка-то не лишняя. Ирочка, чего ты такая зажатая?

Тыр-тыр-тыр.

Нескончаемый поток слов. Как пулемет.

Я перевела взгляд с безымянной женщины на её сына, который хихикал над чем-то в телефоне. Мы обе были ему абсолютно неинтересны.

– Я чего-то не понимаю, – сказала осторожно. – А вы… а Гриша… Что происходит?

– Ты про… – она выдержала паузу, давая мне возможность закончить.

По моим круглым глазам было понятно, что заканчивать нечего. Я в полнейшем шоке. Полный аут. Можно закапывать.

– Гриня у меня мальчик скромный, – вздохнула тетка. – Вот я и решила познакомить его с девушкой. Так сказать, взяла дело в свои руки. Сама подумай, москвички какие? Зажравшиеся крали, которые вцепятся в парня мертвой хваткой. Нам нужна хорошая девочка, хозяйственная, честная. Кроме того, мы с тобой, Ирочка, сериалы одинаковые смотрим, книгами интересуемся. Даже блондинки обе, хе-хе, – она взбила прическу. – Разве это не знак судьбы?

Если мне от природы достались светлые, почти седые волосы, то блондинкой эту тетеньку мог бы назвать только дальтоник.

В этот момент мне ощутимо захотелось отмотать время назад, и на первое сообщение от «Гриши» ответить: «Пошла лесом, старая извращенка».

Должна была догадаться, что правильные парни не читают книг, не засматриваются дорамами и длинные письма не пишут.

Нет, блин. Развесила уши по самые пятки, размечталась о том, как мне повезло повстречать умного, начитанного человека.

Мы и не перезванивались, потому что «Гриша» сказал, что ему трудно даются звонки. Меня это устраивало: сама не любитель висеть на трубке.

– Слушай, Гришаня. – Я щелкнула у того перед лицом пальцами. – Ты мне вообще когда-нибудь писал?

– Ага, – кивнул радостно. – Когда мама была занята, я её подменял.

Видимо, в те дни наше общение сводилось к обмену смайликами.

Жаль, что в меню нет алкогольных коктейлей. Сейчас бы напиться вдрызг, доползти до первого попавшегося поезда и уехать куда угодно от чокнутого города и его обитателей.

Это вообще нормально?! Мать устраивает жизнь сына, общается за него в интернете, приглашает девушку к себе жить. Их обоих в дурдом нужно сдать. Это же находка для психиатра. Интересно, а если б дело дошло до поцелуев, маманя лично бы контролировала процесс?

«Ира, ну чего ты такая зажатая? Засунь язык ему в рот, не скромничай! Гриша, за какие места ты девушку лапаешь?! За колено?! У меня так никогда не будет внуков».

– Получается, я тебе не нравлюсь? – уточнила скорее от безысходности.

– Ирочка… – попыталась перебить мама, а Гриша ответил:

– Не, ты норм. Была б страшная, я бы с тобой не захотел встречаться.

Логичное умозаключение. Не поспоришь.

И всё-таки. Что же делать?

Как я умудрилась в это вляпаться?

За что?..

– Заказывай кушать, не стесняйся. Перекусишь, а потом пойдем гулять по Арбату, – заискивающе улыбнулась круглая тетенька, которая в свободное время охмуряла наивных девиц. – Мы всё тебе покажем и расскажем. Ну а потом к нам, ты с дороги устала, наверное. Помыться. Переодеться. Не думай, вы с Гришей обязательно поладите. Он просто интроверт, ему сложно знакомиться с людьми.

Интроверт-Гриша вновь уставился в мобильный телефон и периодически хмыкал, водя пальцем по экрану.

– Послушайте, женщина. – Я глубоко вздохнула. – Никуда я с вами не поеду. Вы же сами должны понимать, что это ненормально. Вы реально думали, что сможете свести своего сыночка с кем-либо таким способом?

Она покраснела и вновь начала рассказывать о том, что счастье сына в материнских руках, что ему нужна ответственная девочка, а не зажравшаяся москвичка с претензиями. Добавила, что мне нужно подумать, потому что где ещё я найду жениха с московской пропиской, да ещё и с дачей всего-то в ста двадцати километрах от города.

Я не смогла больше этого слушать

Встала.

Гордо развернулась.

Вышла.

Вспомнила, что забыла чемодан.

Вернулась.

Вышла ещё раз, но уже менее пафосно, потому что чемодан катился в конвульсиях, шатаясь из стороны в сторону.

Меня не пытались остановить.

К счастью.

Можно было бы оставить вещи в камере хранения и прогуляться по Москве, но, если честно, мне дико захотелось домой. Этому чертовому городу понадобился день, чтобы свести человека с ума.

Я плюхнулась на скамейку, согнав оттуда целующихся взасос детей, и позвонила подруге.

– Рассказывай!!! – заорала та.

Рассказала. Красочно, не скупясь на выражения, со всей злостью. Рита выслушала без единого замечания (в нужные моменты она умела молчать), зато потом разразилась гневной тирадой.

Надеюсь, мать с сыном ещё долго будут икать после тех эпитетов, которыми их наградила Рита.

– Получается, я приехала в Москву просто так, – подытожила я, подставив лицо вечерним солнечным лучам. – Ну ладно, хотя бы получила пять тысяч от какого-то упыря в метро. На них куплю билет.

– Не хочешь остаться на пару деньков?

– Не-а. Чем быстрее отсюда уеду, тем быстрее буду дома.

– Жду тебя, – всхлипнула подруга так, будто я обещала вернуться через год, а не через сутки.

Обратная дорога казалась ещё дольше и сложнее. Я устала и проголодалась, а шумное, душное метро только усиливало головную боль. Чемодан казался совсем уж неподъемным.

– Один билет на поезд 069Ч, пожалуйста, – я протянула в кассу вокзала пять тысяч рублей того нахала. – Плацкарт, верхнее место. Можно у туалета. Любой вагон.

– Отправление через сорок минут, – добродушно ответила кассирша, одетая в белоснежную униформу, но затем всмотрелась в купюру и перевела на меня разгневанный взор. – Девушка, вы меня за идиотку принимаете?

– А что?

Ещё не успела принять, но если очень уж просит…

– Купюра фальшивая.

– Не может быть. – Я разинула рот от удивления.

– Не может быть?! – разъярилась девушка. – Вы её сами-то видели?!

Я глянула на пять тысяч, кинутые обратно.

С виду обычные деньги, только вот написано на них «Пять тыщ рублей», «Билет на Тот свет» и «Лучше бара места нет». Адрес тоже имелся, как и указание, что за эту купюру можно получить три коктейля на выбор либо единовременную скидку при заказе от пяти тысяч рублей.

Но возмутило меня другое. Посередине купюры был налеплен парень. В полный рост. Да не абы какой.

На меня смотрел, ухмыляясь, упырь из метро.

Загрузка...