Глава 3

Утром столь любимое мною зеркало отражало бледную девушку с опухшими глазами, растекшимися остатками косметики и всклокоченными волосами. Да, вчера я, даже несмотря на боевые и самоуспокоительные мысли, смогла заснуть далеко не сразу. А умыться и вовсе впервые за долгое время забыла.

– Н-да, – протянула я, подводя итоги неутешительного осмотра. – Вот ты какая, Кара Торн! Да уж, Кара Великолепная, ни дать ни взять.

– Шампунь и мыло творят чудеса, – хихикнула, выходя из душа, Лилиан.

– Тут понадобится большое чудо, размером с океан тонизирующего для кожи и тонну пудры сверху, – вынесла я вердикт и направилась в ванную приводить в приемлемый вид чудовище из зеркала.

Удалось мне это лишь через полчаса. Правда, к тому времени, когда я вышла, Лил в комнате не оказалось. Видимо, завтракать пошла, потому оценить победу косметики над природой не смогла.

С другой стороны, это было и хорошо. Я хотя бы избежала неприятных расспросов о причинах столь отвратительного утреннего внешнего вида. А завтрак – ерунда. Я и раньше нечасто на него ходила, предпочитая вместо этого подольше поваляться в кровати. Главное – обед не пропустить!

Однако сегодня, в первый день занятий, прогуливать не стоит. Преподаватели еще бодрые, активные и стремятся запомнить всех студентов. Понимая это, я быстро оделась и приступила к самому неприятному делу, которое ждало еще со вчерашнего вечера: развернула сверток с формой факультета защиты.

С губ тотчас сорвался невольный, полный страдания стон. Мои глаза вживую узрели круглую серую шапочку со значком академии Магического Права и длинную бесформенную мантию мышиного цвета.

И этот ужас я обязана носить! Если не надену – просто не допустят к занятиям!

Сокрушалась я минут пять, пока неожиданно голову не озарило просто изумительной идеей. Я метнулась к шкафу и, покопавшись, вытащила на свет купленный не так давно легкий шарфик. Потрясный, расшитый перьями и стразами Островски.

– Вот вы-то мне и нужны, – довольно пропела я, рассеивая удерживающее всю эту красоту на ткани заклинание. Потом расправила на кровати форму, положила шапочку, и работа новоявленного дизайнера закипела.

Не прошло и четверти часа, как я любовалась обновленной формой, в которой теперь было не стыдно показаться даже на светском приеме. Шапочка засияла изысканной аппликацией в виде экзотического цветка. Серебристо-серые перья на ней были закреплены самым крупным кристаллом, расположенным по центру. Мантия обзавелась вытачками, подчеркивающими талию, и декоративным вырезом, который теперь позволил бы увидеть окружающим мои изысканные кружевные кофточки. Кроме того, по краю я украсила его оставшимися мелкими кристалликами.

В общем, стильно!

Нацепив всю эту красоту, я повертелась перед зеркалом и удовлетворенно улыбнулась. Вот теперь я выгляжу на все сто! И не зря завтрак пропустила.

В этот момент в комнату влетела Лил, схватила сумку с тетрадями… и застыла, увидев новый дизайн моей формы.

– Нравится? – Я, гордая собой, крутнулась на месте.

– Кара, ты… ты чудо в перьях! – выдохнула Лилиан. – Разве не знаешь, что форма регламентируется уставом академии?

– Э-э? – мне вдруг стало как-то не по себе. – В смысле?

– Устав академии проходят еще на первом курсе! Неужели ты его не читала? – Лил полезла в стол и, выудив из ящика увесистую книженцию, продемонстрировала ее мне.

– Ну-у… эм-м, – видела я этот талмуд впервые в жизни, однако признаваться почему-то не хотелось. – Видишь ли, я, наверное, забыла… или была занята…

– Чем? Изобретала коктейль имени себя? – Лил всучила мне книгу.

– Между прочим, изобрести оригинальный коктейль не так-то и просто, – пробормотала я, начиная осознавать, что влипла.

– Тогда и трудности по поискам новой мантии тебя не испугают. Удачи! – хмыкнула Лил и умчалась на занятия, оставив меня с книгой и дизайнерским вариантом формы.

Я задумчиво посмотрела на устав. Ну не может быть все так плохо! Должно существовать какое-то спасительное решение, чтобы отстоять право носить нормальную одежду! И, чувствую, мое спасение где-то в недрах этой книги.

Придется читать.

Я обреченно вздохнула и, любовно погладив перышки на шапочке, открыла устав на разделе «Форма». Быстро найдя подраздел факультета защиты, на пару минут сосредоточенно погрузилась в мир формулировок, а потом радостно улыбнулась.

Вот оно, мое спасение! Нашла!

И, запихнув устав в сумочку «Таис Ваттон», вышла в коридор.

На первое в этом году занятие, которое было посвящено имущественному праву, я направлялась с гордо поднятой головой. На удивленные взгляды окружающих внимания не обращала – ко всеобщему вниманию я давно привыкла.

Правда, из-за того что идти приходилось на каблуках и не слишком быстро, к началу лекции немного опоздала. Когда вошла в аудиторию, весь курс уже находился здесь, а профессор Ильгрин как раз настраивал информационный визариум.

С моим приходом в аудитории установилась тишина. Все выжидающе посмотрели на преподавателя. А обернувшийся сухощавый профессор Ильгрин побагровел, выпучил глаза и возмущенно выдохнул:

– Студентка Торн! Что это… такое?! Кто вам позволил так изуродовать форму?!

– Светлого дня, профессор, – я присела в вежливом книксене. – А что не так с моей формой?

– Вы издеваетесь?! – прошипел профессор. – Форма утверждена уставом академии! Студентам запрещено ее менять, уродовать и лепить сверху какие-то… перья!

– Разве?

Я демонстративно извлекла из сумочки позаимствованный у Лил устав, открыла нужную страницу и с выражением зачитала:

– Пункт сто шестнадцатый устава академии Магического Права. Требования к женской форме факультета защиты. Головной убор – форма круглая, цвет серый; мантия – цвет серый, длина полтора метра. Все. – Я захлопнула книгу. – И что я нарушила? Моя шапочка серого цвета и установленной формы, как и мантия, серая и соответствующей длины.

Я повернулась, давая возможность всем убедиться в правдивости моих слов.

– Ваш головной убор утыкан кристаллами и перьями, как и мантия! И я молчу про разрез и вырез!

– Прошу прощения, профессор, – я повторила легкий книксен. – Но правила регламентируют только вышеназванные требования к форме. Никаких других запретов они не содержат.

– Да просто составителям и в голову не могло прийти, что кому-то придет в голову так изуродовать форму! – воскликнул Ильгрин.

– И все же, профессор, устав академии не относится к стражному законодательству. А следовательно, как преподавали нам на первых курсах, разрешено все, что не запрещено. Неужели это ошибка? – Изобразив на лице самое невинное выражение, спросила я.

На самом деле эту фразу я случайно услышала, когда папенька принимал ужасно скучного коллегу. Они вели неспешный спор, пока я изо всех сил старалась сдержать зевоту. А вот сейчас надо же – пригодилось!

Профессор тяжело опустился в кресло, прожигая меня негодующим взглядом. Однако ж, крыть ему, как говорится, было нечем, так что я победно прошествовала к своему месту.

– Открыли конспекты за прошлый год, – рявкнул преподаватель. – Повторяем тему о принципах и методах имущественного права.

Конспекты открыли почти все… и я, конечно, оказалась в числе этих самых «почти». Ну а как можно открыть то, чего у меня никогда не было? Да, каюсь, прогуливала я лекции, почти все. А те, на которых была, посвящала куда более занятному чтиву – модным журналам.

– Итак, основные принципы нам сейчас перечислит… – профессор Ильгрин сделал выразительную паузу и оглядел аудиторию, а потом указал на меня. – Студентка Торн!

Ну кто бы сомневался!

Я встала, опустив взгляд в пол. Сказать было нечего.

Н-да. Влипла. Кажется, сейчас мне вернут любезность, да еще и с процентами.

– Я вас внимательно слушаю, – когда молчание затянулось, поторопил Ильгрин. И язвительно добавил: – Вы ведь у нас так хорошо разбираетесь в законах. Отчего же вдруг замолчали?

– Я… забыла, профессор, – мой лепет прозвучал жалко.

– Забыла? Да, это вдвойне печально, когда не знаешь, да еще и забудешь! – голос преподавателя был переполнен сарказмом. – Вы не поленились прочитать устав, чтобы оправдать надетое на вас безобразие, но даже не подумали подготовиться к занятию. Голову украшают знания, а не шапочка в перьях и локоны, студентка Торн! Садитесь, неуд и реферат по теме к следующей неделе!

Я ощутила, как кровь прилила к щекам. За спиной хихикали однокурсники, и то и дело слышалось весьма неприятное и обидное: «Кара в перьях». Похоже, это прозвище прилипло ко мне надолго.

Надо ли говорить, что к концу занятия я была зла на всех и вся? Но в первую очередь на саму себя. Ведь могла бы и догадаться, что взбешенный профессор наверняка начнет спрашивать! И прежде чем вступать в конфликт, надо было как следует подготовиться. А эту пару просто прогулять!

Да и вообще, клеймо легкомысленной дурочки, которое я заслужила за годы учебы, порядком раздражало. И, ситуацию необходимо было исправлять.

Едва раздался звонок, я подхватила сумочку и вышла в коридор. На следующем занятии, пожалуй, надо сидеть тихо и слушать внимательно. А после занятий непременно сходить в библиотеку.

Второй лекцией этого дня была история. Я очень любила эти занятия, когда попадала на них, конечно. Ни на одной лекции мне не спалось так уютно, как именно на истории. Едва звучал звонок и профессор Кэлфри начинал неспешно, с умиротворяющей интонацией озвучивать тему занятия, я засыпала сном младенца. В итоге мировую историю я знала не очень хорошо. Точнее, очень нехорошо, и то благодаря отцу.

В детстве мне нравились интересные истории о прошлом, которые он рассказывал вместо сказок. Особенно про вампиров, которые когда-то обитали в нашем мире. Но, по словам отца, двух кровопийц – юристов и вампиров – не способна выдержать ни одна экосистема. Поэтому в итоге юристы правят нашим миром, а о вампирах мы слагаем красивые легенды.

Но сегодня я выспалась и была настроена послушать лекцию хоть раз за все три года обучения. Профессор Кэлфри, конечно, отметил мой вызывающий внешний вид, но ничего не стал говорить. Только неодобрительно покачал головой и поджал губы. А затем с удивлением проследил, как я занимаю место в первых рядах вместо привычной галерки.

На мое счастье, эта лекция оказалась праздничной, посвященной тысячелетию со дня основания нашей академии Магического Права. И, как результат, обобщающей. Это помогло оценить масштабы моей безграмотности и наметить пробелы, которые необходимо было заполнить. Как же все-таки бездарно прошли первые годы обучения!

К примеру, я, конечно, знала, что, по легендам, Создатель поручил защиту нашего мира двум Великим Хранителям – Справедливости и Возмездия. И в мире долгое время царило спокойствие. Знала, что в многочисленных странах, существовавших некогда в нашем мире, была создана система судов Справедливости. От имени Великой Хранительницы Справедливости правосудие осуществляли судьи, наделенные ею силой и властью. Однако при этом я понятия не имела, когда именно была создана наша академия Магического Права и где обучали судей до этого.

Раньше мне казалось это совершенно бесполезным знанием. Ведь, по сути, какая разница, что там было раньше, тысячу лет назад? А на деле оказалось весьма интересно. Потому что в старину все было совсем по-другому.

Инициацию судьи, как и теперь, проходили с помощью кристаллов, расположенных в храмах Великих Хранителей. Но это единственное, что осталось с того времени. Даже храм и кристалл в Латгардийской республике были в единственном экземпляре. А вот обучались судьи раньше при храмах. В конце обучения судье выдавали кристалл и клинок, выкованный из особого сплава. Если судья нарушал принципы и заветы Хранительницы, кристалл мог погаснуть и судья лишался должности.

Приговоры судов Справедливости осуществлял Хранитель Возмездия. Он же следил за исполнением обязательств по магическим контрактам. Но зависть, как оказалось, была свойственна не только людям, но и Великим Хранителям. Видя, как все прославляют Великую Хранительницу Справедливости, Хранитель Возмездия затаил обиду на мир и соправительницу.

Зависть по капле наполняла Хранителя Возмездия, разрушая саму сущность Хранителя, наполняя его душу черной злобой по отношению ко всему живому в этом мире. И в один ужасный день вместо Возмездия, призванного защищать и оберегать, появился Хаос, стремящийся уничтожить этот мир, выкачав из него энергию ненависти и боли.

Хаос, наполненный энергией разрушения, вдохнул в армию своих приспешников ненависть ко всему живому. Вся эта армия ужаса ринулась уничтожать все живое на своем пути, насыщая Хаоса необходимой ему силой. И началась столетняя война.

Великая Хранительница и ее слуги – судьи, стражи и защитники – смогли остановить разрушения, потеряв большую часть мира. Объединенными усилиями был создан Щит – грань между нашим миром людей и владениями Хаоса. Пустыней, в которой обитали только Тени – его приспешники, потерявшие свое человеческое обличье.

Уцелевшие остатки народов, населявших наш мир, собрались по эту сторону Щита, пытаясь выжить. Тогда же основали и Латгардийскую республику, пытаясь как-то наладить жизнь в уцелевшей части мира. С того момента судьи, стражи и защитники стали нести еще и миссию по охране Щита от попытки прорыва. Они выслеживали и уничтожали проникающих в наш мир Теней – хаоситов, давая миру возможность жить.

Правда, истинных защитников, Видящих, уберечь не смогли. На них хаоситы охотились в первую очередь, пытаясь ослабить оборону и оставить судей и стражей без защиты. Без Видящих они были вынуждены тратить слишком много сил и времени на поиск хаоситов, находящих себе убежище в телах людей.

Именно тогда и была создана наша академия. И вот уже тысячу лет ее выпускники противостояли попыткам Теней и их хозяина прорвать Щит и довершить начатое.

Помнится, я неоднократно расспрашивала отца о том, как же выглядит Щит в реальности, а не на экранах визариумов. Также мне было очень интересно, что происходит за Щитом в мертвом мире. Но отец никогда не удовлетворял мое любопытство на этот счет. Собственно говоря, о его работе вне стен суда Столичного региона я вообще мало что знала. Только видела след близкого контакта со Щитом – сильный бронзовый загар, намертво въевшийся в его кожу.

Лекцию я выслушала с неослабевающим интересом. Под конец даже стала ловить удивленные взгляды профессора, который явно недоумевал от обретенного мной интереса к учебе.

А после второй лекции наступило время обеда. Но, несмотря на то что я проголодалась, идти в одиночестве в общую столовую не хотелось. Снова слышать эти перешептывания за спиной? Снова ловить на себе презрительные взгляды, которыми одаривают бывшие друзья? Нет, это было выше моих сил.

Я вернулась в комнату, собираясь переждать хотя бы полчаса. План был прост: прийти ближе к окончанию обеденного времени, когда большинство студентов уже разойдутся по своим делам.

Забравшись на кровать, я подтянула ноги к груди и собралась в очередной раз устроить сеанс жалости к себе. Но разбередить душевные раны мне не позволила влетевшая в комнату Лилиан.

– Кара? Ты почему не на обеде? – удивилась она.

– Не голодна, – буркнула я в ответ.

– Ой, – огорчилась Лил. – А я думала, что мы вместе сходим.

– Ну-у, если ты так хочешь, то идем. Почему бы и нет, – ровно ответила я, стараясь не выдать своей радости.

Я от природы всегда была компанейским человеком. И сейчас, оказавшись в изоляции, очень скучала по общению. Хоть какому-нибудь! Так что предложение Лилиан оказалось буквально спасением.

В столовой, как и ожидалось, было людно. Практически все факультеты, за исключением судейского, сидели вперемешку. «Черные мантии», как и положено элите, расположились отдельно за пятью большими столами, стоявшими рядом с окнами.

Мы с Лил направились к раздаточной ленте, сопровождаемые перешептываниями, ухмылками, любопытными и пренебрежительными взглядами. Адресованы все эти знаки внимания, понятное дело, были мне. Но я шла, не смотря по сторонам, словно бы не замечая всеобщего внимания. Плевать на них! Я – Кара Торн!

Подхватив около раздаточного столика один из парящих над полом подносов, щедро заставила его тарелками. Чем заслужила насмешливый взгляд Лил, которую пять минут назад уверяла в отсутствии аппетита.

– Не голодна, говоришь? – хихикнула та. – Уже боюсь представить, сколько ты ешь, когда действительно хочешь.

– Пф-ф, – независимо фыркнула я, усаживаясь за стол, и сменила тему на более нейтральную: – Как занятия?

– О, очень интересно, – тут же с жаром принялась делиться Лил. – Представляешь, наш декан нам вообще заявил, мол, забудьте раз и навсегда выражение «клиент всегда прав»! Если еще раз услышу – переведу вас в академию Банковского Дела. Плательщик всегда неправ, и ваша задача – установить размер его неправоты, – старательно имитируя голос профессора Рунка, произнесла Лил, и мы рассмеялись.

Я украдкой бросила взгляд на своих бывших друзей. Судя по выражениям лиц, мой смех явно их удивил. Ну да. Мне-то полагалось утопать в слезах и посыпать голову пеплом, а я имела наглость с аппетитом обедать, да еще и смеяться в компании соседки по комнате.

Так же непринужденно мы с Лилиан продолжали нашу трапезу, рассуждая об учебе. Под конец я даже собралась спросить у соседки, где находится библиотека, которую сегодня была все-таки намерена посетить. Но в это время на магофоне пиликнуло напоминание о так и не прочитанном мной с утра очередном выпуске журнала «Элитар».

Это популярное издание удивительным образом умудрялось собирать всевозможные слухи и сплетни. Как из жизни звезд нашей академии, так и светских персон, своим поведением снабжавших пронырливых журналистов очередной сенсацией из жизни богатых и знаменитых.

Обычно я читала этот журнал с удовольствием. И, открывая магофон-пудреницу – эксклюзивный подарок отца на день рождения, уже предвкушала несколько приятных минут… Зря.

Потому что с первой же страницы экрана на меня смотрело мое собственное отражение. А над ним пылал крупный заголовок: «Главная неудачница сезона».

Сердце екнуло, и я впилась глазами в статью и едва не застонала от отчаяния, прочитав:

«Единственная дочь и наследница небезызвестного старшего судьи Столичного региона Александра Торна Карина Торн – вновь в центре скандала! По итогам распределения она оказалась на факультете золотой молодежи, вместо того чтобы продолжить отцовское дело. Но это еще не весь список происшествий, случившийся с Великолепной Карой. Как стало известно нашему журналу, ее официальный молодой человек Вальтан Аттертоун, предпочел заключить помолвку с лучшей подругой своей бывшей девушки».

На экране появилась фотография, сделанная прошлым летом на вечеринке в поместье Мейпс. На снимке мы стояли втроем: я, Дейдра и обнимавший нас за талии Вальтан. Внезапно часть снимка с моим изображением растаяла, оставляя только смеющихся Вальтана и Дейдру.

«Итак, дамы и господа, любовные треугольники – самые занимательные геометрические фигуры этой осенью». Из магофона раздался привычный глумливый смешок, сопровождавший подобные новости. Я сглотнула не в силах поднять голову, кожей ощущая всеобщее ожидание моей реакции.

Лилиан легонько коснулась моей руки.

– Ты как? – ее глаза лучились участием.

– Все нормально, – мой голос звучал глухо.

Тем не менее никаких слез и истерик, на которые так надеялись окружающие, я никому демонстрировать не собиралась. Мой взгляд упал на нежное суфле, стоявшее на подносе.

– Сладкое снимает стресс, – пробормотала я, ставя перед собой лакомство. – Придется мне растолстеть.

– Не получится. Тебе кучу всего учить, а это большой расход калорий, – хихикнула Лил.

Я же с притворным стоном погрузила ложку в нежное суфле, с удовлетворением отмечая разочарование на лицах тех, кто ждал моей бурной реакции.

«Не дождетесь! Я – Кара Торн!»

Завершив трапезу, Лилиан снова умчалась на занятия – нагрузка у налоговиков была куда большей, чем на моем «формальном» факультете. И только после ее ухода я вспомнила, что так и не узнала одну очень важную вещь. И, подойдя к группе студентов, впервые за три года обучения в академии задала сакраментальный вопрос:

– Вы не подскажете, как пройти в библиотеку?

Даже после объяснений библиотеку я нашла не без труда. Честно говоря, в эту часть академии забредать мне еще не приходилось. Помещение библиотеки оказалось огромным. С высоким куполообразным потолком, украшенным лепниной и узкими стрельчатыми окнами. Свет здесь поддерживался множеством плавающих светильников, которые можно было при желании установить около своего стола или кресла. А стеллажи с книгами тянулись на несколько метров ввысь, под самый потолок.

Я мысленно застонала, представив, сколько времени займет поиск нужной литературы. Но дежурный библиотекарь охотно поведал мне, что этот процесс облегчает соответствующее заклинание, заключенное в разноцветные шарики, выдаваемые всем студентам при входе.

Если же книгу требовалось забрать за пределы помещения, на студента магически прикреплялся своеобразный маячок. Он начинал пищать, если книга своевременно не возвращалась в библиотеку, и с каждым днем задержки звук становился все более громким и менее мелодичным, напоминая скрип когтей по стеклу.

Набрав целую горсть поисковых шариков, я раздавила первый из них и направилась навстречу знаниям. Тонкий ручеек света привел меня к высоченной полке, закрепленной на дальней стене помещения. И, судя по резко ушедшему вверх сияющему указателю, необходимые пособия по имущественному праву находились практически на самой верхней полке.

К счастью, рядом находилась одна из переносных лестниц. Правда, выглядела она здоровой и массивной. С сомнением осмотрев конструкцию, я прикусила губу. Интересно, и как же мне, слабой девушке, предлагается перетащить такую махину?

Я огляделась в поисках помощи и тут заметила, что студентка неподалеку поднимает такую же конструкцию и несет к стеллажу. Даже не напрягаясь!

Как оказалось, лестница совсем ничего не весила. Было ощущение, что я несу в руках воздух, хотя прочность конструкции была такой, как и должна.

Прислонив ее к нужному стеллажу, я отважно поднялась и потянулась за искомым, весьма увесистым томом. Но едва схватила книгу, как услышала знакомые голоса.

По проходу между стеллажами, увлеченные беседой, шли мои бывшие друзья: Дейдра и Микаэлла впереди, обсуждая предстоящую вечеринку, Галитар и мой бывший парень – следом.

Я замерла, мысленно надеясь, что они не обратят на меня внимания. Мало ли кто там стоит наверху? И мне почти повезло. Они действительно не заметили, причем не только меня, но и лестницу. Галитар, что-то показывавший Вальтану на своем магофоне, зацепился за нее локтем. И с раздражением оттолкнул препятствие от себя, даже не удосужившись посмотреть, есть ли кто-то на верхней площадке.

Не удержавшись от резкого рывка, я с воплем полетела вниз.

За мгновения падения успела попрощаться со всеми своими костями и зажмуриться, ожидая неизбежного удара. Однако его не последовало. Вместо этого меня подхватили чьи-то руки.

Распахнув глаза, увидела, что от столкновения с полом меня спас незнакомый парень с короткими каштаново-рыжими волосами. И силы ему, похоже, было не занимать – под моим весом спаситель даже не пошатнулся!

– Поймал! – с улыбкой сообщил тот. – Ты как?

И, увидев чуть выступающие клыки и вертикальные зрачки его янтарных глаз, я поняла почему. Оборотни были очень сильны физически.

– Н-нормально. Спасибо тебе, – кое-как совладав со страхом, искренне поблагодарила я.

Застывшего рядом Галитара перекосило, но он тут же выдал фальшиво-извиняющуюся ухмылку:

– Упс! Случайно врезался в твою лестницу, Кара! Чисто случайно! Я даже предположить не мог, что ты можешь оказаться в таком месте!

Дейдра и Микаэлла издевательски захихикали, а Вальтан уставился в пол.

«Трус! – со злостью подумала я. – И что я вообще нашла в этом слабохарактерном и самовлюбленном типе?»

Оборотень же посмотрел на меня, перевел взгляд на Галитара… и коротким, неуловимо быстрым движением стукнул по стеллажу с книгами, около которого стоял мой обидчик. Тяжелые тома налогового законодательства камнепадом рухнули вниз, основательно пройдясь по голове Галитара и сбивая его с ног.

– Упс! – с усмешкой сказал парень, насмешливо оглядывая погребенного под книгами Галитара. – Извини, приятель, случайно вышло.

После чего опустил меня и, подхватив под локоть, потянул к стоящему чуть в отдалении, у окна, дивану.

– Я – Сайрус. Можно просто Сай, – запоздало представился он.

– Карина. Можно просто Кара, – ответила я с улыбкой.

– Да я в курсе, – Сайрус хмыкнул. – Коктейль имени тебя нам не одну вечеринку скрашивал. И как тебя угораздило такую Хаосову смесь придумать?

– Эм-м, ну, я очень сильно старалась, – зарделась я.

И тут взгляд упал на приколотый к его серо-зеленой мантии знак отличия с головой волка, держащего в пасти вензель «Д». Если память меня не подводила, это был герб клана Северных скал. Причем это самое «Д» означало правящий род – Дантерри.

Ого! Так моим рыцарем-спасителем оказался наследник клана? Однако!

– Кстати, это ведь твои друзья были? – спросил Сайрус.

– Были. – Я мигом помрачнела.

– Не грусти, красавица, таких друзей терять не жаль. Как и парня, – тихо прибавил Сайрус, глядя на выходящего из помещения Вальтана, на руке которого намертво повисла Дейдра. Галитар ковылял сзади, бросая на нас злобные взгляды. Сай шутливо отсалютовал ему, заставив прибавить ходу.

– В этом ты прав, – так же тихо согласилась я.

– Раньше я тебя здесь и не видел.

– Ну вот, решила восполнить пробелы в образовании.

– Так мило, что ты эту пропасть пробелом называешь. Сразу видно – оптимистка по жизни, – кажется, мой новый знакомый был той еще ехидной.

– Лучше поздно, чем никогда, – я рассмеялась.

А Сайрус уже с любопытством рассматривал мою обновленную форму и перышки с кристаллами Островски на шапочке.

– Н-да, и кого из преподавателей удар хватил? – осведомился он.

– Профессора Ильгрина! – я снова фыркнула.

Положительно, общение с Саем было приятным и, по меньшей мере, нескучным.

– О! У нашей группы сегодня занятие по имущественному праву, – нарочито несчастным голосом простонал тот. – Буду знать, из-за кого мы все получим пары!

– Учить надо! – назидательно подняла я указательный палец, ничуть не проникшись чужим горем.

– Кто бы говорил, – вернул шпильку Сайрус. – Этот день вообще надо внести в анналы академии: сама Кара Торн почтила библиотеку своим визитом! В книге почетных гостей расписалась?

И мы оба снова залились веселым смехом. Казалось бы, прошло всего несколько минут, а я уже совсем не переживала, что чуть не пострадала от рук тех, кто три года притворялся моими друзьями.

– Ладно, мне пора. В отличие от вас, халявщиков с защиты, у нас еще пары, – вставая, с тяжелым вздохом произнес Сай.

Однако слова были сказаны не с обидой, в шутку. И я прекрасно это поняла. Поэтому только показала язык и гордо заявила:

– Не завидуй!

– Да как же тут не завидовать? Кстати, завтра вы ведь тоже идете в Атриум?

– Ну-у, вроде бы да, – неуверенно протянула я, вспоминая расписание.

– Значит, зайду за тобой, – неожиданно сообщил Сайрус. – Провожу, а то мало ли, вдруг этот гаденыш с судейского захочет отыграться.

Я благодарно посмотрела на него, чувствуя, как в душе шевельнулось что-то очень теплое.

– Спасибо.

– Не за что. Сам таких скотов не люблю. Пока. – И оборотень стремительно направился к выходу.

Проводив своего нового знакомого взглядом, я тоже поднялась и пошла подбирать оброненную во время падения книгу. И почему папа так отрицательно относится к оборотням? Ведь тот же Сайрус, например, отличный парень.

«Ладно. Не время думать об отстраненных вещах, Кара, – одернула я себя. – Чтобы доказать всем, включая отца, как они оказались неправы, надо начинать учиться. И ударными темпами восполнять три бесцельно потерянных года».

Ох, как же это было непросто! Непривычный к такому потоку информации мозг взбунтовался уже через несколько часов непрерывного вливания знаний. Лучше бы он так возмущался, когда я днями напролет журналы красоты читала и светские сплетни!

Однако, заметив, что за окнами библиотеки уже стемнело, а время близится к ночи, я все-таки решила закругляться. Пожалуй, на сегодня жажда знаний утолена. И, взяв несколько увесистых томов с собой, направилась в общежитие.

– Ого, кажется, кто-то всерьез решил попробовать на зуб гранит науки? – встретила меня лукавым смешком Лилиан.

– А чем еще заниматься? – Я пожала плечами и принялась перекладывать книги с парящей подставки на письменный стол. – Если ты еще не поняла, я теперь изгой и никто общаться со мной не станет. На вечеринки звать тоже не будут, а моя деятельная натура не привыкла к безделью.

– Никто – это твои прежние друзья? – Лил скривилась. – Кара, не преувеличивай и не драматизируй. Помимо твоей бывшей компании, в академии учится еще очень много нормальных ребят, которым нет дела до цвета твоей мантии. Не переживай.

– Пусть они переживают из-за того, что я не переживаю, – независимо сообщила я. – Кстати, библиотека, оказывается, интересное место.

– Да неужели? – фыркнула Лилиан.

– Я там познакомилась с одним приятным парнем, – похвасталась я. – Он меня спас! Поймал, когда падала с лестницы.

– Падала?! – Лил мгновенно посерьезнела и с беспокойством стала оглядывать меня. – Как же ты так неловко? Ты не ушиблась?

– Это Галитар, – я поморщилась. – Засмотрелся на магофон и налетел на лестницу. Вот и не удержалась. Но к Хаосу его. Ничего страшного, я же говорю, меня спасли. А завтра мой спаситель зайдет за нами, и мы вместе пойдем на занятия в Атриум.

– Ого! – восхитилась она. – Вот видишь! А говоришь, что никто с тобой не общается. При этом тебя спасают симпатичные незнакомцы и буквально падают к ногам.

– Скорее, это я падаю им на руки, – фыркнула я.

Проболтав еще полчаса, я забралась в кровать и по примеру подруги открыла одну из книг. Однако, едва перелистнув несколько страниц, осознала, что дико хочу спать.

Вспомнились бессонные ночи на каникулах. Эх, зря я не использовала книги в качестве снотворного! Эффект был просто потрясающим. Отложив учебник, я закрыла глаза и тут же провалилась в долгожданный сон.

Загрузка...