Глава 1

У Люка Ренфро была феноменальная память на лица. Ему достаточно было мельком увидеть человека для того, чтобы запомнить его навсегда.

Он изучал людей, спешивших мимо него теплым, солнечным утром по Шестнадцатой Стрит Молл в Денвере. Люк искал молодого белого мужчину, примерно за двадцать, стройного, атлетически сложенного, ростом от 177 до 180 см. На фотографиях, присланных из Лондона Скотленд-Ярдом, он был гладко выбрит, каштановые волосы коротко подстрижены. Но, даже если бы он отрастил бороду или перекрасил волосы, Люк все равно узнал бы его. Именно этим он занимался. Именно поэтому ФБР нанимало его и ему подобных специалистов, позаимствовав идею у британцев и создав группу «суперраспознавателей», чтобы отслеживать известных преступников.

Он перешел на другую сторону улицы и направился мимо ресторанов, вглядываясь в лица людей, собиравшихся на ланч. Ветер хлопал развешанными над головой баннерами: «Добро пожаловать, гонщики!», «Колорадо бросает вызов! Гонка Сайклинг Челлендж!». Человек, которого искал Люк, ни за что не пропустил бы гонку, но Люк надеялся отыскать его раньше, чем у него появится возможность принять в ней участие.

Краем глаза он заметил девушку, входившую в автобус. С бешено бьющимся сердцем он двинулся следом за автобусом.

Она тоже мелькала на видео, присланных Скотленд-Ярдом, и ее милое личико, с большими карими глазами и падающими на лоб кудряшками цвета меда, навсегда врезалось в его память.

Она вышла из автобуса через четыре квартала перед аптекой, остановилась, давая ему возможность внимательно рассмотреть ее узкие джинсы, теннисные туфли, светло-зеленый топик и зелено-голубой шарфик, повязанный вокруг шеи. А затем двинулась дальше широкими, уверенными шагами. Держась чуть позади, он последовал за ней к роскошному отелю и вошел в вестибюль.

В вестибюле, отделанном красным бархатом и золотой парчой, звучала негромкая и очень приятная классическая музыка. Люк оглядел толпу туристов и бизнесменов, но женщин среди них не оказалось. Подойдя к лифтам, он обнаружил, что обе кабины находятся на последнем этаже. Возможно, она решила подняться по лестнице или зашла в бар? Он помедлил.

– Простите.

Он обернулся и увидел прямо перед собой разгневанную девушку, которую преследовал. Светло-карие глаза с золотисто-зелеными вкраплениями, обрамленные густыми светлыми ресницами. Глаза, преследовавшие его в фантазиях, хотя в его грезах они были дружелюбными.

– Кто вы такой и почему следите за мной? – резко спросила она.

– Я понятия не имею, о чем вы.

– Я заметила, что вы следили за мной. – Она скрестила руки под грудью, и он подумал о том, догадывается ли она, как эта поза подчеркивает ложбинку между ее грудей. – Я хочу знать, зачем.

Она раскусила его, и это означало, что он должен уйти, а этого ему не хотелось. Он достал из кармана пиджака бумажник и показал ей свое удостоверение.

– Специальный агент, Люк Ренфро. ФБР.

Ее глаза округлились, и она заметно побледнела.

– Что происходит? – Девушка произнесла эти слова шепотом, от прежней бравады не осталось и следа. Она выглядела так, будто вот-вот упадет в обморок, прерывисто хватая воздух ртом.

Ее испуг насторожил Люка. Он слегка коснулся ее руки, готовый в любой момент схватить девушку, если она попытается сбежать.

– Почему бы нам не поговорить в баре?

И она последовала за ним в бар. Они расположились в кабинке, отделанной красной искусственной кожей. Свет был приглушен, музыка звучала едва слышно. Люк устроился напротив блондинки, официантка поспешила к ним из другого конца зала.

– Мне, пожалуйста, стакан холодного чая, – сказал ей Люк. Он взглянул на сидевшую напротив девушку. – Хотите чего-нибудь покрепче?

– Просто воду. – Она отбросила волосы, упавшие на глаза и положила ладони на стол. Ее короткие ногти были покрыты синим лаком. Серебряные серьги блеснули в полумраке бара, когда она повернула голову, чтобы взглянуть на него.

Люка раздражало, что он не мог выбросить из головы эту девушку. Возможно, он и последовал за ней, чтобы взглянуть на нее поближе и понять, почему она так прочно обосновалась в его мыслях. Что, если его инстинкт копа подсказывает ему, что эта девушка нарушила закон?

– Почему ФБР следит за мной? – спросила она.

– Во-первых, позвольте мне узнать ваше имя, раз уж вы узнали мое.

Она помедлила, но ответила:

– Морган Уэстфилд.

Его феноменальная память не распространялась на имена, факты или цифры, но он хорошо помнил сведения о главных подозреваемых в этом расследовании. Серия террористических взрывов потрясла мир велогонок за последние два года, когда от взрывов погибли и пострадали гонщики и зрители, присутствовавшие на крупных состязаниях по всему миру. В ФБР надеялись, что команда под кодовым названием «Сыскная команда семерых» сможет предотвратить в Денвере террористические акты. Возможно, Морган была как-то с этим связана, а Люк и не подозревал об этом?

– Вы следили за мной, но не знаете моего имени? – спросила она. – Я не понимаю.

– В прошлом месяце вы были на Тур де Франс, – ответил он. – А до этого – на Туре Британии. – Но не на прошлогодней гонке Париж- Рубэ.

– Вы следили за мной все это время? – Она повысила голос, и гнев снова окрасил ее щеки в пунцовый цвет.

Официантка принесла напитки и с любопытством взглянула на них.

– Вам что-нибудь еще нужно?

– Нет, спасибо. – Он протянул ей десятку. – Сдачи не надо.

Девушка спрятала купюру в передник и удалилась. Морган наклонилась к нему через стол.

– Почему ФБР следит за мной? – снова спросила она.

– Я не слежу за вами, – ответил он. – На самом деле я ищу кое-кого другого. Но я вспомнил вас, и мне стало любопытно.

– Вспомнили меня? – Она откинулась назад и нахмурилась. – Но мы никогда раньше не встречались.

– Нет. Но я изучил видеоматериалы с нескольких гонок. И вспомнил, что видел вас.

– Это безумие, – заявила она. Она была явно раздражена. – На этих гонках всегда полно народу. Сотни тысяч людей. И почему вы запомнили именно меня?

– Это именно то, чем я занимаюсь. На самом деле это моя работа. Мне платят за то, чтобы я запоминал лица и вспоминал их, когда снова увижу.

Она отпила большой глоток воды, не сводя с него глаз.

– Это объяснение кажется мне бессмысленным.

– Вы знаете, что некоторые люди обладают фотографической памятью, не так ли?

– Вы имеете в виду, что они могут прочитать телефонный справочник или энциклопедию и запомнить все, что увидели на страницах? Я думала, такое бывает лишь в кино.

– Нет, это вполне реальный феномен. Такие способности есть у моего брата. Стоит ему что-нибудь прочитать, и это намертво врезается в его память. – Знакомая боль стиснула его грудь при мысли о брате-близнеце. Он отдал бы все на свете, лишь бы узнать, где сейчас Марк.

– Но у вас все по-другому? – настаивала Морган.

– Я не забываю лица, даже если видел их всего несколько секунд.

– Я думала, что для просмотра видео и фотографий существуют специальные компьютерные программы.

– Программы по распознаванию лиц не идут ни в какое сравнение с человеческим мозгом, – возразил он. – После беспорядков в Лондоне в 2011 году команда «суперраспознавателей» из Скотленд-Ярда идентифицировала 1200 подозреваемых, попавших на видеозаписи. Компьютерная программа смогла идентифицировать только одного.

– Значит, я не должна быть польщена тем, что вы запомнили меня, ведь это всего лишь ваша работа.

– Некоторые лица запоминать приятнее, чем другие. – Он улыбнулся, но она по-прежнему смотрела на него с подозрением.

– Что вы делали на гонках? – спросил он.

– Я журналистка. Пишу о гонках для журнала «Роуд Байк».

– Вы работаете в этом журнале?

– Нет, я фрилансер. Пишу для многих других изданий, хотя мой приоритет – велогонки.

– Вы приехали в Денвер, чтобы написать о гонках в Колорадо?

– А что, если так?

– Я тоже приехал сюда ради гонок, – сказал он. – Вероятно, мы с вами еще увидимся.

– Я никогда не видела вас на гонках.

– А я там и не бывал. – И прежде чем она успела задать очевидный вопрос, он добавил: – Я видел вас на видеозаписи камер наблюдения.

Она закрыла глаза, а когда снова открыла их, ее голос прозвучал спокойно, но холодно.

– Почему бы нам не прекратить эту дурацкую игру в двадцать вопросов, чтобы вы могли прямо ответить мне, что происходит? Зачем вы просматривали видеозаписи с камер наблюдения, на которых была я? И зачем следили за мной сейчас?

– Хотите узнать правду?

– Конечно, хочу.

– Я не искал вас на этих записях, но вы не выходили у меня из головы. Я помню множество людей, но большинство из них не производят на меня сильного впечатления. А с вами все совсем иначе. Я захотел встретиться с вами и узнать почему.

– Серьезно? – Она уставилась на него.

Он кивнул.

– Вы сказали, что хотели узнать правду, и вот вам правда.

– Не могу понять, это худший способ познакомиться с девушкой или лучший?

– Вы должны оценить по заслугам мою оригинальность, – заметил он.

На ее лице промелькнула слабая улыбка. У нее были полные губы, подкрашенные розовым блеском. Он представил себе, каково поцеловать эти губы, но тут же отогнал эту мысль.

– Ну и как же работает ваша фотографическая память? – поинтересовалась она.

– Мне нужно всего несколько секунд, чтобы сфокусироваться на этом человеке, после этого я навсегда запоминаю его лицо.

В детстве он думал, что все вокруг воспринимают этот мир так же, как он. Стоило ему увидеть чье-то лицо, и он уже больше не мог его забыть. А вот Марк запоминал факты и письменную информацию и без особого труда окончил школу. Он получил доктора философии в области физики перед своим двадцатипятилетием, в то время как Люк был всего лишь обычным студентом, а затем попал в ФБР, где его умению нашлось должное применение.

– Для этого вы и приехали?

– Я здесь по работе – все, что я могу сказать.

– Вы ведь кого-то ищете, не так ли? Кого-то, кого видели на записях камер наблюдения. – Она замерла, и ему показалось, что она даже затаила дыхание в ожидании его ответа.

– Я не имею права обсуждать конфиденциальную информацию.

– Но я вольна делать обоснованные предположения. И поскольку вы федеральный агент, полагаю, вы здесь из-за террориста, который избрал своей мишенью велогонки.

– После взрывов в Париже и Лондоне на этой гонке будет усилено полицейское присутствие.

Небольшая группа вместе с ним следила за людьми, находившимися поблизости, когда случались теракты, и приводила их на допросы. Всего несколько человек появились на обеих гонках, где произошли взрывы, и все они были мужчинами, но у них могли быть сообщники. И Морган может иметь к этому отношение.

– Шел разговор об отмене этой гонки, – сказала она. – Организация только-только пришла в себя после допинговых скандалов, теперь какие-то ненормальные взрывают бомбы на крупных состязаниях. – Она понизила голос. – Вы ищете инициатора терактов. Вы знаете, кто это?

– Я не могу ответить на этот вопрос.

– Конечно же, вы знаете, кто он. – Она посмотрела ему в глаза. – Почему вы не можете сказать мне? Я посещаю много подобных мероприятий. Возможно, я смогу помочь вам отыскать его.

– А может быть, он ваш друг и вы побежите прямиком к нему, чтобы сообщить, что его разыскивает ФБР.

Она задохнулась.

– Вы ведь так не думаете на самом деле, правда?

– Не знаю. Я не знаю о вас ничего, кроме того, что вы мне рассказали.

Она пыталась казаться обиженной, но выглядела испуганной.

– Почему это так важно для вас? – спросил он.

Она резко встала, толкнув стол, и вода из ее стакана выплеснулась наружу.

– Мне пора, – вместо ответа произнесла она.

– Чем я вас так расстроил? – Он тоже встал, но она уже прошла мимо него и поспешила к выходу из бара, а оттуда в вестибюль.

Он направился за ней, но остановился у выхода. У него нет причин задерживать ее. Есть лишь назойливое ощущение, что с ней что-то не так.

Прячась за людьми, Люк двинулся через вестибюль следом за Морган. Она остановилась у лифтов, достала телефон и принялась набирать номер. Она несколько минут держала трубку у уха, затем нажала отбой. Девушка не произнесла ни слова, значит, тот, кому она звонила, не ответил ей.

Она пыталась связаться с террористом, чтобы предупредить его? Он не хотел, чтобы она была в этом замешана.

Двери лифта распахнулись, и она вошла внутрь. Он вышел из-за колонны, и их взгляды встретились. Ее прекрасные глаза были полны глубокой грусти. Он мгновенно узнал эту грусть, потому что сам испытал ее. Кого она потеряла?

Загрузка...