Глава 1

«Вашего отца убили. Следующей жертвой можете стать вы». Прочтя написанные на маленьком листе бумаги слова, Лондон Брэк резко вскинула голову и схватила за локоть уже собиравшегося уходить официанта.

– Стойте! Кто передал вам эту записку?

Глаза молодого человека испуганно округлились, и Лондон поспешно выпустила белый рукав его пиджака, который судорожно сжимала пальцами.

– Я уже объяснял, мисс Брэк. Она лежала у меня на подносе, а сверху было подписано ваше имя. Я не видел, кто ее туда положил.

Лондон нервно скомкала записку, швырнула в вечернюю сумочку и протянула официанту десятидолларовую купюру.

– Хорошо. Спасибо, что принесли.

Официант убрал деньги в карман и, не оглядываясь, поспешил прочь. Наверное, просто чья-то жестокая шутка. Или уловка мошенника. Если этот тип надеется поживиться за счет «Брэк глобал энтерпрайзис», он просто не знает, с кем связался – их команда юристов не дремлет.

Лондон выпрямила спину и обвела взглядом зал. От фальшивой улыбки сводило щеки. Ничего не поделаешь, издержки профессии – если, конечно, можно назвать профессией роль любезной хозяйки.

С наигранной непринужденностью взяв бокал шампанского с подноса проходящего мимо официанта, Лондон принялась вглядываться в толпу, собравшуюся в банкетном зале отеля «Фэйрмонт». Интересно, кто же подкинул записку? Взгляд Лондон невольно задержался на красавчике, стоящем в углу.

Хотя безупречный смокинг полностью соответствовал дресс-коду, с таким же успехом он мог написать на высоком лбу «посторонний». От этого человека словно исходила какая-то сила, и дело было даже не в том, как морщилась и натягивалась материя на массивных плечах. Осанка, манера держаться и, конечно, темные очки – все выдавало в нем телохранителя. Вряд ли автор послания – он, однако к этому человеку определенно стоит приглядеться.

– Не щурься, милочка, а то морщины появятся.

Перекатывая шампанское на языке, Лондон повернулась к двоюродному брату. Да, избалованными бывают не только золотые девочки, но и мальчики…

– Роджера не видел?

– Этого зануду с квадратной челюстью, твоего ухажера? – Найлз покачал головой. – Для человека, который фактически управляет компанией, он явно пропускает слишком много суарэ.

Лондон провела кончиком пальца по краю бокала. О компании ей говорить не хотелось.

– Уже поучаствовал в аукционе, Найлз? Поставил на что-нибудь хорошее?

– Разумеется. Только не поздновато ли мы взялись за это дело?

– В каком смысле? – Лондон подготовилась к очередному язвительному выпаду двоюродного брата.

Тот потер руки:

– Мы тут собираем деньги на лечение людей с больным сердцем, а твой папаша, Спенсер Брэк, уже приказал долго жить, оставив тебе бешеные миллиарды долларов и компанию «Брэк глобал» в придачу. Разумнее было бы провести это мероприятие до того, как он отбросил коньки.

– И как тебе удается всегда находить правильные слова? Спасибо. И утешил, и подбодрил.

Найлз прищелкнул языком:

– Это же я, твой кузен Найлз. Передо мной можешь не притворяться. Ты его терпеть не могла – так же, как и я.

Найлз перебросил через плечо шелковый шарф и, пританцовывая, зашагал прочь. Может быть, Найлз и есть автор записки. Хотел испортить ей настроение. Очень в его духе. Собственный отец тоже оставил Найлзу миллионы долларов, но ему все было мало. Найлз и покойный дядя Джей действительно ненавидели Спенсера, но в отношениях Лондон с отцом было намного больше нюансов.

Тупая пульсирующая головная боль, преследовавшая Лондон в начале вечера, вернулась с новой силой. Надо бы выйти ненадолго. Развернувшись, Лондон будто в стену врезалась. На стене был костюм из тонкой шерстяной ткани. Тот самый мужчина. Удивительно деликатно он придержал ее за руку:

– Извините.

От глубокого баритона по спине побежали мурашки. Темные очки незнакомец успел снять, и теперь Лондон смотрела в самые ярко-голубые глаза из всех, что когда-либо видела.

– Это вы извините.

Выпустив ее руку, мужчина зашагал дальше. Пока он рассекал толпу гостей, Лондон следила за его широкой спиной. Наконец незнакомец сел напротив Банни Харрис и наклонился к ней, а старушка зашептала что-то ему на ухо. Неужели очередной сотрудник агентства эскорт-услуг? Если да, то вкус у Банни улучшается просто на глазах.

Лондон выскользнула из зала и зашагала к женскому туалету. Но на полпути ее остановил капитан Уильямс из полицейского управления Сан-Франциско.

– Прекрасное мероприятие, Лондон. Уверен, отец гордился бы тобой.

– Благодарю, капитан.

Он шутливо погрозил пальцем:

– Никаких капитанов, просто Лес. Сколько раз повторять? Я же тебя совсем маленькой помню, а теперь – только поглядите, взрослая женщина! Вот и давай общаться, как взрослые.

– Хорошо… Лес. А теперь прошу меня извинить…

Она толкнула дверь в туалет. Несколько женщин прихорашивались напротив зеркал. При появлении Лондон они приветливо улыбнулись. Коротко кивнув, она проследовала дальше и, прислонившись к выложенной плиткой раковине, принялась рыться в сумочке в поисках ибупрофена. Лондон зачерпнула рукой воду из-под крана и проглотила желатиновую капсулу.

Вдруг голоса женщин зазвучали громче, и, выставив руку вперед, в туалет ворвался мужчина:

– Не пугайтесь, мисс Брэк. Просто хочу задать несколько вопросов. Меня зовут Рэй Лопес. Наверное, видели мою передачу?

Нет, одной капсулой тут не обойдешься. Лондон поставила руку на бедро.

– Замечательно! Ради интервью врываетесь в женский туалет!

– Всего несколько комментариев.

– А в офис позвонить не могли?

Рэй Лопес с улыбкой развел руками:

– Мы оба знаем, что вы там… не слишком часто бываете. Хорошо, только один вопрос о смерти вашего отца.

Одна из женщин подошла к репортеру и пронзила его ледяным взглядом.

– Охрана уже идет.

Тот лишь пожал плечами и шагнул к Лондон.

– Я уже давала интервью другому журналисту, мистер Лопес.

Лондон отвернулась к зеркалу и провела большим пальцем по брови.

– Такого вопроса он не задавал. Не кажется ли вам подозрительной смерть вашего отца?

– Нет, ни в малейшей степени.

Отойдя от зеркала, Лондон взяла сумочку под мышку и проскользнула мимо Лопеса. Так вот кто написал пугающую записку! Но Лондон не опустится до разговоров с этим человеком. Мимо пробежал охранник:

– Сэр, вам сюда нельзя. Покиньте отель.

Лопес обернулся через плечо и, вытянув шею, не сводил глаз с Лондон, пока охранник не дотащил его до эскалатора. Лондон тяжело вздохнула. Даже в туалете покоя нет! Все, хватит с нее притворства, и фальшивых улыбок, и навязчивых репортеров… и подозрительных записок. Папа умер всего месяц назад, и скончался он от естественных причин. Лондон достала из сумочки телефон и набрала номер водителя.

– Теодор, я выхожу. Встретишь у черного хода. Через главный идти не хочу.

– Опять папарацци донимают, мисс Брэк?

– Не то слово.

– Выезжаю.

Войдя в банкетный зал, Лондон отыскала кузена. Тот рассказывал пикантную историю о своих похождениях и, как всегда, нагло преувеличивал. Лондон поманила его пальцем, и Найлз покинул восторженную публику.

– Все, уезжаю. Люди и так восхищаются моим самообладанием: всего через месяц после смерти отца вышла в свет.

– Да еще после такой внезапной смерти.

Тут что, все сговорились? Расправив плечи, Лондон произнесла:

– У папы было больное сердце.

– Однако благодаря дорогостоящему лечению он оставался в неплохой форме.

– Это ты подбросил записку, Найлз?

– Какую записку? – Брови удивленно взлетели вверх. – Ты о чем?

– Да так, ни о чем. Не обращай внимания.

Впрочем, Найлз в любом случае не признается.

Следует взять его на заметку. Лондон обвела жестом шумный зал:

– Пожалуйста, произнеси за меня речь. Объяви победителей аукциона, поблагодари гостей за то, что пришли, и все в таком духе.

– С удовольствием, милочка.

Лондон резко развернулась на каблуках. Возле гардероба она едва не врезалась в Банни Харрис. Старушка висела на руке молодого человека, едва вышедшего из детского возраста. А вот мужчины в темных очках поблизости не было.

– Извините, Банни. Уезжаете?

– Не волнуйся, Лондон. Перед уходом сделала очень щедрое пожертвование. Твой отец – один из моих самых близких друзей. Для меня это огромная потеря.

– Благодарю.

Лондон невольно посмотрела на спутника Банни, отошедшего к окну. Что и говорить, красавчик – с такой внешностью в модельный бизнес идти можно.

– Простите, не помню вашего имени.

– Лэнс. – Перегнувшись через Банни, молодой человек протянул ей руку. – Приятно познакомиться, миссис Брэк.

– Взаимно, – произнесла Лондон после обмена рукопожатиями. – Приятного вечера.

Лэнс набросил Банни на плечи меховое манто, и парочка направилась к эскалатору. Покачав головой, Лондон принялась искать в сумочке собственный номерок и сразу наткнулась на записку. Лондон вытащила ее и принялась разглядывать выведенные черным маркером печатные буквы. На всякий случай лучше не выбрасывать и сохранить хотя бы на несколько дней: вдруг одной запиской дело не ограничится? Тогда Лондон передаст ее службе безопасности «Брэк глобал». Нет, скорее всего, автор – репортер. Ради сенсации на все готовы. Гардеробщица положила на стойку ее кожаную куртку.

Лондон улыбнулась и, вручив девушке чаевые, направилась к эскалатору, плотно запахнув куртку на груди. Когда она спустилась в холл, коридорный сразу оживился:

– Не желаете такси, мисс Брэк?

– Нет, спасибо. Меня ждет шофер.

Строго говоря, Теодор был шофером ее отца, но у Лондон просто не хватило духу его уволить, хотя ей личный водитель был совершенно не нужен. Сунув руки в рукава куртки, Лондон достала телефон, чтобы посмотреть, который час. Если Теодор отогнал машину обратно к папиной резиденции на Пасифик-Хайтс, значит, до отеля доберется за десять – пятнадцать минут.

В лобби вошли несколько человек, и Лондон обернулась. Ни фотографов, ни Рэя Лопеса видно не было. Лондон направилась к черному ходу.

Асфальт в темном переулке блестел от дождя. Теодор еще не приехал. Прищурившись, Лондон посмотрела вперед, но обзор загораживал мусорный бак.

Должно быть, Теодор воспользовался случаем и поехал по своим делам. Лондон повернулась обратно к двери и нажала на ручку. Но дверь не поддавалась. За спиной раздались шаги и, прежде чем Лондон успела среагировать, вокруг ее шеи сомкнулись чьи-то руки.

Зря она испугалась папарацци: опасность исходила совсем с другой стороны.

Загрузка...