Банальная история

Глава 12

Но сегодня оставалось еще одно важное событие, которое он пропустить никак не мог. Он ехал домой и молил Бога, чтобы Тихомиров не позвонил сейчас Валентине и не сообщил об увольнении. Он готов все отдать, чтобы она не узнала об этом. С трясущимися от волнения руками он подъехал к дому, поднялся на этаж. Дверь квартиры оказалась открытой.

В прихожей его встретила Валентина и пять больших синтетических клетчатых сумок, с которыми торгаши обычно ездят за товарами. Было еще четыре больших коробки.

— Ты задержался, придется немного ускориться, иначе не успеем на встречу.

— Это что? — поинтересовался Петр, указывая на сумки.

— Помоги мне отнести в машину. Поедем на твоей, в мою все это не вместится, — вместо ответа сказала Валентина.

— А куда все это? — снова спросил Петр, вспоминая, что она что-то говорила на счет отвезти куда-то какие-то вещи. Кто знает этих женщин, может свои старые тряпки на благотворительность везет.

— Давай уже неси, нас ждут. А то можем опоздать.

Она подхватила одну коробку, донесла до лифта. Петр подтащил остальные тяжелые сумки до лифта. Они спустились вниз, он подогнал поближе к выходу свою машину, загрузили полный багажник. Несколько коробок пришлось занести в салон.

— А это что за коробки? — спросила Валентина, загружая сумки.

— Это надо перевезти домой к маме, все время забываю вытащить их из багажника, — вывернулся Петр.

— Петь, дай я сегодня поведу машину. Давно хотела попробовать. Хочу себе такую же.

Он передал ей ключи и пошел к пассажирской двери. Спорить с женой перед сделкой он не рисковал. Да и настроение у него сейчас было отвратительное, его до сих пор трясло после разговора с Тихомировым. Он не знал, как сказать Валентине, что его уволили и навесили огромный штраф, так и не подобрал слова. И зная Тихомирова, тот примет все меры, чтобы его больше никуда не взяли на работу. Пока она не узнала об этом, надо быстрее провернуть развод. Интересно бы узнать, откуда шеф узнал про него с Оксаной, кто стуканул?

Валентина была совершенно спокойна, вела машину уверенно. Они заехали в какой-то деловой центр, прошли в рабочий кабинет нотариуса. Там их ждал мужчина неопределенного возраста, который представился юристом и представителем продавца. Он показал нотариусу свою доверенность.

— Прошу прощения, моя доверитель сегодня прийти не сможет, очень плохо себя чувствует, — извиняющимся тоном сказал юрист.

«Ага, напилась, наверное, вот и не смогла», — подумал про себя Петр.

Петр с огромным интересом наблюдал, как пожилой нотариус оформляет договор купли-продажи этого замечательно дома. Где уже так скоро будет жить Петр. Его душа ликовала, у него есть огромный богатый дом в элитном жилом поселке. Утренние события увольнения уже казались ему не такими страшными. Увидев в руках Валентины документы на дом, нервы постепенно отпускали его.

Сделка прошла по безналичному расчету, поэтому никто при нем денег не доставал. Через полчаса все документы были оформлены, нотариус и юрист поздравили Валентину с достойным приобретением, после чего все разошлись. Жена убрала документы в папку и не дала Петру посмотреть их.

— Мы и так уже опаздываем, потом дома посмотришь, никуда они не денутся.

Потом она снова села за руль. Теперь на Петра нашло состояние эйфории. Дом за 120 миллионов принадлежал им. Даже если Валентина заартачится, то половина стоимости будет принадлежать ему. А на эти деньги он тоже сможет красиво пожить. Он даже закрыл глаза от удовольствия, не обращая внимания, куда они едут. Самая главная задача на сегодня для него была выполнена. И уже Тихомиров на фоне это выглядел смешно.

Петр не следил за дорогой, но когда Валентина повернула в сторону дома, где проживает его мать, нахмурился.

— Зачем мы здесь?

— У меня здесь встреча. Не переживай, мы быстро. Я сама хочу все побыстрее закончить, — спокойно ответила она.

Валентина остановила машину напротив подъезда, где уже параллельно с ними на стоянке стояла машина «Гелендваген» черного цвета, задние дверцы которой были открыты. Петр заметил в машине четверых. Сидящих впереди он не видел из-за тонированных стекол, но вот через открытую заднюю дверь он видел двух здоровых братков, шагнувших сюда прямо из девяностых. Тот, кто сидел ближе к ним, свесил из салона свою накачанную ногу, обутую в кроссовки огромных размеров, его рука лежала ладонью на крыше. На лице красовались солнечные очки, хотя день сегодня был совсем не солнечный и шел мелкий снежок.

Петр подобрался, когда этот бык повернул голову в его сторону, опустил очки на кончик носа и подмигнул. Но пассажиры Гелендвагена на трогались со своим мест и Петр немного успокоился. Мало ли кого они тут ждут.

— Так, выходи и выноси сумки из машины, — распорядилась Валентина, заглушая двигатель, доставая ключи из замка зажигания.

Петр протянул ей руку, чтобы их забрать, но она положила ключи к себе в карман.

— А зачем доставать сумки? — не утерпел от вопроса Петр, открывая багажник и доставая первую сумку.

— Относи к подъезду, — не отвечая на его вопрос, сказала Валентина. — И коробки свои не забудь, а то снова возить их с собой будешь, — она даже усмехнулась ему.

Когда все сумки и коробки оказались возле лавочки, из подъезда выбежала Лиза, наспех одетая в халат, старые спортивные брюки и накинутый на плечи пуховик.

— Что здесь происходит? Что это за вещи? — Она тыкала пальцем в сумки и коробки.

— А это значит, дорогая моя, что я возвращаю тебе твоего мужа со всеми его вещами, — просто ответила Валентина.

— Что значит возвращаешь? — не понял Петр, уставился на Валентину.

— А то и значит, что у тебя одна единственная жена и я тебя привезла к ней в целостности и сохранности. Желаю счастья.

В это время открылась передняя пассажирская дверь Гелендвагена и из нее вышел мужчина невысокого роста с папкой в руках, подошел к Валентине, достал из папки какие-то документы. Она взяла их и передала Петру, который до конца не понимал, что происходит. Он отказывался что-либо понимать. Мысленно он сейчас ехал в новь приобретенный дом. И эта задержка его не устраивала. Еще какие-то непонятные документы? Зачем сюда привезли эти сумки?

— Это постановление суда о признании нашего брака недействительным, как совершенный обманом с корыстной целью и по подложным документам. Поэтому ты совершенно свободен от меня и нашего брака, я вернула тебя к своей законной жене, отдала все твои вещи. Мне они совершенно не нужны. Поверь, я себе ни носка, ни платка носового не оставила. Даже положила тебе твою любимую посуду и бритвенный станок с пенкой для бритья. Мне не жалко.

Три коробки, которые он собрал на работе, Валентина тоже выставила их на дорогу. Потом она протянула к нему раскрытую ладонь.

— Верни ключи от квартиры. Ты там больше не живешь.

Петр находился в ступоре, никак не мог найти слова, чтобы спросить, что, все-таки здесь происходит, почему Валентина с ним так поступает? Что значит «вернула к жене»? Он стоял, хлопая глазами.

— Эй, что значит недействительный, что значит все отдала? — закричала Лиза, вставая между Петром и Валентиной. — Ты должна ему отдать эту машину и половину имущества! Мы что, зря эти шесть лет терпели? Я так это не оставлю.

— Я так понимаю, что хочешь вместе со своим Петром получить срок за мошенничество, подделку документов? За двоеженство статьи нет, но у нас это запрещено, — спокойно сказал мужчина, который передал Валентине документы.

— Ты кто такой, не лезь туда, куда тебя не просят! Я знаю, она должна Петру эту машину, так как она подарила ее ему, и половину имущества! Я читала! — не унималась Лиза. — Он жил в той квартире, значит имеет право на ее половину!

— Ах читала! — Улыбнулся мужчина. — Поясняю. На счет машины. Она никогда не принадлежала Петру. Машина корпоративная, у него была доверенность на ее управление, не больше. Сегодняшним числом данная доверенность аннулирована. По поводу остального имущества. Оно все приобретено Валентиной Ивановной до брака с этим замечательным человеком. Так что даже если у них был настоящий брак, то он ничего бы не получил. И на счет квартиры. Он никогда не был там прописан. Валентина Ивановна разрешала этому мужчине жить там на совершенно добровольной основе. А его прописка по данному адресу, — мужчина указал пальцем на окна квартиры матери.

— А деньги? У нее есть деньги, она получила их за время совместного проживания, на них собиралась купить дом за городом. Пусть отдает половину этих денег! — Лиза не обращала внимание на Петра, который пытался ее успокоить и оттащить в сторону.

— Дамочка, повторяю. Здесь нет никакого развода. Брак признан недействительным. Поэтому ни денег, ни квартиры, ни машины вам не видать.

Лиза дернулась в сторону Валентины, желая схватить ее за волосы, но была перехвачена мощной рукой братка, который в одно мгновение оказался рядом с ними.

— Я предлагал Валентине Ивановне привлечь Петра к уголовной ответственности за мошенничество, но она слишком благородна, не стала этого делать. Так пусть твой Петр спасибо ей скажет.

Лиза билась в руках братка, пытаясь вырваться, ругалась, слала проклятья.

— Петр, ты почему молчишь? Ну скажи ей, что она тебе должна! — Лиза никак не могла понять, что для них все закончено.

Сам Петр стоял, опустив голову, теребя в руках решение суда. Если бы он мог, он бы зарыдал, закричал. Все то, к чему он так долго шел, просто рухнуло в один день. Он достал из кармана ключи от квартиры Валентины и отдал. Она молча взяла их, прошла в машину, села за руль. Мужчина вернулся в Гелендваген, а браток передал с рук на руки Петру истерящую Лизу:

— Держи, это тебе на сдачу. Козел ты, Петя. — И ухмыльнулся, хлопнув его со всей силы по плечу, от чего Петр чуть не упал на колени. — Такую женщину обидел, счастье свое просрал.

Потом все уехали. Петр потащил Лизу в квартиру. Она все порывалась побежать за отъехавшими машинами и выкрикивала угрозы.

— Прекрати, я сказал, — рявкнул на нее Петр. — Ничего у нас нет. Заноси сумки в квартиру.

— Да не нужны мне твои трусы. — Она со злостью пнула сумку ногой. — И ты мне не нужен, козел! Я подам на развод и ты будешь платить мне алименты. Я с тебя все стрясу, что мне положено.

— Не стрясешь, меня уволили, — со злостью и каким-то удовлетворением ответил ей Петр.

Еще пять минут назад у него была крутая машина, богатая жена, хоть и не настоящая, уютное жилье, вкусная еда и новый красивый дом. А сейчас он остался с пятью сумками, семью коробками своего барахла и орущей на весь двор Лизой, которая не хотела понимать весь звездец происходящего.

В довершение всего зазвонил телефон Петра. Звонила Оксана.

— Слушаю, — ответил он равнодушным голосом.

— Слушай, подонок! Я все папе рассказала! Он сказал, что уже уволил тебя и правильно сделал. Ты тварь последняя, я любила тебя, верила, делала для тебя все, что ты хочешь, а ты просто использовал меня, — из динамика слышался громкий голос девушки, который сыпал на него проклятьями.

— А это кто еще? — спросила Лиза.

— Не твое дело, — Петр отключил телефон и пошел в подъезд.