Глава 4

Конечно, кто добровольно отдаст свое состояние. Горько усмехаюсь, и этот мешок отдаётся в груди. Человек ничего не значит, если в игру вступают большие деньги. Я не выдерживаю и начинаю всхлипывать.

Ярослав закрывает мой рот ладонью и наклоняется. Он ничего не говорит. Просто смотрит, пока меня колотит в его объятиях.

– Все хорошо.

Но я не верю его словам. Конечно, я понимаю, что от таких людей нет никаких гарантия выйти живой, но лучше перетерплю один раз, чем…одергиваю себя, не в силах даже мысленно подумать о том, что меня ждет во втором случае.

Скидываю ладонь со своего лица. В глазах стоят слезы. Ещё один удар сердца – и я решаюсь.

– Просто сделай это…

Ярослав непонимающе смотрит на меня. Хмурит темные брови, не в силах осознать, о чем я прошу. А мне хочется встряхнуть его. Наорать, чтобы не тормозил. Потому что десять минут на исходе – и над моей головой так и висит гильотина. Он им нужен…а вот я…точно нет.

– Сделать что?

Сглатываю тугой комок слюны. Кислота обжигает пищевод и падает камнем на дно желудка.

– То, что они сказали.

–Уль…

– Пожалуйста.

Не знаю, как его просить. Уже ощущаю, как жгучие слезы стекают по щекам.

– Бл**ь, ты же не серьезно, да? Они…

– Сделают.

В моем голосе уже столько мольбы, что осталось только на колени упасть.

– Пожалуйста, Ярослав. Лучше ты…один.

Каждое слово вонзается в грудь острым кинжалом. Сердце затапливает кровью, но я не отвожу взгляда от его лица. Оно чернее тучи. И сам он становится как большая грозовая туча. Шумно выдыхает и отводит взгляд.

– Бред какой-то. Это какой-то, бл**ь, бред. Я здоровый мужик…

– Но их больше, и ты это понимаешь.

Шепчу эти слова, чтобы достучаться до него.

Но нас прерывает открывающаяся дверь. Ярослава снова скручивают, а меня тащат на выход. Я упираюсь ногами, и вскоре у меня возникает ощущение, что я стираю их в кровь.

– Нет! – кричу, что есть силы.– Отпустите!

– Ваше время вышло, голубки. Так что пошли, птичка. Теперь ты наша.

– Пожалуйста!

В противоположном углу комнаты слышу возню и рык кого-то из мужчин.

– Ну-ка отпусти её, придурок!

Все внутри каменеет от одной мысли, что все сейчас кончится.

– Ярослав…

Цепляюсь за последнюю соломинку. Не знаю, на что надеюсь, но не хочу никуда выходить из этой комнаты. Не так!

– Отпусти ее, сказал! Я согласен!

– Отпустите девку!

Марат стоит в дверях, наблюдая за нами, словно на представлении.

– Скажи мне, нахрена весь этот цирк?

От Ярослава волнами исходит животная ярость. И я понимаю, что, если бы его не задавили количеством, он был бы достойным соперником.

– Ну-у-у-у, – протягивает Марат, – мне просто скучно. Захотелось острых ощущений. А так посмотрю на вас, вздрочну. Да и ты, Ярик, всегда ж был таким правильным, аж тошно! А сейчас все твои моральные устои пойдут нахрен! Ну разве не кайф?

– Ты больной! И знаешь, что я отыграюсь.

Ярослав зло выплевывает эти слова, все ещё пытаясь отбиться, пока мои руки сжимают в тиски.

– Да посрать. Если ты вообще отсюда выйдешь.

Морщусь от сарказма, сквозящего в голосе нашего тюремщика. Руки начинают гудеть. Чудом во время сопротивления не выдрали их.

– Давайте развлекайтесь! Пошли, парни.

Нас снова оставляют наедине. Тяжело приваливаюсь к стене и не позволяю телу съехать на пол. Иначе просто не смогу встать. Ярослав стоит в нескольких шагах. Он какое-то время молчит. Даже не дышит, ведет внутреннюю борьбу.

– Пожалуйста, Яр, – не знаю, о чем именно прошу, – какие ещё доказательства того, что они пойдут на все, тебе нужны? Ну, есть ещё один выход. Подпиши документы, и нас отпустят.

В моем голосе мольба. Может, после всего он наконец сдастся и вытащит нас отсюда. Но Ярослав только горько ухмыляется.

– Вот уж точно не отпустят, Уль. Стоит им получить бумаги, и мы покойники. А я ещё жить хочу.

– Тогда чего ты ждешь?

До боли впиваюсь ногтями в ладони, пока жду хоть какой-то реакции. Меня трясет так, что спина бьется о стену, распространяя по телу болевые спазмы.

Он роняет голову на грудь, а затем впивается в меня немигающим взглядом. Сдается…

– Ты меня после всего возненавидишь.

– А какая разница, что я буду чувствовать? У тебя есть другие предложения? Нас держит больной ублюдок, которому просто скучно, и он готов отдать меня своим псам. Я и так здесь уже достаточно увидела.

– Я прекрасно понимаю тебя. Черт, думал, нас найдут быстрее.

Последние слова он еле слышно шепчет возле моей щеки. Посылая поток теплого воздуха на мою холодную кожу. Тело мгновенно покрывается мурашками. Я понимаю, что он боится, что нас услышат.

– Кто нас должен найти? Как нас вообще схватили? У тебя что, нет телохранителей?

– В том-то и дело, что были.

– А куда они, черт… – начинаю повышать голос, и мне тут же закрывают рот.

– Давай не сейчас, хорошо?

Киваю и тут же делаю вдох.

– Даже не знаю, как тебе помочь. Включи воображение.

– По поводу?

– Ну, чувствую себя идиотом… – он шумно выдыхает и стискивает мою талию, – представь, что мы только что познакомились в клубе и сейчас просто хотим трахнуться в темной подсобке. Случайный секс.

– А до клуба ты, видимо, побывал в уличной драке?

Подхватываю его бредовые идеи, потому что хоть так могу отвлечься.

– Ну, пусть будет так.– Он приближает свое лицо к моему и шепчет на грани слышимости:—Забудь о камерах. Я прикрою, насколько это возможно.

Я бесконечно благодарна ему за то, что он пытается сгладить этот момент, но мы оба понимаем, что так будет лучше. Я замечаю, когда и его озаряет понимание.

Все происходит стремительно. Несколько колючих и горьких поцелуев, которые вызывают только чувство безысходности. Внутри разливается терпкий привкус боли. Сердце ускоряет темп. Внутри все скручивается в узел. Я стараюсь отвлечься. Стараюсь забыть, где мы и кто мы…

Меня прижимают к прохладной стене. Шершавая рука медленно гладит внутреннюю сторону бедра, пальцы ныряют между ног, вызывая, увы, слишком слабый отклик.

Отрывают от пола, заставляя инстинктивно обхватить ногами его торс. Я помню про камеры, но Ярослав старается закрыть меня собой, как и обещал. Звук расстегиваемой молнии ударяет по перепонкам и внутрь толкается член. Наполняя до краев. В другой ситуации я бы насладилась близостью с таким мужчиной. Но сейчас мы находимся в шаге от безумия. Вокруг одна сплошная тьма и безысходность.

Несколько глубоких толчков. Я откидываю голову назад, ударяясь о грубую кладку. Отрезвляя затуманенное паникой сознание. Ярослав толкается в меня ещё раз и стремительно выходит, достигая разрядки.

В груди бешено стучит сердце. В голове не укладывается мысль о том, что только что произошло. Со страхом жду, что вот сейчас зайдет Марат и заберет меня. Воплотит угрозу в жизнь. Но в комнате стоит гробовая тишина. Слышен только звук нашего дыхания. Ярослав аккуратно опускает меня на пол, прикрывая платьем. Приводит в порядок штаны, и ведет меня к кушетке.

Бережно укладывает, пряча под тряпкой. Я настолько вымотана, что моментально проваливаюсь в сон. И мне кажется, что уже где-то во сне слышу его шепот.

– Извини…

А в следующее пробуждение все заканчивается. К нам в камеру осторожно, будто боясь напугать, врываются три человека в обмундировании и освобождают. Все происходит настолько быстро, что не успеваю даже толком сообразить. Вижу Марата в наручниках. Кучу народа в форме. Ярослав пытается ко мне подойти, но ему не дают. Его останавливает какой-то мужчина, что-то втолковывает. Глаза нещадно режет от солнечного света. Меня укутывают в мягкий плед, грузят в карету скорой помощи и увозят в больницу.

Несколько дней тщательно обследуют. Все это время от меня не отходит мама, и я клятвенно заверяю её, что все в порядке. Немного простудилась и отлеживалась, а телефон потеряла и поэтому не выходила на связь.

Столько лжи не лилось из меня никогда, но я осознаю, что сейчас она во благо. У мамы итак сердце шалит в последнее время, а тут после всей правды…нет, даже думать не хочу, что могло произойти.

– Ну что, Ульяна Александровна. Все анализы в норме. Все нормально. Только настоятельно советуем вам посетить психиатра во избежание негативных последствий.


Я киваю. Думаю, это будет лишним. Главное, весь этот кошмар позади остался. Меня освободили и не убили. Даже не изнасиловали, как грозились.

– Да, спасибо. Я вас поняла.

Через неделю меня начинают мучить кошмары и сильнейшие головные боли. Я шарахаюсь от каждого шороха. Когда иду по улице, постоянно оборачиваюсь. Приходится снова переехать к родителям, где не единожды мама будит меня посреди ночи вопросом все ли хорошо.

Промучившись сама и истерзав маму, я обращаюсь к психиатру. Приходится пережить длительные беседы, попытки вытянуть из меня подробности, но они надежно заперты в подсознании. Мне назначают сильные успокоительные, которые постепенно помогают справиться со страхами.

– Нет, Ульяна Александровна, так дело не пойдет. Мы с вами уже месяц бьемся над этой ситуацией, и ничего. Я пытаюсь донести, что вы пережили глубокую депрессию на фоне одиночества, у вас начались кошмары. Вы просто перепутали сон и реальность, но вы не воспринимаете мои слова всерьез. При этом не можете рассказать никаких подробностей, что ещё раз подтверждает мой диагноз. Человек, переживший все во сне, потом не может вспомнить деталей. Вы понимаете, о чем я?

Я пытаюсь переварить сказанное, и мне приходится согласиться. Я действительно не помню деталей, только общую картинку. Темное помещение и мужчину.

– А как же то, что в реальности существует человек, с которым мы были взаперти?

Отказываюсь называть имена. Ясно, что Гаврилову не нужны лишние слухи, хотя врачи и обязаны хранить врачебную тайну, но я никому теперь не доверяю.

–Вы могли где-то увидеть этого человека, а подсознание просто спроецировало и дорисовало остальное.

Просто киваю. Все ещё не могу уложить все это в голове.

– Вам нужна смена обстановки. Съездите за город. У нас в области есть замечательный санаторий. Отдохните, подышите воздухом. Хотя бы дней пять. Вернетесь и приходите ко мне. А вообще, настоятельно вам рекомендую подумать насчет новых знакомств. Может, даже с мужчинами. Вам не хватает ощущения защищенности и надежности.

Вздрагиваю от одной мысли о новых отношениях, но не решаюсь возразить. Смена обстановки так смена обстановки. Врачу виднее. Да и мама очень поддерживает эту идею. Приобретаю путевку и уезжаю в санаторий.

Здесь очень комфортно, отзывчивый персонал. Природа играет всеми красками. Вокруг пышные леса, чудесный воздух.

Множество корпусов. Мне достается небольшой уютный номер, отделанный в пастельных тонах. В немотдельный душ, огромная кровать и свой балкончик. Я впервые в таком месте и уже жалею, что не выезжала раньше. Ни о чем не надо думать. Здесь безопасно и уютно.

Отличный бассейн, в котором я провожу много времени. Мне снова назначают курс успокоительных. Постепенно страхи уходят окончательно. Кошмары прекращаются, и я могу дышать полной грудью, не опасаясь почувствовать тот затхлый запах. И с каждым днем все больше верится в то, что это все было во сне. Здешние специалисты активно вдалбливают эту мысль в мою голову.

И я действительно начинаю отпускать те страшные дни и жить как прежде. Прогуливаюсь по красивейшим местам. Наслаждаюсь солнышком и купаюсь в тепле.

– Добрый день, красавица.

Я оборачиваюсь и вижу перед собой весьма привлекательного молодого мужчину в медицинском костюме. Он высок, светло-русые волосы уложены в аккуратную прическу, синие глаза смотрят заинтересованно и доброжелательно.

– Добрый.

Не знаю, откуда берутся силы, но улыбаюсь от всей души.

– Будем знакомы, я Игорь.

При виде ответной улыбки внутри что-то щелкает, и я расслабляюсь.

– Будем. Ульяна.

Игорь аккуратно берет мою руку и дарит легкий поцелуй, не сводя с меня глаз. А я ощущаю легкий трепет. Будто крылья бабочки внутри щекочут. Мне не хватает этой легкости.

– Может, кофе?

– Можно.

Удивительно, но я легко соглашаюсь на его предложение. Мне реально становится легче после знакомства с Игорем. Он оказывается врачом и приезжает сюда, чтобы провести какую-то встречу по повышению квалификации. С ним интересно и легко. Он навещает чуть ли не каждый день. Привозит всякие мелочи, и постепенно я отзываюсь на его ухаживания.

Сама не замечаю, как наши отношения закручиваются в бурный роман – уже после моего возвращения в город. Я порхаю и наслаждаюсь каждым днем рядом с ним. Он же не перестает меня радовать, одаривает теплотой и лаской. Я купаюсь в его заботе. Именно такой мужчина мне и нужен. Он тщательно бдит за моим душевным спокойствием и не подвергает лишним волнениям.

Так пролетает почти два месяца. Меня радует то, что он не настаивает на близости, потому что я ещё не готова к такому шагу. Первая близость случается спонтанно. После очередного свидания я приглашаю Игоря на чашечку кофе. После проведенной вместе ночи он просто остается у меня. Мы никогда не спорим, и это вселяет в меня уверенность. Он окутывает меня бесконечной заботой, окончательно вытесняя из памяти те дни.

Я уже мечтаю о семье. Уверена, что это окончательно поможет все отпустить и оставить в прошлом тот кошмар.

Загрузка...