Кристин Григ Бокал шампанского

Глава первая

Роковой телефонный звонок раздался, когда Кора уже собралась уходить домой.

– Кора Рингвуд, – ответила она.

– Мисс Рингвуд, – раздался голос Строма, престарелого председателя правления банка, а следовательно, прямого ее начальника, – не могли бы вы на минуточку зайти ко мне?

Понимая, что подобное приглашение равносильно приказу, она немедленно поднялась на лифте и прошла в приемную Строма.

– Он ждет вас, – сказала секретарша, открывая дверь кабинета.

Филип Стром сидел за сводим огромным письменным столом, на котором сейчас не было ничего, кроме внушительной папки с документами.

– Присаживайтесь, мисс Рингвуд, – любезно предложил Стром. – Извините за столь позднее приглашение, но мне хочется, чтобы вы занялись этим прямо с утра. Только что закончилось заседание правления, на котором рассматривался вопрос о строительстве нового здания штаб-квартиры банка. Мы остановились на этом проекте, но хотим, чтобы вы самым тщательным образом исследовали его с финансовой точки зрения. Архитектурная часть и общая концепция нас вполне устраивают.

– Хорошо, мистер Строи, – сказала Кора, беря папку под мышку. – Я могу идти?

– Не смею вас задерживать, – все так же любезно ответил старик.

Уже в лифте, нажав на кнопку своего этажа, она раскрыла досье… и словно окаменела. С фотографии на нее смотрело хорошо знакомое лицо, часто, слишком часто являющееся ей во сне. Не веря своим глазам, она нашарила взглядом идентификационные данные. Да, ошибки быть не может – Лайон… Лайон Кинг… Это он!

– Вы выходите, мисс Рингвуд, – услышала Кора голос охранника и только сейчас поняла, что стоит перед открытыми дверями остановившегося лифта.

– Да, спасибо, – пробормотала она и, пройдя в каком-то оцепенении в свой кабинет, рухнула в кресло.

Это не лезло ни в какие ворота, подобное невезение опровергало все законы статистики, просто какая-то мистика!

А ведь ей казалось, что было учтено все, до мельчайших деталей. Случайная встреча за несколько сот километров от дома, совершенно незнакомый человек, не знающий о ней ничего, кроме имени. Она отказывалась этому верить.

Внезапно пришедшая в голову мысль заставила Кору похолодеть. Что будет, если он узнает о Фрэнке? Весь ее тщательно, с таким трудом выстроенный мир мог рухнуть в одночасье. Нет, этого допустить нельзя! Она будет сражаться до последнего, приложит все силы к тому, чтобы этот выполнивший свою функцию и больше не нужный ей человек, этот… Лайон Кинг исчез с ее горизонта!

Заперев папку в сейф, она проверила, все ли в сумочке на месте, и решительным шагом вышла из офиса.

***

Как подозревал Лайон Кинг, эта блондинка в зеленом замшевом костюме прекрасно осознает, что всякий раз, когда она скрещивает ноги, ее юбка сильно раскрывается. Хотя, чего скрывать, ноги хороши – длинные, загорелые и стройные.

Рейс откладывался из-за плохой погоды, и он заметил ее еще полчаса тому назад, сразу же, как только она вошла в зал ожидания. Впрочем, на нее обратил внимание каждый присутствующий в зале мужчина. Чтобы не остановить взгляд на столь привлекательной женщине – особенно если учесть, что кроме заливающего окна ливня смотреть было особенно не на что, – нужно быть совсем бесчувственным.

Несмотря на свою броскую красоту, блондинка, как и почти все остальные пассажиры, пережидающие эту летнюю грозу, выглядела очень по-деловому. Но стоило ей сесть прямо напротив Лайона и, вынув из чемоданчика какую-то книгу, скрестить ноги… Весьма пристойно выглядящая замшевая юбка распахнулась до самых бедер. И прекрасно это понимая, она время от времени перекладывала свои чертовски соблазнительные бедра на глазах Лайона, находившегося в превосходной позиции для наблюдения.

Впрочем, все мужчины, пребывавшие в пределах видимости этого зрелища, занимались тем же самым. Да и почему бы им этим не заниматься? Какой смысл смотреть через окно на лившийся с небес дождь, на пересекающие угольно-черное небо молнии или на табло над стойкой регистрации, в каждой строчке которого значилось: «Отложен», «Отложен», «Отложен».

Лайон уже просмотрел свои деловые бумаги, прочитал бизнес-раздел газеты и позвонил партнеру. Так что оставалось лишь либо любоваться длинноногой блондинкой, либо умирать от скуки.

В этом соревновании блондинка явно побеждала.

Та, оторвав глаза от книги, поймала неприкрыто восхищенный взгляд Лайона и улыбнулась. Он улыбнулся в ответ. Вновь наклонив голову, женщина перевернула страницу и слегка изменила положение ног. Разрез юбки раздался еще на пару сантиметров.

Откинувшись на спинку кресла, Лайон прикрыл глаза и дал волю своему воображению. Интересно, что там дальше скрывается под этой юбкой?

Скорее всего, черные кружева. За свои тридцать лет он познал многих женщин, даже больше, чем полагалось бы, как поддразнивали его братья, и сейчас был уверен: блондинка предпочитает черные кружева. С другой стороны, нежный розовый цвет прекрасно гармонировал бы с ее легким загаром.

Длинные ноги опять пришли в движение, и долгожданное свершилось. Конечно, кружева были черными и вида даже самого их краешка оказалось вполне достаточно, чтобы у парня, сидевшего за два кресла от Лайона, вырвался сдавленный стон. Бедняга сделал довольно удачную попытку скрыть его за кашлем, но блондинка прекрасно все поняла.

Вновь подняв голову, она взглянула на парня, потом на Лайона и вновь улыбнулась. А когда прекрасная незнакомка в очередной раз повторила свой маневр с юбкой – краешек кружев стал пошире, – взял свою ручную кладь и, поднявшись с кресла, двинулся в ее направлении…

И остановился, не пройдя и половины пути: брови блондинки недоуменно поднялись. Она явно ждала. Черт побери, ждали все находящиеся вокруг, Кинг явно ощущал это. Мужчина, не воспользовавшийся подобным приглашением, должен быть круглым идиотом.

И все же, отнюдь не будучи идиотом, Лайон почувствовал, что должен остановиться. Еще секунду назад у него этого даже и в мыслях не было, но теперь он был уверен: выбора нет. Воспоминания заглушили чувство приятного ожидания, сменившегося раздражением. Но не на блондинку и не на плохую погоду. Лайон сердился на самого себя.

Нахмурившись, Кинг прошел мимо женщины, взглянувшей вслед ему со вздохом разочарования. Миновав стойку регистрации, возле которой какой-то мужчина с громким голосом и красным лицом громко возмущался задержкой рейса, и, пройдя в общий зал, Лайон остановился. Глядя в окно, он убеждал себя: перестать поступать подобно идиоту.

– С тех пор прошло восемнадцать месяцев, – пробормотал он. – Полтора года. Давно пора забыть.

Отыскав телефонный автомат, Лайон позвонил в свой офис.

– Это я, – сказал он, услышав голос секретарши.

Новостей не было, да их и нельзя было ожидать, учитывая то, что последний звонок был только полтора часа назад. В общем, нечего больше оттягивать решение. Пришло время взглянуть правде в лицо.

Конечно, то, что произошло тогда, – старая история, и нет никаких причин воскрешать эти события в памяти. Тем более что блондинка с разрезом на юбке совершенно не походит на Кору. Ничего общего. И даже если ситуации сходные – нелетная погода, зал ожидания первого класса, мужчина и женщина, просто ищущие, как потратить свободное время, – история отнюдь не обязательно должна окончиться так же, как в прошлый раз. Так что нечего ему стоять сейчас здесь, вспоминая случившееся.

– Черт бы тебя побрал, Кинг, – процедил он сквозь зубы.

Стоящий неподалеку мужчина бросил на него странный взгляд и, подобрав свой чемодан, отошел в сторону. Лайон его не винил: типов, болтающихся в аэропорту без дела да еще и разговаривающих сами с собой, нормальные люди избегают.

Интересно, что подумал бы человек с чемоданом, подойди он к нему и скажи: «Послушай, парень, со мной все в порядке. Просто я когда-то, очень давно, встретился с одной крошкой, мы провели сумасшедшую ночь, и я до сих пор не могу ее забыть».

Что само по себе уже выглядит сумасшествием. Стопроцентным сумасшествием. Потому что все дело не стоит и выеденного яйца. Ничего не значащая случайная встреча. Ровным счетом ничего не значащая, пытался убедить себя Лайон, уставившись в стену дождя. Только перед его мысленным взглядом стоял вовсе не ливень, а снегопад, густой и обильный.

***

Снежный буран в то декабрьское утро заставил его самолет совершить незапланированную посадку, расписание всех авиаперевозок в регионе полетело к черту. Пришлось отсиживаться в удобном, но безликом зале ожидания первого класса.

Голос в громкоговорителе твердил о часовой задержке вылета – даже тогда, когда этот срок растянулся на два, а потом и на три часа. Снегопад, как всегда, оказался неожиданным, но беспокоиться не о чем, авиакомпания принимает все возможные меры и скоро все наладится.

Однако снег валить не переставал, небо становилось все темнее и темнее, и Кинг начал терять терпение. Он возвращался домой после Iвизита на уик-энд к брату, все два дня были заполнены весельем и пляжным волейболом возле дома Хескета. Как всегда и во всем человек ответственный, Хеск даже устроил в субботний вечер первоклассный ужин.

А теперь, думал злой как черт Лайон, все удовольствие пойдет насмарку, наверняка придется просидеть в аэропорту весь вечер воскресенья. Тяжело вздохнув, он попытался убедить себя не беситься. В этом чертовом снегопаде никто не виноват. Сам чуть не с детства занимавшийся пилотированием, Лайон лучше других знал, что с погодой не поспоришь.

Наилучшим выходом было бы найти себе какое-либо занятие. Но он уже прочел захваченный с собой «Таймс» от корки до корки… И тут Кинг заметил сидящую неподалеку женщину.

Наверное она появилась в зале всего лишь несколько минут назад, когда Лайон читал, иначе он заметил бы ее раньше. Как и все присутствующие мужчины, которые лишь пытались сделать вид, что ничего особенного не случилось, но украдкой поглядывали на нее из-за своих газет.

Сам-то Кинг никогда не был сторонником осторожности. Кроме того, женщина, без сомнения, заслуживала особого внимания.

Цвет волос незнакомки можно было определить как нечто среднее между золотистым и рыжим, он навевал воспоминания о раннем восходе солнца. Глаза ее были опущены, она записывала что-то в большой блокнот весьма делового вида, но у Лайона было предчувствие, что они темно-синие. Женщина была одета в строгого покроя костюм из ткани весьма хорошего качества, но на ней этот наряд вовсе не казался скромным, даже целомудренно прикрывающая колени юбка.

Перестав писать, она несколько раз раздраженно тряхнула солидного вида ручкой и попробовала опять. По всей видимости, встряхивание результата не дало, и женщина сердито пробормотала что-то себе под нос.

Момент был явно подходящий, в таких случаях медлить нельзя. Мгновенно подхватив свои вещи, Лайон с улыбкой подошел к ней.

– Небольшие неприятности? – спросил он. Взгляд, которым она его окинула, был способен превратить воду в лед.

– Простите, что вам угодно?

Бросив многозначительный взгляд на сидевшего в соседнем кресле мужчину, Лайон благодарно кивнул, когда тот, помедлив секунду, освободил место.

– Что бы вы без меня делали, крошка, – сказал он, присаживаясь рядом с ней.

Ее взгляд стал еще холоднее.

– Мое имя не «Крошка». – Окинув его взглядом, женщина презрительно скривила губы. – Вы попали не по адресу, так что будьте добры удалиться.

– Понимаю, – кивнул Лайон, – вы решили, что я к вам пристаю.

– Естественно, – отрезала она. – А вы хотите попытаться убедить меня в том, что это не так?

Открыв свой чемоданчик, он вытащил оттуда ручку и с невинным видом протянул ей.

– Вам нужна ручка, а у меня случайно оказалась лишняя. Разве это похоже на приставание?

Женщина окинула его долгим испытующим взглядом, и, когда ему уже начало казаться, что из его затеи ничего не выйдет, губы ее дрогнули в улыбке.

– Спасибо, – сказала она. – И все же…

– Что ж, вы правы, – признался Лайон. – Однако кое-какое действие оно возымело?

Блондинка рассмеялась, он тоже… Именно так все и началось.

– Привет, – сказал он, протягивая руку, – меня зовут Лайон.

– Кора, – немного помедлив, ответила она, вкладывая свою ладонь в его.

– Я ненароком подслушал ваш разговор. – Лайон улыбнулся. – С самой собой. Не расслышал, правда, как вы обозвали свою ручку, но у меня неплохое воображение.

Кора рассмеялась.

– Боюсь, что была с вами не слишком вежлива.

– Я серьезно предлагаю вам эту ручку.

– Спасибо, но я обойдусь.

– Возьмите хотя бы на время, чтобы закончить то, что начали.

– Ничего страшного, это подождет.

Между ними начался типичный для случайно повстречавшихся людей разговор ни о чем и обо всем, если не считать того, что он почти не обращал внимания на то, о чем именно они говорили.

Лайон был слишком занят игрой эмоций на ее лице в моменты смеха, тем, как расширялись ее глаза, когда она слышала что-то, по ее мнению, забавное. Он прислушивался к голосу Коры, хрипловатому и одновременно нежному, чертовски сексуальному. Хотя она сама вряд ли полностью осознавала его сексуальность, как и то, что ее манера отбрасывать надоедливую прядь волос, постоянно спадающую на ухо, вызывала у Лайона непреодолимое желание сделать это самому.

При более близком рассмотрении ее костюм по-прежнему казался скромным, но теперь он мог представить под ним тело и понимал, что больше не сможет смотреть на костюм теми же самыми глазами. А запах ее духов? По мнению Лайона, это были лилии, хотя, может быть, и ландыш.

– … Вам так не кажется? – спросила она, и он согласно кивнул, надеясь, что поступает верно, поскольку не слышал вопроса. Единственно, чего ему хотелось, так это оттащить ее в угол потемнее и впиться поцелуем в полные, чувственные губы собеседницы…

Между тем разговор продолжался. Вернее, теперь говорил в основном Лайон, она только слушала. Но спустя некоторое время он обратил внимание на странное выражение ее лица и поначалу даже подумал, что наскучил собеседнице, однако вскоре понял, что это не так. Кора просто… над чем-то раздумывала. Да, именно так. Она смеялась в нужных местах, но, как ему показалось, все время взвешивала про себя возможные последствия чего-то важного. Но чего именно?.. Кинг не имел никакого понятия. Это вызвало у Лайона странное, очень не понравившееся ему чувство, и, неожиданно замолкнув на середине предложения, он спросил:

– Как насчет того, чтобы выпить кофе?

Оглянувшись на стойку бара, Кора внимательно посмотрела на него.

– Да, – наконец согласилась она, – не откажусь.

Пройдя в конец зала, они получили свой кофе и, устроившись на маленьком диванчике в углу, продолжили довольно бессвязный разговор о погоде и авиаперелетах, о том, чем один аэропорт лучше другого, все время понимая, что их болтовня – лишь прелюдия к чему-то куда более значительному.

Они словно заряжали друг друга электричеством, и, когда их руки соприкоснулись, результат заставил обоих вздрогнуть.

– Ого, – сказала она с легким смешком, – одному из нас не мешало бы заземлиться, а не то может произойти короткое замыкание.

– Не знаю, стоит ли, – ответил он, улыбнувшись. – Замыкание, похоже, может оказаться достаточно забавным.

Их взгляды встретились и задержались друг на друге. Потом Кора отвернулась, и они продолжили разговор – о чем угодно, кроме возникшей между ними недоговоренности.

В этом нет ничего необычного, уверял себя Лайон. Он всегда увлекался женщинами, еще с той поры, как разведенная жена соседа по ранчо решила подарить ему на шестнадцатилетие саму себя. Да, ему нравились женщины, нравилось то, как они говорили, как выглядели, как двигались. А он нравился им. Стоило ему обменяться с ними при встрече взглядом, неважно где, в баре или на вечеринке у приятеля, как контакт был установлен и дело обычно оканчивалось в постели.

Однако тут, черт побери, все было совсем по-другому. Кого он пытается обмануть? Лайон желал эту женщину со страстью почти болезненной. Ему хотелось немедленно заключить ее в объятия, почувствовать запах кожи, ощутить вкус губ.

И она хотела его. Это было видно по многим признакам. По блеску глаз, по румянцу на щеках, по дрожанию руки, держащей кофейную чашку. Интересно, когда Кора будет готова признаться в этом самой себе и что последует дальше? Особенно если учесть, что в этом чертовом зале ожидания они отрезаны от всего мира.

– … От всего мира, – вдруг услышал он ее последние слова.

– Что вы сказали?

– Я говорю: мы здесь как в ловушке и остальной мир для нас словно не существует.

– Да, – кивнул Лайон, – это действительно так.

Они замолчали. Лайон заметил ее взгляд из-под ресниц и понял, что время настало.

– Вы красивы, – тихо сказал он.

Кора слегка покраснела, но улыбнулась.

– Спасибо.

– Как выглядят ваши волосы, когда они распущены?

Лайон видел, как бьется пульс в ямочке ее шеи.

– Что?

– Ваши волосы. Они длинны? Достают ли они вам до плеч и до груди? – Он взял из ее рук чашку и поставил на стол. – Это не обычное приставание, – сказал он. – И вы это знаете.

Лайон заглянул в ее глаза, и то, что он там увидел, заставило его возбудиться еще больше. Она знала, что он думает сейчас о том, как будет снимать с нее этот скромный костюм, как распустит заколотые в узел волосы, как будет целовать и ласкать ее.

И тут, прервав все эти сумасшедшие грезы, из громкоговорителей раздалось очередное объявление.

Все взлеты и посадки самолетов отменялись по меньшей мере на несколько часов. Пассажиров, желающих распорядиться насчет ночлега, пригласили подойти к стойке регистрации.

– Что ж, – сказала Кора с натянутой улыбкой, – чему быть, того не миновать.

Она была права.

И Лайон решился:

– Вы собираетесь переждать здесь или устроитесь в гостинице аэропорта?

– Думаю, что здесь. А вы?

– К черту все это! Пойдемте со мной.

В ее глазах что-то сверкнуло, и на какое-то мгновение ему показалось, что Кора согласится.

– Нет, – прошептала она, – я не могу.

– Вы замужем? – Кора покачала головой. – Помолвлены? – Она опять покачала головой. – Я тоже свободен. Мы не причиним никому зла. – Он взял ее за руку, и она позволила сделать это, хотя пальцы ее слегка дрожали. – Пойдемте… ляжем в постель, Кора.

Румянец на ее лице стал еще гуще.

– Не могу.

– Нам будет хорошо вместе, – настаивал Лайон, усиливая рукопожатие.

– Но я… совершенно не знаю вас.

– Нет, знаете. Вы знали меня всегда, так же как я всегда знал вас. – Его голос звучал низко и хрипло. – А что касается деталей… Я архитектор, живу в Бостоне. Гетеросексуален, не женат и даже ни с кем не связан. Мне двадцать восемь лет, недавно прошел обследование, и врач сказал, что я доживу до Страшного суда. Что еще вы хотите обо мне знать? Может, то, что никогда еще я не хотел женщину до такой степени, как хочу вас?

И тогда – он никогда не забудет этого – она в очередной раз окинула его взглядом и что-то в выражении этих синих глаз изменилось. Лайон почувствовал, что его словно опять оценивают, но не только как мужчину, ухаживающего за женщиной, а по какому-то другому, совершенно непонятному принципу. На лице Коры было то же самое странное выражение, что и час назад.

– Но это… сумасшествие! Даже сам наш разговор…

Легкое прикосновение пальца к губам заставило Кору замолчать. Лучше всего было бы поцеловать ее, но нельзя же делать это на публике!

– Я закажу такси. Неподалеку отсюда есть отель, мне уже приходилось в нем останавливаться. Меня там знают и найдут нам комнату.

– Такси? И отель? В такую погоду? – Она издала негромкий звук, похожий на смешок. – Вы очень уверены в себе, Лайон.

– Если бы я действительно был столь уверен в себе, – тихо сказал он, – то не ждал бы вашего ответа, затаив дыхание.

– Да, – сказала наконец Кора. Всего одно слово, но его было достаточно. Лайон до сих пор хорошо помнит этот момент.

Чего он совершенно не помнил, так это того, как они покидали зал и каким образом ему удалось отыскать такси, не помнил и дороги до отеля. Но кое-что еще все же запомнилось: войдя в фойе, Лайон попросил ее подождать минутку и кивком головы указал на находящийся тут же аптечный киоск.

– Не надо, – сказала она, – в этом нет необходимости.

Лайон испытал на удивление резкую вспышку гнева: как, она приняла меры предосторожности еще до встречи с ним?! Это было даже нечто большее, чем гнев, это была настоящая ревность. Но стоило им войти в комнату и закрыть за собой дверь, как Лайон перестал даже думать об этом и потянулся к ней.

Неожиданно Кору охватила паника.

– Нет! – Голос ее дрожал. – Извини меня, Лайон. Я не могу сделать этого.

Он взял ее лицо в ладони.

– Только поцелуй меня, – прошептал он. – Поцелуй меня один раз, и, если потом захочешь уйти, клянусь, я не стану тебя задерживать.

Она не двигалась, глядя на него широко открытыми, полными ужаса глазами.

Загрузка...