Глава седьмая

— Доброе утро, Рейчел. — Лорена вошла в кухню. Рукава ее платья были закатаны до локтей, а волосы аккуратно убраны под сеткой на затылке.

Рейчел радостно ей улыбнулась. То, что Лорена здесь, — это дар Божий. Всего лишь за один день она успела проявить свою деловую хватку, чем заслужила восхищение Рейчел. Теперь у нее будет поменьше работы, а общаться с Лореной — одно удовольствие.

— После завтрака нам надо лущить горох, а потом предстоит прополка огорода, — сказала Рейчел, вынимая из духовки булочки с корицей. Мужчины будут довольны, а угождать им, вероятно, превратится в ее основное жизненное занятие.

— Я могла бы сама выполоть сорняки, пока ты будешь лущить горох, — предложила Лорена, расставляя на столе тарелки.

— Ну нет! — засмеялась Рейчел, разбивая яйца в глиняную миску. — Мне неделями не с кем было поболтать, и теперь мы все станем делать вместе.

— Мне нужно поговорить с тобой о Джейке, — понизила голос Лорена.

— Подожди, когда мы выйдем во двор, — прошептала Рейчел. — Вчера, когда ты убиралась в гостиной, он был в коридоре. Ты ведь знаешь, что он умудряется появляться совсем бесшумно.

Лорена понимающе кивнула, продолжая накрывать на стол.

Через несколько минут мужчины начали усаживаться на свои места, и Рейчел разложила яичницу-болтушку по тарелкам. Лорена вынула из духовки дымящееся блюдо с сосисками, и кухня наполнилась смехом и разговорами.

— Он не впустил меня сегодня утром в библиотеку, — тихо сообщила Лорена, проводя большим пальцем по краю горохового стручка. Стручок раскрылся, и семь кругленьких горошинок вывалились в миску, стоящую у нее на коленях. Пустой стручок был выброшен в ведро, а следующий подвергся той же процедуре.

Рейчел медленно повторила за Лореной все движения.

— Вот какая я неумелая, — сказала она.

— Я же делаю это всю жизнь, — ответила Лорена. — Бабушка научила меня, как лущить горох, когда мне было всего-то пять лет. Мы сидели с ней рядышком на веранде, она рассказывала мне всякие истории, а я следила за ее руками.

— У нас дома раньше была повариха, — сказала Рейчел, — так что я научилась готовить, лишь когда мы в фургоне поехали на Запад. Мама плохо себя чувствовала, и мне приходилось каждый день готовить на всю семью.

Лорена положила горошину в рот.

— Какой сладкий и нежный горох. Тебе его продал Конрад? — (Рейчел кивнула.) — Он пригласил тебя завтра на танцы?

— Да, но я отказалась.

— Какая жалость! Почему бы тебе не пойти с ним? Он — завидный жених. У него собственное дело, и он церковный староста.

Рейчел покачала головой.

— Сама не знаю почему. Я подумала, что если соглашусь, то ему придется так далеко за мной ехать.

— Уверена, что его это не остановило бы, — улыбнулась Лорена.

— Если она поедет на танцы, то со мной, — раздался голос Корда из проема кухонной двери.

— Ты собираешься на танцы, Корд? — спросила Лорена, бросив на Рейчел лукавый взгляд.

Корд засунул руки в карманы и, покачиваясь на каблуках, внимательно смотрел на молодых женщин, сидящих на задней веранде.

— Очень может быть.

Рейчел покраснела и, высыпав очищенный горох в миску Лорены, встала со стула.

— Я буду в огороде, — сказала она. — Если не выполоть сорняки, то пропадет вся помидорная рассада Конрада.

Она легко сбежала по ступенькам веранды и направилась к небольшому огороду, расположенному между домом и курятником.

— Почему ты ее до сих пор не пригласил, Корд? — спросила Лорена.

— Да какой из меня танцор, — пробурчал он.

— Не упусти ее. Иначе пожалеешь.

— Чтобы поухаживать за ней, мне танцы не нужны, — упрямо заявил он и спросил: — Как ты думаешь, она серьезно увлечена Конрадом?

Лорена улыбнулась, опустив глаза в миску с горохом.

— Уверена, что в округе найдется с десяток женщин, готовых на все ради Конрада Карсона. Чем Рейчел хуже их? — Подавив улыбку, Лорена посмотрела на Корда. — Карсон — завидная партия. Ей крупно повезет, если он сделает ей предложение.

Корд презрительно фыркнул.

— Повезет? Связать свою жизнь с худосочным лавочником в крахмальном воротничке?

— У тебя есть на примете кто-нибудь другой? — отвернувшись, спросила Лорена.

— Черт возьми, Лорена Клейпул, тебе это хорошо известно!

— Тогда предприми что-нибудь, а я пошла заканчивать уборку в библиотеке.

В шляпе набекрень Корд медленно отправился в огород. Он сразу увидел стройную фигурку Рейчел. Девушка, подобрав юбку, выпалывала сорняки. Взгляд Корда был прикован к ее изящным лодыжкам и икрам, выделявшимся на фоне нежной зелени. Работая в огороде, Рейчел сняла чулки и скинула туфли.

Он замер, наблюдая за ней. Вот она, как кающийся грешник, воздела очи к небу, прищурившись от солнца; а вот легкая улыбка осветила ее лицо, когда она увидела у себя над головой малиновку.

Господи! А что, если бы он ее не встретил и Рейчел Синклэр никогда не появилась в его жизни?

Рейчел с наслаждением наблюдала за закатом. Линия горизонта тянулась вдоль полей и лугов, иногда прерываясь рядом деревьев и струящимся ручьем. Все это стало для нее родным — начиная от огромного дома на ранчо и кончая дальними границами владений Корда. Кругом, куда ни взгляни, пасся скот — за исключением западных земель, которые оставались под паром на год. Там на луговине расцвел пестрый ковер маргариток и клевера.

— Похоже, что завтра вам не придется поливать огород, — нарушил ее мысли голос Корда, присевшего рядом на ступеньку повыше.

Она оглядела небо.

— Думаете, пойдет дождь?

— Мне кажется, пойдет. Разве в воздухе не пахнет влагой?

Он откинулся назад, положив руки на перила веранды, а она, оглянувшись, встретилась с ним взглядом.

— Нет. По-моему, пахнет сладкой травой.

Почему вы так на меня смотрите? — Она смущенно сжалась.

— Я просто раньше не обращал внимания, как выглядят ваши волосы, когда вы их распускаете. Каждый день я вижу только длинную косу.

Она откинула с лица пряди.

— Я помыла волосы после ужина и сушила их.

Он протянул руку и запустил пальцы в густые волны.

— Я бы хотел… увидеть, как они разметаются по подушке — темные на белой наволочке, — тихо сказал он.

Она отшатнулась, но он успел обхватить ее за плечи.

— Я хочу тебя, Рейчел. — Теплое дыхание обдало ей шею, и она вздрогнула. — Не отталкивай меня. — Он приподнял ладонями тяжелую гриву ее волос, пропуская пряди сквозь пальцы.

Рейчел не слышала, что он шепчет, но не посмела отстраниться — он притягивал ее не силой своих рук, а нежностью и лаской.

— Посмотри на меня, Рейчел. — Он повернул к себе ее лицо.

Она колебалась, зная, что если подчинится ему, то окажется полностью в его власти и нарушит все материнские запреты.

К этому она не была готова. Она должна сделать выбор. Ее тянуло к Корду Макферсону. Но у нее двое братьев, и из-за них ей не следует отклонять ухаживания Конрада Карсона.

К тому же она обязана в память об отце подумать о своей клятве. Вот наступит весна… Неужели она с легкостью откажется от мечты поехать на Запад и найти рай за горизонтом?

— Рейчел? — раздался нетерпеливый голос, требующий от нее дара, который она была еще не готова отдать.

— Что вы хотите от меня, Корд? — жалобно прошептала она.

— Вот что. — Его теплые губы осторожно коснулись ее губ. — Вы такая же вкусная, как земляника в мае, — хрипло произнес он.

— Я просто ела варенье с хлебом. Он весело засмеялся.

— Если я скажу, что ваши волосы пахнут дождем, то вы скажете, что ополоснули их из дождевой бочки?

Рейчел кивнула и облизала рот: на своих губах она ощутила вкус выпитого им кофе и еще чего-то покрепче, наверное виски.

— А от вас пахнет виски, — сказала она.

— Это для храбрости. — Корд улыбнулся уголками губ.

— Вы не похожи на того, кому для этого нужно спиртное.

— Может, вы меня околдовали, Рейчел. — Он больше не улыбался, а глаза его в сумерках были совсем темные. Подавшись немного вперед, он снова коснулся ее рта, а она закрыла глаза.

Он покрывал мелкими поцелуями ее лицо, осторожно прижимая к себе.

— Рейчел, вы пойдете со мной на танцы завтра вечером?

Она открыла глаза, наслаждаясь мужской красотой его лица.

— Я пообещала Лорене поехать в город вместе с ней и ее родителями.

Он кивнул.

— Хорошо. Я не любитель танцев, но, может, пару раз вы со мной все же станцуете?

— Да… но предупреждаю — кадриль у меня плохо получается.

Загрузка...