3

Хадсон

– Мистер Ротшильд, вам звонят.

– Кто там еще?

– Эвелин Уайтли.

Швырнув на стол ручку, я взял трубку.

– Эвелин, спасибо, что перезвонила.

– Да не за что. Как поживаешь, Хадсон?

Да не очень. А то стал бы я звонить бестолковой подружке своей младшей сестры, которая – в смысле подружка – проработала у меня два месяца, после чего скрылась без предупреждения.

– Неплохо. А ты как?

– Тоже хорошо. Вот только климат в Луизиане не по мне.

Так вот куда она сбежала! Откровенно говоря, мне было плевать, и я сразу перешел к делу.

– Видишь ли, я попросил свою помощницу связаться с тобой, поскольку какая-то особа заявилась под твоим именем на свадьбу к Оливии.

– Ты серьезно? И кто же это?

– Я надеялся, что ты мне подскажешь.

– Понятия не имею, кто бы это мог быть. Я даже не знала, что Лив прислала мне приглашение.

– Она отправила его примерно в то же время, когда ты уехала из города. Письмо пришло на твой старый адрес. Тебе пересылают почту по новому адресу?

– Да мне почти все приходит на электронную почту: счета, выписки из кредитных карт и все остальное. Что касается обычных писем, то моя прежняя соседка все еще живет в квартире. Она могла получить приглашение.

– Так у тебя была соседка?

– Да, Стелла.

– Может, это она и устроила?

– Вряд ли, – рассмеялась Эвелин. – Она не из тех, кто способен на такие штучки.

– А как она выглядит?

– Ну-у… светлые волосы, бледная кожа, очки, соблазнительная фигурка… Седьмой размер обуви.

В целом незнакомка соответствовала этому описанию. Что касается очков, то вместо них могли быть контактные линзы.

– Слушай, а у твоей соседки нет привычки принюхиваться к разным вещам?

– Точно! Она же работала с парфюмом в L’Oreal. Мы и соседствовали-то с ней всего около года, но она постоянно что-то нюхала. Странная, скажу я тебе, привычка. А еще она любила пускаться в долгие рассуждения, когда все, что от нее требовалось, – простой ответ на простой вопрос. Но как ты узнал про привычку нюх… Господи! Неужели Стелла заявилась на свадьбу под моим именем?

– Вполне возможно.

– Вот уж не думала, что она на такое способна, – рассмеялась Эвелин.

Судя по всему, Стелла была способна на многое. Большинство людей на ее месте просто выскочили бы за дверь, вручи я им неожиданно микрофон. Но только не Стелла. Пусть ее и трясло от страха, она сумела собраться с силами и спасти ситуацию. Не знаю, что было сексуальнее: то, как она выглядела, то, как она приняла этот вызов, или то, как она обозвала меня в заключение скотиной.

После свадьбы прошло уже восемь дней, а я все никак не мог выбросить чертовку из головы.

– Как полное имя Стеллы? – поинтересовался я.

– Бардо. Как у актрисы из старых фильмов.

– У тебя, случаем, нет ее домашнего телефона?

– Есть. Если хочешь, я отправлю тебе его на мобильник, когда мы закончим разговор.

– Это было бы замечательно. Спасибо за информацию, Эвелин.

– Может, мне стоит позвонить ей? Сказать, чтобы она оплатила стоимость ужина или что-то в этом роде?

– Нет-нет, не нужно. Я бы предпочел, чтобы ты вообще не упоминала о нашей беседе, если тебе вдруг придется говорить с ней.

– Ладно, как скажешь.

– Всего хорошего, Эвелин.

Положив трубку, я еще какое-то время рассеянно смотрел в окно.

Стелла Бардо, что же мне с тобой делать…

Открыв ящик стола, я вытащил оттуда айфон, который мне прислали накануне. Как оказалось, официанты обнаружили его после свадьбы на шестнадцатом столике. По моей просьбе моя помощница обзвонила всех, кто сидел за тем самым столом (за исключением, разумеется, загадочной незнакомки). Но никто из гостей не терял телефона, так что нетрудно было понять, кому он принадлежит. Другой вопрос, что мне теперь с этим делать…

* * *

Хелена, моя помощница, просунула голову в дверь конференц-зала.

– Прошу прощения, что прерываю вас, мистер Ротшильд, но к вам пришли. В вашем календаре нет никаких записей, но эта женщина утверждает, что вы ее приглашали.

Я кивнул в сторону людей, рассевшихся за столом.

– У меня деловая встреча, Хелена. Никого другого я сегодня не жду.

– Я так и думала. Пойду скажу ей, что вы заняты.

– А кто это?

– Некая Стелла Бардо.

Ну, ну, ну… Золушка все-таки явилась за хрустальным башмачком? Прошло шесть дней с того момента, как я отправил ей записку, но от мисс Бардо не было ни слуху ни духу. В документах компании сохранился старый адрес Эвелин, так что я мог бы поступить благородно и вернуть ей телефон. Но какой тут интерес? Вместо этого я отправил ей свою визитную карточку с припиской: «Хочешь вернуть то, что забыла? Приди и забери».

– Скажи мисс Бардо, что я занят, но могу принять ее, если она согласится подождать.

– Хорошо. – Хелена прикрыла за собой дверь зала.

Собрание затянулось еще на сорок минут, хотя закончить его я мог бы через пять: все мысли мои крутились вокруг Стеллы. Наконец я вернулся в свой офис с кипой бумаг.

– Могу я пригласить мисс Бардо? – спросила Хелена, когда я проходил мимо ее стола.

– Дай мне еще пять минут, а потом проводи в кабинет.

Откровенно говоря, я понятия не имел, что именно собираюсь сказать ей. С другой стороны, не мне тут надо было объясняться. В общем, я решил сымпровизировать и посмотреть, в каком направлении пойдет разговор.

Это оказалось хорошим решением, поскольку в ту минуту, когда Стелла возникла на пороге моего офиса, я на миг утратил дар речи.

Она выглядела еще привлекательней, чем на свадьбе. В тот день волосы ее были забраны в высокий пучок, а сегодня она распустила их, и белокурые волосы обрамляли ее нежное личико. Очки в широкой оправе придавали ей строгий и в то же время сексуальный вид. Благодаря туфелькам без каблучков она казалась ниже, чем на свадьбе.

Стараясь ничем не выдать своих эмоций, я встал и махнул в сторону стульев, стоявших по другую сторону моего стола.

– Прошу.

Стелла поглубже вздохнула и шагнула вперед.

– Хелена, я позову тебя позднее, – сказал я помощнице.

– Хорошо, – кивнула та и вышла за дверь.

Пару секунд мы со Стеллой прожигали друг друга взглядами, прежде чем она соизволила усесться.

– Вот уж не думал, что ты явишься за своей туфелькой, Золушка.

– Можешь поверить, будь у меня другая возможность, ни за что бы сюда не пришла.

– Это что, оскорбление? – вскинул я бровь. – А я так рассчитывал на нашу встречу!

– Не сомневаюсь, – поджала она губы. – Какое унижение ты подготовил для меня на сегодня? Соберешь всех своих служащих, чтобы они могли вволю посмеяться надо мной?

Я с трудом удержался от улыбки.

– Вообще-то я не планировал ничего подобного. Но раз уж тебе так хочется…

– Послушай, – вздохнула она, – мне и правда жаль, что я так поступила. Я уже написала невесте письмо с извинениями и отправила маленький подарок на адрес, указанный в приглашении. У меня и в мыслях не было ничего дурного. Приглашение я открыла по ошибке, но, вдохновившись несколькими стаканами вина, мы с моим другом Фишером решили явиться на это торжество. В тот момент я злилась на мою бывшую соседку – ту самую особу, которой пришло приглашение. Она съехала с квартиры безо всяких предупреждений, прихватив заодно кое-что из моих вещей. А чек, оставленный ею в уплату за проживание, оказался недействительным. Тогда-то мне и пришла мысль о возмещении. – Стелла перевела дух. – Я знаю, что это вовсе не оправдывает моего поведения. Свадьба – особое торжество. Оно предназначено лишь для близких и друзей жениха и невесты. Но я хочу сказать, что впервые пошла на такое.

Я окинул ее внимательным взглядом. Похоже, она не врала.

– Почему ты так долго не приходила за телефоном?

– Хочешь знать правду?

– Нет, я бы предпочел историю вроде той, какую ты рассказала на свадьбе моей сестры.

Стелла покачала головой:

– Признаться, я вообще не планировала приходить. Я даже успела купить себе новый айфон. Но мне уже скоро платить за квартиру, а с деньгами у меня туго, поскольку все, что было, я вложила в бизнес-проект, реализация которого теперь задерживается. У меня две недели на то, чтобы вернуть дорогущий телефон, и сегодня как раз последний день. Я не могу позволить себе тысячу долларов на новый мобильник, так что выбор у меня небольшой: или прийти за старым, или звонить отцу и просить денег в долг. В общем… я предпочла явиться сюда.

Моя сестра не слишком расстроилась из-за того, что случилось у нее на свадьбе. Разумеется, она слегка растерялась, когда какая-то незнакомка принялась рассказывать историю их детства. Но когда я объяснил, что это была самозванка, Оливия даже рассердилась на меня за то, что я устроил бедняжке публичную экзекуцию, а не выпроводил тихонько за дверь. Признаться, мне даже стало слегка не по себе, когда Стелла встала перед гостями, нервно сжимая в руках микрофон. Но я разозлился на нее за то, что она солгала: это обстоятельство напомнило мне о другой женщине и другой лжи.

Открыв ящик стола, я достал оттуда телефон и протянул его Стелле.

– Спасибо, – кивнула та.

Пару секунд мы молча смотрели друг на друга.

– Что ж, – сказала она наконец, прерывая неловкое молчание, – мне, пожалуй, пора.

Признаться, мне не хотелось отпускать ее прямо сейчас. В голове у меня вертелась целая куча вопросов. К примеру, что такого сделал ее отец, что она не хочет звонить ему, или почему у нее не заладилось с бизнесом. Но я промолчал и тоже встал из-за стола.

Она протянула мне руку.

– Спасибо, что сохранил мой телефон. И еще раз прошу прощения за то, что сделала.

Она уже собралась уходить, но затем снова повернулась ко мне. Порывшись в сумочке, она что-то достала оттуда.

– Любишь шоколад?

Я кивнул, даже не стараясь скрыть недоумение.

– Я все время ношу с собой батончик «Хершис» – так, на всякий случай. В шоколаде есть анандамид. Это нейротрансмиттер, который позволяет нам почувствовать себя чуточку счастливее…

Она пожала плечами.

– Иногда я угощаю им тех, кому не помешает приободриться, но чаще всего съедаю шоколад сама. Я послала твоей сестре небольшой подарок в знак извинения, а тебе могу предложить только это.

Она предлагает мне шоколадный батончик в качестве компенсации за тысячедолларовый ужин? Ну и ну. Такую, как Стелла, еще поискать.

– Не нужно, – махнул я рукой. – Я не держу зла, так что можешь оставить его себе.

Но Стелла не отступала.

– Пожалуйста. Так меня меньше будет мучить совесть.

С трудом сдержав смешок, я взял у нее шоколадку.

– Ладно, спасибо.

Стелла повесила сумку на плечо и направилась к выходу. Я пошел следом, чтобы открыть ей дверь, но тут она вновь остановилась и глубоко вдохнула.

– Retrouvailles, – кивнула она.

Я говорил немного по-французски и знал, что это переводится как воссоединение или что-то в этом роде.

При виде замешательства на моем лице она улыбнулась.

– Так называется твой одеколон, верно?

– А-а-а… ты права.

– У тебя хороший вкус. Дорогой, но хороший. Я создала этот одеколон.

– Серьезно?

Она кивнула, снова просияв улыбкой.

– Одеколон на всех пахнет по-разному. Большинство мужчин наносит его по бокам шеи, но самый удачный вариант – у основания горла, где заметен пульс. Кровь здесь подходит к поверхности кожи, и ароматы становятся только заметней от тепла. Вот почему многие женщины наносят духи за ушами и на запястья.

– А ты? Ты брызгалась сегодня духами?

Стелла кивнула.

– Да. И их тоже я сделала сама.

Не спуская с нее взгляда, я наклонился к ее шее и сделал глубокий вдох.

Это был самый восхитительный аромат из тех, с какими мне только приходилось сталкиваться.

– Да у тебя талант к таким вещам. – Я с неохотой выпрямился.

Стелла снова улыбнулась, но по ее затуманенному взгляду было видно, что и она слегка выбита из колеи.

– Спасибо, Хадсон.

Повернувшись, она шагнула через порог, а меня вдруг охватило странное чувство паники.

– Стелла, постой…

Замерев, она оглянулась.

Слова сами сорвались с моего языка:

– Не поужинаешь со мной?

Загрузка...