Глава 10

Чистое, яркое, благоуханное утро субботы. Грея поразило количество покупателей и просто любопытных, толпящихся группками на парковке около магазина. Кит, казалось, успевала быть в десяти местах одновременно, управляла всеми событиями. Сейчас она стояла около переносной радиостанции, установленной возле бокового входа в магазин. Солнечный свет золотил ее волосы, придавая им волшебное сияние. Она наклонилась к диск-жокею, сидящему в фургоне, и луч сверкнул на витой сережке.

Ее зеленые брюки и блузка позволяли сразу обнаружить ее среди людей. Она поговорила с диск-жокеем и подошла к группе посетителей, наблюдавших, как Зак Уитэкер вырезает из дерева фигуру бобра. Он как раз отложил в сторону цепную пилу и взялся за резец. Кит постояла там несколько минут и отправилась к столику под зонтом, где Диди разливала пунш.

Грей хотел провести всю оставшуюся жизнь рядом с Кит. Он решил попросить ее выйти за него замуж сегодня вечером, после того, как праздник закончится, после того, как они смогут заняться друг другом… на всю оставшуюся жизнь.

Удачная реклама и листовки привлекли множество покупателей, доходы от продаж резко возросли, настолько, что это казалось почти невероятным. Кит жестом пригласила Кори подойти к лотерейному столу перед центральным входом. А он хотел только одного – чтобы она была его женой. Все остальное казалось уже несущественным.

Он подошел к столу, и Кит заявила:

– Ты должен вытащить выигрышные билеты. В конце концов, кто владелец магазина?

– Ну же, Кори! – прокричал мужчина из толпы. – Я никогда не видел тут столько народу. Может, ты презентуешь нам шесть поездок вместо трех?

Толпа зааплодировала. Грей рассмеялся:

– Может быть, мы устроим еще один праздник весной. Подходите по одному, ребята, посмотрим, что я могу сделать для вас.

Он услышал, как одна женщина заметила:

– Как хорошо, что здесь есть этот магазин.

Ей ответил мужчина:

– Они доставили мне покупки без дополнительной платы. Сюда имеет смысл приходить.

Грей пожал руку Кит:

– Ты сделала хорошую работу.

Она улыбнулась в ответ:

– У меня был хороший материал для работы.

С торжественной улыбкой Грей засунул руку в вазу и вытащил бумажку с именами первых победителей. Он прочитал, что на ней было написано. Пара в стороне закричала:

– Это мы!

Грей поздравил их и вынул следующую бумажку.

Молодой человек в джинсах выиграл вторую поездку на уик-энд. Третью выиграла пожилая пара. Гас выдал победителям инструкции и информацию о датах поездок. Потом он позвал Грея.

– Тебе звонят. Это Таня. Говорит, важное дело.

– Иди, – сказала Кит, – я послежу, чтобы все было в порядке.

Грея обеспокоил этот звонок, но тем не менее он подумал, как хорошо им с Кит вместе работается, как хорошо им удается комбинировать свои идеи. Он ласково потрепал ее по щеке.

Пробираясь по магазину, он еще раз оценил произошедшие в нем перемены. Вошел в офис, взял трубку.

– Таня, это Грей. Хочешь поговорить с Ди?

– Нет. Но нам нужно встретиться. У тебя есть сегодня свободное время?

Он взглянул на клиентов во дворе и подумал о запланированной вечеринке.

– Вообще-то нет. Это очень важно?

– Мне не хотелось бы говорить об этом по телефону. Нам урезали субсидии. Я расскажу, как это повлияет на нашу работу. Возможно, тебе придется подыскать что-то другое для Диди.

– Что-то другое? Неужели все настолько плохо?

– Поэтому нам и нужно встретиться.

Грей рвался на части. Ему нужно оставаться в магазине, но в то же время необходимо ехать в интернат. Может быть, Гас и Ларри смогут взять на себя магазин на час, а круглая площадка перед входом останется в распоряжении Кит?

– Я приеду через десять минут.

Он поговорил с Гасом и разыскал Кит, любовавшуюся мастерством Зака Уитэкера. Он взял ее за руку и отвел в сторону.

– Мне нужно отъехать по делу, но я вернусь через час. Справишься?

– Все под контролем и идет хорошо. Что-нибудь случилось?

Он не знал, чем закончится предстоящая встреча. Но беспокоиться пока было не о чем.

– Нет.

Грей похлопал ее по руке и поцеловал, не думая о том, что кто-то может увидеть их. Потом поднял голову и погладил Кит по подбородку.

– Я вернусь прежде, чем ты заметишь мое отсутствие.


Таня открыла Грею дверь и провела в холл офиса. Он сел напротив этой седоволосой, средних лет, женщины, вспоминая, что первое впечатление о ней было верным – она была доброй, чуткой и заботилась обо всех людях, отданных на ее попечение. Теперь она с беспокойством смотрела на него.

– Вы ведь не собираетесь закрывать интернат? – По дороге в Мидвилл его больше всего тревожил именно этот вопрос.

– Нет. Наши клиенты принадлежат к самым разным социальным слоям, у нас хорошая репутация, и список желающих попасть сюда постоянно пополняется. Меня волнует, что некоторые наши постояльцы не смогут остаться из финансовых соображений. Мы ведь в каком-то смысле частная школа. И теперь, когда субсидии уменьшены, семьям придется взять на себя бремя расходов.

– О какой сумме мы говорим?

Она протянула ему распечатку, он сразу взглянул на итоговую цифру внизу. И понял, что планы на будущее меняются.


Кит стояла возле «Магазина скобяных изделий Кори» и наблюдала, как Грей закрывает дверь. Сейчас парковка была пуста, покупатели разъехались. Кто-то из сотрудников интерната забрал Диди ранним вечером домой. После закрытия Кит прибрала во дворе, а Грей подсчитал выручку. День выдался удачным.

Однако Грей не был радостен, как ей бы того хотелось. Вернувшись в магазин, он все время о чем-то думал, был чем-то озабочен.

Даже сейчас…

– Ну что, отпразднуем? – спросила Кит, когда Грей положил ключи в карман.

– Кит, мне нужно просмотреть бухгалтерию, чтобы узнать, как обстоят дела.

– Но мне казалось, доходы возросли. Наша стратегия сработала.

– Я должен быть абсолютно уверен.

– Так ты… не приедешь сегодня ко мне?

Он погладил ее по щеке и щелкнул по сережке.

– Не сегодня. Я тебе позвоню.

Почему это звучало как начало конца? Она сделала все от нее зависящее и добилась успеха. Но в его глазах была отчужденность, которой не было сегодня утром. Мавр сделал свое дело, мавр может уходить?

Она помнила, как они занимались любовью, как целовались, как ласкали друг друга. Такого с ней никогда не было раньше.

Был ли Грей тем, за кого она его принимала? Или ему нравилось возбуждение охоты, и теперь, когда он поймал ее, интерес исчез? С улыбкой, призвав на помощь все свое самообладание, она ответила:

– Конечно. Позвони мне. Или я позвоню тебе.

В свете фонарей, освещавших вход, она заметила, как тень пробежала по его лицу. Он не хотел, чтобы она ему звонила.

– Спокойной ночи, – сказала Кит, с трудом сдерживая слезы. Она пошла к машине, чувствуя на себе его взгляд, открыла дверцу и забралась внутрь. Грей не окликнул ее.

Он позволил ей уехать.


Вечером в воскресенье разразилась гроза, гремел гром, сверкали молнии. Кит выключила телевизор и погладила Китса, сидевшего рядом с ней на диване.

– Позвонить ему? – спросила она.

Китс зевнул.

– Да, от тебя не очень много помощи, – заметила Кит, глядя на телефон, – может быть, я слишком все усложняю? Может быть, ему действительно нужно было поработать?

Тишину разорвал удар грома.

– Ты считаешь, что неразумно использовать телефон во время грозы?

Хвост Китса шлепнул по ее коленям.

– Один звонок – это не опасно. Я должна знать, что происходит.

Кит сняла трубку нового радиотелефона и, задержав дыхание, набрала номер Кори. Что она скажет, когда он ответит? Он не звонил. Возможно, ей просто нужно ждать?

Но это было не в ее характере.

Один гудок, два, три. Кит удивилась, что не включился автоответчик, подождала до десятого гудка. Ответа не было.

Может, он с Диди?

А может, просто сидит дома и не хочет отвечать, не хочет услышать сообщение, которое не сможет проигнорировать?

Кит положила трубку на место и почувствовала, как на глазах выступили слезы.

Что-то было не так.


Кит поднималась по витой лестнице следом за Мэгги. Они приехали посмотреть дом, который Эрик счел подходящим для своей семьи. Кит провела рукой по красивой деревянной балясине.

– Ну и как, вы собираетесь покупать этот дом?

– Мы уже подписали контракт. Одна пара дважды приходила смотреть наш нынешний дом. Эрик и агент по недвижимости думают, что мы сможем быстро продать его с хорошей процентной ставкой.

Мэгги провела Кит в спальню, замечательную, огромную комнату, в которой было достаточно места для мебели и был камин, создававший уютную атмосферу. Стены были выкрашены в нежный персиковый цвет. Кит заглянула в соседнюю ванную, достаточно большую для двоих.

– Здесь красиво. У Эрика отменный вкус. Что ты думаешь насчет переезда?

– Когда я увидела дом, то поняла, почему Эрик решил, что он нам подходит. Я даже и подумать не могла, что он такой большой. Я же привыкла экономить каждый пенни. Но старый дом действительно тесен, у Эрика даже не было кабинета. Теперь он будет, в нижнем этаже.

– А как насчет твоего кабинета и места для работы?

– Здесь есть одно помещение, в котором у прежних хозяев была комната для игр, оно как раз для меня. Я тебе покажу, когда спустимся. Но сначала зайдем еще кое-куда.

Кит вошла вслед за Мэгги в маленькую спальню. Достаточно было одного взгляда на розово-голубые обои, чтобы понять, что это детская.

– Это ведь не комната для гостей?

Мэгги робко улыбнулась:

– Нет. Это детская. В апреле она нам понадобится.

– Ты беременна? – Кит обняла сестру. – Это правда? Чудесно!

– Да. Я предполагаю, хотя не уверена. Я узнала сегодня утром.

– А Эрик знает?

– Конечно. Я приходила к нему в офис. По-моему, он чересчур беспокоится обо мне.

Кит засмеялась:

– Дай угадаю. Он не хотел выпускать тебя из поля зрения.

– Точно. Но я сказала ему, что он не сможет держать и водить меня за руку девять месяцев. Он был категорически не согласен. Мне нужно установить какие-то границы, а то он окончательно избалует меня.

– Ну и как ты сбежала от него?

– Пообещала романтический вечер на двоих. – Мэгги подмигнула сестре. – Как дела у вас с Греем?

– Не знаю.

– Ты ведь любишь его?

– Да. Я готова рискнуть поверить в любовь и будущее с Греем. Но я не уверена в его чувствах. После этой поездки к Тренту все шло так замечательно… До субботы. Я думала, мы после праздника отметим наш успех. Но Грею кто-то позвонил, и он уехал, а когда вернулся, все изменилось. Он был подавлен.

– Он сказал тебе, что случилось?

– Нет. А потом, когда мы закрыли магазин, он сказал, что ему нужно работать. И вчера он не позвонил. Я пыталась дозвониться до него сама, но его нет дома. Что-то не так. Может, Грей до сих пор думает, что я не смогу принять Диди? А может, он просто не хочет продолжать наши отношения? Может, охота закончена и ему ничего не нужно? Неужели я снова обманулась?

– Грей не похож на такого человека.

Кит вздохнула:

– Это вы с Эриком так считаете. А я не знаю, что думать.

– Ты знаешь Грея. Он верит в семью, привязанность и прочие вещи, в которые и мы с тобой верим.

– Тогда что не так? – раздраженно спросила Кит.

– Дай ему время. Он скажет тебе.

– Знаешь, сестренка, мне это не нравится. Я беспокоилась о нем вчера весь день. Я беспокоилась о нас. И прошлой ночью, когда я не смогла дозвониться… Это слишком много для меня значит. Мне страшно.

– Любовь всегда связана со страхом. Мы обе это знаем. Но я могу сказать тебе одну вещь. Когда любишь хорошего человека, счастье гораздо больше, чем страх.

Кит хотела бы знать, что за счастье было дано ее сестре. Счастье, от которого светилось ее лицо, которое давало силы идти на компромисс и даже бороться со страхом. Она попытается позвонить Грею еще раз. Вечером она узнает, что его беспокоит. И скажет ему, что любит его.


Когда Кит пришла домой, она заметила, что лампочка на автоответчике моргает, и нажала кнопку прослушивания. Надеясь… молясь…

– Кит, это Грей. Нам надо поговорить. Я освобожусь в семь. Увидимся.

Сердце Кит бешено забилось. Она узнает, в чем дело, меньше чем через час. Ей просто нужно унять свой страх.

Только и всего.


Грей постучал в заднюю дверь дома. Кит, загружавшая тарелки в посудомоечную машину, обернулась, и их взгляды встретились. Он открыл дверь и медленно направился к ней. Кит соскучилась по нему, она так жаждала его объятий.

Грей наклонился, чтобы поцеловать ее, и она подставила губы в ожидании волшебного чувства, которое обычно переполняло ее при его появлении. Язык Грея скользнул по ее губам, он прижал ее к себе. Они вновь ощутили обоюдное желание, но тут Грей, задыхаясь, отступил на шаг и провел рукой по лбу.

– Давай поговорим.

Сердце Кит сжалось от страха. «Успокойся», – сказала она себе. Но сердце не вняло ее приказанию. К своему изумлению, Кит обнаружила, что даже не может спросить, о чем он хочет поговорить, потому что у нее неожиданно пропал голос.

– Я принял решение относительно магазина и нас. Я думал, что смогу сохранить магазин и жениться на тебе, не опасаясь за будущее Диди, но теперь это невозможно.

Кит пыталась осознать, что он сказал. При слове «жениться» у нее словно выросли крылья, потом прозвучало «но», и надежда рухнула.

– Финансирование интерната, где находится Диди, сократили. Расходы на ее содержание увеличатся вдвое. Я знаю, что ты пережила с Хиггинсом, и не хочу, чтобы ты снова столкнулась с материальными трудностями. «Ред Бакет» предложил большую цену. Я не могу не относиться к этому серьезно. В общем, я решил продать магазин.

На секунду голос Кит словно замерз в горле, а потом она почувствовала, как внутри ее разгорается гнев. Ее удивление и страх растаяли без следа, уступив место ярости. Ее снова предали, обманули! Такого она не ощущала даже во время истории с Трентом Хиггинсом.

Набрав в грудь воздуха, она посмотрела Грею прямо в глаза:

– Когда «Ред Бакет» сделал тебе это предложение?

Он напрягся.

– На прошлой неделе.

Грей скрыл это от нее. Внутри у Кит все сжалось.

– Почему ты мне не сказал?

– Не о чем было говорить.

Ей было больно, слезы брызнули из глаз. Она вспомнила секреты Трента Хиггинса, его ложь.

– Я имела право знать, Грей. Я потратила на твой магазин время и силы, пытаясь помочь тебе. Неужели ты думаешь, что я бы прекратила работу, если бы узнала об этом предложении?

Расстроенный, он нахмурился:

– Конечно, нет. Попытайся понять меня, Кит. Я должен думать не только о своем будущем. Я должен думать о Диди.

– Мне казалось, мы с тобой достаточно близки, чтобы обсуждать такие проблемы. Мне казалось, мы становимся парой.

– Мы и есть пара.

– Нет, мы не пара. После того, как ты заставил меня волноваться в течение двух дней, после того, как позволил выдумать сотни причин твоего исчезновения, ты являешься сюда и говоришь мне, что собираешься продать магазин, в который я вложила время, мысли, силы и энергию. Ты принял решение продать «Магазин скобяных изделий Кори»? И причина в том, что это позволит тебе жениться на мне? Я не ослышалась?

– Я не предполагал, что ты так расстроишься. Я это делаю для нас.

– В этом-то и проблема, Грей. Ты не понимаешь, что меня расстроило. Ты скрыл от меня предложение «Ред Бакет», а потом принял решение, которое и меня касается.

– Я ничего не собирался скрывать от тебя. Просто это не имело значения. До тех пор, пока Таня не сказала мне, что субсидии урезали.

– Ты к ней ездил в субботу?

– Да.

– Этого ты мне тоже не сказал!

Казалось, ему хочется схватить ее и встряхнуть. Но он спокойно заметил:

– Я говорю тебе сейчас.

– Ты сообщаешь мне о свершившемся факте. После того, как принял решение. Решение, которое может повлиять на мою жизнь. Я не могу в это поверить, Грей. Неужели ты не доверяешь мне настолько, чтобы обо всем рассказывать. Ты же знаешь, что больше всего ранило меня в истории с Трентом Хиггинсом. Финансовые трудности были на последнем месте.

– Я знаю, он сделал тебе больно, Кит…

– Но не так больно, как ты. Я открыла тебе мое сердце. Я была честна с тобой, как только может быть человек. Не могу поверить, что снова выбрала мужчину, у которого будут от меня тайны.

Грей схватил ее за плечи:

– Черт побери, Кит, не ставь меня на одну доску с Хиггинсом.

Она рванулась, отступила и уперлась спиной в холодильник.

– Ты просил меня доверять тебе, и я доверяла. Потому что думала, что ты относишься ко мне как к равной и уважаешь.

Грей сложил руки за спиной.

– Я уважаю тебя и обращаюсь как с равной.

– Неужели? Ты решил, что женишься на мне, и даже не спросил меня. Ты решил продать магазин. Ты решил, что я не захочу помогать тебе платить за Диди. И ты говоришь, что обращаешься со мной как с равной?

– Кит, я делал то, что будет лучше для всех.

– Ты думаешь, что будет лучше продать магазин, которым гордился твой отец и за который ты боролся после его смерти? Ты думаешь, что женитьба на мне соответствует финансовым решениям, которые ты принимаешь? Я никому не позволяю решать за меня, Грей.

– Ты делаешь из мухи слона. Если посмотреть на ситуацию беспристрастно…

– А я не люблю беспристрастности. И ты не упомянул о любви. Может быть, она не важна для тебя. Но важна для меня. Гораздо более важна, чем деньги. Если бы ты верил в наше будущее, в меня, ты бы знал, что я бы с удовольствием разделила с тобой заботу о Диди. Ты бы знал, что я хочу, чтобы ты сохранил магазин, которому посвятил всю свою сознательную жизнь. Ты бы знал, что меня не пугают трудности, пока мы вместе. Ты обвинял меня, что я не доверяю тебе. А сам ты способен доверять? Если ты не доверяешь мне, если любовь и разделенные на двоих радость и горе ничего не значат в наших отношениях, о свадьбе не может быть и речи.

Гнев не мог спрятать боль, сверкавшую в ее глазах, дрожавшую в голосе. Как внешние хладнокровие и стойкость не скрывали ранимости. Грей просчитался, он все испортил, нанес их будущему непоправимый удар. Он хотел только одного – обнять Кит и сказать, как он любит ее.

Но она отвернулась от него, расправив плечи.

– Тебе лучше уйти. – Она снова возводила вокруг себя непроницаемую стену, становившуюся тем толще и выше, чем дольше он оставался здесь.

– Кит… – Он дотронулся до нее. Она не шелохнулась. Может быть, им обоим нужно время? Может быть, если он сейчас отступит, она поймет, что он не хотел оскорбить ее?

Грей пошел к двери, зная, что вернется. За их будущее приходится сражаться.


Диди подбрасывала мячик из фольги, а Звездочка бегала за ним по комнате. Обычно Грей очень любил наблюдать, как забавляется и смеется его сестра, но сегодня он не испытывал привычной радости. Он был слишком расстроен и задумчив. Он минимум десять раз звонил Кит, и безуспешно – каждый раз срабатывал автоответчик. Грей совершенно точно знал, что в десять часов она прослушивает сообщения. Но не мог же он, черт возьми, надиктовать признание в любви на автоответчик! Он хотел сказать ей это, глядя в глаза. Тогда Грей решил, что время может быть его союзником, и уехал на четыре дня. Но теперь его мучили сомнения. Может быть, это промедление принесло больше вреда, чем пользы?

Он встал с кровати Диди и подошел к столу, на котором в беспорядке были разбросаны листы бумаги для рисования. На самом верхнем был карандашный набросок, изображавший Звездочку, играющую с мячом. Чудесно! Однако внимание Грея привлек следующий лист. Рисунок мелками – сад, полный цинний и львиного зева, и бабочки. Грей сразу же узнал и растения, и трепещущие цветы, и плоские камни посреди сада. Его сердце забилось быстрее.

– В чем дело, Грей?

Если он будет честен с Диди, он узнает, что она думает, что чувствует. Хотя он понимал, что мнение Диди вряд ли что-то изменит. Он все равно женится на Кит. Вместе они справятся со всеми проблемами. Грей повернулся к сестре, по-прежнему держа ее рисунок в руке:

– У нас с Кит… разногласия.

– Она злится на тебя?

– Что-то вроде этого.

– А ты не сердишься на нее?

– Она была права, а я – нет.

Диди подняла Звездочку и посадила себе на колени.

– А ты говорил ей об этом?

Может ли быть более простое решение?

– Нет, не говорил. Пока нет. Но я хочу задать тебе особый вопрос. Как ты посмотришь на то, что мы с Кит поженимся?

Диди посмотрела на Звездочку и почесала ее за ушами.

– Мне нравится Кит. И кажется, я ей тоже нравлюсь.

– Я знаю, что ты ей нравишься.

– Она не похожа на Сьюзан.

– Нет, конечно.

– Я думаю, будет хорошо, если ты женишься. Мы будем по-прежнему играть в мяч?

Грей опустился на пол рядом с Диди.

– Конечно, мы будем по-прежнему играть в мяч и ездить на пикники и на спортивные состязания. Если мы с ней поженимся, все станет лучше, чем было. Мы втроем будем семьей.

– Нет, если она сердится на тебя.

Он поднялся с пола.

– Думаю, я с этим справлюсь. – Он снова взял рисунок. – Могу я отдать его Кит?

Диди на секунду задумалась.

– Конечно. Давай я его упакую?

– Спасибо. Но есть кое-что поважнее. Я бы хотел, чтобы ты написала здесь свое имя.

– Зачем?

– Чтобы Кит знала, что это от тебя.

* * *

Кит всегда очень любила сажать цветы, которые распускаются весной. Но даже мысль о ярко-красных и желтых тюльпанах, благоухающих голубых гиацинтах не могла рассеять тоску. Мэгги все время ругала ее за то, что она не отвечает на звонки Грея. Но, честно говоря, она просто боялась отвечать. И это Кит, женщина, которая никогда ничего не боялась! Чего же, в самом деле, она боится?

Он может сказать, что не любит ее. Просто женитьба будет выгодна и удобна им обоим.

Он может сказать, что она больше неинтересна ему.

Он может сказать, что любит ее.

И что тогда? Какие у них могут быть отношения, если он принимает решения за нее? Если он не говорит ей, что чувствует? С каждым днем Кит все больше убеждалась, что любит Грея, и боялась, что он не отвечает ей тем же. Но у нее из головы не шли слова, которые Грей как-то сказал Мэгги: «Мужчинам нравится заботиться о тех, кого они любят». Действительно ли он так думал?

Кит выкапывала ямку садовой лопаткой, сажала растение, засыпала землю обратно. Всего третий цветок, а она уже вспотела. Конец августа. Лето почти закончилось. А они с Греем…

Внезапно она поняла, что уже не одна. Обернулась через плечо и увидела длинную тень. Прежде чем она успела вздохнуть, Грей оказался около нее. Ее руки так затряслись, что она вынуждена была положить лопатку на траву.

Голос Кори был так глубок, что она почти утонула в нем:

– Ты не отвечала на мои звонки.

С показной удалью она сложила оставшиеся цветы в корзину и дерзко поинтересовалась:

– Так что ты решил явиться лично и проверить, работает ли мой телефон?

– Нет. Я принес тебе кое-что.

У Кит не было выбора. Она взглянула на Грея. Он держал в руках плоскую коробку, завернутую в желтую бумагу и украшенную красным бантом. Любопытство заставило Кит встать. Грей смотрел ей в глаза, но она не могла ничего прочитать на его лице. Он протянул ей коробку.

Кит разорвала бумагу, распаковала коробку и вытащила свернутый трубочкой лист. Грей взял коробку и упаковочную бумагу из ее рук и положил в корзину. Кит медленно развернула рисунок. Она сразу же узнала свой сад и заметила имя Диди.

– Ты похожа на одну из этих бабочек – сильная, но нежная, красивая, но практичная. Ты принесла в мою жизнь цвет, возбуждение, страсть. Я люблю тебя, Кит. Той ночью я должен был сказать тебе это прежде всего остального. Я все испортил. Я обдумал все твои слова и понял, что ты была права. Меня может извинить только то, что я не привык с кем-то делить ответственность. Но я обещаю: если ты согласишься выйти за меня замуж, я попытаюсь стать современным человеком, никогда не забывать, что ты современная женщина, желающая быть полноправным партнером. Все наши решения мы будем принимать вместе. Ты будешь моей женой?

Грей выглядел так, словно проспал все время после их размолвки, волосы были взъерошены. Больше всего Кит любила в нем именно честность и искренность. И в глубине души она знала, что все, что он говорит, правда, что этим словам можно верить, что это не плод ее воображения, созревший только потому, что она мечтала об этом. Он действительно привык защищать тех, кого любит. Ей нужно только показать ему, что его любовь нужна ей больше, чем его защита.

Теперь ничто не удерживало ее от ответа.

– Когда?

Он радостно засмеялся и заключил ее в объятия.

Поцелуй выразил все их чувства. Растущее, до звона в ушах, возбуждение, огненная, опаляющая страсть, дразнящее обольщение. Но здесь были и любовь, и обязательства по отношению друг к другу, и надежда на долгую совместную жизнь.

Грей гладил ее спину, запутывался пальцами в волосах, целовал ее так, как будто это последний день, как будто завтра никогда не должно было наступить. И она отвечала ему с тем же пылом, гладила его лицо, шею, плечи, прижималась к нему, стараясь быть ближе. Ее тело молило о ласках, сердце пело песню любви, душа жаждала абсолютного единения.

Грей со стоном взял ее за плечи. Прижавшись лбом к ее лбу, он прошептал:

– Я отнесу тебя в дом, и мы займемся любовью. Но сначала нам нужно разрешить несколько вопросов.

Сердце Кит испуганно застучало, но когда она взглянула в эти зеленые глубокие глаза, то поняла, что они справятся со всеми проблемами. Любовь, решительность и упорство помогут им.

– Что?

– Я прошу тебя разделить не только мою жизнь, но и мои трудности.

– Диди не трудность.

Грей улыбнулся и поцеловал ее в лоб.

– Знаю. Но забота о ней – да. У нас есть несколько вариантов. – Он слегка отстранился, но не отпустил ее. – Я могу продать свой магазин «Ред Бакет», стать менеджером с хорошей зарплатой, и Диди будет жить в интернате. Я могу оставить магазин себе, а Диди будет жить с нами. А могу… оставить магазин с надеждой, что бизнес станет более доходным, Диди будет жить в интернате, а ты поможешь мне с расходами. Я хочу, чтобы ты честно сказала мне, что ты об этом думаешь. Я хочу сделать наилучший для нашего брака выбор. Поэтому я прошу как следует все обдумать, прежде чем выходить за меня замуж. Я могу предложить тебе только мою любовь, поддержку и обещание вечно любить тебя.

– Ничего другого мне не нужно, Грей. Только твоя любовь и поддержка. Я голосую за то, чтобы магазин остался твоим, а Диди продолжала жить там, где живет. В следующем году мы можем решить по-другому. Мы будем делать то, что должны. Если Диди когда-нибудь захочет жить с нами, мы примем ее с распростертыми объятиями. Мы всегда сможем поступить так, как лучше для нее и как лучше для нас.

Грей прижал Кит к себе и провел рукой по ее волосам.

– Ты знаешь, насколько отличаешься от других?

Она отклонилась назад и улыбнулась.

– Я знаю, как ты отличаешься от других и как сильно я люблю тебя.

Вечернее солнце роняло на них последние теплые лучи. Они смотрели друг другу в глаза, чувствуя, как соединяются их сердца. Наконец легкое трепетание прервало их безмолвный диалог.

Бабочка. Оранжево-черный махаон сел на плечо Грея.

– Ты знаешь, что это значит? – спросила Кит.

– И что же?

– Нас благословляют на счастье и светлое будущее.

Грей улыбнулся и обнял ее, не потревожив бабочку.

– Меня благословили на счастье и светлое будущее в тот день, когда ты вошла в мой магазин.

Кит склонила голову ему на плечо, принимая его силу и обещания вечной любви.

Загрузка...