Девочка бандита. Второй шанс

Глава 12

Меня забавляет ее прыткость, но бесит невероятная глупость. Неужели думает, что не услышу звук разбитого стекла?

Сегодня кукла определенно выглядит лучше, вот только синяки и ссадины на теле стали еще отчетливее. Я сумел их разглядеть, когда крепко перехватил ее руку, даже и не заметил, как сжал слишком сильно.

Не успеваю докурить сигарету, как вижу ее, прихрамывающую, но выбегающую из моего дома. В той же футболке и шортах. Босиком в десятиградусный январский мороз она осторожно ступает по снегу после ночного жара. Чертыхаюсь про себя. Надо было ее одеть хоть во что-то, дать какую-то обувь. Ладно, по пути разберемся.

Подходит к машине, с ноги на ногу переминается, но залезать боится.

Сажусь сам в машину и открываю ей дверь изнутри. Мается, но не залезает. Тоже мне принцесса.

– Вижу, тебе здесь понравилось? Так оставайся. – Начинаю закрывать дверь.

Ее глаза округляются. Рука резко тянется к ручке, придерживая ее, чтоб не закрыл. Закопошилась вся, спешит залезть в салон и сразу максимально далеко отодвигается от меня. Вжимается в дверь так, словно слиться с нею хочет. Странная она все же.

Выкручиваю печку на всю мощность. Салон мгновенно заполняется теплом. По моей спине катятся капли пота. Жара невероятная, но кукла вон в одной футболке сидит, да еще и босиком.

– Где ты живешь? – гаркнул, достало возиться с ней.

Молчит. Сжалась вся. Хорохорится, как воробей, но трясется, точно заяц. Сладкая. Розовые губки поджала, кусает их. Дуреха, не знает, как меня это заводит.

– Не хочешь, не говори. – Резко останавливаю машину и круто разворачиваю руль в обратную сторону. – Ты молчи, мне же лучше, дома вон отогрею сейчас, все равно жутко голоден остался.

– Вы… правда, домой меня отвезете?

– Нет, блядь, под сосной прикопаю, снежком притрушу. Кукла, мозгами шевели!

– Пав… Павленковская, 20! Я живу на Павленковской, 20!

Перевожу взгляд на нее и улыбаюсь уголком губ. Забавная девчонка. Вроде и не ревет уже, но и не смотрит на меня. Отвернулась к окну, держится за ручку двери, готовая выпрыгнуть на полном ходу, если потребуется. Вон руки уже побелели, так сильно сжимает ручку, хоть бы не оторвала случайно.

Доезжаем быстро. Это оказывается старая пятиэтажка в одном из спальных районов города. Глушу двигатель. Мы так и сидим молча, в гробовой тишине. Не знаю, чего жду. Нечего мне ей говорить. Прочищаю горло.

– Ты это, держи, обувь себе купишь.

Бросаю ей белый толстый конверт на колени.

– Что это?

– Сама знаешь.

Открываю окно и закуриваю сигарету. С улицы доносится морозный ветер, кожу только щекочет. Девочка осторожно берет конверт в руки и открывает его. Ее губы начинают дрожать, на глаза наворачиваются слезы. Конверт плотно набит деньгами, я уж не пожалел купюр.

– Думаете, это возместит мне ту боль, что я пережила? Или сотрет из памяти, как вы измывались надо мной толпой? Я никогда не прощу вам то, что вы сделали со мной!

Со всей дури швыряет мне в грудь конверт, из которого по всему салону разлетаются крупные купюры. В тот же миг эта малахольная открывает дверь и выбегает из машины. Как была, босиком. Прошмыгивает в двери подъезда как раз в тот момент, когда какая-то старушка выходит оттуда с большими сумками.

Затягиваюсь сильнее сигаретой, выпуская седой дым. Не догоняю ее, а лишь только завожу мотор и резко выезжаю со двора. Паршиво на душе как-то, неправильно. Ха, а ведь действительно не продажная сука оказалась, удивительно, думал, такие уже не водятся.

Пусть убегает, не взяла деньги – ее дело, вот только если заявит на меня сегодня – я знаю, где она живет. Найду и трахну так жестко, что мало не покажется.