Двойня для бывшего мужа

Глава 36

Наше время...

— Доктор, что с ним? — смотрю на Аню, которая останавливает врача скорой, держит за руку. В груди по прежнему скребет. Сомнения съедают мозг. Что если Дима не врал? Что, если Аня, действительно с ним встречалась? Так много, если, что я, кажется, схожу с ума.

Почему она так переживает, если между ними ничего не было?

— По первичному осмотру диагностирован перелом носа, перелом челюсти. Множественные ушибы мягких тканей, — доносится дежурный ответ врача.

— Я обязан вызвать полицию, чтобы зафиксировали побои.

Аня мрачнеет ещё больше, всхлипывает и начинает плакать, закрывая лицо руками.

Сжимаются кулаки. Шумно вдыхаю и выдыхаю через нос, пытаясь успокоиться. От греха подальше, залазию в машину. Проходит пару минут, прежде, чем Аня садится на пассажирское сиденье, пристегивается и демонстративно отворачивается к окну.

Тишина напрягает. Я не выдерживаю первый

— Ань.

— Молчи, Громов, просто молчи, — выпаливает Аня на одном дыхании.

— Зачем ты к нему поперся, Денис? Чего добился? Ты человека чуть не убил.

— Так переживаешь за него? — раздраженно бросаю я

— Ты просто непроходимый болван. — огрызается Аня

— Он сказал, что вы встречались в нижневартовске. Это правда?

— Что?

— Правда, Ань? — повторяю с нажимом.

— Ты совсем больной? — Аня бьет меня по плечу, раз, другой. Дергает за волосы.

Я съезжаю на обочину, поворачиваюсь к Ане всем корпусом, принимая её удары

— Неужели ты еще не понял, что я тебя люблю. Тебя, — выдыхает устало и я выдыхаю облегчённо.

— Анют, — обнимаю её, целую лицо, губы, глаза, шею.

— Я тоже тебя люблю, моя девочка. Люблю.

Глава 37

Наше время...

После эмоционального всплеска в машине, всю оставшуюся дорогу до дома мы едем молча.

Я по прежнему злюсь на Дениса, потому что он не имел права так поступать. Я вообще против насилия, тем более, если пострадавшая сторона слабее, а Дима намного слабее Громова.

Так же злюсь и на Диму, потому что он соврал. Приписал нам несуществующий роман. Я, честно считала его другом, но настоящие друзья так не поступают.

Денис паркует машину. В дом я иду первая.

Что, если Дениса посадят? Причинение тяжких телесных. Дима, наверняка напишет заявление. Громов думал, что я переживаю из-за Димы, но переживаю я именно из-за Дениса. У нас только начало все налаживаться. Я в кои то веки была счастлива и тут такое. Для полного комплекта только проблем с законом не хватало.

— Ань, — Денис хватает меня за руку. Мы стоит в прихожей и прожигаем друг друга глазами.

— Ну, прости меня, малыш. — шепчет он стало, притягивая меня к себе.

— Ты же знаешь я тебя люблю и ревную дико. Да, я убить за тебя готов и, если бы ты не пришла, убил бы его.

— Это ненормально, Денис, — я сдаюсь. Не могу на него злится, тем более вижу, что Денис реально раскаивается. Обнимаю его за пояс, прижимая щекой к груди

— Ты не можешь бить каждого мужчину, только из-за того, что я кому то нравлюсь.

— В смысле каждого, Анют? Этот сосунок прямо заявил, что ты меня бросишь и к нему уйдешь.

Несмотря на ужасную ситуацию, я невольно улыбаюсь. Громов до чертиков меня ревнует, впрочем, как и я его.

— Не хочу ссориться. Пойдем к детям. — отрываю голову от крепкой груди и смотрю на Дениса.

— Знаешь, я дико по ним скучаю. Боюсь, что не увижу первые шаги, не услышу первое слово. Знаешь, Глеб Викторович отлично справлялся с делами фирмы, а я хочу все время проводить с детьми. По крайней мере пока. Ты как не против?

— Против? Анют, ты чего? Да, я рад. Будешь ждать меня домой, готовить ужин.

— Короче, решил сделать из меня домохозяйку?

— Будет так, как ты захочешь, малыш.

Дома мы ужинаем всей семьёй. Потом с Денисом купаем детей. Я, едва, сдерживаю слезы, замечая, как трепетно и нежно Громов смотрит на Алену с Егором и они к нему тянуться. Особенно, Алена. Она у нас полностью папина дочка. И похожа на него, как две капли воды.

— Ты никогда не говорила мне, как проходила твоя беременность, — неожиданно спрашивает Денис, нависая над кроваткой и поглаживая дочь по голове.

— Нормально. Токсикоз был в самом начале, ноги чуть-чуть отекали, но мне расслабляться некогда было.

— Только не говори, что ты работала всю беременность.

— Работала, Денис. До 26 недель. И, в этом нет ничего странного. Все женщины работают и уходят в декрет, а мне надо было на что то жить.

— Это просто.... — Денис шумно вздыхает, видимо сдерживаясь, чтоб не выругаться.

— Надеюсь Разин прибьет эту суку.

Смотрю на Дениса удивленно, соображая, что значат его слова

— В смысле прибьет, Громов? Я чего то ещё не знаю? Если ты что-то скрываешь, говори лучше сейчас, потому что я все-равно узнаю потом хуже будет.

— Ань, ты же не думала, что я спущу Лере с рук все её выходки?

— Ты и её что-ли избил?

— Ну, не делай из меня монстра. — улыбаясь, Денис обнимает меня за талию и тянет к себе

— Лера хоть и сука редкостная, но все-таки женщина, а я женщин не бью.

— Тогда, что ты сделал, Громов? И, почему вдруг Разин может прибить Леру? — губы Дениса скользят по моей шее. Я вздрагиваю, цепляюсь за плечи Дениса и прикрываю глаза. Ну, как с ним нормально разговаривать, если стоит Денису меня коснуться и всё... Улетаю… Как в невесомости парю и все мысли теряю.

— Всего лишь открыл Разину глаза на его невесту. Лера любвеобильная дама и секса с пенсионером ей недостаточно.

— Ты что следил за ней.? — лепечу я, все выше задирая голову, давая Денису доступ к моей шее.

— Не я, детектив. Сделал пару снимков, а я отдал их Разину.

— Не хочу, чтобы лера снова вмешивалась в нашу жизнь, — шепчет Денис отчаянно, крепко прижимая меня к себе.

— Как представлю, что мог тебя навсегда потерять… Хочу, чтобы она исчезла.

Я понимаю о чем говорит Денис и хочу того же самого. Нет, я не желаю Лере смерти. Я просто хочу, чтобы она оставила нас в покое.

Не хочу слышать её имя, не хочу думать о ней, однако, мысленно возвращаюсь в тот день, когда застала мужа с лучшей подругой...