Глава 4 Причинно-следственная связь

Виктору повезло, он знал расположение всех комнат в этой чудной квартире и без труда от меня спрятался. Я вырвала пару ручек у дверей, раскрошила в хлам зеркало в коридоре, пока искала его, и неожиданно для самой себя успокоилась. Столько нервов потратила, а на что?

Если повернуть мозг в нужную сторону, я в любом случае оставалась в выигрыше. Теперь я стала сильнее, пропала моя неуклюжесть, предмет вечных насмешек окружающих, уступив место звериной грации. У меня отличная кожа, подтянутая фигура и, не побоюсь этого слова, просто зверское здоровье! А еще теперь не нужно бояться, проходя вечером темные переулки. Теперь бояться будут меня!

Я расхохоталась и вернулась на кухню, застав Дмитрия за приготовлением чая. Отобрав его литровую кружку, я залезла с ногами на стул, с наслаждением отхлебнула и скривилась. Чай был едва теплый, а я всю жизнь любила горячий, почти кипяток.

Как эту гадость вообще пить можно?

– Привыкнешь, – философски пожал плечами Дима и достал вторую кружку.

– К чему? К тому, что ты не умеешь заваривать чай?

– У оборотней очень тонкий вкус и обоняние, обожжешь язык кипятком – останешься без нюха на пару дней, – терпеливо объяснил он, ничуть не разозлившись на мой подкол. – Ты им не пользовалась и не знаешь его возможностей, но поверь, остаться без нюха – весьма неприятное ощущение.

– Какой степени неприятности?

– Если перевести на твой сленг, то неделя без Интернета в полностью замкнутом пространстве.

Тут уже он вернул мне шпильку, только я ее почти не заметила. Задумалась и отставила чайник подальше. Сейчас у меня как бы ознакомительный период, не стоит лишать себя разнообразных удовольствий в первый же день. Став для себя суперчеловеком, я понимала, что эта милость не дается просто так. Пусть в случае со мной сработала случайность, но заплатить за нее придется дорого. Кстати, о ценах. Пора попросить прейскурант.

– Ты же ведь тут главный? – спросила я напрямую, и вопрос заставил Диму поперхнуться чаем.

– Может быть, и так. Какие-то проблемы? – ответил он с такой улыбкой, что у меня свело колени и пришлось спешно поставить ноги на пол. Ощущение вертолета в голове пошло на спад.

– Что я должна буду сделать, чтобы вы оставили меня в таком состоянии?

Кажется, мне удалось поставить его в тупик. Наверное, от девушки вроде меня он ждал продолжения истерик, сопровождаемых воплями, битьем его в грудь и прочей ерундой, но никак не делового подхода. А вот получите, распишитесь.

– Почему ты думаешь, что должна нам?

– Ну брось, я давно не маленькая девочка и в бесплатный сыр не верю.

– Ты теперь в нашем клане, – огорошил меня Дмитрий, – и твоя задача в том, чтобы принять свою волчью часть со всеми ее достоинствами и недостатками. Когда ты пройдешь этот этап, возможно, нам потребуется твоя помощь. Но это только возможно! – подчеркнул он, чтобы сразу прояснить всю ситуацию.

Мое лицо наверняка выражало крайнее недоверие, но перспектива отложенной платы мне нравилась. Стань оборотнем в кредит! Хороший слоган для продвижения нашей полоумной семейки.

Я уже считаю их своей семьей? Как же быстро проходит адаптирование…

– Нина, – Дима прервал поток моих мыслей, – ты слышала, что я сказал?

– Извини, задумалась. – Я отхлебнула еще чаю. – А что ты сказал?

– Я говорил, что тебе лучше переселиться к нам. В ближайший месяц трансформация завершится полностью, и лучше, чтобы в этот момент с тобой был один из опытных волков.

Пить резко перехотелось. Я облизнула пересохшие губы и уточнила:

– Полностью? То есть я превращусь в большую собаку и буду бегать за косточкой?

Дима отобрал у меня кружку и присел рядом, излучая волны спокойствия. Я не знала, как он это делает, но страх перед превращением прошел, и уже хотелось посмеяться над собой. Тяжелая мужская рука легла мне на плечи, и ее приятный расслабляющий жар грел не хуже печки.

– Все проходят через это, – сказал он, поглаживая меня кончиками пальцев. – Когда ты перейдешь в животную форму, тобой могут овладеть всякие желания. Косточка – это самое безопасное из них. Не хочу тебя пугать, но бывали случаи, когда молодые нападали на людей, и заканчивалось это плачевно.

Вот только убийства с отягчающими обстоятельствами мне не хватало. Хотя на самом деле я была благодарна, что он прервал мою эйфорию и не стал скрывать побочных эффектов. Лучше узнать все здесь и сейчас, чем потом обнаружить неприятно пахнущий сюрприз.

– Еще странности будут?

– Изменение вкуса, привычек, вспышки ярости, – продолжал перечислять Дмитрий, глядя в мои расширяющиеся от ужаса глаза и продолжая ненавязчиво обнимать. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что это теплое, уютное, почти отеческое объятие отвлекает меня гораздо сильнее, чем должно было по плану.

– Хватит! На первый раз достаточно, – прервала я его и поднялась со стула. – Мне нужно съездить в квартиру, забрать вещи и инструменты.

– Какие инструменты?

– Хочешь сказать, что я буду сидеть взаперти и ничего не делать? У меня работа, клиенты, в конце концов!

– Ты уверена, что не перекинешься во время сеанса, как это было с Виктором?

– Так я же не себя эпилировать буду!

Я решила твердо стоять на своем, тем более надо было себя отвлечь, а то всякие неконтролируемые желания начнут овладевать мною прямо сейчас, если уже не начали. Хороша я буду, если накинусь на малознакомого мужчину с попыткой изнасилования.

– Ладно, комнату мы тебе выделим. Виктор сейчас подгонит машину и отвезет тебя. Но только мигом, одна лапа там, другая тут, – согласился Дмитрий, причем как-то подозрительно быстро. Интересно, а почему такая спешка? Боится, что я порву на улице парочку-другую людей и о них узнают? Не могу сказать, что я ему так сильно доверяла, но в этой ситуации он мне нужен, да и грех отказываться от бесплатного водителя.

– Кстати, а где мои вещи? Я же не могу выйти на улицу в этом?

Я раскинула руки, приглашая к осмотру. Когда я проснулась, на мне была пижама, состоящая из шортиков и топика веселой поросячьей расцветки. Я, кстати, с детства розовый не выношу, у меня даже Барби не было.

Дмитрий приглашением воспользовался, и мне вдруг стало не по себе, как будто я перед ним голой стояла. Ну или вдруг забыла проэпилировать ноги накануне.

– Пойдем, заодно покажу тебе, где у нас тут гардероб. – Он обошел меня и обернулся уже в дверях, призывно маня ладонью. Заинтригованная, как и любая другая девочка на моем месте, я последовала за ним, постепенно замечая, что нагромождение коридоров в этой квартире уже не выглядит так запутанно. Я уже могла самостоятельно найти кухню и спальню, в которой я ночевала.

Поплутав еще немного, мы вышли к очередной двери, за которой скрывался гардероб. Хотя я ожидала этого, но при виде ровных рядов с вешалками и костюмами скривилась. Глупо было рассчитывать, что в мужской квартире будет вариант бутика Гуччи.

– Твои вещи постирали и погладили. С этого дня у тебя здесь будет свой уголок, – поспешно добавил Дима, видя мое разочарование. Уголок, блин. А у самого сейчас больше половины этой комнаты.

– Спасибо, – буркнула я. Он не обманул, и мои джинсы и футболка были выглажены и висели на отдельной вешалке, рядом стояли туфли, на пуфике лежала моя сумка.

– Ты будешь подглядывать, как я переодеваюсь?

Дмитрий так и стоял в дверях и, опомнившись, смутился, покачал головой и поспешно вышел.

Первым делом я схватила сумку и нашла телефон – куча пропущенных вызовов и несколько эсэмэсок. В основном все от клиентов, но была пара и от Рафика. Я мстительно улыбнулась и удалила гневное сообщение. Надо будет попросить Виктора заехать заодно и в салон. Заберу свои вещи и немного побеседую с хозяином. Между прочим, он мне денег должен! За испорченный костюм, маникюр и оскорбления на рабочем месте. Он мне за все заплатит!

Я быстро оделась и вышла из гардероба. Виктор уже меня ждал, и по его лицу невозможно было прочесть, о чем он думает, но мне почему-то казалась, что ему вся эта кутерьма очень не нравится.

– Поехали? – Я робко улыбнулась, на что он закатил глаза и повел меня к выходу. Возможно, ему мой вид напоминал о пережитом позоре. Я бы на его месте точно чувствовала неловкость.

Машина стояла на парковке рядом с домом и соответствовала моим понятиям о дорогом и комфортабельном авто. Мощный внедорожник иссиня-черного цвета рванул с места, унося нас на встречу с моей квартирой.

Виктор следил за дорогой и все время молчал: эта тишина действовала мне на нервы, заставляя чувствовать себя провинившейся. Но на самом деле все было наоборот!

– Давай возьмем собаку за хвост! – громко сказала я, и Виктор, поперхнувшись, с удивлением посмотрел на меня. А меня затрясло. Несмотря на вхождение в семью, магия его глаз действовала, и каждый раз я словно окуналась в кипяток.

– Я не хотела становиться оборотнем, хотя признаю, плюсы этого довольно большие. В том, что я сейчас сижу здесь и тебя отрядили присматривать за мной, виноват только ты. Тогда какого хрена ты хмуришься?

– Думаешь, меня это волнует? – буркнул он, но взгляд потеплел, и от этого появилось ощущение, что меня погладили от затылка до копчика обжигающе горячей рукой.

Такой горячей, как у Дмитрия…

– А что я еще могла подумать?

– Сейчас не очень легкие времена для нашего клана, и каждый боец на счету, – нехотя признался Виктор. – А меня из-за… моей неосторожности оставили с тобой. Именно поэтому я так недоволен. А насчет тебя – не придумывай всякого. Я очень рад, что у нас появится еще одна сестра.

– В вашем клане есть еще женщины? – От удивления у меня округлились глаза.

– А как мы, по-твоему, размножаемся? Мы же не геи! – фыркнул Виктор, поворачивая в мой двор.

– Прости, но я про тебя думала обратное, – извинилась я, отстегивая ремень безопасности, хотя чувства вины не испытывала. – В особенности когда интимную зону эпилировала.

Зря я это сказала: напряжение в машине выросло до такой степени, что я почувствовала, как шевелятся волосы на моей голове.

Виктор ударил ладонью по рулю и выругался.

– Я просто проиграл дурацкий спор! И если ты еще когда-нибудь вспомнишь об этом… – Он перегнулся через сиденье и навис надо мной, как айсберг над «Титаником».

– То что? – тоненько пискнула я, вжимаясь в спинку. Виктор щелкнул клыками у меня перед лицом, обдав волной своего запаха. Тело автоматически отреагировало на угрозу, моя левая рука превратилась в лапу, и когти застыли у его ребер.

Черт! Вот это попадос…

– Я не хотела, она сама!

Я попыталась отвести руку в сторону, но она меня не слушалась. Виктор тяжело дышал и смотрел совершенно не на мою руку, а на губы. В голове мелькнула мысль, что, если он сейчас меня поцелует, я разорву ему всю спину, и это будет не от страха, а от удовольствия. Парень дышал часто и шумно, и его теплое дыхание обжигало мне губы. Я не сдержалась и нервно облизнулась. Только бы он не стал этого делать! Ну что за мужики? Почему такие притягательные?

К счастью, ему удалось справиться с собой, он резко отвернулся и разблокировал двери.

– У тебя десять минут на сборы! – рыкнул он.

Я быстро выбежала из машины и рванула к подъезду. Может, об этих желаниях предупреждал Дмитрий? Сначала один, потом другой – это уже становится неприлично. Вернемся, надо будет обязательно спросить, как бы стыдно ни было. Если, как он говорил, Виктор еще ребенок, а я уложу этого ребенка в койку, то меня посадят за растление несовершеннолетних? А если этому ребенку уже далеко за двадцать?

Эх, ну что за жизнь такая?..

В подъезде привычно пахло кислой капустой, мочой и еще чем-то новым. Противный сладковатый аромат был похож на очень концентрированный ванильный экстракт. Поднявшись на свой этаж, я поняла, что эта вонь только лишь усилилась. Зажав пальцами нос, я стала искать ключи в сумочке.

Чья-то рука закрыла мне рот, от испуга я выронила ключи, и они с грохотом покатились по ступеням. У меня перехватило дыхание, я застыла, даже не пискнув.

– Хорошая девочка! – похвалил меня мужской голос сзади. – А теперь осторожно спускайся.

Да щас! Я выхватила из сумки первый попавшийся предмет и, не глядя, ударила им нападавшего. Меня отпустили, я резко развернулась и раскатисто рыкнула прямо ему в лицо, одновременно вонзая каблук в его ногу.

Он согнулся, а я побежала вниз, перепрыгивая через лестничные пролеты. Около выхода стоял второй мужчина, но он не ожидал от меня такой прыти. Лапа трансформировалась еще в полете, я мазнула его когтями по груди и врезалась в дверь.

Секунда промедления – и я уже была на улице. Подбежав к машине, дернула дверцу, но она не открылась. На водительском месте никого, Виктор куда-то подевался. Черт!

От подъезда раздался сдавленный рык, я увидела, что напавшие на меня люди бегут в мою сторону. Первый все время отплевывался, но ему мешали полоски для эпиляции, приклеившиеся к лицу. Так вот чем я его уделала! Второй выглядел еще интереснее – белая майка разорвана на груди и испачкана красными пятнами. Я посмотрела на свою руку, поняла, что это именно она разорвала ему шкуру, и испуганно задрожала.

А у меня острые коготочки!

– Хватай ее!

Тело отреагировало правильно, и, швырнув в них сумкой, я побежала прочь, петляя по знакомым подворотням. Преследователи не отставали. Что это за терминаторы такие? По забегу в комнате я знала, что осталось примерно пять минут до того, как выдохнусь.

Где, черт побери, носит Виктора? И кто и зачем меня преследует?

Сердце билось очень быстро, стены вокруг обрели повышенную четкость, я поняла, что начинаю трансформироваться. Без труда перепрыгнув через лавочки, я влетела в какой-то подъезд. Дверь в подвал была открыта. Нырнув внутрь, я отбежала в самый темный угол и затаилась.

Дверь хлопнула, в подъезд кто-то вошел, раздался шепот, но я не могла разобрать голос. Это те мужики или Виктор?

– Куда она подевалась? Я видел, что она свернула сюда!

Значит, они! Бешеная погоня не прошла даром, я дышала как паровоз, хоть и пыталась делать это тихо и незаметно.

– Она где-то тут, я чувствую ее запах!

Три раза черт! Это оборотни! И судя по их «доброжелательному» отношению, не из нашего клана. Наверху зазвучали шаги, преследователи спускались по лестнице. Я затихла в темноте, мечтая превратится в невидимку.

– Кис, кис, кис! – Одному из них понравилась эта остроумная шутка, и он расхохотался.

Мои глаза адаптировались к темноте, я прекрасно видела их приближающиеся силуэты. Руки у меня уже давно превратились в лапы, клыки во рту тоже не оказались неожиданностью, и я не хотела даже представлять, как сейчас выглядит мое лицо.

Они уже поравнялись с бетонной стеной, за которой я спряталась. Еще секунда, и поймут, что я здесь. Нужно что-то придумать, но дельных мыслей в голове не наблюдалось. Была не была! Оскалившись и вопя что-то нечленораздельное, я прыгнула на первого. От неожиданного нападения он пошатнулся, принимая всю инерцию моего прыжка на себя. Повиснув на нем, я драла его шею когтями, не решаясь пустить в ход зубы.

Он заорал и припечатал меня спиной к стене, вышибив из легких весь воздух. Я судорожно вздохнула, но ничего не происходило. В глазах потемнело, но мне удалось из последних сил вцепиться зубами в его шею, сразу же прокусив до крови. Он еще раз ударил меня об стену, и я, теряя сознание, сползла с его спины.

У входа в подвал раздался рык, который я бы ни с чем не перепутала, Виктор! Он пришел за мной! После этой мысли наступила блаженная тишина, и я полностью отключилась.

Загрузка...