Глава 12

Когда Порция открыла глаза, мадам Бриссак стояла возле нее на коленях.

— Слава богу, вы пришли в себя. Можете встать? С помощью Режины Порция поднялась на ноги и снова застыла, глядя на фотографии.

— Я помогу вам спуститься в вашу комнату, мадемуазель, — подавленно произнесла мадам Бриссак.

Порция кивнула, желая прилечь и остаться одна. Однако Режина вернулась через несколько минут со стаканом в руке.

— Выпейте, — скомандовала она, протягивая стакан Порции. — Это коньяк. Вы бледная как призрак.

Порция выпила залпом обжигающую жидкость и, поблагодарив, упала на подушки.

Мадам Бриссак выглядела менее воинственно, чем раньше. Она подвинула стул к кровати и села рядом.

— Сожалею, что из-за меня вы потеряли сознание, мадемуазель, но теперь вы должны признать, что были знакомы с Оливером.

Порция кивнула.

— Парень на фотографии похож на вас. Видимо, это ваш сын. Он представился как Олли. Я никогда не знала его полного имени. Знала, что он работал в «Рэвенсвуде» в тот год, как и многие другие студенты.

— Это Люк настоял, чтобы он попрактиковался в языке. Оливер пробыл там до конца сентября. Того самого сентября, который вы не помните.

Для Порции все происходящее казалось неразрешимой головоломкой.

— А где сейчас Олли… Оливер?

— Мой любимый сын погиб, — глухо произнесла Режина. — И это вы его убили.

От неожиданности Порция подскочила на постели.

— Он вел машину той ночью, возвращаясь с вечеринки, и не справился с управлением. Он был пьян, потому что вы разбили его сердце, — медленно заключила мадам Бриссак.

— Мадам, — тихо обратилась к ней Порция, — я едва знала вашего сына. — Она тряхнула головой, пытаясь что-то припомнить. — Я иногда спускалась загорать в бухту. И Оливер плавал там в своей шлюпке. Но всегда в компании друзей. Он был очаровательным, и с ним было весело. Но только это, ничего более!

— Ничего более, возможно, для вас, но Оливер был так влюблен, что, когда вы внезапно исчезли, стал просто безутешен. Мой мальчик провел многие часы в этой комнате, глядя на вашу фотографию.

— Я очень сожалею, что так получилось, но между нами ничего не было. Он был намного моложе меня. И, честно говоря, я даже никогда о нем не думала.

— Так почему вы не сказали это ему? — крикнула мадам Бриссак. — Он вернулся с фотографией девушки, восторженный. Рассказывал, что вы были любовниками, что собирается на вас жениться. Он уговорил меня организовать ваши поиски.

— Мадам, — мягко произнесла Порция, — мы не были любовниками. Мы даже ни разу не целовались.

— Я не верю. Все эти годы во мне кипело желание разыскать вас, рассказать, что вы сделали с моим сыном… — Глаза мадам Бриссак сверкнули. — Жизнь странная вещь, правда? Судьба привела Люка прямо к вам, когда он покупал квартиру в Лондоне. Порция неожиданно напряглась.

— Значит, Люк знал, кто я, еще до того, как мы с ним встретились?

— Конечно, — злорадно выпалила Режина. — Когда он решил приобрести Тарет-хаус, я предложила ему совместить бизнес с удовольствием и заставить вас влюбиться в него.

— Вы можете ликовать, — выдавила Порция, чувствуя внезапную усталость. — Он сделал все, как вы хотели. А скажите, — добавила она отрывисто, — каков был ваш окончательный план, мадам Бриссак? После того как я окажусь в вашей ловушке, чем это все должно было закончиться?

Режина открыто посмотрела на Порцию.

— Я сказала Люку, чтобы он… соблазнил вас и бросил. Я хотела, чтобы вы испытали то же, что пережил мой сын. Это все.

Порция кивнула.

— Я понимаю. Вот почему Люк расспрашивал меня о прошлом. Он хотел узнать об Оливере. Но я не виновата. — Она пожала плечами. — Я на самом деле была едва с ним знакома.

Мадам Бриссак всхлипнула и закрыла лицо руками.

Порция с жалостью смотрела на эту женщину.

— Жаль, что я не помню Оливера, мадам. Может, это как-нибудь облегчило бы ваше горе. А сейчас, не сочтите за бестактность, не могли бы вы оставить меня одну?

— Да, конечно. — Режина встала и направилась к двери. — Когда Люк вернется, я сразу отправлю его к вам. — Она сделала над собой усилие. — Если я оказалась не права, простите.

Оставшись одна, Порция пошла в ванную и ополоснула лицо холодной водой. Со времени ее появления в этом доме произошло так много, что она перестала адекватно воспринимать реальность. Подхватив сумки, она выбежала из комнаты и помчалась к выходу, по дороге остановившись лишь на мгновение, чтобы оставить записку на столе в холле. Она должна была успеть до появления Люка. И не могла сейчас думать о нем. Или о его матери. Перед ее глазами стояли фотографии в старой мансарде замка Бью-Риваж…

Уже находясь на пароме, Порция попыталась снова восстановить события того страшного, ушедшего из ее памяти сентября. Тогда она собиралась провести лето с мамой, отказавшись ехать в Италию с Мэриэнн и ее братом. Потом, когда Кристина Грант скоропостижно скончалась от сердечного приступа, Порция мысленно благодарила внутренний голос, подсказавший ей такое решение. Она смутно помнила упрашивания Льюиса Рэдфорда поработать какое-то время экономкой в доме вместо матери. Порция согласилась. На одну-две недели. Потом, до дня отъезда из Тарет-хауса, — полный провал памяти.

Только сейчас она начала вспоминать, как вел себя мистер Рэдфорд. Пока была жива мама, он практически не замечал Порцию. Однако после похорон взгляд его изменился. Теперь его поведение многое разъяснило Порции. Раньше ей казалось, что все это предмет ее фантазий. Но сейчас она ясно вспомнила эти взгляды Льюиса, будто обжигавшие ей кожу. Она даже стала носить одежду с длинными рукавами, прикрывающую шею и ноги. Ей нестерпимо хотелось уехать из Тарет-хауса. Единственным ее развлечением было купание в бухте. Там она познакомилась с Олли — очаровательным французом, работавшим официантом в соседнем отеле. Он приходил на пляж со своими друзьями, и в их веселой компании Порция забывала тяжелый взгляд Льюиса Рэдфорда.

Обычно она всегда возвращалась домой раньше мистера Рэдфорда. Но в тот страшный день, вернувшись с пляжа, она застала его дома. Он принялся ругать Порцию, бросая ей в лицо ужасные оскорбления, потом схватил ее за руки и, затолкнув в лифт, силой затащил в башенную комнату. Оказавшись там. Порция оторопела, увидев на стенах множество порнографических рисунков. А на самом видном месте висели изображения ее, Оливера и его друзей.

Она не успела опомниться, как Льюис Рэдфорд набросился на нее, стал рвать на ней одежду. Порция боролась, словно дикая кошка, визжала, царапалась. Но безуспешно. Наконец она ослабла, и тут мистер Рэдфорд вдруг издал страшный хрип, осел и потерял сознание.

Она почти в беспамятстве сбежала вниз, вызвала «скорую помощь», затем, дрожа от ужаса и шока, поднялась в лифте наверх и принялась сдирать со стен рисунки. Потом спустилась на кухню и, бросив их в плиту, зажгла огонь. Тайные страстишки Льюиса Рэдфорда безжалостно сгорали в печке.

Позже, когда приехала машина «скорой помощи» и врачи пытались выяснить у Порции, что произошло, она уже ничего не помнила…

Вернувшись домой. Порция чувствовала себя настолько опустошенной и уставшей, что у нее не было ни сил, ни желания отвечать на непрекращающиеся телефонные звонки, которые раздались, как только она отперла дверь. Порция включила автоответчик и услышала, как и предполагала, требовательный голос Люка, умоляющий ее снять трубку. Она помедлила пару секунд и, решившись, взяла трубку.

— Здравствуй, Люк, — произнесла Порция устало. — Я только что вошла.

— Моn Dieu, Порция, почему ты сбежала? Ты можешь представить мое состояние, когда я, вернувшись, не застал тебя?

Порция представляла. Даже очень хорошо.

— Я оставила тебе записку. Разве ты не нашел ее?

— Разумеется, нашел. Думаешь, мне от нее стало легче?

— Как это ни странно, — констатировала Порция, с этого момента твои чувства меня не касаются.

— Конечно. Прости меня, — растерянно произнес Люк. — Я так зол на свою мать, что не могу трезво мыслить. Я ведь запретил ей вспоминать об Оливере во время твоего визита. Так она намеренно солгала про аварию, якобы происшедшую с моей сестрой, чтобы на время удалить меня из дома. Только так она могла провести тебя в мансарду. Я прошу прощения за нее и за удар, который она тебе нанесла…

— Не стоит. Я благодарна твоей матери.

— Благодарна?

— Да. Она раскрыла мне глаза на многие вещи. Очень интересные вещи, — добавила Порция многозначительно.

Дыхание Люка было слышно даже в трубке.

— Ты злишься на меня за то, что я умышленно…

— Соблазнил меня? — подсказала Порция ровным голосом.

— Если ты имеешь в виду, что я испытал счастье в твоих объятиях, тогда ты права, Порция. Ты ожидаешь, что я буду сожалеть об этом?

— Нет, — надменно изрекла она. — Я ничего от тебя не ожидаю, Люк.

— Ты прекрасно знаешь, что я люблю тебя.

— Нет, — безжалостно повторила Порция. — Ты хочешь меня. И в этом разница.

— Ты забыла о моем предложении выйти за меня замуж? — напомнил Люк с жаром. — Ты отказала мне, еще ничего не зная об Оливере. Почему, Порция? Разве замужество так немыслимо для тебя?

— Ты этого не поймешь, — заверила она Люка. — Когда ты только первый раз заговорил о браке, у меня уже была известная тебе причина для отказа. Как ни странно, все разрешилось само собой. Моя память восстановлена. Однако сейчас у меня несколько совершенно других причин, чтобы отвергнуть тебя.

— Расскажи мне о них!

— Во-первых, ты намеренно соблазнил меня, ради мести…

— Я не соблазнял тебя намеренно, Порция. Месть являлась целью моей матери, но не моей. — Люк шумно вздохнул. — Выслушай меня, пожалуйста. Я все больше и больше начинаю сомневаться в нормальности психического состояния моей матери. Так что, случайно обнаружив, что ты работаешь во «Владениях Кармелитов», я решил познакомиться с тобой. Но не для того, чтобы отомстить. Я считал, что если выслушаю твой рассказ о случившемся, то смогу как-то обуздать навязчивую идею матери о смерти Оливера. — Люк снова вздохнул. — В мои намерения совсем не входило влюбляться в тебя…

— Так же, как и в мои, — холодно резюмировала Порция. — Прощай, Люк.

— Прощай? — потрясение повторил он. — Я не верю. Ты говоришь о том, что никогда больше не захочешь увидеть меня?

Порция нервно сжала свободную руку в кулак.

— Когда я плыла обратно на пароме, у меня было достаточно времени, чтобы подумать. Так вот, с каждой милей мне становилось все яснее, что пропасть между нами намного шире, чем Английский канал. До приезда в Бью-Риваж я не придавала этому значения. Теперь я знаю это наверняка. Ты хитрый делец, Люк. Я на самом деле поверила, что ты меня любишь…

— Это правда! — нетерпеливо прервал ее Люк. — Я объясняю тебе, что мстить решила моя мать, а не я. Я бы никогда не смог сделать тебе так больно.

— Но ты сделал. И мне не только больно. Я вне себя от ярости, что так доверилась тебе. Я была марионеткой в твоих руках, так ведь? Ты сделал из меня идиотку. Я не могу себя заставить разлюбить тебя прямо сейчас. Но с этого момента, Люк Бриссак, я просто презираю тебя. — Порция прервала разговор, сбросила трубку с телефона и отключила свой сотовый. Ей и самой хотелось отключиться от внешнего мира.

Утром Порция заставила себя погрузиться в работу, уклоняясь от расспросов коллег о ее преждевременном возвращении. Для нее не явилось сюрпризом, что первое послание на автоответчике ее рабочего телефона было от Люка. Его уставший, охрипший голос с неизменным акцентом чуть не заставил Порцию позвонить во Францию. Но вместо этого она позвонила Мэриэнн и попросила ее увидеться как можно скорее.

— Если хочешь, можем прямо сейчас, — быстро согласилась подруга. — Хэл уходит на дежурство. А почему ты здесь?

Позже Мэриэнн с ошеломленным видом, не прерывая, слушала рассказ Порции о ее визите в Бью-Риваж, закончившемся посещением мансарды с фотографиями, которые восстановили в ее памяти тот злополучный сентябрь. Но после всего, когда Мэриэнн наконец перестала проклинать Льюиса Рэдфорда и исчерпала все вопросы, она вдруг внимательно посмотрела Порции в глаза.

— И все же, не беря во внимание вышесказанное, ты уверена, что никогда больше не хочешь видеть Люка?

— Нет.

— Что «нет»? Не уверена или не хочешь видеть? Порция вздохнула.

— С одной стороны, мне хочется увидеть его больше всего на свете, но, с другой стороны, я его ненавижу за то, как он намеренно пытался соблазнить меня.

— И довольно успешно. Ты же согласилась. Этого Порция не могла отрицать.

— Наверное, это нелогично, но меня бы больше устроило, если бы Люком двигала жажда мести. Тот факт, что он выполнял прихоть своей матери, все портит еще больше. А главное, это труднее забыть.

— Но я не думаю, что она заставила его затащить тебя в постель!

— Она так желала достичь своей цели, что вряд ли интересовалась средствами.

— И достигла своего! И потом, мадам явно не собирается становиться твоей свекровью. — Мэриэнн улыбнулась. — А знаешь, я подружилась с матерью Хэла.

— Ты подружишься с кем угодно, — констатировала Порция. — И когда же свадьба?

— Этим летом. А ты — свидетель со стороны невесты.

Порция была благодарна Мэриэнн за приглашение на свадьбу. Приготовления к ней заполняли время и душевную пустоту. А также отсутствие Люка. Сначала он безуспешно пытался дозвониться, оставляя бесчисленные послания на автоответчике дома и в офисе. Даже отправлял факсы с просьбой ответить на его звонки. Чтобы не поддаться чарующему голосу Люка, Порция сменила номер домашнего телефона и купила новый сотовый. Она даже позвонила Джо Маркусу, и они отправились поужинать вместе. За ужином Порция узнала, что Джо собирается жениться.

— Джо Маркус, закоренелый холостяк? — рассмеялась Порция и настояла на том, чтобы они выпили шампанского по этому поводу.

Она была искренне рада за него. Джо был хорошим другом и наверняка станет кому-то хорошим мужем. Порция подумала, что будет скучать по встречам с ним. Однако сейчас встречи с любым мужчиной, кроме Люка, казались ей бессмысленными. Поэтому свободные вечера Порция предпочитала проводить с подругами.

Однажды система защиты Порции была нарушена. Она ответила по телефону в то время, когда Бидди ушла обедать, и услышала знакомый голос.

— Наконец-то, Порция, — торжествующе произнес Люк. — Выслушай меня…

Порция бросила трубку. С бешено бьющимся сердцем она позвонила в приемную и попросила ни под каким предлогом не связывать ее с мсье Бриссаком.

В течение нескольких дней после этого случая она все ждала, что Бидди сообщит ей о звонках Люка. Но этого не происходило.

— Он больше не звонит, — подавленно объявила она Мэриэнн.

— Я бы не стала его в этом упрекать.

— Я, конечно, тоже.

— Порция, послушай! — Мэриэнн заглянула в отсутствующие глаза подруги. — Позвони ему. Скажи, что ты смилостивилась.

— Ни за что!

— Ты предпочитаешь жить вот таким образом?

— Нет. Я предпочитаю жить, как жила до посещения Бью-Риваж.

Где-то в глубине души она хранила надежду на то, что Люк, не дозвонившись, просто прилетит в Лондон. Жизнь без него казалась такой никчемной! Порция ходила с друзьями в кино, театры. Однажды она даже отправилась на вечеринку к Джо, в честь его помолвки. Придя после нее домой. Порция вдруг поняла, как одиноко и неуютно ей одной в этой квартире.

На следующее утро, едва появившись на работе, Порция набрала служебный телефон Люка. Старательно выговаривая французские слова, она попросила к телефону мсье Бриссака и назвала свое имя. На том конце провода ей сообщили, что мсье Бриссак уехал на несколько дней. Не желает ли мадемуазель оставить для него сообщение? Мадемуазель была так расстроена, что даже забыла сказать «нет».

Весь день она просидела в кабинете, безучастно уставившись в бумаги. Из оцепенения ее вывела Бидди, которая сообщила, что к ней пришел мистер Пэриш.

Бен, зевая, вошел в комнату и присел на край ее стола.

— Надеюсь, мисс Грант не откажет мне в одной любезности?

Порция настороженно посмотрела на коллегу.

— Это будет зависеть от характера любезности.

— Понимаешь, Порция, у меня сегодня юбилей свадьбы, а мой клиент задерживается на час или больше. Сью заказала столик в нашем любимом ресторане, и, если я не появлюсь вовремя, она меня убьет.

— И сейчас ты отправишь меня в какую-нибудь отдаленную часть Соединенного Королевства.

— Что же мне делать? — растерянно развел руками Бен.

— Ладно; если нет другого выхода, я согласна. Куда ехать?

— В Кенсингтон. Продается симпатичный небольшой дом с террасой, выходящей на юг, и маленьким садиком.

— Ладно, я сегодня свободна.

Порция доехала до Кенсингтона за полчаса и решила подождать клиента в доме. Она отперла дверь ключами, которые ей вручил Бен, зашла внутрь и выглянула в окно. Через несколько минут раздался зуммер домофона.

— Кто? — спросила Порция.

— Мистер и миссис Браун, — сообщил незнакомый голос.

Порция открыла дверь и обнаружила на пороге того, кому тщетно пыталась дозвониться сегодня утром.

— Люк? — оторопела она. — Что ты здесь делаешь? Я жду клиентов.

— Я и есть клиент, — проинформировал Люк.

— А кто говорил по домофону? — удивилась Порция.

— Водитель такси. Иначе ты бы меня не впустила.

— Ты продал свою квартиру в Хэмпстеде?

— Нет.

— Тогда зачем тебе две квартиры в Лондоне? Люк пожал плечами.

— Пришлось прибегнуть к этой уловке, чтобы поговорить с тобой. Ты довольна своей властью надо мной? Мне пришлось проделать сложный путь, чтобы увидеть тебя.

— Как это у тебя получилось? — не могла успокоиться Порция.

— Не без помощи Бена Пэриша. — Глаза Люка сверкнули. — Ты была очень жестока со мной. Наслаждаешься своей местью?

Порция недоуменно посмотрела на него.

— Я не собиралась тебе мстить. Это злость. И боль.

— Я знаю. Мне так много нужно объяснить тебе. Но ты не хотела меня слушать. Вот, пришлось прибегнуть к хитрости. Ты все еще злишься?

Порция улыбнулась.

— Нет.

— Значит, ты рада видеть меня?

— Я звонила тебе сегодня утром, — коротко призналась Порция.

Глаза Люка округлились.

— Ты звонила в Париж? Зачем?

— Прошлой ночью я сделала одно открытие. — Порция твердо посмотрела на него. — Никакой мужчина, кроме тебя, Люк, не может заставить меня влюбиться.

Люк кивнул головой — Любовь — опасная штука. Я действительно ехал знакомиться с тобой в Тарет-хаус по просьбе матери. Но с того самого момента, как увидел тебя, понял, что все ее разговоры о мести — сплошная чушь. Ты можешь мне поверить, Порция?

— Хотелось бы. Но знаешь, я думаю, этот чужой дом — не лучшее место для такого разговора. Нам надо многое сказать друг другу.

Люк настороженно посмотрел на нее.

— Ты знаешь какой-нибудь ресторан поблизости? Порция улыбнулась.

— Ты хочешь пойти в ресторан?

— Совсем нет, — лукаво заметил он. — Но сейчас любое твое желание — для меня закон.

— Я на машине, — сообщила Порция, подхватывая свой портфель. — Предлагаю купить еды и поехать ко мне домой.

По дороге Порция рассказала Люку о предстоящей свадьбе Мэриэнн, о сделках на работе, затем поинтересовалась, удалось ли ему приобрести тот дом в Провансе. Однако Люк оставил ее вопрос без ответа, безмолвно глядя на нее, словно не мог наглядеться.

Когда они приехали в ее квартиру, Порция поручила Люку открыть бутылку вина, а сама отправилась нарезать салат, хлеб и мясо.

— Боюсь, это не совсем похоже на то, чем меня угощали в Бретани, — ехидно прокомментировала она. Люк налил вино в бокалы.

— Порция, для меня любая пища, приготовленная твоими руками, — самый дорогой деликатес. А сейчас я даже не в состоянии почувствовать ее вкус, потому что счастлив оттого, что ты согласилась поговорить со мной. Знаешь, когда я вернулся в Бью-Риваж, а тебя там не было, я… я… мне не хватает английских слов, чтобы описать мое состояние.

— Ты понял, почему я уехала?

— Конечно. Когда мать призналась, что ты упала в обморок, я места себе не находил от волнения, не зная, что с тобой.

Порция дотронулась до его руки.

— Ешь, Люк. А потом мы поговорим. То, что я хочу тебе сказать, вряд ли способствует пищеварению. Люк напрягся от волнения.

— Это касается наших с тобой отношений?

— Нет, точнее, не совсем.

Люк немного успокоился, попытался что-нибудь съесть, но не смог.

— Это бесполезно, cherie.

Порция согласилась.

— Тогда пойдем в комнату. — Они прошли в гостиную, и Порция устроилась на диване. Люк, постояв в нерешительности, осторожно сел, не касаясь ее. — Как твоя мама? — спросила Порция.

— После твоего визита она сильно изменилась, спокойно сказал Люк. — Теперь она знает всю правду об Оливере и больше не хочет жить в Бью-Риваж. Она собирается купить новый дом, недалеко от моих сестер, чтобы помогать им.

— Я рада. Мне жаль ее. И бедного Олли.

— Порция, не надо сейчас жалеть маму или Оливера. Скажи, ты вспомнила тот сентябрь?

Она кивнула.

— В тот момент, когда увидела фотографии на стене. Или немного раньше. В тот день, когда увидела тебя в первый раз. Что-то неуловимо знакомое было в твоих чертах. Теперь я поняла, что они напоминали мне твоего брата. — Порция вдруг подвинулась к Люку и прижалась к его плечу, он осторожно обнял ее, и Порция не спеша рассказала все, что вспомнила из тех страшных дней.

После ее печальной истории Люк какое-то время сидел молча. Затем еще крепче прижал ее к себе.

— Я виноват в том, что ты заново вернулась в этот злополучный сентябрь.

Порция посмотрела на него просветленным взглядом.

— Нет, Люк, я даже рада. Все эти годы я считала, что виновна в смерти мистера Рэдфорда. Я знала, в больницу его увозили живым, а что произошло дальше, не помнила. Я много раз собиралась поехать в Тарет-хаус, но ужас охватывал меня. Однако, когда я все-таки там оказалась, это ничего не исправило. Я только боялась подниматься в башню.

— Скажи, Порция, ты именно поэтому не хотела выходить за меня замуж?

— Конечно. Ведь я влюбилась в тебя. И все еще люблю, — тихо призналась она, и глаза ее наполнились слезами.

Люк глубоко вздохнул и очень нежно поцеловал ее в уголки глаз.

— Не плачь, топ amour[20], — прошептал он ей прямо в губы.

— Я плачу от счастья, — ответила Порция и замолчала, потому что Люк стал осторожно и вместе с тем страстно ее целовать.

Оторвавшись наконец от ее губ, он произнес:

— А теперь я должен сделать тебе кое-какие признания. Сначала ты должна узнать все об Оливере и моей матери. Мама идеализировала его. Всю жизнь она исполняла любые его желания. Поначалу игрушки, затем катера и машины. А когда он захотел тебя, cherie, то уговорил маму нанять кого-нибудь для твоих поисков. Но поиски оказались безуспешными. Тогда Оливер стал совсем бешеным, начал сильно выпивать. Он всегда ездил очень быстро, наверное считая себя бессмертным, впрочем как и все мальчишки в его возрасте. Однажды, возвращаясь с вечеринки и будучи совершенно пьяным, он не вписался в поворот. Слава богу, тогда никто больше не пострадал. Мама буквально сошла с ума от горя и, видимо, от вины, потому что именно она купила ему такой мощный автомобиль. Но ей нужно было найти виновного…

— И она выбрала меня, — догадалась Порция. Люк кивнул.

— Она внушила себе, что Оливер погиб из-за тебя. Это стало каким-то наваждением. Я серьезно боялся за ее здоровье, да и сестры тоже. Когда, покупая квартиру в Лондоне через ваше агентство, я нашел тебя, мне показалось, что это судьба. И я решил положить конец всей этой истории, познакомившись с тобой. Я узнал, что Тарет-хаус продается. Я хотел выяснить, были ли вы с Оливером любовниками. Однако, увидев тебя, понял, что это полная чушь. А потом я влюбился. А когда сказал об этом матери, она настояла на твоем приглашении в Бью-Риваж. Там я намеревался рассказать тебе правду. Но мадам Бриссак, выманив меня из дома, устроила все по-своему. — Люк наклонился к Порции. — Ты веришь мне?

— Теперь — да. И не надо чувствовать себя виноватым, Люк. В конце концов, я вернула себе недостающий кусочек памяти, — улыбнулась Порция. — А значит, мы можем подумать о постоянных отношениях.

Люк радостно улыбнулся в ответ.

— Почему ты не назовешь это свадьбой? Он увлек ее на подушки и, больше не в силах сдерживаться, принялся страстно целовать лицо, глаза, губы. Порция с упоением гладила его черные волосы, широкую мускулистую спину под тонкой тканью рубашки. Истосковавшиеся друг по другу, они не замечали ничего вокруг. В самый острый миг наслаждения Люк снова зашептал ей в ухо страстные французские слова.

— Пожалуйста, говори еще, — задыхаясь, пробормотала Порция.

Позже он спросил, почему она об этом попросила.

— Мне нравится, — лукаво ответила она. Люк приподнялся на локте.

— Ты понимаешь?

Порция снисходительно улыбнулась.

— Я втайне учила твой язык.

— А может, ты еще что-нибудь знаешь втайне? — полюбопытствовал Люк.

Порция кивнула, прижимаясь к нему всем телом. Прикоснувшись губами к его уху, она тихо произнесла:

— Je t'aime beaucoup[21], Люк.

Они еще долго не могли оторваться друг от друга, пребывая в счастливой эйфории любви. Но наконец Порция выскользнула из его объятий.

— Что случилось? — забеспокоился Люк.

— Я страшно проголодалась!

Несколько недель спустя, чудесным летним днем, Порция шла по проходу церкви небольшого английского городка, раздавая улыбки налево и направо, под вспышками фотоаппаратов. Вдруг один из репортеров подбежал к Порции и восхищенно пожал ей руку. Порция радостно улыбнулась в ответ.

— Кому это ты жмешь руку? — тут же возмутился Люк.

— Это друг Хэла. И потом, я не жму руку, а иду под руку с самым лучшим мужчиной на свадьбе. Я имею в виду тебя. Подружка невесты всегда должна идти под руку с самым красивым мужчиной. — Порция бросила на него сияющий взгляд. — А ты выглядишь замечательно!

— Ты тоже, — восхищенно заметил Люк, оглядывая ее точеную фигурку в темно-синем платье из струящегося шелка. — Однако я бы хотел как можно скорее удрать отсюда. Можно прямо сейчас.

— Что ты такое говоришь, Люк Бриссак? На свадьбе должна краснеть невеста, а не ее подруга.

— Только не говори, что это я вогнал тебя в краску, — заявил мистер Тэйлор, отец невесты, и расцеловал Порцию в обе щеки. Затем он повернулся к Люку:

— Вы счастливый мужчина. Люк.

— Я знаю, — заверил тот его.

— Ну, что ты думаешь о традиционной английской свадьбе? — поинтересовалась Порция.

— Очаровательно. Только очень долго и много болтовни. Я столько говорил, что почти исчерпал свой запас английских слов.

— Прямо как в постели, — прошептала Порция.

— Люк, ты не отпустишь на минутку Порцию? позвал его Хэл. — Мэриэнн ждет ее.

Порция нашла Мэриэнн в комнате для новобрачных, в платье, которое они выбирали вместе.

— Ну все, подруга. Свершилось.

— Ты счастлива? — спросила Порция.

— Очень. Люк тоже выглядит счастливым. Ведь все уладилось?

Порция кивнула.

— Правда, мы сейчас разрываемся, не зная, что выбрать — квартиру в Лондоне или в Париже?

— Все хорошо, что хорошо кончается, — резюмировала Мэриэнн.

Стук в дверь прервал их разговор.

— Поторапливайтесь, миссис Кортни, — крикнул Хэл. — Или мы опоздаем на самолет. К тому же один нетерпеливый парень ломится в дверь. Люк хочет забрать свою молодую жену.

Когда они вышли, Мэриэнн обратилась к Люку:

— Удивляюсь, как ты еще разрешил ей остаться на работе в Лондоне на целых две недели.

— Только в этом случае у меня был шанс уговорить ее выйти замуж так быстро. Неудобно проводить свадьбу, когда жених находится в Париже, а невеста в Лондоне, — сообщил он.

Попрощавшись с новобрачными, они сели в машину.

— Пара миль, cherie, и мы на месте, — с облегчением произнес Люк.

— А я думала, мы отправимся ночевать в Лондон, удивилась Порция.

— Я забронировал комнату в очень уютном отеле неподалеку. Мужчина, который провел две недели после свадьбы вдалеке от своей любимой жены, не может долго ждать. Но женщинам, видимо, этого не понять.

— Я не отношусь к таким женщинам, — счастливо рассмеялась Порция. — Вы бы не могли ехать быстрее, мсье Бриссак?

Загрузка...