Глава десятая

Фея-крестная.


Ночь покера была обалденной! И дело не в том, что я играла в покер или делала что-нибудь еще, а в том, что компания была необыкновенной, и мы узнали друг друга еще лучше. Между нами начала складываться настоящая дружба.

Даже Дух потянул меня за волосы, когда мы прощались. Как я думаю, это его эквивалент объятия.

После того как я спела для девочек, и мы наплакались, можно подумать, что я была не в настроении, чтобы вернуться к ребятам и шутить. Но когда я разрыдалась, все девчонки подошли, чтобы утешить меня, и я поняла, как мне повезло, что они рядом. Моя жизнь могла бы быть намного хуже, чем она есть, и я должна быть благодарна.

Мы взяли себя в руки и подправили макияж, чтобы отправиться обратно к ребятам. Как только мы вошли в комнату, все они повернулись к нам, они знали, что что-то произошло.

Макс нарушил молчание, спросив:

— Как насчет кино?

Это вывело нас из состояния грусти. Мы с девчонками любим смотреть фильмы вместе! Мы все шутим и придумываем актерам забавные прозвища. Это отличный способ провести время. Мы все быстро согласились.

Ник пошел к шкафу и достал два DVD-диска, он взял «Сводные братья» и «Старая школа».

Они, должно быть, поклонники Уилла Феррелла.[4]

Мы все хотели посмотреть «Сводные братья». Мы устроились на трех огромных диванах. Ник, Макс, и я — на одном диване; Мими, Лола, и Ловкач — на другом; и Дух и Нат — на третьем.

Я сидела между моими любимыми братьями. Мими сидела на одном конце их дивана, Лола в середине, Ловкач положил голову на колени Лолы, свесив ноги через подлокотник. Дух сидел на противоположном конце дивана от Нат.

Давайте, ребята! Разве мы не можем ладить друг с другом?!

Фильм начался, и мы все расслабились. Каким-то образом во время кино Ник, Макс и я переплелись друг с другом, со стороны это выглядело как гусеница из людей. Ник положил подушку на бедра, я положила голову ему на колени и легла на бок в позе эмбриона, Макс положил голову мне на бедро. Мы все смеялись так сильно, что несколько раз я на самом деле думала, что описаюсь.

На середине фильма я огляделась вокруг, и увидела, что Лола взяла руку Ловкача и играет с ней. Это удивило меня. Нат уснула. Она может заснуть на рок-концерте и ее не разбудить, пока не поднимешь на ноги. Она была в неудобной позе, и я видела, как Дух сердито смотрел на нее. После того как он таращился на нее несколько секунд, он притянул ее к себе, лег вдоль дивана, положил подушку на грудь и ее голову сверху. Конечно, он вздохнул так, как будто это было утомительно для него, но через несколько минут, он тоже заснул. Это удивило меня еще больше. Они на самом деле выглядели очень мило вместе.

Я не могу дождаться, чтобы подразнить ее этим!

Ник рассеянно поглаживал мои волосы, а Макс храпел и пускал слюни на мое бедро.

И я улыбалась как идиотка.

С тех пор как я познакомилась с этими парнями, моя жизнь стала более насыщенной. Я люблю своих девочек, но чувствую что, чего-то не хватает. Я чувствую, что я нашла недостающую часть пазла. И мы все выглядим так глупо сейчас, что я не могу сдержать смех.

Ник перестает гладить мои волосы, слегка щипает меня за щеку и спрашивает:

— Над чем ты смеешься, милая? — его голос звучит смешно.

Я наклоняю голову, чтобы взглянуть на него. Я слегка улыбаюсь ему и говорю:

— Посмотри вокруг. Мы куча неудачников, которые идеально уживаются вместе. — Он хмурится, а затем поворачивается, чтобы посмотреть на всех. Широкая ухмылка появляется на его лице, и я знаю, что он понял меня.

Я возвращаюсь к просмотру фильма, и он снова начинает поглаживать мои волосы.

***

Сейчас суббота. После того как мы попрощались в четверг, Макс пригласил нас на следующую ночь покера. Я думаю, им понравилось то, что мы были рядом.

Мы не видели друг друга в пятницу, потому что все были заняты. И сегодня я делаю то, чего не делала в течение двух лет.

Я беру выходной.

Я оставила Нат за главную в магазине. Когда я сказала ей, что не буду работать сегодня, она посмотрела на меня так, как будто я серьезно больна. Но после того как я рассказала ей, что собираюсь сделать сегодня, она решила, что это удивительная идея.

Сегодня я одета скромно и очень нервничаю, что встречу Ника в таком виде. Я выхожу из «Сафиры» и иду в «Белый Кролик».

Я поднимаюсь на второй этаж и захожу в чил-аут. Здесь одиноко сидит Сиси. Она не видит меня, и я улыбаюсь, глядя на ее затылок. Я не знаю, как обернется сегодняшний день, я могу совершить огромную ошибку, но я не узнаю, пока не попробую.

Подкрадываюсь к ней и закрываю ей глаза, ее тело напрягается. Я говорю:

— Угадай кто, сладкий мишка?

Она хихикает.

— Тина!

Я смеюсь и обхожу вокруг нее.

— Ты права, моя милая! Бери свои вещи, мы уходим.

Сиси выглядит так растерянно, что я хихикаю и дразню ее:

— Ну, давай, дурашка, мы вернемся позже!

Она шепчет:

— Куда мы идем?

Я становлюсь на колени перед ее коляской и глажу ее каштановые волосы.

— У нас будет день перевоплощения в принцесс. — Я использую мой лучший скучающий тон и выпрямляюсь. — Я знаю, что будет трудно пройти через это, но когда ты принцесса, ты должна делать все, что принцессы обычно делают, правда?

— Правда, — шепчет она, но ее лицо выражает шок. Затем она широко улыбается и кричит: — Папочка!

Я следую за ней. Макс вылетает из конференц-зала.

— Что такое, малышка? — его голос звучит встревоженно, и он становится перед ней на колени и кладет руки ей на плечи. Когда он видит ее улыбающееся лицо, то немного расслабляется. — Что случилось, Сиси? Ты до чертиков меня испугала.

Сиси улыбается.

— Тина берет меня на процедуры для принцесс! Могу ли я пойти? Пожалуйста, папочка, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — она складывает руки вместе на груди прямо под подбородком, как будто молится.

Макс наконец замечает меня и спрашивает:

— Привет, Tи, что это значит? — он улыбается мне.

— Ну, как принцессы, мы должны делать то, что они обычно делаю. Мы должны сделать маску для лица, маникюр, педикюр, укладку и закончить всё это сеансом массажа. Мы уйдем на большую часть дня.

Я слышу, кто-то прочищает горло, и вижу Ника, стоящего в дверях конференц-зала. Его глаза поблескивают:

— Тина, прекрасно выглядишь. — Я смотрю на себя: мои тренировочные брюки не особо красивы, они невзрачные, большие и удобные. Я смотрю на него:

— Тебе нужно проверить зрение, Ники.

Он смеется и говорит:

— Так, куда ты берешь моего Сверчка на процедуры для принцесс?

Я даю Максу карту салона ниже по улице.

— Я позвонила и записала нас на утро. Мы пробудем там несколько часов. Я надеюсь, что у Сиси нет более важных дел.

Я бросаю на Макса многозначительный взгляд. Я знаю, что она будет скучать весь день, и очень хочу, чтобы он позволил ей пойти со мной.

Он прищуривает глаза, он знает, что я делаю. Он отвечает:

— Нет, Сиси не занята. Если она хочет пойти с тобой, то она может ...

Сиси поднимает ее маленькие руки в воздухе и кричит:

— Ура!

— ...только вы возьмете мою кредитную карту и заплатите за вас обеих.

Я сердито смотрю на него. Он широко улыбается мне. Он знает, что я ненавижу это.

Он достает бумажник, вынимает черную блестящую кредитную карту и говорит:

— Лимита достаточно, чтобы купить новый автомобиль.

Я вырываю ее из его рук. Я стискиваю зубы и с трудом отвечаю:

— Хорошо.

Ни в коем случае я не буду использовать эту карту.

Макс обращается к своей прекрасной дочери и шепчет достаточно громко, чтобы мы тоже услышали:

— Ты скажешь мне, если Тина не воспользуется моей кредиткой. Хорошо, дорогая?

Эээ, Макс! Ты — полный отстой!

Сиси смотрит на Макса так, как будто он лучший папа во всем мире. Я начинаю верить, что так оно и есть. Она отвечает ему тихо:

— Хорошо, папочка.

Я смотрю на Ника и Макса:

— Нам пора. Мы будем поздно.

Сиси и я машем им обоим и направляемся к лифту.

Всё прошло лучше, чем я ожидала.

***

Когда мы с Сиси выходим на улицу, я спрашиваю ее:

— Ты хочешь крутить колеса сама или не возражаешь, если я повезу тебя?

Она застенчиво улыбается:

— Я не знаю. Как хочешь. Можно и так, и так.

Я подпрыгиваю и сдвигаю пятки вместе, Сиси смеется над моей выходкой. Я кричу:

— Черт! Я всегда хотела водить твою машину!

Я качу ее вдоль по тротуару по дороге в салон. Я позвонила и предупредила работников салона, что Сиси в инвалидной коляске. К счастью, у них есть пандус.

Женщина выходит из салона и держит дверь для нас, мы заходим и благодарим ее.

Таня владеет салоном «Модные штучки». Я делаю маникюр у нее и ее девочек уже в течение двух лет, и мне всё нравится. Когда я звонила, то сказал ей, что мне нужны люксовые процедуры для принцессы, и она разработала специальное предложение для нас. Таня в свои сорок, выглядит примерно на тридцать. Она всегда выглядит идеально, и ее длинные волосы окрашены в яркий рыжий цвет.

Как только Сиси видит ее, она начинает задыхаться и говорит с трепетом в голосе:

— Можно мне сделать волосы такого же цвета?

Я громко смеюсь при мысли, что привезу ее обратно к Максу с ярко-рыжими волосами.

— Привет, Тина! Это принцесса Сиси, которая записана вместе с нами сегодня? — Таня смотрит на Сиси с огромной улыбкой на ее красивом лице.

Я хихикаю:

— Это единственная и неповторимая принцесса Сиси. — Я решаю немного позабавиться. Я поднимаю нос вверх. — Я требую наилучший сервис для нее. Ее отец — король, в конце концов.

Сиси хихикает и прикрывает рот рукой. Таня расширяет глаза и подыгрывает мне:

— Ну, конечно. Только лучшие услуги для принцессы Сиси. Пожалуйста, следуйте за мной.

Я подкатываю Сиси к первой стойке, где делают процедуры по уходу за лицом. Когда я прохожу мимо Тани, она кладет руку себе на грудь и говорит:

— Она прекрасна.

Разве я этого не знаю.

Таня садится на стул рядом с Сиси и объясняет, что с ней сегодня будут делать:

— Хорошо, принцесса Сиси, сегодня мы собираемся начать с лица. Я наложу немного холодного крема на твое лицо. Мы оставим его на десять минут, а затем смоем. Затем я сделаю тебе маникюр и педикюр. Ты можешь выбрать любой цвет, какой захочешь. После этого, я буду стричь и укладывать твои волосы. И мы закончим массажем. Неплохо звучит, милая?

Глаза Сиси широко открыты. Она шепчет Тане:

— Хорошо. Спасибо.

Таня широко улыбается Сиси.

— Ты — принцесса и достойна самого лучшего, милая.

Сиси улыбается, опускает глаза и шепчет:

— Хорошо.

Милостивый Иисус, я люблю этого ребенка.

Каждый раз, когда я вижу Сиси, мое сердце тает. Она такая милая и нежная. Она не выглядит так, как будто верит, когда ей делают комплименты. Это беспокоит меня. Я хочу, чтобы к концу дня она чувствовать себя хорошо. Так хорошо, как она никогда не чувствовала.

Таня наносит нам маски, и мы ждем, пока они подействуют. Я слышу, как Сиси подпевает радио:

— Ты здесь, сейчас зажигаешь с Уилл.ай.эмом и Бритни, сучка.

Я открываю рот от изумления и мягко говорю ей:

— Сиси, мы — дамы и принцессы, и мы не говорим «с-у-ч-к-а». — Я заканчиваю шепотом и не имею ни малейшего представления, почему я почувствовала необходимость произнести это слово по буквам, когда она только что сказала его.

Сиси задумывается, затем оглядывается на меня и говорит:

— Но Бритни сказала «сучка», и она леди.

Черт побери, Бритни. Теперь посмотри, что ты наделала!

Мои глаза дергаются, я стараюсь придумать подходящий ответ:

— Ах, я думаю... Ну... То есть... Бритни старше двадцати одного. Она взрослая, и она может делать то, что ей нравится. И она — не принцесса. — Я глажу ее руку и чувствую, что выиграла этот раунд.

Ее глаза расширяются, и она говорит медленно:

— Так после двадцати одного я могу делать все, что мне нравится?

Недолго думая, я говорю:

— Конечно.

Она наклоняется ко мне ближе и заявляет:

— Даже татуировку?

О, ужас! Как это случилось?!

Я бормочу:

— Э-э, да, я полагаю...

Сиси становится настолько взволнованной, что почти кричит:

— Это так здорово! Я хочу одну как у папы и дяди Ника. Таким образом, все будут знать, что мы семья.

— ...с разрешения своего отца, конечно.

Но Сиси меня не слышит, она слишком погружена в свои мысли, обдумывая всякие сумасшедшие идеи.

После наших процедур: ухода за лицом, маникюра и педикюра, Таня приносит нам обед, состоящий из бутербродов и фруктового салата. Сиси съедает половину бутерброда и несколько фруктов. Когда я уговариваю ее съесть больше, она говорит мне то, чего я раньше не знала.

— Папа сказал, что люди в инвалидных колясках не едят много. Они не должны съедать столько, сколько обычные люди.

Это так печально. Мне не нравится то, что она только что сказала.

Я отвечаю:

— Дорогая, ты — обычный человек. Просто ты должна ездить, вот и все.

Она грустно улыбается.

— Это хорошо, Тина. Я знаю, что я другая. Вот почему у меня нет друзей, и я сменила много школ.

Меня это огорчает. Я осторожно спрашиваю:

— Сколько раз ты меняла школу, ангел?

Она играет с куском дыни на тарелке, избегая моего взгляда и отвечает:

— Четыре раза за три года.

Очень часто. Ни один ребенок не должен менять школы так часто.

— Могу ли я спросить, почему, дорогая?

Не смотря мне в глаза, она объясняет, тихим голосом:

— Дети высмеивают меня. Они называют меня странной. Они говорят, что я — урод.

Мое сердце на самом деле разбито. Я чувствую, что оно распалось на две части. Ее глаза опускаются на ноги, и она спокойно продолжает:

— Я никогда ни с кем не дружила. Я не знаю, почему. — Она заканчивает, пожав плечами и так тихо, что я едва могу слышать ее.

Это так расстраивает меня.

Я даже не могу представить, как этот маленький ангел себя чувствует. Издевательства — огромная проблема в школах. Горькая правда в том, что дети могут быть жестокими. Они не понимают, что они на самом деле делают с человеком, когда подшучивают над ним.

Я прочищаю горло, чтобы голос звучал ровно:

— Ну, это изменится. Ты — принцесса. Принцессы не позволяют людям высмеивать их. Они заступаются за себя. И я расскажу тебе как. Всякий раз, когда кто-то говорит что-то плохое о тебе, подними руку, улыбнись и помаши им. Таким образом ты заставишь их выглядеть глупо. Не себя.

Ее лицо все еще опущено, но я вижу, как ее губы дергаются в улыбке. Я воспринимаю это как хороший знак и продолжаю:

— И дружить не так сложно, милая. Незнакомец — это друг, которого ты еще не встретила. Всё что нужно — это сделать первый шаг. Итак, вот что я хочу, чтобы ты сделала. В следующий раз, когда увидишь кого-то, кто выглядит хорошо, просто подойди и скажи: «Привет». Остальное придет после этого. Ты ничего не теряешь.

Я мысленно скрещиваю пальцы и жду.

После долгого молчания, Сиси смотрит на меня и улыбается.

— Хорошо, Тина.

В самом деле? Так легко?! Не может быть!

Я делаю мысленную заметку, чтобы сделать сальто за пределами салона.

Я улыбаюсь ей в ответ.

Ура! Поход в салон был хорошей идеей.

***

Мы все в чил-ауте заняты мозговым штурмом, когда дверцы лифта звенят и слышны знакомые звуки разговора и смеха двух дам.

Они вернулись.

Я улыбаюсь про себя. То, что Тина выкинула сегодня утром, было так неожиданно. Я знаю, Макс был благодарен за это. Сиси очень скучно здесь по субботам. Это один день в неделю, когда мама или наши сестры не могут посидеть с ней. Как только мы вернулись в конференц-зал, Макс посмотрел прямо на меня и сказал:

— Если ты не женишься на этой девушке, то это сделает один из нас.

Я был удивлен, увидев, что даже Дух кивнул в знак согласия.

Тина — это сила. Она проносится как буря. Как правило, оставляя вас в растерянности.

Тина входит в чил-аут и прочищает горло. Она поднимает руку, отводит ее в сторону и объявляет:

— Разрешите представить, прекрасная принцесса Сиси.

Появляется Сверчок, она выглядит не только красивой, но и счастливой. Все парни свистят и смеются, а Сиси хихикает.

Я делаю глоток кофе, когда Сиси говорит:

— Тина сказала, я могу сделать татуировку!

Я задыхаюсь, брызгаю слюной, и кофе проливается на мою рубашку.

Молчание оглушительно. Я не думаю, что моя Тина могла бы такое сказать.

Тина нервно смеется и исправляет ее:

— Хм, на самом деле я сказала, когда тебе будет двадцать один, ты сможешь делать, что хочешь. Я также сказал, что ты должна сначала спросить разрешения у папы. — Тина смотрит на Макса и энергично кивает.

Это больше походит на правду. Мой маленький Сверчок уже становится нахальной.

Макс сощуривает глаза на Тину и спрашивает Сиси:

— Детка, Тина платила кредитной картой папы?

Тина застывает, и я хочу расхохотаться. Она не использовала карту Макса.

На что Сиси отвечает:

— Хм, я не уверена, папа. Я не видела. Она должна была. Я уверена, что она так и сделала. — Сверчок выкручивается, чтобы защитить Тину.

Макс уставился на Тину, чьи глаза широко открыты и шея алого цвета, но он отвечает Сиси:

— Ну, если ты уверена, ангел.

Тина наконец выходит из ступора и выпаливает:

— Папы принцесс не платят за принцесс, их феи-крестные делают это!

Сиси поворачивается лицом к Тине и тихо спрашивает:

— Ты моя фея?

Глаза Тины прищуриваются, когда она касается щеки Сиси и уверенно заявляет:

— Сегодня, да.

Да. Тина — офигенная.

Загрузка...