Глава 12

Отъезд герцога совпал с первым днём лета. И мы решили устроить праздник. В шато дядюшки Одэлиса умели и работать, и отдыхать.

С наступлением темноты поместье наполнили гулкие голоса и смех. Разожгли костры, на которых жарилось мясо, весь день мариновавшееся в пряностях и кислом вине.

Женщины затянули весёлую песню, и мужские голоса не заставили себя долго ждать – подхватили припев. К ним присоединились скрипки, наполняя песню жизнью и настроением первой летней ночи.

Я умела играть на смычковых, иногда даже садилась подыграть в оркестре, и сейчас так хотелось почувствовать инструмент под пальцами. Выразить всё, что накопилось за недолгие месяцы моей новой жизни.

Нет, мне не было одиноко в шато. Со мной был дядюшка Одэлис и Марта, и Диего с Васкесом, их хохотушки-жёны. И другие работники, которые, я чувствовала, приняли меня и считали своей.

Но иногда, вот как сейчас, веселье во мне резко остывало и сменялось унынием. Я вспоминала предательство мужа и лучшей подруги, свою утраченную навсегда жизнь, любимую работу в оркестре.

Что есть у меня здесь, кроме покровительства синьора Портэлла? Что со мной будет, если дядюшка вдруг остынет ко мне и не захочет учить дальше?

Дядюшка верно перехватил мой взгляд и спросил, склонившись:

– Умеешь играть, Кати?

– Немного, – почему-то неуверенно ответила я.

Синьор тотчас подозвал Диего и приказал принести… его собственную скрипку! Оказывается, когда-то мой добрый наставник отлично играл на всех праздниках, но с годами пальцы утратили гибкость.

Я благоговейно прикоснулась к инструменту и, подтянув колки, подыграла импровизированному деревенскому оркестру, стараясь не выделяться. Работники одобрительно поулыбались, а я поняла, что хочу сыграть что-то пронзительное и трагичное, как «Лебедь» Сен-Санса, но… меня не поймут.

Поблагодарив дядюшку Одэлиса, я отложила смычок и отошла в сторону.

– Привет, красавица, о чём задумалась? – раздался весёлый мужской голос за моей спиной.

Я обернулась. Рядом стоял молодой черноволосый работник, которого я часто видела на винограднике рядом с дядюшкой, но ни разу не разговаривала с ним.

– Почему ты такая печальная? – мужчина не дал мне возможности ответить на первый вопрос и тут же задал второй. Похоже, ему вовсе и не нужны были ответы, потому что он продолжил говорить: – У нас ведь праздник. Лето наступило. Злой инспектор уехал. А ты сидишь тут одна и вздыхаешь. Что случилось, ответишь, красавица?

Я вдруг засмеялась, сама того не ожидая. Этот его напор и манера говорить за двоих, а может, вечер и костры с ароматом жареного мяса. В общем, я не прогнала его, как собиралась изначально. Вместо этого похлопала по траве рядом с собой.

Мужчина не стал церемониться и уселся рядом.

– Как тебя хоть зовут, нарушитель моего уединения?

Он хмыкнул, быстро поднялся и протянул мне руку ладонью вверх. Я вложила в неё свои пальцы и почувствовала аккуратное пожатие.

– Меня зовут Доротэо, синьорина, но можно просто Дори.

Я сделала ещё глоток из глиняного стакана, из которого весь вечер цедила вино, и протянула своему новому знакомому.

– Давай выпьем, Дори, сегодня ведь праздник.

Я вздохнула. Почему-то веселиться не получалось. Отъезд инспектора, который должен был принести облегчение, поселил во мне необъяснимую тоску. Как будто я потеряла что-то свое, что-то важное в этом чужом мире.

Доротэо принял у меня из рук стакан и сделал глоток. А потом поставил его на траву и схватил меня за руку.

– Что ты делаешь? – возмутилась я, чувствуя, как сильная рука поднимает меня на ноги. – Отпусти!

– Обязательно, синьорина Катарина, – засмеялся Доротэо, сверкая белозубой улыбкой. – Как только ты начнёшь улыбаться. Идём со мной.

Я обернулась на костры, у которых сидели люди, ели, смеялись, играла музыка, кто-то танцевал. А меня тянули отсюда подальше, в темноту. И что самое главное – я вовсе не боялась своего нового знакомого. Напротив, внутри появилось ощущение, что Доротэо будет защищать меня, что бы ни случилось.

Мы удалялись всё дальше от света и людей. И я поняла, куда он ведёт меня – к винограднику. Что ж, если этот весёлый зубоскал попытается поцеловать меня, пожалуй, я ему позволю.

Но не больше.

Я ещё не отошла от предательства мужа и не была готова строить новые отношения. А на одноразовый секс я вряд ли решусь. По крайней мере, не сейчас.

Но, что бы Доротэо ни задумал, одного он добился – ему удалось меня отвлечь от мыслей о прошлой жизни и… королевском инспекторе.

Неожиданно Дори остановился. И в темноте я споткнулась и налетела на него, удивляясь, как он умудряется видеть дорогу. Доротэо подхватил меня и прижал спиной к своей груди. Я чувствовала тепло мужского тела и… никакого возбуждения. Это открытие меня даже расстроило. Флирт с симпатичным мужчиной пришёлся бы кстати.

И тут же засмеялась – всё-таки мы, женщины, очень непостоянны.

– Ш-ш, – зашептал мне на ухо Дори, – тихо. Смотри.

Я смотрела в темноту и сначала решила, что у меня что-то со зрением. Потому что по всему винограднику засветились лозы. Как будто по ним пустили светло-сиреневые диодные провода. Вот только внутри этих проводов я видела движение сока.

Изо всех сил зажмурилась, а потом снова открыла глаза. Ничего не исчезло.

– Что это? – спросила потрясённо.

– Это магия, синьорина Катарина. Магия виноградной лозы.

Загрузка...