Анна вернулась домой, выпила чашечку кофе и стала собирать вещи бывшего сожителя.
Перебирая полочки, нашла конверт с купленным ею же туром в Грецию. В Новогоднюю ночь хотела устроить сюрприз и сообщить ему о предстоящей поездке.
«Ничего, – уже спокойно думала она, – отдам родителям или брат с женой поедут, погреются на солнышке. Хорошо, что так получилось».
Потом села, выпила ещё чашечку кофе и задумалась: «Как мне рассказать близким, что после семи лет, якобы супружеской жизни я осталась одна?»
…Решение Анны работать в другом городе, как ни странно, родители восприняли спокойно. Да и расстояние было небольшим: пять часов езды на поезде.
Поначалу Анна снимала квартиру, но потом купила жилье и с помощью родных погасила кредит, взятый в банке.
Первое время они её часто навещали и всегда с каким-то подарком, заявляя: «Это твоё приданое». И Женя им поначалу понравился, посидели, поговорили, а потом, потом… их визиты прекратились.
Однажды она попросила Евгения поехать с ней на день рождения отца.
– Ой, Ань, да что мне там делать? Это же не Париж, не Лондон. Да и потом, дни рождения нужно отмечать в узком семейном кругу.
Какой-то тревожный звоночек прозвенел в мозгу, всколыхнул её тогда, но она заглушила тоскливую ноту лёгкого предчувствия. Ей не хотелось задумываться над этим.
А родители всегда её ждали, встречали радостно, и, приезжая к ним, Анна старалась показать, что у неё всё хорошо, она счастлива, успешна. Но когда разговор заходил о её муже, папа мрачнел, темнел лицом, вставал и уходил в другую комнату, и она оставалась одна с мамой.
– Анечка, наверное, мы с папой виноваты, что ограничивали тебя в свободе, не отпускали тебя на вечеринки, дискотеки. Мы тряслись над тобой, ты же у нас такая красавица, боялись, что с тобой что-то случится. И вот теперь…
– А что теперь, мама, что теперь? Разве я несчастна? Ты знаешь, как меня ценят на работе и даже записываются ко мне на очередь с заказами. У меня муж красивый, не пьёт, и даже не курит. Мне мои коллеги завидуют. Что тебе от этого штампа в паспорте? Я могу назвать тебе людей, которые по три-четыре раза сходили в загс и даже в церкви венчались. И что? Помогло им это?
Анна говорила весело, беззаботно. А внутри у неё всё дрожало от напряжения и вибрировала мысль: «Я не смогла их сделать счастливыми».
Мама с грустной улыбкой молча смотрела на неё. И в этом взгляде ощущалась боль, тревога за её будущее.
И вот в ушедшем году Анна была у них только два раза. Ей было уже трудно играть роль беззаботной, счастливой женщины.
Несколько дней назад позвонила мама.
– Анна, мы тут собрались и празднуем твой день рождения. Десять человек пришли, сами, без приглашения, все тебя поздравляют.
Ком подступил к горлу, ей захотелось зарыдать в голос, потому что сидела она за накрытым праздничным столом. Одна. Только что ушёл Женя, коротко и равнодушно известив о разрыве их отношений.
– Анюта, что случилось? – мама всегда чувствовала перемены в её настроении.
– Всё нормально, мамочка, – она улыбалась, а слёзы катились по лицу.
– Что с твоим голосом? Что-то не так? Скажи честно.
– Я очень рада, что вы отмечаете мой день рождения. Но мы с Женей уезжаем в Грецию, вот собираю вещи, некогда разговаривать.
«Завтра поеду к родителям и всё им расскажу и как раз отдам им билеты на тур, – решила она, допивая третью чашку кофе. – А сейчас отнесу матери Евгения эту синюю сумку».