Игра

Глава 30

Я села напротив мамы в кресло. Внимательно смотрела на нее. Изучала, как она изменилась. На голове повязан светлый платок, из-под которого выбилась едва заметная прядь. Частичное отсутствие бровей и ресниц, свидетельствовали прохождение ею химиотерапии. Худое, изможденное лицо, покрыто морщинами, никогда их не замечала, а тут бросились в глаза.

— Почему ты мне не рассказала мам? Я ведь звонила тебе. Почему молчала?

Мама глубоко вздохнула.

— Доченька, как я могла тебе что-то сказать, когда ты снова стала счастливой. Разве могла я все испортить.

Я прикусила губу, видимо очень правдоподобно я изображала, что у меня все отлично.

— Что у тебя? Ты знаешь?

— Рак.

— Мам я догадалась, было не сложно понять. — как можно спокойней сказала я.

— Опухоль в голове дочь. — мама опустила взгляд, — я уже давно знаю, поэтому и затеяла этот отъезд всей семьёй. Кто знает сколько мне осталось?!

— Мама, — и я заплакала, спрятав лицо в ладонях, — я поговорю с твоим врачом, может нужно дополнительное лечение, деньги. Марк, я думаю, он поможет.

— Марк? Ты приехала со своим молодым человеком. — нотка радости улавливалась в голосе мамы, — я хочу с ним познакомиться.

— Мам, думаю, это не лучшая идея. — Мама просто посмотрела на меня, — хорошо, он в коридоре я его позову.

Я вытерла слёзы, поцеловала маму и вышла. Марка в коридоре не оказалась, ушёл, я с облегчением вздохнула. Пока его нет, решила все же поговорить с доктором. И я пошла по длинному коридору в поисках кабинета, перед этим уточнила у санитарки, куда мне идти. Наконец, нужная мне дверь была найдена, с табличкой — Ломов Борис Михайлович врач-онколог. Сердце закололо, когда шепотом произнесла то, что было выбито на этой табличке. Я аккуратно постучала в дверь и дернула ручку, но к моему сожалению дверь была заперта.

— Натали, — услышала я знакомый до боли голос, — Натали, это правда ты?!

Обернулась, в нескольких шагах от меня стоял мой бывший — Давид.

Он ни капли не изменился за эти годы. Все тот же, красивый, голубоглазый блондин. Но он сильно уступал красоте Марку, этого нельзя было не подметить.

— Вот уж не ожидал тебя тут увидеть, Бурова, — и он потянулся меня обнять. Я неохотно ответила на его жест.

— Я тоже.

— Что ты тут делаешь? — и он посмотрел на табличку за моей спиной и нахмурился, — ты здорова?

— Да да, со мной все хорошо, — помотал головой. — Врача искала. Я пойду.

— Нет, ты не можешь уйти. Регина часто вспоминает про тебя и она будет очень рада с тобой увидеться. Она работает тут, как раз обед. Давай посидим, поговорим.

— Не думаю, что это хорошая идея. — Но Давид даже не дослушал меня, схватил меня за руку и потянул за собой.

— Подождем ее в кафе, через дорогу. Я думаю ей очень понравится такой сюрприз. — Давид посмотрел на меня, — не переживай, я верну тебя обратно.

Он вел меня за собой, а я глазами искала Марка. И не знаю, чего я боялась больше, того, что Марк обнаружит мое отсутствие или то, что меня за собой тянет какой-то мужик, который ко всему прочему ещё и мой бывший. Как Марк себя поведет в такой ситуации я не знаю. Уверена я была только в том, что бежать от него сейчас в мои планы не входило. Не та ситуация. Сбежать от Марка, это значило сбежать от мамы, а ей сейчас, как никогда нужна моя поддержка.

Мы зашли в кафе, заняли свободный столик. Давид позвонил Регине с воодушевлением объявил, что ее ждёт сюрприз.

— Регина уже идёт, — объявил Давид, — уверен, она будет рада тебя видеть..

Не знаю почему, но я хотела избежать это встречи. У меня были странные, не понятные ощущения. Хотелось сбежать. Раньше я часто думала, что я почувствую, когда встречу их, а сейчас мне просто не хочется ворошить уже давно зажившие душевные раны.

— Давид, правда рада была тебя повидать, но мне нужно идти. — Я уже встала со своего места, но Давид поймал меня за руку, и большим пальцем провел по ладони. Ничего особенного, но по телу прошла неприятная дрожь.

— Натали, вот так сюрприз, это правда ты. — Раздался радостный голос Регины.

Я одернула руку.

— привет Регина, — и тут же мой взгляд упал на ее живот. Она была беременна, — поздравляю, ещё малыш, вы молодцы. Ребят, правда была рада вас повидать, но я пойду.

— Натали но... — Хотела, что-то сказать Регина, но я ее перебила.

— Я давно вычеркнула вас из своей жизни.

— Давай хотя бы поговорим, — начал Давид, — не одной тебе было плохо в тот день, не одна ты что-то потеряла.

— Натали, — продолжила Регина, — в тот день я лишилась близкой подруги и ребенка. Все это время я винила себя в том, что с тобой произошло после. Давай присядем пожалуйста, а то на нас все смотрят.

Я осмотрела кафе. Действительно, все наблюдали за нами. Перевела взгляд на выход и встретила глаза Марка. Не знаю, как долго он за нами наблюдал, но на его лице было четко было заметно раздражение.

— Мне действительно жаль и я сочувствую вашей потери, а что касаемо меня, подругу свою ты потеряла в тот день, когда начала трахаться с моим парнем. Дружбы нет, Регина, той меня больше нет. Я как не хотела вас видеть тогда, так не хочу и сейчас, ничего не изменилось. Я не могу забыть того, что произошло, уж простите. Берегите себя.

— Как бы ты этого не хотела, Натали, но мы обязаны поговорить, — заключил Давид.

— Я так не думаю. — И направилась к выходу. Марк все так же стоял в дверях. Я пулей пронеслась мимо него, а он последовал за мной.

— Что за черт, какого хрена я вижу тебя тебя в компании твоего бывшего? — Выложил Марк на одном дыхании. Я продолжала идти, не обращая внимание на его раздражение, и на его осведомленность о моей прошлой, личной жизни. — Я кажется с тобой разговариваю. — Схватил меня за руку и остановил.

— Да, что вы все меня дергаете, я вам не тряпичная кукла. — я посмотрела в глаза Марка — мы с тобой поговорим, если хочешь, но не сейчас. — По щеке скатилась слеза, Марк большим пальцем стёр ее. — Сейчас я хочу поговорить с врачом и мама ждёт нас.

— Нас?

Я махнула головой в подтверждение своих слов.

— Ну хорошо. — согласился Марк, — с врачом я уже разговаривал, ну думаю тебе нужно самой тоже с ним побеседовать.

И мы пошли в больницу.

Я сидела напротив молодого мужчины-врача. На вид ему было не больше сорока. Не высокий, подтянутый, вероятно не один час проводит в зале, чтобы поддерживать форму.

Он листал историю болезни и многозначительно молчал. Поднимал снимки на свет и что-то бурчал себе под нос.

— Ну что я могу вам сказать, — начал он неожиданно. — Прогнозы не утешительные. Но мы делаем все, что бы облегчить ее страдания. Продолжать химию она отказалась.

— Как отказалась?

— Буквально пару дней назад, она вам не сказала?

— Нет.

— Понимаете, — продолжил он, поправляя очки. — опухоль прогрессирует и ваша мама это понимает.

— Если увезти ее в заграничную клинику. — дрожащим голосом предложила я, заранее боясь его ответа, — Это спасет ее?

— Она отказалась от лечения. Химия продлит ей жизнь только и всего. Я предложил ей варианты заграничных клиник, но она отказывается, а если она не хочет, то тут бессильны все доктора мира. — Врач встал из за стола и сел напротив меня, положил свои руки мне на колени. — Натали, вам остаётся только принять тот факт, что ваша мама умирает.