Глава 3

Реми совершенно не волновался, да и с чего бы разводить панику, он же практически попал домой.

Правда, в тюрьме был впервые.

– Не смей решать за меня! – напомнила о себе Эбби Лерой, сжимая кулаки. – Сам же говорил, что мы компаньоны.

Она буквально кипела от злости, а казалось бы, откуда столько сил на лишние эмоции в таком маленьком хрупком теле. Реми, признаться, не слишком-то вслушивался в ее предыдущие слова, поэтому теперь с некоторым интересом повернулся к ней. Но не успел ничего сказать, заслышав за стенами знакомые шаги. Мысль возникла неожиданно, и Реми порывисто обнял окаменевшую от шока девушку. Она потом его убьет, но удовольствие позлить главу фэйри-стражей было сильнее этого страха. Да и вообще бояться женщин – последнее дело. Даже если они помощники инспекторов по миграционному контролю. Или как это там правильно называется.

– Мне жаль, что пришлось нарушить сцену вашего семейного единения, – процедил вошедший. – Мое имя йон Люциус Биргхир. Я руковожу стражей по эту сторону разделительной черты. Вы незаконно пересекли ее.

Реми поймал его взгляд и нагло подмигнул. Люциус презрительно скривился, значит, ситуацией проникся.

– Вы, – он кивнул Реми, – пойдете со мной. Женщина останется.

И тут Эбби все-таки прорвало. Стоило ожидать этого раньше, но и сейчас выглядело весьма впечатляюще.

– Вы не имеете права нас задерживать! – выпалила она. – Я Абигейл Лерой, сотрудник отдела миграционного контроля Департамента магического надзора. А это мой подопечный. Вы обязаны связаться с Департаментом и отпустить нас.

Реми захотелось рассмеяться, и он, стоя у Эбби за спиной, едва не лопался от этого едва сдерживаемого желания.

– За мной, – безразличным тоном бросил Биргхир, и Реми с готовностью последовал за ним.

За пределами камеры друг не спешил сбрасывать маску суровой неподкупности, и только когда пост охраны остался позади, а они стали подниматься по каменной лестнице к выходу из подземелья, Люциус резко остановился, развернулся и схватил Реми за воротник куртки.

– Во что ты ввязался, идиот?!

Его лицо исказилось от злости, и Реми почти с братской нежностью рассматривал горящие рыжим огнем глаза и побелевшие от злости острые скулы.

– Ты скучал по мне, дружище?

Люциус дернул его на себя, так что челюсть клацнула.

– Ты хоть понимаешь, что делаешь? Что это за девчонка? Когда ты вернешься домой?

– Эй, полегче, Лу! Не надо сразу столько вопросов, я теряюсь.

– Как был дураком, так и остался, – выдохнул Люциус и убрал руки. – Семья волнуется.

– Ничего им не говори.

На Люциуса всегда можно было положиться, вот только не был бы он еще таким упертым и вспыльчивым… Почти как Лерой.

И Реми усмехнулся забавному сравнению.

– Эмиль волнуется.

– Эмилю тоже не говори. Ты меня не видел, понятно?

Люциус приблизился, провел ладонью по волосам Реми, прикрыв глаза. Реми понимал, что тот пытается его, как бы сказала Лерой, обнюхать. Почувствовать. Понять.

И почему эта девушка постоянно всплывает в мыслях?

– Я не могу понять, что творится в твоей голове, – вздохнул Люциус. – Кристин грустит. Ты даже ей ничего не сказал.

Реми раздраженно дернул головой, разрывая контакт. От навязчивых попыток пристыдить себя он начал раздражаться.

– Давай подниматься, иначе твои парни невесть что подумают.

Биргхир поморщился.

– Тебя ничто не изменит.

– Ты хочешь, чтобы я изменился?

– Лишь в одном вопросе, и ты знаешь каком.

Реми обошел друга и продолжил восхождение. Люциус и правда был очень упертым, и лучше просто не затрагивать опасные темы.

На воздухе Реми повеселел. Ощущать себя пленником было не особенно приятным опытом, так что он с радостью выкинул его из головы. Биргхир отвел его в свой кабинет и попросил оставить их наедине. Реми сразу плюхнулся в кресло и перекинул ноги через подлокотник. Его неаристократичные манеры всегда выводили Люциуса из себя.

– А теперь подробно расскажи все с самого начала, – потребовал он, нависая над Реми. – И убери ноги.

– Мне и так удобно.

– Лучше сделай это сам, не заставляй меня.

Реми расхохотался и сел прямо, закинув ногу на ногу.

– Девушка сказала правду. Эбби Лерой мой надсмотрщик от Департамента магического надзора.

– Твоя семья…

– Указала мне на дверь. Ты помнишь. Ты тоже там был.

Реми стремительно поднялся и, подойдя к другу вплотную, обезоруживающе улыбнулся.

– Я это я. Ничего не изменилось, ты же сам сказал. Я все тот же Реми.

– Иногда я тебя ненавижу, – устало сказал Люциус. – Ладно, продолжим. Как вы преодолели разделительную черту?

Реми собирался ответить что-то в духе: «Тайна следствия», но рискнул и рассказал все как есть. Люциус выслушал молча, а потом резюмировал в своем духе:

– Только у тебя могло хватить ума устраивать засаду на человеческого мага. Первое, что должен запомнить в своей жизни каждый фэйри, это…

– …не связываться с человеческой магией, – повторил одновременно с ним Реми, откровенно пародируя его наставительный тон. – Я буду осторожен, к тому же за мной неустанно бдит почти настоящий инспектор миграционного контроля. Чтобы не ударить в грязь лицом, она меня и с того света вытащит, если понадобится.

– Если ты отправишься на тот свет, не предупредив меня, я сам тебя оттуда достану, и мало тебе не покажется.

– Ты меня арестуешь? – невинно спросил Реми, не удержавшись (в очередной раз) от того, чтобы подколоть старого друга.

– Ты еще такой ребенок, – сказал Люциус и толкнул Реми в грудь, усаживая обратно в кресло.

И Реми улыбнулся, вспомнив, что так же говорила и его помощник инспектора. Интересно, сколько раз за полчаса она уже прокляла его? Наверное, не стоило оставлять ее в камере, но зато как весело будет потом смотреть на ее яростное лицо…

– А что ты делал в городе? – вдруг осенило его. – Разве патрулирование входит в твои обязанности?

Люциус подошел к окну и выглянул наружу. Лунный свет красиво ложился на его распущенные волосы, алые, как у большинства хэнгэ, фэйри-лис.

– Ты мне не скажешь? – уточнил Реми. В общем-то, он не особенно на это надеялся. В отличие от Реми, Люциус был связан своим долгом и обязанностями – всеми теми вещами, которые Реми так ненавидел.

– Нет. И надеюсь больше тебя тут не увидеть. – Он повернулся к Реми и строго на него посмотрел: – Ни тебя, ни этой женщины. Что-то происходит, и пока я не разберусь, пожалуйста, держись подальше от этого твоего глупого расследования.

Реми присвистнул.

– Ты просишь меня? Но ведь буквально только что велел вернуться домой.

– Ты отказался.

Реми качнул головой, соглашаясь с его словами. Потеребил кончик косы задумчиво.

– Ладно. Допустим, я пообещал не вмешиваться в твое расследование. – Он намеренно подчеркнул слово «твое». – Я могу забрать Лерой?

Пора уходить. Дела не ждут.

* * *

Реми сладко причмокнул во сне, и Эбби толкнула его в плечо.

– Не спи, мы уже подъезжаем.

С поездом повезло, ждали не больше получаса, сама дорога до пригорода Сеттерфилд заняла около двух часов, за время которых Инг-Мари умудрился заснуть, как кошка, для которой везде постель. Эбби не очень любила поезда, если уж выбирать между ним и автомобилем, выбрала бы второе. Жаль, пока это роскошь, позволительная лишь избранным. Впрочем, прогресс штука стремительная.

За окнами проплывали зеленые поля, луга и пастбища, по которым лениво прогуливался скот. Эбби не часто доводилось покидать город, поэтому первый час поездки она глазела на непривычные виды, но потом заскучала. И Реми заснул, а с ним хотя бы можно было поговорить.

– Реми!

Она сидела напротив и привстала, чтобы еще раз потормошить фэйри, когда тот открыл глаза и резко выпрямился. От столкновения лбами их спасло расстояние между скамейками, ну, и реакция Эбби.

Она больно шлепнулась задом на жесткое сиденье и поморщилась.

– Подъезжаем, соня.

Реми довольно потянулся, зевнул и припал к окну.

– О! Да тут гораздо симпатичнее, чем в городе. Может, переехать сюда?

– И кто будет обращаться в твое бюро магического сыска? – Эбби скептически выгнула бровь. – Пастухи?

– Ты недооцениваешь пастухов, – буркнул фэйри и сел на место. – Еще попить осталось?

Эбби со вздохом вытащила бутылку и подала ему. Сумку с провизией, а точнее, с водой, она забрала себе на хранение, потому что кто-то очень резко принялся ее опустошать, хотя они и от вокзала едва отъехали.

– Не так уж и жарко, – сказала она. – Лето только-только наступает.

– Вот не надо давить на больное, Лерой!

Через несколько минут появился проводник и оповестил о приближении нужной им станции, Эбби поднялась, радуясь смене обстановки. Все-таки поезда – это скучно.

На станции сошли они и еще несколько человек. В середине буднего дня не слишком много путешественников. Эбби поставила сумку на скамейку и достала блокнот, чтобы уточнить адрес.

– Коттедж «Аврора», – она ткнула пальцем в карту поселка, – вот он. Самый дальний. Ну, пойдем.

Сеттерфилд, в общем, был дачным поселком, элитным, а потому красивым, ухоженным и чистым, как с открытки. Сверху он выглядел как огромный прямоугольник, поделенный на небольшие участки ровными чистенькими улочками. Возле каждого коттеджа был цветочный палисадник и задний дворик, где можно было заниматься садоводством или земледелием. Настоящая идиллия, пастораль, которую изображают на полотнах и вешают в гостиных. Хотя лично Эбби не смогла бы протянуть тут больше недели. Месяц – это максимум, и то если Реми доведет ее до нервного срыва, и придется на природе залечивать душевные раны.

– Мне нравится, – сказал фэйри. – Неплохо для людей. Где там, говоришь, этот коттедж? Пойдем, а то не успеем вернуться к последнему рейсу в город.

Удивительное здравомыслие для него, подумала Эбби и побежала его догонять. Ходил высокий и длинноногий фэйри очень быстро.

Коттедж «Аврора» издалека сверкал новенькой черепичной крышей. Калитка оказалась не заперта, и Эбби решила, что едва ли их обвинят в проникновении на частную территорию. Пока она медленно шла по гравийной дорожке к крыльцу, Реми ее уже обогнал и постучал в дверь.

– Откройте, мастер Карби! Я частный сыщик из бюро магического сыска! – Реми еще раз громко постучал. – Мастер Карби?

Эбби присоединилась к подопечному, но стучать не стала. Обошла крыльцо с другой стороны и заглянула в окно. Ничего толком не видно. Она привстала на цыпочки, роста не хватало. Но вскоре она разглядела темный предмет, который привлек ее внимание с самого начала. Посреди комнаты на полу валялся стул.

– Реми, – голос Эбби сел от волнения, – Реми, тут что-то не так. Нам нужно попасть внутрь.

– Другой разговор, – просиял Инг-Мари. – Выломать дверь?

– Нет, тут должен быть черный ход. Задняя дверь, – пояснила она для фэйри, не понимающего многие аспекты человеческого быта.

– Я вообще-то с первого раза понял, – оскорбился Реми. – Не только у людей бывает необходимость войти и выйти незаметно.

Они обошли дом и обнаружили дверь, ведущую, судя по всему, в хозяйственные помещения. Она тоже была заперта, но зато рядом Эбби заметила небольшое окошко, приоткрытое наполовину.

– Сможешь меня подсадить? – спросила она задумчиво.

С ее комплекцией можно не бояться застрять в оконной раме, только вот настолько ли необходимо нарушать право частной собственности? Они пришли поговорить, да и мастер Карби должен был знать об их интересе, Ройс наверняка с ним связывался. Но Эбби отбросила сомнения. Чувствовала, что надо действовать.

Реми подставил спину, и Эбби по ней, как по лестнице, взобралась к окну. Реми помог ей протиснуться внутрь, придерживая от падения, и вот она внутри. И спасибо привычке одеваться по-мужски. Юбка бы все испортила.

Эбби быстро оглядела кладовку, в которую попала, прислушалась к тишине в доме, а потом вышла и открыла заднюю дверь для Реми.

– Тут тихо, – поделилась она наблюдением. – Мне кажется, в доме никого нет.

Реми с любопытством выглянул в жилой коридор.

– Да? А вот мне кажется, что есть.

Они оба вошли в жилую часть дома. Коридор вывел их в гостиную, где Эбби видела стул. Но его не было.

– Что за дела? – не удержалась она от довольно громкого вопроса, и следом за этим в соседней комнате раздались звуки шагов, и к ним навстречу вышел высокий и крепкий, несмотря на возраст, седовласый мужчина. Он с вполне понятным удивлением оглядел незваных гостей.

– Мастер Карби? – без стеснения заговорил Реми и протянул руку. – Меня зовут Реми Инг-Мари, я частный сыщик, а это моя помощница инспектора по миграционному контролю. Мы пришли узнать у вас про телепортацию.

Мужчина, впрочем, как и Эбби, был ошарашен таким напором. И руку не пожал.

– Я уже давно не занимаюсь магией, – категорично ответил он. – И консультаций не даю. Если не хотите, чтобы я вызвал полицию, немедленно покиньте мой дом.

Эбби потянула Реми за рукав.

– Подожди, дай мне с ним поговорить. Мастер Карби, нам дал ваш адрес старший следователь Ройс Харви из отдела магических расследований. Он должен был с вами связаться.

Она ждала какой-то реакции на свои слова, но мужчина застыл на пороге комнаты соляным столбом.

– Я занят, – странным голосом сказал он. – Зайдите в другой день.

– Харви звонил вам или нет?

– Нет. Зайдите в другой день.

Эбби не нравилось все происходящее. Она вдруг почувствовала себя неуютно, причем не только из-за того, что вторглась в чужой дом через окно кладовки.

– Постойте, – снова встрял Реми. – Что значит в другой день? Вы не в пяти минутах от центра живете. У нас срочное дело, помогите уже, если можете.

Эбби наблюдала за мастером Карби. В его голосе и жестах была какая-то нервозность. Он их испугался. Решил, что они грабители или что-то в этом роде? Но не среди же белого дня…

Она машинально завела руку за голову и поскребла короткими ногтями основание шеи.

Реми направился к мастеру Карби, и в этот момент Эбби вскрикнула от внезапной жгучей боли.

– Реми! Берегись! – крикнула она, а мастер Карби метнул что-то в фэйри. Реми успел уклониться и упасть на пол. Над его головой просвистел сгусток магической энергии и прожег дыру в стене напротив. Эбби обдало жаром, она стояла слишком близко, чуть не стала мишенью. А человек, который притворялся мастером Карби, уже приготовил новый магический снаряд. Нет, два снаряда! Эбби поспешно активировала защитный артефакт, но едва ли он выдержит такую мощь. Она прыгнула и ласточкой нырнула за спинку дивана. Снова окатило жаром.

Эбби вжала голову в плечи, надеясь, что маг оставит их в покое и сбежит, и тут вспомнила про Реми. Дурной фэйри остался там один на один с магом!

Эбби осторожно выглянула из своего укрытия. Над головой просвистело подряд не меньше пяти огненных сгустков, слегка опалив диванную обивку и – совсем даже не чуть-чуть – обои на стене. От непрекращающихся атак занавески на окне начали тлеть, запахло гарью.

– Реми! – крикнула Эбби, но упорный фэйри не собирался прятаться. Он стоял напротив мага, скрещивая руки перед лицом. Он выглядел невредимым, и от этого маг приходил в еще большую ярость. Мог убежать уже раз десять, скрыться да хоть в том же телепорте, однако он упорно пытался ранить Реми.

– Что, не получается? – с усмешкой спросил Инг-Мари. – А вот так ты не хочешь?

Он резко развел руки, будто высекая искры, и волна обжигающего холода прошлась по гостиной. Из-под ног Реми стремительно расползался ледяной покров, огонь не причинял ему вреда, лишь наполнял воздух горячими испарениями. Фигура Реми терялась в мутных клубах пара и завихрениях снежного волшебства фэйри.

Эбби забыла, как надо дышать.

Когда всю комнату заволокло душными парами, что-то взорвалось, ярко вспыхнуло, разгоняя муть, и Эбби инстинктивно прикрыла рукой глаза. А через пару секунд пар развеялся, и «мастер Карби» исчез без следа.

– Ты в порядке? – Эбби покинула свое укрытие и подошла к Реми. Он замер посреди гостиной, напряженный как струна, будто готовый к атаке. Но больше всего Эбби напугали его глаза – сияющие, как два голубых драгоценных камня. У людей не бывает таких ярких глаз.

– Реми?

Она рискнула дотронуться до его локтя, и наваждение спало. Инг-Мари расслабился, моргнул и посмотрел на нее немного затуманенным, но вполне обычным взглядом.

– Сбежал, – сказал он. – Я узнал запах его магии, это тот, кто нам нужен.

– Но это ведь не мастер Карби? – спросила Эбби, разглядывая выгоревшие обои, копоть на стене и тлеющие занавески.

– Иллюзия. – Реми решительно направился к выходу из комнаты.

– Куда ты?

– Искать его кабинет. Кстати, неплохо бы найти и самого мастера, если он, конечно, жив.

Эбби вздрогнула. А ведь и правда, если в доме хозяйничает маг под иллюзией, то где же тогда настоящий Карби?

Вслед за Реми она поднялась по деревянной лестнице на второй этаж. Наверху было много окон и дневного света. Мягкий ковер гасил звуки шагов, так что казалось, что они не идут, а крадутся. Впрочем, так оно примерно и было. У Эбби замирало сердце от каждого подозрительного шороха, она постоянно оглядывалась назад, так что шея заболела. Реми заглядывал в каждую комнату – спальня, еще одна спальня, комната отдыха. Эбби чувствовала запоздалую неловкость от этого, ей и хотелось и одновременно не хотелось найти хозяина.

Кабинет нашелся в самом конце длинного коридора. Петли чуть поскрипывали от сквозняка, шевелящего приоткрытую дверь. Реми махнул рукой, останавливая Эбби, а та и не спешила лезть вперед. Интуиция предупреждающе скулила, и Эбби очень не хотелось заходить в залитый солнечным светом кабинет. Неизвестно, что она там увидит…

Реми вошел первым, ничего страшного вроде не произошло, и Эбби рискнула проследовать за ним, но застыла на пороге. Внутри и правда было очень светло и мило, только на светлом ковре под ногами Инг-Мари темнело кровавое пятно.

– Он… мертв?

Голос отчего-то стал сиплым и слабым. Эбби боялась, что он выдаст ее растерянность и страх, а она не хотела показаться Реми трусихой и неженкой. Но крови было много, и она была совсем свежей, еще даже толком не впиталась. И Реми опустился на корточки и потрогал сырой ворс пальцем. Отвратительно!

– Тела тут нет, да и смертью вроде не пахнет. Но не уверен, что мы когда-нибудь встретимся с мастером Карби.

– Это тоже твое… чутье подсказало?

– Можно сказать и так, – ответил Реми обтекаемо. – Но все гораздо проще. С такой потерей крови люди, как правило, не выживают.

– А фэйри?

– Фэйри не люди.

Эбби нечего было на это сказать, и она отвела взгляд. Реми отпрыгнул в сторону, становясь на узкий порожек в дверном проеме, достал платок и тщательно вытер подошвы ботинок.

– Лерой, ты должна сделать это для нашего бюро, – сказал он внезапно. – Не бойся, мыслями я с тобой.

– Сделать что? – напряглась она.

– Найти что-нибудь про телепорты. Наверняка у мастера оставались какие-нибудь бумаги. Дневники, заметки, рабочие документы, образцы, в конце концов. Надо найти их и изучить в более подходящей обстановке. Кстати, тот кристалл у тебя с собой?

Эбби только и смогла, что возмущенно открыть рот, но не издала ни звука. Он просит ее зайти в комнату, где пролилась человеческая кровь, и пошарить по чужим вещам, чтобы украсть документы?

– Я не буду этого делать, – сказала она, справившись с собой. – Это уже не расследование, Реми. Это кража с проникновением. За это сажают, если ты не знал.

– За это сажают в том случае, если поймают. Не бойся, Лерой, мы уйдем, и никто ничего не заметит.

Сложно сказать, что именно заставило Эбби послушаться. В крови еще гулял адреналин от стычки с магом, да и любопытство тоже никто не отменял. Она осторожно обошла влажное пятно на ковре и платком открыла первый из ящиков шкафа. Сердце так отчаянно колотилось, что даже перекрывало мирный шум за открытым окном. Эбби обошла кабинет по периметру, но ничего не обнаружила, кроме многочисленных пособий по садоводству. Мастер Карби был им явно очень увлечен, после того как покинул службу государственного мага.

Обратно уходили так же, через окно кладовки, предварительно заперев изнутри открытую заднюю дверь. Эбби всю дорогу до станции чувствовала себя прескверно, словно испачкалась в крови или, например, обзавелась надписью «взломщица» на спине.

– Будешь так часто оглядываться, кто-нибудь точно позвонит куда надо, – сказал Реми, выглядящий совершенно спокойным. Как ему удавалось вести себя так, словно ничего не произошло, Эбби сложно было даже представить. Она постаралась взять себя в руки, хотя так и тянуло вытереть ладони о штаны.

Солнце успело добраться до горизонта и задеть его пылающим багровым боком. Небо окрасилось цветом, отвратительно похожим на кровь, и Эбби опустила голову, глядя себе под ноги. На последний поезд сели спустя долгий и нервный час, когда от солнечного ясного дня осталось лишь воспоминание. За темными стеклами не было видно ничего, только собственное отражение. Эбби прижалась лбом к стеклу и протяжно выдохнула, почти простонала.

– Все будет хорошо, Лерой, – немного неуклюже приободрил ее Инг-Мари, но трогать не стал.

– Ага…

– Я правда так думаю.

– Ага…

Она посмотрела на него – надо же, кажется, и правда переживает. За нее?

От станции часть пути прошли вместе, потом Эбби, отказавшись от предложения проводить, пошла домой одна. Инг-Мари все-таки похлопал ее по плечу и сделал неловкую попытку приобнять, которую Эбби пресекла на корню и свернула в переулок. В городе темнело быстрее, тени от домов ложились на дорогу. Идешь, словно наступаешь в грязные лужи. Эбби ускорила шаг, после заката подул прохладный ветер, ее знобило. Хотя дрожь могла начаться и от пережитых волнений. Может, стоило позволить Реми себя проводить, и плевать на болтливых соседей?

Только поднявшись в свою комнату, она почувствовала, как напряжение отпускает ее. Эбби быстро разделась, накинула теплый халат и пошла в ванную смывать с себя иллюзорную кровь, существующую только в ее голове. Горячая вода расслабила тело и немного привела мысли в порядок. Никто не кинется арестовывать Эбби, о ее интересе к работе мастера Карби знал только Ройс Харви, а он не из тех, кто делает поспешные выводы. К тому же его чувства к Эбби тоже могут сыграть свою роль. Звучит несколько цинично, но зато соответствует истине. Им с Реми ничего не угрожает.

Через полчаса Эбби вернулась в комнату, задернула шторы и легла спать.

Ее разбудил странный шорох.

Сквозь сон Эбби казалось, что она в комнате не одна. Тело было сковано усталостью и дремотой, и она потянулась к торшеру, чтобы включить свет. В следующий миг что-то навалилось на нее, прижалось к лицу мягким боком, закрывая нос и рот. Все произошло так быстро и внезапно, что Эбби буквально оцепенела, а потом принялась изо всех сил брыкаться. Ее душили подушкой, она не могла закричать и позвать на помощь. Страх смерти существенно придавал сил, и Эбби все-таки удалось лягнуть душителя, и, воспользовавшись его секундной заминкой, она спихнула его руки с себя, схватила первое, что попалось под руку, и наотмашь ударила темноту. Хрупкий торшер разлетелся на куски. Эбби вскочила и бросилась на отпрянувшего к окну мужчину.

Странно, но закричать ей уже не пришло в голову.

Эбби схватила мужчину за воротник куртки и втянула обратно в комнату. Ночная рубашка немного сковывала движения, но Дэниэл научил ее многим мужским штучкам. Например, как справиться с маньяком на темной улице.

Эбби попыталась перекинуть его через себя, обычно это получалось легко, но в этот раз подвела неудобная одежда. Оба рухнули на ковер, тяжело сопя и не расплетая удушающих объятий. Эбби ужом выскользнула из рук мужчины, едва не оставив ему сорочку на прощание, бросилась к выключателю, но рывок за ногу повалил ее на пол. От удара в голове помутилось, рот наполнился кровью. Эбби услышала, как хлопнула створка окна.

Он сбежал.

Эбби села и потрогала губы. На пальцах осталась липкая влага. Кровь. Эбби с трудом поднялась и подошла к окну. Внизу уже, конечно, никого не было. Прыжок со второго этажа не каждому под силу. Пожалуй, Эбби очень повезло, что она вовремя проснулась. Или не повезло.

Она вздрогнула, внезапно сообразив, что именно привело несостоявшегося убийцу в ее комнату. Кинулась к вешалке и вывернула карманы куртки. Кристалла не было…


Утром в бюро магического сыска Эбби шла как в воду опущенная. Ночью так и не удалось снова уснуть. Она все рвалась позвонить Реми, все рассказать, но не решилась. Кристалл был их единственной ниточкой в этом подобии расследования. Они говорили о нем вчера в доме мастера Карби, наверное, маг услышал и проследил за ними, чтобы замести следы. Все-таки стоило сразу позвонить Реми, не мучилась бы сейчас.

На двери висела табличка «Закрыто», на первом этаже в кресле за столом Реми не оказалось. Памятуя о недавнем случае с ванной, Эбби не стала подниматься, просто решила дождаться тут. Села в кресло и устало откинулась на мягкую спинку. Но тяжелые мысли все мешали насладиться тишиной и удобством. Спустя четверть часа колокольчик над дверью звякнул, и вошел Инг-Мари.

– Ты уже тут? – обрадовался он и продемонстрировал пакет с выпечкой. – Доброе утро! Я принес пончиков с джемом. У них такая красивая цветная глазурь, устоять невозможно. Только я на тебя не рассчитывал, но так уж и быть, отдам тебе розовый.

Он закончил говорить и приподнял бровь, глядя на хмурое выражение лица Эбби.

– Доброе, – процедила она и отвела взгляд.

– А я вот вижу, что не особо. Что случилось?

Он подошел к столу, положил пакет и скрестил руки на груди.

Эбби облизнула пересохшие от волнения губы и коротко сказала:

– Кристалл у меня украли. Ночью.

Реми сделал широкий шаг вперед и, наклонившись, быстро провел большим пальцем по ее нижней губе. На пальце остался след помады, скрывавшей подсыхающие трещины.

– Кто это сделал? – спросил он, и у Эбби холодок пробежался по спине.

– Я не разглядела. Проснулась от шороха.

Она рассказала о своей короткой стычке.

От Реми веяло холодом. Он начал ходить по комнате, не глядя на нее. Эбби следила за ним взглядом.

– Я должна была спрятать его как следует. Прости.

– Нет. Нет, ты не виновата.

– Виновата! Я оставила его себе, а теперь этот след оборвался. Я должна была помогать тебе наладить свое дело в городе людей, а я…

Она не договорила, прижала ладонь ко рту тыльной стороной и вздохнула. Не хватало еще расплакаться.

– Нужно отыскать кристалл.

Реми протянул ей руку, разжал кулак.

– Он здесь, Лерой. Его украл я.

Эбби уставилась на кристалл, потеряв дар речи. Это он, вне всякого сомнения, но…

– Что значит ты украл? – Она подняла взгляд на Реми. – Я не понимаю…

Она невзначай притронулась к шее, вспомнив, как едва не задохнулась под собственной пуховой подушкой. В голове все перепуталось, окончательно и бесповоротно.

– Успокойся, Лерой. – Реми достал из пакета пончик с розовой глазурью и протянул ей. – Помнишь, на вокзале после возвращения я обнял тебя?

Эбби заторможенно кивнула.

– Я вытащил его из твоего кармана. Я видел, куда ты его клала. Достать его было делом пары секунд.

Он улыбнулся и виновато пожал плечами. Но Эбби смотрела на него и не могла найти ни намека на сожаление в его идеальных чертах. Она поднялась и, размахнувшись, швырнула ему в лицо пончик.

– Да ты хоть знаешь, что я пережила, когда обнаружила пропажу кристалла? – спросила она с гневным придыханием. – Ты хоть догадываешься, о ком я тогда подумала в первую очередь? О тебе, придурок! Я подумала, как ты расстроишься, когда узнаешь. А ты… ты… Идиот!

Она обогнула столик и пошла прямиком к выходу. Но Реми схватил ее за локоть и остановил.

– Ну прости меня, Лерой. Я же не думал, что так получится. Когда мы найдем того гада, я лично сверну ему шею.

Последним словам Эбби поверила. Они были сказаны с той мрачной уверенностью в своей правоте, которой Эбби так боялась в Реми и в других тоже.

– Не надо, – сказала она. – Если мы его найдем, то сдадим в отдел магических расследований. Обещай мне.

– Честное слово!

Реми отпустил ее и протянул руку:

– Мир?

Эбби пожала ее, всем своим видом демонстрируя недовольство.

– Мир. Если скажешь, зачем украл кристалл.

Реми просиял. Еще бы, ему предложили похвалиться своими достижениями.

– Пойдем, расскажу по дороге. Не ожидал, что ты придешь так рано, но так даже лучше.

Он распахнул перед ней дверь и поторопил:

– Давай-давай. Аптека скоро закроется.

Эбби вышла и уже на улице уточнила:

– Аптеки только начинают открываться, как и все остальное.

– Это особая аптека, там есть кое-кто, кто ловко собирает информацию, – хитро улыбнулся Реми. – Вашу ручку, мисс Лерой.

Он отставил локоть, но Эбби проигнорировала его внезапно проснувшиеся джентльменские потуги, призванные смягчить ее гнев. Справедливый, между прочим.

– Ты бука, Лерой.

Эбби ускорила шаг.

– И злопамятная.

– Я все слышу, – бросила Эбби, не оборачиваясь. Мелкая месть почему-то грела душу, хотя Эбби считала себя выше подобного. Видимо, фэйри так на нее действует.

Он догнал ее и стал показывать дорогу. Они пешком дошли до центра, там пересекли центральную площадь и Грин-парк. На них посматривали ранние прохожие, а один ребенок даже показал на Реми пальцем и что-то восторженно сказал матери.

– С тобой невозможно спокойно пройти по городу, – посетовала Эбби, когда они прошли парк и углубились в сеть узких улочек. Здесь дома были преимущественно трехэтажными, нависающими над брусчаткой, с балконами, уставленными цветочными горшками и только добавляющими тени.

– Это потому что я невероятно красив и шокирую людей, не привыкших к такому великолепию.

– Учись быть скромнее, – посоветовала Эбби. – Тебе не помешает.

– Хватит уже вредничать, – взмолился фэйри. – Тебе это совершенно не идет. И пончик испортила, розовый. Ты не любишь розовый цвет?

Объяснять ему, что она не любит, когда ее обманывают, похоже, бесполезно. Другая психология и все такое.

– Забудь.

– Ну скажи! Не любишь розовый?

– Не люблю.

– А какой любишь?

Надо почаще напоминать себе, что с ним нужно как с ребенком. Терпеливо и не срываясь на крик. Даже если очень достает.

– Зеленый.

– А я голубой.

Он что-то еще говорил, а потом резко замолчал и тронул Эбби за плечо:

– Нам сюда. Видишь вывеску?

Эбби повернула голову и увидела справа деревянную дверь, самую обычную, ну, быть может, более старую, чем она привыкла видеть в центральных кварталах. Над дверью был небольшой козырек, на котором на тронутых ржавчиной цепях болталась прямоугольная вывеска: «Снадобья доктора Ки».

– Это аптека? – скептически спросила Эбби.

– Это аптека для фэйри. Тебе она может показаться… странной.

– После тебя? – Эбби подошла к двери и толкнула. – Ну давай, удиви меня.

За дверью Эбби окутала тьма. Спустя пару секунд глаза привыкли, Эбби сделала несколько шагов вперед и увидела свет. Много-много зеленых огоньков под потолком – шевелящееся сияющее облако. Эбби опустила голову и увидела конторку продавца. За ней стоял… Реми?

– Коль уж вы вошли, милая дама, то вы не так просты, как кажетесь, – с улыбкой обратился к ней голубоглазый фэйри с перекинутыми через плечо распущенными белыми волосами, собранными почти у самых кончиков узкой темной лентой. – Добро пожаловать в мою аптеку.

Он увидел вошедшего следом Инг-Мари, и взгляд его изменился.

– Здравствуй, Киллиан, – поприветствовал его Реми. – Еще не надоело?

– Если ты об этом, – доктор Ки с нежностью провел рукой по волосам, – то нет.

– Я не удивлен. Как дела, как работа?

Эбби поняла, что эти двое знакомы уже довольно давно, и почему-то ощутила укол ревности. Они вместе пришли, так что молчать она не собирается.

– Мы к вам по делу.

Ки продолжал смотреть на Инг-Мари, пока тот не сообразил представить и ее тоже:

– Это Эбби Лерой, мой помощник инспе… – Он почувствовал на себе испепеляющий взгляд Эбби и поправился: – Мой инспектор миграционного контроля. Следит за моей социализацией. Мы недавно открыли бюро магического сыска, и Лерой моя компаньонка.

Ки понятливо кивнул:

– Ясно. А я слышал, что компаньонок ты предпочитаешь видеть в своей постели, а не в своей жизни.

– Не без этого… Ай! Нет, ты что. Это совсем другое дело!

Эбби убрала ботинок с его ноги, и Реми с облегчением выдохнул. Мужчины все-таки все одинаковы, будь они люди, фэйри или еще кто.

Ки оперся локтем о стойку и подпер подбородок кулаком.

– Это аптека, Реми, здесь покупают и продают. Вы согласны заплатить?

Эбби переглянулась с Инг-Мари.

– У меня есть деньги, – сказала она. – Назовите сумму. Если у вас найдется нужная нам информация, я заплачу.

Ки перевел на нее взгляд, и Эбби вздрогнула. Секунды назад ясный аквамариновый цвет сменился непроглядной чернотой.

– Да. Я хочу, чтобы вы заплатили мне, но деньги меня не интересуют.

От этого взгляда Эбби охватила дрожь. Непонятно, на что он смотрит, но кажется, будто взгляд направлен вглубь, в самую душу. Что это за фэйри такой?!

– Я заплачу, Ки, – мрачно сказал Реми. – Оставь человека в покое.

– Я не попрошу чего-то невозможного, ты же знаешь. К тому же, по старой дружбе, я обещаю заняться твоим вопросом без отлагательств.

Эбби было здесь не по себе. Темное тесное помещение с зелеными огоньками над головой, стеллажи у стен заставлены чем-то уж очень подозрительным. Банки с цветными порошками, колбочки с неизвестными жидкостями, вязанки сухих трав.

– Чем занимается ваша аптека, доктор Ки? – спросила она.

– У фэйри свои недуги, мисс Лерой, – ответил ей Ки. – Ваша медицина нам не поможет. Она перешагнула через нас и пошла дальше, и мы помогаем себе проверенными способами. Так вы согласны на сделку?

Эбби смотрела в бездну его глаз и никак не могла выдавить из себя ни слова.

– Я согласна.

Инг-Мари что-то пробормотал себе под нос, но доктор Ки уже оживился, хлопнул в ладоши и крикнул куда-то в темноту за своей спиной:

– Эйс! Живо сюда!

На свет выбежал невысокий парнишка с копной густых русых волос, вздернутым носом и в больших круглых очках.

– Вы звали, хозяин? – спросил он и только потом покосился на посетителей.

– Знакомьтесь, это мой помощник, очень старательный и сообразительный юноша. Эйс, эти господа просят у нас помощи.

Парень серьезно кивнул и извлек из-под твидового коричневого пиджака пухлый потрепанный блокнот.

– Как записать?

– Мисс Абигейл Лерой и йон Реми Инг-Мари, – продиктовал Ки. – Инг-Мари через дефис, прояви уважение.

Эйс высунул кончик языка, старательно исправляя ошибку. Реми хохотнул:

– Хозяин? Что за извращение?

– Кто бы говорил, – вернул шпильку Ки. – Я люблю людей, и люди платят мне взаимностью. Правда, Эйс?

Тот кивнул, не поднимая головы, так что у Эбби сразу появились сомнения.

– Как вы узнали мое полное имя? – спросила она. – Вы наводили о нас справки? Зачем?

– Никаких справок, только магия, – ответил Ки и провел ладонью перед лицом, возвращая глазам более привычный голубой цвет.

– А так что насчет платы? – насторожилась Эбби. Она уже начала жалеть о своей поспешности и вообще о том, что зашла в эту странную аптеку. Пожалуй, Реми удалось ее удивить, и не сказать, чтобы особенно приятно.

Доктор Ки очаровательно улыбнулся.

– Не торопите события, мисс Лерой. Сначала я выполню вашу просьбу. Чего вы хотите?

Реми достал из кармана обгоревший кристалл и протянул Ки:

– Мы хотим знать, что это, зачем использовалось и, по возможности, кому принадлежало.

Тонкие длинные пальцы Ки осторожно держали кристалл, поворачивая его то одним, то другим боком. По кивку Эйс поднес к нему зажженную свечу, и мутные грани засияли, отражая свет.

Эбби наблюдала за ними обоими, затаив дыхание. Казалось, что даже воздух изменился, стал пряным и густым.

– Его магия, – коротко пояснил Реми. – Лучше не вдыхай пока.

И протянул ей свой платок.

– Его не сжигали в огне, как вы думаете, – сказал наконец Ки. – Это следы отработанной магии. Только она оставляет такой след и такой запах. Ты же тоже что-то почувствовал, Реми?

– Да. Но этого мало. Узнай все, что можешь.

– Эйс свяжется с вами, – кивнул фэйри. – Все будет хорошо.

– Оплата, – напомнила Эбби.

Ки долго смотрел на нее, потом прижал палец с длинным красным ногтем к губам.

– Придумал. Мне нужны твои глаза.

– Что?!

Эбби схватилась за рукав Реми. От страха онемело тело.

– Ты ее напугал, – укорил его Реми и ободряюще похлопал Эбби по руке. – Он не имеет в виду, что выколет тебе глаза или что-то такое.

– Она так подумала? – притворно удивился Ки, хотя, может, и по-настоящему. – Какая глупость! Что мне делать с живыми человеческими глазами? Я хочу этот цвет. Он такой густой и горячий, как растопленный шоколад. Я позаимствую его.

Эбби кивнула, хотя, признаться, ничего не поняла. Но Реми не беспокоился, значит, все шло нормально. Никто не будет ее ослеплять, что уже не может не радовать.

Оказавшись на улице, Эбби вздохнула свободнее. Обернулась на закрывшуюся дверь – как будто ничего и не было, как будто странная аптека доктора с жуткими глазами лишь эпизод ночного кошмара, о котором потом с трудом вспоминаешь утром.

– Кто он? – спросила Эбби.

– Броллахан. Но лучше не говорить об этом с ним, он не любит настоящего. Ни имен, ни внешности, ничего, в каком-то роде он вообще не имеет формы, так что просто ничему не удивляйся. Я познакомился с ним, когда его звали Киллиан и он был роковой брюнеткой.

У Эбби было еще полно вопросов, но Реми словно витал в облаках. Они получили шанс продвинуться вперед, а он на глазах становился все задумчивее и мрачнее. Возле своей конторы, не дойдя шагов пятьдесят, он вообще остановился как вкопанный и завертел головой. Эбби такое поведение насторожило.

Загрузка...